<?xml version="1.0" encoding="UTF-8"?>
<FictionBook xmlns="http://www.gribuser.ru/xml/fictionbook/2.0" xmlns:l="http://www.w3.org/1999/xlink">
<description>
  <title-info>
    <genre>sf_etc</genre>
    <genre>sf_space</genre>
    <author>
      <first-name>Фрэнк</first-name>
      <last-name>Херберт</last-name>
    </author>
    <book-title>Бог-Император Дюны</book-title>
    <annotation>
      <p>Масштабная экологическая трансформация подошла к завершению. На Арракисе появились леса, озера и реки. Но нет больше великой пустыни и нет песчаных червей, производивших Пряность – самую большую драгоценность планеты…</p>
    </annotation>
    <keywords>иные миры,звездная империя,Галактика,космоопера</keywords>
    <date value="1981-01-01">1981</date>
    <coverpage>
      <image l:href="#cover.jpg"/>
    </coverpage>
    <lang>ru</lang>
    <src-lang>en</src-lang>
    <translator>
      <first-name>Александр</first-name>
      <middle-name>Николаевич</middle-name>
      <last-name>Анваер</last-name>
    </translator>
    <sequence name="Вселенная Дюны" number="29"/>
    <sequence name="Дюна: Хроники Дюны" number="4"/>
  </title-info>
  <document-info>
    <author>
      <nickname>Chernov2</nickname>
      <email>chernov@orel.ru</email>
    </author>
    <program-used>OOoFBTools-2.26 (ExportToFB21), FictionBook Editor Release 2.6.6</program-used>
    <date value="2015-11-26">26.11.2015</date>
    <src-url>http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=11034168</src-url>
    <src-ocr>Текст предоставлен правообладателем</src-ocr>
    <id>b86ab0b5-350c-11e5-a6ec-0025905a06ea</id>
    <version>1.0</version>
    <history>
      <p>v 1.0 – создание fb2 Chernov Sergey ноябрь 2015 г.</p>
    </history>
  </document-info>
  <publish-info>
    <book-name>Герберт, Фрэнк. Бог-Император Дюны : [фантастический роман]</book-name>
    <publisher>АСТ</publisher>
    <city>Москва</city>
    <year>2015</year>
    <isbn>978-5-17-091922-2</isbn>
    <sequence name="Хроники Дюны"/>
  </publish-info>
</description>
<body>
  <title>
   <p>Фрэнк Герберт</p>
   <p>Бог-Император Дюны</p>
  </title>
  <section>
   <cite>
    <p>Frank Herbert</p>
    <p>GOD EMPEROR OF DUNE</p>
    <p>Печатается с разрешения Herbert Properties LLC и литературных агентств Trident Media Group, LLC и Andrew Nurnberg.</p>
    <p>© Frank Herbert, 1981</p>
    <p>© Перевод. А. Анваер, 2015</p>
    <p>© Издание на русском языке AST Publishers, 2015</p>
   </cite>
  </section>
  <section>
   <subtitle>Из доклада Хади Бенотто об открытии в Дар-эс-Балате на планете Ракис</subtitle>
   <p>Для меня не только радость объявить вам сегодня о нашем открытии этого замечательного хранилища, в котором среди прочего была обнаружена монументальная коллекция рукописей на ридулианской кристаллической бумаге; я также буду горд сообщить вам о наших доказательствах, касающихся аутентичности нашего открытия, доложить вам, почему мы столь уверены в том, что нам удалось открыть оригинальные записки Лето Второго, Бога-Императора.</p>
   <p>Во-первых, позвольте мне напомнить вам об историческом сокровище, которое известно всем нам под названием <emphasis>«Похищенные рукописи».</emphasis> Эти написанные в глубокой древности тома позволили нам в течение последних нескольких столетий лучше понять наших предков. Как вы знаете, «Похищенные рукописи» были расшифрованы специалистами Космической Гильдии, и разработанный ими метод лег в основу расшифровки и вновь найденных томов. Никто не может отрицать антикварную ценность Ключа Гильдии, ибо он и только он позволяет перевести на современный язык содержание упомянутых томов.</p>
   <p>Во-вторых, эти тома были напечатаны с помощью древнего иксианского аппарата. «Похищенные рукописи» не оставляют никаких сомнений в том, что именно этот метод использовал Лето Второй для фиксации своих исторических наблюдений.</p>
   <p>В-третьих – мы думаем, что это по важности можно назвать настоящим открытием, – само хранилище. Хранилище книг было выполнено по иксианскому проекту – весьма древнему и примитивному, но такому замечательному, что несомненно сама конструкция хранилища поможет пролить свет на ту историческую эпоху, которая известна теперь под названием «Рассеяние». Как и надо было предвидеть, хранилище оказалось невидимым. Оно было погребено гораздо глубже, чем мы могли предполагать на основе мифов и устных преданий, этот объект испускал и поглощал радиацию так, что можно было подумать, что речь идет о естественном объекте. Такая инженерная мимикрия неудивительна сама по себе – удивительно другое – как можно было достигнуть такой степени маскировки, пользуясь отсталой древней технологией.</p>
   <p>Я вижу, что многие из вас взволнованы этой находкой, точно так же, как мы. Мы полагаем, что видим сейчас первый иксианский глобус, образец, на основе которого были сделаны все последующие подобные приспособления. Конечно, это не первый экземпляр, но он, несомненно, один из первых и воплощает в себе те же принципы.</p>
   <p>Позвольте мне теперь же удовлетворить ваше законное любопытство и повести вас на краткую экскурсию по хранилищу. Хочу только попросить вас соблюдать тишину, ибо наши инженеры продолжают работу, раскрывая тайны древнего хранилища.</p>
   <p>Все вышесказанное приводит меня к четвертому пункту, и это будет краеугольным камнем нашего открытия. Трудно описать мои чувства, которые я испытал, когда обнаружил в этом хранилище еще одну реликвию, а именно запись человеческого голоса – это запись Лето Второго, который вещал голосом своего отца – Пауля Муад’Диба. Поскольку аутентичные записи голоса Бога-Императора хранятся в архивах Бене Гессерит, мы послали образцы записи, сделанной на древней микропористой системе, в Общину Сестер с официальной просьбой провести сравнительный анализ. Мы пока не получили ответа, но у нас практически нет сомнений, что мы имеем дело с аутентичной записью.</p>
   <p>Теперь я попрошу вас обратить внимание на переведенные отрывки, которые вам вручили в самом начале нашего заседания. Позвольте мне также принести извинения за их большой вес. Я слышал, как многие из вас отпускали шутки по этому поводу. Мы использовали обычную бумагу только из соображений экономии. Оригиналы написаны такими мелкими буквами, что для прочтения нуждаются в многократном увеличении. Действительно, нужно около сорока томов, подобных тому, что вы держите в руках, чтобы напечатать обычным шрифтом содержание одного тома, нанесенного мелкими символами на ридулианскую бумагу. Наш перевод помещен на экране справа. Я хочу привлечь ваше внимание к поэтическим красотам слов, а также к смыслу перевода. Стиль позволяет идентифицировать личность автора. Мы полагаем, что написать такое мог только человек, обладающий выраженной предковой памятью, способный испытать необычное погружение в прошлые жизни, погружение, которое не в состоянии оценить те, кто этого дара лишен.</p>
   <p>Обратите внимание на смысловое содержание. Все ссылки согласуются со всем тем, о чем рассказывает нам история относительно того человека, который один только мог написать такой рассказ.</p>
   <p>Мы приготовили для вас еще один сюрприз. Я позволил себе вольность пригласить сюда известного поэта Ребета Врееба, чтобы он выступил здесь и прочел нам первую страницу короткого пассажа из нашего перевода. Мы уже поняли, что даже в переводе эти слова, произнесенные вслух, оказывают совершенно иной эффект, чем если их молча читать с листа. Мы хотим, чтобы вы разделили с нами необыкновенные свойства, открытые нами в этих томах.</p>
   <p>Дамы и господа, давайте поприветствуем Ребета Врееба.</p>
  </section>
  <section>
   <subtitle>Из декламации Ребета Врееба</subtitle>
   <p>Заверяю вас, что я – книга судьбы.</p>
   <p>Вопросы – мои враги. Ибо мои вопросы взрываются! Ответы же выплывают, как страшные тучи, на небосвод моей неотвратимой памяти. И нет ни одного ответа, которым я был бы доволен.</p>
   <p>Какие призмы вспыхивают ярким светом, когда я вступаю в устрашающие пределы моей памяти. Я кристалл расколотого кремня, заключенный в ящик. Ящик вращается и трясется. Я же бьюсь о его стенки в вихре тайн. И когда крышка открывается и я возвращаюсь в мир, то чувствую себя как путник, попавший в страну дикарей.</p>
   <p>Медленно (я говорю – медленно) я заново выучиваю свое имя.</p>
   <p>Но это отнюдь не значит познать себя!</p>
   <p>Этот человек, которого зовут Лето, – он второй, кто носит это имя, – находит в своей душе иные голоса, иные имена и иные места. О, я клянусь вам (как я уже обещал), что откликаюсь только на одно имя. Если вы скажете: «Лето», то я откликнусь. Я делаю это, потому что терпелив, но не только:</p>
   <p>Я держу нити!</p>
   <p>Все они мои. Мне стоит только вообразить объект поиска – например… <emphasis>мужи, погибшие от меча,</emphasis> и вот они все передо мной со всеми своими мучениями, каждый их образ целен и правдив – я слышу каждый стон, сорвавшийся с их уст, вижу каждую гримасу, исказившую их лица.</p>
   <p><emphasis>Радость материнства,</emphasis> думаю я, и вот я уже на родовом ложе. Множество детских улыбок и сладкое щебетание новых поколений. Первый шаг ползунка и первая победа юности – я делю с ними все. Они толкаются в толпе, наступают друг на друга, и только по прошествии времени я начинаю видеть что-то, кроме тождества и повторений.</p>
   <p>Оставь все это в покое, говорю я себе.</p>
   <p>Кто может отрицать ценность такого опыта, ценность того, что я узнаю каждый момент?</p>
   <p>Но, увы, это прошлое.</p>
   <p>Разве вы не понимаете?</p>
   <p>Это же только прошлое!</p>
  </section>
  <section>
   <epigraph>
    <p>В то утро я родился в юрте на краю конского пастбища в одной стране, на одной планете, которой больше не существует. Завтра я появлюсь на свет кем-нибудь еще и в другом месте. Я еще не сделал выбор. То утро и… ах! та жизнь! Когда мои глаза научились различать предметы, я стал смотреть на свет солнца, на поле с вытоптанной копытами травой и на бодрых людей, совершавших сладостные деяния своей жизни. Где… о, где теперь эта бодрость?</p>
    <text-author>(Похищенные рукописи)</text-author>
   </epigraph>
   <p>Три человека, растянувшись почти на полкилометра, бежали цепочкой по Запретному Лесу. Последний из них опережал на каких-нибудь сто метров несущихся сзади Д-волков. Было слышно, как звери щелкали зубами и тяжко выдыхали воздух – волки всегда так делают, когда видят впереди добычу.</p>
   <p>Первая Луна была почти над головой, и в лесу было светло, и хотя дело происходило в высоких широтах Арракиса, лес дышал накопленным за жаркий летний день теплом. Ночной ветер, дувший из Последней Пустыни Сарьира, был пропитан смолистым духом и сырыми испарениями мягкой лесной подстилки. Ветер с озера Кинеса, расположенного за Последней Пустыней, временами доносил до беглецов запах соли и рыбы.</p>
   <p>По странной иронии судьбы последнего из бегущих звали Улот, что на фрименском языке означает «Любимый последыш». Он был мал ростом и страдал излишней полнотой, из-за чего ему пришлось посидеть на диете во время подготовки к этому приключению. Но даже стремительный бег не смог избавить Улота от округлых черт лица. Большие карие глаза были широко раскрыты – в них была тоска, вызванная роковым избытком плоти.</p>
   <p>Улоту было ясно, что далеко он не убежит. От быстрого бега он тяжело, со свистом дышал, совершенно выбившись из сил. Временами его шатало. Но он не звал на помощь товарищей, зная, что они ничем не смогут ему помочь. Все они принесли одну и ту же клятву, понимая, что нет у них иной защиты, кроме старинной доблести и фрименской верности. Эти вещи остались незыблемыми, хотя то, что когда-то было фрименом, давно превратилось в музейный экспонат. Старые клятвы действительно хранились в Музее фримена.</p>
   <p>Но именно из-за фрименской верности Улот продолжал бежать молча, прекрасно сознавая свою обреченность. То была великолепная демонстрация древних качеств, и очень жаль, что у всех бегущих были чисто книжные представления и знания устных преданий о тех доблестях, которым они сейчас подражали.</p>
   <p>Д-волки уже наступали на пятки Улоту – гигантские серые фигуры, в холке высота их достигала человеческого роста. Звери рвались вперед, воя от предвкушения скорой добычи.</p>
   <p>Улот споткнулся левой ногой о корень и едва устоял на ногах; это придало ему сил, и он снова кинулся вперед, оторвавшись от преследователей на целый волчий корпус. Кровь тяжело пульсировала в сжатых кулаках, Улот шумно дышал открытым ртом.</p>
   <p>Д-волки и не думали менять темп бега. Словно серебристые тени, они почти бесшумно неслись сквозь зеленые запахи родного леса. Они знали, что победят… и уже имели такой опыт.</p>
   <p>Улот снова споткнулся, но сумел сохранить равновесие, ухватившись за молодое деревце, и продолжил бег. Дыхание со свистом рвалось из его груди, ноги дрожали, отказываясь повиноваться. Сил на новый рывок уже не было.</p>
   <p>Один из зверей – волчица обогнала Улота слева. Резко повернув, она бросилась на человека. Огромные клыки вонзились в плечо, но Улот удержался на ногах. К ароматам леса добавился острый, едкий запах крови. Меньший по размерам самец схватил Улота за правое бедро, и на этот раз человек упал. Раздались дикий предсмертный крик, клацанье волчьих зубов, и все стихло.</p>
   <p>Продолжая поглощать добычу, волки снова взяли след. Обнюхав лесную подстилку и втянув ноздрями воздух, они учуяли свежие следы еще двух бегущих от них людей.</p>
   <p>Следующим на их пути был Квутег, представитель старинной семьи Арракиса, чьи корни восходили еще к временам Дюны. Один из его предков был в сиетче Табр мастером погребальной церемонии, но прошло уже три тысячи лет, и мало кто на планете верил, что все это когда-то происходило в действительности. Квутег легко бежал на своих длинных, стройных ногах, словно самой природой приспособленных для такого долгого бега. Длинные черные волосы развевались по плечам, обрамляя лицо с тонким орлиным профилем. Как и на его товарищах, на Квутеге был облегающий плотный черный беговой костюм. Он подчеркивал контуры работавших мышц и ровное глубокое дыхание. Правда, бежал Квутег не в полную силу – сказались последствия травмы колена, полученной при спуске с оборонительного пояса Цитадели Бога-Императора в Сарьире.</p>
   <p>Квутег слышал внезапно оборвавшийся крик Улота и приближающиеся вой и щелканье зубов Д-волков. Он изо всех сил старался не представлять себе, как еще одного друга убили эти твари – сторожевые псы Лето, но он не мог не представлять себе, как волки расправятся с ним самим. Он хотел было выругаться в адрес тирана, но передумал – надо было беречь дыхание. Оставалась еще призрачная надежда, что они успеют добежать до спасительной реки Айдахо. Квутег знал, что думают о нем его друзья, даже Сиона. Его всегда считали консерватором. Даже когда Квутег был ребенком, никакая сила в мире не могла бы заставить его попусту тратить энергию, он всегда берег ее, расходуя малыми порциями.</p>
   <p>Несмотря на боль в поврежденном колене, Квутег ускорил бег. Он знал, что река уже близка. Рана стала нестерпимо болеть, сжигая огнем всю ногу и бок. Квутег понимал, что терпение его на исходе. Знал он, и что Сиона уже возле воды. Она была самым быстрым бегуном среди них, и у нее находился запечатанный пакет, который они похитили в крепости Сарьира. Квутег постарался думать только о пакете.</p>
   <p><emphasis>Спаси его, Сиона! Воспользуйся им, чтобы уничтожить тирана!</emphasis></p>
   <p>Совсем близко, сзади раздался алчный вой волков, нарушив ход мыслей Квутега. Они уже слишком близко. Он понимал, что ему тоже не уйти.</p>
   <p><emphasis>Но Сиона должна спастись!</emphasis></p>
   <p>Он оглянулся через плечо и увидел, что один из волков кинулся ему наперерез. План их атаки был ясен. Одновременно с волком рванулся вперед и Квутег. Спрятавшись от стаи за деревом, он бросился под ноги атакующему волку, схватил его за заднюю лапу и, подняв в воздух, начал вращать им, как дубиной, распугивая остальных. Волк оказался не таким тяжелым, как он ожидал, и неожиданная перемена обстановки принесла Квутегу облегчение. Он вращал волка, как древний дервиш пращу, поразив в головы двух волков. Но Квутег не мог одновременно следить за всеми волками, и один из них – тощий самец, – улучив момент, кинулся на человека. Зверю удалось отбросить человека к дереву, и Квутег выронил свою живую дубину.</p>
   <p>– Беги! – крикнул он изо всех сил.</p>
   <p>Стая бросилась на свою жертву, и тогда Квутег впился зубами в горло тощего самца. Волчья кровь залила ему глаза и ослепила. Квутег покатился по земле, потеряв всякое представление о том, где находятся остальные волки. Он вытер глаза и схватил другого волка. Часть стаи с воем разбежалась, часть с рычанием вонзила клыки в раненого самца. Но большинство зверей бросилось на человека. Волчьи зубы с двух сторон впились в горло Квутега.</p>
   <p>Сиона тоже слышала крик Улота, потом крик резко оборвался, и волки возобновили погоню. Ее наполнил такой гнев, что она была готова взорваться. Улота включили в их экспедицию только за его аналитические способности – этот человек по нескольким фрагментам любого явления мог составить четкое представление о целом. Именно Улот, когда они были в Цитадели, достал из фримпакета умножитель, исследовал два странных тома, которые они нашли, и объявил, что это, несомненно, шифр.</p>
   <p>Вот тогда Ради… бедный Ради, первый из них, кому пришлось умереть, сказал:</p>
   <p>– Мы не можем позволить себе брать лишний вес. Выбросите их.</p>
   <p>Улот начал возражать:</p>
   <p>– Ненужные вещи так не запечатывают.</p>
   <p>Квутег поддержал Ради:</p>
   <p>– Мы пришли в Цитадель за ее планом, и теперь он у нас есть. Эти книги слишком тяжелы.</p>
   <p>Но Сиона согласилась с Улотом:</p>
   <p>– Я понесу их.</p>
   <p>Это и положило конец спору.</p>
   <p><emphasis>Бедный Улот.</emphasis></p>
   <p>Они все знали, что он самый плохой бегун в их команде. Улот был медлителен во многих вещах, но его блестящий ум не стал бы оспаривать никто.</p>
   <p><emphasis>Ему можно доверять.</emphasis></p>
   <p>Улоту можно <emphasis>было</emphasis> доверять.</p>
   <p>Сиона усмирила гнев и использовала энергию для ускорения бега. Мимо в лунном свете мелькали деревья, в ушах свистел ветер. Девушка вошла в то состояние, которое иногда охватывает бегуна, когда для него перестает существовать все на свете, кроме его собственных движений. Тело само делало то, что надо было делать.</p>
   <p>Мужчины восхищались красотой ее бега, и Сиона знала это. Ее длинные темные волосы были стянуты на затылке в тугой узел, чтобы не развевались на ветру и не тормозили бег. Она даже упрекнула Квутега в глупости за то, что он отказался копировать ее стиль.</p>
   <p><emphasis>Где Квутег?</emphasis></p>
   <p>Ее волосы были не похожи на его волосы. Они были темно-каштановые, и их можно было принять за черные, но они имели совершенно иной оттенок.</p>
   <p>Как это иногда бывает с генами, они, совершив долгий путь, воссоздали на лице Сионы черты ее давно умершего предка: мягкий овал лица, полные губы, живые глаза и маленький нос. Ее тело было тонким и стройным от постоянных упражнений в беге, но от всей фигуры веяло сексуальностью, которая всегда привлекала к ней мужчин.</p>
   <p><emphasis>Где Квутег?</emphasis></p>
   <p>Волчья стая молчала, и это очень тревожило девушку. Так было, когда звери свалили Ради, а потом Сетузу.</p>
   <p>Она твердила себе, что эта тишина может говорить о чем угодно. Квутег был тоже молчалив… и очень силен. Казалось, что травма нисколько его не беспокоит.</p>
   <p>Сиона почувствовала боль в груди, сейчас должно прийти второе дыхание – она знала это по опыту многокилометровых тренировок. Пот пропитал тонкую ткань спортивного костюма. Мешок, запечатанный в водонепроницаемую оболочку, был укреплен высоко на спине – предстоял переход через реку. Сиона подумала о карте Цитадели, которая находилась у нее за спиной.</p>
   <p><emphasis>Где Лето прячет свои запасы Пряности?</emphasis></p>
   <p>Наверняка это место находится где-то внутри Цитадели. Обязательно именно там. Где-то в картах должен быть ключ к нахождению этого места. Эти меланжа с Пряностью – очень лакомый кусок для Бене Гессерит, Космической Гильдии и для всех прочих… Цена такой находки стоила любого риска.</p>
   <p>И два этих таинственных тома. Квутег был прав в одном – эта ридулианская бумага на кристаллах очень тяжела. Но Сионе было понятно и волнение Улота. В этих зашифрованных строчках скрывается что-то очень важное.</p>
   <p>В лесу позади нее раздался мягкий шум погони – это бежали волки.</p>
   <p><emphasis>Беги, Квутег, беги!</emphasis></p>
   <p>Впереди между деревьями показалась безлесная полоса – берег реки Айдахо. Было видно, как в воде отражается яркая луна.</p>
   <p><emphasis>Беги, Квутег!</emphasis></p>
   <p>Как ей хотелось услышать сейчас голос Квутега, хоть какой-нибудь звук! Из одиннадцати человек, которые начали этот путь, остались только они двое. Девять других заплатили своими жизнями за это приключение: <emphasis>Ради, Алина, Улот, Ининег, Онемао, Хутье, Мемар</emphasis> и <emphasis>Оала.</emphasis></p>
   <p>Сиона мысленно перечислила их имена, вознося за каждого молчаливую молитву старым богам, а не тирану Лето. Особенно молилась она Шаи-Хулуду.</p>
   <p><emphasis>Молю Шаи-Хулуда, живущего в песках.</emphasis></p>
   <p>Лес внезапно закончился, и перед Сионой открылся берег реки, покрытый скошенной травой. Вода за узкой полоской гальки неудержимо манила к себе. На фоне тяжелой маслянистой массы воды берег в лунном свете казался серебряным.</p>
   <p>Она едва не упала, услышав позади, в лесу, громкий, пронзительный крик. Голос Квутега одиноко прозвучал, заглушив на мгновение дикий вой волчьей стаи. Ошибки быть не могло, он не назвал ее имени, но прозвучавшее слово так много значило для нее – это было слово, говорившее о жизни и смерти:</p>
   <p>– Беги!</p>
   <p>Раздался яростный визг стаи, голос Квутега пропал. Сиона поняла, куда ушли его последние силы.</p>
   <p><emphasis>Он задержал их, чтобы я могла уйти.</emphasis></p>
   <p>Подчиняясь приказу Квутега, девушка подбежала к берегу и бросилась в воду головой вперед. Для разогретого бегом тела холод речной воды показался ей ледяным. Едва не задохнувшись, она рванулась вперед, стараясь плыть и одновременно восстановить дыхание. Драгоценный груз бил ее по затылку.</p>
   <p>Река Айдахо в этом месте не отличалась шириной – всего около пятидесяти метров, течение делало прихотливые изгибы возле песчаных кос, густо поросших тростником и травой, здесь вода отказывалась течь по прямой линии, проложенной для нее инженерами Лето Второго. Сионе придавало силы сознание того, что Д-волки были воспитаны так, что естественной преградой для них служила вода. Их ареал был четко очерчен рекой и валом Пустыни с противоположной стороны. Тем не менее Сиона проплыла под водой несколько метров, вынырнула под обрывистым берегом и оглянулась.</p>
   <p>Волчья стая, вытянувшись в шеренгу, стояла на противоположном берегу – все, кроме одного зверя, который спустился к кромке воды. Волк принялся тоскливо выть.</p>
   <p>Сиона знала, что волк видит ее. Д-волки отличались превосходным зрением. Среди предков этих зверей были Всевидящие Псы Лето, которых он использовал для выведения этой новой, страшной, породы. Их отбирали именно на глаз. Эти охотники, преследуя добычу, шли по следу, ориентируясь только на глаз. Но если этот один-единственный волк отважится войти в воду, никто не знает, что последует дальше. Сиона затаила дыхание и только теперь почувствовала, насколько она измотана. Они пробежали около тридцати километров, почти половину этого расстояния волки шли по пятам.</p>
   <p>Волк на краю берега взвыл последний раз, потом резко развернулся и присоединился к стае. По какому-то молчаливому сигналу все звери одновременно кинулись в лес.</p>
   <p>Сиона знала, куда они пойдут. Волкам разрешалось пожирать все, что они обнаружат в Запретном Лесу. Это знали все. Именно поэтому Д-волки без устали рыскали по лесу – они были стражами Сарьира.</p>
   <p>– Ты заплатишь, за все, Лето, – прошептала она. Голос прозвучал тихо, почти неслышно на фоне шелеста тростника. – Ты заплатишь за Улота, за Квутега и остальных. Ты заплатишь.</p>
   <p>Она легла на воду и плыла по течению до тех пор, пока ноги ее не коснулись дна в одной из песчаных бухточек. Тело было свинцовым от усталости, но Сиона заставила себя выйти из воды, остановиться и проверить, надежно ли запечатан мешок. Упаковка была цела – значит, содержимое мешка осталось сухим. Девушка взглянула на луну, потом перевела взгляд на лес по ту сторону реки.</p>
   <p><emphasis>Цена, которую мы заплатили, – десять дорогих друзей.</emphasis></p>
   <p>Слезы навернулись на глаза, но Сиона была фрименкой, и слезы быстро высохли. Переход через реку, потом через лес, охраняемый волками, потом путь сквозь Последнюю Пустыню, преодоление стен Цитадели – все это было уже сном… даже бег наперегонки со смертью, который все они предвидели, ибо было ясно, что сторожевые волки Запретного Леса будут ждать их на дороге… все это было сном, сном о чем-то далеком. Опасное предприятие навсегда осталось в прошлом.</p>
   <p><emphasis>Я спаслась.</emphasis></p>
   <p>Она снова взвалила мешок на спину и зафиксировала его.</p>
   <p><emphasis>Я прорвалась сквозь все твои преграды, Лето.</emphasis></p>
   <p>Только теперь Сиона вспомнила о зашифрованных томах. Она была уверена, что в тайнописных строках можно будет найти способ мести тирану.</p>
   <p><emphasis>Я уничтожу тебя, Лето!</emphasis></p>
   <p>Она не подумала: «<emphasis>Мы уничтожим тебя!</emphasis>» Сиона не могла думать о себе во множественном числе. Она сама будет мстить.</p>
   <p>Повернувшись спиной к реке, она направилась к саду, раскинувшемуся за прибрежной скошенной травой, повторяя клятву, заканчивавшуюся древней фрименской формулой, где называлось ее полное имя:</p>
   <p>– Сиона ибн Фуад аль-Сейефа Атрейдес проклинает тебя, Лето. Ты сполна заплатишь за все!</p>
   <subtitle>Из выполненного Хади Бенотто перевода томов, обнаруженных в Дар-эс-Балате</subtitle>
   <p>Мое имя – Лето Атрейдес II. Я родился более трех тысяч стандартных лет назад, если считать от того момента, когда печатаются эти строки. Мой отец – Пауль Муад’Диб. Моя мать была его фрименской супругой, звали ее Чани. Моей бабкой по материнской линии была Фарула, известная фрименская травница. Бабкой по отцовской линии была Джессика, она родилась в результате выполнения программы Бене Гессерит по выведению мужчины, который мог бы разделить знания Общины Сестер, получив власть, равную власти Преподобной Матери. Моим дедом по материнской линии был Лиет-Кинес, планетолог – организатор экологической трансформации Арракиса. Моим дедом по отцовской линии был Атрейдес, происходивший из Дома Атрея. Он мог проследить свою родословную до ее греческих истоков.</p>
   <p>Однако достаточно об этом!</p>
   <p>Мой дед по отцовской линии умер, как подобает доброму греку, пытаясь убить своего смертельного врага, старого барона Владимира Харконнена. Оба они до сих пор не слишком уютно чувствуют себя в моей предковой памяти. Даже мой отец недоволен таким соседством. Я сделал то, что боялся совершить он сам, но теперь его тень вынуждена делить со мной ответственность за последствия.</p>
   <p>Этого требует Золотой Путь. Но что такое Золотой Путь, спросите вы. Это выживание человечества, ни больше ни меньше. Для нас, тех, кто обладает предзнанием, кто знает о ловушках, ожидающих человечество, нахождение Золотого Пути всегда было высшей ответственностью.</p>
   <p>Выживание.</p>
   <p>Как вы к этому относитесь: ваши мелкие горести и радости и даже мучения и терзания – редко интересуют нас. Мой отец обладал этой силой. Но я обладаю ею в гораздо большей степени. Мы можем время от времени отодвигать завесу Времени и заглядывать в будущее.</p>
   <p>Эта планета – Арракис, – откуда я управляю своей мультигалактической Империей, разительно переменилась с тех пор, когда она была известна как Дюна. В те времена вся планета представляла собой пустыню. Теперь от нее осталась лишь малая часть – мой Сарьир. По планете больше не бродят черви, продуцируя меланжу. Пряность! Дюна ценилась из-за Пряности и только из-за нее! Наша планета была единственным источником этой Пряности. Какая это необыкновенная субстанция. Ни одна лаборатория в мире не сумела синтезировать ее. А ведь это самое ценное вещество из всех, какие когда-либо знало человечество.</p>
   <p>Без меланжи, которая воспламеняла провидческое воображение навигаторов Космической Гильдии, люди смогли бы преодолевать парсеки космоса лишь со скоростью черепахи. Без меланжи Бене Гессерит не смогла бы создать ни Вещающего Истину, ни Преподобную Мать. Без гериатрических свойств меланжи люди продолжали бы жить срок, отпущенный им древней природой, – сто лет или около того. Теперь же Пряность имеется только в Космической Гильдии и на складах Бене Гессерит, небольшие количества остались в распоряжении немногих Великих Домов, и есть мои гигантские запасы, которых жаждут все вышеперечисленные. Как бы хотели они напасть на меня! Но не смеют. Они знают, что я уничтожу все запасы, прежде чем они до них доберутся.</p>
   <p>Нет, они приходят ко мне со шляпой в руке и просят меня дать им Пряность. Я выдаю ее, как награду, и отказываю в ней в виде наказания. Теперь они ненавидят меня за это.</p>
   <p>Это моя власть, объясняю я им. Это мой, и только мой, дар.</p>
   <p>С помощью этого дара я основал Мир. Они получили около трех тысяч лет Мира Лето. Это есть состояние вынужденного покоя, но человечество испытывало такое состояние кратчайшие периоды своей истории до моего восшествия на престол. Если вы забыли об этом, то почитайте повествование о Мире Лето, оно записано в этих томах.</p>
   <p>Я начал этот рассказ в первые годы моего правления, во времена родовых мук моего метаморфоза, когда во мне было много человеческого, что было видно невооруженным глазом. Кожа из песчаных форелей, которую я воспринял (и от которой отказался мой отец), придала мне невиданную силу и способность противостоять нападениям и старению – эта кожа продолжала покрывать чисто человеческие формы: две ноги, две руки и человеческое лицо, обрамленное складками новой кожи.</p>
   <p>Ах, это лицо! Я все еще обладаю им – единственным участком человеческой кожи, которую я являю миру. Вся остальная моя плоть по-прежнему связана с телами этих мелких существ, крошечных переносчиков наследственности, которым суждено в один прекрасный день превратиться в гигантских червей.</p>
   <p>И этот день когда-нибудь настанет.</p>
   <p>Я часто думаю об этом конечном метаморфозе, который будет очень похож <emphasis>на смерть</emphasis>. Я знаю, как именно это произойдет, но не знаю, когда именно и кто, кроме меня, будет в этом участвовать. Это единственное, что мне не дано знать. Я могу знать только одно – продолжается ли Золотой Путь, или он уже закончился. Когда печатаются эти мои слова, Золотой Путь все еще продолжается, и я этим весьма доволен.</p>
   <p>Я не чувствую больше, как песчаные форели проникают в мою плоть своими ресничками, сохраняя воду моего тела в своих плацентарных барьерах. Теперь мы стали с ними единым телом, они – моя кожа, а я – то, что приводит в движение это единое целое… большую часть времени.</p>
   <p>Когда пишутся эти строки, упомянутое мной единое целое стало очень и очень большим. Мое тело имеет семь метров в длину и два метра в диаметре. Поверхность этого тела ребристая почти на всем протяжении. На одном конце этого цилиндра на высоте человеческого роста расположено мое лицо – лицо Атрейдеса. Руки (их еще можно разглядеть) расположены непосредственно книзу от лица. Мои ноги и ступни? Ну что ж, они почти совсем атрофировались. Подобно плавникам, они переместились на заднюю поверхность моего тела. Мой вес сейчас составляет около пяти старых тонн. Я привожу эти данные, потому что знаю: они будут представлять исторический интерес.</p>
   <p>Как мне удается носить такую непомерную тяжесть? Большей частью я передвигаюсь на Королевской Тележке, этом произведении иксианских мастеров. Вы шокированы? Люди боятся и ненавидят иксианцев еще больше, чем они боятся и ненавидят меня. Они полагают, что дьявол гораздо лучше, чем иксианец. И кто знает, что они могут изобрести и сделать? Кто?</p>
   <p>Я этого не знаю. Во всяком случае, не все.</p>
   <p>Однако я испытываю определенную симпатию к иксианцам. Они так страстно верят в свою технологию, свою науку, свои машины. Поскольку мы верим (содержание веры в данном случае не имеет значения), то мы понимаем друг друга – они и я. Они сделали для меня множество приспособлений и думают, что я им очень за это благодарен. Те слова, которые вы сейчас читаете, кстати говоря, записаны с помощью иксианского аппарата, который называется диктейтель. Если настроить мышление на определенный лад, то диктейтель активируется. После этого остается только думать в определенном режиме, а аппарат печатает мои мысли словами на ридулианской кристаллической бумаге толщиной всего в одну молекулу. Иногда я заказываю копии, которые печатают на менее долговечном материале. Именно два таких оттиска и были украдены у меня Сионой.</p>
   <p>Скажите, разве она не очаровательна, моя Сиона? Если вы поймете, насколько она важна для меня, то сможете даже спросить, действительно ли я должен был дать ей умереть в лесу. Не стоит в этом сомневаться. Смерть – вещь глубоко личная, а я редко вмешиваюсь в личные дела людей. Я не стал бы делать этого даже для тех, кого надо испытать, как Сиону. Я мог бы позволить ей умереть на любом этапе испытания. В конце концов мне ничего не стоило бы создать нового кандидата через короткий промежуток времени (по моим меркам, разумеется).</p>
   <p>Но она очаровала даже меня. Я наблюдал за ней тогда, в лесу. Я наблюдал за ней с помощью хитроумного иксианского аппарата, удивляясь, что не предвидел такого поворота событий. Но Сиона… это Сиона. Вот почему я ничего не сделал, чтобы остановить волков. Это было бы неправильно. Д-волки – это продолжение меня самого, продолжение моей цели, а моя цель заключается в том, чтобы быть самым великим из всех известных хищников.</p>
   <cite>
    <text-author><emphasis>Записки Лето II</emphasis></text-author>
   </cite>
   <subtitle>Нижеследующий краткий диалог взят из рукописи, известной под названием «Уэлбекский фрагмент». Считается, что автором рукописи является Сиона Атрейдес. В разговоре участвуют сама Сиона и ее отец Монео, который был (как утверждают историки) мажордомом и старшим помощником Лето Второго. Разговор датируется тем временем, когда Сиона была подростком и отец посетил ее в общежитии Школы Говорящих Рыб в Городе Празднеств Онн, самом населенном центре планеты, называемой в наше время Ракис. Согласно некоторым данным, Монео посетил дочь тайно, чтобы предупредить ее о том, что ей угрожает гибель.</subtitle>
   <p>СИОНА: Как ты мог оставаться в живых столь долгое время, отец? Он убивает тех, кто находится рядом с ним. Это известно всем.</p>
   <p>МОНЕО: Нет! Ты не права, он никого не убивает.</p>
   <p>СИОНА: Нет никакой необходимости мне лгать.</p>
   <p>МОНЕО: Я говорю совершенно искренне. Он никого не убивает.</p>
   <p>СИОНА: Тогда как объяснить смерти, о которых все знают?</p>
   <p>МОНЕО: Убивает Червь. Червь – Бог. Лето живет в груди Бога, но сам он никого не убивает.</p>
   <p>СИОНА: Но тогда как смог выжить ты?</p>
   <p>МОНЕО: Я умею распознавать Червя. Я вижу это по его лицу и угадываю по движениям. Я знаю, когда приближается Шаи-Хулуд.</p>
   <p>СИОНА: Но он не Шаи-Хулуд!</p>
   <p>МОНЕО: Да, так называли Червя в эпоху фрименов.</p>
   <p>СИОНА: Я читала об этом. Но он не Бог Пустыни.</p>
   <p>МОНЕО: Тише, глупая девчонка! Ты ничего не смыслишь в этих вещах.</p>
   <p>СИОНА: Я знаю, что ты трус.</p>
   <p>МОНЕО: Как мало ты знаешь. Ты никогда не стояла рядом с ним, не видела его лица и его рук.</p>
   <p>СИОНА: Что ты делаешь, когда приближается Червь?</p>
   <p>МОНЕО: Я ухожу.</p>
   <p>СИОНА: Это мудро. Он убил девять Дунканов Айдахо, мы это точно знаем.</p>
   <p>МОНЕО: Говорю тебе, он никого не убивает.</p>
   <p>СИОНА: Какая разница? Лето или Червь, они теперь единое целое.</p>
   <p>МОНЕО: Но это два разных существа. Лето – Император, а <emphasis>Червь – это тот, кто есть Бог.</emphasis></p>
   <p>СИОНА: Ты сошел с ума.</p>
   <p>МОНЕО: Возможно. Но я служу Богу.</p>
  </section>
  <section>
   <epigraph>
    <p>Из всех когда-либо живших я – самый страстный наблюдатель людей. Я слежу за ними изнутри и снаружи. Прошлое и настоящее причудливо переплетаются, создавая странные образы. По мере того как моя плоть претерпевает метаморфоз, чудесные вещи происходят с моими чувствами. Я воспринимаю все сущее так, словно это случается в непосредственной близости от меня. У меня очень острые слух и зрение, а обоняние позволяет различать великое множество запахов. Я способен улавливать и идентифицировать феромоны в концентрации три молекулы на миллион. Я знаю это. Я проверял. Вы никогда не спрячете ничего от моих обостренных чувств. Вы ужаснетесь, если узнаете, что я могу определить только с помощью обоняния. Ваши феромоны скажут мне, что вы делаете и даже что вы собираетесь делать. Каждый жест и каждая поза! Однажды я полдня смотрел на старика, сидевшего на скамейке в центре Арракина. Этот потомок наиба Стилгара в пятом колене даже не подозревал об этом. Я рассматривал его согбенную шею, складки кожи под подбородком, потрескавшиеся губы и влагу под носом, большие поры за ушами и жидкие косицы седых волос, торчавшие из-под капюшона старомодного защитного костюма. Он так и не заметил, что за ним наблюдают. Ха! Стилгар определил бы это в течение пары секунд. Но этот старик просто ждал, ждал того, кто так и не пришел. Он встал и поплелся прочь, с трудом разогнувшись после долгого сидения. Я знал, что никогда больше не увижу его во плоти. Он был близок к смерти, его вода почти истощилась. Но это уже не имело для меня никакого значения.</p>
    <text-author>(Похищенные записки)</text-author>
   </epigraph>
   <p>Лето считал то место, где он ждал своего нынешнего Дункана Айдахо, самым интересным местом во вселенной. По самым распространенным человеческим стандартам, это было гигантское пространство, сердцевина запутанной системы катакомб под фундаментом Цитадели. Помещения высотой тридцать метров и шириной двадцать, словно лучи, расходились от центрального зала, где он ожидал появления Айдахо. Коляска стояла в самом центре сводчатого зала диаметром четыреста метров и высотой сто метров.</p>
   <p>Такие размеры внушали Лето уверенность в себе.</p>
   <p>Был полдень, но подземный зал освещался лишь несколькими подвешенными круглыми светильниками, настроенными на приглушенный оранжевый цвет. Свет не проникал глубоко в боковые помещения, но Лето на память знал точное расположение того, что там находилось: кости, вода и прах его предков и тех Атрейдесов, которые жили и умирали здесь со времен Дюны. Все они были здесь плюс немного меланжи, чтобы создать иллюзию, что это и есть весь его запас, созданный на случай какой-нибудь катастрофы.</p>
   <p>Лето знал, почему Дункан хочет его видеть. Айдахо узнал, что на Тлейлаксу изготовили нового Дункана, другого гхола, созданного по заказу Бога-Императора. Этот, нынешний Дункан боится, что его хотят заменить после шестидесяти лет службы. Такие вещи постоянно происходили с Айдахо перед его заменой. Агент Гильдии уже успел предупредить Лето, что Айдахо получил с Иксиана специальное ружье.</p>
   <p>Лето усмехнулся. Гильдия остается очень чувствительной ко всему, что может угрожать и без того очень скромным поставкам меланжи. Они просто в ужасе от того, что Лето является последним связующим звеном между Гильдией и песчаными червями, которые продуцируют столбики Пряности.</p>
   <p><emphasis>Если я умру от воды, то Пряности больше не будет – никогда.</emphasis></p>
   <p>Этот страх, подобно дамоклову мечу, постоянно висел над Гильдией. Тем более что служащие в Гильдии историки убедили навигаторов в том, что именно Лето обладает единственными во вселенной запасами меланжи. Это знание делало Гильдию вполне надежным союзником.</p>
   <p>В ожидании Айдахо Лето занимался упражнениями для рук и пальцев, упражнениями, усвоенными в Бене Гессерит. Руки были его, Лето, гордостью. Скрытые под серой оболочкой из песчаных форелей, эти руки с длинными пальцами можно было использовать точно так же, как обычные человеческие руки. Почти бесполезные плавники, в которые превратились ноги и ступни, были для Лето скорее источником неудобства, нежели стыда. Он мог ползать, перекатываться и бросать свое тело, но иногда, падая на плавники, Лето испытывал боль.</p>
   <p>Почему задерживается Дункан?</p>
   <p>Лето представил себе, как этот человек, испытывая внутренние колебания, всматривается в зыбкий горизонт Сарьира. Сегодня очень жарко, и воздух ведет себя как живое существо. Перед тем как спуститься в катакомбы, Лето видел на юго-западе мираж. Тепловое зеркало показало сотрудников Музея фримена, которые вели группу туристов мимо показательного фрименского сиетча.</p>
   <p>В подземелье же было всегда прохладно и всегда царил полумрак. Туннельные ответвления были погружены в темноту, поднимаясь вверх и вниз очень полого, чтобы Императору было удобно передвигаться по ним в своей коляске. Некоторые туннели, прикрытые фальшивыми стенами, простирались на много километров, создавая сеть тайных ходов и запасных помещений. По этим многокилометровым туннелям Лето передвигался с помощью умных иксианских механизмов.</p>
   <p>Проигрывая в уме предстоящую беседу, Лето начал заметно нервничать. Это была интересная эмоция, и он некоторое время ею наслаждался. Лето знал, что за последние годы очень привязался к нынешнему Айдахо. У Лето оставалась некоторая надежда, что Дункан переживет предстоящий им разговор. Иногда Дунканы оставались жить после таких бесед. Было маловероятно, что Дункан представляет для него смертельную угрозу, хотя полностью исключать такую возможность было нельзя. Когда-то Лето пытался объяснить это одному из предыдущих Дунканов… Кстати, это происходило здесь же.</p>
   <p>– Ты находишь это странным, что я, с моей силой и властью, могу говорить о шансах и везении, – сказал тогда Лето.</p>
   <p>Дункан разозлился.</p>
   <p>– Ты никогда не оставляешь места для случайности! Я очень хорошо тебя знаю!</p>
   <p>– Как это наивно с твоей стороны. Случайность есть суть моей вселенной.</p>
   <p>– Не случайность, а зло! И ты всегда был автором этого зла!</p>
   <p>– Прекрасно, Дункан! Зло – это одно из самых глубинных удовольствий. Имея дело со злом, мы укрепляем свои творческие способности.</p>
   <p>– Ты совершенно перестал быть человеком! – О, как был зол тот Дункан.</p>
   <p>Лето нашел это обвинение раздражающим, как песчинка в глазу. Лето относился к остаткам человеческого в своем существе с некоторой жестокостью, этого нельзя было отрицать, но самым близким к гневу чувством, которое он позволил себе испытать в тот момент, было именно раздражение.</p>
   <p>– Твоя жизнь стала похожа на клише, – обвинил он Айдахо.</p>
   <p>В ответ на это обвинение Дункан извлек из складок одежды взрывчатку. Каков сюрприз!</p>
   <p>Лето любил сюрпризы, даже такие отвратительные.</p>
   <p><emphasis>Это было нечто, чего я не смог предвидеть!</emphasis> Он и сказал это Дункану, который, как ни странно, стоял перед ним в нерешительности как раз в тот момент, когда требовалась только решительность.</p>
   <p>– Такой заряд мог убить тебя, – произнес Дункан.</p>
   <p>– Прости меня, но эта хлопушка могла бы только легко меня ранить, не более того.</p>
   <p>– Но ты же сам признал, что не предвидел этого! – Айдахо сорвался на пронзительный крик.</p>
   <p>– Дункан, Дункан, абсолютное предзнание для меня означает смерть, а она невыразимо скучна.</p>
   <p>Айдахо хотел было отбросить гранату в сторону, но заряд был недостаточно стабилен и взорвался слишком рано, убив Дункана. Но ничего страшного, в баках Тлейлаксу был уже изготовлен следующий Айдахо.</p>
   <p>Один из светильников несколько раз мигнул. Волнение охватило Лето. Сигнал Монео! Верный Монео предупреждает, что Дункан спускается в крипту.</p>
   <p>Открылись створки лифта под северо-западной аркой зала, и в проеме показалась фигурка Айдахо. Дункан был еще очень далеко, но Лето мог различить мельчайшие детали его внешности. Вот складка на рукаве у локтя – это говорит о том, что человек сидел у стола, опершись подбородком на руку. Да, на подбородке даже остались следы пальцев. Запах Дункана распространялся впереди его и свидетельствовал, что в крови Айдахо бушует адреналин.</p>
   <p>Лето молча ждал, когда человек приблизится, внимательно приглядываясь к деталям. Несмотря на свою многолетнюю службу, Айдахо шел пружинистой походкой молодого человека. Возможно, это результат приема небольших доз меланжи. На Дункане была старая черная форма атрейдесовских воинов с золотым ястребом на груди. Это должно было означать: «Я служу чести старых Атрейдесов!» Волосы все еще были черными и кудрявыми, как каракуль, черты лица резкими, скулы выступали.</p>
   <p><emphasis>На Тлейлаксу хорошо знают свое дело,</emphasis> мысленно произнес Лето.</p>
   <p>В руке Дункан держал тонкий чемоданчик, сплетенный из темно-коричневого волокна. Обычно в этом чемоданчике находились документы, подготовленные Айдахо, но на этот раз кейс вздувался от слишком массивного предмета.</p>
   <p><emphasis>Иксианское ружье.</emphasis></p>
   <p>Приближаясь, Айдахо не отрывал взгляд от лица Лето. Да, то, без сомнения, было лицо настоящего Атрейдеса – тонкие черты и голубые глаза, которые, как казалось слабонервным, могли физически пронзить человека насквозь. Лицо пряталось в глубокой нише, образованной складкой из песчаных форелей. Эти складки могли в считанные мгновения развернуться в защитный капюшон. Айдахо знал, что для этого Лето достаточно слегка пошевелить лицевыми мышцами. Лицо казалось неправдоподобно розовым на фоне форельей кожи. Лицо Лето казалось непристойностью, остатком потерянной человечности, внедренной в нечто, совершенно чуждое человеческому существу.</p>
   <p>Остановившись всего в шести шагах от Королевской тележки, Айдахо не счел нужным скрыть свои злобные намерения. Он не подумал даже о том, чтобы получше спрятать лазерное ружье. Империя слишком далеко ушла от старых представлений о морали, присущих Атрейдесам, и превратилась в беспощадный безликий джаггернаут<a l:href="#n1" type="note">[1]</a>, сокрушающий невинного на его пути. Этому надо положить конец!</p>
   <p>– Я пришел поговорить с вами о Сионе и других вещах, – произнес Айдахо. Он поставил кейс так, чтобы без затруднений достать оружие.</p>
   <p>– Очень хорошо, – едва подавляя зевоту, ответил Лето.</p>
   <p>– Сиона была единственной, кому удалось избежать смерти, но у нее остались другие мятежные товарищи.</p>
   <p>– Ты думаешь, я этого не знаю?</p>
   <p>– Я знаю вашу опасную терпимость к мятежникам и заговорщикам! Чего я не знаю, так это содержимого пакетов, которые они украли.</p>
   <p>– Ах, вот оно что… У Сионы в руках полный план Цитадели.</p>
   <p>На краткий миг Айдахо снова превратился в бдительного начальника стражи, шокированного таким небрежением безопасностью.</p>
   <p>– И вы позволили ей бежать с этим?</p>
   <p>– Не я, а ты.</p>
   <p>Айдахо был до глубины души уязвлен этими словами; желание убить тирана вновь поднялось в его душе.</p>
   <p>– Это все, что она взяла? – поинтересовался он.</p>
   <p>– Там было два тома моих записок, копии и карты. Она украла копии.</p>
   <p>Айдахо изучающе посмотрел на неподвижное лицо Лето.</p>
   <p>– И каково содержание этих записок? Иногда вы говорили, что это история, иногда – что дневники.</p>
   <p>– Понемногу того и другого. Пожалуй, их можно даже назвать учебником.</p>
   <p>– Вас очень беспокоит эта кража?</p>
   <p>Лето позволил себе слегка улыбнуться, что Айдахо воспринял как отрицательный ответ. По червеобразному телу Лето пробежала волна мышечного напряжения, когда Айдахо сунул руку в тонкий кейс. Что он достанет – доклад или оружие? Хотя нынешнее тело Лето было устойчивым к воздействию высокой температуры, было несколько участков, чувствительных к поражающему действию лазерного ружья, особенно лицо.</p>
   <p>Айдахо извлек из кейса доклад и начал читать. Но Лето было уже все ясно, Дункан не информировал патрона, он искал ответ на свои вопросы. Айдахо искал оправдания своим действиям, убийству, на которое он уже решился.</p>
   <p>– Нами обнаружены группы последователей культа Алии на Гьеди Один, – читал между тем Айдахо.</p>
   <p>Лето промолчал, Айдахо начал рассказывать подробности. <emphasis>Как это скучно,</emphasis> подумал Лето. Мысли его блуждали. Последователи культа давно умершей сестры его отца были забавны, не более того. Но Дунканы по очереди, и это неудивительно, рассматривали деятельность этой секты как скрытую угрозу власти.</p>
   <p>Айдахо закончил свой доклад. Ничего не скажешь, его агенты были очень старательны. Скучны и старательны.</p>
   <p>– Все это не более опасно, чем возрождение культа Изиды, – заметил Лето. – Мои жрецы и жрицы немного развлекутся, подавляя этот культ, только и всего.</p>
   <p>Айдахо, словно отвечая своим мыслям, задумчиво покачал головой.</p>
   <p>– Бене Гессерит знает об этом культе, – сказал он.</p>
   <p><emphasis>Вот это уже интересно,</emphasis> подумал Лето.</p>
   <p>– Община Сестер никогда не простит мне того, что я лишил их любимого детища – селекционной программы.</p>
   <p>– Этот культ не имеет ничего общего с селекционной программой.</p>
   <p>Лето подавил чувство изумления. Дунканы всегда были очень понятливы в вопросах селекции, правда, иногда и на них находил какой-то ступор.</p>
   <p>– Понятно, – сказал Лето. – Понимаешь, Бене Гессерит всегда отличались изрядным сумасбродством, но сумасшествие – это резервуар сюрпризов, а некоторые из них бывают полезными.</p>
   <p>– Я, как ни стараюсь, не могу увидеть в них ничего полезного.</p>
   <p>– Так ты думаешь, что за культом Алии стоит Бене Гессерит? – спросил Лето.</p>
   <p>– Да.</p>
   <p>– Объяснись.</p>
   <p>– У них есть священная гробница. Они называют ее «Гробницей хрустального ножа».</p>
   <p>– Она существует и сейчас?</p>
   <p>– Их верховная жрица носит титул «Хранительница света Джессики». О чем это может говорить?</p>
   <p>– Великолепно! – воскликнул Лето, не пытаясь на этот раз сдержать удивления.</p>
   <p>– Что же в этом великолепного?</p>
   <p>– Они ухитрились объединить мою бабку и тетку в одно божество, это забавно.</p>
   <p>Айдахо, ничего не понимая, медленно покачал головой.</p>
   <p>Лето на мгновение позволил себе расслабиться. Бабка в его генетической памяти была не очень озабочена судьбой своего нынешнего культа на Гьеди Один. Надо все же отгородиться от ее памяти и ее личности.</p>
   <p>– И в чем же, ты полагаешь, состоит цель организации этого культа? – спросил Лето.</p>
   <p>– Она очевидна. Создать конкурирующую религию, с тем чтобы подорвать вашу власть.</p>
   <p>– Это слишком просто. Что ни говори о Бене Гессерит, но простаками они не были никогда.</p>
   <p>Айдахо ждал объяснений.</p>
   <p>– Они хотят получать больше Пряности! – сказал Лето. – Они чтят ее больше, чем своих Преподобных Матерей.</p>
   <p>– Так они будут раздражать вас до тех пор, пока вы их не купите?</p>
   <p>– Я разочарован в тебе, Дункан.</p>
   <p>Айдахо уставился на Лето, который хотел вздохнуть. Теперь для него это было очень сложное и несвойственное для нового тела движение. Дунканы обычно были более понятливы, но Лето предположил, что злодейский умысел помрачил рассудок этого Айдахо.</p>
   <p>– Они выбрали своей штаб-квартирой Гьеди Один, – сказал Лето. – Что ты можешь сказать по этому поводу?</p>
   <p>– Там находится крепость Харконненов, но это очень древняя история.</p>
   <p>– Там умерла твоя сестра, она стала жертвой Харконненов, и в твоем сознании Гьеди и Харконнен слились воедино. Почему ты раньше не говорил мне об этом?</p>
   <p>– Потому что не считал это важным.</p>
   <p>Лето плотно сжал губы. Упоминание о сестре взволновало Дункана. Умом этот человек понимал, что он всего лишь звено в последовательности плотских копий одного и того же человека, что он всего-навсего продукт бродильных баков Тлейлаксу, в которых живут аксолотли, размножающие его, Дункана, исходные клетки. Ни один Дункан не может полностью избавиться от своей врожденной памяти. Он прекрасно помнил, что именно Атрейдесы освободили его из застенков Харконненов.</p>
   <p><emphasis>И кем бы я ни был</emphasis>, подумал Лето, <emphasis>я все равно навеки останусь Атрейдесом.</emphasis></p>
   <p>– Что вы пытаетесь сказать? – требовательно спросил Айдахо.</p>
   <p>Лето решил, что пора повысить голос:</p>
   <p>– Харконнены были ворами Пряности!</p>
   <p>Айдахо отступил на один шаг.</p>
   <p>Лето продолжал, понизив голос:</p>
   <p>– До сих пор на Гьеди Один есть спрятанные склады Пряности. Община Сестер пытается обнаружить их, используя для маскировки свои религиозные трюки.</p>
   <p>Айдахо был ошеломлен. Слово было сказано, и ответ очевиден.</p>
   <p><emphasis>Это мой недосмотр,</emphasis> подумал Айдахо.</p>
   <p>Окрик Лето снова расставил все по своим местам: Дункан по-прежнему был начальником стражи. Айдахо знал упрощенную до предела экономику Империи: никаких долгов под проценты – только наличные на бочку. Единственной валютой были монеты с изображением лица Лето – Бога-Императора. Истинная ценность заключалась в Пряности, ее цена была огромной и продолжала расти. За маленький чемоданчик Пряности можно было купить планету средних размеров.</p>
   <p><emphasis>Контролировать надо финансы и суд, все остальное сделает чернь,</emphasis> подумал Лето. Эту фразу сказал когда-то старик Джекоб Брум, и Лето услышал, как Джекоб хихикнул в его генетической памяти. <emphasis>Да, старик, с тех пор мало что изменилось,</emphasis> сказал Бруму Лето.</p>
   <p>Айдахо виновато вздохнул.</p>
   <p>– Надо немедленно известить об этом Бюро Веры.</p>
   <p>Лето хранил безмолвие.</p>
   <p>Айдахо расценил это как разрешение продолжать и снова принялся читать доклад, но Лето слушал его вполуха, отмечая про себя те места, на которых стоило сосредоточиться.</p>
   <p>Теперь он начнет говорить о Тлейлаксу.</p>
   <p><emphasis>Ты вступаешь на опасную для себя почву, Дункан.</emphasis></p>
   <p>Однако эта мысль придала рефлексии Лето новое направление.</p>
   <p><emphasis>Хитроумные тлейлаксианцы до сих пор делают мне Дунканов из исходного клеточного материала. С религиозной точки зрения они совершают преступное деяние, и мы все это отлично знаем. Я не разрешаю искусственные манипуляции с генетическим материалом человека. Но на Тлейлаксу знают, как я ценю Дунканов в качестве начальников придворной стражи. Не думаю, что они находят это удивительным. Меня лично забавляет другое – что имя Айдахо носит теперь река, которая течет на том месте, где когда-то высилась одноименная гора, которую пришлось уничтожить, чтобы добыть материал для строительства стен вокруг моего Сарьира.</emphasis></p>
   <p><emphasis>Конечно, тлейлаксианцы знают, что время от времени я скрещиваю Дунканов с женщинами, исполняя свою селекционную программу. В этих Дунканах есть какая-то монгольская сила… и еще кое-что. Каждый огонь должен чем-то гаситься.</emphasis></p>
   <p><emphasis>Этот экземпляр я хотел скрестить с Сионой, но теперь это невозможно.</emphasis></p>
   <p><emphasis>Ха! Он говорит, что мне пора бы «обрушиться» на Тлейлаксу. Почему бы ему прямо не спросить, не собираюсь ли я его заменить?</emphasis></p>
   <p><emphasis>Я испытываю большое искушение сказать ему об этом.</emphasis></p>
   <p>Рука Айдахо снова опустилась к кейсу. Внутренний монитор Лето включился без промедления.</p>
   <p><emphasis>Лазерное ружье или еще один доклад? Еще один доклад.</emphasis></p>
   <p><emphasis>Дункан держится настороженно. Он хочет убедиться не только в том, что я ни о чем не подозреваю, но и в том, что я больше не стою его верности. Он слишком долго колеблется. Да, впрочем, он всегда был таким. Сколько раз я говорил ему, что не стану использовать свое предзнание для того, чтобы предсказать время своего исхода из моего нынешнего состояния. Но он сомневается. Он всегда и во всем сомневается.</emphasis></p>
   <p><emphasis>Эта огромная пещера скрадывает голос, и если бы не моя сверхчувствительность, то здешняя сырость могла бы скрыть химические свидетельства страха. Сейчас я отключусь от восприятия его голоса – Дункан стал невыносимо скучен. Он опять рассказывает мне историю, историю мятежа Сионы, однако нет сомнения, что он одобряет ее последнюю эскападу.</emphasis></p>
   <p><emphasis>«Это не обычный мятеж», – говорит он.</emphasis></p>
   <p><emphasis>Он меня достал! Дурак. Все мятежи ординарны и до бесконечности скучны. Все эти революции и восстания скроены на один манер. Движущей силой является пристрастие к собственному адреналину и жажда личной власти. Все эти мятежники и революционеры – не более чем карманные аристократы. Вот почему я могу так легко обратить их.</emphasis></p>
   <p><emphasis>Почему этот Дункан никогда не слушал меня, когда я пытался это объяснить? Мы же спорили о мятежах вот с этим самым Дунканом. То было наше с ним первое столкновение, и произошло оно именно в этой крипте.</emphasis></p>
   <p><emphasis>«Искусство правления требует не отдавать инициативу в руки радикальным элементам», – сказал тогда Дункан.</emphasis></p>
   <p><emphasis>Подумайте, какая педантичность! Радикалы вырастают в каждом поколении, и вы никогда не должны этому препятствовать. Именно это имел в виду Айдахо, говоря: «.. не отдавать инициативу». Он хочет раздавить их, подавить, остановить, не допустить. Дункан – живое доказательство тому, насколько мала разница между военным и полицейским мышлением.</emphasis></p>
   <p><emphasis>Тогда я сказал ему: «Радикалов стоит бояться только тогда, когда ты пытаешься их подавить. Напротив, ты должен показать, что готов воспользоваться лучшим из того, что они могут предложить».</emphasis></p>
   <p><emphasis>«Они опасны! Они очень опасны». Он думал, что многократным повторением сумеет убедить меня в истинности своих слов.</emphasis></p>
   <p><emphasis>Медленно, шаг за шагом, я привел его к пониманию моего метода, и временами он делал вид, что внимательно меня слушает.</emphasis></p>
   <p><emphasis>«В этом и заключается их слабость. Радикалы все упрощают – для них существует только белое и черное, добро и зло, мы и они. Обращаясь таким образом со сложнейшими проблемами, они разрывают порядок вещей и порождают хаос. Искусство правления, как ты выразился, и заключается в умении управлять хаосом».</emphasis></p>
   <p><emphasis>«Никто не может управлять неожиданностями».</emphasis></p>
   <p><emphasis>«Неожиданности? Кто говорит о неожиданностях? В хаосе нет ничего неожиданного, он обладает вполне предсказуемыми характеристиками. Прежде всего он уничтожает порядок и доводит противостояние сил до крайности».</emphasis></p>
   <p><emphasis>«Но ведь радикалы и стремятся к этому. Разве они не хотят потрясти все до основания, чтобы овладеть ходом событий?»</emphasis></p>
   <p><emphasis>«Они думают, что делают так. На самом деле они только плодят новых экстремистов, новых радикалов и все начинается сначала».</emphasis></p>
   <p><emphasis>«Но что, если появится радикал, который, понимая все это, все же пойдет на вас под знаменем радикализма?»</emphasis></p>
   <p><emphasis>«Это будет не радикал, а соперник, желающий захватить власть».</emphasis></p>
   <p><emphasis>«И что вы тогда будете делать?»</emphasis></p>
   <p><emphasis>«С ним надо либо объединиться, либо его надо уничтожить. Это есть самый низший уровень борьбы за власть».</emphasis></p>
   <p><emphasis>«Но что вы можете сказать о мессиях?»</emphasis></p>
   <p><emphasis>«Таких, как мой отец?»</emphasis></p>
   <p><emphasis>Этот Дункан не любит подобных вопросов. Он знает, что неким непостижимым образом я тождествен моему отцу. Он знает, что я могу говорить его голосом и даже надевать его психологическую маску, что моя память о нем точна и неумолима.</emphasis></p>
   <p><emphasis>Айдахо неохотно заговорил: «Ну да… если хотите».</emphasis></p>
   <p><emphasis>«Дункан, я весь соткан из них, и я знаю: никогда не было на свете бескорыстных мятежников – они все лицемеры – сознательные или бессознательные, это безразлично».</emphasis></p>
   <p><emphasis>Помнится, эти слова растревожили осиное гнездо в моей предковой памяти. Некоторые из моих предков так и не расстались с наивной верой в то, что они и только они держали в руках ключ к решению всех проблем человечества. Ну что ж, в этом они очень похожи на меня. Я могу им только посочувствовать, ибо их неудача и есть демонстрация моей правоты.</emphasis></p>
   <p><emphasis>Однако я вынужден их заблокировать. Нечего привыкать к их обществу. Они очень ядовитые напоминания… так же, как и этот Дункан, который стоит передо мной…</emphasis></p>
   <p><emphasis>О великий Боже! Он же усыпил мою бдительность, держит в руке лазерное ружье и целится мне в лицо.</emphasis></p>
   <p>– Эй, Дункан! Ты тоже решил меня предать?</p>
   <p><emphasis>Tu quoque, Brute?</emphasis><a l:href="#n2" type="note">[2]</a></p>
   <p>Каждый нерв Лето пришел в состояние боевой готовности. Тело его начало подергиваться. Плоть Червя обладала своей собственной волей.</p>
   <p>Айдахо дерзко заговорил:</p>
   <p>– Скажи мне, Лето, сколько раз я должен платить за верность?</p>
   <p>Лето сразу понял глубинный смысл вопроса: <emphasis>«Сколько раз меня восстанавливали?»</emphasis> Дунканы всегда хотели это знать. Каждый Дункан задавал этот вопрос и оставался недовольным ответом, не веря в него и терзаясь сомнениями.</p>
   <p>Лето заговорил самым грустным голосом Муад’Диба:</p>
   <p>– Разве ты не гордишься моим восхищением, Дункан? Ты никогда не задумывался над тем, почему я хочу, чтобы ты был моим постоянным товарищем на протяжении стольких веков?</p>
   <p>– Ты считаешь меня законченным и отпетым дураком!</p>
   <p>– Дункан! – Голос рассерженного Муад’Диба всегда приводил в замешательство любого Айдахо. Несмотря на то что Айдахо не знал, что Лето владеет Голосом Бене Гессерит так, как им не могла владеть ни одна Сестра, было вполне предсказуемо, что рука Дункана дрогнет при звуке этого Голоса. Так и случилось – дуло ружья дрогнуло.</p>
   <p>Этого оказалось достаточно – тело Лето, развернувшись в мгновение ока, вылетело из тележки. Айдахо никогда не видел, как его повелитель покидает тележку, он даже не предполагал, что такое может произойти. От Лето требовались только две вещи: тело червя должно было почувствовать опасность и освободиться от тележки. Быстрота, с которой все произошло, поразила даже самого Императора.</p>
   <p>Теперь главной заботой было лазерное ружье. Его луч мог серьезно поранить, но, однако, мало кто знал о том, какой жар способно перенести тело Червя.</p>
   <p>Повернувшись, Лето ударил Айдахо хвостом, и ружье в момент выстрела отклонилось. Рудимент, в который превратилась одна из ног Лето, ощутил страшный ожог, боль заполонила все существо Лето, однако тело Червя было уже запрограммировано и действовало с безошибочной быстротой. Хвост зверя начал совершать сильные биения. Ружье было отброшено далеко в сторону из конвульсивно дернувшейся руки Айдахо.</p>
   <p>Откатившись от Дункана, Лето изготовился к новой атаке, но в ней уже не было никакой нужды. Поврежденный рудимент все еще посылал болевые импульсы, и Лето понял, что остаток конечности тяжело обожжен, а один палец просто сгорел. Форелья кожа быстро наросла, закрыв дефект, боль превратилась в ноющую пульсацию.</p>
   <p>Айдахо корчился в судорогах. Не было никаких сомнений в том, что он смертельно ранен. Грудная клетка была буквально раздавлена. Судя по дыханию, наступила агония, но Дункан смог открыть глаза и посмотреть на Лето.</p>
   <p><emphasis>Как упрямо одержимы бывают эти смертные!</emphasis> – подумал Лето.</p>
   <p>– Сиона! – выдохнул Айдахо.</p>
   <p>Лето увидел, как жизнь покидает тело начальника стражи.</p>
   <p><emphasis>Интересно,</emphasis> подумал Лето. <emphasis>Возможно ли, чтобы Дункан и Сиона… Нет! Этот Дункан всегда испытывал презрительное недовольство по отношению к глупостям Сионы.</emphasis></p>
   <p>Лето вновь забрался в Императорскую тележку. То была закрытая модель. Не приходилось сомневаться, что Айдахо целил в <emphasis>мозг</emphasis>. Лето, да и все остальные знали, что его рудиментарные конечности подвержены внешним воздействиям и являются уязвимыми, но его мозг был больше не связан ни с лицом, ни с головой. В человеческом понимании это вообще был не мозг, а цепочка нервных узлов, вытянутая вдоль тела. Это Лето поведал только своим тайным запискам.</p>
  </section>
  <section>
   <epigraph>
    <p>О, какие ландшафты я видел! А каких людей! Дальние странствия фрименов и все остальное, вплоть до самых древних мифов Терры – праматери Земли. О, эти уроки астрономии, их захватывающая интрига, паническое бегство, переселения народов, бесконечный ночной бег – до онемения в ногах и боли в легких – во всех тех местах вселенной, где мы защищали свою преходящую собственность. Я говорю вам, что мы – образец для подражания, и порукой тому моя бесконечная память.</p>
    <text-author>(Похищенные записки)</text-author>
   </epigraph>
   <p>Женщина, работавшая за небольшим подвешенным к стене столом, была слишком велика для узкого стульчика, на котором она примостилась. На улице был полдень, но в помещении, находившемся глубоко под землей города Онн, естественно, не было окон, и светильник, расположенный под потолком, был единственным источником света. Несмотря на то что светящийся шар был настроен на теплый желтоватый свет, он был не в состоянии развеять мрачную серость комнаты – стены и потолок были выполнены из тусклого серого металла.</p>
   <p>Вся мебель в комнате состояла из единственного топчана – убогой узкой лежанки, застеленной грубым одеялом. Было совершенно очевидно, что никакая мебель в помещении не была предназначена для работавшей в нем женщины.</p>
   <p>На ней была надета темно-синяя пижама, туго обтягивающая широкие плечи. Лампа освещала коротко стриженные светлые волосы и правую часть лица с сильно развитой нижней челюстью, беззвучно двигавшейся в такт словам, которые женщина набирала на клавиатуре, лежавшей на столе. Женщина относилась к машине с благоговейным, почти мистическим почтением, граничившим со страхом, который не исчезал, несмотря на давнее знакомство с техникой.</p>
   <p>Женщина нажимала клавиши, а на экране, вмонтированном в стену над столом, появлялся текст.</p>
   <p>«Сиона продолжает свою деятельность, на основании чего можно предположить, что она готовит нападение на Вашу Священную Особу, – писала женщина. – Сиона остается непоколебимой в своих преступных целях. Она сказала мне, что передаст копии похищенных записей группе лиц, чьей верности Вам ни в коем случае нельзя доверять. Она собирается передать копии Бене Гессерит, Гильдии и иксианцам. Сиона утверждает, что в записках содержатся Ваши зашифрованные слова, и она надеется, что получатели помогут ей перевести Ваши Священные Слова.</p>
   <p>Господин, я не знаю, какое Великое Откровение содержится в этих страницах, но если там записано то, что может угрожать Вашей Священной Особе, то я прошу освободить меня от клятвы верности Сионе. Я не могу понять, почему Вы так настаивали на том, чтобы я принесла эту клятву, но я очень ее боюсь.</p>
   <p>Остаюсь Вашей преданной слугой, Наила».</p>
   <p>Стул заскрипел, когда Наила откинулась на спинку и, глядя на экран, принялась обдумывать написанные ею слова. В комнате царила почти неестественная тишина, нарушаемая лишь едва слышным дыханием женщины и работой машины, от которой слегка вибрировал пол.</p>
   <p>Наила внимательно перечитывала текст, обдумывая каждое слово. Послание было предназначено исключительно для глаз Бога-Императора и требовало не только безусловной правдивости. Оно требовало предельной искренности и беспристрастности, которые истощали Наилу. Наконец женщина решительно кивнула головой и нажала клавишу, которая закодирует послание и приготовит его к передаче. Склонив голову, она молча помолилась и, повернув столик, утопила его в стену. Послание было передано. Бог лично вмонтировал ей в мозг специальное устройство и лично взял с женщины клятву, что она никогда и ни под каким видом никому об этом не расскажет, предупредив, что может настать момент, когда он, Бог, будет говорить с ней с помощью этого устройства. До сих пор этот момент не наступил. Наила подозревала, что этот аппарат придумали иксианцы – уж очень подозрительный был у него вид. Но Бог самолично имплантировал ей в мозг этот аппарат, и Наила могла с чистой совестью игнорировать тот факт, что прибор очень походил на компьютер, а они были запрещены Великим Сходом.</p>
   <p>«Не сотвори машину по образу и подобию ума!»</p>
   <p>Наила содрогнулась. Она встала и поставила стул на его обычное место возле топчана. Тяжелому мускулистому телу было тесно в тонкой синей пижаме. Во всем облике женщины сквозила обдуманность действий, идеально приспособленных к огромной физической силе. Около топчана она оглянулась и посмотрела на то место, где был экран. Сейчас он был закрыт стенной панелью, которая ничем, абсолютно ничем не отличалась от прочих темно-серых металлических панелей.</p>
   <p>Наила глубоко вздохнула, взяла себя в руки и вышла из комнаты через единственную дверь в серый проход, освещенный белым шаровым светильником. Здесь шум машин был громче. Наила свернула налево и через несколько минут оказалась в большой комнате Сионы. В середине помещения стоял стол, на котором были сложены вещи, похищенные в Цитадели. Вся сцена освещалась серебристыми шаровыми лампами – у стола стояли Сиона и ее помощник Топри.</p>
   <p>Наила, с восхищением относившаяся к Сионе, не могла понять, что хорошего девушка находит в Топри, по ее мнению, этот человек не заслуживал ничего, кроме откровенной неприязни. Топри был нервный, толстый мужчина с зелеными навыкате глазами, курносым носом, тонкими губами и полным, с ямочкой, подбородком. Голос у Топри был неприятным и визгливым.</p>
   <p>– Посмотри-ка, Наила! Нет, ты только посмотри, что нашла Сиона между страницами книг.</p>
   <p>Наила молча закрыла и заперла единственную дверь комнаты.</p>
   <p>– Ты слишком много говоришь, Топри, – произнесла она. – Ты – болтун. Откуда ты знал, что я в коридоре одна?</p>
   <p>Топри побледнел. На лице его появилась сердитая гримаса.</p>
   <p>– Боюсь, что она права, – заговорила Сиона. – Почему ты решил, что я хочу, чтобы Наила знала о моем открытии?</p>
   <p>– Но ты же полностью ей доверяешь.</p>
   <p>Сиона обернулась к Наиле.</p>
   <p>– А ты знаешь, почему я тебе доверяю, Наила? – вопрос был задан будничным тоном, лишенным каких бы то ни было эмоций.</p>
   <p>Наилу липкой, противной волной окатил страх. Неужели Сиона раскрыла ее тайну?</p>
   <p><emphasis>Неужели я подвела моего господина?</emphasis></p>
   <p>– Ты не можешь ответить мне на этот вопрос?</p>
   <p>– Разве я когда-нибудь давала повод подозревать меня? – ответила Наила вопросом на вопрос.</p>
   <p>– Это недостаточный повод для доверия, – возразила Сиона. – В мире нет совершенства – ни среди людей, ни среди машин.</p>
   <p>– Но тогда почему ты мне доверяешь?</p>
   <p>– Потому что твои действия находятся в полном согласии с твоими словами. Вот, например, ты не любишь Топри и не считаешь нужным скрывать это за лживыми словами.</p>
   <p>Наила посмотрела на Топри, и тот нервно кашлянул.</p>
   <p>– Я ему не доверяю, – призналась женщина.</p>
   <p>Слова сорвались с ее языка без всякого обдумывания, и только спустя мгновение Наила осознала истинную причину своей неприязни – Топри предаст любого ради личной выгоды.</p>
   <p>Лицо мужчины снова исказилось от гнева.</p>
   <p>– Я не собираюсь стоять здесь и спокойно выслушивать ее оскорбления, – сказал он и направился к выходу. Сиона остановила его движением руки. Топри в нерешительности остановился.</p>
   <p>– Хотя мы произносим старинные фрименские формулы и клянемся друг другу в верности, не это держит нас вместе, – сказала Сиона. – Все основано на деле и целях. Это единственное, что я принимаю во внимание. Вы меня понимаете?</p>
   <p>Топри машинально кивнул, но Наила отрицательно покачала головой.</p>
   <p>Сиона улыбнулась женщине.</p>
   <p>– Ты не всегда соглашаешься с моими решениями, не правда ли, Наила?</p>
   <p>– Нет, – через силу выдавила из себя женщина.</p>
   <p>– Больше того, ты никогда не считаешь нужным скрывать свое несогласие, но тем не менее ты всегда мне подчиняешься. Почему?</p>
   <p>– Потому что я дала клятву.</p>
   <p>– Но я же сказала, что этого недостаточно.</p>
   <p>Наила почувствовала, что покрывается потом, поняла, что выдает себя, но не могла ничего поделать. <emphasis>Как мне быть? Я поклялась Богу, что буду во всем подчиняться Сионе, но не могу сказать ей об этом.</emphasis></p>
   <p>– Ты должна ответить на мой вопрос, – жестко произнесла Сиона. – Я тебе приказываю.</p>
   <p>Наила затаила дыхание. Возникла дилемма, которой она всегда очень боялась. Выхода не было. Она мысленно помолилась и тихо заговорила:</p>
   <p>– Я поклялась Богу, что буду тебе повиноваться.</p>
   <p>Сиона хлопнула в ладоши и рассмеялась.</p>
   <p>– Так я и знала.</p>
   <p>Топри усмехнулся.</p>
   <p>– Молчи, Топри, – приказала Сиона. – Я хочу преподать урок <emphasis>тебе</emphasis>. Ты не веришь никому, даже самому себе.</p>
   <p>– Но я…</p>
   <p>– Молчать, я сказала! Наила верит. Я верю. Это то, что нас объединяет. Вера.</p>
   <p>Топри был до крайности изумлен.</p>
   <p>– Вера? Ты веришь…</p>
   <p>– Идиот, я верю не в Бога-Императора! Мы верим, что высшая сила поставит на место тирана в облике червя. И мы – та высшая сила.</p>
   <p>Наила порывисто вздохнула.</p>
   <p>– Все в порядке, Наила, – сказала Сиона. – Мне совершенно все равно, откуда ты черпаешь свою силу… и свою веру.</p>
   <p>Наила широко улыбнулась. Никогда еще не была она столь сильно взволнована мудростью своего Господа. <emphasis>Мне позволено говорить правду, и это служит моему Богу!</emphasis></p>
   <p>– Давайте я лучше покажу вам, что мне удалось найти в этих книгах, – заговорила Сиона и ткнула пальцем в листки обыкновенной бумаги. – Эти листочки были заложены между страницами записок.</p>
   <p>Наила обошла вокруг стола и с любопытством посмотрела на бумажки.</p>
   <p>– Но сначала посмотрите на это. – Сиона взяла в руку предмет, который Наила поначалу не заметила. Это были прядь волос и тонкий сухой стебелек, на котором было что-то, весьма напоминающее…</p>
   <p>– Цветок? – нерешительно спросила Наила.</p>
   <p>– Он был заложен между двумя листками бумаги. А на самой бумаге было написано вот это. – Сиона склонилась над столом: – Прядь волос Ганимы и звездный цветок, который она мне однажды подарила.</p>
   <p>Сиона посмотрела на Наилу и сказала:</p>
   <p>– Оказывается, наш Бог-Император очень сентиментален. Это слабость, которой я от него не ожидала.</p>
   <p>– Ганима? – спросила Наила.</p>
   <p>– Его сестра! Вспомни Устные Предания.</p>
   <p>– О да, я помню. Есть молитва Ганиме.</p>
   <p>– А теперь послушайте вот это. – Сиона взяла со стола еще один листок и начала читать:</p>
   <poem>
    <stanza>
     <v>Песок на берегу сер, как мертвая щека,</v>
     <v>В ряби зеленого прилива отражаются мрачные тучи;</v>
     <v>Я стою на мокром песке у края воды.</v>
     <v>Холодная пена омывает мои пальцы.</v>
     <v>Я чувствую запах гниющего в воде дерева.</v>
    </stanza>
   </poem>
   <p>Сиона еще раз взглянула на Наилу.</p>
   <p>– Эти стихи озаглавлены: «Слова, которые я написал, когда узнал о смерти Гани». Что ты об этом скажешь?</p>
   <p>– Он… он любил свою сестру.</p>
   <p>– Да! Он способен любить. О да! Теперь он от нас не уйдет.</p>
  </section>
  <section>
   <epigraph>
    <p>Время от времени я позволяю себе сафари, которое не может позволить себе ни один смертный. Для этого мне достаточно сместиться вглубь по оси моей памяти. Словно школьник, выбирающий тему для сочинения о проведенных каникулах, я выбираю интересующий меня предмет. Например, пусть это будут… женщины-интеллектуалы! После этого я погружаюсь в океан памяти моих предков. При этом я чувствую себя словно глубоководная рыба. Я открываю рот и начинаю поглощать знания о прошлом. Иногда… только иногда я выбираю для охоты личности, попавшие в анналы истории. Какое это наслаждение лично пережить перипетии жизни этого человека и сравнить их с фактами официальной биографии.</p>
    <text-author>(Похищенные записки)</text-author>
   </epigraph>
   <p>Монео спускался в крипту с явной неохотой. Ему было грустно и тяжело, но… что поделать, такова служба. Богу-Императору нужно время, чтобы оплакать потерю очередного Дункана… Но жизнь продолжается.</p>
   <p>Лифт бесшумно скользил вниз, идеально подчиняясь воле Монео. Иксианцы умели делать надежные механизмы. Правда, однажды Бог-Император крикнул своему мажордому: «Монео! Иногда мне кажется, что тебя тоже изготовили на Иксе!»</p>
   <p>Монео почувствовал, что лифт остановился. Двери открылись, и мажордом увидел в полумраке крипты массивную тень Императорской тележки. Никаких признаков того, что Лето заметил прибытие своего слуги. Монео вздохнул и направился к своему господину. Шаги гулко отдавались под сводами огромного помещения. Возле тележки лежало мертвое тело. Никаких <emphasis>dиja vu.</emphasis> Это Монео видел наяву и уже не в первый раз.</p>
   <p>Однажды, когда Монео только начинал свою службу, Лето сказал:</p>
   <p>– Я вижу, Монео, что тебе не нравится это место.</p>
   <p>– Нет, господин.</p>
   <p>Потребовалось небольшое усилие памяти, чтобы явственно услышать голос из такого наивного прошлого. И голос Лето, который ответил:</p>
   <p>– Ты не считаешь мавзолей приятным местом, Монео, я же нахожу его источником бесконечной силы.</p>
   <p>Монео вспомнил, как ему захотелось сменить тему разговора.</p>
   <p>– Да, мой господин.</p>
   <p>Но Лето настаивал:</p>
   <p>– Здесь очень мало моих предков. Здесь вода Муад’Диба. Гани и Харк аль-Ада тоже здесь, но они не мои предки. Нет, это не захоронение моих предков, этот мавзолей – я. Здесь Дунканы и другие порождения моей селекционной программы. Ты тоже окажешься здесь в один прекрасный день.</p>
   <p>Монео вдруг осознал, что от таких воспоминаний он несколько замедлил шаг. Он вздохнул и двинулся быстрее. Лето временами бывал очень нетерпелив, но пока он не подавал никаких знаков своего присутствия. Однако старый мажордом был слишком опытен, чтобы не понимать, что Лето следит сейчас за каждым его шагом.</p>
   <p>Лето возлежал на тележке с закрытыми глазами, включив для слежения за Монео другие чувства. Сейчас Императора занимали мысли о Сионе.</p>
   <p><emphasis>Сиона – мой заклятый враг,</emphasis> думал он. <emphasis>Мне не нужны донесения Наилы, чтобы знать это. Сиона – женщина поступка. Она живет на поверхности такой огромной энергии, что это наполняет мои фантазии необыкновенным восторгом. Я не могу бросать вызов этим энергиям, не испытывая при этом экстаза. Именно эти фантазии суть оправдание моего бытия, всего, что я до сих пор сделал… Они – оправдание даже тела этого глупого Айдахо, которое лежит здесь передо мной.</emphasis></p>
   <p>Слух подсказывал Лето, что Монео не прошел еще и половины пути, отделявшего его от тележки. Человек шел все медленнее и медленнее, потом, словно опомнившись, снова убыстрил шаг.</p>
   <p><emphasis>Какой подарок преподнес мне Монео в виде этой девочки. Своей дочери,</emphasis> подумал Лето. <emphasis>Сиона свежа и драгоценна. Она – это</emphasis> новое, <emphasis>в то время как я являю собой собрание ветхих древностей, проклятых реликтов, потерь и заблуждений. Я – собрание пропавших кусков истории, исчезнувших из вида и затонувших в глубинах прошлого. Никто из смертных не может представить себе такого скопища мерзавцев.</emphasis></p>
   <p>Лето выстроил свое прошлое в памяти, чтобы показать <emphasis>им</emphasis> то, что происходит в крипте.</p>
   <p><emphasis>Мой конек – мелочи!</emphasis></p>
   <p>Однако Сиона… Сиона – это чистая грифельная доска, на которой можно начертать великие письмена.</p>
   <p><emphasis>Я храню эту грифельную доску с величайшим тщанием. Я готовлю ее, очищаю ее.</emphasis></p>
   <p><emphasis>Что хотел сказать Дункан, когда произнес ее имя?</emphasis></p>
   <p>Монео не слишком уверенно приблизился к ложу повелителя, зная наверняка, что тот не спит.</p>
   <p>Лето открыл глаза, когда Монео остановился возле трупа Дункана. От лицезрения этой сцены Император получил величайшее удовольствие. На мажордоме была надета белая форма Дома Атрейдес без знаков различия. Маленький нюанс – лицо Монео было известно почти так же, как и лицо самого Лето, и служило лучшим знаком различия. Монео застыл в терпеливом ожидании, ни одним жестом не выдав своих чувств. Густые светлые волосы были разделены безупречным прямым пробором. В глубине серых глаз таилась прямота, которая является отражением осознания своей огромной власти. Этот взгляд Монео прятал лишь в присутствии Бога-Императора, да и то не всегда. Не впервые приходилось мажордому видеть труп на полу крипты.</p>
   <p>Лето продолжал хранить молчание, и Монео, откашлявшись, заговорил первым:</p>
   <p>– Я очень опечален, мой господин.</p>
   <p><emphasis>Замечательно!</emphasis> – подумал Лето. <emphasis>Он знает, что я испытываю искреннее сожаление по поводу смерти каждого Дункана. Монео читал их донесения и часто видел их мертвыми. Он-то прекрасно знает, что лишь девятнадцать Дунканов умерли естественной смертью – остальные были убиты.</emphasis></p>
   <p>– У него было иксианское лазерное ружье, – сказал Лето.</p>
   <p>Монео метнул взгляд влево, где валялось оружие, давая тем самым понять Императору, что уже успел заметить ружье. Он снова обернулся к Лето, опустив глаза к полу, где лежал труп.</p>
   <p>– Вы не ранены, мой господин?</p>
   <p>– Это совершеннейший пустяк.</p>
   <p>– Но он сумел причинить вам травму.</p>
   <p>– Эти плавники мне совершенно не нужны. Через пару сотен лет они и сами исчезнут.</p>
   <p>– Я лично позабочусь о теле Дункана, мой господин, – сказал Монео. – Есть ли здесь…</p>
   <p>– Та часть моего тела, которую он сжег, превратилась в пепел. Мы развеем его здесь. Крипта – самое подходящее для этого место.</p>
   <p>– Как прикажет мой господин.</p>
   <p>– Прежде чем избавиться от тела, разряди ружье и оставь его в таком месте, где я мог бы представить его иксианскому послу. Что же касается пилота Гильдии, который предупредил нас о ружье, то его надо наградить десятью граммами Пряности. Да, кстати, наши жрицы на Гьеди Один должны быть извещены о тайном складе меланжи; вероятно, это остатки контрабандных запасов старого Харконнена.</p>
   <p>– Как вы желаете распорядиться Пряностью, когда она будет найдена?</p>
   <p>– Часть пойдет на оплату тлейлаксианцев за изготовление нового гхола. Остальное следует перенести сюда, в крипту.</p>
   <p>– Мой господин. – Монео склонил голову в легком полупоклоне, давая понять, что понял приказ и готов его исполнить. Мажордом взглянул в глаза повелителя.</p>
   <p>Лето улыбнулся, подумав: <emphasis>Мы оба знаем, что Монео не уйдет, пока не выяснит прямо обстоятельства дел, которые интересуют нас больше всего.</emphasis></p>
   <p>– Я видел донесение о Сионе, – заговорил Монео.</p>
   <p>Лето улыбнулся еще шире. Видеть Монео в такие минуты было сущим наслаждением. Его слова касались множества вещей, которые не требовали никакого обсуждения. Его слова и поступки находились в полном согласии друг с другом, и им обоим было ясно, что Монео находится в курсе всего происходящего при дворе да и вообще в Империи. Естественно, он озабочен судьбой собственной дочери, но хочет, чтобы его озабоченность была истолкована владыкой как беспокойство о высшем благе – благе Империи. Пройдя подобную эволюцию сам, Монео прекрасно понимал природу нынешних дарований Сионы.</p>
   <p>– Разве не я создал ее, Монео? – спросил Лето. – Разве это не я позаботился о ее родословной и надлежащем воспитании?</p>
   <p>– Она – моя единственная дочь, мое единственное дитя, господин.</p>
   <p>– Кстати, она сильно напоминает мне Харка аль-Ада, – продолжал Лето. – В ней очень немного от Гани, я полагал, что от моей сестры она унаследует больше. Кажется, Сиона вернулась к исходному пункту селекционной программы Общины Сестер.</p>
   <p>– Зачем вы говорите это мне, мой господин?</p>
   <p>Лето задумался. Надо ли Монео знать такие частности о своей дочери? Временами Сиона уклоняется с пути предзнания. Золотой Путь оставался, но Сиона сворачивала с него. Однако… Сиона не обладает предзнанием. Она уникальна… и если останется в живых… Нет, не стоит снижать эффективность работы Монео подобного рода информацией.</p>
   <p>– Припомни свое собственное прошлое, – сказал Лето.</p>
   <p>– Действительно, господин! У нее такие способности, такой потенциал, которого у меня никогда не было. Но это делает ее опасной.</p>
   <p>– К тому же она совсем тебя не слушается, – проговорил Лето.</p>
   <p>– Нет, но я внедрил в среду ее мятежников своего агента.</p>
   <p><emphasis>Должно быть, это Топри,</emphasis> подумал Лето.</p>
   <p>Не надо было обладать предзнанием, чтобы понимать: Монео обязательно внедрит в эту среду своего агента. С самого момента смерти матери Сионы Лето знал обо всех действиях Монео, даже о тех, которые он только замышлял. Наила давно заподозрила Топри. И вот теперь Монео обнаружил свои страхи и свои действия, чтобы обеспечить своей дочери большую безопасность.</p>
   <p><emphasis>Как жаль, что эта женщина успела родить от Монео только одного ребенка.</emphasis></p>
   <p>– Вспомни, как я обращался с тобой в подобной ситуации, – сказал Лето. – Ты знаешь требования Золотого Пути не хуже, чем я.</p>
   <p>– Но тогда я был молод и глуп, мой господин.</p>
   <p>– Ты был молод и дерзок, но отнюдь не глуп.</p>
   <p>Монео позволил себе натянутую улыбку, принимая комплимент и все больше и больше убеждаясь в том, что только теперь понимает намерения Лето. <emphasis>Однако они очень опасны!</emphasis></p>
   <p>Желая укрепиться в своем убеждении, он сказал:</p>
   <p>– Вы же знаете, как я обожаю сюрпризы.</p>
   <p><emphasis>Это верно,</emphasis> подумал Лето. <emphasis>Монео обо всем догадывается. Но даже удивляя меня, Сиона постоянно напоминает о том, чего я боюсь больше всего на свете – обыденности и скуки, которые могут исказить Золотой Путь. Надо лишь вспомнить, как скука едва не позволила Дункану одолеть меня! Сиона – это тот контраст, который позволяет мне понимать мой глубинный страх. Озабоченность Монео по поводу меня вполне понятна и обоснованна.</emphasis></p>
   <p>– Мой агент будет продолжать наблюдение за ее новыми товарищами, господин, – сказал Монео. – Они мне не нравятся.</p>
   <p>– Ее товарищи? У меня самого когда-то были подобные товарищи.</p>
   <p>– Мятежники, господин? У вас? – Монео был не на шутку изумлен таким признанием.</p>
   <p>– Разве я не доказал, что являюсь другом бунтовщиков?</p>
   <p>– Но, господин…</p>
   <p>– Аберрация прошлого в нашей памяти распространена гораздо шире, чем ты думаешь!</p>
   <p>– Да, господин. – Монео был обескуражен, хотя его все еще разбирало любопытство. Он знал, что Лето обычно становится разговорчивым после смерти очередного Дункана. – Должно быть, вы знали многих мятежников, мой господин.</p>
   <p>При этих словах мысли Лето невольно погрузились в глубины памяти о предках, которые восстали перед его внутренним взором.</p>
   <p>– Ах, Монео, – пробормотал Лето. – Мои путешествия по закоулкам, где прячутся мои предки, воссоздают такие события, которые я больше никогда не желаю видеть.</p>
   <p>– Могу себе представить эти внутренние путешествия, господин.</p>
   <p>– Нет, ты не можешь этого представить. Я видел людей и планеты в таком количестве, что они потеряли свое значение даже в моем воображении. О, какие ландшафты я видел. Узор чужих дорог выступает из пространства и запечатлевает во мне это внутреннее видение, запечатлевает в моей памяти осознание того, что я – ничтожная пылинка.</p>
   <p>– Не вы, мой господин. Определенно, это не вы.</p>
   <p>– Я меньше, чем пылинка! Я видел людей и их бесплодные сообщества с такой регулярной повторяемостью, что их полная бессмыслица наполнила меня скукой, слышишь?</p>
   <p>– Я не хотел разгневать вас, господин, – кротко произнес Монео.</p>
   <p>– Ты не злишь меня. Иногда ты меня раздражаешь, но не более того. Ты не можешь себе представить всего того, что я видел, – халифов и меджидов, рак, раджей и башаров, королей и императоров, премьер-министров и президентов – я видел их всех, вплоть до самого ничтожного фараона.</p>
   <p>– Простите мне мою самонадеянность, господин.</p>
   <p>– Проклятые римляне! – воскликнул Лето.</p>
   <p>Он сказал то же самое мысленно, обращаясь к предкам. <emphasis>Проклятые римляне!</emphasis></p>
   <p>Скопище предков разразилось в ответ жутким хохотом.</p>
   <p>– Я не понимаю вас, господин, – осмелился проговорить Монео.</p>
   <p>– Это правда. Ты действительно меня не понимаешь. Римляне распространили по миру болезнь фараонов, разбрасывая ее семена, как сеятели разбрасывают зерна. От этого семени произошли всходы – цезари, кайзеры, цари, императоры… казерии… палатосы… и проклятые фараоны!</p>
   <p>– Я не знаю многих из этих титулов, мой господин!</p>
   <p>– Возможно, я последний из их числа, Монео. Молись, чтобы это было так.</p>
   <p>– Как прикажет мой господин.</p>
   <p>Лето взглянул на человека.</p>
   <p>– Мы – убийцы мифа, Монео. Ты и я. Это мечта, которую мы оба разделяем. Могу уверить тебя с моей олимпийской высоты, что правительство – это миф, в который верят многие. Как только умирает миф, умирает и правительство.</p>
   <p>– Так ты учил меня, господин.</p>
   <p>– Нашу мечту породил инструмент, состоящий из людей-автоматов, – армия, друг мой.</p>
   <p>Монео нервно откашлялся.</p>
   <p>Лето понял, что мажордом проявляет признаки нетерпения.</p>
   <p><emphasis>Монео все понимает относительно армий. Он знает, что только глупец может считать армию основным инструментом государственного правления.</emphasis></p>
   <p>Лето молчал, и Монео направился к лазерному ружью, поднял его с холодного пола крипты и принялся разряжать.</p>
   <p>Лето наблюдал за его действиями и думал о том, что эта маленькая сценка является отражением сути армейского мифа. Армия питает технику, поскольку сила автоматического оружия кажется столь очевидной близоруким и недальновидным.</p>
   <p><emphasis>Лазерное ружье – это не более чем простая машина. Но всякая машина отказывает или ее превосходит другая машина. Однако армия держится за машину как за святыню – чарующую и одновременно страшную. Посмотрите, как люди боятся иксианцев! Армия нутром чувствует, что они – ученики чародея. Вооружение снимает узду с техники, и этого джинна уже невозможно загнать обратно в бутылку.</emphasis></p>
   <p><emphasis>Я же учу их иной магии.</emphasis></p>
   <p>Лето обратился к толпе своих предков:</p>
   <p><emphasis>«Вы видите? Монео разрядил этот смертоносный инструмент. Связь прервалась, капсула раздавлена».</emphasis></p>
   <p>Лето втянул носом воздух, ощутив эфирный запах ружейного масла, смешанный с запахом пота Монео.</p>
   <p>Обращаясь к предкам, Лето продолжил: <emphasis>«Но джинн не умер. Технология – питательная среда для анархии. Она способствует широкому распространению таких инструментов, а это провоцирует насилие. Способностью производить невиданные разрушения начинают обладать все более мелкие группы, и так продолжается до тех пор, пока оружие не попадает в руки каждого отдельно взятого человека».</emphasis></p>
   <p>Монео вернулся на прежнее место, держа в правой руке разряженное ружье.</p>
   <p>– На Парелле и планетах Дана поговаривают о новом джихаде против подобного оружия.</p>
   <p>Монео поднял вверх ружье, улыбкой давая понять Лето, что понимает всю парадоксальность таких пустых мечтаний.</p>
   <p>Лето прикрыл глаза. Орда предков подняла было крик, но Император заглушил их, подумав: <emphasis>Джихады порождают армии. Бутлерианский джихад пытался избавить мир от машин, имитирующих мозг человека. Бутлериане оставили на страже армии, и иксианцы получили возможность создавать свои сомнительные механизмы… Спасибо им за это. Что же такое анафема? Ее мотивация – разрушение, и никакого значения не имеет, какое орудие применяют для этой цели.</emphasis></p>
   <p>– Это произошло, – пробормотал он.</p>
   <p>– Что вы сказали, мой господин?</p>
   <p>Лето открыл глаза.</p>
   <p>– Я поеду в свою башню, – сказал он. – Хочу наедине с собой оплакать моего верного Дункана.</p>
   <p>– Новый Айдахо находится на пути сюда, – сказал Монео.</p>
  </section>
  <section>
   <epigraph>
    <p>Вы – первый, кто видит мои записки спустя четыре тысячи лет после их создания. Однако берегитесь. Не стоит раздуваться от гордости за первенство в открытии тайны этого иксианского хранилища. Обнаружив и прочитав записки, вы испытаете боль. У меня было всего несколько озарений, позволивших мне изредка заглядывать во тьму будущего через четыре тысячелетия. Эти прозрения убедили меня, что Золотой Путь продолжается и будет продолжаться. Поэтому я не уверен, что мои записи будут очень важны для людей вашего времени. Я твердо знаю только одно – мои записи канули в небытие, и сведения о событиях, о которых я рассказываю, будут до неузнаваемости искажены преданиями и историческими хрониками. Могу заверить вас, что прозрение будущего – весьма скучное занятие. Даже если вас почитают за Бога, каковым я определенно был, то и в этом бесконечная скука. Мне не раз приходило в голову, что священная скука есть достаточное основание для изобретения свободы воли.</p>
    <text-author>(Надпись на воротах хранилища в Дар-эс-Балате)</text-author>
   </epigraph>
   <p><emphasis>Я – Дункан Айдахо.</emphasis></p>
   <p>Это было единственное, что он хотел знать наверняка. Ему не нравились объяснения тлейлаксианцев, их <emphasis>россказни</emphasis>. Но делать нечего, тлейлаксианцев всегда боялись. Им не доверяли и их боялись.</p>
   <p>Они доставили его на эту планету в маленьком челноке Гильдии на рассвете, когда зеленый венец солнца только что засветился на горизонте. Зайдя на посадку, звездолет нырнул в глубокую и темную тень. Космопорт не был похож ни на что, виденное Дунканом прежде. Взлетная полоса была больше и окружена странными зданиями.</p>
   <p>– Вы уверены, что это Дюна? – спросил он.</p>
   <p>– Это Арракис, – поправил сопровождавший Айдахо тлейлаксианец.</p>
   <p>В запертой машине Дункана привезли в какой-то дом в городе, название которого – Онн – сопровождавший называл, произнося «н» в нос. Комната, где его оставили, имела площадь не более трех метров и представляла собой куб с голыми стенами. В помещении не было светильников, но оно было залито теплым желтоватым светом.</p>
   <p><emphasis>Я – гхола,</emphasis> сказал он себе.</p>
   <p>Это было потрясение, но в этот факт ему придется поверить. Сознание того, что он жив, несмотря на то что умер много столетий назад, было само по себе большим испытанием. Тлейлаксианцы взяли клетки его мертвой плоти и вырастили существо в одном из своих чанов. Эти клетки начали размножаться и превратились в существо, имеющее его нынешнее тело, в котором сам Айдахо поначалу чувствовал себя чужаком.</p>
   <p>Он опустил взгляд и принялся рассматривать свое тело. Оно было одето в темно-коричневые брюки и куртку из грубой ткани, которая раздражала кожу. На ногах были обуты простые сандалии. Вот и все, чем они снабдили его, – кроме тела, разумеется. Такая бережливость могла многое сказать об истинном тлейлаксианском характере.</p>
   <p>В помещении отсутствовала какая бы то ни было мебель. В стене была единственная дверь без ручки. Айдахо внимательно оглядел потолок, стены и дверь. Взгляду было не за что зацепиться, однако Дункана не покидало ощущение, что за ним внимательно наблюдают.</p>
   <p>– За вами придут женщины из Императорской гвардии, – сказали ему на прощание сопровождающие и ушли, издевательски посмеиваясь.</p>
   <p>Женщины из <emphasis>Императорской гвардии?</emphasis></p>
   <p>Тлейлаксианский эскорт испытывал прямо-таки садистское наслаждение от своей способности изменять черты лица. Никогда не знаешь, на кого станет похожа в следующую минуту эта образина – настолько пластична и текуча была их плоть.</p>
   <p><emphasis>Проклятые мордоплясы!</emphasis></p>
   <p>Они знали о нем все. Знали, конечно, и о его отвращении к людям, меняющим свою форму.</p>
   <p>Можно ли доверять чему бы то ни было, если это исходит от мордоплясов? Очень и очень немногому. Можно ли верить тому, что они говорят?</p>
   <p><emphasis>Мое имя. Я знаю мое имя.</emphasis></p>
   <p>Кроме того, у него есть память. Они шокировали Дункана, наделив его прежней памятью. Вообще, гхола не должны обладать способностью знать о своей исходной идентичности. Но для него тлейлаксианцы сделали исключение и заставили его поверить в истинность памяти, потому что он понял, что именно они сделали.</p>
   <p>Он знал, что в начале был лишь полностью сформированный гхола – взрослый человек, точнее, его плоть, лишенная имени и памяти, – палимпсест, на котором тлейлаксианцы могли написать все, что им заблагорассудится.</p>
   <p>– Ты – гхола, – сказали они ему. Это и было его единственным именем на протяжении очень долгого времени. С гхола обращались как с послушным ребенком, обучая его убивать определенного человека – человека, как две капли воды похожего на Пауля Муад’Диба, которого Айдахо обожал и которому служил верой и правдой. Сходство было настолько велико, что Дункан решил, что это тоже гхола. Но откуда тлейлаксианцы могли взять клетки Муад’Диба?</p>
   <p>В клетках Айдахо было что-то, что не давало ему бунтовать против Атрейдесов. Он помнил, как стоял с ножом в руке против копии Муад’Диба, который смотрел на него с выражением гнева и страха.</p>
   <p>Память вливалась в сознание мощным потоком. Он помнил гхола и помнил Дункана Айдахо.</p>
   <p><emphasis>Я – Дункан Айдахо, оруженосец Атрейдесов.</emphasis></p>
   <p>Стоя посреди желтой комнаты, Дункан начал вспоминать.</p>
   <p><emphasis>Я погиб, защищая Пауля и его мать в сиетче, расположенном в недрах песков Дюны. Я вернулся на эту планету, но Дюны больше нет. Теперь это всего-навсего Арракис.</emphasis></p>
   <p>Он читал усеченную историю Дюны, которой снабдили его тлейлаксианцы, но не поверил ни единому слову. <emphasis>Более тридцати пяти столетий?</emphasis> Кто поверит, что живая плоть может существовать столь долгий срок? Но… на Тлейлаксу все возможно. Пришлось довериться собственным чувствам.</p>
   <p>– Вас было очень много, – сказал ему инструктор.</p>
   <p>– Сколько?</p>
   <p>– Это тебе расскажет Господь Лето.</p>
   <p><emphasis>Господь Лето?</emphasis></p>
   <p>История Тлейлаксу утверждает, что господин Лето Второй – это внук того самого Лето, которому Айдахо служил с фанатичной преданностью. Однако этот второй Лето стал таким странным созданием, что Дункан так и не смог понять природу его трансформации.</p>
   <p>Как может человек постепенно превратиться в песчаного червя? Как может мыслящее существо жить более трех тысяч лет? Даже самые сумасшедшие дозы гериатрической Пряности не могут обеспечить такого долголетия.</p>
   <p><emphasis>Лето Второй, Бог-Император?</emphasis></p>
   <p>Нет, нельзя верить в эти тлейлаксианские небылицы!</p>
   <p>Айдахо вспомнил этого странного ребенка… Хотя нет, ведь это были близнецы – Лето и Ганима, дети Чани, умершей во время родов. Тлейлаксианская история утверждает, что Ганима умерла, прожив срок нормальной человеческой жизни, но Бог-Император Лето продолжал жить и жить, и жить…</p>
   <p>– Лето – тиран, – сказал инструктор. – Он приказал нам изготовить тебя в наших бродильных чанах и прислать ему для несения службы. Мы понятия не имеем, что случилось с твоими предшественниками.</p>
   <p><emphasis>И вот я здесь.</emphasis></p>
   <p>Айдахо еще раз оглядел голые стены и потолок.</p>
   <p>Послышался приглушенный звук голосов, и он взглянул на дверь. Голоса по-прежнему звучали глухо, но один из них несомненно принадлежал женщине.</p>
   <p><emphasis>Женщины Императорской гвардии?</emphasis></p>
   <p>Дверь беззвучно открылась внутрь, и в помещение вошли две женщины. Первое, что привлекло внимание Айдахо, было то, что одна из женщин была в маске – на ее голову был накинут капюшон из тонкой ткани – она могла свободно видеть все, что происходит вокруг, сквозь эту ткань, но ее лицо не мог разглядеть никто, даже пользуясь самыми совершенными оптическими приборами. Сам этот капюшон был красноречивым свидетельством того, что иксианцы или их наследники все еще живы и работают не покладая рук на благо Империи. Женщины были одеты в форменные комбинезоны темно-синего цвета, на груди у обеих были значки – ястреб Атрейдесов на красном поле.</p>
   <p>Айдахо внимательно рассматривал женщин, пока они закрывали дверь.</p>
   <p>Женщина в маске отличалась плотным телосложением, вся ее фигура дышала мощью. Она передвигалась с обманчивой неуверенностью человека, посвятившего жизнь физическому усовершенствованию. Вторая женщина на фоне первой выглядела хрупкой и тонкокостной. На лице с высокими скулами выделялись миндалевидные глаза. На поясах женщин висели вложенные в ножны кинжалы, которыми они, без сомнения, мастерски владели.</p>
   <p>Стройная женщина заговорила:</p>
   <p>– Меня зовут Люли. Пусть я буду первой, кто назовет вас полковником. Моя спутница должна остаться безымянной. Так приказал наш господин Лето. Вы можете называть ее Другом.</p>
   <p>– Полковник? – переспросил Айдахо, не веря своим ушам.</p>
   <p>– Господин Лето пожелал, чтобы вы командовали его Императорской гвардией, – ответила Люли.</p>
   <p>– Вот как? Но давайте сначала поговорим с ним об этом.</p>
   <p>– О нет! – возразила потрясенная Люли. – Господин Лето примет вас в нужное время. Но сейчас он желает, чтобы мы позаботились о вашем удобстве и радости.</p>
   <p>– И я должен вам беспрекословно подчиниться?</p>
   <p>В ответ Люли лишь озадаченно покачала головой.</p>
   <p>– Я раб?</p>
   <p>Люли успокоилась и улыбнулась:</p>
   <p>– Ни в коем случае. Дело в том, что у господина Лето очень много дел и забот, которые требуют его личного внимания. Для вас он выделил подходящее для себя время. Он послал нас, потому что беспокоится за судьбу своего Дункана Айдахо. Вы слишком долго были в руках грязных тлейлаксианцев.</p>
   <p><emphasis>Грязных тлейлаксианцев,</emphasis> подумал он.</p>
   <p>В этом отношении по крайней мере ничего не изменилось.</p>
   <p>Однако одно место в объяснении Люли его сильно обеспокоило.</p>
   <p>– <emphasis>Его</emphasis> Дункан Айдахо?</p>
   <p>– Разве вы не воин Атрейдесов? – ответила Люли вопросом на вопрос.</p>
   <p>Она попала в точку. Айдахо кивнул и покосился в сторону женщины в маске.</p>
   <p>– Почему у вас закрыто лицо?</p>
   <p>– Никто не должен знать, что я служу господину Лето, – ответила женщина. У нее было мягкое, приятное контральто, но Айдахо решил, что и это результат действия хитроумного капюшона.</p>
   <p>– Тогда зачем вы здесь?</p>
   <p>– Господин Лето доверил мне определить, не испортили ли вас грязные тлейлаксианцы.</p>
   <p>В горле у Айдахо внезапно пересохло. Эта мысль несколько раз приходила ему в голову еще на борту транспорта Гильдии. Если они смогли натаскать его на убийство дорогого друга, то кто знает, что еще могли они вложить в душу возрожденной плоти.</p>
   <p>– Я вижу, что вы думали об этом, – проницательно заметила женщина в маске.</p>
   <p>– Вы ментат? – спросил Дункан.</p>
   <p>– О нет, – живо вмешалась в разговор Люли. – Господин Лето не разрешает воспитывать ментатов.</p>
   <p>Айдахо посмотрел на Люли, потом снова обратил свой взор на женщину в маске. <emphasis>Никаких ментатов.</emphasis> Тлейлаксианская история умалчивает об этом интересном факте. Но почему Лето запрещает подготовку ментатов? Несомненно, человеческий ум, подготовленный для выполнения логических и вычислительных операций, все еще нужен и наверняка пользовался бы спросом. Тлейлаксианцы заверили его, что Великое Соглашение все еще сохраняет силу, и производство мыслящих машин считается святотатством. Но эти женщины наверняка знают, что Атрейдесы всегда использовали ментатов.</p>
   <p>– Как вы считаете, – заговорила женщина в маске, – испортили ли грязные тлейлаксианцы вашу психику?</p>
   <p>– Я не… не думаю.</p>
   <p>– Но вы в этом не уверены?</p>
   <p>– Нет.</p>
   <p>– Не бойтесь, полковник Айдахо, – сказала женщина. – У нас есть способы выяснить это и устранить последствия, если они имеют место. Однажды грязные тлейлаксианцы попробовали сыграть с нами такую шутку, но дорого заплатили за свою ошибку.</p>
   <p>– Ваши слова вселяют в меня уверенность. Не направил ли господин Лето мне какое-либо послание?</p>
   <p>На этот вопрос ответила Люли:</p>
   <p>– Он велел заверить вас в том, что он любит вас, как всегда любили вас все Атрейдесы. – Люли пришла от своих слов в благоговейный трепет.</p>
   <p>Айдахо слегка расслабился. Как старый служака Атрейдесов, великолепно подготовленный оруженосец, он использовал эту встречу для того, чтобы без труда выяснить для себя несколько вопросов. Эти две женщины были отлично натасканы, буквально выдрессированы для несения службы и беспрекословного подчинения. Если для того, чтобы замаскировать личность женщины, потребовалось лишь надеть капюшон, то можно сказать, что в окружении Лето достаточно много женщин подобного телосложения. Все это говорило о том, что самого Лето на каждом шагу подстерегают опасности, которые требуют мер предосторожности, системы шпионажа и большого арсенала вооружений.</p>
   <p>Люли испытующе взглянула на свою спутницу.</p>
   <p>– Что скажешь, Друг?</p>
   <p>– Его можно отправить в Цитадель, – ответила женщина в маске. – Здесь мне не нравится – в этой комнате побывали тлейлаксианцы.</p>
   <p>– Я бы с удовольствием принял горячую ванну и переоделся, – сказал Айдахо.</p>
   <p>Люли продолжала смотреть на свою подругу.</p>
   <p>– Ты уверена?</p>
   <p>– Мудрость господина не подлежит сомнению, – ответила женщина в маске.</p>
   <p>Айдахо не уловил признаков фанатизма в голосе Друга, но уверился в цельности Атрейдесов. Они бывали циничными и вероломными по отношению к чужакам и врагам, но к своим людям относились справедливо и сохраняли по отношению к ним верность слову. Превыше всего для Атрейдесов была верность своим людям.</p>
   <p><emphasis>А я – один из их людей,</emphasis> подумал Айдахо. <emphasis>Но что со мной случилось, что меня заменяют?</emphasis> При этом он понимал, что эти две женщины не в состоянии ответить на подобный вопрос.</p>
   <p><emphasis>На него ответит Лето.</emphasis></p>
   <p>– Мы отправляемся? – спросил он. – Я просто горю желанием смыть с себя тлейлаксианскую грязь.</p>
   <p>Люли ласково улыбнулась:</p>
   <p>– Пойдемте. Я сама вас искупаю.</p>
  </section>
  <section>
   <epigraph>
    <p>Враги усиливают тебя.</p>
    <p>Союзники ослабляют.</p>
    <p>Я говорю это в надежде помочь вам понять, почему я действую так, а не иначе, полностью сознавая, что в Империи накапливаются силы, единственной целью которых является мое уничтожение. Вы, кто читает эти записки, наверняка знаете, что фактически произошло, но не понимаете сути происшедшего.</p>
    <text-author>(Похищенные записки)</text-author>
   </epigraph>
   <p>Церемония «Показа», которой начинались собрания революционеров, производила на Сиону неизменно очень тягостное впечатление. Она сидела в первом ряду и старалась не смотреть на Топри, который вел церемонию. Это помещение в заброшенной штольне близ Онна настолько напоминало все остальные места сходок, что могла служить стандартной моделью места конспиративных встреч.</p>
   <p><emphasis>Место встречи бунтовщиков – класс Б,</emphasis> подумала она.</p>
   <p>Официально это место было складским помещением, поэтому светильники горели здесь постоянно, излучая призрачный белый свет. Комната была тридцать шагов в длину и примерно столько же в ширину. Пройти в нее можно было по длинному коридору, шедшему через анфиладу подобных помещений, одно из которых было заставлено складными стульями и предназначалось для отдыха персонала подземных коммуникаций. Теперь на этих стульях сидели девятнадцать друзей Сионы, несколько стульев были свободны на случай, если подойдут опоздавшие.</p>
   <p>Время встречи было выбрано в промежутке между ночной и утренними сменами, чтобы не бросалось в глаза слишком большое количество рабочих. Большинство повстанцев были переодеты в рабочие робы, некоторые, включая Сиону, были одеты в зеленую форму инспекторов-механиков.</p>
   <p>Голос Топри звучал с навязчивой монотонностью, но в нем не было визгливых интонаций, от которых он умел непостижимым образом избавляться во время проведения церемонии. Сиона против воли была вынуждена признать, что Топри в этой роли был на своем месте, хотя ее отношение к Топри несколько изменилось после того, как Наила заявила, что не доверяет этому человеку. Наила умела говорить наивные вещи с необыкновенной прямотой, срывая все маски. Кроме того, за последнее время Сиона и сама кое-что узнала о Топри.</p>
   <p>Сиона повернула голову и взглянула на него. Холодный серебристый свет лишь подчеркивал бледность его лица. Во время церемонии Топри пользовался копией фрименского ножа, приобретенного организацией не вполне законным путем. Глядя на клинок в руке Топри, Сиона припомнила, как происходила эта покупка. Идея принадлежала Топри, и Сионе она в какой-то момент пришлась очень по душе. Он назначил ей встречу в какой-то лачуге на окраине Онна, для этого пришлось покинуть город в сумерках. Пришлось ждать глубокой ночи, когда фримен – сотрудник Музея фримена – мог без опаски встретиться с ними, поскольку жителям сиетча запрещалось покидать его пределы без специального разрешения Бога-Императора.</p>
   <p>Сиона уже отчаялась ждать, когда долгожданный фримен вынырнул из темноты и вошел в хибарку, а сопровождавшие его люди остались охранять вход. Топри и Сиона сидели на лавке у влажной стены в совершенно убогой комнате. Единственным источником света был факел на длинной палке, воткнутой в грязную стену.</p>
   <p>Первые же слова фримена вызвали возмущение Сионы.</p>
   <p>– Вы принесли деньги?</p>
   <p>Топри и Сиона одновременно поднялись при появлении этого человека. Топри, казалось, совершенно не тронул вопрос. Он похлопал рукой по объемистому кошельку, спрятанному под одеждой. Раздался мелодичный звон монет.</p>
   <p>– Деньги у меня с собой.</p>
   <p>Фримен представлял собой довольно комичную фигуру – согбенную и неуклюжую. Он был одет в копию старинной фрименской одежды, под которой что-то поблескива – ло, – по-видимому, новомодная версия защитного костюма. Капюшон был надвинут на лоб, почти совершенно скрывая лицо. Мигающий свет факела отбрасывал на его лицо пляшущие отблески.</p>
   <p>Человек посмотрел сначала на Топри, потом на Сиону и только после этого достал из-за пазухи какой-то предмет, завернутый в тряпицу.</p>
   <p>– Это настоящая копия, – сказал он, – но сделана из пластика, этим ножом даже масла не разрежешь.</p>
   <p>Он извлек из упаковки лезвие и поднял его вверх.</p>
   <p>Сиона, которая видела ножи только в музее и на видеоматериалах семейного архива, была зачарована при виде клинка. В ней сработал какой-то атавистический рефлекс, она моментально вообразила этого музейного беднягу в образе настоящего фримена прошлых эпох с настоящим ножом в руке. Подделка, которую он держал в руке, на какой-то краткий миг превратилась в грозное оружие, блистающее при свете факела.</p>
   <p>– Я гарантирую аутентичность клинка, – тихо проговорил фримен. В самой невыразительности его голоса таилась какая-то неясная угроза.</p>
   <p>Сиона уловила скрытый яд в его округлых вкрадчивых гласных и встрепенулась.</p>
   <p>– Если ты попытаешься предать нас, то мы раздавим тебя, как червяка, – пригрозила она.</p>
   <p>Топри ошарашенно взглянул на Сиону.</p>
   <p>Музейный фримен съежился, словно от удара. Нож дрогнул в его руке, но карликовые пальцы сжались так, словно вцепились в чье-то горло.</p>
   <p>– Кто говорит о предательстве, госпожа? Нет, нет. Но мы решили, что запросили слишком малую цену за товар. Конечно, она не самая лучшая, но, изготовляя ее, мы подвергали себя очень большой опасности.</p>
   <p>Сиона горящими глазами посмотрела на фримена и вспомнила старое фрименское изречение из Преданий: <emphasis>«Если твоя душа стала душой торговца, то</emphasis> сукк <emphasis>стал полнотой твоего бытия»</emphasis>.</p>
   <p>– Сколько ты хочешь?</p>
   <p>Он назвал сумму, вдвое превышающую исходную.</p>
   <p>Топри едва не задохнулся.</p>
   <p>Сиона обратилась к своему спутнику:</p>
   <p>– У тебя есть столько?</p>
   <p>– Не все, ведь мы же договаривались…</p>
   <p>– Отдай ему все, что у нас есть. Все до последней монеты, – произнесла Сиона.</p>
   <p>– Все?</p>
   <p>– Ты что, не понял, что я сказала? – Она посмотрела в лицо служителю музея. – Ты получишь требуемое.</p>
   <p>В ее интонациях не было сомнений, и старик завернул лезвие в тряпицу и передал девушке.</p>
   <p>Топри, выругавшись сквозь зубы, отдал фримену кошель с деньгами.</p>
   <p>Сиона повернулась к музейному фримену:</p>
   <p>– Мы знаем твое имя. Ты – Тейшар, помощник Гаруна из Туоно. У тебя душа <emphasis>сукк</emphasis>, и мне стыдно, что фримены стали такими.</p>
   <p>– Госпожа, но мы тоже хотим жить, – запротестовал старик.</p>
   <p>– Вы не живете, – отрезала Сиона. – Убирайся!</p>
   <p>Тейшар повернулся и быстро удалился, прижимая к груди кошель с деньгами.</p>
   <p>Воспоминание о той ночи не доставило удовольствия Сионе, когда она рассматривала Топри, размахивавшего пластиковой копией фрименского ножа. <emphasis>Мы не лучше, чем Тейшар,</emphasis> подумала она. <emphasis>Копия – это хуже, чем ничто.</emphasis> Топри взмахнул нелепой подделкой над головой, и вступительная церемония окончилась.</p>
   <p>Сиона отвернулась от Топри и посмотрела на Наилу, сидевшую рядом с ней по левую руку. Девушка внимательно посматривала то в одну сторону, то в другую. Особое внимание она уделяла новым рекрутам, сидевшим в задних рядах. Заслужить доверие Наилы было задачей не из легких. Сиона сморщила нос – в воздухе повеяло запахом машинного масла. В этих подземельях Онна постоянно витают какие-то опасные механические запахи. Она шмыгнула носом. А это помещение! Ей никогда не нравились подобные места встреч. Такие катакомбы легко могут превратиться в ловушку. Охрана может перекрыть выход и пустить по коридорам вооруженный патруль. Слишком легко можно покончить в этих подвалах со всей их революцией. Сиона чувствовала себя вдвойне неуютно от того, что это место для встреч выбрал Топри.</p>
   <p><emphasis>Одна из немногих ошибок Улота</emphasis>, подумала она. Бедный мертвый Улот, ведь это он предложил принять Топри в организацию.</p>
   <p>– Он – мелкая сошка в городской коммунальной службе, – объяснял свое решение Улот. – Топри может предложить множество мест для тайных встреч и складов оружия.</p>
   <p>Тем временем Топри наконец добрался до конца своей церемонии. Он положил нож в украшенный узором футляр и поставил футляр у своих ног.</p>
   <p>– Мое лицо – это залог моей честности, – сказал он, повернувшись к аудитории сначала правым боком, потом левым, демонстрируя всем свой профиль. – Я показываю вам лицо, чтобы вы могли узнать меня где угодно и знать, что я – один из вас.</p>
   <p><emphasis>Дурацкая церемония,</emphasis> подумала Сиона.</p>
   <p>Однако она не осмелилась ломать ритуал, и когда Топри извлек из кармана черную марлевую маску и надел ее на лицо, она последовала его примеру. По комнате прошло некое шевеление. Все надели маски. Большинство присутствующих знали, что Топри пригласил на встречу какого-то особого гостя. Сиона завязала шнурки маски за ушами, сгорая от нетерпения.</p>
   <p>Топри прошел к одной из дверей комнаты. Раздался стук складываемых стульев – люди вставали у стены, противоположной двери. По сигналу Сионы Топри трижды постучал в дверь, потом сосчитал до двух и постучал еще четыре раза.</p>
   <p>Дверь тотчас же открылась, и в комнату вошел высокий мужчина в официальном костюме. На нем не было маски, все могли видеть его лицо – тонкое, властное, с тонкими губами, узким хрящеватым носом, темными, глубоко посаженными темно-карими глазами под кустистыми бровями. Почти все сидящие в помещении мгновенно узнали вошедшего.</p>
   <p>– Друзья мои, – заговорил Топри. – Я хочу представить вам Айо Кобата, посла Икса.</p>
   <p>– Бывшего посла, – поправил его Кобат. Он говорил гортанным, хорошо поставленным голосом. Гость встал у задней стены, оглядывая сидящих в зале людей в масках.</p>
   <p>– Сегодня я получил известие о немилости и приказ нашего Бога-Императора покинуть Арракис.</p>
   <p>– За что?</p>
   <p>Сиона выкрикнула свой вопрос прямо с места, без всяких формальностей.</p>
   <p>Кобат резко обернулся и вперил взор в закрытое маской лицо Сионы.</p>
   <p>– Была попытка покушения на жизнь Бога-Императора. Оружие вывело его на мой след.</p>
   <p>Товарищи Сионы расступились, открывая пространство между ней и Кобатом, молчаливо давая понять, что уступают ей право говорить.</p>
   <p>– Но почему он не убил вас? – спросила Сиона.</p>
   <p>– Думаю, что высылкой он сказал мне, что я не стою смерти. Мне кажется, что он использует меня для отправки на Икс своего послания.</p>
   <p>– Какого послания? – Сиона прошла разделявшее их расстояние и остановилась в двух шагах от Кобата. При этом она почувствовала, что он очень сексуально разглядывает ее фигуру.</p>
   <p>– Вы – дочь Монео, – сказал он.</p>
   <p>В тишине маленького зала возник ропот. Почему он так легко открыл, что узнал Сиону? Кого еще он узнал? Кобат не похож на дурака. Зачем он это сделал?</p>
   <p>– Ваша фигура, голос и манеры хорошо известны всем в Онне, – сказал Кобат. – Весь этот маскарад – просто глупость.</p>
   <p>Сиона сорвала с лица маску и улыбнулась послу.</p>
   <p>– Я согласна с вами, а теперь ответьте на мой вопрос.</p>
   <p>Сиона услышала, как слева к ней подошли Наила и еще два ее помощника.</p>
   <p>Кобат понял, что в случае неудачного ответа его ожидает смерть, но голос его не потерял своей властности, хотя посол заговорил медленно, взвешивая каждое свое слово:</p>
   <p>– Бог-Император сказал мне, что ему известно о соглашении между Иксом и Гильдией. Мы собираемся создать механический усилитель… тех способностей навигаторов, которые сейчас держатся только и исключительно на Пряности.</p>
   <p>– В этой комнате мы называем его Червем, – сказала Сиона. – И что сможет сделать ваша иксианская машина?</p>
   <p>– Вам известно, что Гильд-навигаторы нуждаются в Пряности, или меланже, чтобы обретать способность <emphasis>видеть</emphasis> маршрут.</p>
   <p>– И вы решили заменить навигаторов машинами?</p>
   <p>– Это может оказаться возможным.</p>
   <p>– И что за послание, касающееся такой машины, везете вы своему народу?</p>
   <p>– Я должен сказать нашим людям, что они могут продолжать работу над проектом, но обязаны при этом докладывать Императору о ее ходе.</p>
   <p>Сиона с сомнением покачала головой:</p>
   <p>– Ему не нужны такие доклады. Это глупое сообщение.</p>
   <p>Кобат сглотнул слюну, не скрывая больше своей нервозности.</p>
   <p>– Гильдию и Общину Сестер очень взволновал наш проект, – признал он. – Они принимают в нем участие.</p>
   <p>Сиона кивнула:</p>
   <p>– При этом они платят Иксу за свое участие Пряностью.</p>
   <p>Кобат с яростью взглянул на Сиону.</p>
   <p>– Это очень дорогостоящие работы, – сказал он. – Нам нужна Пряность для осуществления испытательных и сравнительных полетов.</p>
   <p>– Это ложь и надувательство, – заявила Сиона. – Ваш аппарат никогда не будет создан, и Червь прекрасно об этом знает.</p>
   <p>– Как вы смеете обвинять нас…</p>
   <p>– Тихо! Я только что сказала вам об истинном послании. Червь велит вам, иксианцам, и впредь водить за нос Гильдию и Бене Гессерит. Это его забавляет.</p>
   <p>– Прибор может заработать, – настаивал на своем Кобат.</p>
   <p>Сиона откровенно рассмеялась ему в лицо.</p>
   <p>– Кто пытался убить Червя?</p>
   <p>– Дункан Айдахо.</p>
   <p>Наила судорожно вздохнула. По комнате прошел ропот удивления.</p>
   <p>– Айдахо мертв? – спросила Сиона.</p>
   <p>– Думаю, что да… но, увы, Червь отказывается это подтвердить.</p>
   <p>– Почему же вы тогда думаете, что он мертв?</p>
   <p>– С Тлейлаксу послан сюда новый гхола Айдахо.</p>
   <p>– Понятно.</p>
   <p>Сиона обернулась и подала сигнал Наиле. Та подошла с пакетом из розовой бумаги, в какую продавцы заворачивают в магазинах праздничные подарки. Наила вручила пакет Сионе.</p>
   <p>– Это цена нашего молчания, – произнесла Сиона, протягивая пакет Кобату. – Только из-за этого Топри было разрешено пригласить вас сюда.</p>
   <p>Не отрывая взгляда от лица Сионы, Кобат взял протянутый ему пакет.</p>
   <p>– При чем здесь молчание? – поинтересовался бывший посол.</p>
   <p>– Мы обязуемся не информировать Сестер и Гильдию о том, что вы их обманываете.</p>
   <p>– Мы не обма…</p>
   <p>– Не стройте из себя дурака!</p>
   <p>У Кобата пересохло в горле. До него сразу дошло содержание ее угрозы. Правдивому или нет, но слуху, пущенному повстанцами, поверят. Это обычное проявление «здравого смысла», как любит выражаться Топри.</p>
   <p>Сиона взглянула на Топри, стоявшего за спиной Кобата. В организацию не вступали люди, обладающие здравым смыслом. Неужели Топри не понимал, что этот пресловутый здравый смысл может выдать его с головой? Она снова обратила свое внимание на Кобата.</p>
   <p>– Что в этом пакете? – спросил он.</p>
   <p>Интонация его голоса подсказала Сионе, что бывший посол прекрасно знает ответ.</p>
   <p>– Там лежит нечто, что я хочу послать на Икс. Вы отвезете этот пакет в качестве личного одолжения. Там копии двух томов, которые мы похитили в крепости Червя.</p>
   <p>Кобат внимательно посмотрел на пакет. Было видно, что он с превеликим удовольствием швырнул бы его на пол, это приключение с мятежниками обернулось смертоносным бременем. Такого поворота он явно не ожидал. Он бросил яростный взгляд на Топри, и этот взгляд ясно говорил: «Почему ты меня не предупредил?»</p>
   <p>– Что… – Он снова взглянул на Сиону и откашлялся. – Что содержится в этих томах?</p>
   <p>– Об этом нам расскажут ваши люди. Мы думаем, что там собственные произведения Червя, которые мы не в состоянии расшифровать.</p>
   <p>– Но почему вы думаете…</p>
   <p>– Вы, иксианцы, хорошо разбираетесь в таких вещах.</p>
   <p>– А если у нас ничего не выйдет?</p>
   <p>Она пожала плечами:</p>
   <p>– Мы не станем винить вас за это. Однако если вы используете эти тома в иных целях или не сообщите нам о расшифровке в случае удачи…</p>
   <p>– Но как можно быть уверенным…</p>
   <p>– Мы же не собираемся полностью положиться только на вас. Копии получат и другие люди. Мне кажется, что Гильдия и Община Сестер не пожалеют сил для расшифровки.</p>
   <p>Кобат сунул пакет под мышку и прижал его к телу.</p>
   <p>– Что заставляет вас думать, что… Червь не знает о ваших намерениях… или даже об этой сходке?</p>
   <p>– Я, напротив, думаю, что он много чего знает. Ему даже, скорее всего, известно, кто именно похитил эти тома. Мой отец уверен, что Червь обладает истинным предзнанием.</p>
   <p>– Ваш отец верит в Устное Предание!</p>
   <p>– В него верят все здесь присутствующие. Устное Предание не расходится с официальной историей в важных вещах.</p>
   <p>– Но почему тогда Червь ничего не предпринимает против вас?</p>
   <p>Сиона указала рукой на пакет под мышкой Кобата.</p>
   <p>– Вероятно, ответ содержится там.</p>
   <p>– Или вы и эта тайнопись не содержат в себе реальной угрозы для него, – сказал Кобат, не пытаясь скрыть гнев. Он не любил, когда его вынуждали принимать самостоятельные решения.</p>
   <p>– Возможно. Но скажите, почему вы вдруг упомянули об Устном Предании?</p>
   <p>Кобат снова расслышал в вопросе скрытую угрозу.</p>
   <p>– В нем говорится, что Червь не способен испытывать человеческих чувств.</p>
   <p>– Это не причина, – сказала Сиона. – У вас в запасе есть еще одна попытка, чтобы сказать правду.</p>
   <p>Наила сделала еще два шага по направлению к Кобату.</p>
   <p>– Я… Мне сказали, что стоит почитать это Предание, потому что ваши люди… – Он недоуменно пожал плечами.</p>
   <p>– Что мы используем его как заклинание?</p>
   <p>– Да.</p>
   <p>– Кто вам это сказал?</p>
   <p>Кобат судорожно сглотнул, бросил опасливый взгляд на Топри, потом снова посмотрел на Сиону.</p>
   <p>– Топри? – спросила она.</p>
   <p>– Я думал, что это поможет ему лучше понять нас, – сказал Топри.</p>
   <p>– И ты назвал ему имя нашего лидера?</p>
   <p>– Он его и без того знал! – В голосе Топри вновь появились визгливые нотки.</p>
   <p>– И какие же части Устного Предания вам посоветовали почитать?</p>
   <p>– Э-э-э-э… о линии Атрейдесов.</p>
   <p>– И теперь вы думаете, что знаете, почему люди присоединяются к моему заговору?</p>
   <p>– В Устном Предании говорится о том, как он относится к каждому из потомков Атрейдесов! – сказал Кобат.</p>
   <p>– Он бросает нам короткую веревку, а потом затягивает в свои сети? – спросила Сиона обманчиво бесстрастным тоном.</p>
   <p>– Именно так он поступил с вашим отцом, – сказал Кобат.</p>
   <p>– А теперь он позволяет мне играть в мятеж?</p>
   <p>– Я – простой вестник, – проговорил Кобат. – Если вы меня убьете, то кто доставит ваше послание?</p>
   <p>– Или послание Червя, – добавила Сиона.</p>
   <p>Кобат промолчал.</p>
   <p>– Я не думаю, что вы поняли Устное Предание, – заявила Сиона. – Мне кажется, что вы не слишком хорошо знаете Червя и не понимаете сути его послания.</p>
   <p>Лицо Кобата вспыхнуло гневом.</p>
   <p>– Что мешает вам стать такой же, как и остальные Атрейдесы, милой, послушной частью… – Кобат осекся, внезапно поняв, куда может завести его злость.</p>
   <p>– Еще одним рекрутом для внутреннего кружка Червя, – закончила его мысль сама Сиона. – Как Дункан Айдахо?</p>
   <p>Она обернулась и посмотрела на Наилу. Две ее помощницы – Анук и Тау подтянулись, но сама Наила оставалась бесстрастной.</p>
   <p>Сиона еще раз кивнула ей.</p>
   <p>Выполняя свою задачу, Анук и Тау блокировали выход. Наила подошла к Топри и положила руку ему на плечо.</p>
   <p>– Что такое… Что происходит? – залепетал Топри.</p>
   <p>– Мы хотим знать точно всю подноготную, которой бывший посол может с нами поделиться, – сказала Сиона. – Мы хотим знать полное содержание послания.</p>
   <p>Топри задрожал. На лбу Кобата выступил холодный пот. Он оглянулся на Топри, потом перевел взгляд на Сиону. Этого было достаточно, чтобы Сиона поняла, что за отношения связывают этих двоих.</p>
   <p>Она торжествующе улыбнулась. Это было лишь еще одним подтверждением того, что она уже знала.</p>
   <p>Кобат притих.</p>
   <p>– Вы можете начинать, – проговорила Сиона.</p>
   <p>– Я… Что вы хотите…</p>
   <p>– Червь дал вам частное послание для ваших мастеров. Я хочу его услышать.</p>
   <p>– Он… хочет увеличить размеры тележки.</p>
   <p>– Значит, вырастет еще больше. Что еще?</p>
   <p>– Мы должны будем прислать ему кристаллическую ридулианскую бумагу.</p>
   <p>– Для какой цели?</p>
   <p>– Он никогда не объясняет, зачем ему нужно то или другое.</p>
   <p>– Это пахнет вещами, которыми он запрещает пользоваться другим.</p>
   <p>– Себе он никогда ничего не запрещает, – с горечью сказал Кобат.</p>
   <p>– Вы посылаете ему какие-нибудь запрещенные игрушки?</p>
   <p>– Я не знаю.</p>
   <p><emphasis>Он лжет,</emphasis> подумала Сиона, но решила не заострять внимания на этом вопросе. Достаточно было одного знания о том, что в доспехах Червя есть еще одна трещина.</p>
   <p>– Кто заменит вас? – спросила Сиона.</p>
   <p>– Они пришлют племянницу Малки, – ответил Кобат. – Вы, должно быть, помните, что он…</p>
   <p>– Мы помним Малки, – сказала Сиона. – Почему новым послом станет его племянница?</p>
   <p>– Не знаю. Но так было приказано даже до того, как Бо… Червь выслал меня.</p>
   <p>– Ее имя?</p>
   <p>– Хви Нори.</p>
   <p>– Мы попробуем обработать Хви Нори. Вы не стоили такой обработки. Но эта Нори может оказаться не такой, как вы. Когда вы возвращаетесь на Икс?</p>
   <p>– Сразу же после праздника, первым же кораблем Гильдии.</p>
   <p>– Что вы скажете вашим хозяевам?</p>
   <p>– О чем?</p>
   <p>– О моем послании!</p>
   <p>– Они поступят так, как вы просили.</p>
   <p>– Понятно. Вы можете идти, экс-посол Кобат.</p>
   <p>Он так спешил покинуть комнату, что едва не столкнулся с охранниками. Топри собрался было последовать за ним, но Наила крепко схватила его за руку. Он бросил испуганный взгляд на ее мускулистую фигуру, потом взглянул на Сиону, которая, закрыв дверь за Кобатом, начала говорить.</p>
   <p>– Его послание адресовано не только иксианцам, но и нам, – сказала она. – Червь вызывает нас на бой и говорит о правилах сражения.</p>
   <p>Топри попытался высвободиться из хватки Наилы.</p>
   <p>– Что вы…</p>
   <p>– Топри! – прикрикнула на него Сиона. – Я тоже могу послать сообщение. Передай моему отцу, чтобы он сказал Червю, что мы принимаем вызов.</p>
   <p>Наила отпустила руку Топри. Он потер онемевшее запястье.</p>
   <p>– Вы что, серьезно…</p>
   <p>– Уходи, пока мы позволяем тебе это сделать, и никогда не возвращайся.</p>
   <p>– Неужели ты хочешь сказать, что подозре…</p>
   <p>– Я велела тебе убираться! Ты слишком неуклюж, Топри. Я долго училась в школе Говорящих Рыб. Там меня научили распознавать неуклюжие действия.</p>
   <p>– Кобат уезжает. Какой вред может возникнуть от…</p>
   <p>– Он не только знает меня, он знал, что именно я украла из Цитадели! Но он не знал, что я собираюсь послать на Икс эти тома. Твои поступки сказали мне, что Червь хочет, чтобы я так поступила.</p>
   <p>Топри попятился от Сионы к двери. Анук и Тау широко распахнули перед ним дверь и освободили проход, куда он и бросился, преследуемый голосом Сионы:</p>
   <p>– Не спорь, что это Червь говорил с Кобатом обо мне и моем пакете, который я должна передать ему! Червь не шлет неуклюжих посланий. Передай ему, что я это сказала!</p>
  </section>
  <section>
   <epigraph>
    <p>Некоторые говорят, что я лишен совести. Как же они заблуждаются даже по отношению к самим себе. Я – единственная совесть, которая когда-либо существовала. Так же как вино сохраняет аромат бочки, в которой его хранили, так же и я сохранил сущность моего древнего бытия, а это и есть семя совести. Именно это обстоятельство делает меня святым. Я Бог, потому что я единственный, кто по-настоящему знает свое происхождение.</p>
    <text-author>(Похищенные записки)</text-author>
   </epigraph>
   <p><strong>Инквизиторы Икса собрались на заседание в Большом Дворце для обсуждения кандидатуры Посла Икса при дворе Господа Лето. Ниже следует протокол этого заседания.</strong></p>
   <empty-line/>
   <p>ИНКВИЗИТОР: Вы показали, что хотите сообщить нам о мотивах Господа Лето. Говорите.</p>
   <p>ХВИ НОРИ: Ваш формальный анализ не дает ответов на те вопросы, которые я хотела бы задать.</p>
   <p>ИНКВИЗИТОР: Какие это вопросы?</p>
   <p>ХВИ НОРИ: Я спросила себя, какие мотивы могли подвигнуть Лето на столь отвратительную трансформацию своего тела и потерю человеческого облика. Вы предположили, что это было сделано с целью захвата власти и достижения необычайного долголетия.</p>
   <p>ИНКВИЗИТОР: Разве этого недостаточно?</p>
   <p>ХВИ НОРИ: Спросите себя, согласились бы вы уплатить столь громадную цену за столь ничтожную цель?</p>
   <p>ИНКВИЗИТОР: Поясните же нам с высот вашей небесной мудрости, по какой причине Лето предпочел стать Червем.</p>
   <p>ХВИ НОРИ: Сомневается ли кто-нибудь из присутствующих в том, что Лето обладает способностью прозревать будущее?</p>
   <p>ИНКВИЗИТОР: Вот оно что! Но разве это не достаточная плата за подобную трансформацию?</p>
   <p>ХВИ НОРИ: Но он и до трансформации, как и его отец, обладал такой способностью. Нет! Я полагаю, что он решился на столь отчаянный шаг только потому, что видел в нашем будущем нечто столь ужасное, что предотвратить его наступление можно было, только пойдя на такую жертву.</p>
   <p>ИНКВИЗИТОР: И что же это за ужас, который только он один мог предвидеть?</p>
   <p>ХВИ НОРИ: Этого я не знаю, но предлагаю открыть эту причину.</p>
   <p>ИНКВИЗИТОР: Вы хотите сделать тирана бескорыстным слугой народов!</p>
   <p>ХВИ НОРИ: Разве не это отличительная черта Атрейдесов, семьи, из которой он происходит?</p>
   <p>ИНКВИЗИТОР: Во всяком случае, этому учит нас официальная история.</p>
   <p>ХВИ НОРИ: Об этом же говорит и Устное Предание.</p>
   <p>ИНКВИЗИТОР: Какие еще добродетельные качества вы хотите приписать тирану Червю?</p>
   <p>ХВИ НОРИ: <emphasis>Добродетельные</emphasis>, господин?</p>
   <p>ИНКВИЗИТОР: Да, опишите, если можете, его характер.</p>
   <p>ХВИ НОРИ: Мой дядя Малки часто говорил, что Господь Лето способен проявлять большую терпимость по отношению к избранным им соратникам.</p>
   <p>ИНКВИЗИТОР: Других соратников он казнит без всякой видимой причины.</p>
   <p>ХВИ НОРИ: Мне кажется, что такие причины существуют, и мой дядя Малки отыскал некоторые из них.</p>
   <p>ИНКВИЗИТОР: Приведите нам ход его рассуждений.</p>
   <p>ХВИ НОРИ: Его личности угрожает неуклюжее ничтожество.</p>
   <p>ИНКВИЗИТОР: Неуклюжее? За кого вы нас принимаете?</p>
   <p>ХВИ НОРИ: Он не переносит притворства и лжи. Вспомните казненных историков и уничтожение их трудов.</p>
   <p>ИНКВИЗИТОР: Он просто не желает знать истину.</p>
   <p>ХВИ НОРИ: Лето сказал моему дяде Малки, что эти историки исказили прошлое. И заметьте себе, кто мог знать прошлое лучше, чем Лето? Всем нам известен предмет его интроверсии.</p>
   <p>ИНКВИЗИТОР: Но какие доказательства мы имеем для подтверждения того, что в его памяти живут все его предки?</p>
   <p>ХВИ НОРИ: Я не собираюсь вступать в бесплодный спор по этому поводу. Могу только сказать, что я верю в это потому, что в это верил мой дядя Малки и мне кажутся основательными те причины, по которым он верил.</p>
   <p>ИНКВИЗИТОР: Мы читали доклады вашего дяди и поняли их по-иному. Малки был буквально влюблен в Червя.</p>
   <p>ХВИ НОРИ: Мой дядя считал Лето самым искусным дипломатом Империи, мастером диалога и экспертом во всех областях человеческой деятельности.</p>
   <p>ИНКВИЗИТОР: Не говорил ли ваш дядя о жестокости Червя?</p>
   <p>ХВИ НОРИ: Мой дядя считал его весьма цивилизованным.</p>
   <p>ИНКВИЗИТОР: Я спрашиваю о жестокости.</p>
   <p>ХВИ НОРИ: Он способен на жестокость, это правда.</p>
   <p>ИНКВИЗИТОР: Ваш дядя боялся его.</p>
   <p>ХВИ НОРИ: Господь Лето начисто лишен невинности и наивности. Его следует бояться, если он начинает притворяться, что ему присущи эти черты. Именно об этом говорил мой дядя.</p>
   <p>ИНКВИЗИТОР: Да, он писал такие слова.</p>
   <p>ХВИ НОРИ: Более того! Малки говорил: «Господь Лето приходит в восторг от гениев и многообразия человечества. Он мой самый любимый собеседник».</p>
   <p>ИНКВИЗИТОР: Поделитесь с нами вашей непревзойденной мудростью и попытайтесь растолковать нам смысл этих слов.</p>
   <p>ХВИ НОРИ: Не смейтесь надо мной!</p>
   <p>ИНКВИЗИТОР: Мы не смеемся. Мы хотим понять.</p>
   <p>ХВИ НОРИ: Эти слова Малки и многое другое, о чем он мне писал, говорят о том, что Господь Лето всегда искал новое и оригинальное, но был очень обеспокоен возможным разрушительным потенциалом прогресса. Так думал мой дядя.</p>
   <p>ИНКВИЗИТОР: Не хотите ли вы что-нибудь добавить к сказанному от своего имени?</p>
   <p>ХВИ НОРИ: Я не вижу причин добавлять что-либо к уже сказанному и прошу прощения за отнятое у вас время.</p>
   <p>ИНКВИЗИТОР: Вы недаром отняли у нас время. Мы утверждаем вас послом при дворе Господа Лето, Бога-Императора всей известной Вселенной.</p>
  </section>
  <section>
   <epigraph>
    <p>Вы должны помнить, что я могу по первому требованию испытать любой из известных истории опытов. Это тот источник энергии, из которого я черпаю всякий раз, когда сталкиваюсь с милитаристским мышлением. Если вы не слышали жалобных криков раненых и умирающих, то вы ничего не знаете о войне. Я слышал эти крики в таком количестве, что они порой просто преследуют меня. Я и сам не раз плакал после битвы. Я испытывал боль от ран в самые разные эпохи – от удара кулаком, дубиной или камнем, шестопером или бронзовым мечом, булавой или пушечным ядром. Мне причиняли раны стрелы и пули, я медленно умирал от молчаливой радиоактивной пыли, от биологического оружия, от которого чернеет язык и сгорают легкие, от языков пламени огнеметов и от боевых отравляющих веществ… я не хочу перечислять дальше! Я все это видел и прочувствовал. Тем, кто осмелится спросить меня, отчего я так себя веду, я могу ответить: имея такую память, я не могу вести себя иначе. Нет, я не трус, но и я когда-то был человеком.</p>
    <text-author>(Похищенные записки)</text-author>
   </epigraph>
   <p>Во время теплого сезона, когда спутникам, контролирующим погоду, приходится выдерживать натиск ветров, дующих над великими морями, на окраинах Сарьира временами выпадают дожди. В один из таких дней Монео инспектировал периметр Цитадели и, возвращаясь домой, был застигнут ливнем. Ночь наступила прежде, чем он успел добраться до укрытия. Женщина из охраны Говорящей Рыбы помогла ему снять сырой плащ. Женщина отличалась мощным телосложением и квадратным лицом, тот тип, который Лето предпочитал набирать в охрану.</p>
   <p>– Эти проклятые погодные спутники давно пора переделать, – сочувственно сказала она, отдавая Монео плащ.</p>
   <p>Монео коротко кивнул женщине и направился наверх, в свои апартаменты. Все охранницы Говорящей Рыбы знали об отвращении, которое Лето испытывает по отношению к влаге, думая, что то же самое испытывает и Монео.</p>
   <p><emphasis>Это Червь ненавидит воду,</emphasis> думал Монео. <emphasis>Шаи-Хулуд тоскует по Дюне.</emphasis></p>
   <p>Войдя в свою квартиру, Монео тщательно вытерся и переоделся в сухую одежду, прежде чем спуститься в крипту. Незачем навлекать на себя напрасный гнев Червя. Сейчас необходим обстоятельный разговор с Лето о его путешествии в Город Праздников Онн.</p>
   <p>Прислонившись спиной к стене лифта, Монео прикрыл глаза. Им немедленно овладела сильная усталость. Последние дни он постоянно не высыпался, и никакого просвета впереди не предвиделось. Как он завидовал Лето, который вовсе не нуждался во сне. Для Бога-Императора было достаточно подремать полчаса в месяц.</p>
   <p>Запах крипты и остановка лифта пробудили Монео от дремоты. Он открыл глаза и увидел Императора в его тележке посередине огромного зала. Монео собрался с силами и вышел из лифта, направившись к своему ужасному владыке. Лето, очевидно, ждал его. Это был хороший знак.</p>
   <p>Лето прекрасно видел, как остановился лифт, как открылись двери, как пробудился Монео. Человек выглядел усталым, и это было вполне объяснимо. На носу паломничество в Онн со всеми вытекающими отсюда хлопотами: инопланетные визитеры, ритуал с Говорящей Рыбой, смена Императорской гвардии, отставки и назначения, а тут еще новый Дункан Айдахо, которого надо гладко и безболезненно внедрить в аппарат. Монео, как всегда, вникал во все мелочи, но возраст неумолимо давал о себе знать.</p>
   <p><emphasis>Так, так,</emphasis> подумал Лето. <emphasis>Через неделю после нашего возвращения из Онна Монео исполнится сто восемнадцать лет.</emphasis></p>
   <p>Если человек принимает достаточно Пряности, то он может прожить в несколько раз дольше этого срока, но Монео отказывался принимать Пряность, и Лето не сомневался, что знает истинную причину. Монео достиг такого положения в обществе, когда любой на его месте начинает желать скорой смерти. Единственное, чего он еще хотел, – это пристроить Сиону на имперскую службу в качестве директора имперского общества Говорящих Рыб.</p>
   <p><emphasis>Мои частики,</emphasis> как говорил Малки.</p>
   <p>Монео знал, что намерением Лето было соединить в браке Сиону и Дункана Айдахо. Видимо, время для этого настало.</p>
   <p>Монео остановился в двух шагах от тележки и поднял глаза на Лето. Что-то в его облике напомнило Лето языческого жреца из древних земных времен, молящегося на своем семейном капище.</p>
   <p>– Господин, вы провели много часов, наблюдая за новым Дунканом, – сказал Монео. – Не испортили ли тлейлаксианцы его клетки или психику?</p>
   <p>– Он остался незапятнанным.</p>
   <p>Монео глубоко вздохнул, но в этом вздохе не было облегчения.</p>
   <p>– Ты, кажется, возражаешь против его использования в качестве племенного жеребца?</p>
   <p>– Мне странно думать о нем как о предке и супруге моей дочери одновременно.</p>
   <p>– Но это позволит мне получить скрещивание в первом поколении между старой формой человека и продуктом многовековой селекции. Сиона – представитель двадцать первого поколения в этом ряду скрещиваний.</p>
   <p>– Я не вижу смысла в таких скрещиваниях. У Дункана замедлена реакция по сравнению с вашими гвардейцами.</p>
   <p>– Меня не интересуют отдельно взятые потомки, Монео. Неужели ты думаешь, что я не знаю о геометрической прогрессии, которая диктует правила моей селекционной программы?</p>
   <p>– Я видел ваш селекционный журнал, господин.</p>
   <p>– В таком случае ты должен знать, что я отслеживаю появление рецессивных аллелей и исключаю их. Меня интересуют ключевые доминантные признаки.</p>
   <p>– А мутации, господин? – в интонациях голоса Монео появились злые нотки, что заставило Лето внимательно взглянуть на него.</p>
   <p>– Мы не будем обсуждать этот вопрос, Монео.</p>
   <p>Лето увидел, как его помощник спрятался в раковину своей обычной осторожности.</p>
   <p><emphasis>Он необыкновенно чутко улавливает мое настроение,</emphasis> подумал Лето. <emphasis>Мне кажется, что он частично обладает теми же способностями, что и я, но они действуют у него на уровне подсознания. Его вопрос позволяет предположить, что он подозревает, чего мы достигли в Сионе.</emphasis></p>
   <p>Чтобы удостовериться в своей догадке, Лето заметил:</p>
   <p>– Мне ясно, что ты не до конца понимаешь, чего я хочу достичь своей селекционной программой.</p>
   <p>Лицо Монео прояснилось.</p>
   <p>– Мой господин знает, что я изо всех сил пытаюсь вникнуть в правила этой селекции.</p>
   <p>– Законы, если брать их в долговременной перспективе, суть временны и преходящи, Монео. Нет такого понятия, как правила развития творчества.</p>
   <p>– Но, господин мой, вы сами только что сказали о законах, которые управляют вашей селекционной программой.</p>
   <p>– Что я только что сказал тебе, Монео? Пытаться отыскать законы творчества – это все равно что отделить разум от тела.</p>
   <p>– Но ведь в результате получается что-то конкретное, господин. Я знаю это по себе!</p>
   <p><emphasis>Он знает это по себе! Дорогой Монео, как ты близок к разгадке.</emphasis></p>
   <p>– Почему ты всегда хочешь услышать исчерпывающее толкование, Монео?</p>
   <p>– Я слышал, как вы говорили о трансформационной эволюции, господин. Так озаглавлен и ваш селекционный журнал. Но что за сюрприз…</p>
   <p>– Монео, правила меняются с каждым сюрпризом.</p>
   <p>– Мой господин, вашей целью является улучшение человеческой породы?</p>
   <p>Лето посмотрел на мажордома горящим взглядом, думая: <emphasis>Если я сейчас произнесу ключевое слово, то поймет ли он меня? Вероятно…</emphasis></p>
   <p>– Я хищник, Монео.</p>
   <p>– Хищ… – Монео поперхнулся, произнося это слово, и покачал головой. Он понимал значение этого слова или думал, что понимает, и все же оно потрясло его. Может быть, Бог-Император шутит?</p>
   <p>– Хищник, мой господин?</p>
   <p>– Хищники улучшают породу.</p>
   <p>– Как это может быть, господин? Ведь вы не ненавидите нас.</p>
   <p>– Ты меня разочаровал, Монео. Хищник не может ненавидеть свою жертву.</p>
   <p>– Хищники убивают, мой господин.</p>
   <p>– Я убиваю, но без ненависти. Жертва утоляет голод. Добыча – это благо.</p>
   <p>Монео с недоумением уставился в розовое лицо Лето в сером обрамлении.</p>
   <p><emphasis>Не пропустил ли я приближение Червя?</emphasis> – подумал Монео.</p>
   <p>Он со страхом посмотрел на повелителя. Но нет, гигантское тело не вибрировало, глаза не горели хищным пламенем, и рудименты конечностей не подрагивали.</p>
   <p>– По отношению к чему вы испытываете голод, мой господин? – очертя голову спросил Монео.</p>
   <p>– Я испытываю голод по отношению к способности человечества принимать долговременные верные решения. Знаешь ли ты ключ к такой способности, Монео?</p>
   <p>– Вы много раз говорили мне об этом, мой господин. Ключ – это способность изменять свой разум.</p>
   <p>– Да, именно изменять. Но что я имею в виду под долгосрочностью?</p>
   <p>– Для вас эти отрезки времени измеряются тысячелетиями, господин.</p>
   <p>– Даже мои тысячелетия – мгновения по сравнению с вечностью.</p>
   <p>– Но ваша перспектива наверняка отличается от моей, господин.</p>
   <p>– С точки зрения вечности любой, даже самый длительный, но ограниченный срок краток.</p>
   <p>– Но тогда выходит, что никаких правил вообще не существует. – В голосе Монео появились истерические нотки.</p>
   <p>Лето улыбнулся, чтобы успокоить своего слугу.</p>
   <p>– Вероятно, существует только одно правило. Краткосрочные решения всегда оказываются неверными в долгосрочной перспективе.</p>
   <p>В полной растерянности Монео смог лишь покачать головой:</p>
   <p>– Но, господин, ваши перспективы…</p>
   <p>– Время необратимо утекает для любого конечного наблюдателя. Не существует закрытых систем. Даже я сумел лишь растянуть свою временную матрицу.</p>
   <p>Монео отвел взгляд от лица Лето и посмотрел на коридоры мавзолея. <emphasis>Я тоже лягу здесь в один прекрасный день. Золотой Путь сможет быть продолжен, но мой путь закончится.</emphasis> Конечно, это не имело никакого значения. Только Золотой Путь, который был неразрывным единством, имел какое-то значение. Он снова посмотрел на Лето, избегая взгляда его ярко-голубых глаз. Неужели в этом гигантском теле сидит заурядный хищник?</p>
   <p>– Ты не понимаешь функции хищника, Монео, – сказал Лето.</p>
   <p>Эти слова потрясли Монео – от них веяло способностью читать чужие мысли. Он взглянул в глаза повелителю.</p>
   <p>– Умом ты понимаешь, что даже мне придется когда-то испытать ужас смерти, но чувством ты в это не веришь, – произнес Лето.</p>
   <p>– Как я могу верить в то, чего никогда не увижу?</p>
   <p>Никогда еще Монео не чувствовал себя таким одиноким и испуганным. Что делает Бог-Император? <emphasis>Я спустился сюда, чтобы обсудить детали паломничества… и выяснить его намерения относительно Сионы. Он просто играет мной?</emphasis></p>
   <p>– Давай поговорим о Сионе, – сказал Лето.</p>
   <p><emphasis>Он опять читает мысли!</emphasis></p>
   <p>– Кода вы собираетесь испытать ее, господин? – Монео прекрасно знал ответ на этот вопрос и ждал ответа уже давно, но в этот момент он испытал неподдельный страх.</p>
   <p>– Скоро.</p>
   <p>– Простите меня, мой господин, но вы, без сомнения, понимаете, как я волнуюсь за судьбу моего единственного дитя.</p>
   <p>– Но другие же пережили это испытание. Например, ты.</p>
   <p>Монео нервно сглотнул слюну, вспомнив, как его испытывали на чувствительность к Золотому Пути.</p>
   <p>– Меня готовила к испытанию мать, но у Сионы нет матери.</p>
   <p>– У нее есть Говорящие Рыбы. У нее есть ты.</p>
   <p>– Бывают и несчастные случаи, мой господин.</p>
   <p>Из глаз Монео брызнули слезы.</p>
   <p>Лето отвернулся, подумав: <emphasis>Он разрывается между чувством верности мне и любовью к Сионе. Как же мучительна эта тревога о потомстве. Неужели он не понимает, что мое дитя – это все человечество?</emphasis></p>
   <p>Он вновь обратился к Монео:</p>
   <p>– Ты прав, говоря о несчастных случаях, они случаются даже в моей вселенной. Разве это ничему тебя не научило?</p>
   <p>– Мой господин, но на этот раз не может…</p>
   <p>– Монео, не хочешь же ты, чтобы я доверял власть слабым администраторам?</p>
   <p>Монео отступил на шаг.</p>
   <p>– Нет, мой господин. Конечно, нет.</p>
   <p>– Тогда верь в силу Сионы.</p>
   <p>Мажордом расправил плечи.</p>
   <p>– Я выполню свой долг.</p>
   <p>– Сиона должна пробудиться ото сна и вспомнить, что она потомок Атрейдесов.</p>
   <p>– Да, конечно, мой господин.</p>
   <p>– Разве не этому мы посвятили нашу жизнь, Монео?</p>
   <p>– Я и не отрицаю этого, мой господин. Когда она будет представлена новому Дункану?</p>
   <p>– Сначала она пройдет испытание.</p>
   <p>Монео уставил глаза в холодный пол крипты.</p>
   <p><emphasis>Как часто стал он смотреть в пол,</emphasis> подумал Лето. <emphasis>Что он может там увидеть? Тысячелетние следы моей тележки? Ах нет – он смотрит в глубину той сокровищницы тайны, куда ему скоро предстоит отправиться.</emphasis></p>
   <p>Монео снова посмотрел в глаза Лето.</p>
   <p>– Надеюсь, ей понравится общество Дункана, мой господин.</p>
   <p>– Будь уверен в этом. Тлейлаксианцы не изменили его внешность ни на йоту.</p>
   <p>– Это вселяет в меня уверенность, мой господин.</p>
   <p>– Нет сомнения, что ты заметил, что его генотип очень привлекателен для женщин.</p>
   <p>– Да, именно об этом говорят мои наблюдения, мой господин.</p>
   <p>– Да, есть что-то в этих проницательных глазах, этих резких чертах, этих густых, как грива, волосах – от всего этого тает женская душа.</p>
   <p>– Вы говорите истину, мой господин.</p>
   <p>– Ты знаешь, что сейчас он с Говорящими Рыбами?</p>
   <p>– Мне сообщили об этом, мой господин.</p>
   <p>Лето улыбнулся. Ну конечно же, Монео обо всем сообщили.</p>
   <p>– Скоро его приведут ко мне, чтобы он мог лицезреть своего Бога-Императора.</p>
   <p>– Я уже видел смотровую комнату, господин. Там все готово.</p>
   <p>– Иногда мне кажется, что ты все делаешь для того, чтобы ослабить меня, Монео. Оставь мне хотя бы эти мелочи.</p>
   <p>Мажордом изо всех сил попытался сбросить с себя гнетущий страх. Он поклонился и попятился.</p>
   <p>– Вы правы, мой господин, но есть вещи, которые входят в мои обязанности.</p>
   <p>Повернувшись, он поспешил прочь. Только оказавшись в поднимающемся лифте, Монео вспомнил, что Лето не отпускал его.</p>
   <p><emphasis>Он должен знать, как я устал, и простит меня.</emphasis></p>
  </section>
  <section>
   <epigraph>
    <p>Господу ведомо, что у тебя на сердце. Днесь твоя душа свидетельствует против тебя, а иные свидетели мне не нужны. Ты не повинуешься душе своей, но лишь своему гневу и ярости.</p>
    <text-author>(Господь Лето кающемуся грешнику. Устное Предание)</text-author>
   </epigraph>
   <p><strong>Следующие положения о государственном устройстве Империи в год 3508-й правления Господа Лето взяты из Велбекских Извлечений. Оригинал текста находится в Архивном Хранилище Капитула Ордена Бене Гессерит. Сравнение показывает, что в изложении полностью сохранена суть исходного документа.</strong></p>
   <empty-line/>
   <p>Именем нашего Священного Ордена и нерушимой Общины Сестер это сообщение признано заслуживающим доверия и может быть направлено на хранение в Архив Капитула на правах хроники.</p>
   <p>Сестры Ченоу и Таусуоко благополучно вернулись с Арракиса, где им удалось найти доказательства факта казни девяти историков (о чем давно существовали подозрения), которые исчезли в Цитадели в год 2116-й правления Господа Лето. Сестры сообщают, что все девять человек были приведены в бессознательное состояние и сожжены на костре, сложенном из их исторических трудов. Это полностью соответствует тем слухам, которые циркулировали в Империи в то время. Происхождение этих слухов приписывают самому Господу Лето.</p>
   <p>Сестры Ченоу и Таусуоко привезли рукописные свидетельства, в которых утверждается, что когда некоторые историки обратились к Лето, обеспокоенные судьбой своих коллег, он ответил им:</p>
   <p>«Они были уничтожены за злонамеренную ложь. Не бойтесь, что мой гнев падет на ваши головы за ваши невольные заблуждения и ошибки. Я не люблю создавать мучеников. Мученики размывают эффекты воздействия драматических событий на ход истории, а именно исторические драмы суть цель моего хищничества. Трепещите только в том случае, если вы намеренно искажаете факты и держитесь за свой обман, раздувая щеки от гордости за него. Теперь можете удалиться – мы не будем больше говорить об этом».</p>
   <p>Анализ рукописного текста позволяет утверждать, что он был написан Иконикром, мажордомом Господа Лето в год 2116-й.</p>
   <p>Особое внимание привлекает тот смысл, который Господь Лето вкладывает в слово «хищнический». В свете теории, выдвинутой Преподобной Матерью Сиаксой, можно с высокой степенью вероятности утверждать, что Господь Лето рассматривал себя хищником в естественном, природном смысле этого слова.</p>
   <p>Сестре Ченоу было позволено присоединиться к Говорящим Рыбам, которые сопровождают Господа Лето в его немногочисленных путешествиях. Однажды ей было позволено проехать недолго рядом с Королевской тележкой и поговорить с Господом Лето. Вот что сестра сообщает об этом диалоге.</p>
   <p>Господь Лето сказал: «Здесь, на Королевской Дороге я часто чувствую себя как на поле битвы, где мне приходится защищаться от врагов».</p>
   <p>Сестра Ченоу сказала: «Никто не нападет на вас здесь, господин».</p>
   <p>Господь Лето сказал: «Вы, сестра Бене Гессерит, постоянно нападаете на меня и даже здесь пытаетесь склонить на свою сторону моих Говорящих Рыб».</p>
   <p>Сестра Ченоу укрепила свой дух, приготовившись к смерти, но Бог-Император просто остановил тележку и оглянулся на свою свиту. Ченоу говорит, что все послушно остановились на почтительном расстоянии и застыли в ожидании.</p>
   <p>Господь Лето сказал: «Их не так много, но они мне все рассказывают, поэтому не отрицайте моих обвинений».</p>
   <p>Сестра Ченоу сказала: «Я не отрицаю их».</p>
   <p>Тогда Господь Лето посмотрел на нее и сказал: «Тебе нечего бояться за свою жизнь. Я хочу, чтобы ты донесла мои слова до вашего Капитула».</p>
   <p>Сестре Ченоу стало ясно, что Господь Лето знает все о ней и о ее миссии, о ее специальной подготовке, усилившей ее память. Лето знал о ней действительно все.</p>
   <p>«Он был как Преподобная Мать, – сказала сестра Ченоу. – От него ничего нельзя было утаить».</p>
   <p>Потом Император Лето приказал сестре Ченоу: «Посмотри на мой Город Празднеств и расскажи, что ты видишь».</p>
   <p>Сестра Ченоу посмотрела в сторону Онна и сказала: «Я вижу вдали город. Он прекрасен в свете сегодняшнего утра. Справа находится ваш лес. Там столь обильная растительность, что я могла бы потратить много часов, описывая ее. Слева и вокруг множество строений, в которых живут ваши слуги, там же я вижу сады. Некоторые выглядят очень богатыми, а другие столь же бедными».</p>
   <p>Господь Лето сказал: «Мы сделали свой ландшафт суетным! Деревья – это суета. Дома, сады… Можно ли восторгаться таинствами в таком ландшафте?»</p>
   <p>Сестра Ченоу, осмелевшая после слов Лето, спросила: «Господин все еще жаждет чудес и таинств?»</p>
   <p>Господь Лето ответил на это: «В таком ландшафте отсутствует внешняя открытая духовная свобода. Разве ты не видишь этого? Вселенная не открывается здесь человеку – вокруг лишь замкнутые пространства – двери, замки и запоры».</p>
   <p>Сестра Ченоу спросила: «Значит, человечество, на ваш взгляд, больше не нуждается в частной жизни и защите?»</p>
   <p>Господь Лето сказал: «Вернувшись домой, передай Сестрам, что я восстановлю открытость вселенной в ее духовной свободе. Такой ландшафт, какой ты видишь здесь, направляет внимание человека внутрь и заставляет искать духовной свободы в себе. Но большинство людей не обладает достаточной силой, чтобы найти силу в себе самом».</p>
   <p>Сестра Ченоу сказала: «Я в точности передам ваши слова Общине Сестер».</p>
   <p>Господь Лето сказал: «Обязательно сделай это. Передай своим Сестрам также, что Бене Гессерит должны лучше других людей видеть опасность генетических скрещиваний, когда хотят получить вполне определенный результат».</p>
   <p>Сестра Ченоу считает, что это было вполне осознанное напоминание об отце Лето, Пауле Атрейдесе. Надо при этом отметить, что мы получили Квисатц Хадераха одним поколением раньше. Став Муад’Дибом, вождем фрименов, Пауль ускользнул из-под нашего контроля. Нет сомнения в том, что Пауль был мужчиной со способностями Преподобной Матери, обладал он и другими силами, за что человечество до сих пор платит дорогую цену. Как сказал Господь Лето: «Вы получили то, чего никак не ожидали. Вы получили меня, и мне удалось создать Сиону».</p>
   <p>Господь Лето не стал подробно распространяться о дочери своего мажордома Монео. Мы расследуем это дело сами.</p>
   <p>В том, что касается других дел, то там наши следователи могут сообщить Капитулу следующую информацию:</p>
   <cite>
    <subtitle>Говорящие Рыбы</subtitle>
   </cite>
   <p>Женский легион Господа Лето выбирает своих представительниц на празднества в Арракисе, которые бывают один раз в десять лет. От каждого планетного гарнизона на праздник направляются три женщины. (Список этих избранниц см. в приложении.) Обычно на праздник не приглашаются взрослые мужчины и даже супруги Говорящих Рыб. Список супругов изменился за период нашего пребывания очень мало. Мы включили в список эти новые имена, сопроводив их, где это было возможно, краткой генеалогической справкой. Только два таких супруга являются прямыми потомками Дункана Айдахо. Мы ничего не можем добавить к нашим наблюдениям относительно использования Господом Лето гхола в его селекционной программе.</p>
   <p>Ни одна из наших попыток образовать союз между Говорящими Рыбами и Бене Гессерит не увенчалась успехом. Господь Лето продолжает увеличивать численность некоторых гарнизонов. Кроме того, Говорящие Рыбы наделяются функциями, отличными от военных. Это вполне ожидаемый результат возрастающего на местах восхищения и уважения по отношению к этим гарнизонам. (В приложении указаны гарнизоны, увеличенные в последнее время. Примечание редактора: самые подходящие для наших целей гарнизоны расположены на родных планетах Бене Гессерит, Иксе и Тлейлаксу. По нашим наблюдениям, гарнизоны Космической Гильдии увеличены не были.)</p>
   <cite>
    <subtitle>Священники</subtitle>
   </cite>
   <p>За исключением нескольких естественных смертей и новых назначений (см. приложение) никаких существенных изменений в корпусе священников не произошло. Те чиновники, которые направлены на должности, имеют жесткие инструкции и обязаны консультироваться с Арракисом по каждому мало-мальски важному случаю. По мнению Преподобной Матери Саксии и некоторых других, религиозный характер Говорящих Рыб постепенно сходит на нет.</p>
   <cite>
    <subtitle>Селекционная программа</subtitle>
   </cite>
   <p>Кроме ничем не подкрепленных сведений о Сионе и неудаче с ее отцом, мы не можем сообщить ни о чем существенно новом по сравнению с нашими данными о селекционной программе Господа Лето. В его планах имеется некоторое стремление к рандомизации, о чем можно судить по его замечанию о генетических целях, но мы не уверены, что Господь Лето был искренен и откровенен с Сестрой Ченоу. Мы хотим обратить ваше внимание на многие случаи, когда Лето лгал либо кардинально менял смысл своих высказываний, никак нас об этом не предупреждая.</p>
   <p>Господь Лето продолжает политику нашего недопущения в его селекционную программу. Его наблюдатели в нашем гарнизоне Говорящих Рыб твердо элиминируют из своих планов наши рождения, против которых они категорически возражают. Только ценой больших усилий нам удается сохранить генетический потенциал для создания Преподобных Матерей. Мы не получили ответа на наши протесты. В ответ на прямой вопрос Сестры Ченоу Господь Лето сказал: «Будьте благодарны за то, что имеете».</p>
   <p>Это предупреждение оценено нами должным образом. Мы передали Господу Лето самое искреннее благодарственное письмо.</p>
   <cite>
    <subtitle>Экономика</subtitle>
   </cite>
   <p>Капитул продолжает поддерживать свою платежеспособность, но меры консервации не могут стать мягче. Более того, на ближайшее время следует предусмотреть более жесткие дополнительные меры консервации. Эти меры должны предусмотреть уменьшение ритуального расхода меланжи и увеличить его вложения в необходимые службы. Мы надеемся увеличить поступления вдвое за счет обучения женщин – представительниц Великих Домов – в течение следующих четырех отчетных периодов. Тем самым мы предлагаем вам приготовить аргументы в пользу увеличения квот меланжи, отпускаемой на эти цели.</p>
   <p>Господь Лето отказал в нашей просьбе об увеличении его выплат в виде меланжи. Объяснений этого решения мы не получили.</p>
   <p>Наши отношения с Объединенным Советом Передовой и Честной Торговли остаются успешными и плодотворными. ОСПЧТ за прошедший отчетный период основал картель межзвездного ювелирного проекта, картель, участвуя в котором мы получили немалую прибыль благодаря консультативным и посредническим услугам. Поступления от этих сделок позволят покрыть убытки, связанные с потерями на Гьеди Один. Эти расходы официально списаны в убыток.</p>
   <cite>
    <subtitle>Великие Дома</subtitle>
   </cite>
   <p>За отчетный период тридцать один Великий Дом пережил экономическую катастрофу. Только шесть из них смогли оправиться настолько, что достигли статуса Малых Домов (см. приложение). Такие события есть проявление тенденции, которая прослеживается на протяжение последнего тысячелетия, когда многие Великие Дома постепенно скатываются на второстепенные роли. Надо особо отметить, что из шести Великих Домов, которым удалось избежать полной катастрофы, пять имели свою долю в межзвездном ювелирном проекте ОСПЧТ. Полученная прибыль позволила вложить деньги в редкие китовые меха с Каладана.</p>
   <p>(Запасы нашего риса почти удвоились в результате успешных операций холдинга китового меха. Основания для таких операций будут приведены в обзоре следующего отчетного периода.)</p>
   <cite>
    <subtitle>Семейная жизнь</subtitle>
   </cite>
   <p>Согласно наблюдениям наших исследователей, на протяжении последних двух тысяч лет происходит неуклонное нивелирование семейного уклада. Исключения, как и ожидалось, касаются Гильдии, Говорящих Рыб, придворных, тлейлаксианцев (которые, несмотря на все усилия, остаются гибридами) и, конечно, нашей Общины Сестер.</p>
   <p>Стоит в этой связи отметить, что семейный уклад на разных планетах становится все более и более единообразным, а это не может быть случайностью. По-видимому, это часть грандиозного замысла Господа Лето. Даже беднейшие семьи очень хорошо питаются, это так, но условия жизни становятся все более и более статичными.</p>
   <p>Хотим напомнить высказывание Лето, сделанное им восемь поколений назад: «Я – единственное зрелище, на которое еще стоит смотреть в Империи».</p>
   <p>Преподобная Мать Саксия предложила теоретическое обоснование наблюдаемой тенденции, которое разделяют теперь многие из нас. Преподобная Мать Саксия приписывает Лето мотив, основанный на концепции гидравлического деспотизма. Как вы знаете, гидравлический деспотизм возможен только тогда, когда условия, от которых в абсолютной степени зависит жизнь, могут управляться относительно небольшой централизованной силой. Концепция гидравлического деспотизма возникла в ту эпоху, когда количество орошающей воды увеличивало численность человеческой популяции до такого уровня, что жизнь людей становилась в абсолютную зависимость от этого количества. Как только поступление воды прекращалось, наступала массовая гибель людей.</p>
   <p>Этот феномен наблюдался неоднократно на протяжении человеческой истории и касался не только воды и продуктов землепашества, но и углеводородного топлива, поступление которого можно было легко контролировать с помощью трубопроводов и других распределительных сетей. В то время, когда электричество доставлялось потребителям по проводам, оно тоже было инструментом гидравлического деспотизма.</p>
   <p>Преподобная Мать Саксия считает, что Господь Лето строит еще более жестокую систему гидравлического деспотизма, основанную на распределении меланжи. В этой связи стоит заметить, что меланжа является одним-единственным средством замедления наступления старости, хотя и не является при этом радикальным средством излечения от старения. Преподобная Мать Саксия предполагает даже, что Лето собирается преднамеренно поразить человечество некой болезнью, от которой существует только одно средство – меланжа. Хотя такое предположение несколько экстравагантно, его нельзя полностью сбрасывать со счетов. Случались и более странные вещи, и мы не должны забывать о роли сифилиса в ранней истории человечества.</p>
   <cite>
    <subtitle>Транспорт/Гильдия</subtitle>
   </cite>
   <p>Три вида транспорта, некогда присущих почти исключительно Арракису (передвижение пешком с грузом на лямках, по воздуху с помощью орнитоптера и кораблями Гильдии с планеты на планету), становятся доминирующими и в остальных частях нашей обитаемой вселенной. Единственным исключением является Икс.</p>
   <p>Мы приписываем это явление общей тенденции к планетарному застою и формированию статического образа жизни. Частично такое положение вещей обусловлено стремлением во всем копировать древний Арракис. В этой тенденции не последнюю роль играет всеобщее отвращение к производимым на Иксе вещам. Нельзя отрицать и того, что подобное положение вполне устраивает Говорящих Рыб, которые поддерживают такую транспортную систему, поскольку она облегчает их службу.</p>
   <p>Что касается Гильдии, то здесь такое положение обусловлено полной зависимостью навигаторов от меланжи. Мы в свете изложенного пристально наблюдаем за попытками Космической Гильдии в сотрудничестве с Иксом создать механическое приспособление для улучшения способности навигаторов выбирать маршрут и держаться его во время перелета. Без меланжи или ее замены каждое путешествие в космосе с транссветовой скоростью грозит обернуться катастрофой. Хотя мы не очень высоко оцениваем перспективу совместного проекта Гильдии и Икса, тем не менее мы будем внимательно следить за развитием событий, ибо все в мире возможно.</p>
   <cite>
    <subtitle>Бог-Император</subtitle>
   </cite>
   <p>Если оставить в стороне некоторое увеличение размеров тела, то можно сказать, что физические характеристики Господа Лето практически не изменились за отчетный период. Упорно циркулировавшие слухи об отвращении Лето к воде не подтвердились, хотя мы доподлинно знаем, что черви не выносили воду и был даже ритуал водного убийства, когда древние фримены убивали водой молодых червей, чтобы добыть Пряность для своих оргий.</p>
   <p>Есть все основания полагать, что Господь Лето проявляет большой интерес к совместному проекту Гильдии и Икса, поскольку при его успехе снизится потребность в меланжи, а это уменьшит власть Лето в Империи.</p>
   <p>Он продолжает иметь дела с Иксом, поскольку там изготовили его повозку и продолжают вносить в нее усовершенствования.</p>
   <p>Новый гхола Дункан Айдахо был прислан Господу Лето с Тлейлаксу. Это определенно говорит в пользу того, что предыдущий гхола мертв, хотя обстоятельства его смерти остаются нам неизвестны. Мы хотим обратить ваше внимание на то, что есть данные, по которым можно утверждать, что Господь Лето самолично убил нескольких своих гхола.</p>
   <p>Существует все возрастающее количество свидетельств в пользу того, что в своей деятельности Господь Лето использует компьютеры. Если он действительно нарушает свои собственные запреты и проскрипции бутлерианского джихада, то при наличии доказательств мы могли бы усилить свое влияние на Господа Лето, возможно, даже образовать с ним совместное предприятие, создания которого мы давно добиваемся. Нашей первоочередной задачей является по-прежнему суверенный контроль над селекционной программой. Мы, естественно, будем продолжать наши исследования, но со следующими мерами предосторожности:</p>
   <p>Как и в каждом докладе, который предшествовал данному, мы должны сказать несколько слов о предзнании, которым обладает Господь Лето. Нет сомнения, что его способность предсказывать события задолго до их реализации, дар оракула, которым он обладает в гораздо большей мере, чем любой из его предков, – суть основа его политической власти.</p>
   <p>Мы ни в коем случае не отрицаем этого!</p>
   <p>Более того, мы глубоко убеждены, что он знает о каждом нашем важном действии задолго до того, как мы решаем его предпринять. Таким образом, своими действиями мы ни в коей мере не способны создать для него какую-либо опасность или поставить под угрозу исполнение его планов. Мы должны обратиться к нему приблизительно со следующими словами:</p>
   <p>«Говорите нам о том, что наши планы угрожают вам, чтобы мы могли вовремя прекратить их осуществление».</p>
   <p>И:</p>
   <p>«Скажите нам о ваших планах, чтобы мы могли помочь их осуществлению».</p>
   <p>Он не дал ответа ни на один вопрос из всех, которые были нами заданы.</p>
   <cite>
    <subtitle>Иксианцы</subtitle>
   </cite>
   <p>Нам практически нечего сообщить вам об Иксе, кроме совместного проекта Гильдии и Икса. Больше ничего интересного об Иксе мы сообщить в данный момент не можем. Икс послал на Арракис нового посла ко двору Господа Лето. Это Хви Нори – племянница Малки, который был когда-то по слухам добрым товарищем Господа Лето. Причина замены посла неизвестна, хотя есть основания подозревать, что Хви Нори воспитана для определенной цели, возможно, специально для представительства Икса на Арракисе. Мы полагаем, что и сам Малки был генетически предрасположен к тому, кем он был для Лето.</p>
   <p>Мы продолжим наши исследования в этом направлении.</p>
   <cite>
    <subtitle>Музей фримена</subtitle>
   </cite>
   <p>Эти выродившиеся реликты некогда гордого племени воинов продолжают действовать как наш главный источник информации о событиях, происходящих на Арракисе. Этот музей представляет собой большую статью расходов нашего бюджета, потому что его аппетиты растут, а мы не можем позволить себе портить отношения с ним.</p>
   <p>Интересно в этой связи отметить, что хотя их жизнь очень мало напоминает жизнь их далеких предков, копирование фрименского образа жизни безупречно. Мы приписываем это влиянию Говорящих Рыб на подготовку сотрудников Музея фримена.</p>
   <cite>
    <subtitle>Тлейлаксу</subtitle>
   </cite>
   <p>Мы не ждем каких-либо сюрпризов от нового гхола Дункана Айдахо. Тлейлаксу не хотят снова возбуждать недовольство Господа Лето, как это было однажды, когда они вознамерились изменить клеточную природу и психику очередного Дункана Айдахо.</p>
   <p>Последние сообщения с Тлейлаксу говорят о том, что они снова хотят вовлечь нас в совместное с ними предприятие по созданию чисто женского сообщества, в котором не было бы необходимости в мужчинах. По очевидной причине, включающей в себя неприятие того, что исходит с Тлейлаксу, мы, как всегда, ответили вежливым отказом. Наше посольство при Городе Празднеств во время традиционного Фестиваля доложит Господу Лето о нашем решении.</p>
   <p>С искренним уважением подписано:</p>
   <p>Преподобные Матери: Сиакса, Йитоб, Мамулут, Экнекоск и Акели.</p>
  </section>
  <section>
   <epigraph>
    <p>Это может показаться странным, но великая борьба, образцы которой вы можете почерпнуть из моих записок, очень часто остается невидимой для тех, кто в этой борьбе принимает непосредственное участие. Очень многое зависит от того, о чем мечтает человек в глубине своей души. Я всегда уделял самое пристальное внимание четкому оформлению не только своих действий, но и своих мечтаний. Между строк моих записок вы можете прочесть о моей борьбе со взглядами человечества на самое себя – это тяжкая битва на поле, где правят мотивы, коренящиеся в нашем непроницаемом прошлом, возникают из бессознательного и становятся событиями, с которыми нам приходится не только жить, но и бороться. Это чудовище с головой гидры, которое нападает на нас с невидимой нами стороны. Поэтому я молюсь о том, чтобы вы, когда вам удастся пройти мою часть Золотого Пути, не остались детьми, танцующими под музыку, которая не слышна вам самим.</p>
    <text-author>(Похищенные записки)</text-author>
   </epigraph>
   <p>Твердыми, тяжелыми шагами Наила поднималась по винтовой лестнице, ведущей в Зал Аудиенций Бога-Императора на вершине южной башни Цитадели. Каждый раз, когда Наила пересекала юго-восточную арку башни, она видела лучи солнца, падавшие сквозь узкие окна и видимые во взвешенной в воздухе пыли. Наила знала, что в центральной стене башни, за ее спиной, находится лифт, достаточно мощный, чтобы перемещать огромное тело Бога, и который, без сомнения, мог бы поднять ее невесомое в сравнении с такой тяжестью тело. Однако тот факт, что она была обязана подниматься пешком, не вызывал у женщины возмущения.</p>
   <p>Ветерок, дувший сквозь бойницы, доносил до Наилы кремнистый жаркий запах обдуваемой знойными бурями Пустыни. Низкое солнце освещало сложенную из грубого камня внутреннюю стену, и вкрапления из красного минерала вспыхивали в лучах солнца, как спички. Временами Наила бросала взгляд в узкие окна и видела дюны. Как ей хотелось остановиться и насладиться этим величественным зрелищем! Но…</p>
   <p>– У тебя героическое терпение, Наила, – сказал ей однажды Господь Лето.</p>
   <p>Воспоминание об этих словах согрело душу женщины.</p>
   <p>Лето следил за продвижением Наилы с помощью хитроумного иксианского приспособления, которое формировало перед глазами Императора трехмерное голографическое изображение женщины в три четверти натуральной величины.</p>
   <p><emphasis>Как точны ее движения,</emphasis> подумал он.</p>
   <p>Эта точность проистекает из ее одухотворенной страстью простоты.</p>
   <p>Наила была одета в синий мундир Говорящих Рыб с капюшоном, но без ястреба на груди. Миновав пост охраны, она сбросила лицевую маску, в которой была обязана явиться на аудиенцию. Ее массивное мускулистое тело было таким же, как тела ее товарок, но лицо было совершенно необыкновенным. Оно было практически квадратным. Это впечатление усиливал большой рот, который, казалось, окружал щеки. Рот казался еще больше от глубоких складок, которые залегали у углов рта. Глаза светло-зеленые, коротко подстриженные волосы напоминали старую слоновую кость. Лоб гармонировал с лицом – он был широким и совершенно плоским, светлые брови казались незаметными из-за яркости глаз. Плоский прямой нос заканчивался практически у линии тонких губ.</p>
   <p>Когда Наила говорила, ее челюсти двигались, как у примитивного животного. О ее силе среди Говорящих Рыб ходили легенды. Лето видел однажды, как она без всяких видимых усилий подняла одной рукой мужчину весом сто килограммов. Наила прибыла на Арракис без ведома Монео, хотя мажордом, конечно, знал, что Лето использует Говорящих Рыб в качестве своих тайных агентов.</p>
   <p>Лето отвернулся от движущегося голографического изображения и посмотрел в широкое окно, бросив взгляд на пустыню, раскинувшуюся к югу от Цитадели. Перед его глазами заплясали цвета скал – коричневый, золотой, янтарный. Далекая скала, имевшая очертания белой цапли, обрела в лучах заходящего солнца фантастический розовый ореол. Белые цапли не водились на Арракисе и существовали только в памяти Лето. Стоило ему представить себе этот белый камень, как казалось, что перед глазами пролетает грациозная большая птица.</p>
   <p>Подъем по лестнице должен был утомить даже Наилу, поэтому, Лето знал это по опыту, женщина остановится отдохнуть, причем остановится точно на две ступени ниже отметки в три четверти. Это было проявлением пунктуальности Наилы – черты, из-за которой ее и взяли в Сарьир из далекого сепрекского гарнизона.</p>
   <p>На расстоянии нескольких размахов крыльев от окна пролетел дюнный ястреб. Внимание Лето привлекли также тени у подножия Цитадели – там обитали какие-то мелкие зверьки. Ястреб пролетел на фоне облаков.</p>
   <p>Это зрелище было удивительным для души старого фримена, каким был Лето: облака на Арракисе, дожди и открытые водоемы.</p>
   <p>Лето прислушался к своему внутреннему голосу: осталась последняя пустыня – мой Сарьир; превращение Дюны в зеленый Арракис с первого дня моего правления проводилось в жизнь беспощадной железной рукой.</p>
   <p><emphasis>Влияние географии на историю осталось совершенно незамеченным</emphasis>, подумал Лето. <emphasis>Люди чаще задумываются о влиянии истории на географию.</emphasis></p>
   <p><emphasis>Кому принадлежат русла этих рек? Зеленые долины? Этот полуостров? Эта планета?</emphasis></p>
   <p><emphasis>Никому из нас.</emphasis></p>
   <p>Наила снова двинулась по лестнице, взгляд ее был устремлен на ступени, которые ей предстояло преодолеть. Лето снова стал наблюдать за ней.</p>
   <p><emphasis>Во многих отношениях она самый полезный помощник из всех, кто у меня когда-либо был. Я – ее Бог. Она поклоняется мне без всяких вопросов и рассуждений. Даже когда я шутки ради подвергаю испытанию ее веру, она и воспринимает это как простое испытание. Она знает, что способна выдержать любое испытание.</emphasis></p>
   <p>Когда он послал ее в среду заговорщиков и велел подчиняться Сионе, Наила не стала задавать вопросов. Если Наила в чем-то сомневалась, даже в тех случаях, когда она была способна выразить свои сомнения словами, ее мыслей вполне хватало на восстановление веры. Или это было раньше, а теперь… Последнее послание Наилы говорило о том, что требуется личная аудиенция у Божества, чтобы восстановить внутреннюю силу Наилы.</p>
   <p>Лето припомнил первый разговор с ней, с женщиной, которая трепетала от желания угодить.</p>
   <p>– Даже если Сиона пошлет тебя убить меня, ты обязана подчиниться. Она ни в коем случае не должна знать, что ты служишь мне.</p>
   <p>– Никто не может убить вас, господин.</p>
   <p>– Но ты должна повиноваться Сионе.</p>
   <p>– Конечно, господин, ведь это ваш приказ.</p>
   <p>– Ты должна повиноваться ей во всем.</p>
   <p>– Я сделаю это, господин.</p>
   <p><emphasis>Это просто еще одно испытание. Наила не обсуждает их, а воспринимает как укусы мухи. Ее Господь требует? Наила подчиняется. Я не должен допустить, чтобы эти отношения каким-то образом изменились.</emphasis></p>
   <p><emphasis>В старые времена из нее получилась бы превосходная шадут,</emphasis> подумал Лето. Именно по этой причине он в свое время дал ей отравленный фрименский нож, один из немногих настоящих ножей, сохранившихся со времен сиетча Табр. Этот нож принадлежал когда-то одной из жен Стилгара. Теперь Наила носила его под плащом, больше в качестве талисмана, нежели в качестве оружия. Лето дал ей нож, выполнив при этом особый ритуал, который пробудил в его памяти эмоции, которые, как он сам считал, были навсегда похоронены в ее глубинах.</p>
   <p>– Это зуб Шаи-Хулуда.</p>
   <p>Он протянул ей клинок своими руками, обтянутыми серебристой чешуей.</p>
   <p>– Прими его, и ты станешь частью одновременно прошлого и будущего. Осквернишь его, и твое прошлое не даст тебе перейти в будущее.</p>
   <p>Наила приняла нож, потом ножны.</p>
   <p>– Рассеки палец до крови, – приказал Лето.</p>
   <p>Наила повиновалась.</p>
   <p>– Вложи клинок в ножны. Если обнажишь его, то кровь должна пролиться.</p>
   <p>Наила снова безмолвно повиновалась.</p>
   <p>Глядя на приближающееся трехмерное изображение Наилы, Лето почувствовал, как его воспоминания о старинной церемонии окрашиваются в грустные тона. Старый фримен мертв, а без него весь ритуал, да и сам нож превращаются в бесполезную игрушку. Польза сохранится только до тех пор, пока жива Наила.</p>
   <p><emphasis>Я отбросил часть своего прошлого.</emphasis></p>
   <p>Очень печально, что шадут прошлого выродился в Говорящих Рыб настоящего, а древний нож используется только для того, чтобы крепче привязать слугу к хозяину. Лето знал, что многие считают Говорящих Рыб жрицами – на это он отвечал Бене Гессерит.</p>
   <p><emphasis>Он создает новую религию,</emphasis> – утверждал Орден.</p>
   <p><emphasis>Чушь! Я не создал религию.</emphasis> Я сам – <emphasis>религия!</emphasis></p>
   <p>Наила вошла в зал и остановилась в трех шагах от повозки. Взгляд, как и положено, опущен долу.</p>
   <p>– Женщина, подними глаза, – произнес Лето, все еще охваченный своими воспоминаниями.</p>
   <p>Наила повиновалась.</p>
   <p>– Я создал священную непристойность, – сказал он. – Религия, центром которой являюсь я сам, отвратительна мне самому.</p>
   <p>– Да, господин.</p>
   <p>В зеленых глазах Наилы не было намека на вопрос, не было размышлений, не было даже желания что-то ответить.</p>
   <p><emphasis>Если я пошлю ее собирать с неба звезды, она пойдет и попытается это сделать. Она думает, что я снова ее испытываю. Мне кажется, что она в конце концов может меня разозлить своей покорностью.</emphasis></p>
   <p>– Эта проклятая религия должна закончиться вместе со мной! – крикнул Лето. – Почему я должен навязывать религию моему народу? Религии разрушаются изнутри – так же, как Империи и личности! Все происходит одинаково.</p>
   <p>– Да, господин.</p>
   <p>– Религии порождают таких фанатиков и радикалов, как ты!</p>
   <p>– Благодарю вас, господин.</p>
   <p>Какое-то подобие ярости быстро промелькнуло в глубинах его памяти. Ничто не могло оставить след в вере Наилы.</p>
   <p>– Топри все доложил мне через Монео, – сказал Лето. – Теперь расскажи мне о Топри.</p>
   <p>– Топри – червь.</p>
   <p>– Не так ли вы называете и меня, когда собираетесь на свои мятежные сходки?</p>
   <p>– Я во всем повинуюсь моему господину.</p>
   <p><emphasis>Туше!</emphasis></p>
   <p>– Стало быть, Топри не подлежит обработке? – спросил Лето.</p>
   <p>– Сиона правильно его оценила. Он неуклюж. Он говорит вещи, которые повторяют другие, и его рука сразу становится видна в каждом деле. Буквально спустя секунду после того, как Кобат начал говорить, Сиона поняла, что Топри – шпик.</p>
   <p><emphasis>С этим согласны все, даже Монео,</emphasis> подумал Лето. <emphasis>Топри – плохой агент.</emphasis></p>
   <p>Это единодушие доставило Лето удовольствие. Эти мелкие махинации слегка замутили воду, которую он сам считал совершенно прозрачной. Однако действующие лица пока неплохо справлялись со сценарием.</p>
   <p>– Не подозревает ли Сиона тебя?</p>
   <p>– Я не отличаюсь неуклюжестью.</p>
   <p>– Знаешь ли ты, зачем я тебя позвал?</p>
   <p>– Чтобы испытать мою веру.</p>
   <p><emphasis>Ах, Наила, как мало знаешь ты об испытаниях.</emphasis></p>
   <p>– Я хочу, чтобы ты сказала, как ты оцениваешь Сиону. Я хочу увидеть ее на твоем лице, увидеть ее в твоих движениях и услышать ее в твоем голосе, – сказал Лето. – Готова ли она?</p>
   <p>– Она нужна Говорящим Рыбам, господин. Зачем вы подвергаете ее такому риску?</p>
   <p>– Форсировать события – это самый верный путь потерять то, что я больше всего ценю в Сионе, – ответил Лето. – Она должна прийти ко мне с нерастраченными силами.</p>
   <p>Наила опустила глаза.</p>
   <p>– Как будет угодно моему господину.</p>
   <p>Лето понял смысл этого ответа. Наила всегда реагировала так на вещи, смысл которых был ей непонятен.</p>
   <p>– Переживет ли она испытание, Наила?</p>
   <p>– Судя по описанию испытания… – Наила подняла голову, посмотрела в глаза Лето и пожала плечами. – Я не знаю, господин. Конечно, она сильна. Она – единственная, кто сумел уйти от волков. Но ею управляет ненависть.</p>
   <p>– Это естественно, – возразил Лето. – Скажи мне, Наила, что она собирается делать с вещами, украденными у меня?</p>
   <p>– Разве Топри не сказал вам, что она сделала с книгами, в которых содержатся Ваши Священные Слова?</p>
   <p><emphasis>Как она умеет выделять голосом заглавные буквы в словах,</emphasis> подумал Лето, прежде чем заговорить:</p>
   <p>– Да, да. Иксианцы получили свою копию, а скоро Гильдия и Община Сестер засядут за тяжкую работу по расшифровке моих записей.</p>
   <p>– Что это за книги, господин?</p>
   <p>– Это мое обращение к моему народу. Я хочу, чтобы их прочитали. Я хочу знать, что сказала Сиона о карте Цитадели, которую она тоже взяла.</p>
   <p>– Она говорит, что под фундаментом Цитадели расположено огромное хранилище меланжи, господин, и что по карте можно понять, где оно находится.</p>
   <p>– По карте она этого не поймет. Собирается ли она прокладывать подземный ход под Цитадель?</p>
   <p>– Она хочет добыть у иксианцев необходимые для этого инструменты.</p>
   <p>– Она их не получит.</p>
   <p>– Действительно ли там находится Пряность, господин?</p>
   <p>– Да.</p>
   <p>– О том, как охраняются эти сокровища, ходят легенды. Говорят, что рассыплется весь Арракис, если кто-нибудь попытается проникнуть на этот склад. Это правда?</p>
   <p>– Да, такая попытка сотрясет всю Империю. Не уцелеют ни Гильдия, ни Община Сестер, ни Икс, ни Тлейлаксу, ни даже Говорящие Рыбы.</p>
   <p>По телу Наилы пробежала невольная дрожь.</p>
   <p>– Я не позволю Сионе добраться до запасов меланжи.</p>
   <p>– Наила, я же приказал тебе во всем повиноваться Сионе. Вот как ты верно мне служишь!</p>
   <p>Она застыла перед ним, полная страха перед его гневом. Никогда еще не была она так близко от того, чтобы потерять веру. То был кризис, который он намеренно создал, зная, чем все закончится. Наконец Наила медленно пришла в себя и успокоилась. Он видел ее мысли так же ясно, как если бы они были высказаны вслух.</p>
   <p><emphasis>Последнее испытание!</emphasis></p>
   <p>– Ты вернешься к Сионе и будешь защищать ее жизнь ценой своей, – сказал Лето. – Это задание, которое я дал тебе, а ты согласилась его принять. Именно поэтому я выбрал тебя. Вот почему только ты носишь отравленный фрименский нож Стилгара.</p>
   <p>Наила пощупала рукой спрятанный под накидкой нож.</p>
   <p><emphasis>Как это верно,</emphasis> подумал Лето, <emphasis>что оружие способно сделать поведение человека вполне предсказуемым.</emphasis></p>
   <p>Он зачарованно посмотрел на напряженное тело Наилы. В глазах ее не было ничего, кроме обожания.</p>
   <p><emphasis>Конечный результат риторического деспотизма… скоро я начну его презирать!</emphasis></p>
   <p>– Иди! – рявкнул он.</p>
   <p>Наила сделала поворот кругом и покинула Священное Присутствие.</p>
   <p><emphasis>Стоит ли оно того?</emphasis> – подумал Лето.</p>
   <p>Однако Наила сказала ему то, что он хотел знать. Она восстановила и обновила свою веру и открыла ему то, что скрывалось под туманным образом Сионы. Инстинктам Наилы можно верить.</p>
   <p><emphasis>Сиона достигла того взрывоопасного момента, который был мне так нужен.</emphasis></p>
  </section>
  <section>
   <epigraph>
    <p>Дунканы всегда находили очень странным то, что я формирую вооруженные силы из женщин, но дело в том, что мои Говорящие Рыбы – это во всех смыслах временная армия. Хотя женщины могут проявлять насилие и ярость, они сильно отличаются от мужчин в своем увлечении битвой. Колыбель бытия предрасполагает их к более бережному отношению к жизни. Они являются лучшими хранителями Золотого Пути. Я лишь усилил эту врожденную предрасположенность системой тренировок. На какое-то время я вырываю их из обыденной рутины, они получают то, о чем потом с удовольствием вспоминают всю оставшуюся жизнь. В юном возрасте они вступают в товарищество Сестер и готовятся к вещам очень глубоким. В таких товариществах люди всегда готовятся к великим свершениям. Воспоминания о днях, проведенных с Сестрами, покрывается со временем ностальгической дымкой, то время кажется им чудесным и непохожим на те серые будни, которые они вынуждены влачить ныне. Именно таким способом можно сегодня менять ход будущей истории. Современники в действительности не живут в одно время. Прошлое всегда меняется в их глазах, но лишь немногие понимают это.</p>
    <text-author>(Похищенные записки)</text-author>
   </epigraph>
   <p>Отправив послание Говорящим Рыбам, Лето поздним вечером спустился в крипту. Он решил, что лучше всего будет устроить новому Дункану аудиенцию в темноте, чтобы Лето сначала описал себя и только потом дал возможность новому Айдахо увидеть свое тело пресуществующего Червя. Таким требованиям удовлетворяла небольшая комната, вырубленная в черном камне неподалеку от центральной ротонды. Помещение было достаточно большим, чтобы вместить Лето в его тележке, хотя потолок был очень низок. Освещение Лето мог регулировать по собственному усмотрению, дверь была одна, но состояла из двух секций – одной большой, достаточной для проезда Королевской тележки, а вторая – маленькие воротца для прохода людей.</p>
   <p>Лето направил тележку в помещение, закрыл большие ворота, открыл маленькую дверь и после этого приготовился к церемонии.</p>
   <p>Самой большой проблемой была скука. Изделия тлейлаксианцев были стандартизованы настолько, что один гхола нисколько не отличался от всех прочих. Однажды Лето даже предупредил тлейлаксианцев, чтобы они больше не делали одинаковых Дунканов, но он сам прекрасно сознавал, что в этом они откажутся повиноваться ему.</p>
   <p><emphasis>Иногда я думаю, что они поступают так просто из духа противоречия!</emphasis></p>
   <p>На Тлейлаксу жестко держались за эту привилегию, понимая, что это залог их выживания.</p>
   <p><emphasis>Присутствие Айдахо тешит во мне Пауля Атрейдеса.</emphasis></p>
   <p>Лето сказал Монео, когда мажордом впервые появился в Цитадели:</p>
   <p>– Дункан должен явиться ко мне после дополнительной подготовки. Ты должен проследить, чтобы мои гурии смягчили его и ответили на некоторые его вопросы.</p>
   <p>– На какие вопросы они имеют право отвечать, господин?</p>
   <p>– Они знают.</p>
   <p>За много лет Монео давно изучил процедуру во всех подробностях.</p>
   <p>За дверью раздались голоса Монео и эскорта из Говорящих Рыб. Послышался неуверенный шаг нового гхола.</p>
   <p>– Входи в эту дверь, – сказал Монео. – Там темно. Остановись, как только войдешь, мы закроем дверь, а ты жди, когда заговорит господин Лето.</p>
   <p>– Почему там темно? – не скрывая возмущения, спросил Дункан.</p>
   <p>– Он сам тебе все объяснит.</p>
   <p>Айдахо втолкнули в темное помещение и заперли за ним дверь.</p>
   <p>Лето прекрасно знал, что видит сейчас Дункан: тени среди теней; в непроглядном мраке он не сможет даже определить, откуда раздается голос Лето. Как обычно, Лето заговорил голосом Пауля Муад’Диба:</p>
   <p>– Я рад снова видеть тебя, Дункан.</p>
   <p>– Но я не могу вас видеть!</p>
   <p>Айдахо был воин, а воин атакует. Этот выпад убедил Лето, что копия полностью повторяет оригинал. Моральная игра, с помощью которой тлейлаксианцы пробуждали предсмертную память Дунканов, оставляла некоторую неопределенность в их мышлении. Некоторые Айдахо полагали, что когда-то угрожали Муад’Дибу. Этот гхола тоже разделял подобную иллюзию.</p>
   <p>– Я слышу голос Пауля, но не в состоянии его разглядеть, – сказал Айдахо. Он даже не попытался скрыть растерянность – она прозвучала в его голосе.</p>
   <p><emphasis>Зачем это Атрейдес продолжает играть в свою глупую игру? Пауль давно мертв, а здесь присутствует Лето, который говорит ожившим голосом Пауля, его памятью, впрочем, как и памятью многих и многих других! – если, конечно, тлейлаксианцы сказали ему правду.</emphasis></p>
   <p>– Тебе сказали, что ты лишь последний в длинной череде двойников, – произнес Лето.</p>
   <p>– Сам я не помню этого.</p>
   <p>Лето расслышал в тоне Айдахо почти истерику, едва прикрытую храбростью воина. Будь прокляты эти тлейлаксианцы – их бродильные чаны производили людей с окрошкой в мозгах! Этот Дункан прибыл в состоянии, близком к шоку, подозревая, что безумен. Лето понимал, что потребуются тончайшие движения души, чтобы привести беднягу в чувство. Это будет тяжким эмоциональным потрясением для обоих.</p>
   <p>– Произошло много изменений, Дункан, – заговорил Лето, – лишь одно осталось неизменным – я все еще Атрейдес.</p>
   <p>– Мне сказали, что ваше тело…</p>
   <p>– Да, оно изменилось.</p>
   <p>– Проклятые тлейлаксианцы! Они пытались заставить меня убить того, кого я… короче, он был похож на вас. И я вдруг вспомнил, кто я, и было… Это мог быть гхола Муад’Диба?</p>
   <p>– Уверяю тебя, это был обычный мим, Танцующий Лицом.</p>
   <p>– Он был так похож… Вы полностью уверены?</p>
   <p>– Нет, нет. Это был актер, не более того. Он остался жив?</p>
   <p>– Конечно! Но именно так они пробудили мою память. Они мне все объяснили. Это правда то, что они говорили?</p>
   <p>– Это истинная правда, Дункан. Мне отвратительны эти игры, но я допустил их не в силах отказать себе в удовольствии находиться в твоем обществе.</p>
   <p><emphasis>Потенциальные жертвы всегда выживают,</emphasis> подумал Лето. <emphasis>Особенно это касается потенциальных жертв Дунканов. Бывают, конечно, и ошибки. Поддельных Муад’Дибов убивают, а Дунканы не удаются. Но на этот случай существуют тщательно сохраняемые клетки оригиналов.</emphasis></p>
   <p>– Так что произошло с вашим телом? – продолжал настаивать Айдахо.</p>
   <p>Теперь можно оставить личину Муад’Диба. Лето заговорил своим обычным голосом:</p>
   <p>– Я сделал из песчаных форелей новую кожу для себя. Дальше все произошло само собой – они изменили мою внешность.</p>
   <p>– Зачем?</p>
   <p>– Я объясню тебе все по ходу дела.</p>
   <p>– Тлейлаксианцы говорят, что вы выглядите как песчаный червь.</p>
   <p>– А что говорят мои Говорящие Рыбы?</p>
   <p>– Они говорят, что вы – Бог. Почему вы называете их Говорящими Рыбами?</p>
   <p>– Это старая уловка. Первая жрица говорила, что во сне она разговаривала с рыбами. Таким образом эти женщины узнают массу полезных и ценных вещей.</p>
   <p>– Но откуда вы об этом знаете?</p>
   <p>– Я сам – эти женщины… и то, что было до них и будет после них.</p>
   <p>Лето услышал, как Айдахо судорожно проглотил слюну.</p>
   <p>– Теперь я понимаю, почему здесь темно. Вы даете мне время привыкнуть к вам.</p>
   <p>– Ты всегда был очень быстр Айдахо.</p>
   <p><emphasis>Кроме тех случаев, когда становился слишком медлительным.</emphasis></p>
   <p>– Как давно вы изменились?</p>
   <p>– Тридцать пять веков назад.</p>
   <p>– Выходит, тлейлаксианцы сказали мне правду.</p>
   <p>– Мне они редко осмеливаются лгать.</p>
   <p>– Но это очень долгий срок.</p>
   <p>– Очень долгий.</p>
   <p>– Тлейлаксианцы копировали меня много раз?</p>
   <p>– Много.</p>
   <p><emphasis>Теперь настало время спросить, сколько именно раз.</emphasis></p>
   <p>– И сколько копий они изготовили?</p>
   <p>– Ты сам прочтешь этот реестр.</p>
   <p><emphasis>Вот так это начинается,</emphasis> подумал Лето.</p>
   <p>Такой разговор обычно удовлетворял Дунканов, хотя мучительная суть вопроса этим не разрешалась.</p>
   <p><emphasis>«Сколько же раз я являлся?»</emphasis></p>
   <p>Дунканы не замечали, что их новая плоть отличается от старой, хотя передачи памяти между гхола не происходило.</p>
   <p>– Я помню свою смерть, – заговорил Айдахо. – Блеск мечей людей Харконнена, которые пытались убить вас и Джессику.</p>
   <p>Лето снова заговорил голосом Муад’Диба:</p>
   <p>– Да, это был я, Дункан.</p>
   <p>– Таким образом, я являюсь заменой, это так? – спросил Дункан.</p>
   <p>– Это верно, – ответил Лето.</p>
   <p>– Как другой… я… я хочу спросить, как он умер?</p>
   <p>– Всякая плоть в конце концов изнашивается, ты прочтешь об этом в отчетах.</p>
   <p>Лето терпеливо ждал, удивляясь тому, насколько велико недоверие Дункана ко всей этой истории.</p>
   <p>– Как вы в действительности выглядите? – спросил Айдахо. – Что это за тело червя, о котором твердили тлейлаксианцы?</p>
   <p>– Когда-нибудь я буду выглядеть как настоящий песчаный червь. Метаморфоз не закончен и продолжается.</p>
   <p>– Что вы имеете в виду под настоящим червем?</p>
   <p>– У него увеличится количество ганглиев, которые сообщат червю человеческое сознание.</p>
   <p>– Нельзя ли зажечь здесь свет, я хочу посмотреть на вас.</p>
   <p>Лето дал команду, и помещение было тотчас залито ярким светом. Черные стены и пучок света, сфокусированный на живом Боге, – тело Лето стало видимым во всех мельчайших деталях.</p>
   <p>Айдахо вперил недоуменный взор в разделенное поперечными полосами тело червя, на котором выступали едва заметные рудименты рук и ног. При этом один из них был заметно короче других. Он снова посмотрел на остатки конечностей, потом поднял глаза и увидел розовое лицо, которое выглядело довольно нелепо на фоне огромного тела.</p>
   <p>– Я предупреждал тебя, Дункан.</p>
   <p>Айдахо от изумления потерял дар речи.</p>
   <p>– Зачем это нужно? – спросил за него Лето.</p>
   <p>Айдахо кивнул.</p>
   <p>– Я все еще Атрейдес, Дункан, и уверяю тебя, что для этого были очень веские причины.</p>
   <p>– Но что…</p>
   <p>– Об этом ты узнаешь в свое время.</p>
   <p>Айдахо молча покачал головой.</p>
   <p>– Это не слишком приятное откровение, – сказал Лето. – Сначала ты должен узнать более важные для себя вещи. Положись на слово Атрейдеса.</p>
   <p>На протяжении столетий Лето убедился в том, что упоминание о верности Атрейдесам безотказно гасило все вопросы Айдахо. Сработало и на этот раз.</p>
   <p>– Значит, я снова призван на службу к Атрейдесам, – сказал Айдахо. – Это мне знакомо, не так ли?</p>
   <p>– Во многом да, мой друг.</p>
   <p>– Для вас я старый друг, но для себя самого… Как я буду служить?</p>
   <p>– Разве тебе не рассказали об этом Говорящие Рыбы?</p>
   <p>– Они сказали, что я буду командовать элитной гвардией, набранной из них. Этого я не понял. Что, армия состоит из женщин?</p>
   <p>– Мне нужен верный товарищ, который командовал бы армией. Ты возражаешь?</p>
   <p>– Но почему женщины?</p>
   <p>– Между полами существует большая поведенческая разница, и поэтому женщины особенно ценны в роли гвардейцев.</p>
   <p>– Вы не ответили на мой вопрос.</p>
   <p>– Ты полагаешь, что они не подходят на эту роль?</p>
   <p>– Некоторые из них выглядят весьма крепкими, но…</p>
   <p>– Но другие проявили непозволительную мягкость, не правда ли?</p>
   <p>Айдахо покраснел.</p>
   <p>Лето нашел эту реакцию очаровательной. Дунканы оставались одними из немногих в эти времена, кто сохранил способность краснеть. Все это было понятно и объяснимо – Айдахо прошел курс обучения в те времена, когда были иные понятия о чести – он был настоящий рыцарь.</p>
   <p>– Я не понимаю, почему вы доверили женщинам охранять свою жизнь? – Кровь медленно отхлынула от его щек. Он взглянул в глаза Лето.</p>
   <p>– Но я всегда доверял им так же, как доверяю тебе, – я доверяю вам свою жизнь.</p>
   <p>– От какой опасности мы должны вас охранять?</p>
   <p>– Тебя введут в курс дела Монео и Говорящие Рыбы.</p>
   <p>Айдахо переминался с ноги на ногу, тело его дрожало в такт бешеному сердцебиению. Он лихорадочно озирался, осматривая блуждающим взглядом стены и потолок маленького помещения. Внезапно он принял решение и посмотрел в лицо Лето.</p>
   <p>– Как мне обращаться к вам?</p>
   <p>– Ты согласишься называть меня Господь Лето?</p>
   <p>– Да… господин? – Айдахо, не отводя взор, посмотрел в голубые фрименские глаза Лето. – Правду ли говорят Рыбы, что… вы храните множественную память… память о…</p>
   <p>– Да, мы все здесь, Дункан, – теперь Лето говорил голосом своего деда с отцовской стороны, потом:</p>
   <p>– Здесь даже женщины, – теперь звучал голос бабки Лето по отцовской линии.</p>
   <p>– Ты их знал, а они знали тебя, – сказал Лето.</p>
   <p>Дрожа всем телом, Айдахо перевел дух.</p>
   <p>– Мне потребуется какое-то время, чтобы к этому привыкнуть.</p>
   <p>– Моя реакция была поначалу точно такой же, – отозвался Император.</p>
   <p>Айдахо разразился хохотом. Лето подумал, что его намек вряд ли мог быть поводом для такого безудержного смеха, но ничего не сказал.</p>
   <p>Успокоившись, Айдахо заговорил:</p>
   <p>– Ваши Говорящие Рыбы должны были привести меня в хорошее расположение духа?</p>
   <p>– Они преуспели в этом, не правда ли?</p>
   <p>Дункан внимательно присмотрелся к лицу Императора, узнавая в нем отчетливые черты Атрейдесов.</p>
   <p>– Вы, Атрейдесы, всегда хорошо понимали, чем можно меня расположить к себе, – сказал Айдахо.</p>
   <p>– Вот так-то лучше, – похвалил его Лето. – Ты начинаешь понимать, что я не один Атрейдес, а все они, вместе взятые.</p>
   <p>– Это когда-то говорил мне Пауль.</p>
   <p>– Я говорю то же самое! – этого человека могли убедить только голос и интонации Пауля Муад’Диба.</p>
   <p>Айдахо судорожно глотнул и повернулся к двери.</p>
   <p>– Вы что-то отняли у нас, – проговорил Айдахо. – Я это чувствую. Монео, женщины…</p>
   <p><emphasis><strong>Мы</strong> против <strong>вы</strong></emphasis>, подумал Лето. <emphasis>Эти Дунканы всегда, что бы ни происходило, берут сторону людей.</emphasis></p>
   <p>Айдахо вновь посмотрел в лицо Лето.</p>
   <p>– Что вы дали нам взамен?</p>
   <p>– Мир Лето во всей Империи!</p>
   <p>– И я вижу, что все счастливы до блаженства! Именно поэтому вы нуждаетесь в личной охране.</p>
   <p>Лето улыбнулся.</p>
   <p>– Мой мир усилил спокойствие, а люди всегда восстают против спокойствия.</p>
   <p>– И кроме того, вы даете нам Говорящих Рыб.</p>
   <p>– И иерархию, которая определяется людьми безошибочно.</p>
   <p>– И женскую армию, – процедил сквозь зубы Айдахо.</p>
   <p>– Это сила, способная обуздать мужчин, – заметил Лето. – Секс всегда был средством подчинить себе агрессивность мужчины.</p>
   <p>– Именно этим они и заняты – смирением агрессивности?</p>
   <p>– Они предотвращают и сглаживают инциденты, которые в противном случае могли бы привести к еще большему насилию.</p>
   <p>– И это вы заставили их поверить в вашу Божественность? Я бы не сказал, что мне это нравится.</p>
   <p>– Путь святости для меня не менее тяжел, чем для тебя.</p>
   <p>Айдахо нахмурился. Он ожидал совершенно иного ответа.</p>
   <p>– Какую игру вы ведете, Господь Лето?</p>
   <p>– Очень древнюю, но по новым правилам.</p>
   <p>– По вашим правилам!</p>
   <p>– Ты хочешь, чтобы я снова позволил устанавливать правила ОСПЧТ Совету Земель и Великим Домам?</p>
   <p>– Тлейлаксианцы говорят, что Совета Земель больше не существует. Вы упразднили всякое самоуправление.</p>
   <p>– Ну хорошо, тогда, допустим, я мог бы уступить место Бене Гессерит, или иксианцам, или тем же тлейлаксианцам. Ты хочешь, чтобы я нашел еще одного барона Харконнена и вручил ему власть над Империей? Скажи только слово, Дункан, и я отрекусь!</p>
   <p>От такого натиска Айдахо только покачал головой.</p>
   <p>– В злых руках, – сказал Лето, – монолитная централизованная власть – опасный и скользкий инструмент.</p>
   <p>– А ваши руки – подходящие для этого?</p>
   <p>– Я не могу с уверенностью сказать, подходят ли мои руки для того, чтобы держать власть, но я могу сказать это со всей определенностью о руках тех, кто был до меня. Их-то я знаю очень хорошо.</p>
   <p>Айдахо повернулся к Лето спиной.</p>
   <p><emphasis>Какой очаровательный, чисто человеческий жест,</emphasis> подумал Лето. <emphasis>Неприятие вкупе с осознанием своей уязвимости.</emphasis></p>
   <p>Лето заговорил в спину Айдахо:</p>
   <p>– Ты совершенно прав в том, что я иногда использую людей без их осознанного согласия.</p>
   <p>Айдахо обратил к Лето свой профиль, потом взглянул в лицо Императору, слегка приподняв голову, чтобы взглянуть в синие, как небо, глаза повелителя.</p>
   <p><emphasis>Он меня изучает,</emphasis> подумал Лето. <emphasis>Но для вынесения суждения он может пользоваться только лицом.</emphasis></p>
   <p>Атрейдесы учили своих людей читать мысли и чувства людей по малейшим нюансам жестов и мимики, но в данном случае задача была за гранью способностей Айдахо.</p>
   <p>Дункан откашлялся.</p>
   <p>– Что плохого вы от меня ждете? – спросил он.</p>
   <p><emphasis>Как это похоже на Дункана!</emphasis> – подумал Лето. Этот был классическим представителем, он не нарушит верность Атрейдесам, но при этом не сможет подняться над рамками своей личной морали и нравственности.</p>
   <p>– От тебя потребуется охранять меня всеми необходимыми средствами и хранить мою тайну.</p>
   <p>– Какую тайну?</p>
   <p>– Что я уязвим.</p>
   <p>– Так вы не Бог?</p>
   <p>– Не в этом конечном смысле.</p>
   <p>– Ваши Говорящие Рыбы рассказывали о мятежниках.</p>
   <p>– Они действительно существуют.</p>
   <p>– Почему?</p>
   <p>– Они молоды и мне не удалось убедить их, что мой путь лучше. Очень трудно убедить молодежь в чем бы то ни было. Они обременены слишком большими знаниями.</p>
   <p>– Я не помню, чтобы Атрейдесы прежде так презрительно относились к молодежи.</p>
   <p>– Вероятно, это оттого, что сам я очень стар – моя старость помножена на старость других. Моя задача усложняется с каждым следующим поколением.</p>
   <p>– В чем заключается ваша задача?</p>
   <p>– Постепенно ты сам это поймешь.</p>
   <p>– Что будет, если я не справлюсь со своей задачей? Ваши женщины меня ликвидируют?</p>
   <p>– Я не стану отягощать женщин чувством вины.</p>
   <p>– Значит, вы отяготите им меня?</p>
   <p>– Если ты примешь это условие.</p>
   <p>– Если я найду, что вы хуже Харконнена, то обращусь против вас.</p>
   <p><emphasis>В этом весь Дункан. Они меряют все зло Харконненами. Как мало знают они о зле.</emphasis></p>
   <p>– Барон пожрал целые планеты, Дункан. Что может быть хуже этого?</p>
   <p>– Пожрать всю Империю.</p>
   <p>– Я чреват Империей, Дункан. Умирая, я дам ей жизнь.</p>
   <p>– Если бы я мог в это поверить…</p>
   <p>– Ты будешь командовать моей гвардией?</p>
   <p>– Но почему я?</p>
   <p>– Потому что ты самый лучший.</p>
   <p>– Воображаю, какая это опасная работа. От нее принимали смерть мои предшественники?</p>
   <p>– Некоторые из них.</p>
   <p>– Хотелось бы мне иметь их память.</p>
   <p>– Ты не можешь ее иметь и поэтому будешь оригинален в решениях.</p>
   <p>– Тем не менее я хотел бы о них знать.</p>
   <p>– Ты узнаешь о них.</p>
   <p>– Итак, Атрейдесам все еще нужны острые ножи?</p>
   <p>– У нас есть дела, которые можно доверить только Дункану Айдахо.</p>
   <p>– Вы хотели сказать – Дунканам… – Айдахо поперхнулся, посмотрел на дверь, потом на лицо Лето.</p>
   <p>Лето заговорил с ним как Муад’Диб, но голосом Лето:</p>
   <p>– Когда мы последний раз вместе карабкались к сиетчу Табр, то были верны друг другу – ты мне, а я тебе. С тех пор ничто не изменилось.</p>
   <p>– Но то был ваш отец.</p>
   <p>– Это был я! – восклицание Муад’Диба поразило гхола до глубины души.</p>
   <p>– Все вы… в одном теле… – прошептал Айдахо. Он был сломлен и сдался, прекратив сопротивление.</p>
   <p>Лето молчал. Наступил решительный момент.</p>
   <p>Айдахо улыбнулся своей характерной улыбкой, выражавшей: «Да черт бы вас всех побрал в конце концов!»</p>
   <p>– Тогда я хочу говорить с первым Лето и Паулем, с теми, кто лучше всех меня знал. Используйте меня как следует, ведь я действительно любил вас.</p>
   <p>Лето прикрыл глаза. Эти слова всегда расстраивали его. Он знал, что это была любовь к тем, по отношению к кому он был наиболее уязвим.</p>
   <p>На помощь пришел Монео, слышавший весь разговор. Он вошел в помещение.</p>
   <p>– Господин, должен ли я отвести Лето к гвардии, которой он будет командовать?</p>
   <p>– Да, – это было единственное слово, которое Лето был сейчас в состоянии произнести.</p>
   <p>Монео взял Айдахо под руку и вывел его из комнаты.</p>
   <p><emphasis>Добрый Монео,</emphasis> подумал Лето. <emphasis>Как он добр. Он так хорошо меня понимает, но я скоро приду в полное отчаяние от его понимания.</emphasis></p>
  </section>
  <section>
   <epigraph>
    <p>Я хорошо сознаю все зло моих предков, потому что я и эти люди – одно. Равновесие очень и очень хрупко. Я знаю, немногие из вас, тех, кто читает эти слова, когда-либо думали о своих предках так, как я. Вам никогда не приходило в голову, что ваши предки выжили наперекор обстоятельствам, и само выживание потребовало от них диких решений, непроизвольной, необузданной жестокости, жестокости, которую с таким трудом подавляет в себе цивилизованное человечество. Какую цену согласны вы платить за такое подавление? Примете ли вы со смирением собственный уход?</p>
    <text-author>(Похищенные записки)</text-author>
   </epigraph>
   <p>Одеваясь утром первого дня своей службы, Айдахо постарался стряхнуть с себя следы ночного кошмара. Он просыпался от него дважды и оба раза выходил на балкон, смотрел на звезды, а сон продолжал реветь у него в ушах.</p>
   <p><emphasis>Женщины… безоружные женщины в черных доспехах… надвигались на него с диким бессмысленным криком, как чудовищная шайка разбойников… они размахивали руками, влажными от алой крови… когда они набросились на него, то обнажили в страшных улыбках огромные острые клыки!</emphasis></p>
   <p>В этот момент он просыпался.</p>
   <p>Утренний свет не сгладил тягостное впечатление от ночного видения.</p>
   <p>Ему отвели комнату в северной башне. С балкона открывался вид на дюны и дальнюю скалу с глинобитными домиками у ее подножия.</p>
   <p>Глядя на эту сцену, Айдахо застегнул тунику.</p>
   <p><emphasis>Почему Лето набирает в свою армию только женщин?</emphasis></p>
   <p>Несколько хорошеньких Говорящих Рыб предложили своему новому командиру провести с ними ночь, но он отказался. Не подобает Атрейдесам завоевывать верность слуг сексом!</p>
   <p>Он осмотрел свою одежду: черная форма с золотыми шевронами и красным ястребом на левой стороне груди. Это по крайней мере знакомо. Но нет ни знаков различия, ни чина.</p>
   <p>– Они знают вас в лицо, – сказал Монео.</p>
   <p><emphasis>Странный маленький Монео</emphasis>.</p>
   <p>Эта мысль несколько подняла настроение Айдахо. По размышлении он решил, что Монео вряд ли можно назвать маленьким, в росте он не уступал Айдахо. <emphasis>Он подавлен, да, но маленьким его не назовешь. Он не меньше, чем я.</emphasis> Монео был словно погружен в себя и очень… собран.</p>
   <p>Айдахо оглядел свои покои – при его равнодушии к комфорту это было настоящее сибаритство – мягкие подушки, приспособления, вделанные в стены, покрытые панелями из полированного дерева. Ванна была украшена голубыми плитками, под душем и в ванне могли одновременно мыться не меньше шести человек. Все так и говорило о распущенности и лени. Это была квартира, подходящая для того, чтобы вспомнить о всех возможных удовольствиях и радостях жизни.</p>
   <p>– Умно, – прошептал он.</p>
   <p>В дверь вежливо постучали, и женский голос произнес:</p>
   <p>– Командир? Здесь Монео.</p>
   <p>Айдахо бросил еще один взгляд на выжженную солнцем скалу.</p>
   <p>– Командир? – Голос прозвучал громче и настойчивее.</p>
   <p>– Войдите, – отозвался Айдахо.</p>
   <p>Вошел Монео и закрыл за собой дверь. Туника и брюки на нем были ярко-белого цвета, что вынуждало при встрече сразу обращать внимание на лицо. Монео оглядел комнату.</p>
   <p>– Вот куда они вас поместили. Проклятые женщины! Полагаю, что они думали, что делают для вас благо, но могли бы подумать и лучше.</p>
   <p>– Откуда вам известно, что мне нравится? – спросил Айдахо. Не успев закончить вопрос, он оценил его глупость.</p>
   <p><emphasis>Я не первый Дункан Айдахо, которого видит Монео.</emphasis></p>
   <p>Монео бесхитростно улыбнулся и пожал плечами:</p>
   <p>– Я не хотел обидеть вас, полковник. Вы сохраните эту квартиру?</p>
   <p>– Мне нравится вид.</p>
   <p>– Но не обстановка. – Это был не вопрос, а констатация факта.</p>
   <p>– Ее можно заменить, – сказал Айдахо.</p>
   <p>– Я позабочусь об этом.</p>
   <p>– Мне кажется, вы пришли, чтобы рассказать мне о моих обязанностях.</p>
   <p>– Я сделаю это, насколько смогу. Я знаю, что все, что здесь происходит, покажется вам поначалу очень странным. Эта цивилизация глубоко отличается от той, к которой вы привыкли и которую знали.</p>
   <p>– Это я уже вижу. Скажите, как… умерли мои предшественники?</p>
   <p>В ответ Монео пожал плечами. Кажется, это был его излюбленный жест, в котором не было и намека на растерянность или незнание.</p>
   <p>– Он не смог избежать последствий своих решений, – ответил Монео.</p>
   <p>– Уточните.</p>
   <p>Монео вздохнул.</p>
   <p>– Его погубил мятеж. Вам нужны подробности?</p>
   <p>– Они будут для меня полезны?</p>
   <p>– Нет.</p>
   <p>– Сегодня я потребую полный отчет об этом мятеже. Но сначала о другом: почему в армии Лето нет мужчин?</p>
   <p>– Есть – вы.</p>
   <p>– Вы же понимаете, что я имею в виду.</p>
   <p>– У Лето любопытная теория об армиях. Я много раз обсуждал ее с ним. Но не хотите ли позавтракать до моих объяснений?</p>
   <p>– Нельзя ли совместить эти два дела?</p>
   <p>Монео обернулся к двери и произнес только одно слово:</p>
   <p>– Сейчас!</p>
   <p>Эффект поразил Айдахо. В комнату буквально ворвалась группа Говорящих Рыб. Две из них извлекли из-за стенной панели раскладной стол и стулья и вынесли их на балкон. Остальные сервировали стол на двоих. Другие принесли блюда – свежие фрукты, горячий рулет и дымящийся напиток, пахнущий кофе и Пряностью. Все это было сделано молча и настолько стремительно, что стало ясно, что у этих женщин большая практика в подобных делах. Не говоря ни слова, женщины, сделав свое дело, удалились.</p>
   <p>Через минуту ошеломленный Айдахо уже сидел за столом напротив Монео.</p>
   <p>– И так каждое утро? – спросил Дункан.</p>
   <p>– Да, если вы этого пожелаете.</p>
   <p>Айдахо попробовал напиток – кофе с меланжей. Узнал он и фрукт – сладкую дыню с Каладана – парадан.</p>
   <p><emphasis>Моя любимая дыня.</emphasis></p>
   <p>– Вы неплохо меня знаете, – сказал он.</p>
   <p>Монео улыбнулся:</p>
   <p>– Теперь о ваших вопросах.</p>
   <p>– И любопытной теории Лето.</p>
   <p>– Да, он считает, что чисто мужская армия создает опасность для своей гражданской базы, которая ее поддерживает и питает.</p>
   <p>– Но это же сумасшествие! Без армии не будет…</p>
   <p>– Я предвижу ваш аргумент, но он говорит, что мужская армия есть пережиток скринирующей функции, переданной нескрещивающимся самцам доисторического стада. Он говорит, что это очень любопытный и упорный факт, заключавшийся в том, что старшие самцы всегда посылали в битвы более молодых.</p>
   <p>– Что такое скринирующая функция?</p>
   <p>– Это те, кто всегда находится за периметром опасности, защищая ядро размножающегося стада – то есть производителей самцов, женщин и детей. Это те, кто первым встречает хищника.</p>
   <p>– Но… почему это создает опасность для гражданского населения?</p>
   <p>Айдахо откусил кусок дыни и нашел ее восхитительно спелой.</p>
   <p>– Господь Лето говорит, что в отсутствие внешнего врага чисто мужская армия всегда обращается против своего населения. Всегда.</p>
   <p>– И борется с другими мужчинами за женщин?</p>
   <p>– Возможно, но он полагает, что не все так просто.</p>
   <p>– Я не нахожу эту теорию любопытной.</p>
   <p>– Вы еще не до конца меня выслушали?</p>
   <p>– Есть еще что-то?</p>
   <p>– О да. Он говорит, что чисто мужская армия склонна к гомосексуализму.</p>
   <p>Айдахо в упор посмотрел в глаза Монео.</p>
   <p>– Я никогда…</p>
   <p>– Естественно, нет. Имеется в виду сублимация энергии, ее отклонение и все остальное.</p>
   <p>– Что остальное? – Его охватил гнев, в выпадах Лето он почувствовал угрозу своему мужскому самоуважению.</p>
   <p>– Юношеские отношения – мальчики, живущие вместе, шутки, предназначенные для того, чтобы причинить боль, верность только своей казарме и полку… ну и все в таком же роде.</p>
   <p>– И что вы об этом думаете? – холодно осведомился Айдахо.</p>
   <p>– Я вспоминаю себя в тех условиях. – Монео отвернулся и посмотрел на расстилавшийся перед ними вид. – И думаю, что он прав. Он же сам каждый солдат в мировой истории. Он предложил мне целую галерею выдающихся военных, которые в своем развитии застыли на стадии подростка. Я отказался от предложения, но внимательно вспомнил собственную историю и свои характерологические особенности.</p>
   <p>Монео посмотрел в глаза Айдахо.</p>
   <p>– Подумайте об этом, полковник.</p>
   <p>Айдахо очень гордился своей честностью, и это больно ударило его, как бумеранг. Культ юности и детства воспитывается армией? В этом зерно истины. Даже в его опыте есть доказательства тому…</p>
   <p>Монео кивнул.</p>
   <p>– Гомосексуализм, латентный или иной, поддерживает эти условия, которые можно назвать чисто психологическими, заставляет людей в армии искать боли и причинять ее другим. Господь Лето говорит, что этот обычай уходит корнями в обряды инициации доисторических времен.</p>
   <p>– Вы ему верите?</p>
   <p>– Я – да.</p>
   <p>Айдахо взял еще кусок дыни – на этот раз она показалась ему совершенно безвкусной, и он отложил кусок в сторону.</p>
   <p>– Мне надо подумать над этим, – сказал Айдахо.</p>
   <p>– Конечно.</p>
   <p>– Вы совсем ничего не едите, – сказал Айдахо.</p>
   <p>– Я встал еще до рассвета и позавтракал, – произнес Монео. – Эти женщины постоянно стараются меня соблазнить.</p>
   <p>– Им это удается?</p>
   <p>– Время от времени.</p>
   <p>– Вы правы, я тоже нахожу эту теорию любопытной. Есть в ней еще что-нибудь?</p>
   <p>– Господь Лето говорит, что когда армия вырывается из гомосексуально-юношеской узды, она становится склонной к изнасилованиям. Изнасилования часто сочетаются с убийствами, а это уже не поведение, призванное обеспечить выживание.</p>
   <p>Айдахо нахмурился.</p>
   <p>Губы Монео искривились в жесткой усмешке.</p>
   <p>– Господь Лето говорит, что только дисциплина Атрейдесов и моральные ограничения позволяли в ваше время избегать самых худших эксцессов.</p>
   <p>Айдахо глубоко вздохнул.</p>
   <p>Монео откинулся на спинку стула и вспомнил слова, некогда сказанные Богом-Императором. <emphasis>«Не имеет значения, насколько сильно и страстно мы ищем истины. Несмотря на это, знание правды может оказаться очень горьким и неприятным. Мы не слишком хорошо относимся к Вещателям Истины».</emphasis></p>
   <p>– Эти проклятые Атрейдесы! – в сердцах воскликнул Айдахо.</p>
   <p>– Я – Атрейдес, – просто сказал Монео.</p>
   <p>– Что? – Айдахо был потрясен.</p>
   <p>– Его селекционная программа, – заговорил в ответ Монео. – Я уверен, что на Тлейлаксу вам говорили о ней. Я – прямой потомок от брака его сестры и Харка аль-Ада.</p>
   <p>Айдахо подался вперед.</p>
   <p>– Тогда скажи мне, Атрейдес, чем женщины как солдаты лучше мужчин?</p>
   <p>– Им легче взрослеть.</p>
   <p>Айдахо в изумлении тряхнул головой.</p>
   <p>– Сама природа толкает их к ускоренному созреванию, – сказал Монео. – Как говорит Господь Лето: «Выносите девять месяцев ребенка в своем чреве, и это изменит вас».</p>
   <p>Айдахо откинулся назад.</p>
   <p>– Что он может об этом знать?</p>
   <p>Монео ничего не ответил, просто посмотрел на Айдахо непонимающим взглядом, и тут Дункан вспомнил о множественной живой памяти Лето – который был одновременно мужчиной и женщиной. Монео понял это, вспомнив еще одно изречение Бога-Императора: <emphasis>«Твои слова зажгли на его лице то выражение, которого ты добивался».</emphasis></p>
   <p>Молчание затянулось, Монео откашлялся и заговорил первым:</p>
   <p>– Огромная память Господа Лето заставила замолчать и меня.</p>
   <p>– Он честен с нами? – спросил Айдахо.</p>
   <p>– Я ему верю.</p>
   <p>– Но он делает так много… Я имею в виду селекционную программу. Как долго она продолжается?</p>
   <p>– С самого начала. С того дня, как он отнял проведение программы у Бене Гессерит.</p>
   <p>– Чего он хочет от своей программы?</p>
   <p>– Мне бы очень хотелось это знать.</p>
   <p>– Но ведь вы…</p>
   <p>– Я – Атрейдес и первый адъютант, это так.</p>
   <p>– Но вы не убедили меня, что женская армия лучше мужской.</p>
   <p>– Женщины продолжают род.</p>
   <p>Наконец-то гнев и растерянность Айдахо нашли свой объект.</p>
   <p>– Так, выходит, то, чем я занимался с ними первую ночь, – тоже селекция?</p>
   <p>– Возможно, Говорящие Рыбы не предохраняются от беременности.</p>
   <p>– Будь он проклят! Я же не животное, которое можно передавать из стойла в стойло, как… как…</p>
   <p>– Жеребца, хотите вы сказать?</p>
   <p>– Да!</p>
   <p>– Но Господь Лето не хочет следовать примеру тлейлаксианцев и заниматься генной хирургией и искусственным оплодотворением.</p>
   <p>– Как тлейлаксианцы получили…</p>
   <p>– Они сами – объект изучения. Это вижу даже я. Их Танцующие Лицом – мулы, колония организмов, а не люди.</p>
   <p>– Эти другие… я… мои копии… они тоже были племенными жеребцами?</p>
   <p>– Некоторые были. У вас были потомки.</p>
   <p>– Кто?</p>
   <p>– Я один из них.</p>
   <p>Айдахо уставился на Монео, внезапно растерявшись от такого родства. Он не понял, как такое вообще может быть. Монео же намного старше его… Но я? Кто из них в действительности старше? Кто из них предок, а кто потомок?</p>
   <p>– Иногда у меня самого бывают трудности такого рода, – признался Монео. – Господь Лето говорит мне, что вы – не мой потомок в обычном смысле этого слова. Но вы – отец некоторых из моих потомков.</p>
   <p>В ответ Айдахо только ошеломленно покачал головой.</p>
   <p>– Иногда мне кажется, что до конца понять эти вещи может только сам Бог-Император, – сказал Монео.</p>
   <p>– Вот это другое дело, – согласился Айдахо. – Такие дела – это промысел Божий!</p>
   <p>– Господь Лето говорит, что он создал святую непристойность.</p>
   <p>Это был вовсе не тот ответ, на который рассчитывал Айдахо. <emphasis>Он ненавидит своего Бога-Императора! Нет, он его боится. Но разве мы не ненавидим тех, кого боимся?</emphasis></p>
   <p>– Почему вы в него верите?</p>
   <p>– Вы хотите спросить, разделяю ли я народную религию?</p>
   <p>– Нет! Я хочу знать, разделяет ли ее он сам?</p>
   <p>– Да, я так думаю.</p>
   <p>– Почему? Почему вы так думаете?</p>
   <p>– Потому что он говорит, что не желает больше создавать Танцующих Лицом. Он настаивает на своем человеческом происхождении, говорит, что если бы он когда-то вступил в брак, то у него было бы обычное потомство.</p>
   <p>– Но какое все это имеет отношение к программе и к его божественности?</p>
   <p>– Вы спросили меня, во что он верит. Я думаю, что он верит в случай. Я думаю, что он действительно Бог.</p>
   <p>– Но это же суеверие!</p>
   <p>– Учитывая обстановку в Империи, это очень смелое суеверие.</p>
   <p>Айдахо уставился на Монео горящими глазами.</p>
   <p>– Вы проклятые Атрейдесы! – процедил он сквозь зубы. – Все-то вы осмеливаетесь.</p>
   <p>Монео услышал в его голосе неприязнь, смешанную с восхищением.</p>
   <p><emphasis>Дунканы всегда начинают именно так.</emphasis></p>
  </section>
  <section>
   <epigraph>
    <p>В чем заключается принципиальное различие между нами, между вами и мной? Вы уже знаете это – разница в памяти моих предков. Мои предки являются мне во всей полноте своих осознанных воспоминаний – ваши являются вам из темного подсознания. Некоторые называют это инстинктом или судьбой. Память предков испытывает свои рычаги на каждом из нас – это касается и того, что мы думаем, и того, что мы делаем. Вы думаете, что устойчивы к таким воздействиям? Я – как Галилей. Вот я стою здесь и говорю: «И все-таки она вертится!» То, что так движется, обладает такой силой, какой не обладает ни один из смертных, даже те, кто осмеливается рисковать. Я осмеливаюсь на это.</p>
    <text-author>(Похищенные записки)</text-author>
   </epigraph>
   <p>– Будучи ребенком, она любила наблюдать за мной, помнишь? Когда она думала, что я не вижу ее, Сиона кружила вокруг меня, как пустынный ястреб, который кружит над логовом своей жертвы. Ты сам мне об этом рассказывал.</p>
   <p>Говоря эти слова, Лето повернулся в четверть оборота, приблизив свое лицо к Монео, который ехал рядом с его тележкой.</p>
   <p>Только-только забрезжил рассвет, они находились на дороге, проложенной по искусственному горному хребту, соединявшему Цитадель Сарьира с Городом Празднеств. Дорога, прямая, как луч лазера, доходила до каньонов реки Айдахо и, изгибаясь широким полукругом, ныряла в скалы, пересекая реку. Воздух был насыщен влажным туманом, поднимающимся от шумно текущей вдалеке реки, но Лето был защищен от влаги большим пузырьковым покрытием, которое окружало тележку спереди. Влага причиняла организму Червя некоторые страдания, но сладостный запах пустынной растительности, которым был напоен туман, приятно щекотал человеческое обоняние Лето. Он приказал кортежу остановиться.</p>
   <p>– Почему мы остановились, господин? – спросил Монео.</p>
   <p>Лето не отвечал. Тележка натужно скрипнула, когда тело Червя, выгнувшись дугой, приподнялось, и Лето смог посмотреть вдаль, туда, где виднелся Запретный Лес, расположенный возле Моря Кинеса. Лес серебристо блестел вдалеке справа от дороги. Дамба поднималась здесь на высоту более двух тысяч метров, чтобы защитить Сарьир от влажного ветра с моря. Со своей высоты Лето легко мог разглядеть небольшую точку – там было место, где он повелел построить Онн – Город Празднеств.</p>
   <p>– Меня остановила моя прихоть, – признал Лето.</p>
   <p>– Мы не пересечем мост перед отдыхом? – спросил Монео.</p>
   <p>– Я не отдыхаю.</p>
   <p>Лето продолжал неотрывно смотреть вперед. После нескольких аттракционов, видимых с этого расстояния, как смутные тени, дорога пересекала реку по фантастически высокому мосту, взбегала на защитный хребет и плавно опускалась к городу, казавшемуся отсюда собранием множества остроконечных шпилей.</p>
   <p>– Похоже, этот Дункан смирился со своей участью и ведет себя разумно. Ты поговорил с ним? – спросил Лето.</p>
   <p>– Как вы и приказывали мне, господин.</p>
   <p>– Конечно, прошло всего-навсего четыре дня, – продолжал Лето. – Для того чтобы прийти в себя, им иногда требуется гораздо больший срок.</p>
   <p>– Все это время он занимался с вашей гвардией, господин. Вчера они снова допоздна были в поле.</p>
   <p>– Дунканы не любят, когда мы выезжаем на прогулки, они постоянно ждут нападения.</p>
   <p>– Я знаю, мой господин.</p>
   <p>Лето повернул голову и в упор посмотрел на Монео. Поверх белой формы на мажордоме был надет зеленый плащ. Он стоял возле защитного пузыря точно в том месте, где предписывал регламент подобных выездов.</p>
   <p>– Ты очень добросовестен, Монео.</p>
   <p>– Благодарю вас, господин.</p>
   <p>Стражники и придворные стояли на почтительном расстоянии от тележки, ожидая продолжения движения. Большинство из них старались, чтобы не было даже похоже, что они могут услышать хотя бы обрывки разговора Лето с Монео. То же самое делал и Айдахо. Своих Говорящих Рыб он расположил вдоль дороги в боевом охранении. Сам он стоял в отдалении и пристально смотрел на тележку. На Дункане была надета черная форма с белым шевроном – подарок Говорящих Рыб. Монео нарушил молчание:</p>
   <p>– Им очень нравится их новый командир, он хорошо знает свое дело.</p>
   <p>– А чем он занят, Монео?</p>
   <p>– Как? Он охраняет вашу персону, господин.</p>
   <p>Женщины Императорской гвардии были одеты в облегающую зеленую форму с красным ястребом Атрейдесов на левой стороне груди.</p>
   <p>– Они очень внимательно на него смотрят, – заметил Лето.</p>
   <p>– Он учит их боевому языку жестов; говорит, что это старая система Атрейдесов.</p>
   <p>– Это абсолютно верно. Интересно, почему этого не сделал предыдущий Дункан?</p>
   <p>– Господин, если этого не знаете даже вы…</p>
   <p>– Я шучу, Монео. Предыдущий Дункан просто не замечал опасности до тех пор, пока не стало слишком поздно. Этот воспринял наши объяснения?</p>
   <p>– Во всяком случае, мне так сказали, господин. Он очень рьяно принялся за службу.</p>
   <p>– Почему он вооружен только ножом?</p>
   <p>– Женщины убедили его, что лазерные ружья необходимо брать только в особых случаях и вооружать ими наиболее тренированных и подготовленных гвардейцев.</p>
   <p>– Твои опасения безосновательны, Монео. Скажи женщинам, что бояться этого Дункана еще рано.</p>
   <p>– Как прикажет мой господин.</p>
   <p>Для Лето было очевидно, что Дункан отнюдь не в восторге от такого большого количества придворных, и он старался держаться от них в отдалении. Ему сказали, что большинство этих людей занимаются гражданскими делами. Почти все они были разодеты в самое лучшее, что у них было, чтобы явиться во всем блеске своего могущества перед лицом Бога-Императора. Лето понимал, какими надутыми глупцами должны были казаться эти люди Айдахо. Однако Император помнил еще худшие времена, и такое положение вещей казалось ему шагом вперед.</p>
   <p>– Ты представил его Сионе? – спросил Лето.</p>
   <p>При упоминании Сионы Монео нахмурил брови.</p>
   <p>– Успокойся, она очень мне нравится, несмотря на то что шпионит за мной.</p>
   <p>– Она становится очень опасной, мой господин. Иногда мне кажется, что она проникает в мои самые сокровенные мысли.</p>
   <p>– Мудрое дитя должно знать своего отца.</p>
   <p>– Я не шучу, мой господин.</p>
   <p>– Да, это я вижу. Тебе не кажется, что Дункан проявляет нетерпение?</p>
   <p>– За это время они разведали дорогу почти до моста, – ответил Монео.</p>
   <p>– Они что-нибудь нашли?</p>
   <p>– То же самое, что и я, – новый Музей фримена.</p>
   <p>– Они подали новую петицию?</p>
   <p>– Не гневайтесь, мой господин.</p>
   <p>Лето снова внимательно посмотрел вперед. Необходимость пребывать на открытом воздухе, эти длительные ритуальные путешествия, предпринимаемые только затем, чтобы вселить высокий моральный дух в Говорящих Рыб, – все это очень беспокоило Лето. Да тут еще эта злосчастная петиция!</p>
   <p>Твердым шагом к Монео подошел Айдахо и остановился возле тележки.</p>
   <p>В движениях Дункана было что-то угрожающее. <emphasis>Не может быть, чтобы так скоро,</emphasis> подумал Лето.</p>
   <p>– Почему мы остановились, мой господин? – спросил Айдахо.</p>
   <p>– Я часто останавливаюсь здесь, – ответил Лето.</p>
   <p>Это была истинная правда. Он обернулся и посмотрел на высокий мост. Дорога, извиваясь, шла над каньоном, затем ныряла в Запретный Лес и дальше выходила в поля над рекой. Лето часто останавливался здесь, чтобы полюбоваться восходом солнца. Сегодня в этом зрелище было что-то особенное… вид восходящего светила пробуждал в Лето давнюю память.</p>
   <p>Поля Императорской плантации простирались за Лес, и лучи утреннего солнца играли золотыми бликами на спелых колосьях. Зерно напомнило Лето о песках, о двигавшихся дюнах, которые когда-то покрывали эту землю.</p>
   <p><emphasis>И скоро покроют опять.</emphasis></p>
   <p>Впрочем, зерно не очень походило на кремнистый янтарный песок, который он так хорошо помнил. Лето оглянулся на скалу, замыкавшую въезд в Сарьир, – эта скала много лет назад была его убежищем. Но цвет скалы разительно изменился с тех давних пор. Как бы то ни было, глядя на Город Празднеств, Лето испытывал боль, чувствуя, что его сердце превратились во что-то чуждое роду человеческому.</p>
   <p><emphasis>Чем отличается это утро, что я чувствую такую тоску по утраченной человечности?</emphasis> – с удивлением подумал Лето.</p>
   <p>Из всего императорского кортежа только он один, глядя на буйную растительность, думал о <emphasis>бахр бела ма</emphasis>, океане без воды.</p>
   <p>– Дункан, – обратился Лето к Айдахо. – Посмотри туда, в сторону города. Когда-то там был Танзеруфт.</p>
   <p>– Страна Ужаса? – В глазах Айдахо мелькнуло изумление, когда он взглянул в сторону Онна и снова посмотрел на Лето.</p>
   <p>– <emphasis>Бахр бела ма,</emphasis> – сказал Лето. – В течение последних трех тысяч лет он покрыт океаном растительности. Из всех ныне живущих на Арракисе только мы с тобой видели настоящую Пустыню.</p>
   <p>Айдахо снова посмотрел в сторону Онна.</p>
   <p>– Где же Защитный Вал? – спросил он.</p>
   <p>– Там, где пропасть Муад’Диба, там, где мы построили Город.</p>
   <p>– Вот эта линия небольших холмов и есть Защитный Вал? Что же с ним случилось?</p>
   <p>– Сейчас ты стоишь прямо на нем.</p>
   <p>Айдахо воззрился на Лето, потом посмотрел себе под ноги и, наконец, огляделся по сторонам.</p>
   <p>– Мы двинемся дальше, мой господин? – почтительно спросил Монео.</p>
   <p><emphasis>У Монео в груди вместо сердца тикают часы – он настоящее воплощение службы,</emphasis> подумал Лето. Ему предстояло провести важные переговоры, встретиться с множеством посетителей и сделать еще массу важных дел. Время подгоняло его. И ему не нравилось, когда его Бог-Император начинал толковать с Дунканами, вспоминая фрименское прошлое.</p>
   <p>Лето вдруг осознал, что на этот раз задержался в пути дольше обычного. Придворные и гвардейцы давно замерзли на свежем утреннем холодке, тем более что придворные надели одежду, предназначенную для праздника, а не для защиты от погоды.</p>
   <p><emphasis>Хотя кто знает,</emphasis> подумал Лето, <emphasis>вероятно, для них празднество – это своеобразная форма защиты.</emphasis></p>
   <p>– Там были дюны, – произнес между тем Айдахо.</p>
   <p>– Да, протянувшиеся на тысячи километров, – согласился Лето.</p>
   <p>Мысли Монео пришли в смятение. Бог-Император отличался склонностью к рефлексии, но мажордом никогда не видел своего господина таким грустным. Вероятно, он грустит из-за смерти предыдущего Дункана. Кроме того, иногда Лето в таком состоянии высказывал вслух свои тайные мысли. Никогда нельзя спрашивать о причинах плохого настроения владыки, но им можно и нужно воспользоваться.</p>
   <p><emphasis>Надо предупредить Сиону,</emphasis> подумал Монео. <emphasis>Если бы только юная глупышка могла меня послушать!</emphasis></p>
   <p>Мятежный дух в Сионе был очень силен, не то, что в Монео. Лето обуздал его, приучил к Золотому Пути и беспорочной службе, но методы, которыми пользовался Лето для его воспитания, не годятся для Сионы. За время службы Монео узнал о таких способах воспитания, о которых он раньше не мог и подозревать.</p>
   <p>– Я совершенно не узнаю местность, – признался Дункан.</p>
   <p>– Прямо там, – продолжал Лето, – где кончается Лес, начинается дорога к Расщепленной Скале.</p>
   <p>Монео перестал прислушиваться к их голосам. <emphasis>Очарование и колдовство Бога-Императора – вот что заставило меня так беззаветно ему служить.</emphasis> Лето никогда не перестает удивлять и поражать. Он непредсказуем. Монео посмотрел на профиль Императора. <emphasis>Во что он превратился?</emphasis></p>
   <p>В начале своей карьеры Монео изучал секретные журналы Цитадели, читал историю трансформации Лето. Но симбиоз с песчаной форелью оставался тайной за семью печатями, и даже рассказы самого Лето не могли рассеять этого непонимания. Если верить записям, то кожа из песчаных форелей сделала тело Лето неуязвимым по отношению к времени и физическому воздействию. Ребристый корпус мог противостоять даже зарядам лазерного ружья.</p>
   <p><emphasis>Сначала песчаная форель, потом червь – это часть великого цикла, в конце которого образуется Пряность.</emphasis> Этот цикл помещается в теле Императора, отмечает его время.</p>
   <p>– Давайте двигаться, – произнес наконец Лето.</p>
   <p>Монео мучила мысль о том, что он что-то пропустил. Он вышел из задумчивости и посмотрел в улыбающееся лицо Айдахо.</p>
   <p>– Это называется витать в облаках, – смеясь, произнес Лето.</p>
   <p>– Простите меня, господин, – сказал Монео. – Я…</p>
   <p>– Ты витал в облаках, – повторил Лето, – но в этом нет ничего страшного.</p>
   <p>Лето поудобнее разместился в тележке, закрыл защитный пузырь, оставив снаружи только голову, и двинул свой экипаж. Повозка начала медленно взбираться на подъем.</p>
   <p>Айдахо поравнялся с Монео.</p>
   <p>– Под тележкой есть воздушная подушка, но он пользуется колесами, – сказал Айдахо. – Почему он это делает?</p>
   <p>– Господу Лето нравится использовать колеса вместо антигравитации.</p>
   <p>– Но почему? И как он управляет этим экипажем?</p>
   <p>– Вы его не спрашивали?</p>
   <p>– У меня не было такой возможности.</p>
   <p>– Императорскую повозку изготовили на Иксе.</p>
   <p>– Что вы хотите этим сказать?</p>
   <p>– Говорят, что Господь Лето приводит экипаж в движение, когда начинает думать об этом каким-то особым способом.</p>
   <p>– Но точно вы не знаете?</p>
   <p>– Такие вопросы не доставляют ему удовольствия.</p>
   <p><emphasis>Даже для близких ему людей Лето остается загадкой,</emphasis> подумал Монео.</p>
   <p>– Монео, – окликнул Лето своего мажордома.</p>
   <p>– Вам лучше вернуться к своим обязанностям, – сказал Монео, жестом направляя Айдахо в арьергард.</p>
   <p>– Я бы предпочел быть впереди, – возразил Дункан.</p>
   <p>– Господь Лето не желает этого! Ступайте назад!</p>
   <p>Монео поспешил занять свое место возле лица Лето, заметив, что Айдахо выполнил его приказ.</p>
   <p>Лето взглянул на Монео.</p>
   <p>– Ты очень хорошо это исполнил, Монео.</p>
   <p>– Благодарю вас, мой господин.</p>
   <p>– Ты знаешь, почему Дункан хочет находиться впереди?</p>
   <p>– Конечно, ведь именно там должен находиться командир гвардии.</p>
   <p>– Правильно, и он очень хорошо ощущает опасность.</p>
   <p>– Я не понимаю вас, господин. Я никогда не понимаю, почему вы делаете ту или иную вещь.</p>
   <p>– И это правильно, Монео. Так и должно быть.</p>
  </section>
  <section>
   <epigraph>
    <p>Присущее женщинам чувство сопричастности является изначально семейным чувством – забота о детях, собирание и приготовление пищи, общие радости, любовь и горести. Похоронный плач – явление тоже изначально женское. Религия при своем зарождении была чисто женской монополией, она была отнята у женщин только после того, как стала мощной социальной силой. Женщины были первыми учеными-медиками и практикующими врачами. Между полами никогда не существовало явного равновесия, потому что власть обусловлена ролью точно так же, как и знаниями.</p>
    <text-author>(Похищенные записки)</text-author>
   </epigraph>
   <p>Это утро было совершенно катастрофическим для Преподобной Матери Терциус Айлин Антеак. Она прибыла на Арракис со своим Вещателем Истины Маркус Клер Луйсейал и официальной делегацией после трехчасового пребывания на корабле Гильдии, зависшем на стационарной орбите. Во-первых, они получили апартаменты на самой окраине Города Празднеств, в одном из последних домов квартала посольств. Комнаты были малы и не слишком чисты.</p>
   <p>– Еще немного и нас поселили бы в трущобе, – сказала Луйсейал.</p>
   <p>Во-вторых, их лишили средств связи. Экраны мониторов не зажигались, какие бы кнопки ни нажимали и какие бы диски ни вращали прибывшие.</p>
   <p>Антеак, не скрывая гнева, обратилась к одной из Говорящих Рыб – женщине с насупленными бровями и мускулатурой грузчика.</p>
   <p>– Я хочу обратиться с жалобой к вашему командиру!</p>
   <p>– Во время Праздника не допускаются никакие жалобы, – хрипло ответила амазонка.</p>
   <p>Антеак прожгла женщину горящим взглядом, но этот взгляд, от которого приходили в замешательство Преподобные Матери, вызвал у стражницы лишь улыбку.</p>
   <p>– У меня есть приказ. Я должна оповестить вас, что ваша аудиенция у Бога-Императора отложена на последнее место в ряду аудиенций.</p>
   <p>Большая часть делегации Бене Гессерит уже слышала об этом, и даже самые мелкие сошки прекрасно поняли значение этой немилости. Все партии Пряности к этому времени будут уже распределены или вовсе исчерпаны.</p>
   <p>– Сначала у нас была третья очередь, – как можно мягче и сообразуясь с обстоятельствами, сказала Преподобная Мать.</p>
   <p>– Таков приказ Бога-Императора!</p>
   <p>Антеак знала эту интонацию Говорящих Рыб. Дальнейшие возражения могли спровоцировать стражу на применение силы.</p>
   <p><emphasis>Какое неудачное утро, а теперь еще и это!</emphasis></p>
   <p>Антеак присела на низкий стул у стены одной из почти пустых комнат их крошечного номера. Кроме стула, в комнате была только низкая жесткая лежанка – это жилище прекрасно подошло бы для прислуги. Обшарпанные светло-зеленые стены давно не мылись, светильник был настолько стар, что его нельзя было настроить ни на какой цвет, кроме желтого. Было похоже, что раньше комната была кладовой, в ней стоял затхлый плесневый запах, черный пластиковый пол покрывали зазубрины и царапины.</p>
   <p>Разглаживая на коленях аба, Антеак, подавшись вперед, внимательно слушала посланницу, которая, склонив в поклоне голову, стояла на коленях перед Преподобной Матерью. У посланницы были простоватые глаза, светлые волосы; лицо и шея были покрыты потом. Платье было запылено, подол заляпан грязью.</p>
   <p>– Ты уверена, абсолютно уверена? – Антеак говорила очень мягко, почти с нежностью, чтобы успокоить бедную девушку, которая все еще дрожала от страха.</p>
   <p>– Да, Преподобная Мать. – Взгляд посланницы опустился еще ниже.</p>
   <p>– Ты должна пройти через это еще раз, – сказала Антеак, а девушка подумала: <emphasis>Мной жертвуют из-за нехватки времени. Я правильно ее поняла.</emphasis></p>
   <p>– Как мне было приказано, я вошла в контакт с иксианцами в их посольстве и передала им ваше приветствие. После этого я поинтересовалась, нет ли у них послания, которое они хотели бы передать вам.</p>
   <p>– Да, да, девочка! Я это знаю, скорее переходи к сути.</p>
   <p>Посланница судорожно сглотнула.</p>
   <p>– Представитель посольства назвался Отхви Йак, временный глава посольства и помощник бывшего посла.</p>
   <p>– Ты уверена, что он не Танцующий Лицом?</p>
   <p>– Нет, в нем не было заметно никаких признаков этого, Преподобная Мать.</p>
   <p>– Очень хорошо, мы знаем этого Йака. Можешь продолжать.</p>
   <p>– Йак сказал, что они ожидают прибытия нового…</p>
   <p>– Хви Нори, новый посол, она должна прибыть сегодня.</p>
   <p>Посланница судорожно облизнула сухие губы.</p>
   <p>Мысленно Преподобная Мать решила направить несчастное создание на более элементарный курс тренировок. Посланницы должны быть более выдержанными, хотя в данном случае извинением может служить очень щекотливое и опасное задание.</p>
   <p>– После этого он попросил меня подождать, – продолжила посланница. – Он вышел и скоро вернулся с тлейлаксианцем, Танцующим Лицом. Я в этом уверена, присутствовали все признаки…</p>
   <p>– Я тоже уверена, что ты не ошиблась, девочка, – сказала Антеак. – Теперь переходи… – Она осеклась, в комнату вошла Луйсейал.</p>
   <p>– Что это такое? Я сегодня весь день только и слышу что о посланиях от тлейлаксианцев и иксианцев.</p>
   <p>– Сейчас вот эта девушка рассказывает мне о них. Кстати, почему меня никто не известил? – Антеак посмотрела на Вещающую Истину, думая, что Луйсейал, наверное, самая лучшая в своем деле, но слишком хорошо знает себе цену. Луйсейал была очень молода, но в ее чертах угадывалась Джессика и ее ум.</p>
   <p>– Служанка сказала, что ты медитируешь, – мягко обратилась Антеак к Вещательнице.</p>
   <p>– Да, – кивнула та и села на кушетку, обратившись к девушке: – Продолжай.</p>
   <p>– Танцующий Лицом сказал, что у него есть послание для Преподобных Матерей. Он использовал множественное число – я не ослышалась.</p>
   <p>– Он знает, что нас здесь двое, – проговорила Антеак.</p>
   <p>– Об этом уже все знают, – вставила свое слово Луйсейал.</p>
   <p>Антеак снова обратила свое лицо к посланнице.</p>
   <p>– Воспользуйся состоянием транса, девочка, и перескажи нам доподлинные слова Танцующего Лицом.</p>
   <p>Посланница кивнула, села на пятки, положила руки на колени, сделала три глубоких вдоха и заговорила писклявым голосом, произнося гласные немного в нос:</p>
   <p>– Передайте Преподобной Матери, что сегодня к вечеру Империя избавится от своего Бога-Императора. Мы поразим его до того, как он успеет прибыть в Онн. Ошибки быть не может.</p>
   <p>Посланница испустила глубокий вздох. Глаза ее открылись, и она взглянула на Антеак.</p>
   <p>– Иксианец Йак порекомендовал мне поспешить назад с этим известием. Он особым образом прикоснулся к моей руке, убеждая меня в том, что не…</p>
   <p>– Йак из наших, – сказала Антеак. – Покажи ей осязательное послание.</p>
   <p>– К нам вошли Танцующие Лицом и поэтому нам нельзя двигаться.</p>
   <p>Луйсейал поднялась с кушетки, и Антеак сказала:</p>
   <p>– Я уже приняла меры по охране наших дверей. – Преподобная взглянула на посланницу. – Можешь идти, девочка, ты оказалась адекватной своей задаче.</p>
   <p>– Слушаюсь, Преподобная Мать. – Девушка выпрямилась с присущей ей грацией, но движения ее были немного скованны. Она знала нюансы речи Антеак: адекватно – это не значит хорошо.</p>
   <p>Когда посланница вышла, заговорила Луйсейал:</p>
   <p>– Ей стоило получше изучить посольство и узнать, скольких иксианцев заменили.</p>
   <p>– Думаю, что это было лишнее, в ее пределах работа выполнена вполне удовлетворительно. Конечно, ей надо было узнать у Йака все подробности плана. Боюсь, что мы потеряли этот источник.</p>
   <p>– Причины, по которым тлейлаксианцы послали нам это сообщение, совершенно очевидны, – сказала Луйсейал.</p>
   <p>– Но они действительно хотят на него напасть.</p>
   <p>– Да, и естественно, что так поступили бы совершеннейшие глупцы. Меня больше интересует, почему они передали именно нам это сообщение.</p>
   <p>Антеак согласно кивнула.</p>
   <p>– Они думают, что теперь у нас нет иного выбора, кроме как присоединиться к ним.</p>
   <p>– А если мы попытаемся предупредить Господа Лето, то тлейлаксианцы тотчас расшифруют наших посланников и их связи.</p>
   <p>– Но что, если тлейлаксианцы добьются успеха?</p>
   <p>– Это очень маловероятно.</p>
   <p>– Но нам не известны детали их плана, мы можем судить только о времени его исполнения.</p>
   <p>– Что, если в этом плане принимает участие эта девушка, Сиона?</p>
   <p>– Я уже задавала себе этот вопрос. Ты слышала полный отчет Гильдии?</p>
   <p>– Только резюме. Этого достаточно?</p>
   <p>– Да, вероятнее всего, достаточно.</p>
   <p>– Будьте осторожны с термином «вероятнее всего», – сказала Луйсейал. – Никто не должен думать, будто вы – ментат.</p>
   <p>Антеак сухо ответила:</p>
   <p>– Я полагаю, что ты не отодвинешь меня в сторону.</p>
   <p>– Так ты думаешь, что Сиона в своих действиях подчиняется Гильдии?</p>
   <p>– Для этого у меня недостаточно информации. Если им верить, то она обладает сверхъестественными способностями.</p>
   <p>– Отец Лето обладал такими способностями?</p>
   <p>– Любой Гильд-навигатор мог спрятаться от всевидящего ока отца Лето.</p>
   <p>– Но не от самого Лето.</p>
   <p>– Я не слишком тщательно читала доклад Гильдии. Она не слишком сильно маскируется, и ее действия и действия окружающих ее людей…</p>
   <p>– Она исчезает, исчезает из поля их зрения.</p>
   <p>– Это может делать только она одна, – подчеркнула Антеак.</p>
   <p>– Но может ли она исчезать из поля зрения Господа Лето?</p>
   <p>– Этого они не знают.</p>
   <p>– Хватит ли у нас смелости войти с ней в контакт?</p>
   <p>– А почему нет? – спросила Антеак.</p>
   <p>– Все это может оказаться пустым звуком, если тлейлаксианцы… Антеак, мы должны сделать хотя бы попытку предупредить его.</p>
   <p>– У нас нет подходящих средств связи, а у дверей бдительные Говорящие Рыбы. Они позволят нашим людям войти, но не выпустят их.</p>
   <p>– Может быть, нам следует поговорить с кем-нибудь из Рыб?</p>
   <p>– Я уже подумала об этом. Мы всегда сможем сказать, что боялись, что вместо Говорящих Рыб у наших дверей были Танцующие Лицом.</p>
   <p>– Охрана у дверей, – процедила сквозь зубы Луйсейал. – Возможно ли, что он все знает?</p>
   <p>– Все возможно.</p>
   <p>– Да, это единственное, что можно определенно сказать о Господе Лето, – сказала Луйсейал.</p>
   <p>Тихо вздохнув, Антеак поднялась со стула.</p>
   <p>– Как я тоскую по тем временам, когда у нас было сколько угодно Пряности.</p>
   <p>– Эта тоска всего лишь еще одна иллюзия, – сказала Луйсейал. – Надеюсь, мы хорошо усвоили урок, независимо от того, что предпримут сегодня тлейлаксианцы.</p>
   <p>– Что бы они ни предприняли, они все сделают грубо и топорно, – проворчала Антеак. – Господи! Теперь практически невозможно найти хорошего убийцу.</p>
   <p>– Для этого под рукой всегда есть гхола Айдахо, – сказала Луйсейал.</p>
   <p>– Что ты сказала? – Преподобная Мать ошеломленно уставилась на подругу.</p>
   <p>– Всегда есть…</p>
   <p>– Да!</p>
   <p>– Но гхола отличаются телесной медлительностью.</p>
   <p>– Зато они очень быстры на голову.</p>
   <p>– Что ты обо всем этом думаешь?</p>
   <p>– Возможно, что тлейлаксианцы… Нет, даже они не могут быть настолько…</p>
   <p>– Неужели Айдахо – Танцующий Лицом? – прошептала Луйсейал.</p>
   <p>В ответ Антеак молча кивнула.</p>
   <p>– Выброси это из головы, – сказала Луйсейал. – Не могут же они действительно быть настолько глупы.</p>
   <p>– Очень рискованно высказывать суждения о тлейлаксианцах, – не согласилась с подругой Антеак. – Нам надо приготовиться к худшему. Зови сюда одну из Говорящих Рыб!</p>
  </section>
  <section>
   <epigraph>
    <p>Нескончаемые войны приводят к появлению особых социальных условий, характер которых одинаков в самые разнообразные эпохи. Люди приобретают постоянную готовность к отражению опасности. У власти практически всегда находится автократия. Всякие новшества – будь то новые планеты, новые экономические идеи, новые изобретения, пришельцы – воспринимаются, как нечто враждебное, опасное и подозрительное. Феодализм держит такое общество мертвой хваткой, не важно, как называются его структуры – политбюро или как-нибудь иначе, – конкретная маска не имеет значения, но она всегда присутствует. Линия власти передается по наследству. Благосостояние народа делят между всеми некие наместники высшего божества. Эти люди отчетливо понимают, что наследование надо контролировать, иначе власть уплывает из рук. Теперь-то вы понимаете, в чем суть Мира Лето?</p>
    <text-author>(Похищенные записки)</text-author>
   </epigraph>
   <p>– Получили ли Бене Гессерит информацию о новой схеме? – спросил Лето.</p>
   <p>Свита тем временем достигла первой отметки, после которой дорога поднималась в гору, приближаясь к мосту через реку Айдахо. Солнце поднялось на четверть дуги, и некоторые придворные сбросили плащи. Айдахо с небольшой группой Говорящих Рыб шел на левом фланге, на его потном обмундировании уже осела пыль. Состязаться в скорости с Императорской тележкой было нелегким делом.</p>
   <p>Монео споткнулся, но сумел удержать равновесие.</p>
   <p>– Да, их проинформировали, господин.</p>
   <p>Было очень нелегко изменить ритуал приема, но Монео научился приспосабливаться к неожиданным поворотам событий во время Празднеств. У него были планы практически на все случаи жизни.</p>
   <p>– Они все еще просят разрешения учредить постоянное посольство на Арракисе? – спросил Лето.</p>
   <p>– Да, господин, и я дал им обычный ответ.</p>
   <p>– Достаточно было бы и простого «нет», – произнес Лето. – Нет больше необходимости напоминать им, что мне ненавистны их религиозные притязания.</p>
   <p>– Да, господин, – сказал Монео, стараясь держаться на положенном расстоянии от тележки. В Лето сегодня было очень много от червя. Виновата была влажность, характер Червя проявлялся больше всего именно при высокой влажности.</p>
   <p>– Религия всегда приводит к риторическому деспотизму, – сказал Лето. – До Бене Гессерит на этой ниве больше других отличились иезуиты.</p>
   <p>– Иезуиты, господин?</p>
   <p>– Ты наверняка знаешь о них из курса истории.</p>
   <p>– Не уверен в этом, мой господин. Когда они жили?</p>
   <p>– Это не важно. Ты в достаточной степени осведомлен о риторическом деспотизме, поскольку хорошо знаешь историю Бене Гессерит. Правда, они не доводят дело до явной одержимости своим учением.</p>
   <p><emphasis>Преподобные Матери прибыли в очень неудачный для них момент,</emphasis> подумал Монео. <emphasis>Он собирается проповедовать против них, а они испытывают к этому органическое отвращение. Это может привести к серьезным осложнениям.</emphasis></p>
   <p>– Как они отреагировали на изменение протокола? – спросил Лето.</p>
   <p>– Мне сказали, что они были разочарованы, но не стали настаивать на своем.</p>
   <p>При этом Монео подумал: <emphasis>Лучше всего приготовить их к еще большим разочарованиям, которые постигнут их, когда им не разрешат поддерживать контакты с делегациями Икса и Тлейлаксу.</emphasis></p>
   <p>Подумав это, Монео покачал головой. Это могло привести к совершенно непредсказуемому и опасному заговору. Надо предупредить об этом Дункана.</p>
   <p>– Это приводит к самостоятельно исполняющимся пророчествам и оправданию всякой мерзости, – продолжал между тем Лето.</p>
   <p>– Вы имеете в виду… риторический деспотизм, мой господин? – спросил Монео.</p>
   <p>– Да! Он прикрывает зло стенами самозваной праведности, которая не воспринимает аргументы, направленные против зла.</p>
   <p>Монео с беспокойством смотрел, как рудименты рук совершают круговые движения, словно подтверждая слова Лето, сегментированное тело подергивалось. <emphasis>Что мне делать, если Червь вдруг окончательно покинет его?</emphasis> От этой мысли лоб Монео покрылся холодным потом.</p>
   <p>– Такой подход питается извращенными средствами, которые намеренно применяют для дискредитации противоположных мнений, – сказал Лето.</p>
   <p>– Это касается всего, мой господин?</p>
   <p>– Иезуиты называли это «укреплением основы власти». Это приводит к лицемерию, которое всегда формирует пропасть между действиями и их объяснением. Они никогда не соглашаются с противоположным мнением.</p>
   <p>– Мне надо более тщательно ознакомиться с предметом, мой господин, – сказал Монео.</p>
   <p>– В конечном счете власть начинает править подданными с помощью чувства вины, что приводит к охоте на ведьм и необходимости находить козлов отпущения.</p>
   <p>– Это потрясает, мой господин.</p>
   <p>Кортеж обогнул угол скалы, и вдалеке показался мост.</p>
   <p>– Монео, ты внимательно следишь за моими рассуждениями?</p>
   <p>– Да, мой господин.</p>
   <p>– Я описываю инструмент создания основ религиозной власти.</p>
   <p>– Я понял это, мой господин.</p>
   <p>– Но почему ты проявляешь такой страх? Чего ты боишься?</p>
   <p>– Разговор на религиозную тему всегда очень волнует меня, мой господин.</p>
   <p>– Оттого ли это, что ты и Говорящие Рыбы пользуетесь властью от моего имени?</p>
   <p>– Конечно, мой господин.</p>
   <p>– Основы власти очень опасны, потому что привлекают к себе людей в действительности безумных, людей, которые ищут власти только ради власти. Ты понимаешь меня?</p>
   <p>– Да, господин. Именно поэтому вы так редко удовлетворяете просьбы о назначении того или иного человека в правительство.</p>
   <p>– Отлично, Монео!</p>
   <p>– Благодарю вас, мой господин.</p>
   <p>– В тени всякой религии прячется свой Торквемада, – продолжал Лето. – Ты никогда не слышал это имя. Я точно это знаю, потому что по моему приказу его изъяли из истории.</p>
   <p>– Почему вы так поступили, мой господин?</p>
   <p>– Он был воплощением безобразия и непристойности. Людей, которые были с ним не согласны, он превращал в живые факелы.</p>
   <p>Монео произнес очень тихим голосом:</p>
   <p>– То же самое произошло с историками, которые имели несчастье вызвать ваш гнев?</p>
   <p>– Ты ставишь под вопрос целесообразность моих действий, Монео?</p>
   <p>– Нет, мой господин!</p>
   <p>– Очень хорошо. Эти историки умерли без мучений. Никто из них не был сожжен пламенем. Торквемада же любил посвящать своему Богу крики истязаемых жертв.</p>
   <p>– Как это ужасно, мой господин.</p>
   <p>Тем временем кортеж обогнул скалу, и перед людьми раскинулся мост.</p>
   <p>Монео еще раз внимательно присмотрелся к своему Богу-Императору. Червь не стал ближе, но все равно был слишком близок к поверхности. Монео чувствовал угрозу этого непредсказуемого присутствия, Священного Присутствия, которое могло убить без всякого предупреждения.</p>
   <p>Мажордом содрогнулся.</p>
   <p>Что могла означать эта странная речь? Монео знал, что Бог-Император разговаривает так с очень немногими. Это были одновременно привилегия и тяжкая обязанность. Такова была цена, которую приходилось платить за Мир Лето. Поколение за поколением шествовали железным строем, созданным этим Миром. Только в Цитадели нарушался этот непоколебимый порядок – когда некоторых Говорящих Рыб высылали из Цитадели для предупреждения вспышки насилия. То было предвосхищение.</p>
   <p><emphasis>Предвосхищение!</emphasis></p>
   <p>Монео взглянул на молчавшего теперь Лето. Глаза Бога-Императора были закрыты, на лице отразилось тяжкое раздумье. Это был еще один признак Червя, не предвещавший ничего хорошего. Монео задрожал.</p>
   <p>Предвидел ли Лето вспышки собственного насилия? То было предвидение насилия, которое приводило в трепет всю Империю. Лето в таких случаях знал, как расположить гвардию, чтобы подавить возможные беспорядки. Он знал об этом еще до того, как начинался мятеж.</p>
   <p>От одних мыслей об этом у Монео пересохло во рту. Бывали моменты, казалось Монео, когда Бог-Император мог читать самые сокровенные мысли. О нет, Лето пользовался и услугами шпионов. Иногда какие-то закутанные фигуры препровождались Говорящими Рыбами в верхний этаж башни или в крипту. Да, это были шпионы, но Монео думал, что они только подтверждали то, что и так знал Бог-Император.</p>
   <p>Словно в подтверждение опасений Монео, прозвучали слова Лето:</p>
   <p>– Не пытайся сразу понять, о чем я думаю, Монео. Пусть понимание придет само.</p>
   <p>– Я постараюсь, мой господин.</p>
   <p>– Нет, не надо стараться, лучше скажи мне, объявил ли ты, что не будет никаких изменений в распределении Пряности?</p>
   <p>– Еще нет, мой господин.</p>
   <p>– Отложи это объявление. Я передумал. Ты же знаешь, что теперь последуют предложения взяток.</p>
   <p>Монео вздохнул. Размеры взяток, которые ему предлагали, были настолько велики, что могли вызвать лишь смех. Но Лето продолжал удивляться таким суммам.</p>
   <p>– Тяни время, – сказал он ранее. – Посмотри, насколько высоко поднимутся ставки. Дай понять, что не откажешься от взятки.</p>
   <p>Кортеж обогнул еще один угол, снова открылась панорама моста. Лето спросил:</p>
   <p>– Дом Коррино предлагал тебе взятку?</p>
   <p>– Да, господин.</p>
   <p>– Ты знаешь миф о том, что настанет время, когда Дом Коррино вновь обретет былое могущество и захватит власть?</p>
   <p>– Я слышал этот миф, мой господин.</p>
   <p>– Коррино должен быть убит. Это задание для Дункана. Мы испытаем его.</p>
   <p>– Так скоро, мой господин?</p>
   <p>– До сих пор все знают, что меланжа может продлить человеческую жизнь, так вот, пусть люди знают, что Пряность может ее и укоротить.</p>
   <p>– Как прикажете, мой господин.</p>
   <p>Монео знал, что означает такой ответ. Так Монео отвечал, когда не одобрял приказ, но не мог и возразить. Знал он и то, что Господь Лето прекрасно это понимает и немало забавляется упрямством мажордома. Эта насмешка больно ранила Монео, причиняя ему страдание.</p>
   <p>– Не будь со мной нетерпелив, Монео, – сказал Лето.</p>
   <p>Монео подавил в себе чувство горечи. Горечь несла с собой непоправимый вред. Горечь – это то чувство, которое движет мятежниками. Дунканы перед смертью начинали испытывать это чувство.</p>
   <p>– Время для меня имеет иное значение, чем для вас, мой господин, – сказал Монео. – Я бы хотел понимать смысл того, что я делаю.</p>
   <p>– Ты имеешь право хотеть, но не будешь понимать.</p>
   <p>Монео услышал в голосе повелителя недовольный упрек и замолчал, начав размышлять о проблемах меланжи. Лето не слишком часто говорил о Пряности, обычно его речи касались распределения Пряности между подданными в виде награды или изъятия незаконных партий Пряности, когда в места таких хранилищ посылали команду Говорящих Рыб. Самые большие запасы меланжи находились в распоряжении Лето и были спрятаны где-то под землей. В первые дни своей службы Монео в глухом капюшоне посетил этот склад. Когда ему позволили снять капюшон, он увидел огромные количества Пряности, испускающей сильный запах корицы. Единственное, что понял Монео, – это то, что склад находится под землей. Вырубленное в скале помещение освещалось старинными светильниками, выполненными в виде ажурных арабесок. Пряность отливала синим цветом в серебристо-белом свете древних ламп. Поблизости со стен капала вода. Голоса Монео и Лето гулким эхом отдавались под сводами каменного зала.</p>
   <p>– Наступит день, когда все это исчезнет, – сказал Господь Лето.</p>
   <p>– Но что же тогда будут делать Гильдия и Бене Гессерит? – спросил потрясенный Монео.</p>
   <p>– То же, что они делают сейчас, но с еще большим насилием и яростью.</p>
   <p>Оглядев гигантскую комнату с огромными запасами меланжи, подумал о тех событиях, которые сотрясали в то время Империю – кровавые убийства, пиратские набеги, шпионаж и интриги. Бог-Император не допускал до худшего, но то, что происходило, было тоже достаточно скверно.</p>
   <p>– Это искушение, – прошептал Монео.</p>
   <p>– Да, это действительно искушение.</p>
   <p>– И больше никогда не будет меланжи, мой господин?</p>
   <p>– Настанет день, когда я снова вернусь в песок. Тогда я стану источником Пряности.</p>
   <p>– Вы, мой господин?</p>
   <p>– Да, и кроме того, я произведу нечто еще более замечательное – песчаную форель – гибрид, который будет питать размножающихся червей.</p>
   <p>Дрожа от такого откровения, Монео уставился на смутную тень Бога-Императора, который говорил о небывалых чудесах.</p>
   <p>– Песчаные форели, – говорил между тем Лето, – соединятся между собой и образуют воздушные пузырьки, которые запрут воду глубоко под землей, так же, как было во времена древней Дюны.</p>
   <p>– Всю воду, мой господин?</p>
   <p>– Большую часть. Через триста лет здесь снова будет править Червь. Клянусь тебе, это будет новый тип Червя.</p>
   <p>– Каким же он будет, мой господин?</p>
   <p>– Он будет обладать сознанием животного и умом человека. Пряность станет опасно искать и еще опаснее хранить.</p>
   <p>Монео оглядел потолок вырубленного в скале зала, словно он хотел попробовать на прочность многометровую толщу каменной породы.</p>
   <p>– Здесь снова все превратится в пустыню, мой господин?</p>
   <p>– Песок заполнит русла рек. Урожай погибнет. Деревья будут погребены под песчаными дюнами. Песчаная смерть будет распространяться до тех пор… до тех пор, пока на опустевшей земле не прозвучит тихий сигнал.</p>
   <p>– Какой сигнал, мой господин?</p>
   <p>– Сигнал начала нового цикла, прихода Делателя, приход Шаи-Хулуда.</p>
   <p>– Это будете вы, мой господин?</p>
   <p>– Да, Великий Червь Дюны снова поднимется из глубин. Эта страна снова станет владением Пряности и Червя.</p>
   <p>– Но что будет с людьми, мой господин? Что будет с людьми?</p>
   <p>– Многие умрут. Сельскохозяйственные растения и вообще всякая растительность погибнут. Без питания падет и скот.</p>
   <p>– И на этой земле настанет голод, мой господин?</p>
   <p>– Недоедание и давно забытые болезни начнут поражать эту землю. Выживут самые крепкие… и самые жестокие.</p>
   <p>– Но неужели это обязательно должно произойти, мой господин?</p>
   <p>– Альтернатива еще хуже.</p>
   <p>– Но что это за альтернатива, мой господин?</p>
   <p>– Со временем ты узнаешь и это.</p>
   <p>Идя сейчас рядом с Императором этим утренним паломничеством в Онн, Монео думал о том, что теперь-то он действительно знает об альтернативе, страшной альтернативе.</p>
   <p>Как и большинство образованных жителей Империи, Монео знал, что твердые знания, которыми он обладает, находятся в Устном Предании, мифах и диких фантастических историях, которые рассказывали время от времени появляющиеся на отдельных планетах пророки, за которыми какое-то короткое время шли немногочисленные последователи.</p>
   <p><emphasis>Правда, сейчас Монео знал, чем занимаются Говорящие Рыбы.</emphasis></p>
   <p>Знал он также о злых людях, которые, сидя за обильной трапезой, наслаждались криками подвергаемых пыткам жертв.</p>
   <p>Все это продолжалось до того, как Говорящие Рыбы не прекратили эти безобразия.</p>
   <p>– Мне очень нравится, как твоя дочь следит за мной, – сказал Лето. – Она совершенно не догадывается, что мне все известно.</p>
   <p>– Господин, я очень боюсь за нее. Она – моя кровь, моя…</p>
   <p>– Моя тоже, Монео. Разве я не Атрейдес? Ты бы принес больше пользы, если бы боялся за себя.</p>
   <p>Монео опасливо посмотрел на тело Бога-Императора. Признаки Червя надвигались все ближе и ближе. Монео оглянулся на кортеж. Он двигался в крутой ложбине, по коротким аркам, вырубленным в рукотворной скале, сложенной для защиты Сарьира от влаги.</p>
   <p>– Сиона нисколько не задевает меня, Монео.</p>
   <p>– Но она…</p>
   <p>– Монео! Здесь, в одной из таинственных оболочек, хранится величайшая тайна жизни. Мне больше всего на свете хочется не потерять способность удивляться, удивляться новому.</p>
   <p>– Господин, я…</p>
   <p>– Новое! Разве это не блестящее, не чудесное слово?</p>
   <p>– Да, если вы так считаете, господин.</p>
   <p><emphasis>Монео – это мое создание, я создал его,</emphasis> напомнил себе Лето.</p>
   <p>– Нет такой цены, которой я бы не заплатил ради твоего дитя, Монео. Ты порицаешь ее товарищей, но среди них может найтись один, которого она полюбит.</p>
   <p>Монео непроизвольно посмотрел на Айдахо, который маршировал впереди своей гвардии. Проницательным взглядом он ощупывал дорогу впереди себя. Ему не нравилось это место, со всех сторон ограниченное высокими стенами и откуда можно было в любой момент ждать нападения. Айдахо послал разведчиков в горы еще ночью, и Монео знал, что многие из них до сих пор находятся там, на вершинах. Но, кроме гор, было множество лощин и оврагов, спускавшихся к реке, на которые просто не хватало личного состава.</p>
   <p>– Мы будем зависеть от фрименов, – уверенно сказал Монео Айдахо.</p>
   <p>– От фрименов? – переспросил Айдахо. Ему не нравились постоянные напоминания о Музее фримена.</p>
   <p>– По крайней мере они могут предупреждать нас о появлении чужаков.</p>
   <p>– Ты видел их и просил об этом?</p>
   <p>– Конечно.</p>
   <p>Монео не осмелился поделиться с Айдахо своими мыслями о Сионе. Для этого найдется время и позже, но сейчас Бог-Император сказал очень тревожную вещь. Неужели у него изменились планы?</p>
   <p>Монео снова обратил свое внимание на Бога-Императора и понизил голос:</p>
   <p>– Полюбит своего товарища, мой господин? Но ведь вы говорили, что Дункан Айдахо…</p>
   <p>– Я же сказал «полюбит». Речь идет не о селекции!</p>
   <p>Монео задрожал, вспомнив, как происходило его скрещивание…</p>
   <p><emphasis>Нет, об этом лучше не вспоминать!</emphasis></p>
   <p>Тогда было и увлечение, и любовь… но это было позже, а в первые дни…</p>
   <p>– Ты опять витаешь в облаках, Монео.</p>
   <p>– Простите меня, мой господин, но когда вы говорите о любви…</p>
   <p>– Ты полагаешь, что я не способен испытывать нежность?</p>
   <p>– Дело не в этом, мой господин, но…</p>
   <p>– Ты думаешь, что у меня нет памяти о любви и скрещивании? – Тележка угрожающе приблизилась к Монео, заставив того отпрыгнуть в сторону. Мажордом был по-настоящему испуган горящим взглядом Лето.</p>
   <p>– Господин, я прошу вас…</p>
   <p>– Это <emphasis>тело</emphasis> действительно не может испытывать нежность, но вся моя память со мной!</p>
   <p>Монео понял, что червь начинает доминировать в теле Бога-Императора, понимание его действий ускользало от Монео.</p>
   <p><emphasis>Надо мной нависла серьезная опасность</emphasis>, подумал он. <emphasis>Мы все находимся в опасности.</emphasis></p>
   <p>Монео прислушивался теперь к каждому звуку, к скрипу Императорской тележки, покашливаниям и голосам придворных, к шагам на дороге. От Бога-Императора потянуло корицей. Расщелина рукотворной скалы хранила утренний холод и была напитана речной влагой.</p>
   <p>Неужели эта влажность дразнит червя в Императоре?</p>
   <p>– Послушай меня, Монео, слушай меня так, словно от этого зависит твоя жизнь.</p>
   <p>– Я слушаю вас, мой господин, – прошептал Монео.</p>
   <p>Он понимал, что теперь его жизнь зависит не только от внимания, но и от способности наблюдать.</p>
   <p>– Часть моей сути живет внутри меня своей обособленной жизнью и не подчиняется моим мыслям, – сказал Лето. – Эта часть реагирует, и все. Она не размышляет и не рассуждает логически.</p>
   <p>Монео кивнул, продолжая рассматривать глаза Лето. Не вспыхнут ли они сейчас гневом?</p>
   <p>– В таких случаях я бываю принужден отстраниться и просто наблюдать за своими действиями, – продолжал Лето. – Такая реакция может причинить тебе смерть. Выбор не принадлежит мне. Ты слышишь?</p>
   <p>– Я слышу, мой господин, – прошептал Монео.</p>
   <p>– В таком событии отсутствует произвольный разумный выбор! Ты просто это принимаешь, просто принимаешь как данность. Это невозможно ни понять, ни предотвратить. Что ты на это скажешь?</p>
   <p>– Я боюсь неизвестности, господин.</p>
   <p>– А я не боюсь. Попробуй сказать почему!</p>
   <p>Монео давно ждал этого кризиса и теперь, когда он наконец наступил, испытал странное облегчение. Он понимал, что жизнь его зависит от ответа, который он сейчас даст.</p>
   <p>– Это потому, что у вас есть огромная память, мой господин.</p>
   <p>– Да?</p>
   <p>Это был, конечно, неполный ответ, и Монео стал лихорадочно подыскивать слова:</p>
   <p>– Вы видите все, что мы знаем… все и сразу. Все, что когда-то было неизвестным! Удивление для вас… удивление может вызвать только то, что вы узнали впервые. Так?</p>
   <p>Произнося эти слова, Монео понял, что защитился вопросительным знаком там, где должно было прозвучать простое утверждение. Однако Бог-Император только улыбнулся:</p>
   <p>– За такую мудрость я хочу сделать тебе подарок, Монео. Чего ты хочешь?</p>
   <p>Внезапное облегчение не принесло с собой ничего, кроме новых страхов и опасений.</p>
   <p>– Могу я снова привезти Сиону в Цитадель?</p>
   <p>– Это заставит меня раньше подвергнуть ее испытанию.</p>
   <p>– Ее надо разлучить с ее товарищами-мятежниками, мой господин.</p>
   <p>– Очень хорошо.</p>
   <p>– Вы очень милостивы, мой господин.</p>
   <p>– Нет, напротив, я очень эгоистичен.</p>
   <p>Бог-Император отвернулся от Монео и погрузился в молчание.</p>
   <p>Глядя на его сегментированное тело, Монео заметил, что признаки червя стали пропадать. Это было неплохо. Потом он вспомнил о петиции фрименов, и страх вспыхнул в нем с новой силой.</p>
   <p><emphasis>Это была ошибка. Они только снова возбудят его. Зачем я сказал, что они могут подать петицию?</emphasis></p>
   <p>Фримены ждут их впереди на дороге, переправившись на эту сторону реки со своими дурацкими бумажками и приветственно размахивая руками.</p>
   <p>Монео шел рядом с тележкой и с каждым шагом все лучше и лучше понимал, что он наделал.</p>
  </section>
  <section>
   <epigraph>
    <p>Здесь ветры несут песок; и там ветры несут песок.</p>
    <p>Там ждет богач; здесь ожидаю я.</p>
    <text-author>(Голос Шаи-Хулуда из Устного Предания)</text-author>
   </epigraph>
   <p>Отчет Сестры Ченоу, найденный среди документов после ее смерти.</p>
   <p>«Я повинуюсь как своим обязанностям в Бене Гессерит, так и приказам Бога-Императора, поэтому я изъяла эти слова из моего официального отчета и спрятала их в надежном месте для того, чтобы они были найдены после того, как меня не станет. Ибо Господь Лето сказал мне: «Ты вернешься к своим руководителям с моим посланием, но сейчас эти слова нельзя обнародовать. Если у тебя не получится это сделать, то мне придется обрушить свою ярость на Общину Сестер».</p>
   <p>Об этом же предупреждала меня Преподобная Мать Сипкса перед моей поездкой к Лето: «Ты не должна делать ничего, что навлекло бы на нас его гнев».</p>
   <p>Пока я шла около Господа Лето во время его короткого паломничества в Онн, о котором я уже рассказывала, я решилась спросить о его сходстве с Преподобной Матерью. Я сказала: «Мой господин, я знаю, что наша Преподобная Мать обладает памятью своих предков и многих других. Расскажите, как это было у вас». Лето ответил: «Так получилось в результате взаимодействия генетической памяти и Пряности. Моя сестра Ганима и я были разбужены еще во чреве матери, разбуженные до рождения присутствием нашей предковой памяти».</p>
   <p>– Мой господин… в нашей общине это явление называют Мерзостью.</p>
   <p>– Правильно называют, – произнес на это Господь Лето. – Количество предков в памяти способно подавить любого, и кто может знать, какая сила будет распоряжаться событиями и этой массой – добро или зло?</p>
   <p>– Господин, как тебе удалось преодолеть эту силу?</p>
   <p>– Я не преодолел ее, – ответил Господь Лето. – Нас с Ганимой спасла фараонская модель управления. Тебе известна эта модель, Сестра Ченоу?</p>
   <p>– Мы в Общине прилежно изучаем историю, господин.</p>
   <p>– Да, но вы не думаете над ней так, как думаю я, – сказал Господь Лето. – Я говорю о болезни правления, которой заразились греки и передали ее римлянам, которые наградили ею весь мир; так что эта болезнь никогда не исчезала.</p>
   <p>– Мой господин предпочитает говорить загадками?</p>
   <p>– Нет. Я ненавижу эту модель, но она спасла нас. Гани и я создали могущественный союз с теми из наших предков, которые в своей деятельности придерживались фараонского образа правления. Они помогли нам создать общность со всей этой спящей до поры ордой.</p>
   <p>– Меня очень беспокоит это, господин, и лишает сна.</p>
   <p>– И это правильно – так и должно быть.</p>
   <p>– Почему вы говорите мне это сейчас, господин? Вы никогда не отвечали никому из нас такой откровенностью, во всяком случае, мне об этом ничего не известно.</p>
   <p>– Потому что ты умеешь хорошо слушать, Сестра Ченоу; потому, что ты подчиняешься мне, и потому, что я никогда больше тебя не увижу.</p>
   <p>Сказав мне эти странные слова, Господь Лето спросил:</p>
   <p>– Почему ты не поинтересовалась тем, что ваша Община Сестер называет моей <emphasis>безумной тиранией</emphasis>?</p>
   <p>Осмелев от его поощрительной манеры разговора, я сказала:</p>
   <p>– Господин, мы знаем о некоторых ваших кровавых казнях. Они очень беспокоят нас.</p>
   <p>И тут Господь Лето сделал одну очень странную вещь. Он закрыл глаза и спросил:</p>
   <p>– Я знаю, что вас учат дословно и надолго запоминать слова, которые вы услышали в вашем сознании. Поэтому я сейчас рассматриваю тебя как чистую страницу, на которой я пишу свои слова. Сохрани эти слова, я не хочу, чтобы они были утрачены.</p>
   <p>Я заверяю свою Общину Сестер, что то, что я пишу дальше, есть доподлинные слова Господа Лето:</p>
   <p>«Я определенно знаю, что, когда я перестану физически присутствовать среди вас, меня будут задним числом считать животным, лишенным человечности, страшным порождением Пустыни, на меня будут смотреть, как на тирана.</p>
   <p>Это достаточно честно. Я действительно был тираном.</p>
   <p>Тиран – это не только человеческое понятие, он не безумец – он просто тиран. Но даже вполне заурядные тираны имеют мотивы поступков, у них есть чувства помимо тех, которые приписывают им придворные историки. Но обо мне будут вспоминать, как о великом тиране. Поэтому мои чувства и мотивы сохранятся в более полном виде, пока их окончательно не извратят историки. У истории есть способы возвеличивать некоторые характеры и отбрасывать другие.</p>
   <p>Люди постараются понять меня и втиснуть в какие-то привычные для себя рамки. Они будут искать истины. Но истина всегда несет на себе отпечаток двойственности слов, которыми ее пытаются выразить.</p>
   <p>Вы не сможете меня понять. Чем сильнее вы будете стараться, тем больше будете вы удаляться от истины, пока наконец я не превращусь в вечный миф о живом Боге!</p>
   <p>Вот так обстоят дела. Я не вождь и не поводырь. Я – Бог. Я отличаюсь от вождей и поводырей. Бог не несет ответственности ни за что, кроме бытия. Бог принимает все и, таким образом, не принимает ничего. Бога надо определить, но он все равно остается безымянным. Бог не нуждается в духовном мире. Мой дух живет во мне и отвечает на мои малейшие движения. Я делюсь с вами только потому, что это доставляет мне удовольствие – делиться с вами тем, чему научил меня мой дух. Именно он и есть моя истина.</p>
   <p>Берегись истины, дорогая Сестра. Хотя многие искали ее, истина может оказаться опасной для того, кто это делает. Гораздо легче поверить в миф или умиротворяющую и ободряющую ложь. Если вы найдете истину, пусть даже временную, она может потребовать, чтобы вы совершенно изменили свой образ жизни. Спрячьте истину за словами. Тогда вас защитит естественная двойственность языка. Слова воспринять гораздо легче, чем дельфийские пророчества. С помощью слов можно кричать свою истину хором.</p>
   <p>Но почему никто не предупредил меня об этом?</p>
   <p>Я предупредил тебя. Я предупредил тебя примером, а не словами.</p>
   <p>Слова неизбежно избыточны. Ты и сейчас записываешь их в своей замечательной памяти. Настанет день, когда люди обнаружат мои записки – в них тоже всего-навсего слова. Бессловесные движущие причины страшных событий лежат непосредственно под их поверхностью. Я предупреждаю тебя, что чтение моих слов может тебе повредить. Будь глухой! Нет никакой необходимости слышать, нет нужды ничего запоминать. Как успокаивает человека способность забывать, но как она опасна!</p>
   <p>Такие слова, как мои, давно считаются обладающими таинственной силой. Существует тайное знание, которое можно использовать для управления забывчивыми. Моя истина – это содержание мифов и лжи, с помощью которых тираны манипулировали массами в своих корыстных целях.</p>
   <p>Видишь, я поделился с тобой всем, даже величайшей тайной, тайной, с помощью которой я построил свою жизнь. Я открыл тебе эту тайну обычными словами: „Единственное прошлое, которое вечно пребывает внутри тебя, – бессловесно”».</p>
   <p>Бог-Император замолчал. Я осмелилась спросить его: «Это все слова, которые велит сохранить в памяти мой господин?»</p>
   <p>– Да, это все слова, – ответил он, и мне показалось, что он стал очень грустным и обескураженным. Казалось, этими словами он высказал свое последнее завещание. Я припомнила, что он сказал, что не увидит меня больше никогда в жизни, меня охватил страх, но я была очень благодарна моим учителям за тренировку – страх не отразился на звучании моего голоса.</p>
   <p>– Господь Лето, – сказала я, – для кого предназначены те записки, о которых вы говорите?</p>
   <p>– Для потомков, которые будут жить по прошествии тысячелетий. Я персонализирую своих скрытых во тьме будущего читателей, Сестра Ченоу. Я думаю о них, как о дальних родственниках, которые проявят любопытство к истории своей семьи. Они будут гореть желанием открыть для себя драмы, о которых могу поведать только я. Они захотят связать эти драмы со своей жизнью. Они захотят смысла, а не слов, они будут жаждать истины!</p>
   <p>– Но вы же сами предупредили меня об опасности истины, господин, – сказала я.</p>
   <p>– Да, это так. Вся история – это разрушительный инструмент в моих руках. О, я накопил в себе столько прошлого, столько фактов – но эти факты изменятся, когда я стану употреблять их по своему усмотрению. Что я говорю тебе сейчас? Это дневниковая запись, то есть опять-таки слова.</p>
   <p>Господь Лето снова замолчал. Я взвесила содержание его слов, сравнила их с предупреждениями Преподобной Матери Сиаксы и с тем, что говорил мне Бог-Император. Он сказал, что я – его вестник, и поэтому я почувствовала себя под его защитой и могу осмелиться на большее, нежели другие. Поэтому я спросила:</p>
   <p>– Господь Лето, вы сказали, что больше не увидите меня. Означает ли это, что вы скоро умрете?</p>
   <p>Я клянусь истинностью своего отчета – Господь Лето рассмеялся в ответ на мои слова! Потом он сказал:</p>
   <p>– Нет, уважаемая Сестра, умрешь ты. При этом ты не станешь Преподобной Матерью. Не надо печалиться по этому поводу и связывать этот факт с твоим пребыванием здесь, ибо то, что ты будешь моей посланницей, сохранишь мои слова для потомства, даст тебе нечто гораздо большее. Ты станешь интегральной составляющей моего мифа. Наши будущие родственники будут молиться на тебя за то, что некогда ты встретилась со мной.</p>
   <p>Господь Лето снова рассмеялся, но это был добрый смех, и он тепло улыбнулся мне. Мне очень трудно выразить это словами с той точностью, на которую претендует данный отчет, но дело в том, что, когда Господь Лето произнес свои ужасные слова, я почувствовала, что нас с ним связывают неразрывные дружеские узы, словно эти узы имеют физическую природу, связывая нас так, что это невозможно выразить никакими словами. Только в этот момент я поняла, что такое бессловесная истина. Это произошло, и у меня нет слов, чтобы это описать».</p>
   <cite>
    <subtitle>Примечание архивариуса</subtitle>
   </cite>
   <p>На фоне тех великих событий, которые имели место, данный отчет представляет собой не более чем заметки на полях Истории, интересные только тем, что являются одними из самых ранних свидетельств существования записок Лето. Для тех, кто пожелает ознакомиться с отчетом Сестры Ченоу, приводим ссылку на архивную запись: <emphasis>Ченоу, Святая Сестра Квинтиниус Виолет: Отчет Ченоу,</emphasis> и <emphasis>Непереносимость меланжи, медицинские аспекты.</emphasis></p>
   <p><emphasis>(Примечание: Сестра Квинтиниус Виолет Ченоу умерла на пятьдесят третьем году своего членства в Общине Сестер. Причина смерти приписывается непереносимости Пряности, которую она принимала в попытке достичь статуса Преподобной Матери.)</emphasis></p>
  </section>
  <section>
   <epigraph>
    <p>Наш предок, Ассур-назир-апли, жесточайший из жестоких, захватил трон, убив для этого собственного отца, и начал править мечом и кровью. Он завоевал область озера Урумия, что открыло ему путь в Коммоген и Хабур. Его сын обложил данью Шуйтес, Тир, Сидон, Джебель, его подданным стал даже Йегу, сын Омри, чье имя внушало страх тысячам людей. Завоевания, начатые Ассуром-назир-апли привели его армии в Мидию, а оттуда в Израиль, Дамаск, Едом, Арпад, Вавилон и Умилу. Кто помнит теперь эти географические названия? Я и так сделал достаточно намеков; попробуйте теперь угадать, что это за планета?</p>
    <text-author>(Похищенные записки)</text-author>
   </epigraph>
   <p>Воздух был особенно густым на том отрезке Королевской Дороги, который заканчивался плоской площадкой, ведущей к мосту через реку Айдахо. Поворачивая направо, дорога выходила за пределы огромной рукотворной скалы. Идя рядом с Императорской тележкой, Монео смотрел на вымощенную ленту дороги, взбегающую на гребень горы и переходящую в стальные, казавшиеся кружевными, конструкции моста, до которого оставалось еще около километра.</p>
   <p>Река, глубоководная в расселине, делала резкий изгиб и, пройдя каскад из нескольких водопадов, уходила вправо, к дальней оконечности Запретного Леса, где отвесные скалы упирались своими подножиями в берега. В этом предместье Онна находились благоухающие сады, поставлявшие фрукты для населения города.</p>
   <p>Монео смотрел на реку. Вершина каньона освещалась ярким утренним солнцем, а остальное русло нежилось в тени, монотонность которой нарушали лишь серебристые брызги водопадов.</p>
   <p>Дорога ярко сияла в лучах утреннего солнца, а овраги, спускавшиеся к ней с обеих сторон, зияли узкими черными тенями, словно стрелы, указывающие верный путь. Идти по дороге было уже довольно жарко, в воздухе дрожало знойное марево, предупреждая наступающий день.</p>
   <p><emphasis>Мы точно успеем в город до наступления жары,</emphasis> подумал Монео.</p>
   <p>Он трусцой бежал по дороге, проявляя усталое терпение, как и всегда в этом месте. Взгляд его остановился на оврагах – в одном из них ждут музейные фримены со своей петицией – так он, во всяком случае, договорился с ними. Теперь их уже не остановить, а в Боге-Императоре все больше и больше проявлялись черты червя.</p>
   <p>Лето услышал фрименов намного раньше, чем Монео.</p>
   <p>– Прислушайся! – приказал Император.</p>
   <p>Монео превратился в слух.</p>
   <p>Лето перекатил свое длинное тело по дну тележки, выпрямил спину и, открыв защитный пузырь, стал внимательно вглядываться вперед.</p>
   <p>Монео прекрасно понимал, что происходит. Лето, чувства которого были намного сильнее, чем у любого из смертных, ощутил впереди источник беспокойства. Фримены начали продвигаться к дороге. Монео позволил себе отстать от тележки на один шаг, продолжая двигаться за ней на положенной дистанции. В этот миг он и услышал приближение людей.</p>
   <p>Послышался шорох гравия.</p>
   <p>Появились первые фримены, выходящие из расселин и оврагов по обеим сторонам дороги приблизительно в ста метрах впереди кортежа.</p>
   <p>Дункан Айдахо, опередив своих гвардейцев, догнал Монео.</p>
   <p>– Это фримены? – спросил Айдахо.</p>
   <p>– Да, – ответил мажордом и заметил, что Лето прижал тело ко дну тележки.</p>
   <p>Музейные фримены собрались на дороге компактной группой и сбросили с себя плащи, под которыми были надеты красно-пурпурные наряды. Монео едва не задохнулся. Фримены были одеты как паломники – под цветной одеждой угадывались черные рубашки. Те, кто был на переднем плане, держали в руках свернутые трубкой бумажные листки. Они размахивали свитками, а вся группа принялась петь и приплясывать, продвигаясь в направлении придворного кортежа.</p>
   <p>– Петиция, господин! – кричали первые. – Выслушай нашу петицию!</p>
   <p>– Дункан! – крикнул Лето. – Очисти от них дорогу!</p>
   <p>Голос Лето не успел затихнуть, как сквозь толпу придворных вперед ринулись Говорящие Рыбы – выполнять приказ своего Бога. Айдахо подал знак к атаке и сам бросился навстречу приближающейся толпе. Гвардейцы построились фалангой, во главе которой встал Дункан.</p>
   <p>Лето одним ударом смял воздушный пузырь и, ускорив движение тележки, закричал громовым голосом: «Убирайтесь вон! Убирайтесь!» Музейные фримены, видя, что вперед двинулись гвардейцы, а тележка начала набирать скорость, расступились, освободив середину дороги. Монео, принужденный бежать рядом с повозкой, с изумлением увидел, что фримены нагло нарушают всю программу подачи петиции.</p>
   <p>Толпа поющих речитатив фрименов вдруг словно по команде сбросила пестрые одеяния, оказавшись в один миг в точно такой же черной форме, какую носил Айдахо.</p>
   <p><emphasis>Что они делают?</emphasis> – в ужасе подумал Монео.</p>
   <p>Он не успел додумать до конца свою мысль, как увидел, что лица фрименов словно тают и превращаются в одно лицо – лицо Дункана Айдахо.</p>
   <p>– Лицеделы! – дико крикнул кто-то.</p>
   <p>Лето тоже был захвачен вихрем стремительно развивающихся событий, топотом множества ног по дороге, воинскими командами, под которые Говорящие Рыбы строились в фалангу. Разогнав тележку, Лето вплотную приблизился к гвардейцам, зазвенел звонок, заревел клаксон Императорской тележки, сбив с толку даже некоторых Говорящих Рыб, которых тренировали, вырабатывая привычку к этому шуму.</p>
   <p>В этот миг просители отбросили в сторону плащи, и их лица замерцали необыкновенным сходством с лицом Айдахо. Лето услышал крик «Танцующие Лицом!» и даже узнал голос – это кричал клерк из императорской бухгалтерии.</p>
   <p>Первой реакцией Лето было изумление.</p>
   <p>Гвардейцы сошлись с Танцующими Лицом. Пение сменилось кликами сражающихся. Лето узнал боевой клич тлейлаксианцев. Плотное кольцо Говорящих Рыб сомкнулось вокруг одетого в черную форму Айдахо. Женщины выполняли приказ Лето, который велел им беречь своего командира в бою.</p>
   <p><emphasis>Но как они смогут отличить его от остальных?</emphasis></p>
   <p>Лето резко остановил свою повозку. Отсюда он ясно видел Говорящих Рыб, которые яростно работали своими дубинами. Солнце сверкало на клинках отравленных ножей. Раздавался резкий скрежещущий звук выстрелов лазерных ружей. Этот звук бабушка Лето описывала как «самый страшный звук в нашей вселенной». Из передних рядов воинов доносились хриплые яростные крики.</p>
   <p>Лето среагировал на первые же выстрелы ружей. Он повернул тележку с дороги направо, снял ее с колес и поставил на шагающую подвеску и направил ее в гущу Танцующих Лицом, стараясь отыскать слабое место в их боевых порядках. Описывая короткие дуги, Лето начал поражать нападавших слева, ощущая соприкосновение металла с живой плотью. От этих ударов полилась кровь. Лето направил тележку в овраг, потом поднялся по его зубчатой стене наверх, на наблюдательный пункт, где он и остановился, будучи вне досягаемости огня ручных лазерных ружей.</p>
   <p><emphasis>Какой сюрприз!</emphasis></p>
   <p>Все огромное тело Бога-Императора сотрясалось от неудержимого хохота. Изумление его постепенно улеглось.</p>
   <p>Со своего места Лето хорошо видел мост и поле битвы. Тела лежали повсюду, даже в оврагах. На трупах были роскошные одежды придворных, форма Говорящих Рыб, окровавленные черные мундиры Танцующих Лицом. Уцелевшие придворные столпились подальше от сражающихся, а Говорящие Рыбы сновали между телами и наносили поверженным врагам удары ножами, чтобы убить их наверняка.</p>
   <p>Лето напряженно искал взглядом черную форму Айдахо, но не мог найти. Ни одной стоящей на ногах фигуры в черном! Лето на мгновение растерялся, потом разглядел группу Говорящих Рыб среди толпы придворных, а среди женщин фигуру обнаженного мужчины.</p>
   <p><emphasis>Совершенно голого!</emphasis></p>
   <p>Это был Дункан! <emphasis>Голый! Ну конечно!</emphasis> Дункан Айдахо <emphasis>без</emphasis> формы не был Танцующим Лицом.</p>
   <p>Лето снова охватил приступ смеха. Какое это было потрясение для атакующих. Они, очевидно, не были готовы к такому повороту событий.</p>
   <p>Лето спустился на дорогу, вновь поставил тележку на колеса и покатился по мосту. Он пересекал мост с ощущением чего-то уже виденного, воскресив в памяти воспоминания о тысячах мостов, служивших полем битвы и усеянных трупами. Освободив мост и вырвавшись из кольца своих гвардейцев, Дункан бегом бросился к тележке, отталкивая ногами трупы и огибая их на ходу. Лето остановил тележку и ждал, когда Айдахо подбежит к нему. Начальник Говорящих Рыб был похож на греческого воина-вестника, который спешит принести царю сообщение о победе над неприятелем. Исторические факты переполнили память Лето.</p>
   <p>Айдахо резко остановился возле тележки. Лето открыл пузырь.</p>
   <p>– Танцующие Лицом, все как один, будь они прокляты! – едва переведя дух, прокричал Дункан.</p>
   <p>Не пытаясь скрыть удивления, Лето спросил:</p>
   <p>– Чья это была идея раздеться?</p>
   <p>– Моя! Но они не дали мне сражаться!</p>
   <p>Монео подбежал к тележке вместе с группой гвардейцев. Одна из Говорящих Рыб бросила Айдахо синий плащ Говорящей Рыбы, крикнув при этом:</p>
   <p>– Мы стараемся найти целый комплект обмундирования на каком-нибудь трупе.</p>
   <p>– Я разорвал свою форму, – пояснил Дункан.</p>
   <p>– Ускользнул ли кто-нибудь из Танцующих Лицом? – спросил Монео.</p>
   <p>– Ни один, – ответил Айдахо. – Я признаю, что женщины – хорошие бойцы, но почему они не дали мне вмешаться?</p>
   <p>– Потому что по уставу они обязаны тебя защищать, – сказал Лето. – Они всегда защищают самое ценное…</p>
   <p>– Четверо из них погибли, не пуская меня в схватку! – возмутился Айдахо.</p>
   <p>– Всего мы потеряли около тридцати человек, господин, и подсчет еще не окончен, – сказал Монео.</p>
   <p>– Сколько было Танцующих Лицом? – спросил Лето.</p>
   <p>– Похоже, что их было около пятидесяти, господин, – ответил Монео. Лицо его было озабочено.</p>
   <p>Лето усмехнулся.</p>
   <p>– Над чем вы смеетесь? – гневно спросил Айдахо. – Больше тридцати наших людей…</p>
   <p>– Но как же неумелы были тлейлаксианцы, – проговорил Лето. – Вы не можете себе представить, что каких-нибудь пятьсот лет назад они были бы намного эффективнее и намного опаснее. Трудно себе представить, что они разыграли бы этот пошлый и глупый маскарад. И они не смогли предугадать твой блестящий ответ!</p>
   <p>– У них были лазерные ружья, – сказал Айдахо.</p>
   <p>Лето развернул передние сегменты своего массивного корпуса и указал на отверстие, прожженное в куполе балдахина, – края отверстия были оплавлены.</p>
   <p>– Есть еще несколько попаданий внизу, – сказал он. – По счастью, не были задеты подвеска и колеса.</p>
   <p>Айдахо с удивлением воззрился на отверстие – оно находилось на одном уровне с телом Лето.</p>
   <p>– Они не попали в вас? – спросил он.</p>
   <p>– Попали, – ответил Лето.</p>
   <p>– Так вы ранены?</p>
   <p>– Лучи лазера для меня безвредны, – солгал Лето. – Когда у нас будет время, я это продемонстрирую.</p>
   <p>– Но для меня они не безвредны, – сказал Айдахо, – и для моих гвардейцев тоже. Мы должны получить защитные пояса.</p>
   <p>– Защитные полевые пояса запрещены в Империи, – ответил Лето. – Их ношение карается смертью.</p>
   <p>– Защита – это большой вопрос, – вмешался в разговор Монео.</p>
   <p>Айдахо, решив, что Монео спрашивает о том, что такое защитный пояс, охотно пустился в объяснения:</p>
   <p>– Пояс образует силовое защитное поле, которое отталкивает от себя любой объект, который входит в него на опасной скорости. Но у этой защиты есть один существенный недостаток. Если силовое поле пересекается с лучом лазера, то в результате происходит взрыв, равный по мощности взрыву водородной бомбы, и этот взрыв поражает как атакующего, так и его цель.</p>
   <p>Монео недоуменно взглянул на Айдахо, и тот утвердительно кивнул.</p>
   <p>– Так что я хорошо понимаю, почему они запрещены, – продолжал Айдахо. – Полагаю, что Великая Конвенция относительно атомного оружия до сих пор действует?</p>
   <p>– Действует, и даже лучше с тех пор, как мы выявили запасы атомного оружия у некоторых Семейств, изъяли его и переправили в безопасное место, – сказал Лето. – Но думаю, что сейчас не время обсуждать подобные проблемы.</p>
   <p>– Но мы можем обсудить более насущную проблему, – не сдавался Айдахо. – Сейчас мы выйдем на открытое место. Это очень опасно, и мы должны…</p>
   <p>– Это традиция, и мы не станем ее нарушать, – отрезал Лето.</p>
   <p>Монео склонился к уху Дункана.</p>
   <p>– Ты начинаешь раздражать Господа Лето, – сказал мажордом.</p>
   <p>– Но…</p>
   <p>– Ты понял, насколько легче контролировать население, которое передвигается пешком? – спросил Монео.</p>
   <p>Айдахо, только теперь все поняв, резко повернулся и посмотрел в глаза Монео.</p>
   <p>Воспользовавшись паузой, Лето отдал необходимые распоряжения:</p>
   <p>– Монео, позаботься, чтобы здесь не осталось никаких следов нападения, ни одного пятнышка крови, ни обрывков одежды – ничего.</p>
   <p>– Слушаюсь, господин.</p>
   <p>Айдахо повернулся на шум и увидел, что все, кто уцелел, даже те, кто был ранен и перевязан на скорую руку, подошли ближе, чтобы слышать разговор.</p>
   <p>– Вы все, – обратился к ним Лето, – не должны никому рассказывать о том, что здесь произошло. Пусть об этом волнуются тлейлаксианцы. – Он посмотрел на Айдахо. – Дункан, каким образом в этот район проникли лицеделы, ведь здесь должны были находиться лишь музейные фримены?</p>
   <p>Айдахо непроизвольно взглянул на Монео.</p>
   <p>– Господин, это моя вина, – сказал тот. – Это я отвечал за фрименов, которые должны были подать вам свою петицию. Я уверил в этом Дункана Айдахо.</p>
   <p>– Я хорошо помню о том, что ты упоминал о петиции, – произнес Лето.</p>
   <p>– Я думал, что это позабавит вас, господин.</p>
   <p>– Петиции меня не забавляют, а раздражают. И особенно меня раздражают петиции от людей, которые в моей схеме существуют только для того, чтобы сохранить древние формы жизни.</p>
   <p>– Господин, вы сами столько раз говорили, что эти паломничества вызывают у вас непреодолимую скуку…</p>
   <p>– Я совершаю эти паломничества отнюдь не для того, чтобы разгонять скуку этих ряженых!</p>
   <p>– Мой господин?</p>
   <p>– Эти музейные фримены ничего не смыслят в древнем образе жизни. Они хороши только в соблюдении внешней обрядности. Это, естественно, нагоняет на них страшную скуку, и они подают разнообразные петиции только для того, чтобы потешиться некоторым разнообразием. Вот что меня раздражает. Я не допущу никаких изменений и никакого разнообразия. Кстати, от кого ты узнал о готовящейся петиции?</p>
   <p>– От самих фрименов, – ответил Монео. – Была деле… – Он осекся на полуслове и нахмурился.</p>
   <p>– Тебе были знакомы члены этой делегации?</p>
   <p>– Конечно, господин, иначе я бы…</p>
   <p>– Они мертвы, – вмешался в разговор Айдахо.</p>
   <p>Монео посмотрел на него непонимающим взглядом.</p>
   <p>– Люди, которых ты знал, были убиты и заменены Танцующими Лицом.</p>
   <p>– Это мое упущение, – признал Лето. – Мне следовало научить всех способу распознавать этих мимов. Я обязательно сделаю это – они стали слишком дерзкими в последнее время.</p>
   <p>– Почему они так осмелели? – спросил Айдахо.</p>
   <p>– Возможно, потому, что хотят отвлечь нас от чего-то очень важного, – произнес Монео.</p>
   <p>Лето улыбнулся мажордому. Как только его жизни начинает угрожать опасность, его ум начинает очень хорошо работать. Монео ошибся, приняв Танцующих Лицом за знакомых фрименов, и теперь понимал, что продолжение его службы зависит от того, проявит ли он те способности, за которые его выбрал Император.</p>
   <p>– Итак, теперь у нас есть время приготовиться, – сказал Лето.</p>
   <p>– От чего они хотят нас отвлечь? – спросил Айдахо.</p>
   <p>– От другого заговора, который они плетут, – ответил Лето. – Они думают, что я жестоко накажу их за это нападение, но их ядро останется целым, и это благодаря тебе, Дункан.</p>
   <p>– Но не похоже, что они собирались проигрывать эту схватку, – возразил Айдахо.</p>
   <p>– Но они были готовы к такому повороту событий, – сказал Монео.</p>
   <p>– Они полагают, что я не уничтожу их, потому что у них единственных хранятся исходные клетки моих Дунканов, – сказал Лето. – Ты меня понимаешь, Айдахо?</p>
   <p>– И они правы? – спросил тот.</p>
   <p>– Их подход неверен, – уклончиво ответил Лето. Он повернулся к Монео. – Мы должны прийти в Онн, не имея никаких следов нападения. Сменить форму, заменить мертвых и раненых гвардейцев новыми… и пусть все будет, как было.</p>
   <p>– Убитые есть и среди придворных, – доложил Монео.</p>
   <p>– Замените и их тоже, – распорядился Лето.</p>
   <p>Монео поклонился.</p>
   <p>– Слушаюсь, господин.</p>
   <p>– Пошли в Цитадель за новым балдахином к моей тележке!</p>
   <p>– Как прикажет мой господин.</p>
   <p>Лето подал тележку назад, потом направил ее к мосту и, обернувшись, сказал:</p>
   <p>– Дункан, ты будешь сопровождать меня.</p>
   <p>Медленно и неохотно Дункан оставил Монео и других и, ускорив шаг, нагнал тележку и пошел рядом с ней, глядя на Лето.</p>
   <p>– Что тебя тревожит, Дункан? – спросил Лето.</p>
   <p>– Вы действительно считаете меня своим Дунканом?</p>
   <p>– Конечно, точно так же, как и ты считаешь меня своим Лето.</p>
   <p>– Почему вы не знали о готовящемся нападении?</p>
   <p>– С помощью моего хваленого предзнания?</p>
   <p>– Да!</p>
   <p>– Танцующие Лицом долго не привлекали моего внимания, – ответил Лето.</p>
   <p>– Теперь, я полагаю, это отношение изменится?</p>
   <p>– Не слишком сильно.</p>
   <p>– Почему?</p>
   <p>– Потому что Монео прав. Я не стану отвлекаться по мелочам.</p>
   <p>– Они действительно могли вас убить?</p>
   <p>– С определенной долей вероятности. Знаешь, Дункан, лишь немногие понимают, какой катастрофой станет моя смерть.</p>
   <p>– Что замышляют тлейлаксианцы?</p>
   <p>– Ловушку; я думаю – обыкновенную, милую ловушку. Они послали мне сигнал, Дункан.</p>
   <p>– Какой сигнал?</p>
   <p>– Началась новая эскалация отчаянных попыток совершить переворот. Это просто идея фикс у некоторых из моих подданных.</p>
   <p>Они перешли мост и начали взбираться на наблюдательный пункт Лето. Айдахо молча переваривал услышанное.</p>
   <p>На вершине скалы Лето оглянулся и посмотрел на выжженную пустыню Сарьира.</p>
   <p>За мостом, на месте нападения, слышался плач тех, кто потерял в схватке своих близких. Своим обостренным слухом Лето различил голос Монео, который предупреждал их о том, что время траура должно быть по необходимости кратким, что в Цитадели остались другие близкие и что не стоит навлекать на себя гнев Бога-Императора.</p>
   <p><emphasis>Их слезы высохнут, и на лицах вновь появятся улыбки к тому времени, когда мы достигнем Онна,</emphasis> подумал Лето. <emphasis>Они думают, что я их презираю! Но какое значение это имеет в действительности? Это всего лишь маленькие нюансы в настроении тех, кто мало живет и мало думает.</emphasis></p>
   <p>Вид Пустыни успокоил Лето. С этого места не было видно реку, текущую на дне каньона. Она становилась видна, только если повернуться на триста шестьдесят градусов, в направлении Города Празднеств. Слегка повернувшись влево, Лето увидел опушку Запретного Леса. Зеленый ландшафт заставил Лето вспомнить о том, что Сарьир – это всего лишь жалкий остаток той могучей бескрайней Пустыни, перед которой трепетали не только обычные люди, но даже дикие фримены, которые кочевали по ней.</p>
   <p><emphasis>Это река,</emphasis> подумал Лето. <emphasis>Если я обернусь, то увижу плоды своих рук.</emphasis></p>
   <p>Рукотворная расщелина, с которой падали воды реки Айдахо, была простым расширением того пролома, который сделал Муад’Диб в Защитном Валу и сквозь который в Пустыню ворвались его легионы верхом на червях. Там, где сейчас течет вода, Муад’Диб во время бури входил в историю… <emphasis>и в то, что произошло после него.</emphasis></p>
   <p>Лето услышал знакомые шаги Монео, тот взбирался на смотровую площадку. Монео поднялся на вершину и остановился, стараясь отдышаться.</p>
   <p>– Когда мы отправимся дальше? – спросил Айдахо.</p>
   <p>Монео взмахнул рукой, призвав Айдахо к молчанию, и обратился к Лето:</p>
   <p>– Господин, мы получили сообщение из Онна. Бене Гессерит предупредили нас о том, что вы будете атакованы близ моста.</p>
   <p>Айдахо презрительно хмыкнул.</p>
   <p>– Не слишком ли поздно пришло их предупреждение?</p>
   <p>– Это не их вина, – сказал Монео. – Капитан Говорящих Рыб не поверила им.</p>
   <p>Тем временем к смотровой площадке начали подтягиваться остальные члены свиты. Некоторые из них до сих пор не оправились от потрясения и еле волочили ноги. Вселяя в них бодрость, среди них сновали Говорящие Рыбы.</p>
   <p>– Уберите гвардию из посольства Бене Гессерит, – распорядился Лето. – Направьте им послание. Скажите, что их аудиенция будет последней, но пусть они ничего не опасаются. Скажите им, что последние станут первыми. Они поймут этот намек.</p>
   <p>– Как быть с Тлейлаксу? – спросил Айдахо.</p>
   <p>Лето обернулся к Монео.</p>
   <p>– Да, о Тлейлаксу… Мы пошлем им предупреждение.</p>
   <p>– Какое, господин?</p>
   <p>– После моего приказа, но не ранее. Посол Тлейлаксу будет подвергнут телесному наказанию и изгнан.</p>
   <p>– Господин!</p>
   <p>– Ты не согласен?</p>
   <p>– Если мы хотим сохранить тайну, – Монео оглянулся на место побоища, – то каким образом мы объясним эту порку?</p>
   <p>– Мы не станем ничего объяснять.</p>
   <p>– Мы не приведем никаких причин?</p>
   <p>– Никаких.</p>
   <p>– Но, мой господин, пойдут слухи и разговоры…</p>
   <p>– Я просто реагирую, Монео! Пусть моя бессознательная часть, которая действует автоматически, получит в этом деле полную свободу.</p>
   <p>– Это породит большой страх, мой господин.</p>
   <p>Айдахо расхохотался и встал между тележкой и Монео.</p>
   <p>– Это же благодеяние для посла! Были правители, которые за такое просто сожгли бы дурака на медленном огне.</p>
   <p>Монео обратился к Лето через плечо Айдахо:</p>
   <p>– Но, мой господин, это действие подтвердит, что мы были атакованы.</p>
   <p>– На Тлейлаксу об этом и так знают, – сказал Лето, – но они ничего об этом не скажут.</p>
   <p>– И поскольку все нападавшие убиты… – вставил Айдахо.</p>
   <p>– Ты все понял, Монео? – спросил Лето. – Если мы придем в Онн свеженькими и безмятежными, тлейлаксианцы сразу поймут, что потерпели сокрушительное поражение.</p>
   <p>Монео оглянулся на придворных и Говорящих Рыб, которые с величайшим вниманием прислушивались к разговору. Редко им приходилось слышать такую откровенную беседу между Императором и его ближайшими помощниками.</p>
   <p>– Когда мой господин подаст сигнал к наказанию посла? – спросил Монео.</p>
   <p>– Во время аудиенции.</p>
   <p>Лето услышал звук приближающихся орнитоптеров, увидел отблеск солнца на их винтах и крыльях и новый балдахин, подвешенный над машинами.</p>
   <p>– Пусть поврежденный балдахин доставят в Цитадель и отремонтируют, – приказал Лето, все еще глядя на приближающиеся винтокрылые машины. – Могут возникнуть вопросы, тогда скажите мастерам, чтобы они говорили любопытным, что балдахин был поврежден песчаной бурей.</p>
   <p>Монео вздохнул:</p>
   <p>– Как будет угодно господину.</p>
   <p>– Выше голову, Монео, – сказал Лето. – Теперь иди рядом со мной, а ты, Айдахо, следуй со своими гвардейцами впереди.</p>
   <p>– Вы думаете, что может быть еще одна атака? – спросил Айдахо.</p>
   <p>– Нет, но гвардию надо чем-то занять. Смени форму. Я не хочу, чтобы ты носил одежду, запятнанную грязными тлейлаксианцами.</p>
   <p>Айдахо поклонился и отошел.</p>
   <p>Лето дал знак Монео подойти как можно ближе.</p>
   <p>Тот склонился к открытому колпаку и приблизил лицо к лицу повелителя. Лето понизил голос:</p>
   <p>– Это особый урок для тебя, Монео.</p>
   <p>– Господин, я понимаю, что должен был заподозрить Танцу…</p>
   <p>– Танцующие Лицом здесь ни при чем. Это урок для твоей дочери.</p>
   <p>– Сионы? Какое отношение она могла…</p>
   <p>– Скажи ей следующее: очень уязвимо, подобно мне, она подчиняется непроизвольной силе, которая живет в ней. Именно благодаря Сионе и этой силе я помню, что значит быть человеком и… любить.</p>
   <p>Монео, ничего не понимая, воззрился на Лето.</p>
   <p>– Просто передай ей эти слова, – сказал Император. – Не пытайся понять их. Просто передай ей мои слова.</p>
   <p>Лето закрыл колпак и приготовил балдахин к смене. К тележке уже приближались мастера, вышедшие из орнитоптера.</p>
   <p>Монео оглянулся на людей, ожидающих сигнала на площадке. Он заметил, что многие еще не ликвидировали следы схватки, одежда и внешность многих были в некотором беспорядке. Несколько придворных вставили в уши усилители. Они явно подслушали его разговор с Лето. Такие приспособления делали только на Иксе.</p>
   <p><emphasis>Надо предупредить об этом Айдахо и гвардию,</emphasis> подумал Монео.</p>
   <p>Это открытие дало ему знать, что в государстве накапливается какая-то гниль. Как можно запрещать такие вещи, если все придворные и Говорящие Рыбы знают, что сам Император покупает на Иксе запрещенные машины?</p>
  </section>
  <section>
   <epigraph>
    <p>Я начинаю ненавидеть воду. Песчаные форели, которые осуществили мой метаморфоз, сформировали органы чувств Червя. Монео и моя охрана знают об этом отвращении, но только Монео догадывается о ее истинной причине, о том, что я достиг поворотного пункта в своем развитии. Я уже предчувствую конец, правда, он наступит не так скоро, как кажется Монео, – у нас разные шкалы времени. Песчаные форели стаями стремятся к воде – это было большой проблемой на ранних стадиях нашего симбиоза. Силой своей воли я удерживал их до тех пор, пока не наступило некоторое равновесие. Теперь я должен совершенно избегать воды, поскольку на планете не существует других песчаных форелей, кроме тех, которые дремлют в моей коже. Без песчаных форелей, которые превратят Дюну в пустыню, не явится Шаи-Хулуд, не возродятся песчаные черви. Я – их последняя надежда.</p>
    <text-author>(Похищенные записки)</text-author>
   </epigraph>
   <p>Была уже вторая половина дня, когда императорская свита достигла последнего спуска в предместьях Города Празднеств. Огромные толпы теснились на улицах, ограничиваемые дюжими Говорящими Рыбами в зеленой форме Атрейдесов со скрещенными дубинками.</p>
   <p>Как только приблизилась императорская процессия, над толпой взорвался неистовый крик. В этот момент Говорящие Рыбы принялись напевать речитатив:</p>
   <p>– Сиайнок! Сиайнок! Сиайнок!</p>
   <p>Шум и крики отдавались оглушительным эхом от стен высоких домов, пение Говорящих Рыб оказывало странное воздействие на толпу, которая не понимала его смысла. Над скоплением людей волной пронеслась тишина, нарушаемая лишь скандированием гвардейцев. Люди в благоговейном трепете смотрели на женщин, вооруженных дубинами и охраняющих прохождение императорского кортежа. Эти женщины пели что-то непонятное, пока они во все глаза смотрели на проплывающее мимо них живое Божество.</p>
   <p>Айдахо, шедший со своими Говорящими Рыбами позади тележки, впервые слышал пение, от которого у него волосы становились дыбом.</p>
   <p>Монео шел рядом с тележкой, не глядя по сторонам. Однажды он спросил Лето о значении загадочного слова.</p>
   <p>– Я дал Говорящим Рыбам только один ритуал, – сказал тогда Лето. Разговор происходил в Зале Аудиенций на центральной площади Онна, когда Монео был весьма утомлен распоряжениями, касавшимися поздравителей, собравшихся со всех концов Империи на Праздник Десятилетия.</p>
   <p>– Какое отношение к ритуалу имеет это слово – слово, которое они поют, мой господин?</p>
   <p>– Так называется ритуал – Сиайнок – Праздник в честь Лето. Это обожание, которое высказывается по отношению ко мне в моем присутствии.</p>
   <p>– Это древний ритуал, мой господин?</p>
   <p>– Этот ритуал существовал у фрименов в те времена, когда они еще не были фрименами. Ключ к этому ритуалу исчез после смерти старых фрименов, и теперь только один я помню этот ритуал. Я возродил Празднества для своих, сугубо своих целей.</p>
   <p>– Следовательно, музейные фримены не знают этого ритуала?</p>
   <p>– Ни в коем случае. Это мой и только мой ритуал. Я имею на него вечные права, потому что я и есть ритуал.</p>
   <p>– Это очень странное слово, мой господин. Я никогда прежде не слышал ничего подобного.</p>
   <p>– Оно имеет много значений, Монео. Если я сообщу их тебе, сохранишь ли ты их в тайне?</p>
   <p>– Как прикажет мой господин.</p>
   <p>– Никогда никому, даже Говорящим Рыбам, не рассказывай о том, что я сейчас поведаю тебе.</p>
   <p>– Клянусь вам в этом, мой господин.</p>
   <p>– Очень хорошо. Сиайнок означает воздание чести тому, кто говорит искренне. Оно обозначает воспоминание о вещах, о которых говорили искренне.</p>
   <p>– Но, господин, не означает ли искренность убеждение… веру самого говорящего в то, что он говорит?</p>
   <p>– Да, но Сиайнок обозначает также свет, который высвечивает реальность. Ты продолжаешь проливать свет на то, что ты видишь.</p>
   <p>– Реальность, действительность… Это очень двусмысленные понятия, господин.</p>
   <p>– Это воистину так! Но Сиайнок есть еще и закваска, поскольку действительность – или то, что почитается действительностью, – а это одно и то же, – это закваска, которая не дает вселенной застаиваться.</p>
   <p>– И все это вмещается в одном слове, господин?</p>
   <p>– Это еще не все! Сиайнок обозначает также снисхождение к молитве и имя Пишущего Ангела, Шихайя, который с пристрастием допрашивает вновь умерших.</p>
   <p>– Это слишком большая нагрузка для одного слова, господин.</p>
   <p>– Слова выносят любую нагрузку, какую мы только пожелаем. Все, что для этого требуется, – это соглашение о традиции, согласно которой мы строим понятия.</p>
   <p>– Почему мне нельзя говорить об этом Говорящим Рыбам, господин?</p>
   <p>– Потому что это слово сохранено только для них. Они будут очень недовольны, узнав, что я делю это слово и с мужчинами.</p>
   <p>Губы Монео сжались в тонкую полоску, когда он вспомнил об этом разговоре, идя рядом с Императорской тележкой. Он уже много раз слышал, как Говорящие Рыбы славят своего Бога-Императора, и даже добавил к слову еще несколько смысловых значений.</p>
   <p><emphasis>Оно означает тайну и престиж. Оно означает власть. Оно позволяет человеку действовать от лица Бога.</emphasis></p>
   <p>– Сиайнок! Сиайнок! Сиайнок!</p>
   <p>Слово болезненно отдавалось в ушах Монео.</p>
   <p>Процессия уже втянулась в город, почти достигнув центральной площади. Послеполуденное солнце посылало свои лучи на Королевскую Дорогу, освещая путь кортежу, подчеркивая пестроту и нарядность одежд горожан, и отбрасывало резкие тени на лица Говорящих Рыб.</p>
   <p>Пение продолжалось, и тревога Айдахо постепенно улеглась. Он спросил у ближайшей Говорящей Рыбы, что означает это странное слово.</p>
   <p>– Оно не предназначено для мужчин, – ответила женщина, – но иногда Господь Лето рассказывает об этом своим Дунканам.</p>
   <p><emphasis>Своим Дунканам!</emphasis> До этого он задал Лето этот вопрос, и ему не понравился уклончивый ответ:</p>
   <p>– Ты узнаешь об этом достаточно скоро.</p>
   <p>Подавив свое нетерпение, Айдахо постарался забыть о своем вопросе и шел дальше, оглядывая город с любопытством туриста. Готовясь исполнять свои обязанности Начальника гвардии, Айдахо читал историю города Онн и разделил удивление Лето по поводу того, что река, на которой находился город, называлась Айдахо.</p>
   <p>Это было в одном из больших открытых помещений Цитадели, залитым утренним светом, с большими столами, на которых Говорящие Рыбы разложили карты Сарьира и Онна.</p>
   <p>Увидев название «Айдахо» на карте, которую он изучал, Дункан был немало озадачен.</p>
   <p>– Город довольно своеобразно спланирован, – сказал он, не скрывая удивления.</p>
   <p>– Этот город построен с одной-единственной целью: публичного лицезрения Бога-Императора.</p>
   <p>Айдахо взглянул на сегментированное тело, прикрытое складками человеческое лицо и подумал, что вряд ли привыкнет к лицезрению этого уродливого тела.</p>
   <p>– Но это лицезрение происходит лишь один раз в десять лет, – сказал Айдахо.</p>
   <p>– Это только Великий Праздник.</p>
   <p>– В промежутках город бывает просто закрыт?</p>
   <p>– Там находятся посольства, здания торговых компаний, школы Говорящих Рыб, служащие и техники, музеи и библиотеки.</p>
   <p>– Какое пространство все это занимает? – Айдахо черкнул по карте костяшками пальцев. – Одну десятую площади?</p>
   <p>– Даже меньше.</p>
   <p>Айдахо в задумчивости склонился над картой.</p>
   <p>– Есть ли еще какая-нибудь цель у этого города, господин?</p>
   <p>– Все они подчинены лицезрению моей персоны.</p>
   <p>– Но в городе должны быть чиновники, служащие, рабочие коммунальных служб. Где они живут?</p>
   <p>– Большей частью в пригородах.</p>
   <p>Айдахо указал рукой на карту.</p>
   <p>– Вот в этих рядах апартаментов?</p>
   <p>– Обрати внимание на балконы, Дункан.</p>
   <p>– Они окружают по периметру всю площадь. – Он поближе склонился к карте. – Поперечник площади превышает два километра!</p>
   <p>– Теперь посмотри: балконы располагаются ступенчато, по спирали. В этой спирали располагается элита.</p>
   <p>– И все они могут смотреть на вас сверху вниз во время церемонии?</p>
   <p>– Тебе это не нравится?</p>
   <p>– Нет даже энергетического барьера, который мог бы защитить вас.</p>
   <p>– Я представляю собой очень заманчивую мишень.</p>
   <p>– Зачем вы это делаете?</p>
   <p>– Об архитектурном замысле Онна существует замечательный миф. В нем говорится, что когда-то в этом городе жил народ, чьи правители должны были один раз в год показываться на его улицах в полной темноте в одиночку и без оружия. Свои прогулки этот мифический правитель совершал в светящемся костюме через ночные толпы. Его же подданные были одеты в темную одежду, и никто не обыскивал их, чтобы найти оружие.</p>
   <p>– Какое отношение имеет этот миф к Онну и… вам?</p>
   <p>– Ну так вот, если правитель был хорошим, то у него был шанс пережить эту прогулку.</p>
   <p>– Вы не ищете в городе оружие?</p>
   <p>– Открыто – нет.</p>
   <p>– Вы думаете, что люди видят вас в этом мифе. – Это был не вопрос, а утверждение.</p>
   <p>– Да, многие видят.</p>
   <p>Айдахо посмотрел на лицо Лето, спрятанное глубоко в складках серого капюшона. Голубые глаза Императора смотрели без всякого выражения.</p>
   <p><emphasis>Меланжевые глаза</emphasis>, подумал Айдахо. Но Лето в настоящее время не употреблял Пряность. Теперь его тело само вырабатывало потребное количество Пряности.</p>
   <p>– Тебе не нравится моя священная непристойность, мое преувеличенное спокойствие? – спросил Лето.</p>
   <p>– Мне не нравится то, что вы разыгрываете из себя Бога!</p>
   <p>– Однако Бог может управлять своими подданными, как дирижер управляет симфоническим оркестром с помощью мановений своей палочки. Мое Божество ограничено моей физической привязанностью к Арракису. Мне приходится играть свою симфонию отсюда.</p>
   <p>Айдахо в ответ только покачал головой и снова принялся рассматривать план города.</p>
   <p>– Что это за квартиры позади балконов?</p>
   <p>– Это помещения для менее важных гостей.</p>
   <p>– Но отсюда они не могут видеть площадь.</p>
   <p>– Могут, с помощью хитроумных иксианских приспособлений.</p>
   <p>– Внутреннее кольцо смотрит прямо на вас. Как вы вообще попадаете на площадь?</p>
   <p>– В центре площади есть возвышение, на котором я и нахожусь.</p>
   <p>– И они радуются? – Айдахо смело посмотрел прямо в глаза Лето.</p>
   <p>– Им позволяют радоваться.</p>
   <p>– Вы, Атрейдесы, всегда считали себя частью истории.</p>
   <p>– Ты очень проницателен – сразу разгадал природу подобной радости.</p>
   <p>Айдахо снова обратился к плану города.</p>
   <p>– А здесь расположена школа Говорящих Рыб?</p>
   <p>– Да, как раз под твоей левой рукой. Там находится академия, в которой училась Сиона. Ее послали учиться, когда ей было всего десять лет.</p>
   <p>– Сиона… Надо будет побольше о ней узнать, – вслух подумал Дункан.</p>
   <p>– Уверяю тебя, что ничто не помешает твоему желанию.</p>
   <p>Идя сейчас с императорской процессией, Айдахо отвлекся от своих мыслей, поняв, что пение Говорящих Рыб стало тише. Впереди тележка с Императором начала спускаться под площадь через специальную рампу. Айдахо, не успев еще спуститься под землю, поднял голову и вгляделся в сверкающую спираль. Это был вид, о котором нельзя было получить представления с помощью самой лучшей карты. Балконы были до отказа заполнены людьми, которые в полном молчании смотрели на своего Бога-Императора.</p>
   <p><emphasis>Привилегированные не радуются</emphasis>, подумал Айдахо. Молчание людей на балконах наполнило его мрачными предчувствиями.</p>
   <p>Он вошел в туннель, и занавес закрыл от него площадь. По мере того как они спускались в глубину, пение Говорящих Рыб полностью стихло. Своды туннеля усиливали топот марширующих ног.</p>
   <p>Мрачное предчувствие уступило место живому любопытству. Айдахо с интересом огляделся. Пол был плоским, ярко освещенный проход очень широким. Айдахо прикинул, что по трубе, проложенной под площадью, могла бы свободно пройти шеренга в семьдесят человек. Здесь не было толп, только вдоль стен стоял ряд Говорящих Рыб, которые не пели, довольствуясь созерцанием своего Бога-Императора.</p>
   <p>Вспомнив карту, Айдахо понял, что они попали в святая святых, подземный город в городе, куда только Лето, придворные и Говорящие Рыбы могли проходить без сопровождения. Но карта ничего не могла сказать о массивных колоннах, об ощущении громадного охраняемого пространства, о зловещей тишине, нарушаемой лишь топотом ног и скрипом Императорской тележки.</p>
   <p>Айдахо посмотрел на ряды Говорящих Рыб возле стены и вдруг увидел, что губы их безмолвно шевелятся, произнося заветное слово:</p>
   <p>– Сиайнок.</p>
  </section>
  <section>
   <epigraph>
    <p>– Опять Праздник, так скоро? – спросил Господь Лето.</p>
    <p>– Но уже прошло десять лет, – ответил мажордом.</p>
    <p>Не кажется ли вам, что, судя по этому разговору, Господь Лето не имел ни малейшего представления о течении времени?</p>
    <text-author>(Устное Предание)</text-author>
   </epigraph>
   <p>Во время частных аудиенций, которые предшествовали самому Празднику, многие отметили, что Господь Лето уделил очень много времени новому послу Икса, молодой женщине по имени Хви Нори.</p>
   <p>Она была доставлена в подземный зал двумя Говорящими Рыбами, которые еще не оправились от волнений первого дня Празднеств. Зал частных аудиенций под площадью был ярко освещен. Свет заливал помещение длиной около пятидесяти и шириной тридцать пять метров. Стены были увешаны древними фрименскими коврами, в яркие нити которых были вплетены бриллианты и бесценные волокна Пряности. Преобладал любимый фрименами тускло-красный цвет. Пол зала был прозрачен, под ним в огромных хрустальных аквариумах плавали экзотические рыбы. Под полом протекала чистая голубая вода, испарения от нее не проникали в зал, но сам поток волновал Лето, который возлежал на подушках на возвышении в противоположном к двери конце зала.</p>
   <p>С первого взгляда Лето отметил поразительное сходство молодой женщины и ее дяди Малки, но серьезные размеренные движения и спокойствие отличали ее от знаменитого родственника. Кожа ее была смугла, овал лица и черты его безупречны. Она, не отводя взгляд, посмотрела в глаза Лето своими безмятежными серьезными глазами. Правда, в отличие от Малки, волосы женщины были темно-каштановыми.</p>
   <p>Лето сразу почувствовал, что Хви Нори излучает внутреннее спокойствие, распространяя его вокруг себя. Она остановилась в десяти шагах от ложа Лето, в ее осанке было что-то классическое, во всей фигуре не было ничего случайного.</p>
   <p>С нарастающим волнением Лето понял, что свои великие инженерные способности иксианцы направили и на удовлетворение своих потребностей, выводя нужные породы людей для определенных целей. Функция Хви Нори была ясна как день – в ее задачу входило очаровать Бога-Императора, найти трещину в его непроницаемом панцире.</p>
   <p>Несмотря на это, Лето находил большое удовольствие от общения с этой женщиной. Хви Нори стояла в лучах дневного света, который проникал в помещение через сложную систему иксианских призм. Свет наполнял тот конец зала, где находился Лето, и сильнее всего освещал посетителей, несколько рассеиваясь у ложа Императора. За ложем у стены стояла стража из специально отобранных для этой цели глухонемых женщин.</p>
   <p>На Хви Нори было надето простое платье пурпурного цвета и серебряный кулон, украшенный символом планеты Икс. Из-под подола платья выглядывали носки мягких туфель такого же цвета.</p>
   <p>– Известно ли тебе, что я убил одного из твоих предков? – спросил Лето.</p>
   <p>Женщина в ответ мягко улыбнулась:</p>
   <p>– Мой дядя Малки включил этот эпизод в самый ранний этап курса моей подготовки, господин.</p>
   <p>Хви говорила, а Лето в первый же момент угадал, что она получила во время своего обучения в Бене Гессерит. Сестры умели контролировать свой ответ и чутко реагировать на все нюансы в тоне собеседника. Однако у Хви этот слой воспитания Бене Гессерит был очень тонок и не проникал сквозь ее природную деликатность.</p>
   <p>– Тебе говорили, что я затрону этот предмет, – сказал Лето.</p>
   <p>– Да, господин. Я знаю, что мой предок имел дерзость внести сюда оружие, чтобы совершить на вас покушение.</p>
   <p>– То же самое сделал твой непосредственный предшественник. Об этом тебе тоже говорили?</p>
   <p>– Я узнала об этом только по прибытии сюда, мой господин. Какие же они глупцы! Почему вы пощадили моего предшественника?</p>
   <p>– В то время, как не пощадил твоего предка?</p>
   <p>– Да, господин.</p>
   <p>– Кобат, твой предшественник, был более ценен для меня как посланник.</p>
   <p>– Значит, мне сказали правду, – произнесла Хви, снова улыбнувшись. – Нельзя впадать в зависимость от правды, которую говорят помощники и начальники.</p>
   <p>Ответ был настолько искренним, что Лето не смог сдержать усмешки. Но даже смеясь, он понимал, что эта молодая женщина несла в себе сознание Первого Пробуждения, что она когда-то испытала потрясение осознания своего рождения и осталась после этого жива!</p>
   <p>– Так ты не держишь на меня зла за то, что я убил твоего предка? – спросил он.</p>
   <p>– Он пытался убить вас! Мне сказали, что вы раздавили его своим телом, господин.</p>
   <p>– Это правда.</p>
   <p>– Затем вы повернули оружие против себя и показали всем, что оно неэффективно против вас… а ведь это было лучшее иксианское лазерное ружье.</p>
   <p>– Свидетели не солгали, – сказал Лето.</p>
   <p>При этом он подумал: <emphasis>Что показывает, как сильно мы зависим от свидетелей!</emphasis> Для исторической точности он напомнил себе, что направил ружье против своего ребристого тела, но не против рук, лица или рудиментов ног. Тело Червя обладает редкостной способностью поглощать тепло и использовать его для продукции кислорода.</p>
   <p>– Я никогда не сомневалась в правдивости этой истории, – сказала женщина.</p>
   <p>– Зачем же тогда Икс повторил ту же глупость?</p>
   <p>– Об этом мне не говорили. Возможно, Кобат действовал на свой страх и риск.</p>
   <p>– Думаю, что нет. Ваши люди жаждали смерти лишь избранного ими убийцы.</p>
   <p>– Смерти Кобата?</p>
   <p>– Нет, того, кому они вложили в руки ружье.</p>
   <p>– Кто это был, господин? Мне об этом не говорили.</p>
   <p>– Это не важно. Ты не припомнишь, что я сказал, когда твой предок совершил свою роковую глупость?</p>
   <p>– Вы пригрозили страшной карой, если мысль о таком насилии придет нам в голову еще раз. – Она опустила глаза, но Лето все же успел заметить в ее глазах необыкновенную решимость. Она использует все свои способности, чтобы отвести от Икса его гнев.</p>
   <p>– Я обещал, что никто из вас не избежит моего гнева, – сказал Лето.</p>
   <p>Она резко подняла голову и взглянула в глаза Лето:</p>
   <p>– Да, господин. – Теперь от его внимания не укрылся ее личный страх.</p>
   <p>– Никто и ничто не может ускользнуть от моего внимания, даже та ничтожная колония, которую вы основали недавно на… – Лето назвал точные звездные координаты колонии, которую иксианцы основали далеко за пределами, как они полагали, досягаемости имперской длани Лето.</p>
   <p>Нори ничем не выдала своего удивления.</p>
   <p>– Господин, думаю, что они понимали это, поскольку я предупредила их, что вы узнаете об этом, если меня изберут послом.</p>
   <p>Лето внимательно пригляделся к Хви. <emphasis>Итак, что мы здесь имеем?</emphasis> Ее наблюдения отличаются тонкостью и глубиной. Иксианцы, как было известно Лето, думали, что огромные расстояния и транспортные расходы смогут надежно изолировать колонию от Империи. Но Хви так не думала и сказала об этом открыто. Однако она полагает, что ее выбрали послом именно поэтому – из-за того, что она именно так прокомментировала предосторожность иксианцев. Они думали, что будут иметь здесь друга, который одновременно будет казаться и другом Лето. Он кивнул, как только мысль окончательно сформировалась в его мозгу. В самом начале своего восшествия на престол он указал иксианцам точное местоположение предположительно тайного иксианского Ядра, сердцевины технологической федерации, которой они правили. Это была тайна, которую сами иксианцы считали нераскрываемой, поскольку платили Космической Гильдии огромные взятки за молчание. Лето разоблачил их с помощью предзнания и умения мыслить дедуктивно, кроме того, в его памяти жил не один иксианец.</p>
   <p>Еще в то время Лето предупредил иксианцев, что накажет их, если они выступят против него. Они выступили, ожесточились и обвинили Гильдию в предательстве. Это настолько позабавило Лето, что он разразился хохотом, ошеломившим иксианцев. Успокоившись, он холодным и спокойным тоном оповестил их, что не нуждается в шпионах и предателях – этих обычных уловках рядовых правителей.</p>
   <p><emphasis>Они что, не верят, что я – Бог?</emphasis></p>
   <p>Прошло время, и иксианцы снова стали откликаться на его обращения. Лето не обижало их отношение. Его требования были весьма скромны – приспособление для этого, машина для того, и все. Он представлял просьбу, а иксианцы присылали требуемую игрушку. Только один раз попытались они ввезти на его планету смертоносное оружие, спрятав его в игрушку. Он убил всю иксианскую делегацию, прежде чем они успели вскрыть посылку.</p>
   <p>Хви Нори терпеливо ждала, когда Лето закончит размышлять. Ни одного намека на нетерпение!</p>
   <p><emphasis>Великолепно!</emphasis> – подумал он.</p>
   <p>В свете его долгих отношений с Иксом это новое положение заставляло быстрее циркулировать по телу соки. Обычно страсти, кризисы и неотложные состояния почти не зажигали его дух. Он часто ловил себя на мысли, что пережил свое время. Но присутствие Хви Нори сказало ему, что в нем до сих пор нуждаются, и это доставило ему удовольствие. Лето был даже готов допустить, что иксианцы достигли каких-то частичных успехов в разработке аппарата, который многократно усилит способности Гильд-навигаторов в ориентировке. Маленькое изображение на экране мониторов какого-то события могло ускользнуть от его внимания. Могли ли они в действительности изготовить такую машину? Какое это будет чудо! Он намеренно отказался от применения власти, чтобы ни в малейшей степени не препятствовать изысканиям.</p>
   <p><emphasis>Я хочу, чтобы они меня удивили!</emphasis></p>
   <p>Лето добродушно улыбнулся Хви Нори.</p>
   <p>– Как тебя готовили для общения со мной? – спросил он.</p>
   <p>Она ответила не моргнув глазом:</p>
   <p>– Меня снабдили набором ответов для нескольких вполне определенных острых ситуаций, – сказала она. – Я выучила их, как того от меня требовали, но не собиралась ими пользоваться.</p>
   <p><emphasis>Но они хотели именно этого,</emphasis> подумал Лето.</p>
   <p>– Передай своим хозяевам, что ты – подходящая приманка для моего соблазнения.</p>
   <p>Она склонила голову.</p>
   <p>– Если так будет угодно моему господину.</p>
   <p>– Будет угодно.</p>
   <p>Он позволил себе провести временную пробу, чтобы проверить Хви, распознать ее близкое будущее, проследить нити ее прошлого. У женщины было текучее будущее, токи его движения были подвержены многим отклонениям. Сиону она знает лишь случайно и мимолетно, если только… В мозгу Лето появились многочисленные вопросы. Пилот Гильдии консультировал иксианцев, и он сразу обнаружил беспокойство Сионы, проверив ткань ее временного существования. Неужели пилот действительно думал, что сможет спрятать ее от всевидящего ока Императора?</p>
   <p>Временная проба заняла несколько минут, но Хви не дрогнула. Лето внимательно посмотрел на нее. Она выглядела человеком, живущим вне времени, живущим глубоко безмятежно. Лето впервые встречал простого смертного, который мог ждать, стоя перед ним, не проявляя при этом никакой нервозности.</p>
   <p>– Где ты родилась, Хви? – спросил он.</p>
   <p>– На самом Иксе, господин.</p>
   <p>– Я хочу знать подробности – в каком доме, где он расположен, кто твои родители, кто твои друзья. Кто тебя окружает, как ты училась. Я хочу знать все.</p>
   <p>– Я никогда не знала своих родителей, господин. Мне сказали, что они умерли, когда я была еще маленьким ребенком.</p>
   <p>– Ты поверила этому объяснению?</p>
   <p>– Сначала… конечно, мой господин. Позже я начала придумывать себе всякие фантазии. Я даже вообразила однажды, что Малки – мой отец. Но… – Она покачала головой.</p>
   <p>– Тебе не нравился твой дядя Малки?</p>
   <p>– Нет, но я не могла не восхищаться им.</p>
   <p>– Моя реакция на него точно такая же, – сказал Лето. – Но что ты можешь сказать о своих друзьях, о школе, где ты училась?</p>
   <p>– Мои учителя были хорошими специалистами. Для того чтобы я овладела самоконтролем и умением наблюдать, ко мне пригласили Сестру из Бене Гессерит. Малки говорил, что меня готовили для великих дел.</p>
   <p>– Он не говорил, для каких именно?</p>
   <p>– Малки сказал, что меня готовили для того, чтобы очаровать вас, мой господин.</p>
   <p>– Сколько тебе лет, Хви?</p>
   <p>– Я никогда не праздную свои дни рождения. Об этой дате я узнала случайно, когда одна из учительниц извинилась, что не смогла меня поздравить. Я больше никогда не видела эту учительницу.</p>
   <p>Лето почувствовал, что ответ Хви очаровал его. Наблюдения показали, что в эту плоть не вмешалась тлейлаксианская рука. Она не из чана тлейлаксианцев. Зачем же тогда такая секретность?</p>
   <p>– Знает ли дядя Малки твой истинный возраст?</p>
   <p>– Вероятно, да, но я не видела его уже много лет.</p>
   <p>– Значит, никто и никогда не говорил, сколько тебе лет?</p>
   <p>– Нет.</p>
   <p>– Почему, как ты думаешь?</p>
   <p>– Может быть, они думали, что я сама спрошу их, если меня это заинтересует?</p>
   <p>– Тебя это интересовало?</p>
   <p>– Да.</p>
   <p>– Тогда почему ты не спрашивала?</p>
   <p>– Сначала я думала, что об этом есть какая-нибудь запись. Я ее долго искала, но не нашла. Я решила, что мне вряд ли ответят на вопрос.</p>
   <p>– Меня очень радует твой ответ, особенно в свете того, что я сам в тебе вижу. Я точно так же ничего не знаю о твоей ранней истории, но могу кое-что сказать о месте твоего рождения.</p>
   <p>Хви взглянула на Лето глазами, полными неподдельного напряженного ожидания.</p>
   <p>– Ты родилась в машине, которую твои хозяева пытаются усовершенствовать для Гильдии, – сказал Лето. – Ты была зачата в ней. Возможно, что сам Малки и был твоим отцом. Но это не столь важно. Что ты сама знаешь об этой машине, Хви?</p>
   <p>– Мне не положено о ней ничего знать, мой господин, но…</p>
   <p>– Это было еще одно упущение учителя?</p>
   <p>– Нет, это было упущение моего собственного дяди.</p>
   <p>Тело Лето сотряслось от смеха.</p>
   <p>– Какое мошенничество! – воскликнул он. – Какое очаровательное мошенничество!</p>
   <p>– Господин?</p>
   <p>– То была его месть твоим хозяевам. Ему не понравилось, что его удалили от моего двора. Тогда он сам говорил мне, что его смещение хуже любой глупости.</p>
   <p>Хви пожала плечами:</p>
   <p>– Мой дядя очень сложный человек.</p>
   <p>– Слушай меня внимательно, Хви. Некоторые из тех, с кем ты общаешься на Арракисе, могут стать для тебя опасными. Я защищу тебя, насколько смогу. Ты меня понимаешь?</p>
   <p>– Думаю, что да, мой господин. – Она значительно посмотрела на него.</p>
   <p>– Теперь о послании твоим хозяевам. Мне совершенно ясно, что они прислушались к словам пилота Гильдии и их связь с тлейлаксианцами приобрела опасный оттенок. Скажи им, что их цели для меня абсолютно прозрачны.</p>
   <p>– Господин, я ничего не знаю о…</p>
   <p>– Я прекрасно знаю, как именно они тебя используют, Хви. По этой же причине ты скажешь им, что станешь постоянным послом при моем дворе. Я не приму никакого другого иксианца. Если только твои хозяева посмеют игнорировать мое предупреждение, и будут дальше мешать моим замыслам, то я сокрушу их.</p>
   <p>Из глаз Хви потекли слезы, но Лето был благодарен женщине за то, что это была единственная реакция. Нори не стала падать на колени.</p>
   <p>– Я уже предупреждала их, – сказала она. – Я действительно предупреждала. Я говорила, что они должны подчиниться вам.</p>
   <p>Лето видел, что она говорит правду.</p>
   <p><emphasis>Какое замечательное создание, эта Хви Нори,</emphasis> подумал он. Она была воплощением добра, ее специально воспитывали на Иксе, готовя к этой роли, они тщательно высчитали, какое впечатление она произведет на Императора.</p>
   <p>В своей бездонной предковой памяти Лето нашел аналогичные характеры – идеальные монахини, добрые, склонные к самопожертвованию, и очень искренние. Это был ее истинный характер, она жила в нем, как у себя дома. Для нее было очень легко быть правдивой и открытой, способной на уничижение ради того, чтобы не причинить боль другим. Это последнее качество было самым глубоким изменением личности, которого сумели добиться Сестры Бене Гессерит. Настоящие манеры Хви, ее настоящая натура были еще мягче, еще добрее. В ней не было склонности к расчетливой манипуляции. Во всяком случае, Лето не видел этого. Она отличалась непосредственными реакциями и цельностью, прекрасно умела слушать (еще одна заслуга Бене Гессерит). В ней не было ничего откровенно соблазнительного, хотя сам этот факт делал ее весьма привлекательной в глазах Лето.</p>
   <p>Как он однажды заметил одному из предыдущих Дунканов: «Ты должен понять одну вещь, о которой, очевидно, некоторые подозревают; иногда мне не удается избежать чувства, весьма похожего на наваждение, чувства, что где-то внутри моего меняющегося организма существует взрослый человек со всеми своими функциями».</p>
   <p>«Со всеми, господин?» – спросил тогда Дункан.</p>
   <p>«Со всеми! Я чувствую все свои недостающие части. Я могу чувствовать ноги, которые незаметны, но которые существуют для моих органов чувств. Я ощущаю, как работают мои железы, некоторые из которых физически больше не существуют. Я даже чувствую свои половые органы, которые, как я понимаю умом, исчезли несколько веков назад».</p>
   <p>«Но если вы знаете…»</p>
   <p>«Знание не подавляет такие ощущения. Исчезнувшие части моего тела все еще со мной, в моей памяти и в памяти моих предков, которая живет во мне».</p>
   <p>Лето смотрел на Хви, стоявшую перед ним и ему ни на йоту не помогало знание того, что у него давно нет черепа, что его мозг давно атрофировался и вместо него имелась огромная сеть нервных узлов, протянувшаяся по всему телу. Мозг болел, а в черепе отдавалась чудовищная пульсация. Боль была настолько невыносима, что, не выдержав, Лето простонал:</p>
   <p>– Зачем твои хозяева мучают меня?</p>
   <p>– Господин?</p>
   <p>– Зачем они прислали тебя?</p>
   <p>– Я не причиняю вам боль, мой господин.</p>
   <p>– Ты причиняешь мне боль одним своим существованием!</p>
   <p>– Я не знала этого. – И снова слезы неудержимым потоком потекли по ее щекам. – Они никогда не говорили мне о своих истинных целях.</p>
   <p>Успокоившись, Лето заговорил, придав своему голосу необычайную мягкость:</p>
   <p>– Теперь оставь меня, Хви. Занимайся своими делами, но возвращайся как можно быстрее, если я призову тебя.</p>
   <p>Она вышла спокойно, но Лето видел, что она тоже испытывает муки. Он не мог ошибиться, видя, какую печаль чувствует она по поводу человеческого облика, которым пожертвовал Лето. Она знала то, что знал и он: они станут друзьями, любовниками, единомышленниками – их отношения станут самыми тесными, какие только возможны между людьми противоположного пола. Ее хозяева знали, что делают.</p>
   <p><emphasis>Иксианцы жестоки!</emphasis> – подумал он. <emphasis>Они знают, какой должна быть наша боль.</emphasis></p>
   <p>Уход Хви оживил воспоминание о ее дяде Малки. Малки был жесток, но его общество доставляло Лето удовольствие. Малки обладал всеми трудолюбивыми добродетелями своего народа и всеми пороками, которые делали его особенно человечным. Малки откровенно наслаждался компанией Говорящих Рыб. «Ваши гурии», – говорил он, и Лето редко вспоминал своих женщин-гвардейцев, чтобы не вспомнить про это прозвище, данное им Малки.</p>
   <p><emphasis>Почему я сейчас подумал о Малки? Это не из-за Хви. Я спрошу, чем зарядили ее хозяева, прежде чем послать ко мне.</emphasis></p>
   <p>Лето засомневался, стоит ли позвать женщину назад.</p>
   <p><emphasis>Она скажет мне, если я спрошу.</emphasis></p>
   <p>Иксианские послы всегда получали задачу выяснить, по какой причине Бог-Император терпит само существование Икса. Они знали, что от него невозможно ничего утаить. Чего стоит эта глупейшая попытка основать колонию без его ведома! Исследовали ли они его возможности? Иксианцы подозревали, что в действительности Лето не нуждается в их промышленности.</p>
   <p><emphasis>Я никогда не скрывал своего мнения о них и говорил это Малки.</emphasis></p>
   <p>– Технологические новаторы? Нет! Вы преступники от науки, окопавшиеся в моей Империи!</p>
   <p>В ответ Малки только смеялся. В раздражении Лето продолжал обвинять:</p>
   <p>– Для чего строить секретные лаборатории и заводы за пределами Империи? Вы же все равно не сможете скрыться от меня.</p>
   <p>– Конечно, господин, – соглашался Малки смеясь.</p>
   <p>– Я знаю, чего вы добиваетесь: создать утечку того и немножко этого в пределы Империи. Эта подрывная деятельность приводит к сомнениям и ненужным вопросам!</p>
   <p>– Господин, но ведь вы сами – один из наших самых ценных заказчиков.</p>
   <p>– Я не это имею в виду, и ты прекрасно это знаешь, ужасный ты человек!</p>
   <p>– Я нравлюсь вам именно потому, что я ужасный человек. Я рассказываю вам истории о том, что мы делаем.</p>
   <p>– Я знаю об этом и без твоих историй!</p>
   <p>– Но некоторым историям можно верить, а другие весьма сомнительны. Я рассеиваю ваши сомнения.</p>
   <p>– У меня не бывает сомнений!</p>
   <p>От этого Малки смеялся еще сильнее.</p>
   <p><emphasis>Я должен и дальше терпеть их,</emphasis> подумал Лето. Иксианцы занимались изобретательством и работали в терра инкогнито технического творчества, которое было запрещено бутлерианским джихадом. Иксианцы создавали невообразимые вещи – именно эти вещи привели к началу джихада, к его разрушениям и массовым убийствам. Именно этим занимались на Иксе, и Лето оставалось только позволить им это делать.</p>
   <p><emphasis>Я у них покупаю! Без их изобретений я не смог бы даже записать свои мысли. Без иксианцев я не мог бы прятать свои записки и печатать их.</emphasis></p>
   <p><emphasis>Но им надо постоянно напоминать об опасности того, что они делают!</emphasis></p>
   <p>Не стоит забывать и о Гильдии. Но это уже легче. Даже сотрудничая с Иксом, члены Гильдии сильно не доверяли иксианцам.</p>
   <p><emphasis>Если эта новая иксианская машина будет работать, то Гильдия потеряет свою монополию на космические перевозки!</emphasis></p>
  </section>
  <section>
   <epigraph>
    <p>В сумятице и шуме предковой памяти, которые я могу вызвать по своему желанию, возникает нечто, похожее на упорядоченные рисунки. Они похожи на звуки чужого языка, который мне хорошо понятен. Тревожные сигналы сообществ, готовящие их к нападению или защите, для меня подобны громким словам команд. Я вижу, как люди угрожают невинным, вижу, как опасно бунтует беспомощная молодежь. Необъяснимые звуки, видения и запахи возрождают ощущения, о существовании которых вы давно успели забыть. Когда вы встревожены, на ум приходят лишь слова родного языка – речь чужих языков превращается в набор странных и чуждых звуков. Вы требуете свой привычный костюм, ибо краски чужих одеяний кажутся вам враждебными и угрожающими. Это есть отрицательная обратная связь на ее первобытном уровне. Это воспоминания ваших клеток.</p>
    <text-author>(Похищенные записки)</text-author>
   </epigraph>
   <p>Рядовые Говорящие Рыбы, несшие пажескую службу у портала Зала Аудиенций, вели к Лето Дуро Нунепи, посла Тлейлаксу. Время его аудиенции еще не наступило, его доставили рано, изменив объявленный порядок, однако посол держал себя спокойно, изобразив на лице лишь легкое недовольство.</p>
   <p>Лето молча ждал его приближения, вытянувшись на возвышении, установленном в дальнем конце зала. В памяти Императора всплыло древнее воспоминание – глазок перископа подводной лодки, осматривающий поверхность вод. Таков был и Нунепи – гордое, словно высеченное из кремня, лицо человека, прошедшего все положенные ступени бюрократической лестницы Тлейлаксу. Не будучи сам Танцующим Лицом, он рассматривал этих людей как воду, по которой очень удобно плыть к назначенной цели, и надо было быть настоящим лоцманом, чтобы пристроиться в кильватер такому человеку. Нунепи был тем зловещим персонажем, который оставил свой кровавый след в происшествии у моста через реку Айдахо.</p>
   <p>Несмотря на ранний час, Нунепи был в полном посольском облачении – широкие черные брюки, черные ботинки с золотым рантом, яркая красная куртка, открывающая поросшую волосами грудь, на которой красовался золотой тлейлаксианский гребень, украшенный брил – лиантами.</p>
   <p>Остановившись в положенных десяти шагах от тележки, Нунепи окинул взглядом выстроившихся у стены Говорящих Рыб. В серых глазах Нунепи мелькнула насмешливая искорка, когда он посмотрел на своего Бога-Императора и слегка поклонился.</p>
   <p>Вошел Дункан Айдахо с зачехленным лазерным ружьем у бедра и остановился возле нахмуренного лица Лето.</p>
   <p>Появление Айдахо не слишком понравилось послу, он принялся внимательно изучать начальника гвардии.</p>
   <p>– Я нахожу Лицеделов особенно ненавистными, – произнес Лето.</p>
   <p>– Я – не Лицедел, господин, – произнес Нунепи низким, хорошо поставленным голосом, в котором все же угадывалась некоторая растерянность.</p>
   <p>– Но ты представляешь их, а это уже является предметом моего раздражения, – сказал Лето.</p>
   <p>Нунепи ожидал открытого выражения враждебности, но Лето отбросил дипломатические условности, и посла потрясло то, что Император прямо упомянул то, что сам Нунепи считал необоримой силой Тлейлаксу.</p>
   <p>– Господин, сохраняя плоть исходного Дункана Айдахо и снабжая вас гхолами, мы предполагали, что…</p>
   <p>– Дункан! – воскликнул Лето. – Если я прикажу, Дункан, поведешь ли ты экспедицию уничтожить Тлейлаксу?</p>
   <p>– С радостью, мой господин.</p>
   <p>– Даже если это будет означать потерю исходных клеток и уничтожение чанов с аксолотлями?</p>
   <p>– Эти чаны – не самое приятное воспоминание в моей жизни, а те клетки – это давно уже не я.</p>
   <p>– Господин, чем мы оскорбили вас? – спросил Нунепи.</p>
   <p>Лето нахмурился. Неужели этот глупец всерьез думает, что сейчас Бог-Император заговорит о недавнем нападении Танцующих Лицом?</p>
   <p>– До меня дошли сведения о том, что ваши люди распространяют сплетни о том, что вы называете «отвратительными сексуальными привычками».</p>
   <p>Нунепи был изумлен до глубины души. Обвинение было лживым до абсурда, он не ожидал этого. Но Нунепи отчетливо понимал, что вздумай он все отрицать, ему все равно никто не поверит, ибо так сказал сам Бог-Император. То была атака с непредсказуемым исходом, произведенная в неведомом для посла измерении. Нунепи заговорил, глядя на Айдахо:</p>
   <p>– Господин, если мы…</p>
   <p>– Смотри мне в глаза! – приказал Лето.</p>
   <p>Нунепи торопливо повиновался.</p>
   <p>– Могу сказать тебе в первый и последний раз, – продолжал Лето, – что у меня вообще нет сексуальных привычек. Никаких.</p>
   <p>На лбу Нунепи выступила холодная испарина. Он смотрел на Императора с выражением загнанного в угол животного. Когда посол заговорил, в его голосе не осталось и следов от былой звучности:</p>
   <p>– Господин, я… Это какое-то недоразумение, ошибка…</p>
   <p>– Замолкни, тлейлаксианский проныра! – взревел Лето. – Я – метамерный переносчик священного червя – Шаи-Хулуда! Я – твой Бог!</p>
   <p>– Прости нас, Господи! – прошептал Нунепи.</p>
   <p>– Простить вас? – Голос Лето был на этот раз исполнен участливого понимания. – Конечно, я прощу вас. Это функция вашего Бога. Ваше преступление прощено. Однако ваша глупость требует ответных мер.</p>
   <p>– Господин, если бы я только мог…</p>
   <p>– Молчать! Партия Пряности должна была отправиться на Тлейлаксу в эту декаду. Вы не получите ничего. Что касается тебя лично, то сейчас мои Говорящие Рыбы отведут тебя на площадь.</p>
   <p>В зал вошли две дюжие женщины в форме гвардейцев и взяли Нунепи под руки, ожидая указаний Императора.</p>
   <p>– На площади, – сказал Лето, – вы снимете с него одежду и дадите ему пятьдесят ударов плетью.</p>
   <p>Нунепи попытался вырваться из мертвой хватки Говорящих Рыб, его лицо исказилось от ярости.</p>
   <p>– Господин, я хочу напомнить вам, что я полномочный посол…</p>
   <p>– Ты – обычный преступник и как таковой будешь наказан. – Лето дал знак гвардейцам, и они потащили посла к выходу.</p>
   <p>– Жаль, что тебя не убили, – орал потерявший голову Нунепи, – жаль, что…</p>
   <p>– Кто? – спросил Лето. – Кто должен был меня убить? Разве ты не знаешь, что меня нельзя убить?</p>
   <p>Гвардейцы потащили посла к выходу, но он продолжал кричать: «Я невиновен! Я невиновен!» Крики постепенно стихли.</p>
   <p>Дункан склонился к Лето.</p>
   <p>– Что такое, Дункан? – спросил Император.</p>
   <p>– Мой господин, все послы будут очень напуганы.</p>
   <p>– Да, я преподам им урок ответственности за свои действия.</p>
   <p>– Мой господин!</p>
   <p>– Участие в заговоре, равно как и армейская служба, освобождает людей от чувства личной ответственности.</p>
   <p>– Но это может привести к ненужным осложнениям, мой господин. Лучше я распоряжусь об усилении охраны.</p>
   <p>– Об этом не может быть и речи!</p>
   <p>– Но вы позвали меня…</p>
   <p>– Как небольшой образчик военной глупости.</p>
   <p>– Мой господин, я не…</p>
   <p>– Дункан, подумай о невежестве Нунепи. Он – квинтэссенция моего урока.</p>
   <p>– Простите мою тупость, господин, но я не понимаю сути ваших слов о военных.</p>
   <p>– Они думают, что, рискуя жизнью, приобретают право применять любое насилие к врагам, которых сами же и выбирают. Это ментальность завоевателей. Нунепи думает, что не отвечает за любые действия против чужих.</p>
   <p>Айдахо посмотрел на дверь, через которую стражницы вывели Нунепи.</p>
   <p>– Он очень старался, но проиграл, мой господин.</p>
   <p>– Но при этом он освободил себя от уз прошлого и отказался платить за это.</p>
   <p>– В глазах своего народа он является патриотом.</p>
   <p>– А кем он является в собственных глазах? Орудием истории.</p>
   <p>Айдахо понизил голос и придвинулся еще ближе к Лето.</p>
   <p>– Насколько вы отличаетесь от нас, господин?</p>
   <p>Лето усмехнулся:</p>
   <p>– Ах, Дункан, как я люблю твою восприимчивость. Ты заметил, что я сделан из совершенно другого теста. Неужели ты уверен, что я не способен проигрывать?</p>
   <p>– Такая мысль действительно приходила мне в голову.</p>
   <p>– Только неудачники могут прятать свою гордыню под покров «великого прошлого», мой старый друг.</p>
   <p>– Вы с Нунепи похожи в этом отношении?</p>
   <p>– Воинствующие миссионерские религии разделяют эту иллюзию «гордого прошлого», но лишь немногие понимают конечную опасность этого взгляда для человечества в целом – опасность ощущения собственной свободы от ответственности за свои действия.</p>
   <p>– Какие странные слова, мой господин. Как мне следует понимать их смысл?</p>
   <p>– Смысл заключается в том, что тебе говорят. Ты не способен слушать?</p>
   <p>– У меня есть уши, мой господин.</p>
   <p>– Неужели? Что-то я их не вижу.</p>
   <p>– Вот они, мой господин. Вот и вот! – Айдахо коснулся рукой поочередно обоих своих ушей.</p>
   <p>– Но они же ничего не слышат. Следовательно, у тебя нет ушей – ни здесь, ни здесь.</p>
   <p>– Вы смеетесь надо мной, мой господин.</p>
   <p>– Слышать – значит слышать. То, что существует, не может быть сделано заново, поскольку оно уже существует. Быть – значит быть.</p>
   <p>– Ваши странные слова…</p>
   <p>– Суть не более чем слова. Я их произнес. Они прозвучали, и их больше нет. Их никто не услышал, следовательно, они уже не существуют. Если же они не существуют, их можно произнести снова, тогда, может быть, их кто-нибудь услышит.</p>
   <p>– Зачем вы делаете из меня шута, мой господин?</p>
   <p>– Я ничего не делаю с тобой, кроме того, что произношу слова. Я говорю их без всякого риска оскорбить тебя, ибо убедился, что ты лишен ушей.</p>
   <p>– Я не понимаю вас, мой господин.</p>
   <p>– Начало всякого познания – это открытие факта, что ты чего-то не понимаешь.</p>
   <p>Айдахо не успел ничего ответить, так как Император подал знак одной из женщин, и та взмахнула рукой перед хрустальным экраном за помостом, на котором возлежал Лето. На ровной поверхности появилось трехмерное изображение площади, где должны были наказать Нунепи.</p>
   <p>Айдахо отступил к центру зала и внимательно вгляделся в изображение. В середине площади возвышался помост, на котором были установлены треугольные металлические козлы; к ним был привязан раздетый донага посол. Его одежда лежала рядом. Говорящая Рыба могучего телосложения в маске взмахнула длинной плетью с несколькими тонкими концами. Айдахо узнал в ней одну из женщин, которые встречали его на Арракисе.</p>
   <p>По сигналу офицера Говорящая Рыба нанесла первый удар по обнаженной спине.</p>
   <p>Айдахо вздрогнул. Толпа затаила дыхание.</p>
   <p>В том месте, где кончики плети коснулись спины, появились багровые полосы. Нунепи молчал.</p>
   <p>На его спину вновь опустилась плеть; при втором ударе из полос появилась кровь.</p>
   <p>Плеть опустилась еще раз, на этот раз кровь потекла тонкими струйками.</p>
   <p>Лето ощутил печаль. <emphasis>Наила слишком старательна,</emphasis> подумал он. <emphasis>Она убьет его, а это создаст проблемы.</emphasis></p>
   <p>– Дункан! – позвал Лето.</p>
   <p>Айдахо стряхнул с себя наваждение, оторвался от изображения и постарался забыть яростный крик толпы, который она испустила после особенно кровавого удара плетью.</p>
   <p>– Пошли кого-нибудь прекратить порку после двадцатого удара, – приказал Лето. – Пусть объявят, что Император оказался настолько великодушен, что решил смягчить наказание.</p>
   <p>Айдахо поднял руку и сделал знак одной из Говорящих Рыб. Женщина кивнула и выбежала из зала.</p>
   <p>– Подойди ко мне, Дункан, – сказал Лето.</p>
   <p>Ожидая нового подвоха, Айдахо вернулся к ложу Императора.</p>
   <p>– Все мои действия, – сказал Лето, – это уроки, которые следует усваивать.</p>
   <p>Айдахо боролся с желанием оглянуться и досмотреть сцену наказания Нунепи. Что это за звук? Стоны посла, заглушаемые ревом толпы? Эти крики пронзали душу Айдахо. Он посмотрел Лето прямо в глаза.</p>
   <p>– У тебя на уме какой-то вопрос, – сказал Лето.</p>
   <p>– Много вопросов, мой господин.</p>
   <p>– Говори.</p>
   <p>– Какой урок заключается в наказании этого глупца? Что мы скажем, когда нас начнут спрашивать об этом?</p>
   <p>– Мы скажем, что никому не позволено хулить Бога-Императора.</p>
   <p>– Это кровавый урок, мой господин.</p>
   <p>– Он не такой кровавый, как некоторые уроки, преподанные в свое время мне.</p>
   <p>Айдахо недовольно покачал головой:</p>
   <p>– Из этого не выйдет ничего хорошего.</p>
   <p>– Это очень точное замечание!</p>
  </section>
  <section>
   <epigraph>
    <p>Охота за памятью предков многому научила меня. Паттерны, ах, эти паттерны. Больше всего раздражают меня слепые приверженцы либерализма. Я не верю в крайности. Почешите как следует консерватора и вы обнаружите человека, который предпочитает прошлое самому светлому будущему. Почешите либерала, и вы обнаружите кабинетного аристократа. Либеральные правительства всегда вырождаются в аристократии. Бюрократия всегда предает искренние намерения людей, формирующих такие правительства. Непосредственно с самого начала, мелкие личности, попавшие в правительство, обещавшее равномерно распределить социальный гнет, оказываются заложниками бюрократической аристократии. Естественно, все бюрократии в этом отношении ведут себя одинаково, но какое это лицемерие, обнаружить знакомый образчик под лозунгами равенства, начертанными на либеральных знаменах. Ах, если эти паттерны чему-то и научили меня, так это тому, что они всегда повторяются. Мое угнетение, в широком смысле слова, ничем не лучше и не хуже всех прочих, но я по крайней мере преподаю людям новый урок.</p>
    <text-author>(Похищенные записки)</text-author>
   </epigraph>
   <p>Начало темнеть, когда настала очередь аудиенции для делегации Ордена Бене Гессерит. Монео подготовил Преподобную Мать, извинившись за задержку и передав ей уверения Лето.</p>
   <p>Докладывая об этом Императору, Монео сказал:</p>
   <p>– Они ожидают богатого вознаграждения.</p>
   <p>– Посмотрим, – сказал Лето. – Посмотрим. Теперь скажи мне, о чем спросил тебя Дункан, когда ты входил в зал?</p>
   <p>– Он хотел знать, подвергали ли вы до сих пор кого-нибудь телесным наказаниям?</p>
   <p>– И что ты ответил?</p>
   <p>– Что об этом нет никаких письменных свидетельств и что я лично никогда не видел таких наказаний.</p>
   <p>– Как он отреагировал на твой ответ?</p>
   <p>– Сказал, что такое не подобает Атрейдесам.</p>
   <p>– Он полагает, что я не в своем уме?</p>
   <p>– Этого он не сказал.</p>
   <p>– Достаточно и того, что ты слышал. Что еще тревожит нашего нового Дункана?</p>
   <p>– Он видел нового иксианского посла, господин. Он находит Хви Нори весьма привлекательной. Интересуется…</p>
   <p>– Этого нельзя допустить, Монео! Я полагаю, ты сумеешь предотвратить любую связь между Дунканом и Хви.</p>
   <p>– Как прикажет мой господин.</p>
   <p>– Да, это мой строжайший приказ! Теперь иди и приготовь мою встречу с сестрами из Бене Гессерит. Я приму их в макете сиетча.</p>
   <p>– Мой господин, есть ли в этом выборе какое-то значение?</p>
   <p>– Это просто моя прихоть. Выходя, скажешь Дункану, чтобы он взял с собой отряд Говорящих Рыб и прочесал город.</p>
   <p>Ожидая делегацию Бене Гессерит, Лето вспомнил разговор с Монео, это несколько развлекло его. Он представил, какое впечатление произведет на обитателей Онна появление на улицах растревоженного Айдахо во главе отряда гвардейцев.</p>
   <p><emphasis>Они живо притихнут, как мыши при внезапном появлении кошки.</emphasis></p>
   <p>Сейчас, находясь в макете сиетча, Лето похвалил себя за такой выбор. Здания свободной формы, с многочисленными куполами, расположенное на окраине Онна, имело в поперечнике около одного километра. Здесь первоначально располагался Музей фримена, а теперь располагалась школа музея. Залы и коридоры патрулировали Говорящие Рыбы.</p>
   <p>Зал приемов имел овальную форму и по длине достигал двухсот метров. Огромное помещение освещалось гигантским светильником, подвешенным на высоте около тридцати метров над полом. Голубовато-зеленый свет смешивался с тусклыми коричневыми и бежевыми тонами искусственного камня, которым были выложены стены зала. Лето возлежал на низком помосте в конце зала, глядя наружу через длинное, выгнутое по длине стекло. На улице были видны остатки Защитного Вала с пещерами, в которых когда-то были уничтожены приверженцами Харконненов запертые в ловушку войска Атрейдесов. Очертания скалы серебрились в призрачном свете Первой Луны. Контур скалы подчеркивался точечными огоньками – костры горели там, где сейчас нельзя было показываться ни одному фримену. Огоньки мигали, когда мимо них проходили люди – музейные фримены, подчеркивавшие свое право занимать окрестности священного города.</p>
   <p><emphasis>Музейные фримены!</emphasis> – подумал Лето.</p>
   <p>Какие же они узколобые, недальновидные люди.</p>
   <p><emphasis>Но что меня возмущает? Они таковы, какими я их создал.</emphasis></p>
   <p>Лето услышал, как ко входу приближается делегация Бене Гессерит. Они пели гимн, слышался напев, изобилующий протяжными гласными звуками.</p>
   <p>Впереди шел Монео с отделением гвардейцев, которые заняли свои места у ложа Императора. Монео остановился возле ложа, взглянул на Лето и обернулся в зал.</p>
   <p>Женщины вступили в него двумя рядами, их было десять, впереди шествовали две Преподобные Матери в традиционных черных одеждах.</p>
   <p>– Слева Антеак, справа Луйсейал, – сказал Монео.</p>
   <p>Лето вспомнил раздраженные, полные недоверия слова, которые говорил ему ранее Монео, рассказывая об этих женщинах. Мажордом ненавидел этих <emphasis>ведьм.</emphasis></p>
   <p>– Они обе – Вещающие Истину, – сказал тогда Монео. – Антеак намного старше Луйсейал, но именно последняя славится как лучший Вещатель Истины в Бене Гессерит. Заметьте, что на лбу у Антеак имеется шрам, происхождение которого нам неизвестно. У Луйсейал рыжие волосы и она слишком молода для столь прославленной Преподобной Матери.</p>
   <p>Глядя, как приближается делегация женщин, Лето почувствовал, как всколыхнулась вся его память. Капюшоны надвинуты на лоб, скрывая лица. Слуги и послушницы шли сзади на почтительном расстоянии. Все это было частью тщательно продуманного ритуала. Ничто не изменилось за прошедшие тысячелетия. С равным успехом эти женщины могли войти и в настоящий сиетч, где их должны были приветствовать истинные фримены.</p>
   <p><emphasis>Их голова знает то, что отрицает тело,</emphasis> подумал Лето.</p>
   <p>Всепроникающий взор Лето позволил ему заметить подавленную осторожность в глазах женщин, однако они входили в зал, как люди, уверенные в том, что находятся под надежной защитой своей религиозной власти.</p>
   <p>Лето доставило удовольствие сознание того, что Бене Гессерит обладает только той силой, которую он сам им дал. Ему была ясна причина такого одолжения. Из всех подданных Империи эти женщины были больше других похожи на него самого – правда, их память была ограничена лишь женскими предками и они могли вспоминать только женские ритуалы – однако, как и он сам, эти Преподобные Матери являлись объединяющим воплощением целых групп.</p>
   <p>Преподобные Матери остановились, как и положено, в десяти шагах от Лето. Свита остановилась позади них на почтительном расстоянии.</p>
   <p>Лето решил немного развлечься и приветствовал делегацию голосом и маской своей бабки Джессики. Они ожидали этого, и Лето не хотелось их разочаровывать.</p>
   <p>– Добро пожаловать, Сестры, – сказал он. Голос, звучавший в тональности низкого контральто, с нотками язвительности, часто прослушивался и изучался в капитуле Общины Сестер.</p>
   <p>Произнося приветствие, Лето почувствовал угрозу. Преподобные Матери всегда бывали недовольны такой формой приветствия, однако на этот раз в их реакции появились какие-то новые ноты. Монео тоже ощутил эту разницу. Он поднял палец, приказав Говорящим Рыбам придвинуться ближе к Лето.</p>
   <p>Первой заговорила Антеак:</p>
   <p>– Господин, сегодня утром мы наблюдали на площади этот постыдный спектакль. Чего вы хотите достичь такими странными мерами?</p>
   <p><emphasis>Значит, мы решили говорить именно в таком тоне,</emphasis> подумал Лето.</p>
   <p>Он заговорил своим обычным голосом:</p>
   <p>– На какое-то время вы обрели мою милость. Это не устраивает вас, и вы желаете изменить мое отношение?</p>
   <p>– Господин, – произнесла Антеак, – мы потрясены и шокированы тем, как вы обошлись с полномочным послом. Мы действительно не понимаем, чего вы этим добивались.</p>
   <p>– Я ничего не добивался, я был унижен этим человеком.</p>
   <p>На этот раз заговорила Луйсейал:</p>
   <p>– Это действие может лишь усилить ощущение гнета вашей власти.</p>
   <p>– Меня же удивляет, почему столь мало людей говорит об угнетении со стороны Бене Гессерит? – отпарировал Лето.</p>
   <p>Вместо Луйсейал на вопрос ответила Антеак:</p>
   <p>– Если Богу-Императору будет угодно, то он сам расскажет нам об этом, а сейчас давайте перейдем к цели нашего посольства.</p>
   <p>Лето улыбнулся:</p>
   <p>– Вы обе можете подойти ко мне ближе. Оставьте свиту и приблизьтесь.</p>
   <p>Монео отступил вправо, дав возможность женщинам приблизиться к Императору их характерной скользящей походкой на расстояние трех шагов от помоста.</p>
   <p>– Такое впечатление, что у них нет ног, – пожаловался однажды Монео своему Императору.</p>
   <p>Вспомнив эти слова, Лето внимательно пригляделся к тому, как пристально следит Монео за двумя женщинами. В их поведении было что-то угрожающее, но мажордом не осмелился возразить против их приближения к особе Императора. Бог-Император пожелал этого, и его воля должна быть исполнена.</p>
   <p>Лето перевел взор на свиту, оставшуюся на месте. Послушницы были одеты в черные платья без капюшонов. Лето заметил кое-какие намеки на запрещенные ритуалы – амулеты, брелоки, пестрые платки, которые оживляли строгую гамму костюма. Преподобные Матери смотрели на эти вещи сквозь пальцы потому, что не могли больше оделять своих девушек потребным количеством Пряности.</p>
   <p><emphasis>Замена привычному ритуалу.</emphasis></p>
   <p>За последние десять лет в обычаях Бене Гессерит произошли значительные изменения. В мышлении Сестер появилась необычная для них скаредность.</p>
   <p><emphasis>Все тайное становится явным,</emphasis> думал между тем Лето. <emphasis>Старые таинства до сих пор живы.</emphasis></p>
   <p>Древние образцы дремали в сознании Сестер Бене Гессерит все прошедшие тысячелетия.</p>
   <p><emphasis>Сейчас они проявятся. Надо дать знак Говорящим Рыбам.</emphasis></p>
   <p>Он вновь обратил внимание на Преподобных Матерей.</p>
   <p>– У вас есть просьбы?</p>
   <p>– Каково ваше ощущение собственного бытия? – спросила Луйсейал.</p>
   <p>Лето от неожиданности моргнул. Какая интересная атака! Они не спрашивали об этом в течение целого поколения. Ну что ж… почему бы и нет?</p>
   <p>– Иногда с моих снов слетают оковы и они уносят меня в какие-то странные места, – ответил он. – Если моя космическая память – это сеть, о чем вы двое, несомненно, знаете, то подумайте об измерении моей собственной сети, и куда могут завести меня мои сны и мечтания.</p>
   <p>– Вы сказали нам о нашем определенном знании, – произнесла Антеак. – Почему мы не можем наконец объединить наши силы? В нас гораздо больше сходства, чем различий.</p>
   <p>– Скорее я соглашусь объединиться с дегенератами из Великих Домов, которые оплакивают потерянную Пряность!</p>
   <p>Антеак сумела сохранить спокойствие, но Луйсейал уставила палец в Лето.</p>
   <p>– Мы предлагаем единство!</p>
   <p>– А я, по-вашему, настаиваю на конфликте?</p>
   <p>Антеак была явно взволнована.</p>
   <p>– Говорят, что существует принцип конфликта, который возникает на уровне клеток и не может быть ничем поколеблен.</p>
   <p>– Да, некоторые вещи навечно сохраняют свою несовместимость, – согласился Лето с Преподобной Матерью.</p>
   <p>– Но тогда каким образом наша Община сумела достичь своего единства? – поинтересовалась Луйсейал.</p>
   <p>В голосе Лето послышались стальные нотки:</p>
   <p>– Как вам хорошо известно, секрет единства лежит в подавлении несовместимости.</p>
   <p>– Наше сотрудничество имело бы огромную ценность, – сказала Антеак.</p>
   <p>– Для вас, но не для меня.</p>
   <p>Антеак притворно вздохнула.</p>
   <p>– В таком случае, мой господин, не расскажете ли вы нам о физических изменениях в вашем организме?</p>
   <p>– Кто-то, кроме вас, должен узнать об этом и записать данные в хроники, – добавила Луйсейал.</p>
   <p>– На случай если со мной случится что-то страшное? – саркастически поинтересовался Лето.</p>
   <p>– Господин! – запротестовала Антеак. – Мы…</p>
   <p>– Вы рассекаете меня словами, хотя на деле предпочли бы гораздо более острый инструмент, – сказал Лето. – Меня оскорбляет такое лицемерие.</p>
   <p>– Мы протестуем, господин! – заявила Антеак.</p>
   <p>– Вы действительно протестуете, я это явственно слышу, – подтвердил Лето.</p>
   <p>Луйсейал приблизилась к Лето еще на несколько миллиметров, сопровождаемая бдительным взглядом Монео, который затем взглянул в глаза Лето. Этот взгляд требовал действия, однако Лето проигнорировал сигнал мажордома. Ему было любопытно, что задумала Луйсейал. Чувство угрозы сконцентрировалось на рыжеволосой бестии.</p>
   <p><emphasis>Кто она?</emphasis> – подумал Лето. <emphasis>Неужели она – Танцующая Лицом?</emphasis></p>
   <p>Нет. В ее облике отсутствовали характерные знаки. Нет. Лицо Луйсейал сохраняло видимое тщательно сохраняемое спокойствие, не было ни малейшей мимики, которая позволила бы определить способность Лето к наблюдению.</p>
   <p>– Так вы не расскажете нам о физических изменениях, господин? – продолжала настаивать на своем Антеак.</p>
   <p><emphasis>Это отвлекающий маневр!</emphasis> – подумал Лето.</p>
   <p>– Мой мозг стал просто гигантским, – сказал он. – Большая часть черепа просто исчезла, рассосалась. Нет никаких границ для роста коры и обслуживающей ее нервной системы.</p>
   <p>Монео, не скрывая изумления, уставился на Бога-Императора. Почему он раскрывает такую жизненно важную информацию? Эти две женщины не станут делать из нее тайны и продадут первому встречному.</p>
   <p>Женщины же были просто зачарованы таким откровением, они явно колебались, приводить ли в исполнение свой тщательно разработанный план.</p>
   <p>– У вашего головного мозга есть центр? – спросила Луйсейал.</p>
   <p>– Центр – это я, – ответил Лето.</p>
   <p>– Но где он расположен? – Антеак сделала едва заметный жест. Луйсейал приблизилась еще на несколько миллиметров.</p>
   <p>– Какую ценность представляют для вас эти сведения? – спросил Лето.</p>
   <p>Женщины ничем не выдали своей заинтересованности, хотя это безразличие уже само по себе выдавало их намерения. Улыбка тронула губы Лето.</p>
   <p>– Вас пленил рынок, – сказал он. – Даже Бене Гессерит оказались заражены ментальностью <emphasis>сукк.</emphasis></p>
   <p>– Мы не заслужили подобного обвинения, – возразила Антеак.</p>
   <p>– Заслужили. <emphasis>Сукк</emphasis> ментальность господствует в моей Империи. Засилье рынка лишь заострило и умножило эти настроения. Мы все превратились в торговцев.</p>
   <p>– Даже вы, господин? – спросила Луйсейал.</p>
   <p>– Вы испытываете мой гнев, – произнес Лето. – Вы специалист в этом деле, не правда ли?</p>
   <p>– Господин? – Голос женщины оставался спокойным, но чувствовалось, что это спокойствие дается ей с большим трудом.</p>
   <p>– Не следует доверять специалистам, – продолжал Лето. – Они мастера исключений, эксперты же могут судить о самом деле.</p>
   <p>– Мы надеемся стать архитекторами лучшего будущего, – сказала Антеак.</p>
   <p>– Лучшего, чем что?</p>
   <p>Луйсейал сделала еще один едва заметный шаг в сторону Лето.</p>
   <p>– Мы надеемся представить свои стандарты на ваш суд, господин, – проговорила Антеак.</p>
   <p>– Но вы же собираетесь стать архитекторами. Вы что, построите еще более высокие стены? Не забывайте, Сестры, что я хорошо вас знаю. Вы превосходные поставщики шор.</p>
   <p>– Жизнь продолжается, господин, – сказала Антеак.</p>
   <p>– И вселенная тоже продолжает существовать, – согласился с ней Лето.</p>
   <p>Луйсейал, не обращая внимания на предостерегающий взгляд Монео, сделала еще один шаг вперед.</p>
   <p>Лето втянул носом воздух и едва не расхохотался.</p>
   <p><emphasis>Эссенция Пряности!</emphasis></p>
   <p>Они пронесли с собой немного эссенции. Женщины знали старые истории о песчаных червях и эссенции Пряности, конечно, это была инициатива Луйсейал. Она думает, что эссенция – это действенный яд для песчаных червей. Это подтверждает и Устное Предание. Эссенция приводит к распаду тела червя, в результате он рассыпается на множество песчаных форелей, а они снова превращаются в червей и так далее, и так далее, и так далее…</p>
   <p>– Во мне произошло еще одно изменение, о котором вы должны знать, – заговорил Лето. – Я еще не полностью превратился в песчаного червя. Можете считать меня биологической колонией с измененной чувствительностью.</p>
   <p>Луйсейал сделала едва заметное движение левой рукой, протянув ее к складке платья. Монео заметил это и вопросительно посмотрел на Лето, но тот не отрываясь следил за выражением глаз молодой Преподобной Матери.</p>
   <p>– У запахов есть масса причудливых свойств, – сказал вдруг Лето.</p>
   <p>Рука Луйсейал замерла.</p>
   <p>– Духи и эссенции, – продолжал Лето. – Я помню все их запахи. Я помню даже те эссенции, которые по видимости были лишены их. Люди пользовались духами и дезодорантами, чтобы опрыскивать свои подмышки и промежности, чтобы замаскировать свои естественные запахи. Вы знали об этом? Ну конечно, знали!</p>
   <p>Антеак метнула быстрый взгляд в сторону Луйсейал.</p>
   <p>Женщины в страхе замолчали, не осмеливаясь произнести ни слова.</p>
   <p>– Люди всегда инстинктивно понимали, что запахи феромонов выдают их истинные побуждения, – сказал Император.</p>
   <p>Женщины стояли неподвижно. Они слышали его. Преподобные Матери лучше всех остальных людей понимали истинный, скрытый смысл обращенных к ним слов.</p>
   <p>– Вы хотели подвести мину под мою богатую память, – продолжал Лето. В голосе его прозвучало прямое обвинение.</p>
   <p>– Вы очень ревнивы, господин, – призналась Луйсейал.</p>
   <p>– Вы просто неверно поняли Устное Предание, – поправил ее Лето. – Песчаные форели воспринимают эссенцию как воду.</p>
   <p>– Это было испытание, мой господин, – призналась Антеак. – Только и всего.</p>
   <p>– Вы намеревались испытать меня? – изумился Лето.</p>
   <p>– Всему виной наше любопытство, господин, – продолжала оправдываться Антеак.</p>
   <p>– Я тоже очень любопытен, – произнес Император. – Положите эссенцию на помост, рядом с Монео. Я сохраню ее.</p>
   <p>Медленно, нарочито демонстрируя твердостью движений отсутствие агрессивного намерения, Луйсейал извлекла из складок платья маленький флакон, излучающий голубое сияние. Она осторожно положила флакон на помост. Было заметно, что она не решится на отчаянный поступок.</p>
   <p>– Ты действительно Вещающая Истину, – сказал Лето.</p>
   <p>Она выдавила нечто похожее на улыбку и повернулась к Антеак.</p>
   <p>– Где вы взяли эссенцию Пряности? – поинтересовался Император.</p>
   <p>– Мы купили ее у контрабандистов, – ответила Антеак.</p>
   <p>– Контрабандистов не существует уже две с половиной тысячи лет.</p>
   <p>– Мы хранили ее все эти столетия, до этого она была нам не нужна.</p>
   <p>– Понятно. И теперь вы решили оценить то, что считаете своим великим терпением, не так ли?</p>
   <p>– Мы следили за эволюцией вашего организма, господин, – ответила Антеак. – Мы думали… – Она позволила себе слегка пожать плечами. Этот жест допускался только в присутствии Сестер и не давался легко.</p>
   <p>Лето обиженно сложил губы.</p>
   <p>– Я не могу пожимать плечами, – сказал он.</p>
   <p>– Вы накажете нас? – спросила Луйсейал.</p>
   <p>– Чтобы развлечься?</p>
   <p>Она выразительно взглянула на флакон с эссенцией.</p>
   <p>– Я поклялся наградить вас, – сказал Лето, – и сделаю это.</p>
   <p>– Мы бы предпочли защитить вас нашим единством, господин, – произнесла Антеак.</p>
   <p>– Не напрашивайтесь на слишком большое вознаграждение, – осадил ее Лето.</p>
   <p>Антеак склонила голову.</p>
   <p>– Вы ведете дела с иксианцами, господин. У нас же есть основания полагать, что они могут обратиться против вас.</p>
   <p>– Я боюсь их не больше чем вас.</p>
   <p>– Вы, без сомнения, слышали о том, чем сейчас занимаются иксианцы, – вставила слово Луйсейал.</p>
   <p>– Монео иногда доставляет мне копии писем, которыми обмениваются люди и группы внутри Империи, – сказал Лето. – Так что я слышал множество историй на эту тему.</p>
   <p>– Мы говорим о новой Мерзости, господин, – проговорила Антеак.</p>
   <p>– Вы думаете, что иксианцы смогут создать искусственный интеллект? Такой же сознательный, как вы?</p>
   <p>– Мы очень боимся этого, господин.</p>
   <p>– Вы хотите заставить меня поверить в то, что идеи бутлерианского джихада все еще живы в Общине Сестер?</p>
   <p>– Мы не можем уповать на неизвестное, возникающее из воображаемой технологии, – сказала Антеак.</p>
   <p>Луйсейал подалась вперед.</p>
   <p>– Иксианцы хвастаются, что их машина может пронзать время так же, как вы, господин.</p>
   <p>– А Гильдия утверждает, что иксианцы порождают хаос времени, – подзадорил женщину Лето. – Следовательно, мы должны бояться всего сотворенного сущего, так?</p>
   <p>Антеак замерла на месте в напряженной позе.</p>
   <p>– Я совершенно искренен с вами, – заверил женщин Лето. – Я признаю ваши способности. Не хотите ли и вы признать мои?</p>
   <p>Луйсейал коротко кивнула.</p>
   <p>– Тлейлаксу и Икс вступили в сговор с Гильдией и ищут нашего союза.</p>
   <p>– Но вы очень боитесь иксианцев?</p>
   <p>– Мы боимся всего того, что не в силах контролировать.</p>
   <p>– Вы не контролируете меня.</p>
   <p>– Если вас не станет, люди начнут испытывать нужду в нас! – воскликнула Антеак.</p>
   <p>– Наконец вы говорите правду! – сказал Лето. – Вы пришли ко мне, словно к оракулу, и просите меня положить конец вашему страху.</p>
   <p>Антеак взяла себя в руки, и ее голос прозвучал холодно и спокойно:</p>
   <p>– Сумеет ли Икс создать искусственный мозг?</p>
   <p>– Мозг? Конечно, нет!</p>
   <p>Луйсейал явно расслабилась, но Антеак продолжала оставаться очень напряженной. Она не была удовлетворена ответом оракула.</p>
   <p><emphasis>Почему эта глупость продолжает из века в век повторяться с такой монотонной точностью?</emphasis> – подумал Лето. Память услужливо представляла ему бесчисленные сцены подобного рода – пещеры, священники и жрицы, охваченные неземным экстазом, зловещие голоса, произносящие мрачные пророчества в дыму священного дурмана.</p>
   <p>Он взглянул на сверкающий всеми цветами радуги флакон, лежавший у ног Монео. Какова текущая стоимость этой вещи? Она огромна. Это же <emphasis>эссенция.</emphasis> Концентрированный концентрат богатства.</p>
   <p>– Вы уже расплатились со своим оракулом, – сказал он. – Мне было бы забавно дать вам полную стоимость.</p>
   <p>Как напряглись при этом обе женщины!</p>
   <p>– Слушайте меня! – приказал Лето. – То, чего вы боитесь, в действительности не то, чего вы боитесь на самом деле.</p>
   <p>Лето наслаждался произведенным эффектом. Это прозвучало достаточно зловеще для такого рода пророчества. Антеак и Луйсейал молча, как приниженные просители, неподвижно стояли перед ним в смиренных позах. Позади них кашлянула одна из послушниц.</p>
   <p><emphasis>Они выяснят, кто это был, и девушка получит солидное внушение,</emphasis> подумал Лето.</p>
   <p>У Антеак было достаточно времени, чтобы переварить слова Императора. Она заговорила:</p>
   <p>– Скрытая истина – не есть истина.</p>
   <p>– Но я направил ваше внимание по верному пути, – возразил он.</p>
   <p>– Вы хотите сказать, чтобы мы не боялись машин? – спросила Луйсейал.</p>
   <p>– Вы обладаете силой разума, – сказал Лето, – так зачем вы прибегаете к моей помощи?</p>
   <p>– Но у нас нет вашей силы, – возразила Антеак.</p>
   <p>– Вы жалуетесь, что не чувствуете ткани времени. Вы не ощущаете мою протяженность. И вы одновременно боитесь какой-то простой машины?</p>
   <p>– Значит, вы не станете нам отвечать? – спросила Антеак.</p>
   <p>– Не делайте ошибки, думая, что я не понимаю образа действия вашей Общины, – сказал Лето. – Вы живые люди. Ваши чувства в высшей степени точно настроены. Я не остановлю этого, да и вам это не удастся.</p>
   <p>– Но иксианцы свободно играют в свои автоматы, – запротестовала Антеак.</p>
   <p>– Эти автоматы – не более чем разрозненные куски, законченные кусочки, соединенные в нечто целое, – согласился с Преподобной Матерью Лето. – Они уже запущены в движение, кто же их остановит?</p>
   <p>Луйсейал отбросила свои навыки самоконтроля, приобретенные в Бене Гессерит, – верный признак того, что она безоговорочно признала превосходство Императора. В ее голосе появились визгливые нотки.</p>
   <p>– Вы знаете, чем еще хвастаются иксианцы? Они говорят, что их машина может предсказать <emphasis>ваши</emphasis> действия!</p>
   <p>– Почему я должен этого бояться? Чем ближе они ко мне подберутся, тем больше будут нуждаться в союзе со мной. Они не могут завоевать меня, но я могу завоевать и покорить их.</p>
   <p>Антеак хотела было заговорить, но Луйсейал схватила ее за рукав.</p>
   <p>– Вы уже вступили в союз с Иксом? – спросила она. – Мы слышали, что вы очень долго беседовали с их послом – этой Хви Нори.</p>
   <p>– У меня нет союзников, – ответил Император. – Только слуги, ученики и враги.</p>
   <p>– И вы не боитесь иксианской машины? – настаивала на своем Антеак.</p>
   <p>– Неужели простой автомат – это синоним искусственного интеллекта?</p>
   <p>Глаза Антеак расширились и затуманились от невольного воспоминания. Лето как зачарованный следил за ее реакцией. В их сознании была и общая память.</p>
   <p>Лето почувствовал всю соблазнительность единения с Общиной Сестер – это будет так знакомо, так полезно… и так смертельно. Антеак попыталась соблазнить его и таким путем.</p>
   <p>Вот она заговорила:</p>
   <p>– Машина не может предвидеть каждую проблему, важную для живого человека. Существует большая разница между дискретным пространством и непрерывным континуумом. Мы живем в одном пространстве, а машины существуют в другом.</p>
   <p>– Оказывается, ты все еще обладаешь силой разума, – сказал Лето.</p>
   <p>– Поделись! – приказала Луйсейал. Это восклицание показало, кто доминирует в паре – младшая распоряжалась старшей. Лето постарался не показать свое удивление.</p>
   <p><emphasis>Замечательно!</emphasis> – подумал он.</p>
   <p>– Умение мыслить помогает приспособляемости, – сказала Антеак.</p>
   <p><emphasis>Она экономит на словах,</emphasis> Лето снова постарался не показать удивления.</p>
   <p>– Умение мыслить порождает творчество, – сказал он. – Это означает, что вам придется иметь дело с такой ответственностью, которой вы раньше не знали. Вам придется столкнуться с новым.</p>
   <p>– Таковы возможности иксианской машины, – сказала Антеак, и это не был вопрос.</p>
   <p>– Разве это не интересно, – спросил Лето, – что недостаточно быть непревзойденной Преподобной Матерью?</p>
   <p>Его обостренные чувства сказали Императору, что обеими женщинами овладел страх. Действительно, они были настоящими Вещателями Истины!</p>
   <p>– Вы вправе напугать меня, – сказал он. Возвысив голос, он спросил: – Откуда вам известно, что вы еще живы?</p>
   <p>Так же, как Монео, обе женщины почувствовали, что их судьба зависит от того, насколько верный ответ они дадут на этот вопрос. Лето был очарован тем, что, прежде чем заговорить, обе одновременно взглянули на мажордома.</p>
   <p>– Я – зеркало самой себя, – ответила Луйсейал; то был ответ в духе Бене Гессерит, который оскорбил Лето.</p>
   <p>– Мне не требуются предварительная инструментальная настройка, чтобы решать мои человеческие проблемы, – сказала Антеак. – Ваш вопрос для подгото – вительного класса.</p>
   <p>– Ха-ха, – усмехнулся Лето. – Как же вам хочется покинуть Бене Гессерит и примкнуть ко мне?</p>
   <p>Лето видел, что она обдумала и отвергла это предложение, однако сам процесс немало позабавил Бога-Императора.</p>
   <p>Лето взглянул на озадаченную Луйсейал.</p>
   <p>– Если ваше поведение выпадает за ваши мерки, то вы живой человек, а не автомат, – сказал он, подумав: <emphasis>Она никогда не будет больше доминировать в этой паре, старшая Преподобная Мать взяла реванш.</emphasis></p>
   <p>Луйсейал разозлилась и не сочла нужным это скрывать.</p>
   <p>– Говорят, что иксианцы снабжают вас машинами, которые имитируют человеческое мышление. Если вы такого низкого мнения о машинах, то тогда зачем…</p>
   <p>– Ее нельзя выпускать из капитула без надежной охраны, – сказал Лето. – Как она живет, если боится обращаться к своей собственной памяти?</p>
   <p>Луйсейал побледнела, но сохранила молчание.</p>
   <p>Лето посмотрел на нее с холодным вниманием.</p>
   <p>– Бессознательные взаимоотношения наших предков с машинами кое-чему научили и нас, как вы думаете?</p>
   <p>Луйсейал продолжала молчать, не рискуя подвергнуть свою жизнь опасности неудачным ответом.</p>
   <p>– Но ты не станешь отрицать, что мы по крайней мере знаем о привлекательности машин? – спросил Лето.</p>
   <p>Луйсейал кивнула.</p>
   <p>– Хорошо настроенная машина может быть гораздо полезнее живого слуги, – продолжал Лето. – Мы можем доверять машинам в том, что они не позволят себе отвлекаться на эмоции.</p>
   <p>Луйсейал наконец обрела способность говорить:</p>
   <p>– Значит ли это, что вы намерены отменить бутлерианское запрещение производства мерзких машин?</p>
   <p>– Клянусь тебе, – произнес Лето ледяным тоном, – что если ты и дальше будешь говорить такие глупости, то я прикажу тебя публично казнить. Я – не оракул!</p>
   <p>Луйсейал открыла рот, но снова закрыла его, не произнеся ни слова.</p>
   <p>Антеак, коснувшись руки подруги, почувствовала, что женщину бьет крупная дрожь. Антеак заговорила, демонстрируя возможности Голоса:</p>
   <p>– Наш Бог-Император никогда открыто не отменит проскрипции бутлерианского джихада.</p>
   <p>Лето в знак поощрения мягко улыбнулся Преподобной Матери. Какое удовольствие наблюдать работу профессионала, особенно если он изо всех сил старается не ударить в грязь лицом.</p>
   <p>– Это должно быть очевидно для любого познающего разума, – сказал Лето. – Всегда есть границы нашего выбора, места, где я не могу вмешиваться в ход событий.</p>
   <p>Он видел, как обе женщины, словно губки, впитывают в себя его слова, взвешивая их смысл и намерения Императора. Не хочет ли он отвлечь их внимание разговорами об Иксе, а в это время решить какие-то другие проблемы за их счет? Не говорил ли он сестрам Бене Гессерит, что настало время выбрать стиль поведения по отношению к Иксу? Но, может быть, его слова значат лишь то, что он высказывает на поверхности? Каков бы ни был смысл, его ни в коем случае нельзя игнорировать. Лето, несомненно, был самым непредсказуемым созданием, сотворенным за всю историю вселенной.</p>
   <p>Лето, нахмурившись, посмотрел на Луйсейал, зная, что этим лишь усилит ее растерянность и смятение.</p>
   <p>– Хочу особо указать тебе, Маркус Клер Луйсейал, что урок прошлого, перегруженного машинами всякого рода, урок, который ты не усвоила, состоит в том, что в таких обществах люди стали относиться к себе подобным как к машинам. Это машины так модифицировали человеческое поведение.</p>
   <p>Он обернулся к Монео.</p>
   <p>– Монео?</p>
   <p>– Я вижу его, мой господин.</p>
   <p>Мажордом изогнул шею и, не выпуская из виду сестер Бене Гессерит, посмотрел на Айдахо, входящего в зал через дальний вход. Дункан пересек зал и подошел к Лето. Монео не мог скрыть своей тревоги, но успел отметить про себя смысл длинной лекции Лето: «Он испытывает. Он всегда всех испытывает».</p>
   <p>Антеак откашлялась.</p>
   <p>– Господин, что вы можете сказать о нашем вознаграждении?</p>
   <p>– Вы храбры, – ответил Лето. – Несомненно, именно поэтому вас выбрали в качестве послов. Очень хорошо, на следующее десятилетие вы получите обычное количество Пряности. Что касается остального, то я предам забвению то, что вы намеревались сделать с помощью эссенции. Разве я не щедр и не великодушен?</p>
   <p>– Вы чрезвычайно щедры, господин, – сказала Антеак, и в ее голосе действительно не было ни горечи, ни обиды.</p>
   <p>Дункан Айдахо протиснулся мимо женщин и, остановившись возле Монео, пристально посмотрел на Лето.</p>
   <p>– Мой господин… – Он осекся и красноречиво взглянул на Преподобных Матерей.</p>
   <p>– Говори при них, – приказал Лето.</p>
   <p>– Слушаюсь, мой господин. – Айдахо не хотел говорить, но пришлось подчиниться приказу Бога-Императора. – Мы были атакованы на юго-восточной окраине города. Я считаю, что это был отвлекающий маневр, поскольку сейчас докладывают о новых беспорядках и вспышках насилия в городе и в Запретном Лесу – там действуют рассеянные группы нападающих.</p>
   <p>– Они охотятся за моими волками, – сказал Лето. – В лесу и в городе – они охотятся на волков.</p>
   <p>Айдахо в изумлении сдвинул брови.</p>
   <p>– Волки в городе, мой господин?</p>
   <p>– Хищники, – сказал Лето. – Волки или хищники – для меня нет никакой разницы.</p>
   <p>У Монео перехватило дыхание.</p>
   <p>Лето улыбнулся мажордому, радуясь моменту прозрения – с глаз пала пелена, пришло понимание происходящего.</p>
   <p>– Я привел крупные силы гвардии к сиетчу, – доложил Айдахо. – Посты расставлены через…</p>
   <p>– Я знал, что ты это сделаешь, – перебил его Лето. – Теперь слушай внимательно, куда я прикажу направить остальных.</p>
   <p>Преподобные Матери в суеверном благоговении слушали, как Лето указывает Айдахо конкретные места засад, численность пикетов, называет имена Говорящих Рыб, расписывает время, необходимое вооружение, развертывание сил в каждом конкретном месте. Айдахо автоматически запоминал приказ во всех его подробностях. Только когда Лето замолчал, Айдахо задался мучившим его вопросом. На лице начальника гвардии отразился страх и недоумение.</p>
   <p>Лето не составило труда прочесть самые сокровенные мысли Дункана. <emphasis>Я был верным солдатом настоящего господина Лето,</emphasis> думал Айдахо. <emphasis>Тот Лето, дед нынешнего, спас меня и взял в свой дом, как сына. Но даже хотя этот Лето почти то же, что его дед, все же… это не совсем то… это не он.</emphasis></p>
   <p>– Мой господин, зачем вам нужен <emphasis>я</emphasis>? – спросил Дункан.</p>
   <p>– Ты нужен мне, потому что ты силен и верен.</p>
   <p>Айдахо покачал головой:</p>
   <p>– Но я…</p>
   <p>– Подчиняйся, – приказал Лето и заметил, какое воздействие его слова оказали на Преподобных Матерей. <emphasis>Правду, только правду. Ведь они – Вещающие Истину.</emphasis></p>
   <p>– Потому что я в долгу перед Атрейдесами, – сказал Айдахо.</p>
   <p>– Именно на этом мы утверждаем наше упование, – ответил Лето. – А что наш Дункан?</p>
   <p>– Мой господин, – твердо произнес Айдахо, снова обретя почву под ногами.</p>
   <p>– В каждом из мест оставь хотя бы одного мятежника в живых, – сказал Лето, – иначе наши усилия будут тщетны.</p>
   <p>Айдахо кивнул, четко повернулся и вышел тем же путем, что и вошел. Лето подумал, что надо иметь очень наметанный глаз, чтобы понять, что Айдахо вошел в зал одним человеком, а вышел совершенно другим.</p>
   <p>– Все это из-за порки посла, – сказала Антеак.</p>
   <p>– Точно так, – согласился Лето. – Подробно расскажите об этом своей предводительнице, несравненной Преподобной Матери Сиаксе. Скажите ей, что я предпочитаю компанию хищников, а не жертв. – Он перевел взгляд на Монео, который превратился в воплощение внимания. – Монео, в лесу больше нет волков. Их надо заменить людьми, точнее, волками в человеческом облике. Проследи за этим.</p>
  </section>
  <section>
   <epigraph>
    <p>Пророчество в состоянии транса не похоже ни на какое другое видение. Это не аномалия, не примитивное обнажение чувств (какое наблюдается при многих других состояниях транса), но, скорее, погружение во множество новых движений. Предметы начинают двигаться. Это конечное воплощение прагматизма в море бесконечного, вопрошающее сознание, пребывая в котором вы наконец приходите к представлению о том, что вселенная обладает внутренне присущим ей движением, что она меняется, что она сама управляет этими изменениями, что ничто не остается неизменным или абсолютным на фоне этого беспрестанного движения, что механические объяснения этих явлений ограничены строгими рамками и что когда стены этих рамок сломаны, то старые объяснения рассыпаются и исчезают, сметенные новым мощным движением. То, что человек видит в таком состоянии, отрезвляет, а зачастую и потрясает. Эти видения требуют концентрации всех сил, чтобы сохранить цельность сознания, и даже если это удается, то человек выходит из состояния транса совершенно обновленным.</p>
    <text-author>(Похищенные записки)</text-author>
   </epigraph>
   <p>Ночью, после напряженного дня аудиенций, когда все другие спали, сражались, мечтали или умирали, Лето отдыхал в своем Зале Аудиенций. У входов стояли несколько отборных Говорящих Рыб. Другой охраны поблизости не было.</p>
   <p>Лето не спал. Его душа бурлила в смятении от неудовлетворенных желаний и разочарований.</p>
   <p><emphasis>Хви! Хви!</emphasis></p>
   <p>Он понимал, почему в качестве посла здесь появилась именно Хви. Очень хорошо понимал!</p>
   <p>Самый тайный из его секретов стал явным.</p>
   <p>Они разгадали его секрет, и свидетельством тому стала Хви.</p>
   <p>Ум Лето приходил в отчаяние. Можно ли обратить этот ужасный метаморфоз? Может ли он вернуть себе человеческий облик?</p>
   <p>Нет. Такой возможности нет. Да и если бы она была, для ее осуществления потребовался бы такой же срок, как и для достижения его нынешнего состояния. Во что превратится Хви через три тысячи лет? В сухую пыль и груду костей в крипте.</p>
   <p>Я мог бы вывести такую же, как она, и приготовить ее для себя, но то была бы уже не моя сладостная Хви.</p>
   <p>И что будет с Золотым Путем, если он начнет давать себе такие эгоистические поблажки?</p>
   <p>К дьяволу этот Золотой Путь! Разве эти сумасбродные идиоты когда-нибудь вспомнят обо мне? Никогда и никто!</p>
   <p>Но это же неправда. Хви думает о нем и разделяет его пытку.</p>
   <p>То были безумные мысли, и он попытался избавиться от них, его чувства говорили о движениях Говорящих Рыб, о воде, текущей под полом.</p>
   <p>Когда я делал свой выбор, то на что я надеялся, чего ожидал?</p>
   <p>Как вся эта толпа смеялась над моими вопросами. Но разве у него не было задачи завершить начатое предками? Разве не это было условием сдерживания толпы в его сознании?</p>
   <p>– Ты должен завершить наше дело, – говорили они. – У тебя одна и только одна цель.</p>
   <p>Одна-единственная цель – это отличительный знак фанатика. А я не фанатик!</p>
   <p>– Ты должен быть циничным и жестоким. Ты не можешь нарушить доверие.</p>
   <p>Но почему нет?</p>
   <p>– Кто дал эту клятву? Ты. Ты сам выбрал свой путь.</p>
   <p>Ожидания!</p>
   <p>– Ожидания, которые история творит для одного поколения, могут ничего не значить для другого. Кто знает это лучше, чем ты?</p>
   <p>Да… и обманутые ожидания могут сделать чужими друг другу целые народы. Я же один – как целый народ!</p>
   <p>– Помни свою клятву!</p>
   <p>В самом деле. Я – разрушительная сила, освободившая бич, занесенный над человечеством на протяжении веков. Я ограничиваю ожидания… включая мои собственные. Я смягчаю удары маятника.</p>
   <p>– Чтобы в конце концов отпустить его. Никогда не забывай об этом.</p>
   <p>Я устал. О, как я устал. Если бы только я мог уснуть… действительно, по-настоящему уснуть.</p>
   <p>– Ты просто полон жалости к себе.</p>
   <p>Почему нет? Почему именно я? Одинокая бесконечность, которая взирает на то, что могло бы быть. Каждый день и каждую ночь я взираю на это… и вот. Хви!</p>
   <p>– Твой первоначальный бескорыстный выбор теперь наполняет тебя эгоизмом.</p>
   <p>Вокруг столько опасностей. Я просто обязан носить свой эгоизм, словно броню.</p>
   <p>– Опасность существует для любого, кто соприкасается с тобой. Разве не в этом заключается твоя подлинная природа?</p>
   <p>Я опасен даже для Хви. Для дорогой, ненаглядной, милой Хви!</p>
   <p>– Ты построил вокруг себя высокие стены только для того, чтобы сидеть за ними и предаваться жалости к своей персоне?</p>
   <p>Неправда, стены были воздвигнуты только потому, что над моей Империей бушуют страшные силы.</p>
   <p>– Ты сам освободил их. Теперь ты пойдешь с ними на компромисс?</p>
   <p>Это делает Хви. Эти чувства никогда прежде не были во мне так сильны. Эти проклятые иксианцы!</p>
   <p>– Как интересно, что они одолели тебя с помощью живой плоти, а не своими хитроумными машинами.</p>
   <p>Это оттого, что они разгадали мой секрет.</p>
   <p>– Ты знаешь противоядие.</p>
   <p>При этой мысли все огромное тело Лето содрогнулось. Он хорошо знал это противоядие – надо освободить себя в своем собственном прошлом – это всегда срабатывало. Даже сестры Бене Гессерит не умели совершать такие сафари по оси своей памяти – назад, назад, к первоначальной клетке, к ее сознанию, ощутить восторг первобытного чувства. Он вспомнил, как после смерти особенно великолепного Дункана он устроил себе музыкальную экскурсию во времени. Моцарт утомил его своей претенциозностью, но Бах. Ах, как это было прекрасно!</p>
   <p>Лето вспомнил испытанную тогда радость.</p>
   <p><emphasis>Я сидел за органом и позволял музыке опустошать себя.</emphasis></p>
   <p>Только три раза он сталкивался в своей памяти с чем-то таким же прекрасным, как Бах. Даже Ликальо был таким же прекрасным, но не лучшим.</p>
   <p>Может быть, память женщин-интеллектуалок лучше всего подойдет для его сегодняшней цели? Например, память бабушки Джессики. Она была одной из лучших. Однако опыт говорил, что такая близкая родственница, как Джессика, в данном случае не лучший выбор. Надо искать гораздо дальше.</p>
   <p>Он представил себе, как рассказывает о своем сафари какому-то незнакомцу, который слушает его с благоговением, поскольку никто и никогда не осмеливался задавать Лето вопросы на столь священную тему.</p>
   <p>«Я продвигаюсь все дальше и дальше сквозь рой летящих навстречу мне предков, преследую данников, заглядываю в темные закоулки и самые сокровенные углы. Ты никогда не угадаешь имена людей, которых я встречал. Кто слышал о Норме Ченва? А я жил ее жизнью!»</p>
   <p>«Жил ее жизнью?» – спросил бы невидимый воображаемый слушатель.</p>
   <p>«Конечно, – иначе зачем бы я держал в своей памяти всю эту орду? Ты думаешь, что первый корабль Космической Гильдии сконструировал мужчина? Ваши учебники истории утверждают, что этим человеком был Аурелиус Венпорт. Учебники лгут. Корабль изобрела его любовница Норма. Она придумала ему конструкцию, а заодно подарила пятерых детей. Его «<emphasis>я</emphasis>» не было согласно на меньшее. Так он думал. В конце концов осознание того, что не он был изобретателем, довело его до саморазрушения».</p>
   <p>«Ты жил и его жизнью?»</p>
   <p>«Естественно. Я прошел путями дальних странствий фрименов. По линии отца и других. Я прошел до самого Дома Атрейдес».</p>
   <p>«Какая блистательная родословная».</p>
   <p>«Среди них было изрядное количество глупцов».</p>
   <p><emphasis>Мне нужно отвлечься,</emphasis> подумал он.</p>
   <p>Может быть, устроить тур по сексуальным приключениям?</p>
   <p>«Ты даже не представляешь, какие внутренние сексуальные оргии мне доступны! Я – конечный созерцатель эротических сновидений – участник и наблюдатель. Невежество и непонимание сексуальности наделали в мире так много бед. Как бесконечно узок был наш мир и наши представления – сплошное уродство».</p>
   <p>Лето прекрасно понимал, что не может пойти по этому пути, во всяком случае, не сегодня. В этих сновидениях не будет Хви.</p>
   <p>Может быть, выбрать войну?</p>
   <p>«Какой из этих Наполеонов окажется большим трусом? – спросил он своего воображаемого гостя. – Я не открою тебе этого, но я-то знаю. О да, я знаю».</p>
   <p>Куда я могу пойти? Со всем прошлым, открытым для меня; куда я могу пойти?</p>
   <p>Бордели, мерзости, тираны, акробаты, нудисты, хирурги, мужчины-проститутки, музыканты, фокусники, священники, ремесленники, жрицы…</p>
   <p>«Ведомо ли тебе, – спросил он снова воображаемого гостя, – что <emphasis>хула</emphasis> сохраняет древний язык знаков, которым когда-то объяснялись между собой только мужчины? Ты никогда не слышал о <emphasis>хула</emphasis>? Ну, конечно, не слышал. Кто еще танцует этот танец? Танцоры сохраняют многое. Перевод смысла утрачен, но я его знаю».</p>
   <p>«Однажды ночью я был многими халифами и шел на Восток и на Запад, неся с собой свет ислама, – это было путешествие через века. Я не стану утомлять тебя подробностями. Уходи, гость, уходи!»</p>
   <p><emphasis>Как это соблазнительно,</emphasis> думал он, <emphasis>слушать зов сирен, которые заставят меня жить только в прошлом.</emphasis></p>
   <p><emphasis>И как бесполезно теперь это прошлое из-за проклятых иксианцев. Как скучно это прошлое – ведь в нем нет Хви. Зато она здесь. Она придет ко мне сейчас. Если я позову ее. Но я не могу позвать ее… не сегодня… не сейчас.</emphasis></p>
   <p>Прошлое продолжало манить к себе.</p>
   <p><emphasis>Я могу совершить паломничество в свое прошлое. Это не будет сафари. Я могу пойти туда один. Паломничество очищает. Сафари же превратит меня в туриста. Это большая разница. Я могу пойти в свой внутренний мир один.</emphasis></p>
   <p><emphasis>Уйти туда, чтобы никогда не вернуться назад.</emphasis></p>
   <p>Лето почувствовал неизбежность такого исхода, сновидения рано или поздно заманят его в свою ловушку.</p>
   <p><emphasis>Я создаю состояние сновидения для всей моей Империи. В этих снах создаются новые мифы, рождаются новые направления и возникают новые движения… Новое, новое, новое… Вещи возникают из моих снов, из моих мифов. Но кто более чувствителен к ним, чем я? Охотник попал в расставленные им силки.</emphasis></p>
   <p>Лето понял, что попал в условия, от которых не существует противоядия – ни в прошлом, ни в настоящем, ни в будущем. Его огромное тело дрожало в полумраке Зала Аудиенций.</p>
   <p>Возле портала одна из Говорящих Рыб прошептала другой:</p>
   <p>– Бог встревожен?</p>
   <p>Ее подруга ответила:</p>
   <p>– Грехи мира лишат покоя кого угодно.</p>
   <p>Лето слушал их и безмолвно плакал.</p>
  </section>
  <section>
   <epigraph>
    <p>Решив повести человечество по Золотому Пути, я поклялся себе преподать людям урок, который они усвоят мозгом своих костей. Я очень хорошо понимаю, к чему стремятся смертные всеми своими поступками, хотя и отрицают это на словах. Люди говорят, что ищут спокойствия и безопасности, называя это условие миром. Но говоря так, они сами всюду сеют семена раздора и насилия. Обретая спокойствие, они начинают корчиться в муках. Им становится невыразимо скучно. Посмотрите на них. Посмотрите, что они творят, когда я диктую эти строки. Ха! Я даю им бесконечную эпоху принудительного мира, невзирая на их бесчисленные попытки снова погрузиться в хаос. Поверьте, память о Мире Лето вовеки пребудет с родом человеческим. После меня люди будут искать мира и спокойствия с величайшими предосторожностями и осмотрительностью.</p>
    <text-author>(Похищенные записки)</text-author>
   </epigraph>
   <p>Проклиная свою судьбу, Айдахо на рассвете летел в «безопасное место», сидя рядом с Сионой в имперском орнитоптере. Машина направлялась к востоку, навстречу солнцу, заливавшему дугой яркого света изрезанный квадратами полей ландшафт.</p>
   <p>Орнитоптер был достаточно велик для того, чтобы взять на борт взвод Говорящих Рыб и двух <emphasis>гостей.</emphasis> Пилот, капитан гвардии, женщина могучего телосложения, которую Айдахо не мог представить себе улыбающейся, представилась как Инмейр. Она сидела впереди Айдахо, по бокам от нее расположились две мускулистые Говорящие Рыбы. Еще пять таких же гвардейцев сидели вокруг Сионы и Айдахо.</p>
   <p>– Бог приказал мне вывезти вас из Города, – сказала Инмейр Айдахо накануне в помещении командного пункта, расположенного под площадью. – Это делается для вашей же безопасности. Мы вернемся завтра утром на Сиайнок.</p>
   <p>Айдахо, утомленный прошедшими тревожными сутками, сразу почувствовал бесполезность всяких возражений – не было смысла противиться приказам «самого Бога». С первого взгляда на руки Инмейр стало ясно, что в случае неповиновения она одним движением свернет Айдахо шею.</p>
   <p>Капитан вывела Дункана из командного пункта, и они вышли в ночь, под черный шатер неба, усеянного, словно бриллиантами, яркими крупными звездами. Только подойдя к орнитоптеру, Айдахо увидел сидевшую в нем Сиону и у него сразу возник вопрос о цели этого внезапного отъезда.</p>
   <p>Еще ночью Айдахо понял, что не все беспорядки в Онне были организованы мятежниками. Когда же он поинтересовался Сионой, Монео ответил, что «дочь в безопасности и что ее поручат попечению Дункана».</p>
   <p>В орнитоптере Сиона не стала отвечать на вопросы Айдахо, храня упорное молчание. Она напомнила ему его самого в те первые, самые горькие дни, когда он поклялся всю жизнь бороться против Харконненов. Но где коренится горечь Сионы? Что движет ею?</p>
   <p>Сам не зная почему, Айдахо принялся мысленно сравнивать Сиону с Хви Нори. Было нелегко встретиться с Хви, но Айдахо умудрился это сделать, несмотря на то что Говорящие Рыбы требовали его постоянного присутствия на службе.</p>
   <p><emphasis>Деликатность</emphasis>, вот было самое подходящее слово для характеристики Хви. Эта деликатность была присуща ей изначально и придавала ей огромную силу обаяния и таинственную власть. Он находил эти черты Хви необычайно притягательными.</p>
   <p><emphasis>Мне надо чаще с ней встречаться.</emphasis></p>
   <p>Но… сейчас приходилось довольствоваться угрюмым молчанием сидящей рядом Сионы. Ну что ж, на молчание можно ответить таким же молчанием.</p>
   <p>Айдахо посмотрел вниз, на проплывавший под ними ландшафт. То там то сям он видел огоньки деревень, в стеклах окон на мгновение вспыхивали отблески восходящего солнца. Пустыня Сарьира осталась далеко позади и было такое впечатление, что эту землю невозможно опустошить.</p>
   <p><emphasis>Есть вещи, которые не могут сильно меняться,</emphasis> подумал он. <emphasis>Они просто переходят из одного места в другое и приспосабливаются, слегка трансформируясь.</emphasis></p>
   <p>Этот ландшафт напомнил Айдахо роскошные сады Каладана, где в течение многих поколений жили Атрейдесы до того, как отправились на Дюну. Видны были узкие дороги, торговые пути, по которым медленно двигались повозки, запряженные шестиногими животными – торсами. Монео говорил, что торсы, выведенные специально для такой местности, были самой распространенной рабочей скотиной во всей Империи.</p>
   <p>«Нацией, которая передвигается пешком, легче управлять».</p>
   <p>Эти слова Монео эхом отдавались в мозгу Айдахо, когда он рассматривал пейзаж обновленной Дюны. Впереди расстилалась идиллическая картина – мягкие очертаний холмов, погруженная в предутренний мрак долина, по дну которой протекал невидимый отсюда ручей. Только поднимавшийся над некоторыми местами дымок, пасущиеся овцы и коровы говорили о том, что здесь живут люди.</p>
   <p>Сиона внезапно оживилась и тронула пилота за плечо, указывая на место, расположенное справа по курсу.</p>
   <p>– Это не Гойгоа? – спросила девушка.</p>
   <p>– Да, – ответила Инмейр, не поворачивая головы. В ее голосе прозвучало сильное чувство, природа которого была непонятна Айдахо.</p>
   <p>– Разве это не безопасное место? – спросила Сиона.</p>
   <p>– Безопасное, – последовал ответ.</p>
   <p>Сиона взглянула на Айдахо.</p>
   <p>– Прикажи ей приземлиться здесь.</p>
   <p>Не понимая, почему он подчиняется этому требованию, Дункан сказал Инмейр:</p>
   <p>– Сажай машину здесь.</p>
   <p>Капитан обернулась, и ее лицо, которое ночью казалось Дункану бесстрастной маской, исказилось от какого-то неведомого сильного переживания. Уголки глаз подергивались, рот искривился в неприятной гримасе.</p>
   <p>– Только не Гойгоа, командир, – сказала она. – Есть место лучше…</p>
   <p>– Бог-Император приказал тебе отвезти меня именно туда? – спросила Сиона.</p>
   <p>В глазах Инмейр сверкнул гнев, однако она не стала смотреть в глаза Сионы.</p>
   <p>– Нет, но он…</p>
   <p>– Тогда мы приземлимся в Гойгоа, – принял решение Айдахо.</p>
   <p>Инмейр резко отвернулась к панели управления, и Айдахо прижало к Сионе центробежной силой – орнитоптер зашел на посадку, направленный к маленькому пятачку, спрятанному в тени зеленого холма.</p>
   <p>Заглядывая через плечо капитана, Дункан попытался рассмотреть место приземления. В самом центре пятачка стояла деревня, выстроенная из того же черного камня, из которого были сложены заборы. На склонах, окаймлявших селение, виднелись огороды, склоны, полого поднимавшиеся к седловине, были густо засажены фруктовыми деревьями. В небе, несомые утренними потоками воздуха, кружили ястребы.</p>
   <p>Айдахо взглянул на Сиону.</p>
   <p>– Что такое Гойгоа?</p>
   <p>– Скоро увидишь.</p>
   <p>Инмейр направила орнитоптер к поросшему травой пустырю на окраине деревни. Одна из Говорящих Рыб открыла дверь со стороны деревни. В ноздри Айдахо ударил головокружительный аромат – запахи скошенной травы, навоза и едкого дыма печей. Он выпрыгнул из орнитоптера. На улице собирались люди – поглазеть на пришельцев. Дункан заметил, как пожилая женщина в длинном зеленом платье, наклонившись, что-то прошептала на ухо ребенку, и тот побежал прочь по улице, скрывшись за поворотом.</p>
   <p>– Ну что, нравится? – спросила Сиона, подойдя к Айдахо.</p>
   <p>– Приятное местечко, – ответил он.</p>
   <p>К ним подошли Инмейр и остальные Говорящие Рыбы. Сиона взглянула на гвардейцев.</p>
   <p>– Когда мы вернемся в Онн? – спросила она.</p>
   <p>– Вы не вернетесь, – ответила Инмейр. – Мне приказано отвезти вас в Цитадель. В Онн вернется только командир.</p>
   <p>– Ясно, – кивнула Сиона. – Когда мы отправимся?</p>
   <p>– Завтра на рассвете. Я пойду договорюсь со старостой о квартире, – сказала Инмейр и, отойдя от группы, направилась в деревню.</p>
   <p>– Гойгоа, – задумчиво произнес Айдахо. – Какое странное название. Интересно, что было здесь во времена Дюны?</p>
   <p>– Я знаю, – сказала Сиона. – Здесь было место, называемое Шулох, что означает «проклятое место». Здесь жили люди, которых истребили после того, как они совершили ужасные преступления, так утверждает Устное Предание.</p>
   <p>– Якуруту, – прошептал Айдахо, припоминая старые легенды о похитителях воды. Он оглянулся, пытаясь отыскать в местности следы хребтов, скал и дюн, но тщетно. Видны были только два старика с безмятежными лицами, которые вместе с Инмейр приближались к орнитоптеру. На мужчинах были надеты поношенные брюки и рубашки. Оба были босы.</p>
   <p>– Ты знаешь это место? – спросила Сиона.</p>
   <p>– Только его древнее легендарное название, – признался Дункан.</p>
   <p>– Говорят, что здесь водятся привидения, – проговорила Сиона, – но я в это не верю.</p>
   <p>Инмейр остановилась перед Айдахо и сделала знак старикам подождать.</p>
   <p>– Квартиры здесь бедны, но подходят для ночлега, – доложила она, – но вы можете остановиться в одном из частных владений.</p>
   <p>Произнося последние слова, Инмейр оглянулась на Сиону и вопросительно посмотрела на девушку.</p>
   <p>– Это мы решим позже, – ответила Сиона и взяла Айдахо под руку. – Мы с командиром прогуляемся по деревне и осмотрим окрестности. Здесь очень красивый вид.</p>
   <p>Инмейр хотела что-то сказать, но промолчала.</p>
   <p>Айдахо без сопротивления позволил Сионе провести себя мимо двух стариков, которые во все глаза смотрели на них.</p>
   <p>– Я пошлю с вами двух человек, – крикнула им вслед Инмейр.</p>
   <p>Сиона остановилась и оглянулась.</p>
   <p>– Разве в Гойгоа небезопасно?</p>
   <p>– Здесь очень тихо, – заговорил один из местных стариков.</p>
   <p>– В таком случае нам не нужна охрана, – решила Сиона. – Пусть гвардейцы лучше охраняют орнитоптер.</p>
   <p>Она повела Айдахо дальше.</p>
   <p>– Ладно, – сказал Айдахо и высвободил руку. – Так что это за место?</p>
   <p>– Ты скоро убедишься, что от древнего Шулоха не осталось и следа. Эта деревня очень подходит для отдыха. Райский уголок.</p>
   <p>– Ты что-то задумала, – сказал Айдахо. – Скажи, что именно:</p>
   <p>– Я часто слышала, что гхола очень любят задавать вопросы, – ответила Сиона. – Но сейчас я тоже хочу кое-что выяснить.</p>
   <p>– Даже так?</p>
   <p>– Каким человеком был в твое время Лето?</p>
   <p>– Какой Лето?</p>
   <p>– Да, я забыла, что так же звали и его деда. Естественно, я имею в виду нашего Лето.</p>
   <p>– Он был тогда ребенком. Это все, что я могу о нем сказать.</p>
   <p>– Устное Предание гласит, что в этой деревне родилась одна из его первых невест.</p>
   <p>– Невест? Я думал…</p>
   <p>– Тогда он еще обладал человеческим обликом. Это было после смерти его сестры, но до того, как он превратился в червя. Устное Предание, кроме того, говорит, что все его невесты исчезли в казематах Цитадели и с тех пор их никто не видел живьем, только на голограммах. В течение же последних тысячелетий у него не было невест.</p>
   <p>Тем временем они вышли на небольшую площадь в центре деревни – квадрат земли со стороной не более пятидесяти метров с огороженным прудом посередине. Сиона села на этот парапет и, хлопнув по нему ладонью, предложила Айдахо сесть рядом. Дункан огляделся, отметив, что люди следят за ним из-за опущенных занавесок, а дети указывают пальцами и перешептываются. Он обернулся к Сионе, но остался стоять.</p>
   <p>– Так что же это за место?</p>
   <p>– Я уже сказала тебе. Кстати, я хочу знать, кто был Муад’Диб.</p>
   <p>– Это был друг, о котором может мечтать каждый человек.</p>
   <p>– Значит, Устное Предание говорит правду, хотя оно же утверждает, что его наследники создали деспотию, а это звучит довольно зловеще.</p>
   <p><emphasis>Она завлекает меня в какую-то западню,</emphasis> подумал Айдахо.</p>
   <p>Он натянуто улыбнулся, обдумывая возможные мотивы Сионы. Казалось, она ждет какого-то очень важного события, ждет с волнением, может быть, даже со страхом, не лишенным, впрочем, какого-то восторженного оттенка. Но больше никаких намеков не было. Все это пока походило на обыкновенную светскую болтовню, она просто занимает время, но до каких пор и что за этим последует?</p>
   <p>Его размышления были прерваны топотом бегущих ног. Айдахо обернулся и увидел ребенка лет восьми, который изо всех сил бежал к ним по боковой улочке. Босые ноги малыша взметали фонтанчики пыли, а вдалеке слышался громкий голос матери, которая звала сына вернуться. Ребенок остановился в десяти шагах от Айдахо и уставил на него такой напряженный, алчущий взгляд, что Дункан ощутил внутреннее неудобство. Этот ребенок казался очень знакомым, еще дитя, но в его чертах угадывался мужчина – высокие скулы, курчавые темные волосы, складка над бровями. На мальчике был надет синий, вылинявший от многочисленных стирок комбинезон, сшитый, впрочем, из хорошего, добротного и прочного материала.</p>
   <p>– Нет, ты не мой отец, – объявил ребенок. Повернувшись, он опрометью бросился прочь и вскоре исчез за углом.</p>
   <p>Айдахо, нахмурившись, взглянул на Сиону, боясь задать вопрос, который вертелся у него на языке: <emphasis>Это был ребенок моего предшественника?</emphasis> Он знал ответ и без этого, слишком очевидно было сходство. <emphasis>Этот ребенок – я сам в детстве.</emphasis> Это понимание опустошило его, повергло в растерянность. <emphasis>Какова мера моей ответственности?</emphasis></p>
   <p>Сиона закрыла лицо руками и опустила плечи. Все произошло совсем не так, как она себе представляла. Она почувствовала, что ее подвела собственная жажда мести. Айдахо был не просто гхола, нечто чуждое, с чем можно было не считаться. Она вспомнила, как он невольно прижался к ней в орнитоптере, как на его лице отражались обычные человеческие чувства. И этот ребенок…</p>
   <p>– Что произошло с моим предшественником? – спросил Айдахо. Голос его звучал бесстрастно, в нем слышалось обвинение.</p>
   <p>Сиона отняла руки от лица. В глазах ее металась плохо скрытая ярость.</p>
   <p>– Мы не знаем наверняка, – ответила она, – но однажды он вошел в Цитадель и больше его не видели.</p>
   <p>– Это его ребенок?</p>
   <p>Она молча кивнула.</p>
   <p>– Это точно, что не ты убила моего предшественника?</p>
   <p>– Я… – Она была потрясена искренними сомнениями в его голосе, его обвинением.</p>
   <p>– Мы прилетели сюда только из-за этого ребенка?</p>
   <p>Она судорожно сглотнула.</p>
   <p>– Да.</p>
   <p>– Что, по-твоему, я должен был с ним сделать?</p>
   <p>Она пожала плечами, чувствуя, что совершила не вполне пристойный поступок.</p>
   <p>– Что ты можешь сказать о его матери? – спросил Айдахо.</p>
   <p>– Она и прочие живут на той улице. – Она кивнула головой в ту сторону, куда убежал мальчик.</p>
   <p>– Прочие?</p>
   <p>– Там есть еще старший сын… дочь… Ты не… Я хочу сказать, что могу устроить…</p>
   <p>– Нет! Мальчик прав – не я его отец.</p>
   <p>– Прости меня, – прошептала Сиона. – Мне не следовало этого делать.</p>
   <p>– Но почему <emphasis>он</emphasis> выбрал это место? – спросил Айдахо.</p>
   <p>– Отец… твой…</p>
   <p>– Мой <emphasis>предшественник</emphasis>!</p>
   <p>– Потому что здесь был дом Ирти, а она никуда не желала отсюда уезжать. Так рассказывают люди.</p>
   <p>– Ирти… мать?</p>
   <p>– Жена, согласно старому обычаю, освященному Устным Преданием.</p>
   <p>Айдахо оглядел каменные стены домов, окружавших площадь, окна, занавешенные плотными занавесками, узкие двери.</p>
   <p>– Так он жил здесь?</p>
   <p>– Когда мог.</p>
   <p>– Как он умер, Сиона?</p>
   <p>– Честно говоря, я не знаю… Но других Червь убил. Это мы знаем точно!</p>
   <p>– Откуда ты можешь это знать? – Он так внимательно смотрел на девушку, что она, не выдержав его взгляда, отвернулась в сторону.</p>
   <p>– У меня нет сомнений в подлинности историй о моих предках, – ответила она. – Они рассказаны мне по кусочкам – замечание об этом, сплетня о другом, слух о третьем, но я верю в эти рассказы. И мой отец тоже в них верит!</p>
   <p>– Монео ничего не рассказывал мне об этом.</p>
   <p>– Есть одна вещь, которую определенно можно сказать об Атрейдесах, – заговорила Сиона. – Мы верны, и это факт. Мы всегда держим свое слово.</p>
   <p>В изумлении Айдахо открыл было рот, но смолчал. <emphasis>Ну, конечно, Сиона тоже из Атрейдесов.</emphasis> Эта мысль потрясла его. Нет, он, конечно, знал это и раньше, но как-то не воспринимал этот факт, не осознавал его. Сиона была бунтарем, но ее действия были санкционированы самим Лето. Границы его снисходительности были неясны, но Айдахо отчетливо их ощущал.</p>
   <p>– Ни в коем случае не причиняй ей вред, – напутствовал его Лето. – Сиона должна пройти испытание.</p>
   <p>Дункан повернулся к ней спиной.</p>
   <p>– Ты ничего не знаешь наверняка, – сказал он. – Отрывочные сведения и слухи.</p>
   <p>Сиона не ответила.</p>
   <p>– Он Атрейдес! – с вызовом произнес Айдахо.</p>
   <p>– Он Червь! – не менее горячо возразила девушка. Казалось, яд в ее голосе можно было потрогать пальцами.</p>
   <p>– Твое проклятое Устное Предание – это не что иное, как собрание древних сплетен! – в сердцах воскликнул Айдахо. – Только глупцы могут верить в них.</p>
   <p>– Ты все еще доверяешь ему, – сказала Сиона, – но это скоро пройдет.</p>
   <p>Айдахо резко обернулся и уставил на Сиону пылающий взор.</p>
   <p>– Ты же никогда не говорила с ним!</p>
   <p>– Говорила. Когда была ребенком.</p>
   <p>– Ты и сейчас ребенок. Он воплощение Атрейдесов, всех, которые когда-либо жили на свете. Это ужасно, ведь я знал многих из этих людей. Они были моими друзьями.</p>
   <p>В ответ Сиона только покачала головой.</p>
   <p>Айдахо снова отвернулся. Он почувствовал, что эмоции опустошили его, выпили до дна. Было такое впечатление, что его лишили станового хребта. Сам того не желая, он направился через площадь на улицу. Где скрылся мальчик. Сиона бегом догнала его и пошла рядом, но он делал вид, что не замечает ее.</p>
   <p>Улочка была узкой, каменные стены домов зияли дверьми, скрытыми в арках, окна – уменьшенные копии дверей, занавешенные тканью, которая шевелилась, когда он проходил мимо.</p>
   <p>На первом перекрестке Айдахо остановился и посмотрел направо – в ту сторону, куда побежал мальчик. В нескольких шагах стояли две седые, одетые в длинные черные юбки и зеленые кофты, пожилые женщины, которые судачили о чем-то, склонившись друг к другу. Они замолчали, заметив Айдахо, и уставились на него, не скрывая любопытства. Он не стал отворачивать взгляд и посмотрел вдоль улицы – она была безлюдна.</p>
   <p>Айдахо пошел дальше, в один шаг поравнялся с ними и прошел мимо. Тесно прижавшись друг к другу, женщины проводили его внимательным взглядом. Мельком взглянув на Сиону, они снова вперили взгляд в Айдахо. Девушка быстро шла рядом с Дунканом; на ее лице застыло странное выражение.</p>
   <p><emphasis>Печаль?</emphasis> – думал он. <emphasis>Сожаление? Любопытство?</emphasis></p>
   <p>Трудно было сказать. Его сейчас больше интересовали наглухо закрытые окна и двери, мимо которых они проходили.</p>
   <p>– Ты была когда-нибудь раньше в Гойгоа? – спросил он.</p>
   <p>– Нет, – ответила она сдавленным голосом, словно опасаясь чего-то.</p>
   <p><emphasis>Что заставляет меня идти по этой улице?</emphasis> – думал Айдахо. Но еще не успев задать себе этот вопрос, он уже знал ответ на него. <emphasis>Эта Ирти… Что это была за женщина, ради которой он мог бы приехать сюда, в Гойгоа?</emphasis></p>
   <p>В одном из окон справа приподнялся угол занавески, и оттуда выглянуло лицо мальчика с площади. Занавеска упала и приподнялась. На этот раз в окне возникло лицо женщины. Айдахо всмотрелся в это лицо и остановился, словно пораженный громом, не в силах сделать еще один шаг. Это было лицо женщины, которую он так часто видел в своих самых фантастических сновидениях, – мягкий овал лица, проницательные темные глаза, полные чувственные губы…</p>
   <p>– Джессика, – прошептал он.</p>
   <p>– Что ты сказал? – спросила Сиона.</p>
   <p>Айдахо онемел. Это было лицо Джессики, восставшее из прошлого, прошлого, которое он считал навеки утраченным, генетический курьез – мать Муад’Диба, воплощенная в новом теле.</p>
   <p>Женщина опустила занавеску и исчезла, навсегда запечатлевшись в памяти Айдахо. Эта женщина была старше Джессики, которую он помнил по тому времени, когда они вместе делили опасности на Дюне, – на лице чуть больше морщин, тело стало чуть полнее…</p>
   <p><emphasis>В ней стало больше материнского,</emphasis> сказал себе Айдахо. Потом: <emphasis>Я говорил ей, кого она так напоминает?</emphasis></p>
   <p>Сиона коснулась его плеча.</p>
   <p>– Ты не хочешь войти, познакомиться с ней?</p>
   <p>– Нет, это была ошибка.</p>
   <p>Дункан направился туда, откуда они пришли, но в это время дверь дома Ирти распахнулась, и оттуда вышел молодой человек. Он закрыл дверь и повернулся лицом к Айдахо.</p>
   <p>Айдахо рассудил, что юноше было около шестнадцати лет, было невозможно ошибиться – те же волосы, курчавые, как каракуль, те же резкие и сильные черты лица.</p>
   <p>– Ты – новый, – уверенно сказал юноша. Голос был низким, как у взрослого мужчины.</p>
   <p>– Да. – Дункану было трудно говорить.</p>
   <p>– Зачем ты пришел? – спросил юноша.</p>
   <p>– Это была не моя идея, – ответил Айдахо. Говорить стало легче, злость на Сиону придавала ему силы.</p>
   <p>Юноша взглянул на Сиону.</p>
   <p>– Нам сказали, что наш отец мертв.</p>
   <p>Сиона кивнула.</p>
   <p>Он снова взглянул в глаза Айдахо.</p>
   <p>– Прошу тебя, уходи и не возвращайся больше. Ты причиняешь боль нашей матери.</p>
   <p>– Конечно, – произнес Айдахо. – Принеси от меня извинения госпоже Ирти за это вторжение. Меня привезли сюда против моей воли.</p>
   <p>– Кто привез тебя?</p>
   <p>– Говорящие Рыбы.</p>
   <p>Юноша коротко кивнул и еще раз посмотрел на Сиону.</p>
   <p>– Я всегда думал, что вас, Говорящих Рыб, учат быть добрее к своим, – с этими словами он повернулся, вошел в дом и плотно прикрыл за собой дверь.</p>
   <p>Айдахо схватил Сиону за руку и быстрым шагом пошел прочь. Она, спотыкаясь, старалась поспеть за ним, отчаянно вырываясь.</p>
   <p>– Он подумал, что я – Говорящая Рыба, – проговорила она.</p>
   <p>– Ты действительно на нее похожа. – Он искоса взглянул на девушку. – Почему ты не сказала мне, что Ирти была Говорящей Рыбой?</p>
   <p>– Это не казалось мне важным.</p>
   <p>– Ах вот как…</p>
   <p>– Они познакомились только поэтому.</p>
   <p>Они вышли обратно на площадь. Не останавливаясь, Айдахо направился к окраине деревни, к садам и огородам. Потрясение вызвало у него прострацию, он чувствовал, что не в состоянии переварить все, что на него только что свалилось.</p>
   <p>На пути возник низкий каменный забор. Дункан перелез через него и остановился, слушая, как вслед за ним то же самое делает Сиона. Деревья были в цвету. На оранжевых тычинках белых цветов усердно работали пчелы. Воздух был полон жужжания и напоен ароматами растений – это напомнило Айдахо прошлую, такую давнюю жизнь на Каладане. Там тоже повсюду были заросли благоухающих цветов.</p>
   <p>Он остановился, достигнув гребня холма, откуда взглянул на аккуратные квадратики деревни – все крыши были одинаковыми и черными.</p>
   <p>Сиона села на густую траву и обхватила руками колени.</p>
   <p>– Все получилось не так, как ты хотела? – спросил он.</p>
   <p>Она покачала головой, и Дункан понял, что она вот-вот расплачется.</p>
   <p>– За что ты так его ненавидишь? – сказал он.</p>
   <p>– Мы не можем жить своей жизнью, вот за что!</p>
   <p>Айдахо посмотрел на деревню, расстилавшуюся внизу.</p>
   <p>– Много ли здесь деревень таких, как эта?</p>
   <p>– Это образец Империи Червя!</p>
   <p>– В ней что-то не так?</p>
   <p>– Нет, все так, если тебе не надо ничего иного.</p>
   <p>– Ты хочешь сказать, что это все, что он позволяет?</p>
   <p>– Да, есть, правда, несколько торговых городов… Есть Онн. Мне говорили, что даже столицы планет выглядят как большие деревни.</p>
   <p>– Так я повторяю: что здесь не так?</p>
   <p>– Это же тюрьма!</p>
   <p>– Так покинь ее.</p>
   <p>– Но куда я уеду? Как? Ты думаешь, мы можем просто сесть на корабль Гильдии и отправиться куда нам угодно? – Она посмотрела вниз, туда, где стоял орнитоптер, возле которого сидели Говорящие Рыбы. – Наши тюремщики не выпустят нас!</p>
   <p>– Но сами они свободно ездят. Ездят туда, куда им заблагорассудится.</p>
   <p>– Они ездят туда, куда посылает их Червь.</p>
   <p>Она уткнулась лицом в колени и заговорила приглушенным голосом:</p>
   <p>– Как вы жили тогда, в старые дни?</p>
   <p>– Все было по-другому, но жить было намного опаснее. – Он посмотрел на стены, окружавшие огороды и сады. – Здесь, на Дюне, не было воображаемых границ владений, не было и самих частных владений. Все было собственностью герцогства Атрейдесов.</p>
   <p>– Все, кроме фрименов.</p>
   <p>– Да, но фримены знали, что принадлежит им, а что нет. Они жили на этой стороне в своих укреплениях… Или вне их, в пустыне, на песке которой можно было добела раскалить сковороду.</p>
   <p>– Они могли перемещаться куда хотели!</p>
   <p>– Да, но с некоторыми ограничениями.</p>
   <p>– Многие из нас жаждут возвращения Пустыни, – сказала Сиона.</p>
   <p>– У вас есть Сарьир.</p>
   <p>– Это такая малость. – Она посмотрела на него вспыхнувшим взглядом.</p>
   <p>– Тысяча пятьсот километров в длину и пятьсот в ширину – это не так уж мало.</p>
   <p>Сиона поднялась на ноги.</p>
   <p>– Ты не спрашивал Червя, почему он ограничивает нас такими рамками?</p>
   <p>– Мир Лето, Золотой Путь задуманы для того, чтобы обеспечить наше выживание. Вот что он <emphasis>говорит</emphasis>.</p>
   <p>– Знаешь, что он говорил моему отцу? Я шпионила за ним, когда была ребенком, подслушивала, что он говорит.</p>
   <p>– И что же?</p>
   <p>– Он говорил, что ограждает нас от всяческих кризисов, чтобы ограничить наши формирующие силы. Он сказал: «Людей можно поддерживать, причиняя им боль, но теперь я сам – эта боль. Боги могут становиться источником боли». Это его доподлинные слова, Дункан. Червь – это воплощенная болезнь!</p>
   <p>У Айдахо не было сомнений в точности ее воспоминаний, но слова девушки не взволновали его. Вместо этого он вспомнил о Коррино, которого он приказал недавно убить. <emphasis>Болезнь, боль</emphasis>. Коррино, наследник Семьи, которая некогда правила Дюной, толстый, средних лет мужчина, начал строить козни, стараясь захватить власть и запасы Пряности. Айдахо приказал одной из Говорящих Рыб убить его, и это вызвало недоумение Монео.</p>
   <p>– Почему ты не убил его сам?</p>
   <p>– Я хотел посмотреть, как могут работать мои Говорящие Рыбы.</p>
   <p>– И?</p>
   <p>– Я удовлетворен.</p>
   <p>Однако в действительности смерть Коррино потрясла Айдахо своей нереальностью. Он вспомнил труп пожилого толстого мужчины, плавающий в луже крови на мостовой. Это было нереально. Айдахо вспомнил слова Муад’Диба: <emphasis>Разум накладывает на все некую форму, которую он называет реальностью. Эта произвольная форма совершенно не зависит от того, что подсказывают нам наши чувства.</emphasis> Так какая же <emphasis>реальность</emphasis> движет Господом Лето?</p>
   <p>Айдахо оглянулся. Сиона стояла на фоне садов и зеленых холмов Гойгоа.</p>
   <p>– Пошли в деревню искать квартиру. Мне надо побыть одному.</p>
   <p>– Говорящие Рыбы поселят нас в один дом.</p>
   <p>– С ними?</p>
   <p>– Нет, только нас двоих. Причина очень проста. Червь хочет скрестить меня с великим Дунканом Айдахо.</p>
   <p>– Я сам выбираю себе любовниц! – прорычал Дункан.</p>
   <p>– Думаю, что какая-нибудь из Говорящих Рыб будет просто в восторге, – сказала Сиона. Она повернулась и начала спускаться с холма.</p>
   <p>Айдахо несколько мгновений рассматривал ее гладкое юное тело, гибкое, как молодая яблоня на ветру.</p>
   <p>– Я не племенной жеребец, – пробормотал Айдахо, – и он должен хорошенько это понять.</p>
  </section>
  <section>
   <epigraph>
    <p>Когда кончается день, вы становитесь все более нереальными, более чуждыми и отстраненными от того, кем я был в этот новый день. Я – единственная настоящая реальность, и поскольку вы отличаетесь от меня, постольку теряете свою реальность. Чем любопытнее становлюсь я, тем меньше любопытства проявляют те, кто поклоняется мне. Религия подавляет любопытство. То, что я делаю, выбивает почву из-под ног поклоняющихся мне. Таким образом, со временем я перестану что-либо делать, отдав все на откуп напуганным людям, которые в тот день вдруг ощутят свое одиночество и будут искать в себе силы действовать от своего имени и ради своего блага.</p>
    <text-author>(Похищенные записки)</text-author>
   </epigraph>
   <p>Этот звук был не похож ни на какой другой. Звук ожидающей толпы, распространяющийся вдоль огромного туннеля, по которому маршировал Айдахо впереди Императорской тележки, – нервный шепот, усиленный до степени некоего абсолютного шепота, шаги, слившиеся в единый шаг, шорох, слившийся в шорох огромного платья. И запах – сладкий запах пота, смешанный с млечным духом сексуального возбуждения.</p>
   <p>Инмейр и другие Говорящие Рыбы сопровождения доставили Айдахо в Онн в первый час после рассвета, спустившись на площадь, покрытую предутренними холодными зеленоватыми сумерками. Сразу же после приземления они должны были стартовать снова. Инмейр была явно недовольна, что ей придется лететь в Цитадель – так не хотелось ей пропускать священный праздник Сиайнок.</p>
   <p>Новый эскорт Говорящих Рыб, дрожавших от подавленного волнения, сопроводили Айдахо сюда, в подземную часть города, не обозначенную ни на одной карте, которые изучал Дункан. Это был лабиринт, шедший сначала в одном направлении, потом в другом и в конце концов открывавшийся в туннель, достаточно просторный для того, чтобы вместить Императорскую тележку. Айдахо потерял счет поворотам и полностью потерял ориентировку и, отказавшись от попыток понять направление движения, погрузился в воспоминания о прошедшей ночи.</p>
   <p>Спальные квартиры в Гойгоа, хотя были спартанскими и маленькими, оказались довольно удобными для ночлега. В каждом номере – две лежанки, одно окно и одна дверь. Комнаты были расположены вдоль коридора в доме, называемом «Дом для гостей».</p>
   <p>Сиона оказалась права. Не спрашивая их, Говорящие Рыбы поселили Айдахо и Сиону в один номер, Инмейр вела себя так, словно молчаливое согласие было получено с самого начала.</p>
   <p>Когда дверь за ними закрылась, Сиона сказала:</p>
   <p>– Если ты притронешься ко мне, я постараюсь тебя убить.</p>
   <p>Это было сказано с такой холодной искренностью, что Айдахо едва сдержал смех.</p>
   <p>– Я, пожалуй, предпочту спать один, – сказал он. – Можешь считать, что здесь, кроме тебя, никого нет.</p>
   <p>Он спал очень чутко, вспоминая опасные ночи на службе Атрейдесам, постоянную готовность к бою. В комнате всю ночь было довольно светло – в нее проникали и лунный свет, и сияние крупных звезд. Айдахо был удивлен тем, насколько он оказался чувствителен к присутствию Сионы, – его волновал ее запах, он постоянно прислушивался к ее вздохам, к шороху, когда она принималась ворочаться в постели. Несколько раз за ночь он просыпался и напряженно вслушивался в тишину, шестым чувством ощущая, что Сиона сейчас делает то же самое.</p>
   <p>Утро и отлет в Онн пришли как чудесное избавление. Они нарушили пост и выпили холодного фруктового сока, и Айдахо с удовольствием пробежался по холодку к орнитоптеру. Он не заговаривал с Сионой и с неудовольствием ловил на себе взгляды Говорящих Рыб.</p>
   <p>Девушка заговорила с ним только один раз, перегнувшись через борт орнитоптера, когда Айдахо вышел на площади Онна.</p>
   <p>– Мне не стыдно будет называться твоим другом, – сказала она.</p>
   <p>Такое вот необычное предложение дружбы. Он почувствовал смущение.</p>
   <p>– Да… конечно, конечно…</p>
   <p>Новый эскорт сопроводил его в лабиринт и довел до конца туннеля. Там ждал его Лето на своей тележке. Место встречи было простым расширением коридора, справа от Айдахо начинался туннель, уходивший вдаль. Стены, сложенные из темного камня, были украшены золотыми полосами, сиявшими в свете огромных ламп. Эскорт занял место позади тележки, оставив Айдахо лицом к лицу с Императором.</p>
   <p>– Дункан, ты будешь идти впереди меня, когда мы отправимся на Сиайнок, – сказал Лето.</p>
   <p>Айдахо пристально посмотрел в бездонную синеву глаз Лето, разозленный обстановкой секретности и таинственности, очевидной приватностью всего этого празднества. Он понял, что все, что он слышал о Сиайноке, только усиливало его неведение.</p>
   <p>– Я действительно командир вашей гвардии, мой господин? – спросил Айдахо, не считая нужным скрывать свое недовольство.</p>
   <p>– Действительно! Специально для тебя я делаю исключение, и очень почетное исключение! Только немногие, самые доверенные мужчины получают право участвовать в празднике Сиайнок.</p>
   <p>– Что происходило в городе этой ночью?</p>
   <p>– Было несколько кровавых стычек, но утром все успокоилось.</p>
   <p>– Потери?</p>
   <p>– Настолько малы, что о них не стоит даже говорить.</p>
   <p>Айдахо согласно кивнул. Предзнание Лето предупредило его об опасности, которая угрожала <emphasis>его Дункану.</emphasis> Отсюда и полет в безопасный Гойгоа.</p>
   <p>– Ты был в Гойгоа, – сказал Лето. – Тебя не искушали приглашением остаться?</p>
   <p>– Нет!</p>
   <p>– Не злись на меня, – примирительно произнес Лето. – Я не посылал тебя в Гойгоа.</p>
   <p>Айдахо вздохнул.</p>
   <p>– Какая опасность заставила вас отослать меня из города?</p>
   <p>– Эта опасность угрожала не тебе, – сказал в ответ Лето. – Но ты возбудил моих гвардейцев настолько, что они стали слишком явно демонстрировать свои способности. То, что происходило этой ночью, не требовало ничего чрезвычайного.</p>
   <p>– Вот оно что. – Эта мысль потрясла Айдахо. Он никогда не думал о себе, как о военачальнике, который может побудить солдат к героизму, не требуя этого прямо. Есть командиры, которые одним своим присутствием буквально гонят солдат вперед. Такие вожди, как Лето – дед нынешнего, – одним своим появлением вдохновляли войска на подвиги.</p>
   <p>– Ты мне очень дорог, Дункан, – признался Лето.</p>
   <p>– Да, но я… я все же не племенной жеребец.</p>
   <p>– Я уважу твои желания. Мы обсудим это в другой раз.</p>
   <p>Айдахо оглянулся. Говорящие Рыбы стояли позади, внимательно прислушиваясь.</p>
   <p>– Когда вы приезжаете в Онн, здесь всегда бывают вспышки насилия? – спросил Айдахо.</p>
   <p>– Этот процесс проявляется циклично. Теперь инакомыслящие почти полностью подавлены. Какое-то время будет тихо.</p>
   <p>Айдахо вгляделся в непроницаемое лицо Лето.</p>
   <p>– Что произошло с моим предшественником?</p>
   <p>– Разве Говорящие Рыбы не рассказывали тебе об этом?</p>
   <p>– Они говорили, что он умер, защищая своего Бога.</p>
   <p>– Но ты слышал рассказы и другого рода.</p>
   <p>– Так что же случилось в действительности?</p>
   <p>– Он умер, потому что оказался слишком близко от меня. Я вовремя не удалил его в безопасное место.</p>
   <p>– В такое место, как Гойгоа?</p>
   <p>– Я бы предпочел, чтобы он доживал там свои дни в мире и благополучии, но ты же хорошо знаешь, что Дунканы не ищут спокойной и безопасной гавани.</p>
   <p>Айдахо с трудом проглотил слюну, ощутив в горле непривычный комок.</p>
   <p>– И все же я хотел бы знать подробности его гибели. У него осталась семья…</p>
   <p>– В свое время ты узнаешь подробности и не беспокойся о его семье. Они находятся под моей опекой. Я надежно охраняю их издалека. Ты же знаешь, каким насилием мне угрожают. Это одна из моих функций. К великому несчастью, от этого чаще других страдают те, кого я люблю и кем больше всех восхищаюсь.</p>
   <p>Айдахо был явно не удовлетворен услышанным.</p>
   <p>– Успокойся, Дункан, – сказал Лето. – Твой предшественник действительно погиб, потому что оказался очень близко от меня.</p>
   <p>Эскорт Говорящих Рыб зашевелился. Айдахо оглянулся на туннель.</p>
   <p>– Да, пора, – проговорил Лето. – Не стоит заставлять женщин ждать. Иди впереди меня, Дункан, я расскажу тебе все о Сиайноке.</p>
   <p>Послушно, ибо другого подходящего выхода не было, Дункан сделал поворот кругом и возглавил процессию. Он услышал, как тележка со скрежетом двинулась вперед, потом раздался легкий топот ног эскорта.</p>
   <p>Скрежет внезапно прекратился. Айдахо обернулся и тотчас понял причину.</p>
   <p>– Вы перенесли тележку на подвесной режим, – сказал он, снова обратив свое внимание вперед.</p>
   <p>– Я убрал колеса, – сказал Лето, – потому что женщины подойдут слишком близко к тележке, а я не хочу отдавить им ноги.</p>
   <p>– Так что такое Сиайнок? Что это на самом деле? – спросил Айдахо.</p>
   <p>– Я же говорил тебе – это Великое Единение.</p>
   <p>– Я действительно чувствую запах Пряности?</p>
   <p>– У тебя очень тонкое обоняние. Да, в вафли добавлено немного Пряности.</p>
   <p>Айдахо только покачал головой.</p>
   <p>Пытаясь все же понять суть праздника, Айдахо при первой же возможности по прибытии в Онн прямо спросил Лето, в чем смысл Сиайнока.</p>
   <p>– Мы делим вафли, только и всего. Даже я принимаю участие.</p>
   <p>– Это похоже на ритуал оранжевых католиков?</p>
   <p>– О нет! Это не моя плоть. Это единение, припадание к одному источнику. Они вспоминают, что они только лишь женщины, так же, как ты – только лишь мужчина. Но я – <emphasis>целое.</emphasis></p>
   <p>Айдахо не слишком понравилась тональность высказанного.</p>
   <p>– <emphasis>Только лишь</emphasis> мужчина?</p>
   <p>– Ты знаешь, кого они высмеивают на празднике?</p>
   <p>– Кого?</p>
   <p>– Мужчин, которые оскорбили их. Прислушайся, о чем они тихо переговариваются между собой.</p>
   <p>Айдахо воспринял это как предупреждение: <emphasis>Не оскорбляй Говорящих Рыб. Этим ты навлечешь на себя смертельную опасность!</emphasis></p>
   <p>Сейчас, идя впереди Лето по туннелю, он чувствовал, что, расслышав все слова Лето, все же не понял их смысла. Обернувшись вполоборота, он спросил:</p>
   <p>– Я все же не понял идеи Единения.</p>
   <p>– Во время этого ритуала мы действуем вместе, заодно. Ты все это увидишь и почувствуешь сам. Мои Говорящие Рыбы – хранители особого знания, непрерывающейся линии, которую они сохраняют. Ты примешь участие в ритуале, и они полюбят тебя за это. Внимательно слушай их. Они открыты идеям родства и близости. Их понятия для обожания каждого человека не имеют пределов.</p>
   <p><emphasis>Еще слова,</emphasis> подумал Айдахо. <emphasis>Еще больше таинственности.</emphasis></p>
   <p>Туннель начал понемногу расширяться, потолок стал выше. Светильников стало больше, здесь они испускали глубокий оранжевый свет. В трехстах метрах впереди стал различим зал под высоким сводчатым потолком. Там светил красный свет, в котором из стороны в сторону раскачивались лоснящиеся от пота возбужденные лица. Одежда под лицами сливалась в сплошную стену, скрывая тела.</p>
   <p>Приблизившись к ожидавшим женщинам, Айдахо увидел в толпе проход и трап с высоким бортом. Огромный потолок открывал над женщинами бездонное пространство, уходящее ввысь. Огромное пространство освещалось ярким красным светом.</p>
   <p>– Иди к трапу, встань на борт и повернись лицом к женщинам, – приказал Лето.</p>
   <p>Исполняя приказ, Айдахо вскинул вверх правую руку. Он вышел в открытое пространство, и огромность его измерений привела его в священный трепет. Встав на борт, он наметанным взглядом попытался определить размеры зала – они оказались впечатляющими: сторона его составляла не меньше тысячи ста метров, углы были закруглены, что еще больше усиливало впечатление огромности. Зал был набит женщинами, и Айдахо напомнил себе, что здесь были лишь избранные представители полков Говорящих Рыб с каждой планеты. Они стояли, так тесно прижавшись друг к другу, что Айдахо понял: никто из них не сможет даже упасть. Оставалось только одно свободное место – коридор шириной около пятидесяти метров возле полоза, на котором стоял Айдахо и наблюдал за происходящим. На него смотрели лица, лица, лица – бесконечное скопище лиц.</p>
   <p>Лето остановил свою тележку непосредственно позади Айдахо и поднял свою серебристо-красную руку.</p>
   <p>Тотчас же огромный зал заполнился неистовым криком: «Сиайнок! Сиайнок!»</p>
   <p>Айдахо был оглушен. <emphasis>Этот звук должен быть слышен по всему городу,</emphasis> подумал Дункан, <emphasis>если, конечно, туннель не слишком глубоко.</emphasis></p>
   <p>– Невесты мои, – сказал Лето, – я приветствую вас на празднике Сиайнок.</p>
   <p>Айдахо взглянул на Лето, всмотрелся в его темные глаза, сияющее лицо, а ведь совсем недавно он сказал: «Это проклятая святость!» А сейчас он наслаждался этой святостью.</p>
   <p><emphasis>Интересно, видел ли когда-нибудь Монео эти сборища?</emphasis> – подумалось Айдахо. Это была странная мысль, но Дункан понимал, почему она вдруг пришла ему в голову. Должен был найтись хотя бы еще один смертный, с кем можно было бы обсудить это Празднество. Рыбы из эскорта сказали, что Монео отбыл по делам государственной важности. Услышав это, Айдахо почувствовал, что до него дошел еще один элемент способа, которым Лето правил государством. Линии власти простирались непосредственно от Лето ко всему населению, но линии эти почти никогда не пересекались. Это требовало многих вещей, включая доверенных слуг, которые не раздумывая примут ответственность за исполнение любого приказа, не обсуждая его.</p>
   <p>– Немногие видели, как Бог-Император сам причиняет кому бы то ни было вред, – говорила ему Сиона. – Так поступали все Атрейдесы, которых ты знал?</p>
   <p>Айдахо смотрел на массу Говорящих Рыб, пока эти мысли витали в его голове. Какая приниженность в глазах! Какое благоговение! Как Лето добился этого? И зачем?</p>
   <p>– Возлюбленные мои, – произнес Лето, и его голос, усиленный тонким иксианским приспособлением, достиг самых отдаленных уголков огромного зала.</p>
   <p>Разгоряченные лица женщин заставили Айдахо вспомнить немое предостережение Лето не навлекать на себя смертельно опасный гнев Говорящих Рыб.</p>
   <p>В таком месте очень легко поверить этому предупреждению. Одно слово Лето, и женщины разорвут на куски любого обидчика. В этом не было никаких сомнений. Они сделают все, что он пожелает. Айдахо понял, почему Лето так ценил свою женскую армию. Никакая опасность не остановит это воинство. Они служат самому Богу!</p>
   <p>Императорская тележка слегка скрипнула – это Император приподнял свои передние сегменты, подняв голову.</p>
   <p>– Вы – хранители веры! – сказал он.</p>
   <p>В ответ раздался единодушный крик многих тысяч женщин.</p>
   <p>– Мы повинуемся тебе, Господи!</p>
   <p>– Во мне вы будете жить вечно! – продолжал возглашать Лето.</p>
   <p>– Мы вечны! – раздался новый крик.</p>
   <p>– Я люблю вас, как никого другого!</p>
   <p>– Любовь! – исступленно кричали в ответ женщины.</p>
   <p>Айдахо содрогнулся.</p>
   <p>– Я даю вам своего возлюбленного Дункана! – сказал Лето.</p>
   <p>– Любви! – продолжали кричать Говорящие Рыбы.</p>
   <p>Айдахо почувствовал, что все его тело сотрясает крупная дрожь. Он понимал, что сейчас может упасть под гнетом этой преданности и этого раболепства. Его раздирали противоречивые желания – хотелось бежать и хотелось остаться, чтобы до конца принять это. В этом зале воплотилась власть. Власть!</p>
   <p>Понизив голос, Лето приказал:</p>
   <p>– Смени охрану.</p>
   <p>В знак повиновения женщины без колебаний поклонились и отошли. Возле Айдахо появилась новая шеренга Говорящих Рыб в белых одеяниях. Они подошли к трапу, на котором стоял Дункан, и он с изумлением заметил, что многие из них несли на руках детей не старше одного-двух лет от роду.</p>
   <p>Айдахо уже говорили, что это женщины, которые на какое-то время оставили службу в рядах Говорящих Рыб. Некоторые стали жрицами, некоторые полностью посвятили себя материнству… но никто из них по-настоящему не перестал служить Лето.</p>
   <p>Глядя сверху на детей, Айдахо подумал о том, какое неизгладимое впечатление должен произвести этот ритуал на мальчиков. Они пронесут таинство этого события через всю свою жизнь. Они не будут осознавать это, но тайна останется с ними навсегда, оставаясь в тени любого решения, которое они будут принимать, став взрослыми.</p>
   <p>Последняя из вновь пришедших остановилась возле тележки и смотрела на Лето преданным взглядом. Другие женщины в зале последовали ее примеру.</p>
   <p>Айдахо лихорадочно оглядывался по сторонам. Одетые в белое женщины заполнили все пространство внизу приблизительно на пятьсот метров во все стороны. Некоторые поднимали детей и пытались поднести их поближе к Лето. Благоговение и подчиненность достигли невиданной степени. Прикажи сейчас Лето – и эти матери насмерть разобьют своих малышей о металлический борт трапа. Они сделают все, что угодно, все, что он им прикажет!</p>
   <p>Лето опустил свой передний сегмент на тележку, по его телу прошла изящная волна. Добрым взглядом он посмотрел вниз и заботливо произнес:</p>
   <p>– Я дам вам награду, которой заслуживает ваша вера и ваша служба. Попросите ее и вы ее получите.</p>
   <p>Стены зала дрогнули, когда прозвучал ответ.</p>
   <p>– Награда да будет дана!</p>
   <p>– Все мое – твое, – сказал Лето.</p>
   <p>– Все мое – твое, – послушно вторили ему женщины.</p>
   <p>– Соединитесь со мной теперь же, разделите со мной молчаливую молитву, – продолжал Лето, – молитесь за мое проникновение во все сущее, в человечество, чтобы оно пребывало вовеки.</p>
   <p>Все головы в зале, как одна, склонились долу. Женщины в белом прижимали к груди детей и заглядывали им в глаза. Айдахо ощутил присутствие какой-то страшной силы, которая стремилась войти в него и покорить. Он приоткрыл рот и тяжело задышал, почувствовав какое-то физическое наваждение. Его мозг лихорадочно искал убежища, какой-нибудь зацепки, которая позволила бы ему сохранить свою личность, не сойти с ума, не распасться.</p>
   <p>Эти женщины представляли собой армию, подлинную силу которой Айдахо до сих пор не мог себе даже представить. Он знал, что не понимает и не поймет этой силы – он может только наблюдать ее и видеть, что она существует.</p>
   <p>Айдахо вспомнил слова Лето, сказанные им в Цитадели:</p>
   <p>– Верность в мужской армии направлена на саму армию, а не на общество, которое содержит эту армию. Верность в женской армии направлена на ее вождя.</p>
   <p>Теперь Айдахо воочию видел доказательство этих слов. Теперь они внушали ему только страх.</p>
   <p><emphasis>Он предлагает мне соединиться с этим,</emphasis> подумал Айдахо.</p>
   <p>Теперь он понимал, что его ответ Лето тогда прозвучал по-детски глупо:</p>
   <p>– Я не вижу этому никаких разумных оснований.</p>
   <p>– Люди в своем большинстве отнюдь не порождения разума.</p>
   <p>– Никакая армия – будь она мужская или женская – не гарантирует мира! Ваша Империя не мирная Империя! Вы только…</p>
   <p>– Мои Говорящие Рыбы дали тебе почитать нашу историю?</p>
   <p>– Да, но я ходил по вашему городу и видел людей. Ваш народ агрессивен!</p>
   <p>– Вот видишь, Дункан? Мир порождает агрессию, поощряет ее.</p>
   <p>– Но вы говорите, что ваш Золотой Путь…</p>
   <p>– Это не то же самое, что мир. Это спокойствие, удобренная почва для создания жестко отделенных друг от друга классов и многих других форм агрессивности.</p>
   <p>– Вы говорите загадками!</p>
   <p>– Я говорю, основываясь на накопленных наблюдениях о том, что мирное поведение есть поведение побежденных. Это положение жертвы. Жертвенность порождает агрессию.</p>
   <p>– Это ваше проклятое спокойствие по принуждению! Что хорошего может из этого выйти?</p>
   <p>– Если у общества нет врагов, то их надо изобрести. Военная сила, у которой нет внешнего врага, неизбежно обратится против собственного народа.</p>
   <p>– Так какую игру вы ведете?</p>
   <p>– Я подталкиваю человеческие устремления к войне.</p>
   <p>– Люди не хотят войны!</p>
   <p>– Они жаждут хаоса. Война – это самый доступный вид хаоса.</p>
   <p>– Я не верю ни одному вашему слову! Вы играете в какую-то свою очень опасную игру!</p>
   <p>– Да, и в очень опасную. Я занимаюсь древними источниками человеческого поведения, чтобы направить его в нужное мне русло. Опасность состоит в том, что я могу подавить волю человека к выживанию. Но я могу заверить тебя, что это и есть Золотой Путь.</p>
   <p>– Но вы не сумели подавить антагонизм!</p>
   <p>– Я рассеиваю энергию в одном месте и концентрирую ее в другом. То, что не можешь контролировать, надо просто оседлать.</p>
   <p>– Но что может удержать вашу женскую армию от переворота?</p>
   <p>– То, что ее вождь – я.</p>
   <p>Глядя на эту массу женщин, Айдахо не мог не признать средоточие лидерства Лето. Он видел также, что часть этого раболепия распространялась и на его персону. Это искушение заворожило его – он мог потребовать от них чего угодно… чего угодно! Скрытая сила, сконцентрированная в этом зале, грозила взрывом. Понимание этого заставило Айдахо вспомнить еще одни слова Лето.</p>
   <p>Император говорил что-то о взрывоопасном насилии. Даже сейчас, глядя на молящихся женщин, Айдахо вспомнил слова Лето:</p>
   <p>– Мужчины склонны разделять общество на классы. Они создают стратифицированное общество. Стратифицированное общество – это открытое и конечное окончательное приглашение к насилию. Такое общество не рассыпается. Оно взрывается.</p>
   <p>– Разве женщины не поступают так же?</p>
   <p>– Нет, они поступают так только в обществе, где безраздельно господствуют мужчины, или если женщины оказываются заперты в ловушку мужской модели мировоззрения.</p>
   <p>– Половые различия не могут быть столь сильны!</p>
   <p>– Но опыт показывает, что могут. Женщины делают общее дело, основываясь на своей половой принадлежности, на том, что стоит выше всех классовых различий. Вот почему я позволил женщинам взять в руки бразды правления.</p>
   <p>Айдахо был вынужден признать, что эти молящиеся женщины действительно держат в руках бразды правления.</p>
   <p><emphasis>Но какая же часть этой силы предназначается мне?</emphasis></p>
   <p>Искушение было просто-таки чудовищным! Айдахо трепетал от этого искушения. С отчетливой ясностью он вдруг понял, что в этом и состоит замысел Лето – подвергнуть его искушению соблазном.</p>
   <p>Женщины закончили молитву и подняли свои взоры к Лето. Айдахо признался сам себе, что никогда не видел на человеческих лицах выражения такого восторга, – ни в экстазе любви, ни после славной победы – никогда и нигде не видел он такого чистого, такого всецелого выражения восторга и благоговения.</p>
   <p>– Сегодня рядом со мной стоит Дункан Айдахо, – проговорил Лето. – Дункан явился сюда для того, чтобы произнести здесь клятву в верности, так, чтобы все слышали ее. Дункан?</p>
   <p>Айдахо почувствовал, что по его спине пробежал предательский холодок страха. Лето предоставил ему простой выбор: <emphasis>Объяви о своей верности Богу-Императору или умри!</emphasis></p>
   <p><emphasis>Если я начну отшучиваться, колебаться или каким-либо образом отказываться, то эти женщины убьют меня собственными руками.</emphasis></p>
   <p>Айдахо едва не задохнулся от гнева. Он откашлялся и начал говорить:</p>
   <p>– Пусть никто не ставит под сомнение мою верность. Я верен Атрейдесам.</p>
   <p>Эффект потряс Айдахо.</p>
   <p>– Мы с тобой! – неистово закричали женщины. – Мы с тобой! Мы с тобой!</p>
   <p>– Мы с тобой, – повторил с ними и Лето.</p>
   <p>Юные курсанты школы Говорящих Рыб вбежали в зал с подносами, полными вафель. Руки тянулись к подносам, словно исполняя красивую ритуальную пляску, исполненную грации и благоговения. Каждая женщина, взяв вафлю, поднимала ее над головой. Когда девушка, приблизившись к трапу, протянула поднос Айдахо, Лето сказал:</p>
   <p>– Возьми две и дай одну мне в руку.</p>
   <p>Айдахо опустился на одно колено и взял две вафли. Они были хрустящими и ломкими. Айдахо встал и протянул одну из вафель Лето.</p>
   <p>Громовым голосом Лето вопросил:</p>
   <p>– Выбрана ли новая гвардия?</p>
   <p>– Да, господин! – крикнули в ответ женщины.</p>
   <p>– Храните ли вы мою веру?</p>
   <p>– Да, господин!</p>
   <p>– Идете ли вы по Золотому Пути?</p>
   <p>– Да, господин!</p>
   <p>Вибрация женских голосов потрясала Айдахо, заставляла его цепенеть при каждом выкрике множества голосов.</p>
   <p>– Мы едины? – вопросил Лето.</p>
   <p>– Да, господин!</p>
   <p>Когда женщины ответили, Лето положил вафлю в рот. Все матери возле трапа откусили от своих вафель по маленькому кусочку, оставив остальное детям. Другие Говорящие Рыбы, стоявшие позади одетых в белое матерей, опустив головы, ели свои вафли.</p>
   <p>– Дункан, ешь свою вафлю, – приказал Лето.</p>
   <p>Айдахо положил вафлю в рот. Его организм гхола не был приучен к Пряности, но клетки тела помнили ее вкус. Вафля отдавала горечью из-за небольшой примеси меланжи. Вкус пробудил в нем старые воспоминания – обеды в сиетче, банкеты во дворце Атрейдесов… тогда вся жизнь была пропитана Пряностью, ее аромат был знаком тех дней.</p>
   <p>Айдахо проглотил свою вафлю и только в этот момент до него дошло, что в зале наступила неправдоподобная тишина, в которой громко щелкнул механизм тележки Лето. Айдахо обернулся и увидел, что Лето открыл ящик в основании тележки и извлек оттуда хрустальный футляр, испускавший голубоватое сияние. Император открыл футляр и извлек оттуда старый отравленный нож. Айдахо тотчас узнал знакомый до боли клинок – в торце рукоятки был выгравирован ястреб Атрейдесов, сама рукоятка украшена алмазной инкрустацией.</p>
   <p><emphasis>Нож Муад’Диба!</emphasis></p>
   <p>Айдахо ощутил глубочайшее волнение при виде этого ножа. Он так внимательно смотрел на древнее оружие, словно ждал, что сейчас увидит его исконного обладателя.</p>
   <p>Лето высоко поднял нож, показывая всем кривое, сверкающее молочно-белым сиянием лезвие.</p>
   <p>– Вот талисман нашей жизни, – провозгласил Лето.</p>
   <p>Женщины внимали, сохраняя полную тишину.</p>
   <p>– Это нож Муад’Диба, – сказал Лето. – Зуб Шаи-Хулуда. Вернется ли Шаи-Хулуд?</p>
   <p>Ответ был приглушен и от этого подействовал на Айдахо сильнее, чем предыдущий исступленный вопль.</p>
   <p>– Да, господин.</p>
   <p>Айдахо вновь стал внимательно рассматривать полные раболепства лица Говорящих Рыб.</p>
   <p>– Кто есть Шаи-Хулуд?</p>
   <p>В ответ снова раздался приглушенный ропот:</p>
   <p>– Ты, господин.</p>
   <p>Айдахо мысленно кивнул самому себе. Нельзя было отрицать, что Лето черпал власть из бездонного источника, которым никто и никогда не пользовался в таких масштабах. Лето произносил слова, но они ничего не значили по сравнению с тем, что в действительности творилось в этом зале. Слова Лето возвращались к Айдахо, словно ждали момента для того, чтобы скрыть свой истинный смысл. Айдахо вспомнил их с Лето разговор в крипте – месте, которое так нравилось Лето и казалось столь отталкивающим Айдахо, – в сырой темной крипте, полной пыли веков и запаха древнего упадка.</p>
   <p>– Я формировал это общество, придавал ему вид в течение трех тысяч лет, выпуская из плена незрелости целый биологический вид, – сказал тогда Лето.</p>
   <p>– Но это не объяснение по поводу женской армии, – запротестовал Айдахо.</p>
   <p>– Изнасилование чуждо женской природе, Дункан. Ты говорил о половой разнице в поведении, вот один из примеров такой разницы.</p>
   <p>– Перестаньте уходить от разговора!</p>
   <p>– Я не ухожу. Изнасилование – это плата за завоевание, которую требуют мужчины. Самцы, совершая изнасилование, показывают, что они еще не выбрались из плена своих подростковых фантазий.</p>
   <p>От этой тирады Айдахо почувствовал гнев, который ему было трудно скрыть.</p>
   <p>– Мои гурии обуздывают мужчин, – сказал Лето. – Они одомашнивают их, женщины в силу необходимости занимались одомашниванием испокон веков.</p>
   <p>Айдахо молча смотрел в окруженное складкой лицо Лето.</p>
   <p>– Именно обуздать, укротить, – продолжал Лето. – Это значит – создать новый паттерн выживания. Раньше женщины учились этому у мужчин, а теперь мужчины учатся у женщин.</p>
   <p>– Но вы говорили…</p>
   <p>– Иногда мои гурии прибегают к насилию, но только затем, чтобы потом превратить его в глубокую взаимозависимость.</p>
   <p>– Черт возьми! Вы…</p>
   <p>– Связывание, зависимость, Дункан! Зависимость.</p>
   <p>– Я не чувствую себя связанным с…</p>
   <p>– Образование и обучение требуют времени. Ты – воплощение древней нормы, по которой можно мерить новую норму.</p>
   <p>Эти слова Лето погасили в Айдахо все чувства – осталось только тяжелое ощущение утраты.</p>
   <p>– Мои гурии учат зрелости, – продолжал между тем Лето. – Они знают, что должны управлять созреванием мужчин. Через этот процесс они добиваются собственного созревания. Со временем гурии становятся женами и матерями, и мы покидаем накатанный путь насилия и юношеских фиксаций.</p>
   <p>– Чтобы поверить в это, мне надо увидеть это воочию.</p>
   <p>– Ты увидишь это на празднике Великого Единения.</p>
   <p>Стоя сейчас рядом с Лето на празднике Сиайнок, Айдахо не мог не признать, что стал свидетелем великой силы, которая действительно может изменить мир по слову Лето.</p>
   <p>Лето вновь положил нож в футляр и вложил футляр в отделение тележки. Женщины следили за его действиями в молчании, притихли даже дети – все подчинились великой силе, которая витала под сводами зала.</p>
   <p>Айдахо взглянул на детей, Лето говорил, что все они – мальчики и девочки – получат на этом празднике заряд невиданной силы, которая определит их дальнейшую судьбу. Мальчики станут подчиняться женщинам, став, по словам Лето, «легким переходом от подростковой незрелости к мужу и отцу».</p>
   <p>Говорящие Рыбы и их потомки жили жизнью «одержимых неким волнением, которое недоступно большинству прочих людей».</p>
   <p><emphasis>Что будет с детьми Ирти?</emphasis> – подумал Айдахо. С<emphasis>тоял ли здесь мой предшественник, наблюдая, как его одетая в белое жена разделяет ритуал праздника Лето?</emphasis></p>
   <p><emphasis>Что хочет предложить мне Лето, показывая это зрелище?</emphasis></p>
   <p>С такой армией ее командир может перевернуть вверх ногами всю Империю Лето. Сможет ли? Нет… пока жив Лето. Лето говорил, что женщины по натуре своей не агрессивны.</p>
   <p>«Я не воспитываю в них это», – говорил Лето. Они знают циклический паттерн королевских праздников каждые десять лет, они знают ритуал смены гвардии, они слушают благословение новому поколению. Они молча оплакивают павших Сестер, смерть своих близких. Это становится привычным. Изменение превращается в нечто незыблемое, в свою противоположность – отсутствие всякого движения. Праздники Сиайнок движутся своим чередом, становясь частью предсказуемого, измеримого будущего.</p>
   <p>Айдахо оторвал взгляд от одетых в белое женщин и их детей. Оглядев массу лиц, он подумал, что это только ядро огромной женской силы, которая господствует сейчас над всей Империей. Теперь он мог поверить в слова Лето: «Власть не ослабевает. Она становится сильнее каждые десять лет».</p>
   <p>«И до каких пор это будет продолжаться?» – спросил себя Айдахо.</p>
   <p>Он посмотрел, как Лето в благословении поднял руки.</p>
   <p>– Теперь мы пойдем вместе с вами и между вами.</p>
   <p>Женщины у полоза расступились, подавшись назад. Было похоже, что расступилась сама земля в результате какого-то грандиозного естественного катаклизма.</p>
   <p>– Дункан, ты пойдешь впереди меня, – приказал Лето.</p>
   <p>У Айдахо от всего виденного пересохло во рту. Он оперся рукой о борт и спрыгнул вниз, войдя в трещину, в проход, образованный в живом месиве Говорящих Рыб. Он решительно направился вперед, понимая, что только так можно закончить эту пытку.</p>
   <p>Он стремительно обернулся и увидел, что тележка Лето двинулась вперед на подвесках.</p>
   <p>Он развернулся и двинулся вперед, ускоряя шаг.</p>
   <p>Женщины немного сузили проход. Все это происходило в странной тишине – женщины не отрывали глаз от него и от червя, в которого постепенно превращался Бог-Император, червя, который следовал мимо них в хитроумной иксианской тележке.</p>
   <p>Айдахо стоически шел вперед, женщины со всех сторон тянулись к ним, стараясь дотронуться до него и до Лето или просто коснуться тележки. В этом движении чувствовалась сдерживаемая страсть, и Айдахо против воли испытывал глубочайший страх.</p>
  </section>
  <section>
   <epigraph>
    <p>Проблема лидерства возникает неизбежно. Вопрос заключается лишь в том, кто будет исполнять роль Бога!</p>
    <text-author>(Муад’Диб, Устное Предание)</text-author>
   </epigraph>
   <p>Вслед за юной Говорящей Рыбой Хви Нори ступила на широкий уклон и по винтовой лестнице начала спускаться в подземелье Онна. Поздно вечером третьего дня Празднеств Лето вызвал ее к себе, прервав ход событий, которые и сами по себе требовали напряжения всех ее душевных сил.</p>
   <p>Первый помощник посла, Отви Йак был не слишком приятным человеком – этот субъект с волосами песочного цвета, длинным лошадиным лицом и бегающими глазками никогда не смотрел в глаза человеку, к которому обращался. Йак вручил ей памятную записку, касавшуюся, как он писал, «вспышек насилия в городе во время Празднеств».</p>
   <p>Стоя рядом со столом, за которым сидела Хви, и глядя куда-то в сторону, он доложил, что Говорящие Рыбы убивают Танцующих Лицом по всему городу. Казалось, что происшедшие события совершенно его не волнуют.</p>
   <p>– За что? – спросила Хви.</p>
   <p>– Говорят, что тлейлаксианцы совершили покушение на Бога-Императора.</p>
   <p>Хви охватил страх. Она откинулась на спинку стула и оглядела кабинет посла – круглую комнату с единственным полукруглым столом, на полированной поверхности которого располагалась панель управления хитрыми иксианскими приборами, спрятанными внутри стола. Под темными деревянными панелями, которыми были обшиты стены этого солидного кабинета, находилась аппаратура для защиты от прослушивания. Окон в помещении не было.</p>
   <p>Стараясь не выдать своего настроения, Хви спросила:</p>
   <p>– И Господь Лето?..</p>
   <p>– Покушение не имело успеха. Но этим покушением можно объяснить публичную порку.</p>
   <p>– Так ты полагаешь, что покушение действительно имело место?</p>
   <p>– Да.</p>
   <p>Говорящая Рыба от Господа Лето вошла именно в этот момент, о ее присутствии аппаратура сообщила еще из приемной. Рыба явилась в сопровождении старухи из Бене Гессерит, которую девушка представила как Преподобную Мать Антеак. Антеак принялась пристально рассматривать Йака, а юная стражница сразу перешла к делу:</p>
   <p>– Он велел напомнить тебе свои слова: «Возвращайся сразу, как только я позову тебя». Он зовет тебя.</p>
   <p>Йак засуетился. Он начал нервно оглядываться по сторонам, словно пытаясь найти какую-то потерянную вещь. Хви задержалась только для того, чтобы накинуть темно-синюю накидку поверх платья и сказать Йаку, чтобы он дождался в кабинете ее возвращения.</p>
   <p>Оранжевый вечерний свет придавал пустынным улицам призрачный вид. Выйдя из здания посольства, Антеак посмотрела на Говорящую Рыбу, сказала: «Да», и поспешила откланяться, а Говорящая Рыба повела Хви к высокому зданию без окон, в подвале которого находился вход в подземелье.</p>
   <p>От бесконечных поворотов лестницы у Хви начала кружиться голова. Спуск освещался маленькими белыми светильниками, по винтовой лестнице тянулась золоченая проволока, вдоль которой вилась декоративная виноградная лоза с огромными листьями.</p>
   <p>Мягкое покрытие спуска скрадывало шаги, и был слышен лишь шелест накидки Нори.</p>
   <p>– Куда ты меня ведешь? – спросила Хви.</p>
   <p>– К Господу Лето.</p>
   <p>– Я знаю, но где он находится?</p>
   <p>– В своем личном помещении.</p>
   <p>– Как это ужасно глубоко!</p>
   <p>– Да, Господь Лето предпочитает большую глубину.</p>
   <p>– От этих поворотов у меня страшно кружится голова.</p>
   <p>– Попробуйте смотреть на виноградную лозу – это помогает.</p>
   <p>– Что это за растение?</p>
   <p>– Оно называется туньонским виноградом. Он замечателен тем, что совершенно лишен запаха.</p>
   <p>– Никогда о таком не слышала. Откуда это растение?</p>
   <p>– Об этом знает только Господь Лето.</p>
   <p>Дальше они шли молча. Хви попыталась разобраться в своих чувствах. Мысли о Боге-Императоре наполняли ее грустью. Она чувствовала в нем мужчину, человека, которым он мог быть. Но почему этот человек выбрал для себя столь ужасный путь? Кто мог об этом знать? Может быть, Монео?</p>
   <p>Об этом мог знать еще Дункан Айдахо.</p>
   <p>Ее мысли обратились к Дункану. Какой привлекательный мужчина. Какой сильный и обаятельный. Она чувствовала, что физически ее тянет к нему. Если бы у Лето была внешность Айдахо! Монео – о, этот совсем из другого теста. Она посмотрела в спину своей проводницы.</p>
   <p>– Ты можешь рассказать мне о Монео? – спросила Хви.</p>
   <p>Говорящая Рыба обернулась через плечо. В ее светло-голубых глазах появилось странное выражение – некое причудливое подобие благоговения.</p>
   <p>– Я сказала что-то лишнее? – спросила Нори.</p>
   <p>Говорящая Рыба отвернулась.</p>
   <p>– Господин сказал, что ты спросишь о Монео.</p>
   <p>– Вот и расскажи мне о нем.</p>
   <p>– Что можно о нем сказать? Он самый приближенный к Императору человек.</p>
   <p>– Ближе, чем Дункан Айдахо?</p>
   <p>– О да, ведь Монео – Атрейдес.</p>
   <p>– Монео был у меня вчера, – произнесла Хви. – Сказал, что мне надо кое-что знать о Боге-Императоре. Монео сказал, что Бог-Император может сделать все, действительно все, если сочтет это полезным для обучения.</p>
   <p>– Так считают многие, – сказала Говорящая Рыба.</p>
   <p>– Ты тоже так считаешь?</p>
   <p>Когда Хви задала этот вопрос, спуск сделал последний поворот и закончился маленьким помещением с единственной сводчатой дверью.</p>
   <p>– Господь Лето примет тебя немедленно, – сказала Говорящая Рыба. Она повернулась и, не говоря больше ни слова, начала подниматься по винтовой лестнице.</p>
   <p>Хви вошла в дверь и оказалась в помещении с низким потолком. Комната была намного меньше Зала Аудиенций. Воздух был чист и свеж. Из верхних углов струился приглушенный свет невидимых ламп. Привыкнув к полумраку, Хви увидела расстеленные на полу ковры и разложенные на них подушки, и небольшое возвышение, которое… Рассмотрев возвышение, Хви прижала руки к губам, чтобы не вскрикнуть. Это был Лето, возлежавший на своей тележке, которая на этот раз помещалась в специальном углублении. Хви тотчас поняла, зачем все это было сделано: в этом помещении Лето не считал нужным подавлять посетителей своими размерами. Однако с длиной его тела и его огромной мощью ничего нельзя было поделать и приходилось бороться с этим, приглушив свет, который падал только на лицо и руки Лето.</p>
   <p>– Войди и сядь, – сказал Лето. Он говорил низким, очень приятным голосом.</p>
   <p>Хви подошла к красной подушке в нескольких шагах от Лето и послушно села.</p>
   <p>Лето следил за ее движениями с нескрываемым удовольствием. На девушке было надето золотистое платье, а волосы, заплетенные в косы, придавали лицу свежесть и невинность.</p>
   <p>– Я передала ваше послание на Икс, – сказала она. – Я передала им также, что вы желаете знать мой возраст.</p>
   <p>– Возможно, что они ответят, – произнес Лето. – Возможно также, что их ответ будет правдив.</p>
   <p>– Мне тоже хотелось бы знать мой возраст и обстоятельства моего рождения, – сказала Хви, – но я не понимаю, почему это интересует вас.</p>
   <p>– Меня интересует все, что касается тебя, – ответил он.</p>
   <p>– Им не очень понравится мое назначение постоянным послом.</p>
   <p>– Твои хозяева представляют собой странную смесь пунктуальности и небрежности, – проговорил Лето. – Я не очень охотно терплю возле себя глупцов.</p>
   <p>– Вы считаете меня глупой, господин?</p>
   <p>– Малки не был глуп, ты тоже, моя дорогая.</p>
   <p>– Я много лет ничего не слышала о моем дяде. Иногда я сомневаюсь в том, что он жив.</p>
   <p>– Возможно, скоро он узнает об этом. Малки когда-нибудь говорил тебе, что я практикую такийю?</p>
   <p>Хви на мгновение задумалась.</p>
   <p>– У древних фрименов это называлось <emphasis>кетман</emphasis>?</p>
   <p>– Да, – ответил Лето. – Это практика, позволяющая скрывать суть, если ее открытие может принести вред.</p>
   <p>– Да, я припоминаю это. Он говорил мне, что вы пишете под псевдонимом рассказы, многие из которых стали известными.</p>
   <p>– Да, именно по этому случаю мы обсуждали с ним <emphasis>такийю</emphasis>.</p>
   <p>– Зачем вы рассказываете об этом мне, господин?</p>
   <p>– Чтобы не говорить о других предметах. Ты знала, что это я писал книги Ноя Аркрайта?</p>
   <p>Хви не смогла сдержать усмешку.</p>
   <p>– Мне велели прочитать книгу о его <emphasis>жизни</emphasis>.</p>
   <p>– Эту биографию, кстати говоря, написал тоже я… Так какие тайны велели тебе выжать из меня твои хозяева?</p>
   <p>Хви не моргнув глазом восприняла этот стремительный переход к сути дела.</p>
   <p>– Они очень хотят знать внутренний механизм религии Господа Лето.</p>
   <p>– Они и сейчас хотят это знать?</p>
   <p>– Они хотят знать, каким образом вам удалось перехватить инициативу у Бене Гессерит.</p>
   <p>– Им, без сомнения, очень хотелось бы воспользоваться моим опытом?</p>
   <p>– Я уверена, что именно это у них на уме, господин.</p>
   <p>– Хви, ты ужасный представитель Икса.</p>
   <p>– Я – ваш слуга, господин.</p>
   <p>– Ты не хочешь узнать что-нибудь для себя лично?</p>
   <p>– Я боюсь своим любопытством доставить вам беспокойство, – ответила она.</p>
   <p>Он удивленно посмотрел на нее, потом снова заговорил:</p>
   <p>– Я понимаю. Мы не станем сейчас обсуждать более интимные проблемы. Хочешь, я расскажу тебе об Общине Сестер?</p>
   <p>– Да, это будет очень хорошая тема. Вы знаете, что сегодня у меня была встреча с одной из Сестер?</p>
   <p>– Скорее всего, это была Антеак.</p>
   <p>– Она произвела на меня страшное впечатление.</p>
   <p>– Тебе не стоит ее бояться. Она пришла в посольство по моему приказу. Ты знала, что в твоем посольстве обосновался Танцующий Лицом?</p>
   <p>Хви едва не задохнулась, от осознания сказанного в груди ее появился жуткий холод.</p>
   <p>– Отви Йак? – спросила она.</p>
   <p>– Ты подозревала его?</p>
   <p>– Он мне просто не нравился, и мне говорили, что… – Она пожала плечами, окончательно все поняв. – Что с ним случилось?</p>
   <p>– С настоящим? Он мертв. Это обычная тактика Танцующих Лицом в подобных обстоятельствах. Мои Говорящие Рыбы получили приказ убить всех Танцующих Лицом в твоем посольстве.</p>
   <p>Хви промолчала, но по щекам ее потекли слезы. <emphasis>Это объясняет пустые улицы и загадочное «да» Антеак. Это объясняет очень многое.</emphasis></p>
   <p>– Говорящие Рыбы будут помогать тебе до тех пор, пока ты не сделаешь новые назначения, – сказал Лето. – Мои гвардейцы будут хорошо тебя охранять.</p>
   <p>Хви смахнула слезы с лица. Инквизиторы Икса будут в бешенстве от такого поведения тлейлаксианцев. Поверят ли на Иксе в ее рапорт? Весь персонал ее посольства замещен Танцующими Лицом! В такое трудно поверить.</p>
   <p>– Так они сменили всех? – спросила Хви.</p>
   <p>– У Танцующих Лицом не было никаких оснований оставлять кого бы то ни было в живых. Следующей должна была стать ты.</p>
   <p>Хви содрогнулась.</p>
   <p>– Они так долго тянули, потому что им надо было с особой тщательностью скопировать тебя, чтобы обмануть меня. Они не знают всех моих способностей.</p>
   <p>– Значит, Антеак…</p>
   <p>– Сестры Общины, как и я, могут отличать Танцующих Лицом от настоящих людей. А Антеак… что ж, она очень хорошо умеет делать то, что делает.</p>
   <p>– Никто не доверяет тлейлаксианцам, – сказала Хви. – Почему их не истребили?</p>
   <p>– Специалистов надо использовать, но понимать при этом, что они ограниченны. Ты удивляешь меня, Хви. Я не подозревал, что ты столь кровожадна.</p>
   <p>– Но тлейлаксианцы… они слишком жестоки, чтобы считать их людьми. Они не люди!</p>
   <p>– Уверяю тебя, что только люди и именно они могут быть столь жестокими. Я и сам иногда бываю жесток.</p>
   <p>– Я знаю, господин.</p>
   <p>– Но только когда меня провоцируют, – продолжал Лето. – Единственные люди, которых я хотел уничтожить, – это сестры Бене Гессерит.</p>
   <p>От изумления Хви потеряла дар речи.</p>
   <p>– Они очень близки к тому, чем они должны быть, но одновременно очень далеки от этого.</p>
   <p>Хви вновь обрела способность говорить:</p>
   <p>– Но в Устном Предании сказано…</p>
   <p>– Да, там говорится о религии Преподобных Матерей. Когда-то они создали особую религию для специфического общества. Они назвали это инжинирингом. Это не слишком сильно тебя поразило?</p>
   <p>– Это бессердечно.</p>
   <p>– Действительно. Результаты вполне соответствовали их ошибке. Несмотря на все грандиозные попытки достичь экуменизма, в Империи продолжали процветать многочисленные религии, люди поклонялись своим божествам и самозваным пророкам.</p>
   <p>– Вы изменили это положение, господин.</p>
   <p>– В какой-то степени. Но боги умирают с большим трудом, Хви. Мой монотеизм господствует, но исходный пантеон продолжает существовать. Он ушел в подполье и продолжает жить, прикрываясь различными масками.</p>
   <p>– Господин, я чувствую в ваших словах… – Она тряхнула головой.</p>
   <p>– Такой же холодный расчет, как и в действиях Общины Сестер?</p>
   <p>Хви кивнула.</p>
   <p>– Фримены обожествили моего отца, великого Муад’ Диба. Правда, он не слишком хотел, чтобы его считали великим.</p>
   <p>– Но были ли фримены…</p>
   <p>– … правы? Моя дражайшая Хви, они были очень понятливы во всем, что касается власти, и им хотелось обрести законного наследственного властителя.</p>
   <p>– Мне… очень неприятно это слушать, господин.</p>
   <p>– Я вижу. Тебе не нравится идея о том, что, по-видимому, любой человек может стать богом, не прилагая к этому чрезмерных усилий.</p>
   <p>– Вы говорите об этом, как о какой-то мелочи, господин, – голос Хви стал отчужденным и испытующим.</p>
   <p>– Уверяю тебя, что кто угодно не может стать богом.</p>
   <p>– Но вы неявным образом утверждаете, что унаследовали свою божественность от…</p>
   <p>– Не вздумай сказать это Говорящим Рыбам – они очень остро реагируют на всякую ересь.</p>
   <p>Хви почувствовала, что у нее пересохло во рту.</p>
   <p>– Я говорю это только для того, чтобы защитить тебя, – сказал он.</p>
   <p>– Благодарю вас, господин, – произнесла Хви едва слышным голосом.</p>
   <p>– Моя божественность проявилась тогда, года я объявил фрименам, что не стану больше отдавать племенам воду мертвых. Ты знаешь об этой воде?</p>
   <p>– В дни Дюны это была вода, которая добывалась из тел умерших, – ответила она.</p>
   <p>– Ах да, ты же читала Ноя Аркрайта.</p>
   <p>Хви выдавила из себя некое подобие улыбки.</p>
   <p>– Я объявил моим фрименам, что отныне вода мертвых будет посвящаться Верховному Божеству, имя которого останется до поры в тайне. Но я объявил также, что по щедрости своей позволяю им по их усмотрению распоряжаться этой водой.</p>
   <p>– В те времена вода была, вероятно, самой большой драгоценностью.</p>
   <p>– Еще какой! И я, как представитель этого безымянного Божества, осуществлял снисходительный контроль за использованием воды. Это продолжалось триста лет.</p>
   <p>Она прикусила губу.</p>
   <p>– Мы, кажется, что-то вычисляем? – насмешливо поинтересовался Лето.</p>
   <p>Она кивнула.</p>
   <p>– Так оно и было в действительности. Когда пришло время освятить воду моей умершей сестры, я представил фрименам чудо. Из урны Гани заговорили Атрейдесы – все и своими голосами. В тот момент фримены поняли, это я – их Верховное Божество.</p>
   <p>Хви отказывалась понять это откровение, от которого ее охватил страх. Она заговорила дрожащим голосом:</p>
   <p>– Мой господин, вы говорите мне, что вы в действительности не Бог?</p>
   <p>– Я говорю тебе, что не играю в прятки со смертью.</p>
   <p>Она несколько минут смотрела на него во все глаза, и ее взгляд уверил Лето в том, что она поняла сокровенный смысл его слов. Это понимание еще больше усилило ее обожание.</p>
   <p>– Ваша смерть не будет похожа на смерть других людей, – сказала она наконец.</p>
   <p>– Моя дорогая Хви, – тихо произнес он.</p>
   <p>– Меня поражает ваше бесстрашие перед лицом Суда действительного Верховного Божества, – сказала она.</p>
   <p>– Ты не осуждаешь меня, Хви?</p>
   <p>– Нет, но я боюсь за вас.</p>
   <p>– Подумай о той цене, которую я плачу, – сказал Лето. – Каждая отпадающая от меня часть несет в себе знание, которое беспомощно и бесполезно.</p>
   <p>Прижав руки к губам, она опять во все глаза смотрела на него.</p>
   <p>– Это ужас, которого мой отец не смог вынести и которого он постарался избежать, ужас постоянного расщепления слепого единства.</p>
   <p>Она опустила руки и прошептала:</p>
   <p>– Вы сохраните… сознание?</p>
   <p>– В какой-то степени да… но это будет немое сознание. Небольшая жемчужина моего «я» пребудет с каждым песчаным червем и каждой форелью – она будет сознавать, но не будет в силах привести в движение даже одну-единственную клетку, будучи погруженной в вечный сон.</p>
   <p>Хви содрогнулась.</p>
   <p>Лето видел, что она изо всех сил пытается понять суть такого существования. Сможет ли она представить себе раскалывающуюся целостность сознания, цепляющегося за иксианскую машину, чтобы оставить людям последнее прости в посмертных записках? Сможет ли она ощутить изнуряющее душу молчание, которое последует за этой ужасающей фрагментацией?</p>
   <p>– Господин, они используют это знание против вас, если я открою его.</p>
   <p>– Ты расскажешь им все?</p>
   <p>– Конечно нет! – она медленно покачала головой из стороны в сторону. Но зачем он принял на себя эту страшную трансформацию? Неужели нет никакого выхода?</p>
   <p>Она заговорила:</p>
   <p>– Нельзя ли настроить ту машину, с помощью которой вы записываете свои мысли…</p>
   <p>– … на миллионы кусочков, в которые я превращусь? На миллиарды? На еще большее число? Моя дорогая Хви, эти куски перестанут быть моим истинным «я».</p>
   <p>Слезы затуманили взор Хви Нори. Она моргнула и сделала глубокий вдох. Лето видел, что это – тренировка, полученная в Бене Гессерит. Умение успокоиться в любой ситуации.</p>
   <p>– Господин, вы поселили в моей душе великий страх.</p>
   <p>– И ты не поняла, зачем я это сделал.</p>
   <p>– Я смогу это понять?</p>
   <p>– О да. Это могут понять многие. Другой вопрос, что люди станут делать с этим пониманием?</p>
   <p>– Вы научите меня, что делать?</p>
   <p>– Ты уже и сама это знаешь.</p>
   <p>Она помолчала.</p>
   <p>– Я чувствую, что это каким-то образом связано с вашей религией.</p>
   <p>Лето улыбнулся:</p>
   <p>– Я могу простить твоим иксианским хозяевам почти все за одно то, что они прислали тебя ко мне. Проси, и ты получишь все.</p>
   <p>Она стремительно подалась вперед всем телом.</p>
   <p>– Скажите мне, как устроена ваша религия?</p>
   <p>– Скоро ты все о ней узнаешь, Хви, я обещаю тебе это. Пока же помни, что ближе всего ты подойдешь к цели, если вспомнишь о том, что наши предки в древности поклонялись Солнцу.</p>
   <p>– Поклонение Солнцу? – Хви отпрянула.</p>
   <p>– Солнцу, которое властвует над всем живым, но к которому нельзя прикоснуться, ибо прикосновение равнозначно смерти.</p>
   <p>– Вашей… смерти?</p>
   <p>– Любая религия обращается вокруг солнца, подобно планетам, религия питается энергией солнца, от солнца зависит само ее существование.</p>
   <p>Голос Хви превратился в едва слышный шепот:</p>
   <p>– Что вы видите на <emphasis>вашем</emphasis> солнце, господин?</p>
   <p>– Вселенную со множеством окон, сквозь которые я могу смотреть. Я вижу то, что открывает мне каждое окно.</p>
   <p>– Будущее?</p>
   <p>– Вселенная – вне времени, ибо уходит своими корнями в бесчисленное множество прошлых и будущих.</p>
   <p>– Значит, верно то, что это, – она указала на сегментированное тело Лето, – может предотвратить то, что вы увидели.</p>
   <p>– Ты сама дошла до того, что это, пусть даже в небольшой своей части, может быть священным? – спросил он.</p>
   <p>Она в ответ смогла лишь коротко кивнуть головой.</p>
   <p>– Я могу сказать только одно: если ты попытаешься разделить это со мной, то для тебя это будет почти невыносимый гнет.</p>
   <p>– Сделает ли это вашу ношу легче, господин?</p>
   <p>– Нет, но мне будет легче ее нести.</p>
   <p>– Тогда я разделю ее с тобой. Говори, мой господин.</p>
   <p>– Не сейчас, Хви. Тебе придется набраться великого терпения. Ожидание может затянуться.</p>
   <p>Она вздохнула, стараясь скрыть разочарование.</p>
   <p>– Сейчас Айдахо изнывает от нетерпения, – сказал Лето. – Мне надо говорить с ним.</p>
   <p>Она оглянулась, но в маленькой комнате никого не было.</p>
   <p>– Ты хочешь, чтобы я ушла?</p>
   <p>– Я хочу, чтобы ты никогда не уходила.</p>
   <p>Она посмотрела в его глаза, увидела в них неутолимый голод, и ей стало грустно.</p>
   <p>– Господин, зачем ты говоришь мне о своих тайнах?</p>
   <p>– Я не стану просить тебя стать невестой Бога.</p>
   <p>Потрясенная Хви широко раскрыла глаза.</p>
   <p>– Не отвечай, – попросил он.</p>
   <p>Не шевелясь, она окинула взглядом его тело.</p>
   <p>– Не ищи того, чего уже давно нет, – сказал он. – Некоторые формы близости стали недоступны для меня.</p>
   <p>Она вновь посмотрела на его розовое детское лицо, которое в силу контраста с червеобразным телом казалось особенно человеческим.</p>
   <p>– Если тебе нужны дети, – сказал он, – то я хочу попросить только об одном – чтобы ты позволила мне самому подобрать для них отца. Но я еще ни о чем тебя не просил.</p>
   <p>Голос ее стал совсем тихим:</p>
   <p>– Господин, я не знаю, что…</p>
   <p>– Скоро я вернусь в Цитадель, – произнес он. – Ты придешь ко мне, и мы поговорим обо всем. Я расскажу тебе о том, что я предотвратил.</p>
   <p>– Я напугана, мой господин. Я не испытывала такого страха никогда в жизни.</p>
   <p>– Не бойся меня, Хви. С моей нежной Хви я могу быть только нежным. Что же касается других опасностей, то от них тебя защитят мои Говорящие Рыбы, которые в случае надобности прикроют тебя своими телами. Они не допустят, чтобы хоть кто-то причинил тебе малейший вред.</p>
   <p>Дрожа всем телом, Хви встала с подушки.</p>
   <p>Лето видел, как потрясли девушку его слова, и это причинило ему боль. В глазах Хви блестели слезы. Она изо всех сил сцепила руки, чтобы унять дрожь. Он знал, что она по своей воле придет к нему в Цитадель. Не важно, спросит ли он о чем-либо. Она ответит ему, как отвечают Говорящие Рыбы: «Да, господин».</p>
   <p>Лето понял, что если бы у нее была возможность поменяться с ним местами и принять его тяжкий крест, она сама предложила бы сделать это. То, что она была не в состоянии этого сделать, наполняло ее еще большим страданием. Она была умна, очень понятлива, но начисто лишена гедонической слабости Малки. Она вызывала страх своим совершенством. Все в ней утверждало его в мысли, что, будь он в состоянии вернуть себе мужской облик, она была бы той женщиной, которую он избрал бы своей подругой.</p>
   <p>Иксианцы знали это очень хорошо.</p>
   <p>– Теперь оставь меня, – прошептал он.</p>
  </section>
  <section>
   <epigraph>
    <p>Я одновременно отец и мать своему народу. Я познал экстаз родов и экстаз смерти, и этому образцу я хочу научить вас. Вы должны усвоить мои уроки. Разве я не бродил в опьянении по джунглям неверных теней вселенной? Бродил! Я видел ваши силуэты на фоне света. Вселенная, которую вы, по вашему утверждению, видите, есть моя мечта. Моя энергия сосредоточена в ней, и я присутствую в каждом ее участке, во всех ее участках. Так рождаетесь вы.</p>
    <text-author>(Похищенные записки)</text-author>
   </epigraph>
   <p>– Мои Говорящие Рыбы сказали, что ты отправился в Цитадель сразу же после праздника Сиайнок, – произнес Лето.</p>
   <p>Во взгляде Лето, которым он окинул Айдахо, стоявшего там, где всего час назад сидела Хви, было обвинение. Прошло так мало времени, но Лето ощущал такую пустоту, словно протекли столетия.</p>
   <p>– Мне нужно было время, чтобы подумать, – сказал Айдахо и посмотрел в углубление, в котором лежал Лето.</p>
   <p>– И поговорить с Сионой?</p>
   <p>– Да. – Айдахо взглянул в лицо Лето.</p>
   <p>– Но спрашивал ты о Монео, – сказал Лето.</p>
   <p>– Они докладывают о каждом моем шаге? – требовательно спросил Айдахо.</p>
   <p>– Нет, не о каждом.</p>
   <p>– Иногда человеку надо побыть одному.</p>
   <p>– Конечно, но не стоит винить Говорящих Рыб в том, что они очень озабочены твоей безопасностью.</p>
   <p>– Сиона говорит, что ей предстоит испытание!</p>
   <p>– И именно поэтому ты искал Монео?</p>
   <p>– В чем заключается это испытание?</p>
   <p>– Монео знает. Я полагаю, именно об этом ты хотел его спросить.</p>
   <p>– Вы не полагаете. Вы все знаете наверняка.</p>
   <p>– Сиайнок очень расстроил тебя, Дункан. Прости меня за это.</p>
   <p>– Вы имеете хотя бы отдаленное представление, каково мне находиться здесь?</p>
   <p>– Жребий гхола не назовешь легким. Некоторые живут очень тяжело.</p>
   <p>– Я не нуждаюсь в этой юношеской философии.</p>
   <p>– В чем же ты нуждаешься, Дункан?</p>
   <p>– Мне надо знать некоторые вещи.</p>
   <p>– Какие, например?</p>
   <p>– Я совсем не понимаю людей, которые вас окружают! Нисколько этому не удивляясь, Монео спокойно рассказывает мне, что Сиона участвовала в восстании против вас. Это он говорит о собственной дочери!</p>
   <p>– В свое время Монео тоже был мятежником.</p>
   <p>– Вы же понимаете, о чем я говорю. Монео тоже был подвергнут испытанию?</p>
   <p>– Да.</p>
   <p>– Вы будете испытывать и меня?</p>
   <p>– Я уже тебя испытываю.</p>
   <p>Айдахо уставил в Лето пылающий взор.</p>
   <p>– Я не понимаю, как вы правите, я не понимаю вашей Империи, я вообще ничего не понимаю. Чем больше я узнаю, тем больше осознаю, что не понимаю, что происходит вокруг меня.</p>
   <p>– Какое счастье, что ты самостоятельно набрел на путь мудрости, – сказал Лето.</p>
   <p>– Что? – Ярость Айдахо прорвалась боевым кличем, он проревел это слово, словно командовал на поле битвы, и этот рев заполнил все небольшое помещение.</p>
   <p>Лето лишь улыбнулся:</p>
   <p>– Дункан, разве я не говорил тебе, что как только ты начинаешь воображать, что что-то знаешь, это закрывает путь к дальнейшему познанию?</p>
   <p>– Тогда скажите мне, что происходит.</p>
   <p>– Мой друг Дункан Айдахо привыкает к новым для себя обычаям. Он учится заглядывать за пределы того, что считает известным для себя.</p>
   <p>– Хорошо, хорошо, – кивнул Айдахо. – Тогда что именно за пределами моего знания заставило вас привести меня на Сиайнок?</p>
   <p>– Я хочу привязать Говорящих Рыб к их командиру.</p>
   <p>– А я потом вынужден от них отбиваться! Сопровождавшие меня хотели по дороге в Цитадель устроить оргию, а те, кто пришел со мной сюда…</p>
   <p>– Они знают, как я люблю детей Дункана Айдахо.</p>
   <p>– Будьте вы прокляты, я же не жеребец!</p>
   <p>– Нет нужды так громко кричать, Дункан.</p>
   <p>Айдахо несколько раз глубоко вдохнул.</p>
   <p>– Когда я сказал им «нет», они сначала страшно обиделись, а потом стали обходиться со мной, как с… блаженным или тихо помешанным.</p>
   <p>– Разве они не подчинились тебе?</p>
   <p>– Они ни о чем меня не спрашивают… если это не противоречит вашим приказам. Я не хотел возвращаться сюда.</p>
   <p>– Но они все же доставили тебя сюда.</p>
   <p>– Вы же прекрасно знаете, что они никогда не ослушаются вас!</p>
   <p>– Я рад, что ты пришел, Дункан.</p>
   <p>– О, я прекрасно это вижу!</p>
   <p>– Говорящие Рыбы знают, что ты – особенный, знают, как я люблю тебя, сколь многим я тебе обязан. Нет никакого вопроса о послушании или непослушании, когда речь идет о тебе или обо мне.</p>
   <p>– Так в чем тогда заключается вопрос?</p>
   <p>– В верности.</p>
   <p>Айдахо погрузился в задумчивое молчание.</p>
   <p>– Ты почувствовал силу Сиайнока? – спросил Лето.</p>
   <p>– Мумбо-юмбо, – буркнул в ответ Айдахо.</p>
   <p>– Тогда почему ты так расстроился?</p>
   <p>– Ваши Говорящие Рыбы – не армия, это полиция, охранная гвардия.</p>
   <p>– Своим именем я уверяю тебя, что это не так. Полиция – организация неизбежно коррумпированная.</p>
   <p>– Вы искушаете меня властью! – В тоне Айдахо прозвучало обвинение.</p>
   <p>– Это и есть испытание, Дункан.</p>
   <p>– Вы мне не доверяете?</p>
   <p>– Я безусловно доверяю твоей верности Атрейдесам.</p>
   <p>– Тогда к чему эти речи о коррупции и испытании?</p>
   <p>– Это же ты обвинил меня в том, что я сделал из Говорящих Рыб полицейских. Полиция всегда следит за тем, чтобы преступники преуспевали. Плох тот полицейский, который не понимает, что процветание власти зависит от процветания преступников.</p>
   <p>Айдахо нервно облизнул пересохшие губы и озадаченно уставился на Лето.</p>
   <p>– Но моральная подготовка… я имею в виду законность… тюремное заключение для…</p>
   <p>– Какой толк от законов и тюрем, если преступление не считается грехом?</p>
   <p>Айдахо по-петушиному склонил голову.</p>
   <p>– Вы хотите сказать, что ваша проклятая религия…</p>
   <p>– Наказание греха может быть весьма экстравагантным.</p>
   <p>Айдахо через плечо указал большим пальцем на выход.</p>
   <p>– Все эти разговоры о смертных казнях… о пресловутой порке и…</p>
   <p>– Я стараюсь, где это только возможно, покончить со случайными законами и тюрьмами.</p>
   <p>– Но должны же у вас быть хоть какие-то заключенные?</p>
   <p>– Зачем? Заключенные нужны только для того, чтобы создавать иллюзию пользы от суда и полиции.</p>
   <p>Айдахо повернулся вполоборота и указал пальцем на выход в маленькую прихожую.</p>
   <p>– У вас есть планеты, которые сами по себе являются не чем иным, как тюрьмами.</p>
   <p>– Я полагаю, что ты можешь считать тюрьмой любое место, которое тебе заблагорассудится. Это зависит от того, насколько далеко заходят твои иллюзии.</p>
   <p>– Иллюзии! – Айдахо безвольно уронил руки.</p>
   <p>– Да. Ты толкуешь о тюрьмах, полиции и законности, прекрасной иллюзии, прячась за которую могут великолепно действовать власть имущие, великолепно осведомленные о том, что установленные ими законы никто и не думает соблюдать.</p>
   <p>– И вы думаете, что с преступностью можно справиться…</p>
   <p>– Не с преступностью, Дункан, а с греховностью.</p>
   <p>– Так вы полагаете, что религия в состоянии…</p>
   <p>– Ты заметил, что считается у меня первичным и главным грехом?</p>
   <p>– Что?</p>
   <p>– Попытка коррумпировать члена правительства или коррумпированность члена правительства.</p>
   <p>– В чем же состоит критерий коррумпированности?</p>
   <p>– Исключительно в неспособности или нежелании соблюдать поклонение и веру в священную суть Бога Лето.</p>
   <p>– Вас?</p>
   <p>– Меня.</p>
   <p>– Но в самом начале разговора вы сказали, что…</p>
   <p>– Ты думаешь, что я сам не верю в свою Божественность? Берегись, Дункан!</p>
   <p>От гнева голос Дункана стал бесцветным и невыразительным:</p>
   <p>– Вы сказали мне, что одной из моих задач будет сохранение вашей тайны о том, что вы…</p>
   <p>– Ты понятия не имеешь о моей тайне.</p>
   <p>– О том, что вы – тиран? Это не…</p>
   <p>– Боги обладают гораздо большей властью, чем тираны, Дункан.</p>
   <p>– Мне очень не нравится то, что я слышу.</p>
   <p>– Атрейдесы когда-нибудь спрашивали тебя, нравится ли тебе твоя служба?</p>
   <p>– Вы попросили меня командовать Говорящими Рыбами, которые одновременно являются судьями, присяжными и палачами… – Айдахо осекся.</p>
   <p>– И что из этого?</p>
   <p>Айдахо молчал.</p>
   <p>Лето посмотрел на Дункана. Между ними повисло холодное отчуждение. Однако Айдахо стоял слишком далеко.</p>
   <p><emphasis>Это похоже на рыбалку с удочкой. Словно водишь на леске рыбу,</emphasis> подумал Лето. <emphasis>Надо четко рассчитать предел прочности лески, чтобы она не порвалась в самый неподходящий момент.</emphasis></p>
   <p>Проблема заключалась в том, что Айдахо придется убить, если слишком рано завлечешь его в сеть. На этот раз события развивались слишком стремительно. Лето стало грустно.</p>
   <p>– Я не стану поклоняться тебе, – заявил Айдахо.</p>
   <p>– Говорящие Рыбы знают, что ты обладаешь особым иммунитетом, – сказал Лето.</p>
   <p>– Как Монео и Сиона?</p>
   <p>– Это совсем разные вещи.</p>
   <p>– Выходит, мятежники – это особый случай?</p>
   <p>Лето усмехнулся:</p>
   <p>– Все мои самые доверенные чиновники были в свое время мятежниками.</p>
   <p>– Я не был…</p>
   <p>– Ты был просто блистательным мятежником. Ты помог Атрейдесам свалить законно царствующую династию.</p>
   <p>Айдахо погрузился в глубокое раздумье.</p>
   <p>– Значит, тоже был…</p>
   <p>Он резко тряхнул головой, словно пытаясь стряхнуть что-то со своих волос.</p>
   <p>– Но посмотрите, что вы сделали с Империей!</p>
   <p>– Я создал образец. Образец образцов.</p>
   <p>– Это вы говорите.</p>
   <p>– Информация замораживается в образцах, паттернах, Дункан. Мы можем использовать один паттерн для разгадки другого. Очень трудно разгадать значение изменяющихся паттернов.</p>
   <p>– Опять мумбо-юмбо.</p>
   <p>– Однажды ты уже совершил такую ошибку.</p>
   <p>– Зачем вы позволяете тлейлаксианцам снова и снова возвращать меня к жизни – одного гхола за другим? Какой паттерн заключен в этом?</p>
   <p>– Ты нужен мне из-за своих качеств, которыми обладаешь в избытке. Но пусть лучше об этом скажет мой отец.</p>
   <p>Айдахо мрачно сжал губы.</p>
   <p>Лето заговорил голосом Муад’Диба, и даже его лицо, спрятанное в грубых складках, приобрело отцовские черты.</p>
   <p>– Ты был моим самым верным другом, большим чем даже Гурни Халлек. Но я – прошлое.</p>
   <p>Айдахо с трудом сглотнул.</p>
   <p>– Но вещи, которые ты творишь!..</p>
   <p>– Разве они не пытаются уничтожить посеянное Атрейдесами?</p>
   <p>– Ты прав, будь все проклято!</p>
   <p>Лето принял свой обычный облик.</p>
   <p>– Но я все еще Атрейдес, – сказал он своим голосом.</p>
   <p>– Ты реален?</p>
   <p>– Каким же еще я могу быть?</p>
   <p>– Хотелось бы мне это знать!</p>
   <p>– Ты думаешь, что я просто играю масками и голосами?</p>
   <p>– Ради всего святого, скажи, что ты делаешь в действительности?</p>
   <p>– Я сохраняю жизнь, готовя почву для следующего цикла.</p>
   <p>– Ты сохраняешь ее убийством?</p>
   <p>– Смерть часто помогает жизни.</p>
   <p>– Атрейдесы никогда не поступали так!</p>
   <p>– Но это так. Мы часто убеждались в ценности смерти. Иксианцы, однако, никогда этого не понимали.</p>
   <p>– Какое отношение ко всему этому имеют иксианцы?</p>
   <p>– Самое прямое. Они хотят создать машину, которая затмит все остальные машины.</p>
   <p>Айдахо задумчиво заговорил:</p>
   <p>– Именно за этим сюда прибыл новый посол с Икса?</p>
   <p>– Ты видел Хви Нори? – спросил Лето.</p>
   <p>Айдахо указал рукой вверх.</p>
   <p>– Она уходила отсюда, когда я прибыл.</p>
   <p>– Ты говорил с ней?</p>
   <p>– Я спросил ее, что она делает здесь? Она ответила, что выбирает сторону баррикады.</p>
   <p>Огромное тело Лето сотряслось от хохота.</p>
   <p>– Боже мой, как она хороша! – воскликнул он. – Она открыла тебе свой выбор?</p>
   <p>– Она сказала, что отныне всей душой служит Богу-Императору. Я, конечно, не поверил ей.</p>
   <p>– Но ты должен ей поверить.</p>
   <p>– Почему?</p>
   <p>– Ах да, я совсем забыл: было время, когда ты сомневался даже в моей бабке, госпоже Джессике.</p>
   <p>– У меня были для этого основания!</p>
   <p>– Ты сомневаешься и в Сионе?</p>
   <p>– Я начинаю сомневаться во всех и каждом!</p>
   <p>– И говоришь, что не понимаешь, почему я так высоко ценю тебя, – обвиняющим тоном произнес Лето.</p>
   <p>– При чем здесь Сиона? – спросил Айдахо. – Она говорит, что вы хотите… Я имею в виду, черт возьми…</p>
   <p>– В чем можно не сомневаться в Сионе, так это в ее способности к творчеству. Она может создавать новое и прекрасное. Надо доверять истинно творческим натурам.</p>
   <p>– И иксианским механикам?</p>
   <p>– То, что они делают, нельзя назвать творчеством. Истинное творчество всегда открыто. Скрытность выдает присутствие совершенно иной силы.</p>
   <p>– Значит, вы не доверяете этой Хви Нори, но вы же и…</p>
   <p>– Я доверяю ей, и именно по той причине, о которой только что тебе сказал.</p>
   <p>Айдахо нахмурился, потом лицо его разгладилось. Он облегченно вздохнул:</p>
   <p>– Мне следует поближе познакомиться с Хви Нори. Если она та, которую вы…</p>
   <p>– Нет! Ты не подойдешь к ней. Я приготовил для Хви Нори нечто особенное.</p>
  </section>
  <section>
   <epigraph>
    <p>Я выделил внутри себя опыт городской жизни и принялся тщательно его изучать. Идея города буквально очаровала меня. Формирование биологического сообщества без действенной, поддерживающей общности социальной неизбежно приводит к катастрофе. Целые миры превращались в чисто биологические образования без сопутствующих социальных структур, и это всегда кончалось разрушением. Перенаселение являет собой весьма поучительный пример. Гетто смертельно по своей сути. Психологический стресс от перенаселения приводит к накоплению скрытой разрушительной энергии, которая давит все сильнее и сильнее – до тех пор, пока не происходит взрыв. Город – это попытка справиться с таким процессом. Социальные формы, посредством которых город пытается сохранить социальный мир, достойны изучения. Помните, что в формировании любого социального порядка присутствует зло. Социальный порядок – это борьба за существование, проводимая искусственными средствами. На полюсах этого порядка царят деспотизм и рабство. Из-за этого возникают большой вред и нужда в законах. Законы превращаются в самодовлеющую структуру, что приводит к еще большим несправедливостям. Эта общественная травма может быть излечена только сотрудничеством, но ни в коем случае не конфронтацией. Тот, кто призывает к сотрудничеству, и есть истинный целитель.</p>
    <text-author>(Похищенные записки)</text-author>
   </epigraph>
   <p>Монео вошел в маленький зал Лето в состоянии видимого волнения. Он был рад только тому обстоятельству, что Бог-Император лежал здесь, в малом зале в углублении, что затрудняло нападение Червя. Кроме того, на этот раз Лето позволил своему мажордому спуститься в подземелье на лифте, а не заставил идти по бесконечному винтовому спуску. Однако Монео чувствовал, что новость, которую он несет своему господину, превратит Лето в <emphasis>Червя, Который Есть Бог.</emphasis></p>
   <p><emphasis>Как преподнести эту новость?</emphasis></p>
   <p>Прошел час после рассвета, наступил четвертый день Празднества, что само по себе было хорошо, предвещая скорое освобождение от страшных забот, связанных с ритуальными действами.</p>
   <p>Лето зашевелился, когда мажордом вступил в зал. Тотчас же включилось освещение, сфокусированное на лице Лето.</p>
   <p>– Доброе утро, Монео, – произнес Лето. – Охрана сказала мне, что ты просишь немедленно принять тебя. Что произошло?</p>
   <p>По опыту Монео знал, что главная опасность заключается в слишком быстром изложении всей сути дела.</p>
   <p>– Я некоторое время общался с Преподобной Матерью Антеак, – сказал Монео. – Хотя она тщательно это скрывает, я уверен, что она – ментат.</p>
   <p>– Да, иногда сестры Бене Гессерит позволяют себе непослушание, и это меня очень забавляет.</p>
   <p>– Значит, вы не накажете меня?</p>
   <p>– Монео, я единственный родитель этого народа, а родитель должен быть не только суровым, но и великодушным.</p>
   <p><emphasis>Сегодня он в хорошем настроении,</emphasis> подумал мажордом. Вздох облегчения сорвался с его уст, что вызвало улыбку Лето.</p>
   <p>– Антеак возражала против амнистии, которую вы объявили некоторым из задержанных Танцующих Лицом.</p>
   <p>– Я воспользовался своим правом ради Праздника, – сказал Лето.</p>
   <p>– Господин?</p>
   <p>– Мы поговорим об этом позже. Давай перейдем к новости, которую ты так жаждешь обрушить на мою голову в столь ранний час.</p>
   <p>– Я… э-э… – Монео закусил губу. – Тлейлаксианцы стали очень словоохотливы в стремлении снискать мое расположение.</p>
   <p>– Это естественно с их стороны. Что же они рассказывают?</p>
   <p>– Они снабдили иксианцев информацией и аппаратурой для создания… э-э, не гхола, и даже не клона, а… наверное, надо прибегнуть к тлейлаксианскому термину – <emphasis>реструктурированной клетки.</emphasis> Эксперимент был проведен внутри некоего защитного поля, сквозь которое, как говорят члены Гильдии, не может проникнуть ваша сила.</p>
   <p>– И каков был результат этого эксперимента? – Лето почувствовал, что его вопрос падает в ледяной вакуум.</p>
   <p>– Определенного ответа нет, ибо тлейлаксианцам не было разрешено присутствовать при опыте. Однако они рассказывают, что… э-э, Малки вошел в камеру один, а вышел оттуда с ребенком на руках.</p>
   <p>– Да, да! Я знаю об этом!</p>
   <p>– Вы знаете? – Монео был явно озадачен.</p>
   <p>– Это предположение. Все это случилось приблизительно двадцать шесть лет назад?</p>
   <p>– Да, господин.</p>
   <p>– Этот ребенок – Хви Нори?</p>
   <p>– В этом они не уверены, господин, но… – Монео пожал плечами.</p>
   <p>– Конечно, они не уверены… И что ты можешь вывести отсюда, Монео?</p>
   <p>– В присылке сюда нового иксианского посла заложена какая-то глубокая и далеко идущая цель.</p>
   <p>– Ты совершенно прав, Монео. Тебе не показалось, что Хви, нежная Хви, является полной противоположностью доблестного Малки, включая и ее половую принадлежность?</p>
   <p>– Я не думал об этом, господин.</p>
   <p>– Я думал.</p>
   <p>– Я немедленно отошлю ее обратно на Икс, – сказал Монео.</p>
   <p>– Ты не сделаешь ничего подобного!</p>
   <p>– Но, господин, если они…</p>
   <p>– Монео, я замечал, что ты редко поворачиваешь спину при виде опасности. Другие делают это часто, а ты – редко. Зачем ты хочешь вовлечь меня в столь очевидную глупость?</p>
   <p>Мажордом судорожно глотнул.</p>
   <p>– Вот и хорошо. Мне нравится, когда ты сразу признаешь свои заблуждения, – проговорил Лето.</p>
   <p>– Благодарю вас, господин.</p>
   <p>– Мне также нравится, когда ты искренне приносишь мне свою благодарность, как ты сделал это только что. Антеак была рядом, когда ты слышал эти тлейлаксианские откровения?</p>
   <p>– Как вы приказали, господин.</p>
   <p>– Превосходно. Это немного возмутит стоячее болото. Сейчас ты отправишься к госпоже Хви. Скажешь ей, что я желаю немедленно ее видеть. Это ее взволнует. Она думает, что я не позову ее до переезда в Цитадель. Успокой ее страх.</p>
   <p>– Каким образом, мой господин?</p>
   <p>Голос Лето стал грустным:</p>
   <p>– Монео, зачем ты спрашиваешь меня о том, как делать то, в чем ты имеешь большой опыт? Успокой ее и привези сюда, уверив, что я питаю в отношении нее только добрые намерения.</p>
   <p>– Слушаюсь, господин. – Монео поклонился и попятился к выходу.</p>
   <p>– Один момент, Монео!</p>
   <p>Монео застыл на месте, преданно глядя в глаза Лето.</p>
   <p>– Ты в недоумении, Монео, – сказал Лето. – Иногда ты не знаешь, что обо мне думать. Разве я не всемогущ и не всеведущ? Ты приносишь мне кое-какие сведения о том или этом и гадаешь: <emphasis>Знает ли он об этом? Если да, то зачем я рассказываю об этом?</emphasis> Но я приказал тебе докладывать обо всем, Монео. Согласись, что твое послушание поучительно.</p>
   <p>Монео пожал плечами, обдумывая ответ.</p>
   <p>– Время может быть и местом, Монео, – продолжал Лето. – Все зависит от того, где ты находишься, что видишь и что слышишь. Мера всего этого пребывает в сознании.</p>
   <p>После долгого молчания Монео спросил:</p>
   <p>– Это все, господин?</p>
   <p>– Нет, это не все. Сегодня Сиона получит пакет, который ей передаст курьер Гильдии. Не препятствуй доставке этого пакета. Ты понял меня?</p>
   <p>– Что в этом пакете, господин?</p>
   <p>– Перевод, печатные материалы, которые я хочу, чтобы она прочла. Ты не станешь ей мешать. В пакете нет меланжи.</p>
   <p>– Как вы узнали, чего я боялся?</p>
   <p>– Просто я знаю, что ты боишься Пряности. Она могла бы продлить твою жизнь, но ты избегаешь принимать меланжу.</p>
   <p>– Я боюсь других действий Пряности, господин.</p>
   <p>– Щедрая природа решила с помощью меланжи открыть некоторым из нас неожиданные глубины психики; ты боишься именно этого?</p>
   <p>– Я Атрейдес, господин!</p>
   <p>– Да, да, ведь для Атрейдесов меланжа – средство, способное повернуть вспять бег времени и дать ошеломляющее внутреннее откровение.</p>
   <p>– Я слишком хорошо помню, как вы испытывали меня, господин.</p>
   <p>– Ты не чувствуешь внутренней необходимости увидеть воочию Золотой Путь?</p>
   <p>– Я боюсь не этого, господин.</p>
   <p>– Ты боишься другого потрясения, боишься увидеть то, что заставило меня сделать свой выбор?</p>
   <p>– Мне достаточно посмотреть на вас, господин, чтобы испытать этот страх. Мы, Атрейдесы… – он осекся, во рту у него пересохло.</p>
   <p>– Ты не хочешь познать память всех своих бесчисленных предков, которые собраны в моей памяти!</p>
   <p>– Иногда… иногда, господин, мне кажется, что Пряность – это проклятие Атрейдесов!</p>
   <p>– Ты бы хотел, чтобы меня не было вовсе?</p>
   <p>В ответ Монео замолчал.</p>
   <p>– Но меланжа имеет и свою неоспоримую ценность, Монео. Он нужен Гильд-навигаторам. Без него Бене Гессерит выродится в беспомощное сборище хныкающих старых баб!</p>
   <p>– Мы должны жить или с ним, или вовсе без него, мой господин. Я твердо это знаю.</p>
   <p>– Очень разумный подход, Монео. Ты предпочитаешь жить без него.</p>
   <p>– Разве у меня нет выбора, господин?</p>
   <p>– Пока есть.</p>
   <p>– Господин, что вы…</p>
   <p>– Для обозначения меланжи в нашей Галактике существует двадцать восемь слов. Эти слова описывают Пряность с точки зрения цели ее использования, способа разведения, возраста, добыта ли она честным путем, украдена или отнята, является ли она приданым, подарена ли мужчиной женщине или с другой точки зрения. Что ты можешь вывести отсюда, Монео?</p>
   <p>– Нам всегда предоставляется множественный выбор, господин.</p>
   <p>– Только в том, что касается Пряности?</p>
   <p>Монео поморщился, прежде чем ответить.</p>
   <p>– Нет, – произнес он наконец.</p>
   <p>– Ты так редко говоришь «нет» в моем присутствии, – сказал Лето. – Мне нравится, как твои губы округляются, произнося его.</p>
   <p>Рот Монео искривился и дрогнул в каком-то подобии улыбки.</p>
   <p>Лето быстро сменил тему:</p>
   <p>– Отлично! Сейчас ты пойдешь к госпоже Хви. На прощание я дам тебе один совет, который может тебе пригодиться.</p>
   <p>Монео застыл в напряженном внимании.</p>
   <p>– Знание, основанное на употреблении наркотиков, присуще в большей степени мужчинам, потому что они больше склонны к авантюрам, это есть проявление их более высокой агрессивности. Ты читал Библию и знаешь историю о Еве и яблоке. В этой истории есть один интересный нюанс – Ева не была первой, кто сорвал и надкусил яблоко с древа познания Добра и Зла, – это сделал Адам, который потом свалил вину на Еву. В моем рассказе ты можешь прочесть, почему человечество пришло к необходимости деления общества на подгруппы.</p>
   <p>Монео отвернул голову.</p>
   <p>– Господин, каким образом это может помочь мне?</p>
   <p>– Это поможет тебе общаться с госпожой Хви!</p>
  </section>
  <section>
   <epigraph>
    <p>Единичная множественность нашей вселенной привлекает мое самое пристальное внимание. В этой множественности присутствует несравненная ни с чем красота.</p>
    <text-author>(Похищенные записки)</text-author>
   </epigraph>
   <p>Прежде чем Хви вошла в малый Аудиенц-зал, Лето услышал голос Монео. На девушке были надеты светло-зеленые шаровары, перехваченные у лодыжек темными лентами – под цвет сандалий. Из-под черной накидки выглядывала свободная блузка такого же зеленого цвета.</p>
   <p>Хви казалась совершенно спокойной. Войдя, она, не ожидая приглашения, села на золотистую подушку, а не на красную, как в прошлый раз. Монео потребовалось меньше часа, чтобы доставить Хви Нори в резиденцию Лето. Он слышал, что мажордом ходит взад-вперед в прихожей, и послал сигнал, запиравший вход в зал.</p>
   <p>– Монео чем-то очень взволнован, – сказала Хви. – Он очень старался не показать мне это, но чем больше он пытался меня успокоить, тем большее любопытство он во мне возбуждал.</p>
   <p>– Он не очень сильно тебя напугал?</p>
   <p>– О нет. Более того, он говорил довольно интересные вещи. Он сказал, что я должна запомнить, что Бог Лето разный для каждого из нас.</p>
   <p>– Что же здесь интересного? – спросил Лето.</p>
   <p>– Интересен вопрос, для которого это замечание послужило лишь предисловием. Он сказал, что ему очень интересно, какую роль играем мы в такой разнице вашего отношения к нам.</p>
   <p>– Вот это действительно интересно.</p>
   <p>– Думаю, что это взгляд в корень проблемы, – произнесла Хви. – Зачем вы вызвали меня?</p>
   <p>– Когда-то твои хозяева с Икса…</p>
   <p>– Они больше мне не хозяева, господин.</p>
   <p>– Прости меня. Отныне я буду называть их иксианцами.</p>
   <p>Она серьезно кивнула и напомнила:</p>
   <p>– Когда-то…</p>
   <p>– …иксианцы попытались создать оружие – тип охотника, этакая самодвижущаяся смерть с машинным сознанием и интеллектом. Она была сконструирована, как самоусовершенствующийся аппарат, который, найдя признаки жизни, должен был превратить носителя этих признаков в кусок неорганической материи.</p>
   <p>– Я ничего об этом не слышала, господин.</p>
   <p>– Я знаю. Иксианцы не понимают, что разработчики таких машин рано или поздно сами становятся машинами. Это путь к бесплодию. Машины всегда проигрывают… Надо только выждать время. И когда машина проигрывает, то не остается никакой жизни.</p>
   <p>– Иногда мне кажется, что они поражены безумием, – сказала Хви.</p>
   <p>– Антеак придерживается такого же мнения. Это самая непосредственная проблема. Иксианцы заняты сейчас другим проектом, суть которого скрыта от всех.</p>
   <p>– Даже от вас?</p>
   <p>– Даже от меня. Я посылаю Преподобную Мать Антеак провести расследование от моего имени. Для того чтобы ей помочь, я хочу, чтобы ты рассказала ей все, что сможешь, о месте, где ты провела свое детство. Здесь очень важны детали, пусть даже очень мелкие и, казалось бы, незначимые. Антеак поможет тебе припомнить все. Каждый звук, каждый запах, цвет каждого предмета. Кто навещал тебя, что ты при этом испытывала. Нас интересует все, вплоть до мурашек, которые пробегали у тебя по коже. Жизненно важной может оказаться любая, подчеркиваю, любая подробность.</p>
   <p>– Вы думаете, что это и есть то место, где прячутся авторы проекта?</p>
   <p>– Я точно это знаю.</p>
   <p>– И вы думаете, что они делают это оружие для того, чтобы…</p>
   <p>– Нет, но это будет вполне весомым основанием для того, чтобы исследовать место твоего рождения.</p>
   <p>На лице Хви медленно появилась улыбка.</p>
   <p>– Оказывается, мой господин предпочитает окольные пути. Я поговорю с Преподобной Матерью немедленно. – Хви встала, однако Лето остановил ее.</p>
   <p>– Мы не должны проявлять излишней поспешности.</p>
   <p>Она снова опустилась на подушку.</p>
   <p>– Мы все очень разные, как тонко подметил Монео, – сказал он. – Бытие нельзя остановить. Твой бог продолжает творить тебя.</p>
   <p>– Что найдет Антеак? Вы же знаете это, не так ли?</p>
   <p>– Лучше скажем, что у меня есть твердая убежденность. Ты не один раз упоминала предмет, который я обсуждал с тобой ранее. У тебя есть вопросы?</p>
   <p>– Вы дадите мне ответы, как только они мне понадобятся. – Это было утверждение, полное такого доверия, что Лето от волнения замолчал. Он безмолвно смотрел на Хви, поняв, насколько необычно это достижение иксианской мысли, – они сумели создать <emphasis>человека.</emphasis> Хви оставалась верна запрограммированной для нее модели личности в моральном плане. Она была миловидна, сердечна и честна, обладая при этом способностью к истинному сопереживанию, переживая муки человека, с которым она в данный момент себя идентифицировала. Он представил себе, как недовольны будут ее учителя из Бене Гессерит, столкнувшись с этой непоколебимой внутренней честностью. Учителя добавят кое-какие способности, добавят к общей картине несколько мазков, но это только укрепит ее силу, благодаря которой Хви не превратилась в сестру из Бене Гессерит. Как это будет обидно для Преподобных Матерей!</p>
   <p>– Господин, – сказала Хви. – Я хотела бы знать мотивы, побудившие вас сделать свой выбор.</p>
   <p>– Сначала ты должна понять, как чувствует себя человек, способный прозревать будущее.</p>
   <p>– С вашей помощью я постараюсь это сделать.</p>
   <p>– Ничто и никогда не отделяется от своего источника, – заговорил Лето. – Видение будущего есть видение континуума, в котором все вещи обретают свою окончательную форму, подобно тому, как в месте падения водопада образуются пузырьки воздуха. Ты видишь их, но потом они исчезают. Как только иссякает поток, возникает впечатление, что пузырьков не было вовсе. Этот поток и есть мой Золотой Путь, и я вижу его конец.</p>
   <p>– Ваш выбор, – она взмахнула рукой в сторону его тела, – изменил это?</p>
   <p>– Изменяет. Изменения возникнут не столько от образа моей жизни, сколько от образа моей смерти.</p>
   <p>– Вы знаете как умрете?</p>
   <p>– Я не знаю, как. Я знаю только Золотой Путь, на котором это произойдет.</p>
   <p>– Господин, я не…</p>
   <p>– Я знаю, что это очень трудно понять. Я переживу четыре смерти – смерть плоти, смерть души, смерть мифа и смерть разума. И каждая из этих смертей содержит в себе семена возрождения.</p>
   <p>– Вы вернетесь из…</p>
   <p>– Вернется семя.</p>
   <p>– Что станется с вашей религией, когда вы умрете?</p>
   <p>– Религия есть единичная общность. Спектр останется прежним, Золотой Путь не изменит его. Просто люди увидят сначала одну часть, а потом другую. Наваждения могут быть названы нарушениями чувственного восприятия.</p>
   <p>– Но люди все равно будут поклоняться вам, – сказала Хви.</p>
   <p>– Да.</p>
   <p>– Но когда пройдет это <emphasis>навсегда</emphasis>, то в людях взыграет гнев, – сказала она. – Будет отрицание. Найдутся люди, которые скажут, что вы были обыкновенным тираном.</p>
   <p>– Будет и такое наваждение, – согласился Лето.</p>
   <p>У Хви возник ком в горле, ей стало трудно говорить, но она превозмогла себя.</p>
   <p>– Но каким образом ваша жизнь и ваша смерть смогут изменить… – Она замолчала и в отчаянии тряхнула головой.</p>
   <p>– Жизнь будет продолжаться.</p>
   <p>– Я верю в это, господин, но как она будет продолжаться?</p>
   <p>– Каждый цикл жизни – это реакция на предыдущий цикл. Если ты вдумаешься в форму существования моей Империи, то поймешь, каким будет следующий цикл.</p>
   <p>Хви отвернулась.</p>
   <p>– Все, что я узнала о вашей семье, убедило меня в том, что это выбор, – она махнула рукой в его сторону, не оглянувшись, – продиктованный бескорыстными соображениями. Но я не думаю, что мне ясна форма существования вашей Империи.</p>
   <p>– Золотой Мир Лето?</p>
   <p>– Многие хотят, чтобы мы в это поверили, но в действительности мира в Империи не так уж много.</p>
   <p><emphasis>Какая честность! Ничто не может ее отвратить.</emphasis></p>
   <p>– Сейчас время утробы, – сказал он. – Мы распространяемся так же, как распространяется в длину растущая клетка.</p>
   <p>– Но в этой картине чего-то недостает, – сказала она.</p>
   <p><emphasis>Она похожа на Дункана,</emphasis> подумал он. <emphasis>Чего-то недостает, и они тотчас это чувствуют.</emphasis></p>
   <p>– Плоть растет, но не растет душа, – сказал он.</p>
   <p>– Душа?</p>
   <p>– То рефлективное сознание, которое говорит нам, насколько живыми мы можем быть. Ты хорошо это знаешь, Хви. Это то же самое чувство, которое подсказывает тебе, как быть верной самой себе.</p>
   <p>– Ваша религия – это еще не все, – сказала Хви.</p>
   <p>– Никакая религия не может быть достаточной сама по себе. Это вопрос выбора – единичного выбора каждого отдельно взятого человека. Теперь ты понимаешь, почему для меня так важны твоя дружба и твое общество?</p>
   <p>Она моргнула, пытаясь скрыть слезы, и кивнула.</p>
   <p>– Почему люди не знают всего этого?</p>
   <p>– Потому что для этого нет подходящих условий.</p>
   <p>– Но вы сами диктуете эти условия, так в чем же дело?</p>
   <p>– Да, я диктую условия. Внимательно присмотрись к моей Империи. Ты видишь теперь ее форму?</p>
   <p>Закрыв глаза, Хви задумалась.</p>
   <p>– Желаете сидеть у реки и каждый день удить рыбу? – спросил Лето. – Прекрасно. Есть такая жизнь. Желаете плавать в маленькой лодочке по морям и посещать разные острова и страны? Превосходно! Что еще можно делать?</p>
   <p>– Путешествовать в космосе? – спросила она, в ее голосе появились протестующие нотки. Хви открыла глаза.</p>
   <p>– Ты видела, что Гильдия и я воспрещаем это.</p>
   <p>– Вы один воспрещаете.</p>
   <p>– Верно. Если Гильдия посмеет меня ослушаться, она не получит Пряность.</p>
   <p>– Это закабаление людей на их планетах защищает их обитателей от злонамеренности.</p>
   <p>– Нет, закабаление преследует гораздо более важную цель. Оно наполняет людей страстью к путешествиям. Оно создает потребность путешествовать и видеть другие страны. Со временем возможность путешествовать становится синонимом свободы.</p>
   <p>– Но запасы Пряности истощаются, – сказала Хви.</p>
   <p>– И свобода становится с каждым днем все дороже и дороже.</p>
   <p>– Это может привести лишь к отчаянию и насилию, – начала возражать Хви.</p>
   <p>– Среди моих предков есть один очень мудрый человек – я сам был им, ты понимаешь, что в моем прошлом нет чужаков…</p>
   <p>Она благоговейно кивнула.</p>
   <p>– Так вот, этот мудрый человек понял из наблюдений, что богатство есть инструмент свободы, но стремление к богатству есть путь рабства.</p>
   <p>– Гильдия и Община Сестер обращают себя в добровольное рабство!</p>
   <p>– А также иксианцы, тлейлаксианцы и многие, многие другие. Иногда им удается раздобыть немного Пряности, и этим они привлекают к себе внимание, что тешит их самолюбие. Это очень забавная игра, не правда ли?</p>
   <p>– Но когда разыграется насилие…</p>
   <p>– Наступит голод и время тяжких раздумий.</p>
   <p>– И здесь, на Арракисе?</p>
   <p>– И здесь, и там, и везде. Люди будут вспоминать мою тиранию, как доброе старое время. Я стану зеркалом их будущего.</p>
   <p>– Но это же ужасно, – запротестовала она.</p>
   <p><emphasis>Она не могла отреагировать иначе.</emphasis></p>
   <p>Лето заговорил:</p>
   <p>– Земля откажет людям в пропитании, те, кто выживет, будут искать спасения на все меньших и меньших участках. Будет вновь пройден ужасный процесс селекции – это будет во многих мирах: взрыв рождаемости и уменьшение запасов пищи.</p>
   <p>– Но Гильдия: разве она не сможет…</p>
   <p>– Гильдия станет беспомощной, поскольку из-за отсутствия Пряности она не сможет работать, перевозя людей с планеты на планету.</p>
   <p>– Смогут ли богатые избежать этой участи?</p>
   <p>– Некоторые из них.</p>
   <p>– Значит, вы ничего не изменили в этом мире. Мы будем продолжать бороться и умирать.</p>
   <p>– До тех пор, пока на Арракисе вновь не воцарится песчаный червь. Мы испытаем себя несчастьями, которые разделят все. Мы поймем, что то, что может произойти на другой планете, может произойти и на нашей.</p>
   <p>– Так много боли и смерти, – прошептала она.</p>
   <p>– Разве ты не понимаешь, что такое смерть? – спросил он. – Ты должна это понять. Вид должен понять. Все живущее должно понять.</p>
   <p>– Помоги мне, господин, – шепотом взмолилась она.</p>
   <p>– Это самый глубинный из опытов, который только может пережить любая тварь, – сказал Лето. – Непосредственно впереди смерти выступают вещи, которые увеличивают ее риск и отражают ее, как зеркало, – смертельно опасные болезни, травмы, рождение детей… когда-то женщины воевали из-за мужчин.</p>
   <p>– Но ваши Говорящие Рыбы…</p>
   <p>– Они учат выживанию, – ответил он.</p>
   <p>Глаза Хви осветились пониманием.</p>
   <p>– Они – это те, кто выживет. Ну конечно же!</p>
   <p>– Как ты хороша! – воскликнул Лето. – На редкость хороша. Будут благословенны иксианцы!</p>
   <p>– И прокляты?</p>
   <p>– И прокляты.</p>
   <p>– Я не думала, что смогу понять, кто такие Говорящие Рыбы, – призналась Хви.</p>
   <p>– Этого не понимает даже Монео, – сказал Лето, – а насчет Айдахо я уже просто отчаялся.</p>
   <p>– Надо очень высоко ценить жизнь, чтобы хотеть ее сохранить.</p>
   <p>– Да, и именно те, кто сохранит способность выжить, несмотря ни на что, достигнут света жизни и будут крепко держаться за красоту жизни. Женщины знают это лучше мужчин, потому что рождение ребенка – это зеркальное отражение смерти.</p>
   <p>– Мой дядя Малки всегда говорил, что у вас были основательные причины отнять у мужчин поводы к дракам и вспышкам насилия. Какой горький урок!</p>
   <p>– Без поводов к непосредственному насилию у мужчин остается мало способов удостовериться в том, как они встретят свой последний час и как они смогут противостоять смерти, – сказал Лето. – Что-то было упущено. Душа не растет. И что говорят люди о Мире Лето?</p>
   <p>– Они говорят, что по вашей милости барахтаются в собственном упадке, как свиньи в собственном дерьме.</p>
   <p>– Народная мудрость, как всегда, точна, – проговорил Лето. – Это именно упадок.</p>
   <p>– У большинства мужчин не стало никаких принципов и убеждений – на это жалуются почти все иксианские женщины.</p>
   <p>– Когда я ищу мятежника, я всегда обращаю внимание на людей с принципами.</p>
   <p>Она молча посмотрела на него, и Лето подумал, как много простая реакция может сказать об уме человека.</p>
   <p>– Как ты думаешь, где я нахожу самых лучших своих администраторов? – спросил он.</p>
   <p>Она испустила изумленный вздох.</p>
   <p>– Принципы – вот за что вы сражаетесь. Большинство людей проходит по жизни, не встречаясь ни с какими вызовами практически до самого конца, когда вызов им бросает сама смерть. У людей так мало врагов, в стычках с которыми они могли бы испытать себя на прочность.</p>
   <p>– У людей есть вы, – сказала Хви.</p>
   <p>– Я слишком силен, – сказал Лето. – Я – это синоним самоубийства, а кто добровольно пойдет на верную смерть?</p>
   <p>– Сумасшедшие или отчаянные. Мятежники и повстанцы?</p>
   <p>– Для них я эквивалент войны. Окончательный, законченный хищник. Я для них связующий материал, без которого они просто рассыпались бы.</p>
   <p>– Я никогда не считала себя мятежницей.</p>
   <p>– Ты – кое-что гораздо лучшее.</p>
   <p>– И вы хотите меня каким-то образом использовать?</p>
   <p>– Да, хочу.</p>
   <p>– Но не как администратора, – попросила она.</p>
   <p>– У меня уже есть администраторы – неподкупные, проницательные, умные, признающие свои ошибки и быстро находящие решение.</p>
   <p>– Они были мятежниками?</p>
   <p>– Большинство из них.</p>
   <p>– Как вы их выбираете?</p>
   <p>– Я могу сказать, что они выбирают себя сами.</p>
   <p>– Они – те, кто смог выжить?</p>
   <p>– И это тоже. Но есть кое-что еще, нечто большее, чем способность к выживанию. Отличить плохого администратора от хорошего очень легко. Хороший администратор делает свой выбор немедленно.</p>
   <p>– И это приемлемый выбор?</p>
   <p>– Обычно их решения могут работать. С другой стороны, плохой администратор колеблется, виляет, созывает комиссии, требует исследования вопроса и докладов. Со временем это создает серьезные проблемы.</p>
   <p>– Но, может быть, иногда действительно требуется больше информации, чтобы…</p>
   <p>– Плохой администратор больше сосредоточен на докладах, чем на решениях. Он хочет, чтобы все было записано, чтобы потом представить бумагу в качестве оправдания ошибки.</p>
   <p>– А как поступает хороший администратор?</p>
   <p>– О, он зависит от устного приказа. Он не солжет, если его устный приказ привел к нежелательным последствиям и окружает себя людьми, которые способны мудро действовать на основе его устного приказа. Очень часто важной информацией обладает сообщение, что что-то не в порядке. Плохой администратор скрывает свои ошибки и тянет до тех пор, пока не станет слишком поздно исправить их.</p>
   <p>Лето наблюдал, как она размышляет о людях, которые ему служат, – особенно о Монео.</p>
   <p>– Это люди решений, – сказала она наконец.</p>
   <p>– Самое трудное для тирана, – сказал Лето, – это найти людей, действительно способных принимать решения.</p>
   <p>– Не дает ли вам близкое знание прошлого каких-то преимуществ?</p>
   <p>– Оно меня иногда забавляет. Большинство бюрократий, предшествовавших моей, изыскивали и находили людей, которые избегали ответственности принятия решений.</p>
   <p>– Понятно. Как вы хотите использовать меня, господин Лето?</p>
   <p>– Выйдешь ли ты за меня замуж?</p>
   <p>Мимолетная усмешка коснулась ее губ.</p>
   <p>– Женщины тоже могут принимать решения. Я выйду за вас замуж.</p>
   <p>– А теперь ступай к Преподобной Матери. Пусть она узнает то, что хочет узнать.</p>
   <p>– Для выяснения моего происхождения, – сказала она. – Вы и я уже знаем мою цель.</p>
   <p>– Которая не отделена от ее источника, – добавил он.</p>
   <p>Она встала.</p>
   <p>– Господин, не ошибаетесь ли вы относительно своего Золотого Пути? Нет ли вероятности…</p>
   <p>– Неудачу может потерпеть всякий, но она не так страшна, если есть готовые помочь верные, храбрые друзья.</p>
  </section>
  <section>
   <epigraph>
    <p>Группы людей имеют тенденцию обустраивать места своего обитания для группового же выживания. Когда поведение группы отклоняется от этого паттерна, можно говорить о болезни группы. У этой болезни есть показательные яркие симптомы. Я наблюдаю за разделением пищи. Это форма общения, неизбежный признак взаимопомощи, в котором содержатся ростки смертельной зависимости. Интересно, что ухаживают за ландшафтом в основном мужчины. Раньше этим занимались исключительно женщины.</p>
    <text-author>(Похищенные записки)</text-author>
   </epigraph>
   <p>«Вы должны простить меня за некоторые несуразности в этом докладе, – писала Преподобная Мать Антеак. – Можете отнести их на счет вынужденной поспешности. Завтра я отбываю на Икс с целью, о которой подробно писала вам ранее. Нельзя отрицать напряженного и искреннего интереса Бога-Императора к Иксу, но здесь я хочу подробно остановиться на странном визите, который нанесла мне посол Икса Хви Нори».</p>
   <p>Антеак попыталась поудобнее устроиться на стуле, на котором можно было делать все что угодно, только не сидеть – но других стульев в этом спартанском номере найти не удалось. Антеак сидела в крошечной спальне в таких же жалких апартаментах, которые Лето отказался сменить даже после того, как Сестры предупредили его о тлейлаксианской измене.</p>
   <p>На коленях Антеак лежала черная квадратная плитка длиной около десяти миллиметров и толщиной не более трех. Преподобная Мать писала на этом приборе с помощью светящейся ручки, записывая слова одно поверх другого. Это послание будет затем запечатлено на нервных окончаниях сетчатки послушницы и сохранится там до расшифровки в капитуле Общины Сестер.</p>
   <p>Хви Нори поставила Преподобную Мать перед тяжелой дилеммой.</p>
   <p>Антеак знала о донесениях учителей Бене Гессерит, посланных на Икс для обучения Хви. Но послания эти скрывали больше, чем сообщали. После прочтения этих донесений возникало множество вопросов.</p>
   <p><emphasis>Какие невзгоды ты пережила, девочка?</emphasis></p>
   <p><emphasis>Какие трудности ты испытала в юности?</emphasis></p>
   <p>Антеак шмыгнула носом и взглянула на черный квадрат. Эти мысли вернули ее к верованию фрименов о том, что человека формирует планета, на которой он родился.</p>
   <p>– Есть ли на вашей планете странные и необычные животные? – вот типичный фрименский вопрос.</p>
   <p>Хви явилась к Преподобной Матери с внушительным эскортом Говорящих Рыб – более сотни атлетически сложенных женщин. Антеак в жизни своей не видела столько оружия – лазерные ружья, ножи, кинжалы, гранаты, палаши…</p>
   <p>Антеак обвела взглядом спальню. Господь Лето говорил ей, зачем он поместил ее в эти условия.</p>
   <p>– Этим вы можете измерить свою ценность в глазах Бога-Императора!</p>
   <p>Хотя… теперь последовало весьма щекотливое поручение, связанное с поездкой на Икс, что позволяло сделать некоторые предположения о намерениях и отношении Господа Лето. Возможно, времена изменились, и теперь Общину ждут почести и больше Пряности.</p>
   <p><emphasis>Все зависит от того, как я справлюсь с поручением.</emphasis></p>
   <p>Хви вошла в спальню одна и скромно села на лежанку, причем ее голова оказалась ниже головы Антеак. Прекрасно и обдуманно. Очевидно, что Говорящие Рыбы могли поставить Антеак в любое положение по отношению к Хви – той стоило только шевельнуть пальцем. Первые слова Хви поразили Преподобную Мать до немоты.</p>
   <p>– С самого начала вы должны знать, что я выхожу замуж за Господа Лето.</p>
   <p>Потребовалось все умение Антеак, чтобы не показать всю глубину изумления. Способности Антеак позволили ей распознать, что слова Хви были правдивыми и искренними, но все их значение еще предстояло обдумать.</p>
   <p>– Господь Лето приказал, чтобы вы никому не сообщали об этом решении, – добавила Хви.</p>
   <p><emphasis>Вот это дилемма,</emphasis> подумала Антеак. <emphasis>Могу ли я сообщить Сестрам в капитул?</emphasis></p>
   <p>– В свое время это станет известно всем, – сказала Хви Нори. – Но это время еще не пришло. Я говорю это вам, чтобы подчеркнуть всю степень доверия, которое испытывает Лето.</p>
   <p>– Доверие к вам?</p>
   <p>– И ко мне, и к вам.</p>
   <p>Антеак едва смогла сдержать дрожь. Такое доверие присуще только очень сильной власти.</p>
   <p>– Знаешь ли ты, почему Икс выбрал послом на Арракисе именно тебя? – спросила Антеак.</p>
   <p>– Да, они хотели, чтобы я втерлась к нему в доверие, а потом обманула.</p>
   <p>– Кажется, ты преуспела. Означает ли это, что иксианцы верят в некоторые… странные привычки Господа Лето?</p>
   <p>– В них не верят даже тлейлаксианцы.</p>
   <p>– Я понимаю это так, что ты отрицаешь истинность этих россказней?</p>
   <p>Хви говорила настолько бесстрастно, что даже умение Преподобной, приобретенное в школе Бене Гессерит, и способности ментата плохо помогали в расшифровке значения того, что рассказывала Хви.</p>
   <p>– Ты говорила с ним и видела его. Правдиво ответь на эти вопросы самой себе.</p>
   <p>Антеак с трудом подавила вспышку раздражения. Несмотря на юность, Хви была отнюдь не послушница и никогда не станет хорошей сестрой Бене Гессерит. Какая жалость!</p>
   <p>– Докладывала ли ты об этом своему правительству на Икс?</p>
   <p>– Нет.</p>
   <p>– Почему?</p>
   <p>– Они скоро и сами об этом узнают. Преждевременное разглашение может повредить Господу Лето.</p>
   <p><emphasis>Это истинная правда</emphasis>, напомнила себе Антеак.</p>
   <p>– Не является ли верность Иксу для тебя главной? – спросила Антеак.</p>
   <p>– Моя главная верность принадлежит Истине, – помедлив, Хви улыбнулась. – Изобретательность Икса выше его ума.</p>
   <p>– Думают ли на Иксе, что ты представляешь угрозу для Бога-Императора?</p>
   <p>– Я думаю, что в первую голову они озабочены моей осведомленностью. Я обсуждала этот вопрос с Ампром перед самым моим отъездом сюда.</p>
   <p>– Этот Ампр – директор департамента иностранных дел?</p>
   <p>– Да. Ампр убежден, что Господь Лето допускает угрозу по отношению к себе только до определенных пределов.</p>
   <p>– Это сказал тебе сам Ампр?</p>
   <p>– Ампр убежден, что от Господа Лето нельзя скрыть будущее.</p>
   <p>– Но в основе моей миссии на Икс лежит предположение о том, что… – Антеак помолчала, покачала головой и продолжила: – Почему Икс снабжает Господа машинами и оружием?</p>
   <p>– Ампр полагает, что у Икса нет выбора. Подавляющая сила истребляет людей, которые начинают представлять собой угрозу.</p>
   <p>– Выходит, что если Икс откажется от поставок, то это переполнит чашу терпения Лето. Середины быть не может. Думала ли ты о последствиях, которые вызовет женитьба Лето?</p>
   <p>– Ты имеешь в виду сомнения относительно Божественности Императора, которые могут возникнуть после свадьбы?</p>
   <p>– Да, многие люди после этого поверят в россказни тлейлаксианцев.</p>
   <p>В ответ Хви лишь улыбнулась.</p>
   <p><emphasis>Проклятие! Как же мы ухитрились упустить эту девочку?</emphasis></p>
   <p>– Он изменяет основы своей религии. – В тоне Антеак прозвучало обвинение. – Вот в чем заключается все дело.</p>
   <p>– Вы делаете ошибку, судя о других по себе, – сказала Хви и, видя, что Антеак возмутилась, добавила: – Но я пришла сюда не для того, чтобы спорить по поводу действий Господа Лето.</p>
   <p>– Нет, конечно, нет, – поспешила согласиться Антеак.</p>
   <p>– Господь Лето велел мне, – продолжала Хви, – рассказать вам все мельчайшие подробности, сохранившиеся в моей памяти, о месте, где я родилась и воспитывалась в детстве.</p>
   <p>Вспомнив эти слова Хви, Антеак посмотрела на черную дощечку, лежавшую у нее на коленях. Хви рассказывала подробности и детали, которые велел ей рассказать ее господин (и жених!), подробности, которые показались бы скучными любому, кто в отличие от Антеак не обладал способностями ментата извлекать отовсюду необходимую информацию.</p>
   <p>Антеак покачала головой, думая о том, что ей придется сообщать в капитул Общины Сестер. К этому времени они уже прочтут ее предыдущее послание. Машина, которая может защитить свое содержимое от всепроникающей способности предзнания Господа Лето? Возможно ли в принципе создание такой машины? Может быть, это просто еще одна проверка Богом-Императором искренности намерений Бене Гессерит? Но постойте! Если бы он уже не знал о таинственном происхождении Хви Нори, то…</p>
   <p>Ум ментата помог Антеак мгновенно понять, почему именно ее Господь Лето избрал для миссии на Иксе. Бог-Император не мог доверить эту информацию Говорящим Рыбам. Он не хотел, чтобы Рыбы заподозрили своего Бога в слабости.</p>
   <p>Но так ли это очевидно, как представляется с первого взгляда? Колеса в колесах – как это похоже на Господа Лето.</p>
   <p>И снова Антеак задумчиво покачала головой. Она наклонилась над дощечкой и стерла сообщение о том, что Господь Лето выбрал себе невесту.</p>
   <p>Они скоро и сами все узнают, а Антеак пока разберется в подтексте происходящего.</p>
  </section>
  <section>
   <epigraph>
    <p>Если знаешь все о своих предках, то являешься непосредственным свидетелем событий, приведших к созданию мифов и религий нашего прошлого. Поняв это, вы неизбежно будете считать меня творцом мифа.</p>
    <text-author>(Похищенные записки)</text-author>
   </epigraph>
   <p>Первый взрыв раздался, когда темнота опустилась на Онн. Этим взрывом убило несколько гуляк, отправившихся на вечеринку, где (как было обещано) Танцующие Лицом должны были показать древнюю пьесу о короле, убившем своих детей. После драматических событий первых четырех дней Празднеств некоторые граждане потеряли бдительность и снова начали появляться на улицах, перестав прятаться в относительной безопасности своих жилищ. Слухи о ранениях и смертях случайных прохожих начали циркулировать по городу как предупреждение и призыв к осторожности.</p>
   <p>Погибшие и пострадавшие вряд ли оценили бы замечание Лето о том, что случайные прохожие оказались слишком близко от центра взрыва.</p>
   <p>Обостренные чувства Лето позволили ему точно и быстро определить место взрыва. Император пришел в ярость и отдал приказ, о котором потом долго жалел. Он велел Говорящим Рыбам «истребить Танцующих Лицом – даже тех, кто был им ранее помилован».</p>
   <p>Сама вспышка ярости буквально зачаровала Лето. Прошло так много времени с тех пор, как он последний раз ощущал нечто похожее на небольшой гнев. Его отрицательные реакции ограничивались растерянностью и раздражением. Но теперь, когда опасность угрожала Хви Нори, – он испытал наконец ярость!</p>
   <p>По зрелом размышлении он решил изменить жестокий приказ, но это случилось не прежде, чем Говорящие Рыбы покинули подземелье, преисполненные яростью своего Бога.</p>
   <p>– Бог разгневан! – кричали некоторые из них.</p>
   <p>Второй взрыв задел некоторых Говорящих Рыб, появившихся на площади, Лето отменил свой последний приказ, чем спровоцировал еще большее насилие. Третий взрыв, раздавшийся невдалеке от места первого, заставил Лето непосредственно принять участие в событиях. Он привел в движение свою тележку, на лифте поднялся на поверхность и, словно потерявший разум берсерк, ворвался в битву.</p>
   <p>На площади царил хаос, освещаемый тысячами прожекторов, запущенных в небо Говорящими Рыбами. Центральная часть площади была разворочена, нетронутым осталось только металлопластиковое покрытие, по которому были разметаны обломки стен, убитые и раненые.</p>
   <p>У стен иксианского посольства развернулось настоящее сражение.</p>
   <p>– Где мой Дункан? – проревел Лето.</p>
   <p>К нему подбежала башар гвардии и, едва переводя дыхание, доложила, что Дункан доставлен в Цитадель.</p>
   <p>– Что здесь происходит? – спросил Лето, указывая на побоище у посольства.</p>
   <p>– Мятежники и тлейлаксианцы атакуют иксианское посольство. У них полно взрывчатки.</p>
   <p>Башар не успела закончить фразу, как перед развороченным фасадом посольства прогремел еще один взрыв. Вихрь оранжевого, в черных точках пламени взметнул в воздух извивающиеся тела.</p>
   <p>Не думая о последствиях, Лето убрал колеса, включил подвеску и стремительно перелетел через площадь, обрушившись на ряды атакующих. Этот полет был похож на полет бегемота с огнями у морды. Перелетев через своих, Лето обрушился на фланг нападавших, чувствуя, как по его телу бьют лучи лазерных ружей. Тележка столкнулась с мягкой человеческой плотью, сокрушая тела врагов.</p>
   <p>Тележка вынесла Императора к стене посольства. Ровная поверхность закончилась, подвеска чиркнула по бугристому булыжнику. Лето чувствовал, как его ребристое тело щекочут лазерные лучи. Внутреннее тепло, преобразованное в кислород, извергалось из хвоста. Инстинктивно Лето спрятал лицо в складку кожи Червя, то же самое он сделал с руками. Тело его взметнулось над тележкой, выгнулось огромной дугой и принялось крушить нападавших.</p>
   <p>По мостовой потекла кровь. Для тела Лето кровь была водой, смертельно опасной водой, но что поделаешь – смерть освобождает воду. Извивающееся и разящее тело скользило по этой кровавой воде, проникая в поры кожи из песчаных форелей и причиняя Лето невыносимые мучения. Эти страдания еще больше увеличивали ярость, и огромное тело разило противника с еще большей силой.</p>
   <p>Когда Лето нанес первый удар, Говорящие Рыбы отступили по периметру схватки, поняв, какое преимущество они получили. Башар закричала, покрывая шум битвы:</p>
   <p>– Добивать оставшихся!</p>
   <p>Говорящие Рыбы бросились вперед.</p>
   <p>В течение нескольких минут перед стенами иксианского посольства разыгрывалась кровавая драма – сверкали клинки, плясали во тьме дуги лазерных лучей, видны были руки и ноги, ударявшие живые, корчившиеся в предсмертных судорогах тела. Говорящие Рыбы не брали пленных.</p>
   <p>Лето неистово вращался всем телом в кровавой каше перед входом в посольство, едва ли осознавая боль, которую причиняла ему вода. Воздух вокруг него был насыщен кислородом, и это сохраняло его человеческие чувства. Он мысленно подозвал к себе тележку, осторожно потрогал поврежденную подвеску и аккуратно перенес свое тело на тележку, мысленно отдав ей приказ медленно двигаться назад, в подземелье.</p>
   <p>Очень давно он приготовился к такому повороту событий, создав в подземелье специальную чистку – помещение, в котором создавалась высокая температура, и сухой перегретый воздух очищал поверхность тела Червя от избытка влаги. Можно было заменить это помещение обычным песком, но в Онне не было столько песка.</p>
   <p>Уже находясь в лифте, он послал приказ немедленно доставить к нему Хви.</p>
   <p><emphasis>Если она осталась жива.</emphasis></p>
   <p>У него не было времени испытывать свои способности, сейчас его тело – тело червя и человека – нуждалось лишь в очищающем жаре.</p>
   <p>Уже находясь в чистке, он вспомнил о своем измененном приказе: «Сохраните жизнь некоторым Танцующим Лицом!» Но к этому времени разъяренные Говорящие Рыбы уже действовали разрозненными группами по всему городу и у Лето не было сил оповестить о новом приказе всех сражающихся.</p>
   <p>Как только Лето вышел из чистки, к нему прибыла капитан гвардии, сообщившая, что Хви получила лишь легкое ранение и будет доставлена в подземелье как только командир на месте сочтет это возможным и разумным.</p>
   <p>Лето на месте произвел капитана в суббашары. Женщина отличалась мощным телосложением Наилы, но лицо ее было помягче – более округлое и соответствующее старинным понятиям о женственности. Дрожа от такой милости Бога, женщина с благоговением выслушала повеление проследить, чтобы ничего не случилось с Хви, повернулась кругом и бросилась исполнять приказ.</p>
   <p><emphasis>Я даже не спросил ее имени,</emphasis> подумал Лето, перекатываясь на новую тележку в углублении малого Аудиенц-зала. Потребовалось несколько мгновений, чтобы припомнить имя женщины, произведенной в суббашары – Киеуэмо. Надо подтвердить производство. Он записал на диктофон это напоминание, чтобы позже сделать это лично. Все Говорящие Рыбы должны знать, как высоко ценит он Хви Нори. После сегодняшней ночи в этом, правда, и без того не будет никаких сомнений.</p>
   <p><emphasis>Слишком многие видели, что я сам убивал,</emphasis> подумал он.</p>
   <p>Ожидая прибытия Хви, Лето обдумал происшедшее. Атака была проведена не по типичным правилам тлейлаксианской стратегии, но нападение на дороге вполне вписывалось в эти новые правила. Все указывало на то, что его хотят убить.</p>
   <p><emphasis>Я вполне мог погибнуть в этой свалке.</emphasis></p>
   <p>Здесь крылось объяснение того, что он не предвидел нападения, но было в этом и еще одно, более глубокое соображение. Из многочисленных догадок складывалась ясная картина происходящего. Кто лучше всех знал Бога-Императора? Кто знал, как следует плести заговор?</p>
   <p><emphasis>Малки!</emphasis></p>
   <p>Лето вызвал охранницу и велел ей узнать, покинула ли уже Антеак Арракис. Через несколько секунд охранница вернулась.</p>
   <p>– Антеак все еще находится в своих апартаментах, – доложила Говорящая Рыба. – Командиры с мест докладывают, что тот квартал не подвергался атакам.</p>
   <p>– Спросите Антеак, – сказал Лето, – понимает ли она теперь, почему я определил им такое неудобное место для проживания – вдалеке от своей резиденции? Скажите ей, чтобы во время своего пребывания на Иксе она разыскала Малки и установила его местопребывание. Потом пусть она сообщит об этом начальнице местного гарнизона.</p>
   <p>– Малки, бывший иксианский посол?</p>
   <p>– Он самый. Его нельзя оставлять в живых или на свободе. Вам надлежит известить командира тамошнего гарнизона, чтобы она установила самую тесную связь с Антеак и оказывала ей всякую потребную помощь. Малки должен быть взят под стражу и доставлен сюда, ко мне, или казнен – это на усмотрение командира.</p>
   <p>Охранница кивнула, по ее лицу пробежала тень. Женщина не стала просить повторить приказ. Все охранницы обладали способностью прочно запоминать сказанное с первого раза. Они могли слово в слово, сохраняя даже интонации, повторить все, что они услышат от своего Бога-Императора.</p>
   <p>Когда женщина ушла, Лето послал запрос, и через секунду ему ответила Наила. Иксианский аппарат выхолащивал живые интонации, и до слуха Лето доходил лишь металлический, лишенный всякого выражения голос.</p>
   <p>Да, Сиона в Цитадели. Нет, Сиона не входила в контакт с мятежниками. <emphasis>«Нет, она даже не знает, что в данный момент я наблюдаю за ней».</emphasis> Нападение на посольство? Его осуществила раскольническая группировка «Союз с Тлейлаксу».</p>
   <p>Мысленно Лето облегченно вздохнул. Всегда эти революционеры дают своим группам столь претенциозные названия.</p>
   <p>– Кто-нибудь из них остался в живых?</p>
   <p>– Судя по всему, нет.</p>
   <p>Металлический голос был лишен всякого выражения, и Лето всегда удивлялся своей способности внутренне восполнять этот механический пробел.</p>
   <p>– Ты свяжешься с Сионой, – сказал он. – Откроешь ей, что ты – Говорящая Рыба. Скажешь, что не говорила этого раньше потому, что боялась утратить ее доверие и опасалась разоблачения, поскольку из всех Говорящих Рыб только ты одна была обязана хранить Сионе беспрекословную верность. Подтверди ей свою клятву. Поклянись ей всем, что для тебя свято, что будешь и дальше хранить ей верность и выполнять все ее распоряжения. Ты сделаешь все, что она тебе прикажет. Так оно и будет, ты и сама это хорошо знаешь.</p>
   <p>– Слушаюсь, мой господин.</p>
   <p>В ответе Лето без труда уловил фанатичную преданность. Она подчинится ему беспрекословно.</p>
   <p>– Если это возможно, сделай так, чтобы Сиона и Дункан Айдахо остались на какое-то время наедине.</p>
   <p>– Слушаюсь, мой господин.</p>
   <p><emphasis>Пусть тесное общение само сослужит свою службу</emphasis>, подумал Лето.</p>
   <p>Он отключил связь и вызвал к себе командира подразделений, действовавших на площади. Башар прибыла немедленно – форма была покрыта грязью и пылью, на сапогах – запекшаяся кровь. Высокая, изящная женщина, с тонкой костью. Морщинки на лице придавали ее орлиному профилю выражение собственного достоинства. Лето припомнил ее воинскую кличку – Ийлио, что по-фрименски означает «зависимая». Он, однако, обратился к ней по материнскому имени – Найше, что означает «дочь Шаи», что придало их общению некоторую интимность.</p>
   <p>– Садись на подушку, Найше, – заговорил Лето. – Ты на славу поработала.</p>
   <p>– Благодарю вас, мой господин.</p>
   <p>Она опустилась на красную подушку, на которой сидела и Хви. В углах рта женщины таилась усталость, но глаза оставались живыми и внимательными. Она приготовилась слушать.</p>
   <p>– Обстановка в городе стала спокойной. – Это был не вполне вопрос, но Лето явно ждал подтверждения своей оценки.</p>
   <p>– Она спокойная, но в ней все равно нет ничего хорошего, – произнесла Найше.</p>
   <p>Лето взглянул на кровь, в которой были испачканы сапоги башара.</p>
   <p>– Что происходит на улице перед иксианским посольством?</p>
   <p>– Она полностью очищена, мой господин. Там уже идут ремонтные работы.</p>
   <p>– Что на площади?</p>
   <p>– К утру она примет свой обычный вид.</p>
   <p>Она продолжала твердо смотреть Лето в глаза. Оба понимали, что главная тема разговора еще не затронута. Однако Император заметил в глазах Найше сильный блеск.</p>
   <p><emphasis>Она гордится своим господином!</emphasis></p>
   <p>Найше впервые видела, что ее Император умеет убивать сам. Были посеяны семена страшной зависимости. <emphasis>Если нам будет угрожать опасность, то наш господин лично придет на помощь</emphasis>. Именно поэтому так блестели глаза Найше. Она не будет больше поступать независимо, теперь для принятия решений она всегда будет черпать силу у Бога-Императора и отвечать лишь за правильное использование этой силы. Крылатая смерть явится по первому ее зову.</p>
   <p>Лето очень не нравился такой оборот дела, но делать было нечего, обратного хода нет. Исправить положение можно будет лишь медленно и постепенно.</p>
   <p>– Где нападавшие взяли лазерные ружья?</p>
   <p>– С наших складов, мой господин. Охрана была заменена.</p>
   <p><emphasis>Заменена.</emphasis> Какой великолепный эвфемизм. Провинившиеся Говорящие Рыбы были арестованы и содержались в камерах до тех пор, пока не потребуются смертники для выполнения какого-либо чрезвычайного задания. Они умрут с радостью, искупая свой грех. Даже слух о том, что такие берсерки существуют, мог успокоить самые горячие головы.</p>
   <p>– Проникли ли нападавшие в арсенал?</p>
   <p>– Хитростью и с помощью взрывчатки. Охрана арсенала потеряла бдительность.</p>
   <p>– Источник взрывчатки?</p>
   <p>Найше устало пожала плечами.</p>
   <p>Лето мог только согласиться с ней. Он понимал, что может установить источник, но какой в этом прок? Предприимчивые люди могли изготовить взрывчатку из самых разнообразных подручных средств – сахара, свинцовых белил, растительного масла, невинных удобрений, пластита, растворителей и обычной навозной жижи. Если учесть сообразительность, техническую подготовку и образованность, то этот список можно продолжить до бесконечности. Даже в таком обществе, которое он создал, – в обществе с ограниченной технологичностью, всегда найдутся люди, способные создать довольно совершенное малое оружие. Сама идея исключения такой опасности – это химера и пустой миф. Ключ к решению проблемы – это ограничение стремления к насилию. В этом отношении события нынешней ночи можно рассматривать как катастрофу.</p>
   <p><emphasis>Как много новой несправедливости,</emphasis> подумал он.</p>
   <p>Найше, словно прочитав его мысли, тяжело вздохнула.</p>
   <p><emphasis>Это естественно, ибо с младых ногтей Говорящих Рыб учат всячески избегать несправедливости.</emphasis></p>
   <p>– Мы должны заняться поисками оставшихся в живых мирных жителей, – сказал он. – Проследи, чтобы им помогли всем, чем можно. Все должны понять, что вина целиком и полностью лежит на тлейлаксианцах.</p>
   <p>Найше согласно кивнула. Она никогда не стала бы башаром, если бы не понимала смысла таких приказов. Она верила слепо. Если господин говорит, что виноваты тлейлаксианцы, значит, так оно и есть. В таком понимании была своя практичность. Она поняла, почему они не убили всех тлейлаксианцев.</p>
   <p><emphasis>Нельзя полностью избавляться от всех козлов отпущения.</emphasis></p>
   <p>– Надо отвлечь внимание, – сказал Лето. – Возможно, один из них уже у нас в руках. Я скажу вам об этом после встречи с госпожой Хви Нори.</p>
   <p>– Иксианским послом? Разве она не…</p>
   <p>– Она совершенно невиновна, – ответил он, не дав башару закончить фразу.</p>
   <p>В глазах Найше светилась безграничная вера, этот пластичный материал мгновенно прекращал всякие размышления и зажигал глаза фанатичным огнем. Иногда Лето испытывал ужас от своей неограниченной власти. Даже Найше не была исключением.</p>
   <p>– Я слышу, что госпожа Хви уже прибыла. Пригласишь ее ко мне, когда будешь выходить, – приказал Лето. – И вот что еще, Найше…</p>
   <p>Башар, которая уже встала, застыла на месте, ожидая приказания.</p>
   <p>– Сегодня я произвел Киеумо в суббашары, – сказал он. – Проследи, чтобы это производство было утверждено официально. Что касается тебя, то я очень доволен. Проси и получишь.</p>
   <p>Он заметил, что эта ритуальная фраза пришлась очень по душе башару. Однако она ничем не выразила свою радость и сказала:</p>
   <p>– Я испытаю Киеумо. Если она справится с моими обязанностями, то я хотела бы пойти в отпуск. Я очень давно, много лет, не была дома, на Салуса Секундус.</p>
   <p>– Можешь ехать в любое время по своему выбору.</p>
   <p><emphasis>Салуса Секундус, ну конечно же!</emphasis> – подумал он.</p>
   <p>Когда женщина упомянула о своей родине, Лето сразу вспомнил, на кого она так похожа. В ней течет кровь Коррино, она напоминает Харка аль-Ада. Оказывается, мы с ней довольно близкие родственники.</p>
   <p>– Мой господин очень великодушен, – сказала Найше.</p>
   <p>Она покинула зал пружинистым шагом. В вестибюле раздался ее голос:</p>
   <p>– Госпожа Хви, наш господин сейчас примет вас.</p>
   <p>Вошла Хви, сначала на фоне сводчатого дверного проема возник ее силуэт, она нерешительно остановилась, потом, привыкнув к полумраку, шагнула вперед. Она шла к Лето, словно мотылек, который летит на свет свечи, окидывая взглядом его тело, ища на нем следы ран. Он знал, что никаких следов она не увидит, – он лишь чувствовал боль и небольшую дрожь.</p>
   <p>Своим сверхъестественным зрением Лето увидел припухлость на правой ноге Хви, скрытую под платьем. Девушка остановилась перед углублением, в которой находилась тележка.</p>
   <p>– Мне сказали, что ты ранена, Хви. Тебе больно?</p>
   <p>– У меня под коленом резаная рана, мой господин. Небольшой осколок стены. Говорящие Рыбы смочили его каким-то лекарством, и боль утихла. Я очень боялась за тебя, мой господин.</p>
   <p>– А я боялся за тебя, моя дорогая Хви.</p>
   <p>– Я была в опасности только во время первого взрыва. Меня спрятали в подвале посольства.</p>
   <p><emphasis>Значит, она не видела моего неистовства. Как я благодарен за это Говорящим Рыбам.</emphasis></p>
   <p>– Я послал за тобой, чтобы просить у тебя прощения, – сказал он.</p>
   <p>Она села на золотистую подушку.</p>
   <p>– Что я должна простить тебе, Лето? Нет никаких оснований…</p>
   <p>– Меня проверили, Хви.</p>
   <p>– Тебя?</p>
   <p>– Нашлись люди, которые захотели проверить глубину моих чувств по отношению к тебе, они хотели узнать, что я сделаю для спасения Хви Нори.</p>
   <p>Хви указала рукой наверх.</p>
   <p>– Это… произошло из-за меня?</p>
   <p>– Это произошло из-за нас.</p>
   <p>– О… Но кто…</p>
   <p>– Ты согласилась выйти за меня замуж, Хви, и я… – Он поднял руку, видя, что она хочет заговорить. – Антеак открыла то, что ты ей рассказала, но не это послужило причиной событий.</p>
   <p>– Тогда кто…</p>
   <p>– Это неважно, <emphasis>кто.</emphasis> Важно, чтобы ты все обдумала с самого начала. Я должен дать тебе возможность изменить свое решение.</p>
   <p>Она печально опустила глаза.</p>
   <p><emphasis>Как сладостны ее черты,</emphasis> подумал он.</p>
   <p>Только в своем воображении мог он прожить с Хви всю жизнь, как живут мужья со своими женами. В его памяти хватило бы воспоминаний для того, чтобы представить себе такую жизнь. Он мог представить себе радости узнавания, прикосновения, поцелуи, ласки, из которых рождается болезненная красота истинной любви. Эти представления причиняли ему боль намного более сильную, чем раны, полученные на площади.</p>
   <p>Хви вздернула подбородок и посмотрела в глаза Лето. Он увидел в ее взгляде сострадание и стремление помочь ему.</p>
   <p>– Как еще могу я служить тебе, мой господин?</p>
   <p>Он напомнил себе, что она – человек, человек, которым он в полной мере больше не является. С каждой минутой эта разница становилась все больше и больше.</p>
   <p>В душе его поднялась сильная боль.</p>
   <p>Хви была неизбежной реальностью, такой земной и такой первобытной, что ее нельзя было выразить никакими словами. Душевная боль стала почти невыносимой.</p>
   <p>– Я люблю тебя, Хви. Я люблю тебя так, как мужчина любит женщину… но между нами невозможна близость. Ее не будет никогда.</p>
   <p>По ее щекам заструились слезы.</p>
   <p>– Я должна уехать? Мне надо вернуться на Икс?</p>
   <p>– Они станут мучить тебя, стараясь узнать причину, по которой провалились их планы.</p>
   <p><emphasis>Она видела мою боль,</emphasis> подумал он. <emphasis>Она знает всю тщетность усилий, она подавлена. Что же она станет делать? Она не солжет. Не скажет, что возвращает мне любовь, как женщина мужчине. Она понимает всю бесполезность наших отношений в земном смысле. Но она знает и свои чувства в отношении меня – сочувствие, благоговение, жажда познания, которая не знает страха.</emphasis></p>
   <p>– Тогда я остаюсь, – сказала она. – Мы будем извлекать из нашего общения ту радость, которая будет нам доступна. Это самое лучшее, что мы сможем сделать. Если для этого нам надо пожениться, то пусть будет так.</p>
   <p>– В этом случае я должен поделиться с тобой теми знаниями, которыми я никогда и ни с кем не делился, – сказал он. – Я дам тебе такую власть над собой, которой…</p>
   <p>– Не делай этого, господин! Вдруг кто-нибудь принудит меня…</p>
   <p>– Отныне ты никогда не покинешь моего дома. Твоим домом станет это подземелье, Цитадель, потайные места в Сарьире.</p>
   <p>– Пусть исполнится твоя воля.</p>
   <p><emphasis>Как открыто и спокойно принимает она свою судьбу.</emphasis></p>
   <p>Надо успокоить эту пульсирующую боль. Она угрожает ему и Золотому Пути.</p>
   <p><emphasis>Эти умные иксианцы!</emphasis></p>
   <p>Малки понимал, как обстоятельства вынуждают власть имущих постоянно подвергаться искушению сирен, как это нужно властителям для довольства собой.</p>
   <p><emphasis>Это постоянное осознание силы и власти, присутствующих в самом незначительном жесте.</emphasis></p>
   <p>Хви приняла его молчание за неуверенность.</p>
   <p>– Мы поженимся, мой господин?</p>
   <p>– Да.</p>
   <p>– Надо ли предпринять что-то в отношении тлейлаксианских россказней о…</p>
   <p>– Не надо ничего предпринимать.</p>
   <p>Она внимательно посмотрела на него, припомнив их предыдущий разговор. <emphasis>Сеется семя распада.</emphasis></p>
   <p>– Я боюсь, господин, что могу ослабить тебя, – сказала Хви.</p>
   <p>– Значит, тебе надо найти способ сделать меня сильнее.</p>
   <p>– Станешь ли ты сильнее, если мы немного уменьшим огонь веры в Бога Лето?</p>
   <p>Лето подумал, что в этом высказывании было что-то от духа Малки. Именно такие замечания делали его особенно очаровательным. <emphasis>Мы никогда не сможем избавиться от того, чему нас научили в детстве.</emphasis></p>
   <p>– Твой вопрос требует ответа, – сказал Лето. – Многие будут поклоняться мне так, как задумал я. Многие же станут верить лжи.</p>
   <p>– Господин… ты станешь просить меня лгать ради тебя?</p>
   <p>– Конечно нет. Но могу попросить тебя хранить молчание тогда, когда тебе очень захочется говорить.</p>
   <p>– Но если они будут поносить тебя?</p>
   <p>– Ты не станешь протестовать.</p>
   <p>По щекам Хви снова потекли слезы. Как хотелось Лето утереть их… но это была вода, смертельная для него вода.</p>
   <p>– Все будет делаться именно так, – сказал Лето.</p>
   <p>– Ты все объяснишь мне, господин?</p>
   <p>– Когда меня не станет, они должны будут объявить меня Шайтаном, Императором геенны. Но колесо будет безостановочно катиться по Золотому Пути.</p>
   <p>– Господин, но, может быть, гнев будет направлен не на меня одну? Я не…</p>
   <p>– Нет! Иксианцы сделали тебя более совершенной, чем задумали. Я воистину люблю тебя, и с этим уже ничего нельзя поделать.</p>
   <p>– Я не желаю причинять тебе боль! – В словах Хви прозвучала неподдельная мука.</p>
   <p>– Что сделано, то сделано. Обратной дороги нет.</p>
   <p>– Помоги мне понять.</p>
   <p>– Та ненависть, которая возникнет после моей смерти, тоже уляжется и отойдет в прошлое. Пройдет много времени. Затем в один прекрасный день люди найдут мои записки.</p>
   <p>– Записки? – Хви была удивлена такой сменой темы разговора.</p>
   <p>– Хронику моего времени. Мои аргументы, мою апологию. Существуют копии и сохранятся фрагменты и обрывки, некоторые в искаженной форме, но оригиналы тоже сохранятся и будут ждать своего времени. Я хорошо спрятал их.</p>
   <p>– И что будет, когда их найдут?</p>
   <p>– Люди узнают, что я был совсем не таким, каким они меня себе представляли.</p>
   <p>Голос Хви превратился в трепетный шепот:</p>
   <p>– Мне уже известно то, что они узнают.</p>
   <p>– Да, моя дорогая Хви. Я тоже так думаю.</p>
   <p>– Ты не Бог и не дьявол. Таких, как ты, не было и нет, ты – тот, кто устраняет необходимость.</p>
   <p>Она вытерла слезы.</p>
   <p>– Хви, ты представляешь, насколько ты опасна?</p>
   <p>Ее взгляд выразил тревогу, руки застыли в напряжении.</p>
   <p>– Ты совершаешь поступки святой, – сказал он. – Ты понимаешь, как опасно появление святого в ненужное время в неподходящем месте?</p>
   <p>Она отрицательно покачала головой.</p>
   <p>– Люди должны быть готовы к появлению святого, – сказал он. – В противном случае они становятся слепыми последователями, попрошайками, фанатиками, которые прячутся в тени святого. Это уничтожает людей, ибо питает их слабость.</p>
   <p>После минутного размышления она согласно кивнула головой.</p>
   <p>– Появятся ли святые после того, как тебя не станет?</p>
   <p>– В этом и заключается цель моего Золотого Пути.</p>
   <p>– Дочь Монео, Сиона, – она тоже…</p>
   <p>– Пока она только мятежница. Что касается святости, то мы позволим ей самой сделать выбор. Возможно, она сделает только то, ради чего родилась.</p>
   <p>– Ради чего, господин?</p>
   <p>– Перестань называть меня господином, – сказал он. – Мы Червь и его супруга. Зови меня Лето, если это тебе больше нравится. Господин мешает общению.</p>
   <p>– Да, гос… Лето. Но в чем…</p>
   <p>– Сиона была рождена для того, чтобы править. В такой селекции заключается определенная опасность. Начав править, познаешь вкус власти. Это может, в свою очередь, привести к непростительной безответственности, к неприятным эксцессам, и на поверхность выплывет страшный разрушитель – дикий гедонизм.</p>
   <p>– Сиона…</p>
   <p>– Все, что мы знаем о Сионе, – это то, что она может остаться привержена своему нынешнему поведению, которое наполняет все ее чувства. Она по необходимости аристократка, но аристократия большей частью обращает свои взоры к прошлому. Это залог неудачи. Ты не сможешь разглядеть путь, лежащий перед тобой, если будешь, подобно Янусу, смотреть одновременно вперед и назад.</p>
   <p>– Янус? А, это бог, два лица которого направлены в противоположные стороны. – Она облизнула губы. – Ты Янус, Лето?</p>
   <p>– Я – Янус, увеличенный в миллиарды раз. Но я и меньше, чем этот двуликий бог. Например, я обладал свойством, которое приводило в восторг всех моих администраторов, – все мои решения были выполнимы и действенны.</p>
   <p>– Но если ты потерпишь неудачу, то…</p>
   <p>– Это верно, тогда они все обратятся против меня.</p>
   <p>– Заменит ли тебя Сиона, если ты…</p>
   <p>– Ах, какое это огромное если! Ты же видишь, что Сиона угрожает самому моему существованию. Но она не представляет собой угрозы Золотому Пути. Остается также фактом то, что мои Говорящие Рыбы очень привязаны к Дункану.</p>
   <p>– Сиона кажется такой юной.</p>
   <p>– Я же играю роль обманщика, который притворяется, что полностью игнорирует нужды своего народа.</p>
   <p>– Может быть, мне стоит поговорить с ней и попытаться…</p>
   <p>– Нет, ты не должна в чем бы то ни было убеждать Сиону. Пообещай мне это, Хви.</p>
   <p>– Если ты просишь, то я, конечно, соглашусь, но я…</p>
   <p>– У всех богов возникают такие проблемы. Воспринимая глубокие потребности, я часто жертвую сиюминутными. Такое пренебрежение оскорбляет молодых.</p>
   <p>– Но разве ты не можешь разумными доводами…</p>
   <p>– Никогда не пытайся с помощью разума отговорить человека от чего бы то ни было, если он искренне считает, что он прав.</p>
   <p>– Но если ты точно знаешь, что он не прав.</p>
   <p>– Ты веришь в меня?</p>
   <p>– Да.</p>
   <p>– Ну а если кто-нибудь попытается убедить тебя в том, что я – величайшее на свете зло…</p>
   <p>– Я очень рассержусь, я… – Она замолчала.</p>
   <p>– Разум ценен тогда, когда приходится иметь дело с бессловесной материей, основой вселенной.</p>
   <p>Размышляя, Хви нахмурила брови. Лето наслаждался, видя, как пробуждается ее осознание.</p>
   <p>– Ни одно разумное создание никогда не посмеет отрицать опыт Лето, – сказал он. – Я вижу, что начинает просыпаться твое понимание. Начинает! Начало! Вот в чем заключается суть любой жизни!</p>
   <p>Она согласно кивнула.</p>
   <p><emphasis>Никаких споров. Когда она нападет на след, она последует по нужному пути до конца.</emphasis></p>
   <p>– До тех пор, пока существует жизнь, любой конец будет одновременно означать начало. Я же спасу человечество от него самого.</p>
   <p>Она снова кивнула. Движение началось.</p>
   <p>– Отсюда следует, что никакая смерть не может означать неудачу, которая якобы постигла умершего, – сказал он. – Именно поэтому самые трепетные чувства у нас вызывает рождение нового человека. Вот почему самая трагичная смерть – это смерть юного создания.</p>
   <p>– Икс все еще угрожает твоему Золотому Пути? Я всегда знала, что они замышляют против него какое-то зло.</p>
   <p><emphasis>Они плетут заговор. Хви не понимает глубинного смысла слов, которые сама же и произнесла. У нее нет нужды их слышать.</emphasis></p>
   <p>Он внимательно посмотрел на нее, полный ощущения чуда, которое являла собой Хви в его глазах. Девушка обладала той формой честности, которую многие назвали бы наивной, но которую сам Лето предпочел бы назвать честностью, лишенной себялюбия. Честность не была чертой ее характера. Она сама была честностью.</p>
   <p>– Завтра я устраиваю на площади представление, – сказал Лето. – Выступать будут уцелевшие Танцующие Лицом. После этого будет объявлено о нашей помолвке.</p>
  </section>
  <section>
   <epigraph>
    <p>Пусть ни у кого не будет сомнений в том, что я – собрание моих предков, арена, на которой протекает их активное существование. Они – мои клетки, а я – их тело. Это душа, коллективное бессознательное, источник архетипа, хранилище душевных травм и радостей. Я выбираю за них, когда им просыпаться. Мои состояния души – это состояния их душ. Их знания кристаллизуются в моей наследственности. Миллиарды этих людей составляют мою целостность и единство.</p>
    <text-author>(Похищенные записки)</text-author>
   </epigraph>
   <p>Представление Танцующих Лицом продолжалось около двух часов, после чего прозвучало объявление, повергшее в шок всех обитателей Города Празднеств.</p>
   <p>– Прошли столетия с тех пор, как у него в последний раз была невеста!</p>
   <p>– Дорогая моя, прошла целая тысяча лет.</p>
   <p>Собрание Говорящих Рыб было кратким. Несмотря на шумное ликование, они были встревожены.</p>
   <p><emphasis>«Вы – мои единственные невесты».</emphasis> Так он говорил, но, значит, это не было истинным смыслом Сиайнока?</p>
   <p>Лето рассудил, что Танцующие Лицом выступали весьма хорошо, несмотря на то что были объяты диким страхом. Костюмы нашлись в подвалах фрименского музея – черные накидки с капюшонами, белые веревочные пояса, распростерший крылья зеленый ястреб на плечах – форма бродячих священников Муад’Диба. Танцующие Лицом надели на себя маски иссеченных песками лиц, рассказав в танце о том, как Муад’Диб со своими легионами насаждал свою религию во всей Империи.</p>
   <p>Во время представления Хви, одетая в блестящее серебристое платье, украшенное жадеитовым ожерельем, сидела рядом с Лето на его тележке. Один раз она склонилась к нему и спросила:</p>
   <p>– Это не пародия?</p>
   <p>– Вероятно, лишь для меня.</p>
   <p>– Знают ли об этом Танцующие Лицом?</p>
   <p>– Они подозревают об этом.</p>
   <p>– Значит, они не так напуганы, как хотят показать?</p>
   <p>– О нет, они очень напуганы. Просто они храбрее, чем думает большинство людей.</p>
   <p>– Храбрость может так близко граничить с глупостью, – прошептала Хви.</p>
   <p>– И наоборот.</p>
   <p>Она окинула оценивающим взглядом Лето и вновь обратила свое внимание на арену. В живых остались около двухсот Танцующих Лицом. Все они участвовали в танце. Сложные волнообразные движения их тел завораживали зрителей. Наблюдая за их представлением, можно было забыть о кровавой драме, разыгравшейся накануне ночью.</p>
   <p>Лето вспомнил об этом незадолго до полудня, когда лежал в приемном зале, ожидая прихода Монео. Монео к этому времени успел проводить Преподобную Мать Антеак в порт Гильдии, обсудил с командирами Говорящих Рыб результаты вчерашнего побоища и слетал в Цитадель, где удостоверился, что Сиона по-прежнему находится под надежной охраной и не участвовала в событиях у иксианского посольства. Он вернулся в Онн после оглашения помолвки, о которой никто заранее не поставил его в известность.</p>
   <p>Монео пришел в неописуемую ярость. До сих пор Лето никогда не приходилось видеть своего мажордома в таком гневе. Он ворвался в зал, как вихрь, и остановился всего лишь в двух метрах от лица Императора.</p>
   <p>– Теперь все поверят в тлейлаксианскую ложь! – крикнул он без всяких предисловий.</p>
   <p>В ответ Лето заговорил спокойным и рассудительным тоном:</p>
   <p>– Как прочно укоренилось в народе мнение о том, что боги должны быть совершенны. Греки в этом отношении были гораздо более разумны.</p>
   <p>– Где она? – спросил Монео. – Где эта…</p>
   <p>– Хви отдыхает. Была очень трудная ночь и долгое утро. Я хочу, чтобы она хорошенько отдохнула, прежде чем мы отправимся в Цитадель.</p>
   <p>– Как она ухитрилась все это устроить? – не унимался мажордом.</p>
   <p>– Монео, ты что, совсем утратил свою обычную осторожность?</p>
   <p>– Я обеспокоен вами! Вы имеете хотя бы малейшее понятие о том, что говорят в городе?</p>
   <p>– Я полностью осведомлен об этих россказнях.</p>
   <p>– Что вы делаете?</p>
   <p>– Знаешь, Монео, только древние пантеисты имели верное представление о сути Божественного – смертные несовершенства в бессмертном облачении.</p>
   <p>Монео воздел руки к небу.</p>
   <p>– Я видел взгляды этих людей! – Он опустил руки. – Все это разнесется по Империи за какие-нибудь две недели.</p>
   <p>– Нет, это займет немного больше времени.</p>
   <p>– Если вашим врагам и нужен был повод, чтобы собрать воедино…</p>
   <p>– Ниспровержение богов – это старая человеческая традиция, Монео. Почему я должен стать исключением из правила.</p>
   <p>Монео попытался заговорить, но совершенно потерял дар речи и не смог вымолвить ни слова. Он прошелся вдоль углубления, в котором находилась тележка, и вернулся на прежнее место.</p>
   <p>– Если я должен чем-то помочь вам, то нуждаюсь для этого в объяснениях, – произнес Монео. – Зачем вы это делаете?</p>
   <p>– Эмоции.</p>
   <p>Губы Монео пошевелились, но он промолчал.</p>
   <p>– Они проявились во мне тогда, когда я вообразил, что они покинули меня навеки, – сказал Лето. – Как сладки для меня эти последние глотки человечности.</p>
   <p>– С Хви? Но вы же совершенно определенно не можете…</p>
   <p>– Одной памяти об эмоциях всегда мало, Монео.</p>
   <p>– Вы хотите мне сказать, что позволили себе погрузиться в…</p>
   <p>– Позволил себе расслабиться? Вовсе нет. Тренога, на которой раскачивается вечность, состоит из плоти, мыслей и эмоций. Я почувствовал, что ограничен плотью и мыслями.</p>
   <p>– Она явно затеяла какую-то подлость, – обвиняющим тоном сказал Монео.</p>
   <p>– Конечно, затеяла. И как же я благодарен ей за это. Если мы начинаем отрицать мышление, Монео, как делают некоторые, то теряем силу рефлексии; мы не можем определить, что говорят нам наши чувства. Если мы отрицаем плоть, то лишаем колес повозку, на которой пытаемся ехать. Но отрицая эмоции, мы теряем всякий контакт со своим внутренним миром. Я больше всего на свете соскучился по эмоциям.</p>
   <p>– Я настаиваю, господин, чтобы вы…</p>
   <p>– Ты начинаешь злить меня, Монео. Кстати, это тоже эмоция.</p>
   <p>Лето заметил, что ярость Монео начала утихать, он остывал, словно брошенный в воду кусок раскаленного железа. Однако пар продолжал идти.</p>
   <p>– Я беспокоюсь не о себе, господин. Я переживаю за вас, и вы это хорошо знаете.</p>
   <p>– Это твои эмоции, Монео, и я очень высоко ценю их, – мягко проговорил Лето.</p>
   <p>Мажордом прерывисто вздохнул. Ему никогда не приходилось видеть своего повелителя в таком состоянии – с такими эмоциями. Лето был в приподнятом настроении и одновременно довольно зол, если, конечно, Монео правильно оценил поведение Бога-Императора. Впрочем, разве в этом можно быть уверенным?</p>
   <p>– То, что делает жизнь сладостной, – сказал Лето, – то, что согревает ее и наполняет красотой, то, что я сохраню, даже если оно отринет меня.</p>
   <p>– Значит, эта Хви Нори…</p>
   <p>– Она заставила меня мучительно вспомнить бутлерианский джихад. Она – антитеза всему механическому и бесчеловечному. Как странно, Монео, что иксианцы, именно они одни, смогли произвести на свет человека, который настолько полно воплотил в себе эти черты, что я полюбил его от всего сердца.</p>
   <p>– Я не понимаю ваших ассоциаций с бутлерианским джихадом, мой господин. Думающие машины не существуют в…</p>
   <p>– Целью джихада были не только машины, но и машинное отношение, – сказал Лето. – Люди сделали эти машины, чтобы узурпировать наше чувство прекрасного, нашу индивидуальность, на основе которой мы выносим наши суждения. Естественно, и машины были уничтожены.</p>
   <p>– Господин, мне все равно не нравится ваше радушие, с каким вы…</p>
   <p>– Монео, Хви убеждает меня в своей правдивости одним своим присутствием. Впервые за многие столетия я не чувствую своего одиночества, пока она находится рядом со мной. Этого было бы достаточно даже если бы у меня не было других доказательств.</p>
   <p>Монео замолчал, очевидно, тронутый упоминанием об одиночестве Лето. Естественно, Монео мог понять чувство неразделенной любви. У него самого был в этом отношении довольно богатый опыт.</p>
   <p>Впервые за много лет Лето, в свою очередь, заметил, как постарел Монео.</p>
   <p><emphasis>Как неожиданно для них это происходит,</emphasis> подумал Император.</p>
   <p>Подумав так, Лето понял, как много его заботит судьба Монео.</p>
   <p><emphasis>Я не должен позволять привязанности овладевать мной,</emphasis> подумал Лето, <emphasis>но я не могу ничего поделать, особенно когда рядом Хви.</emphasis></p>
   <p>– Над вами будут смеяться и делать непристойные жесты, – сказал Монео.</p>
   <p>– Это очень хорошо.</p>
   <p>– Как можно это назвать хорошим?</p>
   <p>– Это что-то новое. Наша задача – это приводить новое в равновесие со старым и модифицировать поведение, но не подавлять приверженцев старого.</p>
   <p>– Даже если это и так, то как можно приветствовать такое поведение?</p>
   <p>– Непристойные жесты? – спросил Лето. – Но что противоположно непристойности?</p>
   <p>В глазах Монео внезапно отразилось испытующее понимание. Он разглядел взаимодействие полярных сил – вещь познается своей противоположностью.</p>
   <p><emphasis>Любой предмет четко виден на контрастном фоне</emphasis>, подумал Лето. <emphasis>Несомненно, Монео увидит это</emphasis>.</p>
   <p>– То, что вы говорите, очень опасно, – произнес мажордом.</p>
   <p>Окончательный приговор консерватизма!</p>
   <p>Ему не удалось убедить Монео. Мажордом тяжко вздохнул.</p>
   <p><emphasis>Я должен помнить, что их нельзя лишать сомнений,</emphasis> подумал Лето. <emphasis>Именно так я потерпел неудачу с Говорящими Рыбами на площади. Иксианцы умело держатся на поверхности, используя зазубрины человеческих сомнений. Свидетельство тому – Хви.</emphasis> В вестибюле зала, за запертой дверью, послышался какой-то шум.</p>
   <p>– Это прибыл мой Дункан, – сказал Лето.</p>
   <p>– Видимо, он услышал о ваших планах…</p>
   <p>– Вероятно.</p>
   <p>Лето видел, как Монео борется со своими сомнениями, мысли его были абсолютно прозрачны. В этот момент Монео так точно подходил своему человеческому положению, что Лето захотелось его обнять.</p>
   <p><emphasis>Он обладает всем спектром человечности: от сомнения до веры, от любви до ненависти… он охватывает все! Это все те качества, которые плодоносят, удобренные и согретые эмоциями, обусловленные желанием жить настоящей Жизнью.</emphasis></p>
   <p>– Почему Хви приняла это предложение? – спросил Монео.</p>
   <p>Лето улыбнулся. <emphasis>Монео не может сомневаться во мне; он должен сомневаться в других.</emphasis></p>
   <p>– Я признаю, что это не вполне обычный союз. Хви примат, а я уже не принадлежу к отряду приматов.</p>
   <p>Монео снова пришлось бороться с вещами, которые он чувствовал, но не был способен высказать.</p>
   <p>Глядя на Монео, Лето почувствовал, как его созерцаемые изменения чужого поведения заструились в его сознании мощным потоком – этот ментальный процесс происходил настолько редко и с такими обильными и живыми ощущениями, что, когда это случалось, Лето боялся шевелиться, чтобы не замутить великолепную картину.</p>
   <p><emphasis>Приматы мыслят и выживают именно с помощью своего мышления. В основе этого мышления лежит нечто, что появилось вместе с клетками. Это поток человеческой озабоченности судьбами вида. Иногда примат прикрывает этот поток, окружает его непроницаемым барьером и тщательно прячет, но я намеренно сенситизировал Монео к такой работе его самого сокровенного «я». Он следует за мной, потому что считает, что именно я веду человечество по пути выживания. Он знает это на уровне своего клеточного сознания. И я нахожу это, когда смотрю на Золотой Путь. Это очень по-человечески, и мы оба согласны в одном: этот путь должен продолжаться!</emphasis></p>
   <p>– Где, когда и как будет проходить брачная церемония? – спросил Монео.</p>
   <p><emphasis>Он не спросил: «Почему?»</emphasis> Монео больше не задавал себе этот вопрос и не искал понимания, вернувшись на твердую для себя почву. Он снова стал мажордомом, управляющим хозяйством Бога-Императора, первым министром.</p>
   <p><emphasis>Он владеет существительными, глаголами, частицами, с помощью которых оперирует действительностью. Слова выступают для него в своем исконном смысле и со своими обычными функциями. Монео никогда не использует трансцендентный потенциал своих слов, но зато хорошо понимает их повседневный, обыденный смысл.</emphasis></p>
   <p>– Так что вы ответите на мой вопрос? – настаивал на своем Монео.</p>
   <p>Лето взглянул на него, подумав: <emphasis>Я, напротив, чувствую, что слова в наибольшей степени полезны, когда открывают для меня отблеск притягательных и неоткрытых мест. Но это употребление слов настолько мало понимается современной цивилизацией, которая продолжает верить в механистическую вселенную абсолютных причин и следствий, очевидно сводимых к корневой причине и единственному следствию этой причины.</emphasis></p>
   <p>– Ты надоедлив, как софизмы, которые иксианцы и их коллеги с Тлейлаксу навязывают человечеству, – заявил Лето.</p>
   <p>– Господин, я очень сильно расстраиваюсь, когда вы не обращаете внимания на очень важные вещи.</p>
   <p>– Я обращаю на них внимание, Монео.</p>
   <p>– Но не на меня.</p>
   <p>– Даже на тебя.</p>
   <p>– Ваше внимание блуждает, господин. Вам нет необходимости скрывать это от меня. Я предам себя прежде, чем предам вас.</p>
   <p>– Ты считаешь, что сейчас я витаю в облаках?</p>
   <p>– Что… в облаках? – переспросил Монео. Раньше он никогда не задавал такого вопроса, но теперь…</p>
   <p>Лето объяснил иносказание, подумав при этом: <emphasis>Как это старо!</emphasis> В мозгу Лето взревели винты самолетов. <emphasis>Шкуры для одежды… охотники… скотоводы… долгий подъем по лестнице понимания… а теперь им предстоит сделать еще один, очень большой шаг, еще больший, чем древним.</emphasis></p>
   <p>– Вы предались праздным мыслям, – произнес с укоризной Монео.</p>
   <p>– У меня есть время для праздных мыслей. Эта, например, очень интересна – она касается меня, как единичной множественности.</p>
   <p>– Но, господин, есть вещи, которые требуют нашего…</p>
   <p>– Ты бы очень удивился, узнав, что иногда получается из праздных мыслей. Я никогда не гнушался целыми днями раздумывать о вещах, которым обычный человек не потрудился бы уделить и нескольких минут. Но почему бы и нет? При моей ожидаемой продолжительности жизни около четырех тысяч лет, значит ли что-нибудь один день? Сколько длится нормальная человеческая жизнь? Она длится около одного миллиона минут. Я уже прожил столько дней.</p>
   <p>Монео, подавленный таким сравнением, застыл в молчании. Он вдруг осознал, что его жизнь меньше пылинки в глазах Лето. В действительности он прекрасно понимал иносказания.</p>
   <p><emphasis>Слова… слова… слова…</emphasis> подумал Монео.</p>
   <p>– В сфере чувств слова почти всегда бесполезны, – продолжал вещать Лето.</p>
   <p>Монео почти перестал дышать. <emphasis>Бог-Император может читать мысли.</emphasis></p>
   <p>– В течение всей нашей истории, – продолжал между тем Лето, – самой значительной функцией слов было окружать собой некие трансцендентные события, отводить для них место в хрониках и объяснять события таким образом, что когда в следующий раз мы употребляли эти слова, то говорили: ага, они обозначают такое-то и такое-то событие.</p>
   <p>Монео был уничтожен этими речами, ужаснувшись непроизнесенным словам, которые заставили его напряженно думать.</p>
   <p>– Именно так события исчезают для истории, – сказал Лето.</p>
   <p>После долгого молчания Монео снова отважился заговорить:</p>
   <p>– Вы так и не ответили на мой вопрос, господин. Как быть со свадьбой?</p>
   <p><emphasis>Каким утомленным он выглядит,</emphasis> подумал Лето. <emphasis>На его лице печать поражения.</emphasis></p>
   <p>Император быстро заговорил:</p>
   <p>– Твоя служба нужна мне сейчас как никогда раньше. Бракосочетание должно пройти на высшем уровне. Только ты сможешь обеспечить это.</p>
   <p>– Где будет проходить церемония, господин?</p>
   <p><emphasis>Его голос немного оживился.</emphasis></p>
   <p>– В деревне Тибур, в Сарьире.</p>
   <p>– Когда?</p>
   <p>– Выбор даты я предоставляю тебе. Ты сообщишь ее, когда все будет готово.</p>
   <p>– Как будет проходить церемония?</p>
   <p>– Я проведу ее сам.</p>
   <p>– Нужны ли будут вам помощники, господин? Какие-нибудь приспособления или предметы?</p>
   <p>– Ритуальные побрякушки?</p>
   <p>– Какие-нибудь вещи, о которых я…</p>
   <p>– Нам не потребуется много для этой маленькой шарады.</p>
   <p>– Господин, я умоляю вас!</p>
   <p>– Ты будешь стоять рядом с невестой и передашь ее мне, – сказал Лето. – Мы проведем обряд по старинному фрименскому обычаю.</p>
   <p>– Нам потребуются водяные кольца, – сказал Монео.</p>
   <p>– Да, я воспользуюсь водяными кольцами Гани.</p>
   <p>– Кто будет присутствовать на бракосочетании, господин?</p>
   <p>– Только караул гвардии Говорящих Рыб и аристократия.</p>
   <p>Монео изумленно уставился в лицо Лето.</p>
   <p>– Что? Кого господин имеет в виду под аристократией?</p>
   <p>– Тебя, твою семью, свиту, придворных Цитадели.</p>
   <p>– Мою… – Монео судорожно глотнул. – Вы включаете сюда… Сиону?</p>
   <p>– Да, если она перенесет испытание.</p>
   <p>– Но…</p>
   <p>– Она что, не член твоей семьи?</p>
   <p>– Да, она из Атрейдесов и…</p>
   <p>– Тогда мы безусловно включаем Сиону в число гостей.</p>
   <p>Монео достал из кармана металлический блокнот – еще одно иксианское изобретение из проскрипций бутлерианского джихада. Мягкая усмешка коснулась губ Лето. Монео знает свои обязанности и исполнит их наилучшим образом.</p>
   <p>Было слышно, как Айдахо громко недоумевает за дверью по поводу своего затянувшегося ожидания, однако Лето игнорировал этот шум.</p>
   <p><emphasis>Монео знает цену своим привилегиям,</emphasis> подумал Лето. <emphasis>Это тоже своего рода женитьба – привилегий и обязанностей. Это объяснение аристократа и его извинения.</emphasis></p>
   <p>Монео тем временем закончил запись.</p>
   <p>– Несколько деталей, господин, – сказал он. – Будет ли какой-то особый наряд для Хви?</p>
   <p>– Защитный костюм и накидка фрименской невесты – и то и другое подлинное.</p>
   <p>– Ювелирные украшения и другие побрякушки?</p>
   <p>Лето посмотрел на пальцы Монео, постукивавшие по крышке блокнота. Он увидел в них признаки разложения и тлена.</p>
   <p><emphasis>Лидерские способности, мужество, чувство порядка и знания – всем этим Монео обладает в избытке. Они окружают его, как священная аура, но только мои глаза способны различить гниение, скрытое под этой блестящей оболочкой. Это неизбежно. Если меня не станет, то это немедленно станет видно всем.</emphasis></p>
   <p>– Господин! – окликнул Императора Монео. – Теперь вы опять витаете в облаках?</p>
   <p><emphasis>Ага! Ему понравилось это выражение!</emphasis></p>
   <p>– Это все, – подытожил Лето. – Только накидка, защитный костюм и водяные кольца.</p>
   <p>Монео поклонился и направился к выходу.</p>
   <p><emphasis>Теперь он смотрит вперед,</emphasis> подумал Лето, <emphasis>но даже эта новость пройдет. Он снова обратится к прошлому. А я возлагал на него такие большие надежды. Но… возможно, Сиона…</emphasis></p>
  </section>
  <section>
   <epigraph>
    <p>«Не создавайте героев», – сказал мой отец.</p>
    <text-author>(Голос Ганимы, Устное Предание)</text-author>
   </epigraph>
   <p>Даже по тому, как Айдахо пересек малый зал, по его громкому требованию аудиенции Лето видел, какая трансформация произошла с гхола. Это повторялось так много раз, что стало привычным. Этот Дункан даже не поприветствовал уходящего Монео. Все укладывалось в обычный, неизменный паттерн. Как же скучны эти повторы одного и того же из века в век!</p>
   <p>Лето даже придумал название для этого явления: «Синдром с тех пор, как…»</p>
   <p>Гхола очень часто питали себя подозрениями о тайных вещах, которые произошли в мире за много веков забытья, которые прошли с тех пор, как они последний раз были в сознании. Что делало человечество все это время? Почему востребовали меня, жалкий реликт далекого прошлого? Ни одно «я» не может преодолевать в течение долгого времени такие сомнения – особенно склонны к сомнениям мужчины.</p>
   <p>Один из гхола даже обвинил Лето: «Вы вложили в мое тело такие вещи, о которых я ничего не знаю! Эти вещи говорят вам обо всем, что я делаю. Вы всегда за мной шпионите!»</p>
   <p>Другой обвинил Лето в том, что в него заложили манипуляционный механизм, который заставляет гхола хотеть того, чего желает его хозяин.</p>
   <p>Раз начавшись, синдром «с тех пор, как…» неуклонно прогрессировал и его было очень трудно ликвидировать. Его можно было смягчить, обратить, но семена сомнения оставались и давали бурные всходы при каждой провокации.</p>
   <p>Айдахо остановился на том же месте, где только что стоял Монео. Его глаза, поза, разворот плеч – все выдавало подозрение. Лето намеренно позволил Айдахо медленно кипеть дальше, ожидая, когда процесс захватит голову. Айдахо взглянул в глаза Лето, потом отвернулся и принялся с преувеличенным вниманием разглядывать помещение. За этим взглядом Лето тотчас же узнал знакомую повадку.</p>
   <p><emphasis>Дунканы ничего не забывают!</emphasis></p>
   <p>Рассматривая помещение и пользуясь при этом способами, которым научили его госпожа Джессика и ментат Суфир Хават, Айдахо ощутил тошнотворное чувство смещения. Он подумал, что помещение отвергает его. Каждая вещь – мягкие подушки, круглые золотистые, зеленые и красные сосуды, фрименские ковры, музейный антиквариат, расположенный стопками вокруг тележки Лето, искусственный солнечный свет, лившийся из иксианских светильников, свет, заливавший лицо Бога сухим теплым сиянием, оставлявшим по краям капюшона темные таинственные тени, запах чая с Пряностью и даже запах меланжи, которые источало исполинское тело Червя. Айдахо почувствовал, что слишком много событий произошло с тех пор, как тлейлаксианцы отдали его на милость Лули и Друга в той клетке с голыми безрадостными стенами.</p>
   <p><emphasis>Слишком много… Слишком много…</emphasis></p>
   <p><emphasis>Действительно ли я нахожусь здесь?</emphasis> – подивился он. <emphasis>Это я? Что представляют собой те мысли, которые находятся у меня в голове?</emphasis></p>
   <p>Он внимательно всмотрелся в огромное покоящееся тело, спрятанное в густой тени и покоящееся на тележке, поставленной в углублении. Сам покой этой живой массы говорил об огромной энергии, которая может выплеснуться путем, недоступным пониманию простого смертного.</p>
   <p>Айдахо слышал о нападении на иксианское посольство, но Говорящая Рыба, рассказавшая об этом, высказывалась очень туманно, говоря о сошедшем с небес Боге, скрывая все технические подробности.</p>
   <p>– Он налетел на них сверху и разил грешников, устроив страшное побоище.</p>
   <p>– Как он это делал? – спросил Айдахо.</p>
   <p>– Это был разгневанный Бог, – ответила рассказчица.</p>
   <p><emphasis>Разгневанный,</emphasis> подумал Айдахо. <emphasis>Было ли это из-за Хви?</emphasis> Каких только историй он не наслушался! Ни одной из них было невозможно поверить. Хви выходит замуж за это большое… Это невозможно! Не может милая Хви, исполненная нежной деликатности… <emphasis>Он играет в какую-то страшную игру… испытывая нас…</emphasis> Не было в эти времена мира, нет честной и надежной реальности, если только поблизости нет Хви. Все остальное в этом мире – чистое безумие.</p>
   <p>Когда Айдахо вновь всмотрелся в лицо Лето – лицо чистокровного Атрейдеса – чувство смещения в месте и времени только усилилось. Интересно, сможет ли он усилием мозга проникнуть сквозь призрачные барьеры и припомнить опыты всех гхола Дунканов Айдахо?</p>
   <p><emphasis>О чем они думали, когда переступали порог этого помещения? Чувствовали ли они то же смещение, ту же отчужденность?</emphasis></p>
   <p><emphasis>Может быть, для этого потребуется всего одно усилие.</emphasis></p>
   <p>У него началось головокружение, и он подумал, что может сейчас упасть в обморок.</p>
   <p>– Что-то не так, Дункан? – Голос был мягким и успокаивающим.</p>
   <p>– Я потерял чувство реальности, – ответил Айдахо. – Я не принадлежу этому миру.</p>
   <p>Лето предпочел прикинуться непонимающим.</p>
   <p>– Но мои гвардейцы доложили, что ты явился сюда по собственному желанию, что ты прилетел из Цитадели и потребовал немедленной аудиенции.</p>
   <p>– Я говорю о том, что происходит именно сейчас, здесь – в этот момент!</p>
   <p>– Но ты нужен мне.</p>
   <p>– Для чего?</p>
   <p>– Оглядись, Дункан. Способы, которыми ты можешь помочь мне, столь многочисленны, что ты не справишься за один раз.</p>
   <p>– Но ваши женщины не позволяют мне сражаться! Каждый раз, когда я хочу отправиться…</p>
   <p>– Ты ставишь под вопрос то обстоятельство, что больше нужен мне живой, нежели мертвый? – Лето усмехнулся и продолжил: – Используй свой ум, Дункан, я очень это ценю.</p>
   <p>– А также сперму. Ее вы тоже цените очень высоко.</p>
   <p>– Своей спермой ты волен распоряжаться по своему усмотрению.</p>
   <p>– Я не оставлю после себя вдову с сиротой, как…</p>
   <p>– Дункан, я же сказал, что выбор за тобой.</p>
   <p>Айдахо сглотнул слюну.</p>
   <p>– Вы совершаете преступление, оживляя нас, даже не спрашивая, хотим мы этого или нет.</p>
   <p>Это был новый поворот в мышлении Дунканов. Лето посмотрел на Айдахо с проснувшимся интересом.</p>
   <p>– В чем же состоит это преступление?</p>
   <p>– О, я слышал, как вы высказывали свои сокровенные мысли, – начал свое обвинение Айдахо. Он через плечо ткнул большим пальцем в сторону двери. – Вы знаете, что в вестибюле даже при закрытой двери слышно каждое ваше слово?</p>
   <p>– Конечно, слышно, когда я этого хочу.</p>
   <p><emphasis>Но только мои записки слышат мои сокровенные мысли.</emphasis></p>
   <p>– Но я, однако, хотел бы все-таки знать, в чем состоит мое преступление.</p>
   <p>– Сейчас время, когда ты живешь, Лето, время, когда ты жив. Время, когда ты должен жить. Оно может быть волшебным, это время, пока ты живешь в нем. Ты знаешь, что оно никогда не повторится и ты его не увидишь снова.</p>
   <p>Лето прищурился, слушая Дункана. Слова будили воспоминания.</p>
   <p>Айдахо поднял руки ладонями вверх на уровень груди, как нищий, просящий милостыню и знающий, что он ничего не получит.</p>
   <p>– Потом ты просыпаешься и вспоминаешь, как умирал… вспоминаешь бродильный чан с аксолотлями… видишь ненавистных тлейлаксианцев, которые будят тебя… предполагается, что все начнется сначала. Но ничто не начинается. Никогда. Это преступление, Лето.</p>
   <p>– Ты хочешь сказать, что я отнял волшебство?</p>
   <p>– Да!</p>
   <p>Айдахо опустил руки и сжал кулаки. Он чувствовал, что стоит на пути водопада, и если он расслабится хоть немного, то этот водопад сметет его.</p>
   <p><emphasis>А что можно сказать о моем времени?</emphasis> – думал тем временем Лето. <emphasis>Оно ведь тоже никогда не повторится. Но Дунканы не поймут разницы.</emphasis></p>
   <p>– Что так скоро привело тебя сюда из Цитадели? – спросил Лето.</p>
   <p>Айдахо сделал глубокий вдох.</p>
   <p>– Неужели это правда? Вы собираетесь жениться?</p>
   <p>– Это правда.</p>
   <p>– На Хви Нори, иксианском после?</p>
   <p>– Верно.</p>
   <p>Айдахо окинул взглядом распростертое на тележке тело Лето.</p>
   <p><emphasis>Они всегда ищут гениталии,</emphasis> подумал Лето. <emphasis>Наверное, мне надо сделать на нужном месте большой выступ, чтобы они испытали шок от удивления.</emphasis> Он едва сумел удержаться от смеха, настолько позабавила его эта идея. <emphasis>Вот и еще одна эмоция. Спасибо тебе, Хви. Спасибо вам, иксианцы.</emphasis></p>
   <p>Айдахо покачал головой:</p>
   <p>– Но ведь вы…</p>
   <p>– В женитьбе важен не только секс, – сказал Лето. – Будем ли мы иметь детей плоти? Нет. Но эффект этого союза будет очень глубоким.</p>
   <p>– Я слышал, как вы разговаривали с Монео, – сказал Айдахо. – Мне показалось, что это своего рода шутка…</p>
   <p>– Осторожнее, Дункан!</p>
   <p>– Вы действительно любите ее?</p>
   <p>– Ни один мужчина еще не любил так женщину.</p>
   <p>– Но она? Она…</p>
   <p>– Она чувствует сострадание, потребность разделить мою судьбу, дать мне все, что она может дать. Такова ее природа.</p>
   <p>Айдахо едва сумел подавить чувство отвращения.</p>
   <p>– Монео прав. Теперь все поверят в тлейлаксианские россказни.</p>
   <p>– Это один из глубинных эффектов.</p>
   <p>– И вы все еще хотите, чтобы я стал супругом Сионы?</p>
   <p>– Тебе известно мое желание, но выбор за тобой.</p>
   <p>– Кто такая эта Наила?</p>
   <p>– Ты познакомился с Наилой? Это хорошо.</p>
   <p>– Они с Сионой как сестры. Но она же настоящий чурбан! Что там делается, Лето?</p>
   <p>– А что, по-твоему, там должно делаться? И какое это для тебя имеет значение?</p>
   <p>– Я впервые в жизни встречаю такое грубое животное в образе человеческом. Она напоминает мне Зверя Раббана. Никогда бы не сказал, что это женщина, если бы она не…</p>
   <p>– Ты встречал ее раньше. В первый раз она представилась тебе как Друг.</p>
   <p>Айдахо притих, как зверек, почуявший приближение ястреба.</p>
   <p>– Значит, вы доверяете ей, – сказал Айдахо.</p>
   <p>– Доверяю? Что значит доверие?</p>
   <p><emphasis>Момент приближается</emphasis>, подумал Лето. Он видел, как идея принимает форму в мозгу Айдахо.</p>
   <p>– Доверие – это залог верности, – произнес Айдахо.</p>
   <p>– Такой, как между тобой и мной? – спросил Лето.</p>
   <p>Горькая усмешка тронула губы Айдахо.</p>
   <p>– Так вот что вы делаете с Хви Нори? Женитьба, залог…</p>
   <p>– Хви и я доверяем друг другу.</p>
   <p>– Вы доверяете мне, Лето?</p>
   <p>– Если я не смогу доверять Дункану Айдахо, то не смогу доверять никому.</p>
   <p>– А если я не могу доверять вам?</p>
   <p>– Тогда мне жаль тебя.</p>
   <p>Айдахо испытал почти физическое потрясение. Глаза его широко открылись в немом вопросе. Он жаждал доверия. Он жаждал чуда, которое никогда не повторяется.</p>
   <p>Айдахо показал рукой на дверь, мысли его приняли странное направление.</p>
   <p>– Нас слышно в вестибюле?</p>
   <p>– Нет. – <emphasis>Но это слышат мои записки.</emphasis></p>
   <p>– Монео был в ярости. Это видели все. Но отсюда он вышел как послушный ягненок.</p>
   <p>– Монео аристократ. Он обручен с долгом, с ответственностью. Когда он вспоминает об этом, весь его гнев улетучивается.</p>
   <p>– Вот как вы его контролируете, – сказал Айдахо.</p>
   <p>– Он сам себя контролирует, – произнес Лето, вспомнив, как Монео записывал его распоряжения, время от времени отрывая глаза от блокнота. Он делал это не для того, чтобы получить поощрение, а чтобы подстегнуть свое чувство долга.</p>
   <p>– Нет, – возразил Айдахо, – это не он контролирует себя, а вы – его.</p>
   <p>– Монео запер себя в прошлом. Это сделал не я.</p>
   <p>– Но он аристократ… Атрейдес.</p>
   <p>Лето вспомнил стареющее лицо Монео, думая о том, что аристократ откажется исполнить свой последний долг – отойти в сторону и исчезнуть во тьме истории. Его придется отодвинуть силой и он будет отодвинут. Еще ни разу ни один аристократ не одолел требований времени и не изменился в соответствии с ними.</p>
   <p>Айдахо, однако, еще не закончил.</p>
   <p>– Вы аристократ, Лето?</p>
   <p>Тот в ответ только улыбнулся и добавил:</p>
   <p>– Аристократ уже давно умер во мне, – и подумал при этом: <emphasis>Привилегии становятся причиной надменности. Надменность приводит к несправедливости. Всходят семена разрушения.</emphasis></p>
   <p>– Видимо, я не буду присутствовать на вашем бракосочетании, – сказал Айдахо. – Я никогда не причислял себя к аристократам.</p>
   <p>– Но ты был им. Ты был аристократом меча.</p>
   <p>– Пауль был лучше вас, – произнес Айдахо.</p>
   <p>Лето заговорил голосом Муад’Диба:</p>
   <p>– Это от того, что ты был моим учителем! – Он снова вернул себе свой обычный голос: – Молчаливый долг аристократа – учить, иногда своим ужасным примером.</p>
   <p>Он подумал: <emphasis>Гордость за происхождение вырождается в нищету духа и слабость кровосмешения. Открывается путь для гордыни, обусловленной богатством и свершениями. Вступайте в ряды нуворишей и въезжайте во власть, как Харконнены, на плечах</emphasis> règime ancient<a l:href="#n3" type="note">[3]</a>.</p>
   <p>Цикл повторялся с таким постоянством, что Лето почувствовал острое желание, чтобы хоть кто-то еще, кроме него, увидел, как надо строить давно забытые паттерны выживания, которые вид давно перерос, но от которых не желает отказываться.</p>
   <p><emphasis>Но нет, мы все еще несем в себе остатки, которые я должен искоренить.</emphasis></p>
   <p>– Есть ли какая-нибудь граница, которую я мог бы переступить, чтобы никогда больше не быть частью этого?</p>
   <p>– Если должна быть какая-то граница, то ты должен помочь мне ее создать, – сказал Лето. – Сейчас же нет такого места, куда кто-нибудь из нас не мог бы пойти и отыскать тебя.</p>
   <p>– Значит, вы не хотите меня отпустить.</p>
   <p>– Иди, если хочешь. Другие Дунканы тоже иногда пытались уйти. Я же говорю тебе, что границы нет, и негде спрятаться. Сейчас, и это положение сохраняется уже давным-давно, человечество представляет собой одну клетку, один организм, все части которого спаяны одним, очень опасным клеем.</p>
   <p>– Нет новых планет? Чужих…</p>
   <p>– О, мы растем, но не делимся.</p>
   <p>– Потому что это ты держишь нас вместе!</p>
   <p>– Я не знаю, сможешь ли ты понять меня, Дункан, но если существует граница, любой вид границы, то что лежит позади, не может быть более важным, чем то, что лежит впереди.</p>
   <p>– Ты – прошлое!</p>
   <p>– Нет, прошлое – это Монео. Он быстро воздвиг аристократические барьеры вдоль всех границ. Ты должен понять силу этих барьеров. Они не только закрывают планеты и отделяют страны друг от друга, они ограничивают и запирают идеи. Они подавляют изменения.</p>
   <p>– Это ты подавляешь изменения!</p>
   <p><emphasis>Он не уступает. Придется повторить попытку.</emphasis></p>
   <p>– Самый верный признак существования аристократии – это открытие барьеров, сдерживающих изменения, железные, каменные, стальные и иные занавесы, которые исключают появление нового, отличного от привычного.</p>
   <p>– Я знаю, что где-то должна быть граница, ты просто ее прячешь.</p>
   <p>– Я ничего не прячу. Я сам хочу границы! Я хочу удивиться!</p>
   <p><emphasis>Они всегда подходят к самому краю, но потом останавливаются и отказываются войти.</emphasis></p>
   <p>Словно повинуясь этому предсказанию, мысли Айдахо вдруг потекли по иному руслу.</p>
   <p>– Действительно ли Танцующие Лицом выступали на вашей помолвке?</p>
   <p>Лето ощутил вспышку гнева, но при этом испытал и странную радость, потому что гнев – это тоже эмоция. Он хотел было накричать на Дункана, но разве это могло помочь делу?</p>
   <p>– Да, Танцующие Лицом выступали, – сказал он.</p>
   <p>– Зачем?</p>
   <p>– Я хотел, чтобы все разделили мое счастье.</p>
   <p>Айдахо посмотрел на него так, словно только что обнаружил в своем стакане отвратительное насекомое. Он заговорил ровным бесцветным голосом:</p>
   <p>– Это самое циничное из того, что я слышал из уст Атрейдесов.</p>
   <p>– Но это тоже говорит Атрейдес.</p>
   <p>– Вы намеренно хотите сбить меня с толку! Вы уклоняетесь от ответов на мои вопросы!</p>
   <p><emphasis>Опять за свое!</emphasis> – подумал Лето и заговорил:</p>
   <p>– Танцующие Лицом из Бене Тлейлакс – это колониальные организмы, индивидуально они – мулы, но выбор свой они делают осознанно.</p>
   <p>Лето замолчал, думая: <emphasis>Я должен проявить терпение. Они должны сами делать свои открытия. Если я скажу это сам, они мне не поверят. Думай, Дункан, думай!</emphasis></p>
   <p>Айдахо долго молчал.</p>
   <p>– Я дал вам свою клятву. Для меня это очень важно. Я не знаю, зачем и по какой причине вы делаете то или другое. Я могу только сказать, что мне не нравится то, что происходит. Все! Я сказал.</p>
   <p>– Ты только для этого приехал из Цитадели?</p>
   <p>– Да!</p>
   <p>– Ты сейчас вернешься в Цитадель?</p>
   <p>– Какие границы находятся там?</p>
   <p>– Очень хорошо, Дункан! Твой гнев умнее твоего рассудка. Хви отправится в Цитадель сегодня вечером, завтра утром я присоединюсь к ней.</p>
   <p>– Я хотел бы лучше ее узнать, – сказал Дункан.</p>
   <p>– Если ты будешь избегать общения с ней, – сказал Лето, – то приказ Хви – не для тебя.</p>
   <p>– Я всегда знал, что на свете бывают ведьмы. Твоя бабушка была одной из них.</p>
   <p>Айдахо сделал четкий поворот кругом и вышел, не спросив разрешения и не попрощавшись.</p>
   <p><emphasis>Он ведет себя как мальчишка,</emphasis> подумал Лето, глядя в напряженную спину Айдахо. <emphasis>Самый старый житель нашей планеты и самый юный в одной плоти.</emphasis></p>
  </section>
  <section>
   <epigraph>
    <p>Пророк не подвержен иллюзиям прошлого, настоящего или будущего. Фиксированность языковых форм определяет такие линейные различия. Пророки же держат в руках ключ к замку языка. Для них физический образ остается всего лишь физическим образом и не более того. Их вселенная не имеет свойств механической вселенной. Линейная последовательность событий полагается наблюдателем. Причина и следствие? Речь идет совершенно о другом. Пророк высказывает судьбоносные слова. Вы видите отблеск события, которое должно случиться «по логике вещей». Но пророк мгновенно освобождает энергию бесконечной чудесной силы. Вселенная претерпевает духовный сдвиг. Именно поэтому мудрый пророк прячет свое откровение под сверкающим покрывалом. Поэтому непосвященные считают язык пророка двусмысленным. Слушатель не верит посланию пророка. Инстинкт подсказывает вам, что само словесное выражение притупляет силу пророческих слов. Лучшие пророки подводят вас к занавесу и позволяют вам заглянуть сквозь него в вашу сущность.</p>
    <text-author>(Похищенные записки)</text-author>
   </epigraph>
   <p>Лето обратился к Монео ледяным тоном:</p>
   <p>– Дункан вышел из повиновения.</p>
   <p>Шел третий день после возвращения Лето из Города Празднеств Онна, а разговор происходил в просторном помещении наверху сложенной из золотистого камня южной башни Цитадели. Сквозь открытый портал был виден знойный полуденный ландшафт Сарьира. Слышался низкий вой ветра. Вместе с ветром летели пыль и песок, заставлявшие Монео морщиться. Лето старался не обращать внимание на эти пустяки. Он смотрел на Сарьир. Жаркое марево шевелилось в восходящих потоках, и воздух казался живым. Вдали медленно двигались дюны. Их подвижность была видна только Лето – только он один мог видеть, как меняется ландшафт.</p>
   <p>Монео был буквально пропитан едким запахом собственного страха и прекрасно знал, что этот запах невозможно скрыть от сверхъестественного обоняния Лето. В приготовлениях к свадьбе, в смятении среди Говорящих Рыб – во всем прослеживалось нечто парадоксальное. Монео вспомнил слова, сказанные Богом-Императором в первые дни после их первой встречи.</p>
   <p><emphasis>«Парадокс – это признак того, что надо постараться рассмотреть, что за ним кроется. Если парадокс доставляет тебе беспокойство, то это значит, что ты стремишься к абсолюту. Релятивисты рассматривают парадокс просто как интересную, возможно, забавную, иногда страшную, мысль, но мысль весьма поучительную».</emphasis></p>
   <p>– Ты не ответил, – проговорил Лето. Он отвернулся от окна и внимательно посмотрел на Монео.</p>
   <p>Мажордом смог лишь недоуменно пожать плечами. <emphasis>Как близок Червь?</emphasis> Это было единственное, что интересовало Монео. Он уже не в первый раз замечал, что возвращение в Цитадель всегда пробуждало в Лето Червя. Не было никаких верных признаков этого ужасного сдвига, но Монео всегда чувствовал его приближение. Может ли Червь прийти без предупреждения?</p>
   <p>– Ускорь приготовления к свадьбе, – сказал Лето. – Пусть она состоится как можно быстрее.</p>
   <p>– До испытания Сионы?</p>
   <p>Лето мгновение помолчал.</p>
   <p>– Нет. Что ты собираешься делать с Дунканом?</p>
   <p>– Что вы хотите, чтобы я сделал, господин?</p>
   <p>– Я говорил ему, чтобы он не встречался с Нори, избегал ее. Я сказал ему, что это приказ.</p>
   <p>– Он симпатизирует ей, господин, и ничего более.</p>
   <p>– Но почему она симпатизирует ему?</p>
   <p>– Он гхола. У него нет связи с нашим временем, нет корней.</p>
   <p>– У него такие же глубокие корни, как и у меня.</p>
   <p>– Но он не знает этого, господин.</p>
   <p>– Ты споришь со мной, Монео?</p>
   <p>Монео отступил на полшага, прекрасно сознавая, что это не избавляет его от опасности.</p>
   <p>– О нет, господин, но я всегда пытался правдиво сообщать вам о том, что происходит.</p>
   <p>– Это я скажу тебе, что происходит. Он ухаживает за ней.</p>
   <p>– Но это она инициатор встреч, господин.</p>
   <p>– Значит, ты знал об этом!</p>
   <p>– Я не знал, что вы запретили эти встречи, господин.</p>
   <p>Лето задумчиво проговорил:</p>
   <p>– Он умеет вести себя с женщинами, Монео, очень хорошо умеет. Он заглядывает им в душу и заставляет делать то, что он хочет. Все Дунканы отличались этим умением.</p>
   <p>– Но я действительно не знал, что вы запретили им встречи, господин. – Голос Монео стал резким и скрипучим.</p>
   <p>– Он опаснее всех других, – продолжал Лето. – Ужасное время мы переживаем.</p>
   <p>– Господин, тлейлаксианцы не могут предоставить вам его преемника в настоящее время.</p>
   <p>– Нам нужен этот Дункан?</p>
   <p>– Вы сами об этом говорили. Это парадокс, который я не в силах понять, но вы действительно говорили это.</p>
   <p>– Сколько времени им понадобится, чтобы изготовить следующего?</p>
   <p>– По меньшей мере год. Надо ли мне узнать точную дату?</p>
   <p>– Сделай это сегодня.</p>
   <p>– Он может услышать об этом, как предыдущий Дункан.</p>
   <p>– Я не хочу, чтобы это случилось, Монео.</p>
   <p>– Понимаю, господин.</p>
   <p>– Я не осмелюсь говорить об этом с Нори, – сказал Лето. – Дункан не для нее. О, я не могу обидеть ее! – Последние слова прозвучали почти жалобно.</p>
   <p>Монео пребывал в благоговейном молчании.</p>
   <p>– Разве ты не видишь это сам? – спросил Лето. – Помоги мне, Монео.</p>
   <p>– Я вижу, что Нори не такая, как другие, – ответил Монео, – но что я могу сделать?</p>
   <p>– В чем заключается разница? – Голос Лето пронзил мажордома насквозь.</p>
   <p>– Я имею в виду, что вы относитесь к ней не так, как к другим. Я никогда не видел, чтобы вы так относились к людям.</p>
   <p>Монео успел заметить первые признаки – подергивания рук и появление блеска в глазах. Боги! Червь! Монео почувствовал себя абсолютно беззащитным. Одно движение хвоста – и Лето раздавит Монео. Надо воззвать к его человеческой сути, подумал мажордом.</p>
   <p>– Господин, – заговорил он, – я читал и слышал от вас о вашем браке с вашей сестрой Ганимой.</p>
   <p>– Если бы она сейчас была здесь со мной, – произнес Лето.</p>
   <p>– Она же никогда не была вашей подругой, господин.</p>
   <p>– Куда ты клонишь? – спросил Император.</p>
   <p>Подергивания рук превратились в ритмичную вибрацию.</p>
   <p>– Она была… Я хочу сказать, что она была подругой Харка аль-Ада.</p>
   <p>– Конечно, была! Все Атрейдесы происходят от этой пары.</p>
   <p>– Может быть, вы чего-то не рассказали мне, господин? Возможно ли… чтобы Хви Нори… может быть, она была вашей подругой?</p>
   <p>Руки Лето затряслись так сильно, что Монео усомнился в том, что их обладатель не подозревает об этом. Большие синие глаза горели хищным пламенем.</p>
   <p>Монео попятился к дверям на лестницу, ведущую прочь из опасного места.</p>
   <p>– Не спрашивай меня о возможностях. – Голос Лето прозвучал глухо, словно откуда-то из глубин прошлого, в котором блуждала сейчас его душа.</p>
   <p>– Никогда больше, господин, – промямлил Монео, кланяясь и отступая к выходу. – Я поговорю с Нори, господин… и с Дунканом.</p>
   <p>– Делай что можешь. – Голос Лето опять донесся из одному ему доступных глубин.</p>
   <p>Монео, крадучись, выскользнул из зала. Он плотно закрыл дверь и, дрожа, прижался к ней спиной. <emphasis>Ах, как близко это было!</emphasis></p>
   <p>Однако парадокс оставался. На что он указывает? Каково значение странных и болезненных решений Бога-Императора? Что задумал Бог, который Червь?</p>
   <p>Из зала Лето послышались глухие удары, сотрясавшие каменную кладку стен. Монео не осмелился открыть дверь, чтобы посмотреть, что происходит внутри. Он отошел от двери и начал спускаться вниз по лестнице, не смея вздохнуть до тех пор, пока не достиг первого этажа, где его встретила Говорящая Рыба.</p>
   <p>– Он обеспокоен? – спросила женщина.</p>
   <p>Монео кивнул. Сверху продолжали доноситься ритмичные удары.</p>
   <p>– Что его так встревожило? – не отставала охранница.</p>
   <p>– Он Бог, а мы смертны, – ответил Монео. Этот ответ обычно удовлетворял женское любопытство гвардейцев, но теперь их обуревали иные чувства.</p>
   <p>Женщина посмотрела на него, не отводя взгляд, и Монео увидел, что к мягким чертам лица откуда-то изнутри подступила суть натасканного убийцы. Это была сравнительно молодая женщина со вздернутым носиком и полными чувственными губками, но сейчас в ее глазах застыло такое выражение, что только глупец смог бы отважиться повернуться к ней спиной.</p>
   <p>– Это не я встревожил его, – ответил Монео.</p>
   <p>– Конечно, не вы, – согласилась она, и лицо ее немного смягчилось. – Но я все же хотела бы знать причину, которая его так расстроила.</p>
   <p>– Думаю, что он проявляет нетерпение перед свадьбой, – сказал Монео. – Думаю, что в этом вся причина.</p>
   <p>– Так поторопитесь с бракосочетанием! – воскликнула женщина.</p>
   <p>– Именно этим я и занимаюсь, – ответил Монео и заторопился к выходу. Боги! Говорящие Рыбы становятся столь же опасными, как и Бог-Император.</p>
   <p><emphasis>Этот идиот Дункан! Он подвергает всех нас смертельной опасности. А Хви Нори! Что прикажете делать с ней?</emphasis></p>
  </section>
  <section>
   <epigraph>
    <p>Устройство монархии и подобных ей систем правления содержит рациональное зерно, которое можно использовать при строительстве любых других систем. Моя богатейшая память подтверждает, что любая политическая система может извлечь выгоду из этого зерна. Правительство полезно для тех, кем оно управляет, только до тех пор, пока сдерживаются присущие любой власти тенденции к тирании. У монархий, помимо их звездных качеств, есть и весьма хорошие черты. Монархия способна уменьшить размеры и ограничить паразитизм управленческой бюрократии. Монархия способна при необходимости принимать быстрые решения. Монархия отвечает человеческой потребности в родительской (племенной, феодальной) иерархии, в которой каждый человек четко знает свое место. Очень ценно знать свое место, даже если это место – временное. Человека очень раздражает место, которое он занимает против своей воли. Именно поэтому я преподал урок тирании наилучшим способом – примером. Хотя вы читаете это спустя тысячелетия после распада моей тирании, память о ней не сотрется во веки веков. Подтверждение тому – мой Золотой Путь. Прочитав мое послание вам, вы, не сомневаюсь в этом, извлечете из него уроки и проявите осторожность, делегируя правительству его полномочия.</p>
    <text-author>(Похищенные записки)</text-author>
   </epigraph>
   <p>Лето тщательно подготовился к первой с момента отправки в школу Говорящих Рыб встрече с Сионой. Девушка училась в Городе Празднеств, Император не видел ее с того времени, когда она была еще ребенком. Лето сказал Монео, что хочет принять его дочь в Малой Цитадели – высокой башне, выстроенной в центре Сарьира. Положение башни было выбрано таким образом, чтобы из нее было видно и старое, и новое, и то, что находится между ними. К Малой Цитадели не вела ни одна дорога. Визитеры прибывали туда на орнитоптерах. Лето же попадал туда словно по волшебству.</p>
   <p>Еще в первые дни своего восшествия на престол он собственными руками, с помощью иксианского аппарата, прорыл потайной туннель под Сарьиром к этой башне, самостоятельно выполнив всю работу. В те дни по окрестностям Сарьира еще кочевали одиночные песчаные черви. Лето окружил туннель массивными стенами из расплавленного кремния и вставил в стены бесчисленное множество водяных пузырьков, чтобы отпугнуть червей снаружи. Размеры туннеля соответствовали нынешним размерам Лето, который прозревал свое будущее в видениях. Императорская тележка свободно проезжала по туннелю.</p>
   <p>В ранний предрассветный час того дня, на который была назначена встреча с Сионой, Лето спустился в крипту и предупредил охрану, чтобы его не беспокоили ни по какому поводу. Тележка подкатилась к потайному уголку крипты, которая заканчивалась секретной дверью. Меньше чем через час Лето был в Малой Цитадели.</p>
   <p>Самым большим удовольствием было оказаться одному в песке. Никакой тележки. Его червеобразное тело напрямую соприкасалось с песком. Это было ни с чем не сравнимое наслаждение. Тепло, выделившееся во время перехода через дюны, вызвало сильное парообразование, поэтому Лето пришлось непрерывно двигаться. В пяти километрах от башни Император остановился, найдя относительно сухое углубление в песке. Он улегся в центре этого углубления, которое, впрочем, было слегка покрыто росой в тени башни, которая стрелой вытянулась к востоку, возвышаясь над дюнами.</p>
   <p>С такого большого расстояния башня высотой три тысячи метров смотрелась как игла, пронзающая небо. Только вдохновение Лето и инженерное дерзновение иксианцев смогли создать такую смелую конструкцию. Имея в диаметре сто пятьдесят метров, башня уходила вглубь ровно настолько, насколько она возвышалась над поверхностью земли. Волшебство пластита и легких сплавов сделало башню устойчивой ко всем ветрам и абразивному действию песка.</p>
   <p>Лето настолько нравилось это место, что он даже придумал логическое обоснование своих посещений, выработав свод персональных правил, которые надо было обязательно исполнить. Эти правила служили дополнениями к «Великой Необходимости».</p>
   <p>В те недолгие мгновения, что он лежал в песке, Лето мог со спокойной совестью сбросить с себя бремя Золотого Пути. Монео, добрый и надежный Монео, должен был проследить за тем, чтобы Сиона прибыла в Малую Цитадель с наступлением темноты. В распоряжении Лето был целый день на отдых и размышления. Он мог поиграть, воображая, что у него совсем нет забот, он мог упиваться сухостью песка и питаться им вволю, чего он не мог позволить себе ни в Онне, ни в Цитадели. В тех местах он мог порезвиться лишь в узких бороздках, причем только сила предзнания давала ему возможность не попадать в сырые места, граничившие с песчаными карманами. Однако здесь он мог мчаться по песку и нормально питаться, восстанавливая силы.</p>
   <p>Песок скрипел и шуршал под его телом, когда он катался, изгибаясь по дюнам, испытывая чистую животную радость. Восстанавливалась сущность Червя, по телу бежали электрические импульсы, сообщавшие телу силу и здоровье.</p>
   <p>Солнце было уже довольно высоко над горизонтом и нарисовало вокруг башни золотистый ореол. В воздухе повис горький запах пыли, вокруг распространился аромат колючек, которые изо всех сил впитывали в себя утреннюю росу. Сначала медленно, потом все быстрее и быстрее Лето начал свой бег вокруг башни, думая по дороге о Сионе.</p>
   <p>Откладывать больше нельзя. Ее надо испытать. Монео знал это не хуже самого Лето.</p>
   <p>Не далее как сегодня утром мажордом сказал:</p>
   <p>– Господин, ее обуревает страшная жажда к насилию.</p>
   <p>– Это начало зависимости от адреналина, – объяснил Лето. – Пора сажать ее на голодный паек.</p>
   <p>– Голодный что, мой господин? – в недоумении переспросил Монео.</p>
   <p>– Это очень древнее выражение. Оно означает, что человека надо испытать полным воздержанием. Ей надо пройти ломку и связанный с ней шок.</p>
   <p>– О, я понимаю.</p>
   <p>Когда-то, припомнил Лето, Монео действительно понял это на своей шкуре. Его самого тогда посадили на голодный паек.</p>
   <p>– Молодые обычно не способны принимать трудных решений, если только эти решения не связаны с применением насилия, что вызывает сильный выброс в кровь адреналина, – продолжал объяснять Лето.</p>
   <p>Монео погрузился в раздумья, вспоминая, потом заговорил:</p>
   <p>– Это очень большой вред.</p>
   <p>– Но именно это причина склонности Сионы к насилию. Такое может произойти и со старым человеком, но для молодежи такая зависимость – правило.</p>
   <p>Кружа около башни и наслаждаясь сухим от жара солнца песком, Лето думал о том разговоре. Он замедлил продвижение. Ветер сзади донес до его человеческих ноздрей запах кислорода и сожженного песка. Он глубоко вдохнул, подняв свое восприятие на более высокий уровень.</p>
   <p>За этот предварительный день Лето предстояло достичь нескольких целей. Он думал о предстоящей встрече, как, должно быть, древний матадор думал о своей схватке с рогатой смертью. У Сионы были свои рога, но Монео позаботится, чтобы она не пронесла на встречу никакого реального оружия. Лето, однако, надо было быть уверенным в том, что он хорошо знает все сильные и слабые стороны Сионы. Ему предстояло усилить ее уступчивость в некоторых отношениях. Ее надо подготовить к испытанию, надев на ее психическую мускулатуру ограничительные шипы.</p>
   <p>Вскоре после полудня, насытившись прогулкой, Лето забрался в тележку, включил подвеску и поднялся в башню – на самый ее верх, в просторный зал, где он и провел остаток дня, размышляя и составляя сценарий предстоящей встречи.</p>
   <p>Как только на землю пала ночная тень, в воздухе раздался шум винтов орнитоптера. Это прибыл Монео.</p>
   <p><emphasis>Верный Монео.</emphasis></p>
   <p>Лето мысленно приказал посадочной площадке выдвинуться из наружной стены зала. Орнитоптер скользнул по ней и сложил крылья. Лето вгляделся в сгустившиеся сумерки. Сиона выпрыгнула из машины и бросилась в зал, испытывая страх перед неимоверной высотой. На девушке была надета белая накидка поверх черной формы без знаков различия. Войдя в башню и остановившись, она украдкой оглянулась и внимательно посмотрела на массивное тело Лето, лежавшее на тележке почти в центре зала. Орнитоптер взмыл в небо и исчез в темноте. Лето оставил площадку выдвинутой, а дверь открытой.</p>
   <p>– На противоположной стороне башни есть балкон, – сказал Лето. – Мы пойдем туда.</p>
   <p>– Зачем?</p>
   <p>В голосе Сионы прозвучала плохо скрытая подозрительность.</p>
   <p>– Мне говорили, что там прохладно, – ответил Лето, – и мои щеки действительно ощущают прохладный ветерок, когда я бываю там.</p>
   <p>Движимая любопытством, она подошла поближе.</p>
   <p>Лето закрыл дверь, ведущую на посадочную площадку.</p>
   <p>– Ночной вид с балкона просто великолепен.</p>
   <p>– Зачем мы здесь?</p>
   <p>– Чтобы никто не мог быть у нас над головой.</p>
   <p>Лето развернул тележку и направил ее на балкон. Тусклый свет в зале дал Сионе увидеть, куда направился Император. Она последовала за ним.</p>
   <p>Балкон окружал юго-восточную арку башни, по всему периметру балкона шла узорчатая металлическая балюстрада высотой до уровня груди. Сиона подошла к перилам и окинула взглядом расстилавшийся внизу пейзаж.</p>
   <p>Лето чувствовал, что она ждет и готова слушать. Надо сказать что-то, предназначенное только для ее ушей. Что бы это ни было, она должна выслушать и ответить, движимая своими внутренними мотивами. Посмотрев поверх головы Сионы, Лето смотрел на Сарьир, окруженный Защитной Стеной, которая виднелась отсюда, как едва заметная полоска, выступавшая сероватой линией в свете Первой Луны, поднявшейся над горизонтом. Усиленное зрение Лето позволило ему разглядеть караван, направлявшийся из Онна. Цепочка огней на повозках, запряженных тягловыми животными, шла в деревню Табур.</p>
   <p>В памяти Лето вызвал образ этой деревни, спрятанной во влажной тени деревьев у внутреннего основания стены. Его музейные фримены возделывали там финиковые пальмы, высокую траву и даже разводили настоящие сады у дорог. Да, это не то, что в старые времена, когда самый захудалый и крошечный бассейн с водой и ветровая ловушка с несколькими чахлыми деревцами казались роскошью по сравнению с окружавшими это населенное место песками. Деревня Табур казалась раем в сравнении с древним сиетчем Табр. Каждый житель сегодняшней деревни знал, что сразу за ограждением Сарьира река Айдахо направляла свой бег прямо на юг. Сейчас, в свете луны, река выглядела как серебристая полоса. Музейные фримены не могли забраться на стену, но они знали, что за ней есть вода. Земля тоже знала об этом. Если в Табуре приложить ухо к земле, то она начинала рассказывать о шуме дальних стремнин.</p>
   <p><emphasis>На берегу реки жили ночные птицы,</emphasis> думал Лето, <emphasis>птицы, которые в другом мире вели бы дневной образ жизни.</emphasis> Дюна произвела это маленькое селекционное чудо, и птицы приучились жить ночью, отдавшись на милость Сарьира. Лето видел, как птицы летали над водой, спускались к поверхности, и, когда они опускали в воду клювы, чтобы напиться, на воде оставалась рябь, которую сносило к югу по течению.</p>
   <p>Даже на таком расстоянии Лето чувствовал силу этой воды, он помнил эту силу, которая покинула его, унесясь, словно эта река, текущая мимо полей и садов. Вода прокладывала себе путь мимо холмов, мимо растений, которые заменили собой пустыню, место которой сжалось до размеров его Сарьира, убежища прошлого Дюны.</p>
   <p>Лето вспомнил рев иксианских машин, которые вгрызались в землю, прорывая путь для водных артерий современного Арракиса. Казалось, это было только вчера, а ведь в действительности прошло больше трех тысяч лет.</p>
   <p>Встрепенувшись, Сиона оглянулась, но Лето хранил молчание, его внимание было приковано отнюдь не к Сионе. Над горизонтом светилось бледно-янтарное пятно – отражение города в облаках. Лето знал, что это город Уоллпорт, перенесенный к югу из суровых северных районов, где косые лучи солнца почти не согревали землю. Свет города был словно окном в прошлое. Он чувствовал, как луч памяти пронзает его грудь, проникая под толстую чешую, заменившую мягкую и теплую человеческую кожу.</p>
   <p><emphasis>Я очень уязвим,</emphasis> подумал он.</p>
   <p>Однако Лето сознавал себя хозяином этих мест, его же хозяином была сама планета.</p>
   <p><emphasis>Я – ее часть.</emphasis></p>
   <p>Он ел ее почву, отвергая только воду. Его человеческий рот и легкие функционировали только для того, чтобы обеспечивать энергией остатки человеческого организма и сохранившуюся способность говорить.</p>
   <p>Лето обратился к Сионе:</p>
   <p>– Я люблю говорить и страшно боюсь того дня, когда потеряю эту способность.</p>
   <p>Сиона недоверчиво посмотрела на Императора. На лице ее отразилось отвращение.</p>
   <p>– Согласен, что многим людям я кажусь уродливым чудовищем, – сказал он.</p>
   <p>– Зачем я здесь? – спросила девушка.</p>
   <p><emphasis>Вопрос сразу по существу.</emphasis> Ее не собьешь. Это характерная черта всех Атрейдесов. Именно эту черту он хотел культивировать в своей селекционной программе. Такой характер говорит о сильном внутреннем чувстве своей цельности.</p>
   <p>– Мне надо узнать, что Время сделало с тобой, – ответил он.</p>
   <p>– Зачем вам это надо?</p>
   <p><emphasis>В ее голосе слышится страх. Она думает, что я начну спрашивать ее о повстанцах и выпытывать имена ее сообщников.</emphasis></p>
   <p>Он молчал, тогда заговорила Сиона:</p>
   <p>– Вы убьете меня так же, как убили моих друзей?</p>
   <p><emphasis>Она слышала о побоище у посольства. И предполагает, что мне все известно о ее участии в мятеже. Монео все ей рассказал, вот проклятие! Ну хорошо… Пожалуй, на его месте я бы поступил точно так же.</emphasis></p>
   <p>– Вы действительно Бог? – требовательно спросила она. – Я не понимаю, почему мой отец верит в это.</p>
   <p><emphasis>У нее еще есть сомнения</emphasis>, подумал он. <emphasis>У меня есть поле для маневра.</emphasis></p>
   <p>– Определения самые разные, – проговорил Лето. – Для Монео я Бог… и это правда.</p>
   <p>– Когда-то вы были человеком.</p>
   <p>Ему доставлял истинное удовольствие ее интеллект. В ней было неуемное живое любопытство, столь характерное для Атрейдесов.</p>
   <p>– Ты проявляешь в отношении меня недюжинное любопытство, – сказал он. – То же самое можно сказать и обо мне. Ты вызываешь у меня острое любопытство.</p>
   <p>– Что заставляет вас считать меня любопытной?</p>
   <p>– Ты очень внимательно следила за мной, когда была ребенком. И сегодня я вижу в твоих глазах то же знакомое выражение.</p>
   <p>– Да, мне очень интересно знать, каково быть вами.</p>
   <p>Несколько мгновений он внимательно рассматривал Сиону. Свет луны очерчивал тени вокруг ее глаз, скрывая их. Он позволил себе подумать, что у нее такие же синие глаза, как и у него, – глаза человека, зависимого от Пряности. Если добавить эту черту, то Сиона будет похожа на его давно умершую сестру Ганиму. Было что-то неуловимо схожее в их лицах, в форме глаз. Он собирался сказать об этом Сионе, но передумал.</p>
   <p>– Вы едите человеческую пищу? – спросила Сиона.</p>
   <p>– Долгое время после того, как я надел на себя кожу из песчаных форелей, я ощущал голодные спазмы в желудке, – ответил он. – Временами я пробовал есть обычную пищу, но желудок почти всегда отвергал ее. Реснички песчаных форелей распространились по всему моему организму. Есть стало трудно и хлопотно. Сейчас я ем только твердые частицы, в которых иногда содержится немного Пряности.</p>
   <p>– Вы… едите меланжу?</p>
   <p>– Иногда.</p>
   <p>– Но вы больше не испытываете голода, человеческого голода?</p>
   <p>– Этого я не говорил.</p>
   <p>Она выжидательно посмотрела на него.</p>
   <p>Лето восхищался тем, как подействовал на него ее невысказанный вопрос. Она очень умна и успела многое узнать за свою короткую жизнь.</p>
   <p>– Боль в животе превращала мою жизнь в пытку, я ничем не мог облегчить эту боль, – сказал он. – Я начинал бегать по дюнам, бегать, словно безумный.</p>
   <p>– Вы… бегали?</p>
   <p>– В то время мои ноги были непропорционально длинными и двигался я очень легко. Но голодная боль никогда не оставляла меня. Мне кажется, что это была боль по утраченной человечности.</p>
   <p>Он заметил, что в ней, преодолевая внутреннее сопротивление, начинает просыпаться симпатия и сочувствие к нему.</p>
   <p>– У вас… до сих пор бывают эти боли?</p>
   <p>– Теперь это просто небольшое жжение. Это один из признаков финального метаморфоза. Через несколько сотен лет я навсегда погружусь в песок.</p>
   <p>Он заметил, как сжались ее кулаки.</p>
   <p>– Зачем? – спросила она. – Зачем вы это сделали?</p>
   <p>– Это не такое уж плохое изменение. Сегодня, например, я получил большое удовольствие. Мне очень сладко.</p>
   <p>– Есть и такие изменения, которых мы не видим, – сказала она и разжала кулаки. – Я знаю, что они должны быть.</p>
   <p>– У меня очень обострились зрение и слух, но осязание притупилось. Чувствительность сохранилась только на лице. Остальное тело не чувствует прикосновений, как прежде, и мне очень недостает этих ощущений.</p>
   <p>Он снова заметил, что в Сионе против ее воли просыпается симпатия, движение к сочувственному пониманию. Она хотела <emphasis>знать</emphasis>!</p>
   <p>– Когда живешь так долго, – сказала она, – то как ощущается движение времени? Движется ли оно быстрее по прошествии лет?</p>
   <p>– Странное дело, Сиона. Иногда оно несется бешеным аллюром, а иногда ползет, как улитка.</p>
   <p>Разговаривая, Лето незаметно приглушал свет ламп, пока наконец совсем не выключил освещение. Теперь помещение заливал только свет луны. Одновременно Лето незаметно, сантиметр за сантиметром, приближался к Сионе. Наконец его тележка показалась на балконе, а лицо в двух метрах от лица девушки.</p>
   <p>– Отец говорит мне, – сказала она, – что чем старше вы становитесь, тем медленнее течет ваше время. Это вы говорили ему об этом?</p>
   <p><emphasis>Проверяет маю правдивость. Значит, она не Вещающая Истину.</emphasis></p>
   <p>– Все на свете относительно, но в сравнении с человеческим восприятием времени это верно.</p>
   <p>– Почему это так?</p>
   <p>– Это связано с тем, кем мне предстоит стать. В конце время для меня остановится, и я стану замороженным, как жемчужина в куске льда. Мое новое тело рассыплется на части, и каждая часть будет содержать в себе такую жемчужину.</p>
   <p>Она отвернулась и заговорила, глядя на Пустыню:</p>
   <p>– Когда я разговариваю с вами здесь, в темноте, то почти забываю, кто вы.</p>
   <p>– Именно поэтому я и выбрал для беседы этот час.</p>
   <p>– Но почему здесь?</p>
   <p>– Потому что это последнее место, где я чувствую себя дома.</p>
   <p>Сиона обернулась и оперлась спиной о перила.</p>
   <p>– Я хочу видеть вас.</p>
   <p>Лето включил свет на полную мощность и одновременно запечатал балкон за спиной Сионы. Она насторожилась, но потом подумала, что это предосторожность от возможного нападения. Однако это было не так. Ограждение защищало Лето от вторжения влажных ночных насекомых.</p>
   <p>Сиона во все глаза уставилась на Лето, скользнув взглядом вдоль его тела, задержавшись на обрубках, которые когда-то были его ногами, потом на руках и, наконец, на лице.</p>
   <p>– Вы поддерживаете истории о том, что все Атрейдесы произошли от вас и вашей сестры Ганимы, но Устное Предание говорит по-иному.</p>
   <p>– Устное Предание говорит правду. Вашим предком был Харк аль-Ада. Мы с Гани были женаты только по видимости. Это было сделано для консолидации власти.</p>
   <p>– Так же, как и с этой иксианской женщиной?</p>
   <p>– Это совсем другое дело.</p>
   <p>– У вас будут дети?</p>
   <p>– Я никогда не был способен иметь детей. Я выбрал метаморфоз до того, как стал обладать этой способностью.</p>
   <p>– Вы были ребенком, а потом, – она указала рукой на его тело, – сразу стали этим?</p>
   <p>– Да, промежуточной стадии не было.</p>
   <p>– Но каким образом ребенок смог сделать такой выбор?</p>
   <p>– Я был самым старым ребенком, какого только знала история. Другим таким ребенком была Гани.</p>
   <p>– Это история о вашей предковой памяти?</p>
   <p>– Это правдивая история. Мы все здесь. Разве Устное Предание не подтверждает этого?</p>
   <p>Она снова повернулась к Лето спиной. Он был очарован этим чисто человеческим жестом. Отвержение вкупе с уязвимостью. Потом она резко обернулась и внимательно вгляделась в лицо, спрятанное в кожистой складке.</p>
   <p>– Вы похожи на Атрейдеса, – сказала она.</p>
   <p>– Я так же честен, как и ты.</p>
   <p>– Вы так стары, но на вашем лице нет ни одной морщины. Почему?</p>
   <p>– Ни одна человеческая часть моего тела не стареет с нормальной скоростью.</p>
   <p>– Именно поэтому вы и сделали такой выбор?</p>
   <p>– Чтобы наслаждаться долгой жизнью? Нет.</p>
   <p>– Я не понимаю, как можно было это сделать, – пробормотала она. Потом громче: – Никогда не знать любви…</p>
   <p>– Ты разыгрываешь из себя дуру! – сказал он. – Ты имеешь в виду не любовь, а секс.</p>
   <p>Она пожала плечами.</p>
   <p>– Ты думаешь, что больше всего на свете мне жаль, что я пожертвовал сексом? Нет, самая большая моя потеря заключается совсем в другом.</p>
   <p>– В чем? – Она спросила это неохотно, боясь выдать, насколько глубоко он ее тронул.</p>
   <p>– Я не могу появляться на людях без того, что на меня обращают внимание. Я перестал быть одним из вас. Я одинок. Любовь? Многие люди любят меня, но моя внешность и форма разделяют нас. Мы разлучены, Сиона, и ни один человек не может перекинуть мост через эту пропасть.</p>
   <p>– Даже ваша иксианская женщина?</p>
   <p>– Она бы перекинула, если бы смогла, но она не сможет. Она не Атрейдес.</p>
   <p>– Вы имеете в виду, что я бы… смогла? – Она ткнула себя пальцем в грудь.</p>
   <p>– Если бы можно было найти достаточное количество песчаных форелей, но они все на мне. Однако если бы я умер…</p>
   <p>Она в ужасе затрясла головой.</p>
   <p>– Устное Предание очень точно об этом рассказывает, – продолжал Лето, – а мы не станем забывать, что ты веришь Устному Преданию.</p>
   <p>Она продолжала безмолвно качать головой из стороны в сторону.</p>
   <p>– В этом нет ничего таинственного, – говорил между тем Лето. – Первые моменты трансформации – самые критические. Сознание должно одновременно выплеснуться наружу и войти внутрь, соединившись с бесконечностью. Для того чтобы это сделать, я могу дать тебе достаточное количество меланжи. Приняв это количество Пряности, ты сможешь пережить первые, самые ужасные моменты… да и остальные тоже.</p>
   <p>Глядя ему в глаза, она содрогнулась всем телом.</p>
   <p>– Ты же понимаешь, что я говорю тебе правду?</p>
   <p>Она кивнула и, продолжая дрожать, с трудом перевела дух.</p>
   <p>– Зачем вы это сделали?</p>
   <p>– Альтернатива была бы куда более ужасной.</p>
   <p>– Какая альтернатива?</p>
   <p>– Со временем ты поймешь. Монео понял.</p>
   <p>– Этот ваш проклятый Золотой Путь!</p>
   <p>– Он не проклятый, он священный.</p>
   <p>– Вы думаете, что я дура, которая не может…</p>
   <p>– Я думаю, что ты неопытна, но обладаешь способностями, о которых даже не подозреваешь.</p>
   <p>Она трижды глубоко вздохнула, и к ней вернулось самообладание.</p>
   <p>– Но если вы не можете иметь секс с иксианкой, то что…</p>
   <p>– Дитя, почему ты упорствуешь в своем непонимании? Речь не идет о сексе. С Хви я не могу спариваться. У меня нет никого, подобного мне, во всей вселенной, мне просто не с кем спариваться.</p>
   <p>– Она похожа на вас?</p>
   <p>– По своим намерениям. Так ее сделали иксианцы.</p>
   <p>– Сделали ее…</p>
   <p>– Не будь полной дурой! – рявкнул он. – Она настоящая ловушка для Бога. Даже жертва не может отринуть ее.</p>
   <p>– Зачем вы рассказываете мне эти вещи? – прошептала она.</p>
   <p>– Ты украла два тома моих рукописей, – сказал он. – Ты читала перевод Гильдии и уже знаешь, как можно меня поймать.</p>
   <p>– Вы знали?</p>
   <p>Он видел, что к ней вернулась ее самоуверенность и осознание собственной силы.</p>
   <p>– Конечно, вы знали. – Она сама ответила на свой вопрос.</p>
   <p>– Это была моя тайна, – сказал он. – Ты не можешь себе представить, сколько раз я любил своих товарищей и видел потом, как они ускользали от меня прочь, в небытие. Вот так ускользает от меня сейчас твой отец.</p>
   <p>– Вы любите его?</p>
   <p>– Да, и я любил твою мать. Иногда они уходят быстро; иногда с мучительной медлительностью. И каждый раз я терплю крушение. Я могу играть по жестким правилам, могу принимать необходимые решения, я способен принимать решения, которые убивают, но я не могу избежать страданий. Очень, очень долго – мои записки, которые ты украла, не лгут – это была единственная из доступных мне эмоций.</p>
   <p>Он увидел, как увлажнились ее глаза, но челюсти были по-прежнему крепко сжаты – она была полна гневной решительности.</p>
   <p>– Все это не дает вам права править, – сказала она.</p>
   <p>Лето с трудом подавил улыбку. Наконец-то они добрались до корней мятежности Сионы.</p>
   <p><emphasis>По какому праву? Где справедливость в моем правлении? Принуждая их к повиновению с помощью вооруженной силы Говорящих Рыб, честно ли я побуждаю человечество к эволюционному скачку? Я знаю все, что поют революционеры, все их трескучие и резонерские фразы.</emphasis></p>
   <p>– Ты не видишь никаких признаков своей мятежной руки в той власти, которой я обладаю.</p>
   <p>Юность Сионы взяла свое.</p>
   <p>– Я никогда не выбирала вас себе в правители.</p>
   <p>– Но ты усилила мою власть.</p>
   <p>– Каким образом?</p>
   <p>– Своей оппозицией. Я отточил свои когти на таких, как ты.</p>
   <p>Она невольно бросила взгляд на его руки.</p>
   <p>– Это фигуральное выражение, – объяснил он.</p>
   <p>– Наконец-то мне удалось задеть вас за живое, – сказала она, услышав в его голосе нотки гнева.</p>
   <p>– Ты не задела меня за живое. Мы с тобой родственники и можем по-семейному попенять друг другу. Факт заключается в том, что мне стоит бояться тебя больше, чем тебе – меня.</p>
   <p>Она отпрянула, но замешательство продолжалось лишь краткий миг. Он увидел, как сначала ее плечи напряглись от всплеска веры, потом девушку снова охватили сомнения. Она опустила голову и исподлобья взглянула на Лето.</p>
   <p>– Так почему же Великий Лето боится меня?</p>
   <p>– Я боюсь твоего невежественного насилия.</p>
   <p>– Разве вы говорили, что уязвимы физически?</p>
   <p>– Я не стану второй раз предупреждать тебя, Сиона. Есть пределы той игры в слова, в которую я играю. И ты, и иксианцы прекрасно знают, что я люблю тех, кто уязвим физически. Скоро об этом узнает вся Империя. Такие слухи распространяются быстро.</p>
   <p>– И вся Империя спросит, по какому праву вы царствуете!</p>
   <p>Она ликовала. Лето почувствовал неистовый гнев. Его было трудно подавить. Эту человеческую эмоцию он ненавидел. Название ей – злорадство. Он некоторое время молчал, не желая давать волю злобе. Потом он выбрал способ пробить брешь в обороне Сионы в самом уязвимом ее месте, которое он уже видел.</p>
   <p>– Я правлю по праву одиночества, Сиона. Мое одиночество – это отчасти свобода, отчасти рабство. Это означает, что меня не может подкупить ни одна группа населения. Мое рабство говорит о том, что я буду служить вам в полной мере моих божественных способностей.</p>
   <p>– Но иксианцы поймали вас в свою ловушку! – сказала она.</p>
   <p>– Нет. Они преподнесли мне дар, который только усилит меня.</p>
   <p>– Он уже ослабляет вас.</p>
   <p>– И это тоже, – признал Лето. – Но мне по-прежнему подчиняются очень мощные силы.</p>
   <p>– О да, – кивнула она. – Это я понимаю.</p>
   <p>– Этого ты как раз не понимаешь.</p>
   <p>– Но я уверена, что вы мне все объясните, – поддразнила она его.</p>
   <p>Он заговорил так тихо, что Сионе пришлось склониться почти к самому его лицу.</p>
   <p>– В этом мире нет никого, кто мог бы попросить меня о чем бы то ни было – об участии, о компромиссе, даже о малейшем послаблении власти. Я один и только один.</p>
   <p>– Даже эта иксианская женщина не может…</p>
   <p>– Она настолько похожа на меня, что не сможет ослабить меня в этом отношении.</p>
   <p>– Но когда было атаковано иксианское посольство…</p>
   <p>– Меня все еще раздражает человеческая глупость, – сказал он.</p>
   <p>Она, нахмурившись, взглянула на него.</p>
   <p>В свете луны этот мимический жест показался Лето очаровательным. Он понял, что заставил ее думать. Он был уверен, что она никогда прежде не задумывалась о том, что право на власть дается вместе с уникальностью.</p>
   <p>Он отреагировал на ее хмурый вид.</p>
   <p>– До сих пор в мире не было правительства, подобного моему. Я – первый случай в мировой истории. Я отвечаю только перед собой, требуя воздаяния за ту жертву, которую принес миру.</p>
   <p>– Жертву! – иронически буркнула она, но Лето явственно расслышал сомнение в ее голосе. – Каждый деспот говорит нечто подобное. Вы ответственны только перед собой!</p>
   <p>– Я отвечаю, таким образом, за каждую живую тварь. Я слежу за всеми вами все это время.</p>
   <p>– Какое время?</p>
   <p>– Время, которое могло бы быть, но которого больше нет.</p>
   <p>Он почувствовал в ней нерешительность. Она не доверяет своим инстинктам, своей нетренированной способности к предсказаниям. Она может случайно совершить прорыв, как в случае, когда она украла его записки, но мотивация была потеряна в тех откровениях, которые она почерпнула из записок.</p>
   <p>– Мой отец говорит, что вы очень хорошо умеете манипулировать словами, – сказала она.</p>
   <p>– Он как никто обязан это знать. Но есть такие вещи, знания о которых можно добыть, только участвуя в этих вещах. Познать их нельзя, стоя в стороне и обсуждая их.</p>
   <p>– Он как раз и имел в виду эти вещи, – проговорила Сиона.</p>
   <p>– Ты совершенно права, – согласился он. – Это не логично. Но это свет. Это глаз, он видит свет, но не видит сам себя.</p>
   <p>– Я устала от этого разговора, – сказала Сиона.</p>
   <p>– Так же, как и я.</p>
   <p><emphasis>Я достаточно увидел и достаточно сделал. Она широко открыта своим сомнениям. Как же они уязвимы в своем невежестве!</emphasis></p>
   <p>– Вы ни в чем меня не убедили.</p>
   <p>– Это не было целью нашей встречи.</p>
   <p>– А что было целью?</p>
   <p>– Посмотреть, готова ли ты к испытанию.</p>
   <p>– Испы… – Она слегка склонила голову и удивленно воззрилась на Лето.</p>
   <p>– Можешь при мне не строить из себя невинность, – сказал он. – Монео обо всем тебя предупредил. И я говорю тебе, что ты готова!</p>
   <p>Она попыталась сглотнуть слюну.</p>
   <p>– В чем…</p>
   <p>– Я послал за Монео, чтобы он отвез тебя обратно в Цитадель, – сказал Лето. – Когда мы встретимся снова, то увидим, из какого теста ты сделана в действительности.</p>
  </section>
  <section>
   <epigraph>
    <p>Знаете ли вы миф о Великом Кладе Пряности? Да, мне тоже известна эта история. Мажордом рассказал ее мне, чтобы позабавить. В этой истории рассказывается, что в некоем месте существует огромный, как гора, клад меланжи. Этот клад сокрыт в недрах далекой планеты. Эта планета – не Арракис и не Дюна. Клад был зарыт там задолго до основания Первой Империи и до образования Космической Гильдии. История эта гласит, что на ту планету удалился Муад’Диб, который и до сих пор живет там. Его жизнь поддерживается Пряностью, он ждет. Мажордом не понял, почему эта история так меня взволновала.</p>
    <text-author>(Похищенные записки)</text-author>
   </epigraph>
   <p>Дрожа от гнева, Айдахо прошествовал по вымощенным пластоном залам в свою квартиру в Цитадели. На каждом посту, мимо которого он проходил, женщины старались привлечь его внимание. Он не отвечал на призывы. Айдахо знал, что его поведение вызвало растерянность и недоумение у Говорящих Рыб. Они безошибочно поняли настроение Айдахо. Однако это не влияло на размашистый шаг начальника гвардии. От стен отдавалось гулкое эхо от топота его сапог.</p>
   <p>Во рту его все еще сохранялся вкус обеда – старого доброго обеда, знакомого еще по временам первых Атрейдесов – овощи в травяном соусе с добрым куском искусственного мяса, сдобренным глотком цидритного сока. Монео нашел Дункана за столом в казарме гвардии, где он, сидя за обеденным столом, изучал план предстоящих операций, разложенный среди тарелок.</p>
   <p>Не дожидаясь приглашения, Монео сел напротив и отодвинул в сторону оперативный план.</p>
   <p>– Я принес тебе весть от Бога-Императора, – сказал Монео.</p>
   <p>Нарочитая торжественность тона сказала Айдахо, что это отнюдь не случайная встреча. Присутствовавшие в зале женщины тоже поняли это. За соседними столами наступила напряженная тишина.</p>
   <p>Айдахо положил в тарелку вилку.</p>
   <p>– Я слушаю тебя.</p>
   <p>– Вот доподлинные слова Бога-Императора, – сказал Монео. – Мне очень прискорбно видеть, что мой Дункан Айдахо обольщен чарами Хви Нори. Это недоразумение должно рассеяться.</p>
   <p>От гнева губы Айдахо превратились в тонкую ниточку, но он смолчал.</p>
   <p>– Эта глупость подвергает всех нас величайшей опасности, – продолжал Монео. – Нори предназначена для Бога-Императора.</p>
   <p>Айдахо изо всех сил пытался скрыть злость, но слова выдавали его с головой:</p>
   <p>– Он не может жениться на ней!</p>
   <p>– Почему?</p>
   <p>– Что за игру он затеял, Монео?</p>
   <p>– Я просто гонец и передаю тебе его слова, не более того, – ответил Монео.</p>
   <p>Голос Айдахо стал тихим и угрожающим:</p>
   <p>– Но ты его доверенное лицо.</p>
   <p>– Бог-Император сочувствует тебе, – солгал Монео.</p>
   <p>– Сочувствует? – выкрикнул Айдахо, чем привлек всеобщее внимание Говорящих Рыб. В столовой повисла напряженная тишина.</p>
   <p>– Нори – очень привлекательная женщина, – сказал Монео, – но она не для тебя.</p>
   <p>– Бог-Император сказал, – язвительно произнес Айдахо, – и его слова не подлежат обжалованию.</p>
   <p>– Я вижу, что ты понял смысл его слов, – проговорил Монео.</p>
   <p>Айдахо встал из-за стола.</p>
   <p>– Куда ты собрался? – подозрительно спросил Монео.</p>
   <p>– Я хочу прямо сейчас переговорить с ним.</p>
   <p>– Это самоубийство, – простонал Монео.</p>
   <p>Айдахо одарил мажордома пылающим взглядом и внезапно понял, что от всех столов на него смотрят Говорящие Рыбы. Выражения их лиц в свое время хорошо определил Муад’Диб: <emphasis>Игра в прятки с дьяволом.</emphasis></p>
   <p>– Ты знаешь, что говорили по этому поводу первые герцоги Атрейдесы? – издевательским тоном спросил Айдахо.</p>
   <p>– Это имеет отношение к делу?</p>
   <p>– Они говорили, что вся свобода немедленно улетучивается, когда начинаешь искать самодержавного правителя.</p>
   <p>Оцепенев от страха, Монео подался вперед к Айдахо. Он почти потерял дар речи, голос Монео превратился в свистящий шепот:</p>
   <p>– Не говори подобных вещей.</p>
   <p>– Ты боишься, что одна из этих женщин доложит о них Императору?</p>
   <p>Монео недоуменно покачал головой:</p>
   <p>– Ты еще бесшабашнее, чем все остальные.</p>
   <p>– В самом деле?</p>
   <p>– Прошу тебя! Твое отношение к Императору вредоносно.</p>
   <p>Айдахо услышал, как по залу пронесся ропот.</p>
   <p>– Самое большее, что он может, – это убить нас, – сказал Айдахо.</p>
   <p>Монео ответил громким шепотом:</p>
   <p>– Ты глупец! При малейшей провокации в нем может возобладать Червь!</p>
   <p>– Червь, говоришь? – неестественно громко спросил Айдахо.</p>
   <p>– Ты должен верить в него, – сказал Монео.</p>
   <p>Айдахо оглянулся.</p>
   <p>– Да, думаю, что они все слышали.</p>
   <p>– В нем живут миллиарды и миллиарды людей, все в одном теле.</p>
   <p>– Да, мне говорили об этом, – сказал Айдахо.</p>
   <p>– Он – Бог, а мы смертны, – продолжал уговаривать Айдахо Монео.</p>
   <p>– Как может Бог творить зло? – спросил Айдахо.</p>
   <p>Монео вскочил на ноги и отшвырнул стул.</p>
   <p>– Я умываю руки! – крикнул он и бросился вон из помещения.</p>
   <p>Айдахо еще раз огляделся – все его гвардейцы смотрели на своего командира во все глаза.</p>
   <p>– Монео не хочет судить, но я не стану уклоняться.</p>
   <p>Он удивился, увидев на лицах некоторых женщин кривые ухмылки. Все снова принялись за еду.</p>
   <p>Идя в Цитадель, Айдахо снова и снова проигрывал в уме свой разговор с Монео, находя все новые и новые странности в поведении Монео. Это был не просто страх смерти, нет, в этом ужасе было что-то еще. Что-то намного более глубокое, чем обычное опасение за собственную жизнь.</p>
   <p>– Червь может возобладать в нем.</p>
   <p>Эти слова сорвались у Монео непроизвольно, они выдали его, чего сам мажордом, очевидно, не хотел. Но что могут значить эти слова?</p>
   <p><emphasis>Более бесшабашен, чем другие.</emphasis></p>
   <p>Айдахо стало горько от того, что его сравнивают с ним самим, но ему не известным. Насколько осторожны были другие?</p>
   <p>Он подошел к своим апартаментам, положил ладонь на фотозамок и заколебался. Он почувствовал себя как зверь, которого охотники загнали в его логово. Несомненно, что гвардейцы донесут Императору о его поведении. Как поступит Бог-Император? Айдахо провел рукой по замку, и дверь открылась. Он вошел в прихожую, запер за собой дверь и посмотрел на нее.</p>
   <p><emphasis>Пошлет ли он за ним Говорящих Рыб?</emphasis></p>
   <p>Айдахо оглядел прихожую. Очень удобно спланировано. Вешалки для одежды, полочки для обуви, и запертый шкаф с оружием. Никакое из представленного здесь оружия не представляло реальной опасности для Лето. Не было даже лазерного ружья, хотя и оно неэффективно против Червя.</p>
   <p><emphasis>Он знает, что я буду сопротивляться.</emphasis></p>
   <p>Айдахо вздохнул и сквозь сводчатую дверь заглянул в гостиную. Монео заменил мебель – теперь гостиная была обставлена в суровом фрименском духе – вещи были взяты из хранилищ Музея.</p>
   <p><emphasis>Музейный фримен!</emphasis></p>
   <p>Айдахо в сердцах сплюнул и прошел в комнату. Войдя, он остановился, пораженный, – на подвесном диване на фоне северного окна сидела Хви Нори. Блестящее голубое платье выгодно обрисовывало ее фигуру. Женщина смотрела на Айдахо.</p>
   <p>– Благодарения богам, что ты цел и невредим, – произнесла она.</p>
   <p>Айдахо оглянулся, посмотрел на дверь, фотозамок, потом снова обратил взор на Хви. Никто, за исключением нескольких особо доверенных Говорящих Рыб, не мог открыть этот замок.</p>
   <p>Видя его растерянность, Хви улыбнулась:</p>
   <p>– Эти замки делают на моей родине, на Иксе.</p>
   <p>Ему стало страшно за Хви.</p>
   <p>– Что ты здесь делаешь?</p>
   <p>– Нам надо поговорить.</p>
   <p>– О чем?</p>
   <p>– Дункан… – Она покачала головой. – О нас.</p>
   <p>– Они предупредили тебя.</p>
   <p>– Мне велено отказать тебе.</p>
   <p>– Тебя послал Монео!</p>
   <p>– Меня доставили сюда две Говорящие Рыбы. Они полагают, что ты находишься в страшной опасности.</p>
   <p>– Именно поэтому ты здесь?</p>
   <p>Она встала, грациозность ее движения напомнила Айдахо о Джессике, бабушке Лето, – она точно так же умела управлять своими движениями, превращая любой жест в великолепный танец.</p>
   <p>Осознание этого повергло Айдахо в шок.</p>
   <p>– Ты из Бене Гессерит…</p>
   <p>– Нет. Они были моими учителями, но я не принадлежу ордену.</p>
   <p>Подозрение затуманило его мозг. Какие пружины управляют Империей Лето? Что может знать гхола о таких вещах?</p>
   <p><emphasis>Изменения, которые произошли с момента моей последней жизни…</emphasis></p>
   <p>– Я полагаю, что ты – простая иксианка, – сказал он.</p>
   <p>– Не дразни меня, Дункан.</p>
   <p>– Кто ты?</p>
   <p>– Я нареченная невеста Бога-Императора.</p>
   <p>– И ты будешь служить ему верой и правдой?</p>
   <p>– Да.</p>
   <p>– Тогда нам не о чем разговаривать.</p>
   <p>– Нам есть о чем говорить. О том, что связывает нас с тобой.</p>
   <p>Он нервно откашлялся.</p>
   <p>– О чем же именно?</p>
   <p>– О нашей взаимной тяге друг к другу. – Она подняла руку, видя, что он собирается заговорить. – Я хочу броситься в твои объятия, найти в них любовь и убежище, которые, я знаю, ты способен мне дать. Ты тоже этого хочешь.</p>
   <p>Он оцепенел.</p>
   <p>– Бог-Император запрещает это!</p>
   <p>– Но я уже здесь. – Она сделала два шага вперед, платье облегало ее красивое тело.</p>
   <p>– Хви… – У Айдахо пересохло во рту. – Тебе лучше уйти.</p>
   <p>– Это мудрый, но не самый лучший выход.</p>
   <p>– Если он узнает, что ты была здесь…</p>
   <p>– Я не могу просто так взять и уйти, – сказала она, снова подняв руку и запрещая ему говорить. – Меня воспитывали и учили ради одной определенной цели.</p>
   <p>От этих слов холодок пробежал по спине Айдахо. Он понял, что надо соблюдать осторожность.</p>
   <p>– Для какой же? – спросил он.</p>
   <p>– Для того чтобы вредить Богу-Императору, и он это хорошо знает. Он не изменит своего отношения ко мне.</p>
   <p>– Не изменю его и я.</p>
   <p>Она сделала еще один шаг по направлению к нему. Он ощутил молочное тепло ее груди.</p>
   <p>– Меня очень хорошо сделали, – сказала она. – Я создана специально для того, чтобы ублажать Атрейдесов. Лето же говорит, что Дункан больше Атрейдес, чем многие из тех, кто носит это имя.</p>
   <p>– Лето?</p>
   <p>– Как еще прикажешь мне называть моего будущего мужа?</p>
   <p>Произнося эти слова, Хви подошла еще ближе к Айдахо. Они потянулись друг к другу, словно разноименные полюса магнита. Хви приникла к его мундиру щекой, обвила руками, ощупывая железные мышцы. Айдахо же, прижав подбородок к ее волосам, вдыхал мускусный запах ее тела.</p>
   <p>– Это безумие, – прошептал он.</p>
   <p>– Да.</p>
   <p>Он поднял ее подбородок и поцеловал в губы.</p>
   <p>Она же изо всех сил прижалась к нему.</p>
   <p>Они оба понимали, чем все это кончится. Она не сопротивлялась, когда он поднял ее и понес в спальню.</p>
   <p>Айдахо заговорил только один раз:</p>
   <p>– Ты не девственница.</p>
   <p>– Ты тоже, мой любимый.</p>
   <p>– Любимый, – прошептал он. – Любимый, любимый, любимый…</p>
   <p>– Да… да!</p>
   <p>Когда все закончилось, Хви вытянулась на постели в сладкой истоме, подложив руки под голову. Айдахо сидел на кровати спиной к ней и смотрел в окно.</p>
   <p>– Кто были твои предыдущие любовники? – спросил он.</p>
   <p>Она приподнялась на локте.</p>
   <p>– У меня не было других любовников.</p>
   <p>– Но… – Он обернулся и внимательно посмотрел на нее.</p>
   <p>– Когда мне не было еще и двадцати, нашелся один мальчик, который думал, что не может без меня жить. Потом мне было очень стыдно. – Она улыбнулась. – Какой я была доверчивой! Мне казалось, что я не смогу оправдать надежд людей, которые создали меня. Но они обо всем узнали и были очень довольны. Мне кажется, меня просто проверили.</p>
   <p>Айдахо нахмурился.</p>
   <p>– Со мной то же самое? Ты пришла, потому что нужна мне?</p>
   <p>– Нет, Дункан. – У Хви был очень серьезный вид. – Мы дарили радость друг другу, потому что это была любовь.</p>
   <p>– Любовь, – повторил Айдахо, и в голосе его прозвучала горечь.</p>
   <p>– Мой дядя Малки говорил, что любовь – это плохая сделка, потому что нет никаких гарантий.</p>
   <p>– Твой дядя Малки был мудрым человеком.</p>
   <p>– Он глупец! Любовь не нуждается в гарантиях.</p>
   <p>Саркастическая улыбка тронула губы Айдахо.</p>
   <p>Она ласково улыбнулась ему:</p>
   <p>– Любовь отличается тем, что ты даришь радость и не заботишься о последствиях.</p>
   <p>Он кивнул:</p>
   <p>– Я думаю только о том, что ты можешь оказаться в большой опасности.</p>
   <p>– Что сделано, то сделано.</p>
   <p>– Что мы будем делать?</p>
   <p>– Мы будем радоваться, пока живем.</p>
   <p>– Это звучит, как окончательный приговор.</p>
   <p>– Это и есть приговор.</p>
   <p>– Но мы будем видеться каждый…</p>
   <p>– Так, как сегодня, мы больше не увидимся.</p>
   <p>– Хви! – Он бросился к ней и приник лицом к ее груди.</p>
   <p>Она погладила его по волосам.</p>
   <p>Голос его зазвучал глухо, когда он спросил:</p>
   <p>– Что, если я…</p>
   <p>– Тихо! Если суждено быть ребенку, то будет ребенок.</p>
   <p>Айдахо поднял голову.</p>
   <p>– Но тогда он точно обо всем узнает.</p>
   <p>– Он все узнает в любом случае.</p>
   <p>– Откуда?</p>
   <p>– Я скажу ему.</p>
   <p>Айдахо отпрянул и, выпрямившись, сел. Во взгляде его выразилась смесь недоумения и гнева.</p>
   <p>– Я должна это сделать.</p>
   <p>– Если он набросится на тебя… Хви я слышал много историй. Ты можешь подвергнуться страшной опасности.</p>
   <p>– Нет. У меня есть потребности, и он это знает. Он не причинит вреда никому из нас.</p>
   <p>– Но он…</p>
   <p>– Он не уничтожит меня. Он знает, что если он причинит вред тебе, то тем самым уничтожит меня.</p>
   <p>– Как ты можешь выйти за него замуж?</p>
   <p>– Дорогой Дункан, неужели ты не видишь, что я нужна ему больше, чем даже тебе?</p>
   <p>– Но он же не может… Я хочу сказать, что это невероятно, чтобы ты…</p>
   <p>– Я не смогу получать с Лето ту радость, которую получаю с тобой. Для него это невозможно. Он признался мне в этом.</p>
   <p>– Но почему тогда он не может… Если он действительно тебя любит…</p>
   <p>– У него гораздо более широкие планы и потребности. – Она взяла обеими руками правую руку Айдахо. – Я поняла это сразу, как только стала к нему присматриваться. Его потребности гораздо глубже наших с тобой.</p>
   <p>– Что это за планы и какие потребности?</p>
   <p>– Спроси у него сам.</p>
   <p>– Но ты их знаешь?</p>
   <p>– Да.</p>
   <p>– То есть ты веришь в эти истории о…</p>
   <p>– В нем очень много честности и доброты. Это подтверждает и моя реакция на него. Мои иксианские хозяева вложили в меня некое вещество, которого оказалось слишком много, а оно открывает мне больше, чем они рассчитывали.</p>
   <p>– Так ты веришь ему? – обвиняющим тоном воскликнул Айдахо и попытался вырвать руку.</p>
   <p>– Если ты пойдешь к нему, Дункан, и…</p>
   <p>– Он никогда больше не увидит меня!</p>
   <p>– Увидит.</p>
   <p>Она поднесла ко рту его руку и поцеловала его пальцы.</p>
   <p>– Я заложник, – проговорил Айдахо. – Ты наполнила меня страхом за нас обоих…</p>
   <p>– Я никогда не думала, что служить Богу легко, – сказала она. – Но я не могла даже предположить, что это настолько тяжко.</p>
  </section>
  <section>
   <epigraph>
    <p>Моя память обладает весьма любопытным свойством, которым, как я надеюсь, могут обладать и другие. Меня постоянно изумляло, с каким старанием люди отгораживаются от своей предковой памяти, защищая себя толстой стеной мифов. О, я не жду, конечно, что они станут искать переживаний каждого момента в жизни своих предков, как это происходит со мной. Я могу понять их упорное нежелание вникать в мелкие подробности жизни предшественников. У вас есть веские основания опасаться, что настоящая жизнь станет беднее, если ее заслонит живое воспоминание о прошлом. Однако значение настоящего скрывается в смысле прошлого. Мы несем с собой всех наших предков с их радостями, переживаниями, горестями, муками и свершениями, словно живую волну. В этой памяти нет ничего лишнего и бессмысленного. Каждая мелочь оказывает воздействие на настоящее, и так будет до тех пор, пока будет жить человечество. Вокруг нас сияющая бесконечность, тот Золотой Путь непреходящего, которому мы приносим свою пусть незначительную, но вдохновенную верность.</p>
    <text-author>(Похищенные записки)</text-author>
   </epigraph>
   <p>– Я вызвал тебя, Монео, в связи с тем, что мне сообщили мои гвардейцы, – сказал Лето.</p>
   <p>Они стояли в темноте крипты, и Монео вспомнил, что самые свои болезненные решения Бог-Император принимал именно здесь. Монео тоже слышал эти сообщения. Он ждал вызова с минуту на минуту, и когда после ужина его вызвали к Императору, мажордома охватил липкий страх.</p>
   <p>– Речь идет… о Дункане, господин?</p>
   <p>– Естественно, о Дункане!</p>
   <p>– Мне сказали, господин, что его поведение…</p>
   <p>– Убийственное поведение, Монео?</p>
   <p>Монео склонил голову.</p>
   <p>– Если вы так говорите, господин.</p>
   <p>– Через какое время тлейлаксианцы смогут поставить нам нового Дункана?</p>
   <p>– Они говорят, что у них возникли проблемы. Это может занять около двух лет.</p>
   <p>– Ты знаешь, что мне рассказали мои гвардейцы, Монео?</p>
   <p>Тот затаил дыхание. Если Бог-Император знает о последних… Нет! Даже Говорящие Рыбы устрашились такого противостояния. Если бы речь шла о ком угодно, кроме Дункана, то женщины сами устранили бы этого человека.</p>
   <p>– Ну, Монео, я жду.</p>
   <p>– Мне сказали, господин, что он собрал своих Говорящих Рыб и опросил их относительно их происхождения. В каких мирах они родились. Кто были их родители и как проходило их детство?</p>
   <p>– Ответы его не удовлетворили.</p>
   <p>– Он был очень испуган, господин, и продолжал настаивать.</p>
   <p>– Словно от повторения он мог выяснить настоящую правду.</p>
   <p>Монео от души надеялся, что это единственная проблема, беспокоившая Лето.</p>
   <p>– Почему Дунканы всегда так поступают, господин?</p>
   <p>– Причиной этому служит их обучение, раннее обучение, еще у первых Атрейдесов.</p>
   <p>– Но насколько это отличается от…</p>
   <p>– Атрейдесы сами служили людям, которыми правили. Мера их правления отражалась как в зеркале на состоянии тех, кем они управляли. Дунканы всегда хотели знать, как живет народ.</p>
   <p>– Одну ночь он провел в деревне, господин. Побывал он и в нескольких городках. Он видел…</p>
   <p>– Все зависит от того, как ты толкуешь результат, Монео. Свидетельство ничего не значит без суждения.</p>
   <p>– Но я знаю, что он судит, господин.</p>
   <p>– Мы все так поступаем, Монео, но Дункан склонен верить, что эта вселенная является заложницей моей воли. Они знают, что невозможно ошибаться, если выступаешь от имени правды.</p>
   <p>– Это то, что он говорит вам…</p>
   <p>– Это то, что говорю я. Это то, что говорят все Атрейдесы, которые живут во мне. Эта вселенная не потерпит такого насилия. То, что ты пытаешься сделать, не будет долговечным, если ты…</p>
   <p>– Но, господин, вы ведь не делаете неверных вещей.</p>
   <p>– Бедный Монео, ты просто не видишь, что я создал колесницу несправедливости.</p>
   <p>Монео потерял дар речи. Он понял, что мягкость возобладала сейчас в Боге-Императоре. Но в теле его наступали изменения, слишком хорошо знакомые Монео, к тому же Лето так близко… Монео оглянулся – они находились в самом центре крипты – там, где произошло так много смертей, правда о которых не покинула подземелье.</p>
   <p><emphasis>Неужели пробил мой час?</emphasis></p>
   <p>Лето задумчиво произнес:</p>
   <p>– Нельзя добиться успеха захватом заложников. Это одна из форм рабства. Один человек не может владеть другими людьми. Эта вселенная не допускает таких вещей.</p>
   <p>Слова доходили до сознания Монео словно через завесу кипящего ужаса – тело Лето пришло в едва заметное движение. С Лето происходила трансформация.</p>
   <p><emphasis>Грядет Червь!</emphasis></p>
   <p>Монео снова тревожно оглядел крипту. Это гораздо хуже зала! Слишком далеко до безопасного места.</p>
   <p>– Итак, Монео, что ты можешь мне ответить?</p>
   <p>Мажордом перешел на шепот:</p>
   <p>– Слова господина просветили меня.</p>
   <p>– Просветили? Так до сих пор ты был непросвещенным?</p>
   <p>Монео был в полном отчаянии.</p>
   <p>– Но я служу своему господину!</p>
   <p>– Ты согласен, что служишь Богу?</p>
   <p>– Да, господин.</p>
   <p>– Кто создал твою религию, Монео?</p>
   <p>– Вы, господин.</p>
   <p>– Это разумный ответ.</p>
   <p>– Благодарю вас, господин.</p>
   <p>– Не благодари меня! Скажи, какие религиозные институты сохраняются вечно?</p>
   <p>Монео отступил на четыре шага.</p>
   <p>– Встань где стоял! – приказал Лето.</p>
   <p>Дрожа всем телом, Монео тупо покачал головой. Наконец ему задали вопрос, на который не было ответа. Неспособность ответить – это смерть, и он ждал ее, склонив голову.</p>
   <p>– Тогда я скажу тебе это, бедный раб!</p>
   <p>Монео исполнился последней надежды. Он поднял взор на Бога-Императора и увидел, что глаза не блестят, а руки не подергиваются. Возможно, Червь не пришел.</p>
   <p>– Вечно существуют отношения смертных – отношения «господин – раб». Именно этот институт делает религию вечной, – сказал Лето. – Это отношение создает арену, на которую рвутся гордые сыны человечества, охваченные предрассудками своей ограниченности!</p>
   <p>Монео мог только кивнуть в ответ. Не дрожат ли руки Бога? Не прячется ли лицо в складках кожи?</p>
   <p>– Тайное признание позора – вот на что напрашиваются Дунканы, – продолжал Лето. – У Дунканов очень велика страсть к сопереживанию в отношении товарищей и ограничены способности к товариществу.</p>
   <p>Когда-то Монео изучал внешность древних червей Дюны, гигантские пасти, усаженные острыми, как ножи, зубами и изрыгающие всепоглощающий огонь. На последнем кольце тела Лето было заметно небольшое возвышение. Не станет ли оно со временем пастью, расположенной ниже человеческого лица?</p>
   <p>– В глубине души Дунканы знают, что я сознательно проигнорировал заповеди Магомета или Моисея, – сказал Лето. – А это знаешь даже ты, Монео!</p>
   <p>Это было прямое обвинение. Монео едва не кивнул, но опомнился и отрицательно покачал головой. <emphasis>Может быть, стоит начать отступление</emphasis>, подумал он. По опыту Монео знал, что такие лекции обычно заканчиваются явлением Червя.</p>
   <p>– В чем может заключаться такая заповедь? – издевательски спросил Лето.</p>
   <p>Монео позволил себе слегка пожать плечами.</p>
   <p>Внезапно Лето заговорил раскатистым баритоном вместо нежного тенора. Раскаты его голоса заполнили крипту. Это был древний голос, которым он говорил на протяжении многих столетий:</p>
   <p>– Вы рабы Бога, а не рабы рабов!</p>
   <p>Монео в отчаянии заломил руки.</p>
   <p>– Но я служу тебе, Господи!</p>
   <p>– Монео, Монео, – тихим, увещевающим голосом заговорил Лето. – Миллион грешников не создадут одного праведного. Праведность становится известной потому, что пребывает вечно.</p>
   <p>Монео, весь дрожа, хранил молчание.</p>
   <p>– Я хотел спарить Хви с тобой, Монео, – сказал Лето. – Но теперь слишком поздно.</p>
   <p>Прошло несколько мгновений, пока до Монео дошел смысл слов Лето. Слова казались вырванными из какого-то неведомого контекста, висящими в воздухе. <emphasis>Хви? Кто такая Хви? О, это же невеста Бога-Императора. Иксианка… Спарить ее со мной?</emphasis></p>
   <p>Монео в ужасе тряхнул головой.</p>
   <p>Лето произнес невыразимо печальным голосом:</p>
   <p>– Ты тоже прейдешь, и неужели все твои деяния забудутся словно пыль?</p>
   <p>Без всякого предупреждения Лето соскочил с тележки и, разогнув свое тело, со страшной скоростью махнул хвостом в нескольких сантиметрах от Монео. Тот вскрикнул и отскочил в сторону.</p>
   <p>– Монео!</p>
   <p>Этот оклик остановил мажордома у входа в лифт.</p>
   <p>– Испытание, Монео! Я хочу испытать Сиону завтра!</p>
  </section>
  <section>
   <epigraph>
    <p>Познание того, кто я есть, приходит во вневременной осознанности, которая не стимулирует и не вводит в заблуждение. Я творю поле, лишенное самости или центра, поле, в котором даже смерть воспринимается как некая аналогия. Мне не нужен результат. Я просто допускаю существование этого поля, которое не имеет ни цели, ни желания, ни совершенства, ни даже видимости постижения. Это поле пронизано вездесущим первичным сознанием, и это все. Это свет, который проливается сквозь окна моей вселенной.</p>
    <text-author>(Похищенные записки)</text-author>
   </epigraph>
   <p>Взошло солнце и своими беспощадными лучами осветило дюны. Лето ощущал нежную мягкость песка всем своим исполинским телом. Правда, его человеческий слух, воспринимая жесткий шорох песчинок, давал понять человеческому сознанию Императора, что мягкость эта существует только для Червя. Таков был постоянный сенсорный конфликт, который Лето научился воспринимать как данность.</p>
   <p>Лето слышал, как позади него по песку шагает Сиона, слышал легкость ее походки, тихий звук осыпающегося под ее ногами песка, усиливавшийся по мере того, как девушка взбиралась все выше на дюну.</p>
   <p><emphasis>Чем дольше я буду тянуть время, тем уязвимее стану</emphasis>, подумал он.</p>
   <p>Эта мысль часто посещала его в последнее время, когда он уходил в Пустыню. Он взглянул вверх. Небо было безоблачным и такого глубокого интенсивного синего цвета, какого не знало небо древней Дюны.</p>
   <p>Чем была бы Пустыня, лишившаяся безоблачного неба? Плохо, что нет у неба теперь серебристого оттенка.</p>
   <p>Небо контролировали иксианские спутники, правда, не всегда так, как того хотелось бы Лето. Такое совершенство было вполне мыслимо в машинном исполнении, но его никогда не удавалось достичь – ведь машинами управляют люди. Тем не менее спутники смогли обеспечить терпимое качество неба сегодня утром. Он вдохнул в свои человеческие легкие побольше воздуха, ожидая приближения Сионы. Она остановилась. Не оборачиваясь, он знал, что она восхищается раскинувшимся пейзажем.</p>
   <p>Лето чувствовал образ этого пейзажа, как волшебник, который приложил руку к его физическому созданию. Он ощущал присутствие спутников. Это был изящный инструмент, который исполнял музыку для танца теплых и холодных воздушных масс, управляя вертикальными и горизонтальными воздушными потоками. Было забавно думать, что иксианцы считали, будто он применит эти машины для установления своего гидравлического деспотизма – отнимая влагу у тех, кто станет противиться правителю, и наказывая других ослушников страшными бурями. Как они удивились, поняв, что ошиблись.</p>
   <p><emphasis>Моя власть не столь груба и прямолинейна.</emphasis></p>
   <p>Медленно, аккуратно, он заскользил вниз с дюны, плывя в песке и не оборачиваясь назад на длинную иглу своей башни и без того зная, что сейчас она исчезнет из виду в знойном мареве.</p>
   <p>Сиона шла за ним с несвойственной для себя покорностью. Сомнение сделало свое дело. Она прочла похищенные ею записки. Она прислушалась к напутствиям своего отца. Теперь она просто не знает, что ей думать.</p>
   <p>– Что это за испытание? – спросила она у Монео. – Что он будет делать?</p>
   <p>– Он никогда не повторяется, – ответил Монео.</p>
   <p>– Как он испытывал тебя?</p>
   <p>– У тебя все будет по-другому. Я только собью тебя с толку, если расскажу, как это происходило со мной.</p>
   <p>Лето тайно подслушал, как Монео готовил свою дочь к испытанию, как одевал ее в старинный фрименский защитный костюм и башмаки с присосками, как накинул на нее сверху плотную темную накидку. Монео ничего не забыл.</p>
   <p>Застегнув Сионе ботинки, Монео снизу вверх взглянул на дочь.</p>
   <p>– Придет Червь. Это единственное, что я могу сказать наверняка. Тебе придется научиться жить в присутствии Червя.</p>
   <p>Он встал и рассказал Сионе, как действует защитный костюм, сохраняя ее собственную влагу. Он заставил ее саму вынуть трубку из клапана и снова застегнуть, а потом запечатать трубку.</p>
   <p>– Ты останешься в Пустыне наедине с ним, – сказал Монео. – Шаи-Хулуд всегда близко, когда находишься в Пустыне.</p>
   <p>– Что будет, если я откажусь идти? – спросила она.</p>
   <p>– Ты пойдешь… но можешь и не вернуться.</p>
   <p>Этот разговор состоялся в зале первого этажа Малой Цитадели, пока Лето ждал в верхнем зале. Когда Сиона была готова, он спустился вниз на тележке, с включенной подвеской. Лето направил свою тележку вслед за Монео, за тележкой следовала Сиона. Выйдя наружу, Монео направился к орнитоптеру, раздался свист крыльев, и машина взмыла в воздух. Лето велел Сионе проверить, закрыта ли дверь зала первого этажа, и взглянул вверх, на вершину неимоверно высокой башни.</p>
   <p>– Единственный путь отсюда лежит через Сарьир, – сказал он.</p>
   <p>Он прокладывал путь вперед, не приказывая ей следовать за собой, зная, что ее ведут здравый смысл, любопытство и сомнения.</p>
   <p>Лето скатился по отлогому склону дюны вниз, к скалистому основанию, затем поднялся вверх по следующему склону по пологой спирали, проторив путь для Сионы. Древние фримены называли такие следы «Божьим даром уставшим». Лето продвигался вперед медленно, давая понять Сионе, что здесь его и только его владения, место его естественного обитания.</p>
   <p>Поднявшись по склону на очередную дюну, Лето остановился и, оглянувшись, посмотрел, как Сиона поднимается вслед за ним. Она держалась проторенного пути и остановилась, как только достигла вершины. Она скользнула взглядом по его лицу, потом окинула взором горизонт. Лето слышал, как она судорожно вздохнула. Знойное марево скрыло очертания спиралеобразной башни. Основание ее можно было принять за отрог скалы.</p>
   <p>– Вот как все было тогда, – сказал он.</p>
   <p>Он знал, что в этом пейзаже было что-то мистически притягательное для людей, в чьих жилах текла фрименская кровь. Он специально выбрал для испытания эту дюну – она была выше остальных.</p>
   <p>– Хорошенько всмотрись в пейзаж, – сказал он и, скатившись с дюны, исчез из поля зрения Сионы.</p>
   <p>Она еще раз медленно обвела взглядом Пустыню.</p>
   <p>Лето прекрасно представлял себе, что сейчас чувствует и переживает девушка. Кроме призрачного видения башни, на всей линии горизонта не было ни единого выступа – вокруг расстилалась совершенно плоская равнина. С того места, где стояла Сиона, горизонт замыкался линией диаметром восемь километров – далее кривизна планеты скрывала все, находившееся за линией. Лето заговорил с того места, где находился, – прямо под гребнем дюны.</p>
   <p>– Это настоящий Сарьир. Его можно познать только так, находясь посередине и стоя ногами на земле. Это все, что осталось от <emphasis>бахр бела ма.</emphasis></p>
   <p>– Океан без воды, – прошептала Сиона.</p>
   <p>Она еще раз оглянулась и всмотрелась в горизонт.</p>
   <p>Ветра не было, и Лето понимал, что полная тишина Пустыни безжалостно въедается в человеческую душу. Сиона потеряла все привычные ориентиры и точки опоры. Она была одна среди огромного, всепоглощающего пространства.</p>
   <p>Лето взглянул на следующую дюну. Идя в том направлении, они должны были пройти несколько холмов, которые некогда были горами, но ветер и песок сделали свое дело – от гор остались только кучи песка и щебня. Лето продолжал неподвижно лежать, предоставляя тишине делать свое дело. Какое удовольствие было воображать, что ничто не изменилось, и эти дюны по-прежнему опоясывают всю планету. Но теперь даже эти оставшиеся дюны медленно вырождались. С тех пор как пронеслась последняя буря Кориолиса, Сарьир не видел ничего, кроме небольших вихрей и легкого ветра, которые не влияли на климат, ограничиваясь местным распространением.</p>
   <p>Вот и сейчас один из таких «ветров дьявола» вихрем вздымался на небольшом расстоянии от Сионы. Она проследила за продвижением вихря. Вдруг она отрывисто спросила:</p>
   <p>– У вас есть своя личная религия?</p>
   <p>Несколько мгновений Лето обдумывал ответ. Его всегда поражало, насколько вид Пустыни провоцировал мысли о религии.</p>
   <p>– Ты осмеливаешься спрашивать, есть ли у меня личная религия? – требовательно произнес он.</p>
   <p>Лето знал, что девушке страшно, но она ничем не проявила своего страха, она повернулась и взглянула ему в глаза. Лето напомнил себе, что отвага всегда была отличительной чертой Атрейдесов.</p>
   <p>Она не ответила, тогда Лето продолжил:</p>
   <p>– Ты из Атрейдесов; в этом нет никаких сомнений.</p>
   <p>– Это и есть ваш ответ?</p>
   <p>– Что в действительности ты хочешь знать, Сиона?</p>
   <p>– Во что вы верите?</p>
   <p>– Ха! Ты спрашиваешь меня о моей вере. Ну что ж – я верю в то, что ничто не может возникнуть из ничего без Божественного вмешательства.</p>
   <p>Его ответ озадачил Сиону.</p>
   <p>– Но каким образом…</p>
   <p>– <emphasis>Natura non facit saltus,</emphasis> – сказал он.</p>
   <p>Она отрицательно покачала головой, не поняв того, что он сказал. Лето перевел:</p>
   <p>– Природа не совершает скачков.</p>
   <p>– Что это был за язык? – спросила Сиона.</p>
   <p>– На этом языке давно уже никто не говорит в моей вселенной.</p>
   <p>– Зачем же вы его используете?</p>
   <p>– Для того, чтобы разбудить твою древнюю память.</p>
   <p>– У меня нет никакой древней памяти! Я только хочу знать, зачем вы привели меня сюда.</p>
   <p>– Для того, чтобы дать тебе почувствовать вкус твоего прошлого. Спускайся сюда и забирайся ко мне на спину.</p>
   <p>Она поколебалась, но потом, поняв тщетность сопротивления, спустилась вниз и забралась на спину Лето.</p>
   <p>Он подождал, пока она не встала на колени. <emphasis>В старые времена было не так</emphasis>, подумал он. У нее не было крюка погонщика, и она не могла стоять у него на спине. Он слегка приподнял над землей свой передний сегмент.</p>
   <p>– Зачем я это делаю? – спросила она. По ее тону он понял, что она чувствует себя глупо у него на спине.</p>
   <p>– Я хочу, чтобы ты почувствовала, как наш народ путешествовал по этой земле на спинах гигантских песчаных червей.</p>
   <p>Он заскользил по дюне под ее гребнем. Сиона увидела отверстия. Из книг она знала, что это такое, но пульс реальности оказался совсем другим, и ей предстояло двигаться в такт с ним.</p>
   <p><emphasis>Ах, Сиона,</emphasis> подумал Лето, <emphasis>ты даже не можешь себе представить, какому испытанию я собираюсь тебя подвергнуть.</emphasis></p>
   <p>Ему самому следовало набраться твердости. <emphasis>Я не должен испытывать жалости. Если она умрет, то она умрет. Если кто-то из них умирает, то это всего-навсего случай и не более того.</emphasis></p>
   <p>Он даже напомнил себе, что то же самое относится и к Хви Нори. Просто дело в том, что все они не могут умереть сразу.</p>
   <p>Лето почувствовал тот момент, когда Сиона начала получать наслаждение от езды верхом на Черве. Она переместила свой вес, откинувшись назад и подняв вверх голову.</p>
   <p>Он направился за дюну, вдоль барханов, отдавшись, как и Сиона, древнему чувству. А на горизонте, впереди, Лето скорее ощущал чем видел остатки бывших там некогда холмов. Эти остатки были подобны семенам прошлого, ждавшим своего часа, чтобы взойти и напомнить о силах, которые поддерживали когда-то Пустыню в ее первозданном состоянии. Можно было даже на мгновение забыть о том, что Сарьир остался единственным призрачным напоминанием о великой древней Пустыне.</p>
   <p>Но иллюзия прошлого тем не менее оставалась. Он ощущал ее в своем стремительном движении. Фантазии, говорил он себе, все это зыбкие фантазии, думал он, принуждая себя сохранять спокойствие. Даже бархан, который он сейчас пересекал, был намного меньше, чем древние барханы, да и дюны стали меньше.</p>
   <p>Внезапно вся эта искусственно поддерживаемая Пустыня показалась ему смешной. Он почти остановился на усыпанной мелким гравием поверхности между дюн, но потом заставил себя двигаться дальше, пытаясь восстановить в душе необходимость заставлять систему работать. Он представил себе вращение планеты, которое приводило в движение потоки горячего и холодного воздуха, которые огромными массами перемещались из конца в конец земли – контролируемые и управляемые маленькими спутниками с хитроумными иксианскими приборами и концентрирующими тепло дисками. Если следящие аппараты и видели здесь что-то, то только «пустынный рельеф», окруженный фронтами горячего и холодного воздуха. Присутствие Пустыни требовало создания льда на полюсах и еще кое-каких климатических поправок.</p>
   <p>Сделать это было нелегко, и Лето прощал специалистам происходившие время от времени неизбежные сбои и ошибки.</p>
   <p>Пройдя дюны, Лето на некоторое время потерял душевное равновесие, которое восстановилось после того, как он вырвался на галечный простор срединной Пустыни и отдался ощущению «окаменевшего океана» с застывшими волнами. Он повернул к югу вдоль линии холмов.</p>
   <p>Лето знал, что чувства многих людей бывали оскорблены его ощущением судьбоносности Пустыни. Люди чувствовали себя здесь неловко и старались повернуть назад. Однако Сиона не могла повернуть назад. Всюду, куда она бросала взгляд, была Пустыня, и эта Пустыня требовала узнавания и признания. Она ехала на его спине молча, но он знал, что она смотрит на Пустыню во все глаза. В ее душе начинали шевелиться старые-старые воспоминания.</p>
   <p>Он двигался по Пустыне уже около трех часов, добравшись до китообразных дюн, достигавших в длину ста пятидесяти километров и изогнутых в направлении господствующих ветров. За этими дюнами пролегал каменный скалистый коридор, ведший в область звездных дюн высотой около четырехсот метров. Наконец они достигли заплетенных дюн – высокие электрические заряды в атмосфере и высокое давление подняли его настроение. Лето понимал, что такие же чувства скорее всего испытывает и Сиона.</p>
   <p>– В этих местах родились песни Золотого Пути, – сказал он. – Они превосходно сохранились в Устном Предании.</p>
   <p>Сиона не ответила, но Лето знал, что она хорошо его слышит.</p>
   <p>Лето замедлил темп и принялся рассказывать Сионе о фрименских древностях. Она слушала его с нарастающим интересом. Время от времени она даже задавала ему вопросы, но он чувствовал, что вместе с интересом растет и ее страх. С этого места не было видно даже основания башни Малой Цитадели. Не было видно ничего рукотворного. Она, скорее всего, подумала, что он старается развлечь ее, чтобы потом обрушить что-то зловещее.</p>
   <p>– Именно здесь зародилось равенство наших мужчин и женщин, – сказал он.</p>
   <p>– Ваши Говорящие Рыбы отрицают такое равенство, – отпарировала Сиона.</p>
   <p>Ее голос, полный недоверия, был гораздо лучшим локатором ее положения на его спине, чем сама ее скрюченная фигурка. Лето остановился между двумя заплетенными дюнами и дал стихнуть вихрю кислорода, вырывавшемуся из хвоста.</p>
   <p>– В наше время все стало не так, как прежде, – сказал он. – Но у мужчины и женщины эволюционно выработались разные задачи. Однако у фрименов была жесткая взаимозависимость. Это равенство было залогом выживаемости.</p>
   <p>– Зачем вы привезли меня сюда? – зло спросила Сиона.</p>
   <p>– Оглянись, – ответил он.</p>
   <p>Лето почувствовал, как Сиона повернула голову назад. Помолчав, она заговорила:</p>
   <p>– Что я должна увидеть?</p>
   <p>– Мы оставили какие-нибудь следы? Ты можешь сказать, откуда мы пришли?</p>
   <p>– Поднялся небольшой ветер.</p>
   <p>– Ты хочешь сказать, что он скрыл следы?</p>
   <p>– Кажется, что… да.</p>
   <p>– Эта Пустыня делает из нас то, чем мы были и чем мы остаемся, – сказал он. – Это настоящий музей наших традиций, и ни одна из них в действительности не утеряна.</p>
   <p>Лето заметил небольшую песчаную бурю, прошедшую на южном горизонте. Сиона тоже, без сомнения, ее разглядела. Впереди бури поднимались полосы песка и пыли.</p>
   <p>– Почему вы не хотите сказать, зачем я здесь? – снова спросила Сиона. В голосе ее явственно звучал страх.</p>
   <p>– Но я уже сказал тебе.</p>
   <p>– Вы ничего мне не сказали.</p>
   <p>– Как далеко от башни мы отошли?</p>
   <p>Она задумалась.</p>
   <p>– Тридцать километров? Двадцать?</p>
   <p>– Дальше, – сказал он. – Я могу двигаться очень быстро по своей земле. Разве ты не чувствовала ветер на своем лице?</p>
   <p>– Чувствовала, – ответила Сиона. – Но зачем вы спросили, как далеко мы отошли от башни?</p>
   <p>– Сойди с меня и стань так, чтобы я видел тебя.</p>
   <p>– Зачем?</p>
   <p><emphasis>Хорошо,</emphasis> подумал он. <emphasis>Она думает, что я брошу ее здесь и умчусь с такой скоростью, что она не сможет меня догнать.</emphasis></p>
   <p>– Сойди, и я все тебе объясню, – сказал он.</p>
   <p>Она соскользнула с его спины, обошла и приблизилась к его лицу.</p>
   <p>– Время движется быстро, когда чувства полны, – сказал он. – Мы двигались больше четырех часов и прошли шестьдесят километров.</p>
   <p>– Почему это так важно?</p>
   <p>– Монео положил в карман накидки сухой паек, – сказал он. – Поешь немного, и я все тебе расскажу.</p>
   <p>Сиона нашла в кармане кубик сухого протомора и, глядя на Лето, начала жевать его. Кубик был аутентичен старинному фрименскому. В него было даже добавлено немного меланжи.</p>
   <p>– Ты почувствовала свое прошлое, – сказал он. – Теперь ты должна приобрести чувствительность к будущему, к Золотому Пути.</p>
   <p>Она проглотила кусок.</p>
   <p>– Я не верю в ваш Золотой Путь.</p>
   <p>– Если тебе суждено выжить, ты в него поверишь.</p>
   <p>– В этом и заключается ваше испытание? Верь в путь Великого Бога Лето или умри?</p>
   <p>– Тебе не надо верить в меня во что бы то ни стало. Тебе надо поверить в себя.</p>
   <p>– Но тогда зачем мне знать, насколько далеко мы ушли?</p>
   <p>– Чтобы понимать, сколько тебе придется идти.</p>
   <p>Она коснулась рукой щеки.</p>
   <p>– Я не…</p>
   <p>– Ты сейчас стоишь непосредственно в центре бесконечности. Оглянись и пойми, что такое бесконечность, в чем ее сокровенный смысл.</p>
   <p>Она посмотрела вправо и влево. Вокруг была Пустыня в своей нетронутой величавости.</p>
   <p>– Мы пойдем из нашей Пустыни вместе, – сказал он. – Ты и я.</p>
   <p>– Вы не пойдете, – зло огрызнулась она.</p>
   <p>– Это фигуральное выражение. Но ты пойдешь. В этом я тебя уверяю.</p>
   <p>Она посмотрела в направлении, откуда они пришли.</p>
   <p>– Вот почему вы спрашивали о следах.</p>
   <p>– Если бы даже они сохранились, ты не смогла бы дойти обратно. В Малой Цитадели нет ничего, что помогло бы тебе выжить.</p>
   <p>– Даже воды?</p>
   <p>– Ничего.</p>
   <p>Она отстегнула трубку, отсосала оттуда немного воды и пристегнула трубку на место. Он заметил, с какой тщательностью она запечатала конец трубки, хотя не застегнула клапан рта, но Лето слышал, что отец предупреждал ее об этом. Сиона хотела оставить рот свободным для разговора.</p>
   <p>– Вы говорите, что я не смогу бежать от вас, – сказала она.</p>
   <p>– Беги, если хочешь.</p>
   <p>Она обошла Лето кругом, осматривая пустынную окрестность.</p>
   <p>– Есть поговорка об открытой Пустыне, – сказал он. – «Одно направление ничуть не лучше другого». В какой-то степени это верно и сейчас, но для меня это не имеет значения.</p>
   <p>– Значит, я не вполне свободна покинуть вас, если захочу?</p>
   <p>– Свобода – это довольно одинокое состояние, – заметил Лето.</p>
   <p>Она указала на крутой склон дюны, на которой они остановились.</p>
   <p>– Но я могу спуститься и…</p>
   <p>– Будь я на твоем месте, Сиона, я не стал бы спускаться здесь.</p>
   <p>Она посмотрела на него горящим взглядом.</p>
   <p>– Почему?</p>
   <p>– Если ты не пройдешь по естественным ложбинкам, то песок обрушится и погребет тебя.</p>
   <p>Раздумывая над его словами, она задумчиво посмотрела вниз.</p>
   <p>– Видишь, какими красивыми могут быть слова? – спросил он.</p>
   <p>Она посмотрела ему в лицо.</p>
   <p>– Нам надо идти?</p>
   <p>– С сего дня ты научишься ценить отдых. И вежливость. Нам некуда спешить.</p>
   <p>– Но у нас нет воды, кроме…</p>
   <p>– Если ею мудро пользоваться, то защитный костюм сохранит тебе жизнь.</p>
   <p>– Но сколько времени нам понадобится, чтобы дойти…</p>
   <p>– Твое нетерпение начинает меня тревожить.</p>
   <p>– Но у нас есть только этот сухой паек в кармане. Что мы будем есть, когда…</p>
   <p>– Сиона, ты не замечаешь, что характеризуешь свое положение как обоюдное? Что мы будем есть? У нас нет воды. Как мы пойдем? Как долго нам придется идти?</p>
   <p>Он почти физически ощутил, как у нее пересохло во рту, когда она попыталась сглотнуть исчезнувшую слюну.</p>
   <p>– Значит ли это, что мы взаимозависимы? – спросил он.</p>
   <p>Она неохотно заговорила:</p>
   <p>– Я не знаю, как тут можно выжить.</p>
   <p>– А я знаю?</p>
   <p>В ответ она кивнула.</p>
   <p>– Но почему я должен делить с тобой это драгоценное знание?</p>
   <p>Она пожала плечами, и этот жалкий жест тронул его до глубины души. Как быстро Пустыня меняет прежние отношения.</p>
   <p>– Я разделю с тобой свои знания, – сказал он. – Но и ты должна найти что-то стоящее, что сможешь разделить со мной.</p>
   <p>Она смерила взглядом его тело, задержавшись на тех местах, где прежде были его ноги, и, переведя взор на лицо Лето, сказала:</p>
   <p>– Согласие, купленное ценой угрозы, не есть согласие.</p>
   <p>– Я не предлагаю тебе насилие.</p>
   <p>– Существует много видов насилия, – сказала она.</p>
   <p>– А я доставил тебя сюда, где ты можешь умереть.</p>
   <p>– Разве у меня был выбор?</p>
   <p>– Это тяжелый жребий – родиться Атрейдесом, – ответил он. – Поверь мне, я знаю.</p>
   <p>– Нельзя делать это таким способом, – возразила она.</p>
   <p>– Вот в этом ты ошибаешься.</p>
   <p>Он отвернулся и по синусоиде спустился с дюны. Через мгновение Лето услышал, как Сиона, скользя и спотыкаясь, последовала за ним. Он остановился в тени дюны.</p>
   <p>– Мы переждем здесь до конца дня, – сказал он. – Надо идти ночью, чтобы сэкономить воду.</p>
  </section>
  <section>
   <epigraph>
    <p>Одним из самых ужасных слов в любом языке является слово «<emphasis>солдат</emphasis>». Вот парад синонимов, прошедший сквозь всю нашу историю: иогахни, патрульный, гусар, караиб, казак, деранзиф, легионер, сардаукар, Говорящая Рыба. Я знаю все синонимы. Вот они стоят, выстроившись в шеренгу в глубинах моей памяти, говоря: «Всегда будь уверен, что за тобой сильная армия».</p>
    <text-author>(Похищенные записки)</text-author>
   </epigraph>
   <p>Айдахо наконец встретил Монео в длинном подземном коридоре, соединяющем восточный и западный крылья Цитадели. В течение двух часов после рассвета Айдахо обошел всю Цитадель в поисках мажордома и наткнулся на него в подземелье. Монео разговаривал с кем-то, скрытым за дверью, но мажордома можно было узнать издали по осанке и по заметной белой форме.</p>
   <p>Пластоновые стены имели здесь, на глубине около пятидесяти метров, янтарный оттенок и освещались длинными светящимися полосками, которые включались в дневные часы. Вдоль коридора дул прохладный ветерок, который создавали лопасти нескольких башен, стоявших по периметру Цитадели и похожих на одетые в накидки фигуры. Сейчас солнце уже нагрело песок, и лопасти развернулись фронтом к северу, чтобы гнать в подземелье прохладный воздух. Айдахо вдыхал кремнистый запах, занесенный сюда из пустыни Сарьира.</p>
   <p>Айдахо понимал, что должен символизировать этот подземный коридор. Он действительно напоминал древний сиетч. Коридор был широким, в нем вполне могла поместиться тележка Лето. Сводчатый потолок выглядел каменным. Но сдвоенные светящиеся полосы создавали некоторый диссонанс. Айдахо никогда не видел полос в Цитадели. В его дни они считались непрактичными: они требовали слишком много энергии и дорогостоящего текущего ремонта. Шаровые светильники были практичнее, дешевле, их было легко заменять. Он, однако, понял, что Лето считал непрактичными немногие вещи.</p>
   <p><emphasis>Кто-то обеспечивает то, что хочет иметь Лето.</emphasis></p>
   <p>Эта мысль приобрела зловещий оттенок, когда Айдахо приблизился к Монео.</p>
   <p>Маленькие помещения были расположены в подземелье, как в древнем сиетче. Дверей не было, вход закрывался легкими занавесками, развевавшимися на ветру. Айдахо знал, что здесь живут молодые Говорящие Рыбы. Вот залы сбора, склады оружия, кухня, столовая, магазины. Видел он и многое другое, что не могли скрыть тонкие занавески. Эти зрелища вызывали его ярость.</p>
   <p>При приближении Айдахо Монео оглянулся. Женщина, с которой разговаривал Монео, опустила занавеску, но Айдахо успел мельком на нее взглянуть. Это была женщина в солидном возрасте, одна из командиров, но Айдахо не смог вспомнить ее имени.</p>
   <p>Монео кивнул, когда Айдахо оказался на расстоянии двух шагов от него.</p>
   <p>– Гвардейцы сказали, что ты разыскиваешь меня, – сказал Монео.</p>
   <p>– Где он, Монео?</p>
   <p>– Где кто?</p>
   <p>Монео оглядел фигуру Айдахо с ног до головы. На Дункане была надета старинная форма Атрейдесов – черно-красный ястреб на груди, высокие, начищенные до блеска высокие сапоги. В облике этого человека было что-то торжественно-ритуальное.</p>
   <p>Айдахо порывисто вздохнул и процедил сквозь стиснутые зубы:</p>
   <p>– Не стоит играть со мной в эти игры!</p>
   <p>Монео отвел взгляд от ножа, висевшего в ножнах на поясе Айдахо. С инкрустированной драгоценными камнями рукояткой это оружие выглядело музейным экспонатом. Где только Дункан нашел его?</p>
   <p>– Если ты имеешь в виду Бога-Императора… – начал Монео.</p>
   <p>– Где?</p>
   <p>Монео не сменил интонацию:</p>
   <p>– Почему ты так хочешь умереть?</p>
   <p>– Мне сказали, что ты был с ним.</p>
   <p>– Это было раньше.</p>
   <p>– Я найду его, Монео!</p>
   <p>– Не сейчас.</p>
   <p>Айдахо схватился за нож.</p>
   <p>– Мне надо применить силу, чтобы заставить тебя говорить?</p>
   <p>– Вот этого я тебе не советую.</p>
   <p>– Где… он?</p>
   <p>– Ну, если ты так настаиваешь, то могу сказать, что он в Пустыне с Сионой.</p>
   <p>– С твоей дочерью?</p>
   <p>– Ты знаешь другую Сиону?</p>
   <p>– Что они там делают?</p>
   <p>– Она проходит свое испытание.</p>
   <p>– Когда они вернутся?</p>
   <p>Монео пожал плечами:</p>
   <p>– К чему этот излишний гнев, Дункан?</p>
   <p>– В чем заключается это испытание твоей…</p>
   <p>– Я не знаю. Но почему ты так расстроен?</p>
   <p>– Меня тошнит от этого места? Говорящие Рыбы! – Он с отвращением отвернулся и сплюнул.</p>
   <p>Монео посмотрел вдоль коридора, вспомнив, как приближался к нему Айдахо. Зная Дунканов, можно было легко понять причину его ярости.</p>
   <p>– Дункан, – сказал Монео, – это совершенно нормально для молодых женщин, как, впрочем, и для молодых мужчин, испытывать чувство полового влечения к представителям своего пола. Большинство из них перерастет эти влечения.</p>
   <p>– Их надо искоренить!</p>
   <p>– Это часть нашего наследия.</p>
   <p>– Искоренить! И это никакое…</p>
   <p>– О, успокойся. Если ты попытаешься искоренить это силой, то порок расцветет еще более пышным цветом.</p>
   <p>Айдахо в ярости уставился на Монео.</p>
   <p>– И после этого ты говоришь, что не знаешь, что происходит в Пустыне с твоей собственной дочерью?!</p>
   <p>– Сиона проходит испытание, я же сказал тебе.</p>
   <p>– Но что означает это испытание?</p>
   <p>Монео прикрыл глаза руками и вздохнул. Он опустил руки и подумал, что заставляет себя связываться с этим глупым, опасным и древним человеком.</p>
   <p>– Это означает, что она может умереть.</p>
   <p>Айдахо отпрянул, гнев его немного остыл.</p>
   <p>– Как ты мог допустить?</p>
   <p>– Допустить? Ты думаешь, что у меня был выбор?</p>
   <p>– Каждый человек может сделать выбор!</p>
   <p>Горькая усмешка коснулась губ Монео.</p>
   <p>– Как так получилось, что ты оказался глупее всех других Дунканов?</p>
   <p>– Других Дунканов! – повторил Айдахо. – Как умирали эти другие, Монео?</p>
   <p>– Так, как мы все умираем. Они выпадали из связки времен.</p>
   <p>– Ты лжешь. – Айдахо цедил слова сквозь стиснутые зубы, костяшки пальцев руки, сжимавшей рукоять ножа, побелели.</p>
   <p>Монео продолжал говорить мягко и вкрадчиво:</p>
   <p>– Берегись. У меня тоже есть границы терпения, особенно сейчас.</p>
   <p>– Это гнилое место! – крикнул Айдахо. Он обернулся и окинул взглядом коридор. – Там происходят вещи, которые я не могу принять!</p>
   <p>Монео невидящим взглядом посмотрел в ту же сторону.</p>
   <p>– Ты должен повзрослеть, Дункан. Должен.</p>
   <p>Рука Айдахо застыла на рукоятке ножа.</p>
   <p>– Что ты хочешь этим сказать?</p>
   <p>– Сейчас очень неустойчивое время. Всего, что может вызвать его волнение, надо всячески избегать… этого просто нельзя допустить.</p>
   <p>Айдахо с трудом удерживался от того, чтобы не ударить мажордома. Его удерживало нечто загадочное в поведении Монео. Однако были сказаны слова, которые нельзя было пропускать мимо ушей.</p>
   <p>– Я не незрелый ребенок, как ты, может быть…</p>
   <p>– Дункан! – Монео впервые повысил голос почти до крика. От неожиданности Айдахо выпустил из руки нож, а Монео продолжал: – Если твоя плоть стремится к зрелости, но что-то удерживает ее, то на этой почве развиваются отклонения в поведении. Иди.</p>
   <p>– Ты… обвиняешь… меня… в?..</p>
   <p>– Нет! – Монео указал рукой вдоль коридора. – О, я знаю, что ты там видел, но это…</p>
   <p>– Две женщины, слившиеся в страстном поцелуе! Ты думаешь, что это не…</p>
   <p>– Это действительно не важно. Юность пробует свою силу множеством способов.</p>
   <p>Айдахо, едва сдерживая себя, качнулся вперед на носках.</p>
   <p>– Очень рад узнать это о тебе, Монео!</p>
   <p>– Да, это очень хорошо, но я тоже узнавал кое-что и о тебе, причем несколько раз.</p>
   <p>Монео с наслаждением следил, какое действие оказали на Айдахо его слова. Дункан был потрясен. Гхола никогда не могут избавиться от чар того, что делали до них другие гхола.</p>
   <p>Айдахо заговорил хриплым шепотом:</p>
   <p>– И что же ты узнал?</p>
   <p>– Ты научил меня одной очень ценной вещи, – сказал Монео. – Все мы стремимся реализоваться, но если что-то тормозит нас, то мы ищем выхода в боли – мы или ищем ее для себя, или причиняем ее другим. Особенно уязвимы в этом отношении подростки.</p>
   <p>Айдахо вплотную приблизился к Монео.</p>
   <p>– Я говорю о сексе!</p>
   <p>– Конечно.</p>
   <p>– Ты обвиняешь меня в том, что я подросток…</p>
   <p>– Да, это так.</p>
   <p>– Я перережу тебе…</p>
   <p>– Заткнись!</p>
   <p>В голосе Монео не было нюансов Голоса Бене Гессерит, но в нем была привычка повелевать, и Айдахо подчинился.</p>
   <p>– Прости, – сказал Монео. – Но я очень расстроен из-за того, что моя единственная дочь… – Он осекся и пожал плечами.</p>
   <p>Айдахо дважды глубоко вздохнул.</p>
   <p>– Вы все здесь сошли с ума! Ты говоришь, что твоя дочь может умереть и, однако…</p>
   <p>– Ты глупец! – рявкнул Монео. – Ты что, не понимаешь, что мне нет никакого дела до твоих мелких забот! Твои глупые вопросы и твои эгоистичные… – Он печально тряхнул головой.</p>
   <p>– Я прощаю тебя, потому что у тебя личные проблемы, – сказал Айдахо, – но если ты…</p>
   <p>– Прощаешь! Ты меня прощаешь? – Монео задрожал от ярости. Это было уже слишком!</p>
   <p>Но Айдахо упорствовал:</p>
   <p>– Я могу простить тебя за…</p>
   <p>– Ты! Болтаешь о сексе, прощении и боли и… ты думаешь, ты и Хви Нори…</p>
   <p>– Не смей о ней говорить!</p>
   <p>– О да. Она не имеет к этому никакого отношения! Ты занимаешься с ней сексом и не думаешь с ней расставаться. Скажи мне, глупец, как ты можешь что-то дать перед лицом этого?</p>
   <p>Ошарашенный Айдахо глубоко вдохнул. Он не предполагал, что вечно мягкий и спокойный Монео способен на такой страстный монолог. Но это нападение, эта атака, это не могло быть…</p>
   <p>– Ты думаешь, что я жесток? – спросил Монео. – Я просто заставляю тебя думать о тех вещах, которых ты попросту избегаешь. Ха! Более жестокие вещи делались в отношении Господа Лето только из одной жестокости.</p>
   <p>– Ты защищаешь его? Ты…</p>
   <p>– Я лучше его знаю!</p>
   <p>– Он использует тебя!</p>
   <p>– Для какой цели?</p>
   <p>– Об этом мне скажешь ты!</p>
   <p>– Он наша единственная надежда остаться в веках…</p>
   <p>– Извращенец не может остаться в веках!</p>
   <p>Монео снова заговорил спокойно, но его слова потрясли Айдахо.</p>
   <p>– Я скажу тебе это только один раз. Гомосексуалисты были среди самых лучших воинов в нашей истории, это были берсерки, неистовые в бою. Они были среди лучших священников и жриц. Требование безбрачия не случайно в истории религии. Не случайно и то, что из недозревших подростков получаются лучшие солдаты.</p>
   <p>– Это извращение!</p>
   <p>– Совершенно верно! Военные начальники на протяжении многих столетий знали, что извращенное влечение превращается в боль.</p>
   <p>– Именно этим и занимается Великий Бог Лето?</p>
   <p>Монео так же мягко ответил:</p>
   <p>– Насилие предполагает, что ты навлекаешь боль и страдаешь от нее. Насколько лучше управлять войском, которое движимо этим древнейшим инстинктом.</p>
   <p>– Он и из тебя сделал чудовище!</p>
   <p>– Ты предположил, что он использует меня, – сказал Монео. – Я допускаю это, потому что знаю, что цена, которую он платит, намного больше, чем та, что он требует с меня.</p>
   <p>– Даже твою дочь?</p>
   <p>– Он ничего не получит за это. Почему должен получить я? О, я думаю, ты понимаешь, что значит быть Атрейдесом. Дунканы всегда были хороши в этом.</p>
   <p>– Дунканы! Будь ты проклят, я не буду…</p>
   <p>– У тебя просто не хватает духу платить цену, которую он просит, – сказал Монео.</p>
   <p>Молниеносным движением Айдахо выхватил из ножен кинжал и бросился на Монео. Как ни быстро он двигался, Монео оказался быстрее – он отступил в сторону и, выполнив подсечку, толкнул Дункана, который лицом вниз полетел на пол.</p>
   <p>Он лежал на полу, медленно осознавая, что только что напал на Атрейдеса. Монео был Атрейдесом. Потрясение сделало Айдахо неподвижным.</p>
   <p>Монео стоял и молча смотрел сверху вниз на лежащего Айдахо. В лице мажордома была невыразимая печаль.</p>
   <p>– Если ты хочешь убить меня, Дункан, то лучше бей меня тайком в спину. Тогда, может быть, ты достигнешь успеха.</p>
   <p>Айдахо поднялся на одно колено и застыл в этом положении, все еще сжимая нож. Монео двигался так легко, так грациозно… так… небрежно! Айдахо откашлялся.</p>
   <p>– Как ты сумел…</p>
   <p>– Он очень долго тренировал нас, Дункан, укрепляя в нас силу и ловкость. Он сделал нас быстрыми, умными, способными к самоограничению, понятливыми. Ты… ты просто устаревшая модель.</p>
  </section>
  <section>
   <epigraph>
    <p>Знаете ли вы, что чаще всего утверждают повстанцы? Они говорят, что их мятеж неуязвим для экономической войны, поскольку они не имеют собственной экономики, а паразитируют на тех, кого собираются ниспровергнуть. Эти глупцы просто не в состоянии понять, какой монетой им неизбежно приходится платить. Такая картина повторяется из века в век с дегенеративной неумолимостью. Вы можете наблюдать ее в рабовладельческих обществах, в преуспевающих странах с кастовой организацией государства, в странах с социальной бюрократией – короче, в любой системе, где имеется зависимость. Слишком долгий паразитизм приводит к необходимости формирования образа врага.</p>
    <text-author>(Похищенные записки)</text-author>
   </epigraph>
   <p>Лето и Сиона весь день пролежали в тени дюны, передвигаясь лишь вслед за солнцем. Он учил ее, как защититься от зноя, зарывшись в песок; в тени дюн никогда не бывает по-настоящему жарко.</p>
   <p>Во второй половине дня Сиона прижалась к Лето в поисках тепла – девушка начала мерзнуть, а Лето буквально источал тепло.</p>
   <p>Временами они разговаривали. Лето рассказывал Сионе о благодатных фрименских обычаях, которые некогда царили в этой Пустыне. Она же пыталась приобщиться к его тайным знаниям.</p>
   <p>Раз он сказал ей:</p>
   <p>– Это может показаться тебе весьма странным, но именно здесь, в Пустыне, я в наибольшей степени чувствую себя человеком.</p>
   <p>Его слова не произвели на девушку должного эффекта, она так и не поняла своей человеческой уязвимости, не осознала, что может умереть в этой Пустыне. Даже когда они молчали, Сиона не закрывала лицевой клапан, оставляя открытым рот.</p>
   <p>Лето понимал подсознательную мотивацию такого упрямства, но не стал ничего говорить, сознавая бесполезность такого директивного поведения.</p>
   <p>Поздним вечером, когда в долину вполз ночной холод, Лето начал развлекать Сиону песнями Золотого Пути, которые не сохранило Устное Предание. Ему доставило удовольствие, что девушке понравился «Марш Лиета».</p>
   <p>Это действительно очень древняя песня – она родилась в ту эпоху, когда люди еще не летали с планеты на планету, а жили на старой доброй Земле.</p>
   <p>– Вы не споете ее еще раз?</p>
   <p>Для исполнения Лето выбрал лучший баритон давно умершего артиста, выступления которого некогда проходили в неизменно переполненных залах.</p>
   <poem>
    <stanza>
     <v>Далекого прошедшего стена</v>
     <v>Спасет от диких вод меня,</v>
     <v>Которые неслись потоком!</v>
     <v>Источников стремительных игра</v>
     <v>Пещеры роет в глине дна</v>
     <v>Под вод крутящим током.</v>
    </stanza>
   </poem>
   <p>Когда Лето закончил петь, Сиона некоторое время молчала, потом удивилась:</p>
   <p>– Это очень странная для марша песня.</p>
   <p>– Она нравилась им, потому что ее можно было понять, так сказать, расчленить.</p>
   <p>– Расчленить?</p>
   <p>– Еще до того как наши фрименские предки явились на эту планету, ночь была временем для рассказов историй, пения и чтения стихов. Во дни Дюны, однако, все это делалось уже в искусственном мраке, в темноте пещер сиетчей. Ночью же люди могли выйти из пещер и передвигаться… вот как мы с тобой.</p>
   <p>– Но вы сказали «расчленить».</p>
   <p>– Что означает эта песня?</p>
   <p>– О, ну… это просто песня.</p>
   <p>– Сиона!</p>
   <p>Она услышала в его голосе гневные нотки и промолчала.</p>
   <p>– Эта планета – дитя Червя, – предупредил он ее, – а Червь – это я.</p>
   <p>Она ответила с поразительной беззаботностью:</p>
   <p>– Объясните мне, что значит эта песня.</p>
   <p>– Насекомое имеет не больше свободы в своем муравейнике, чем мы в своем прошлом. Пещеры были вырыты здесь, а послания писались вихрями песка.</p>
   <p>– Я предпочитаю танцевальные песенки, – сказала Сиона.</p>
   <p>Это был очень дерзкий ответ, но Лето воспользовался им для перемены темы разговора. Он рассказал ей о свадебных танцах фрименов, которые возникли под влиянием дьявольской пляски песка в бурю. Лето был горд своим умением рассказывать истории. По ее жадному вниманию было видно, что Сиона явственно представляет себе, как танцуют фрименские женщины, откинув назад длинные черные волосы, обрамляющие их давно мертвые лица.</p>
   <p>Лето замолчал, когда над Пустыней сгустились ночные сумерки.</p>
   <p>– Пойдем, – сказал он. – Утро и вечер – время силуэтов. Мы посмотрим, кто еще разделит с нами нашу Пустыню.</p>
   <p>Вслед за Лето Сиона поднялась на гребень дюны и вгляделась в темнеющий пейзаж. Высоко над их головами парила какая-то птица, внимание которой они привлекли. По форме распластанных крыльев и по их расщепленным концам Лето понял, что это гриф. Он показал его Сионе.</p>
   <p>– Чем он питается? – спросила она.</p>
   <p>– Падалью или издыхающими животными, – ответил Лето.</p>
   <p>Ответ поразил ее, и она внимательно вгляделась в маховые перья птицы, на которые падал отблеск заходящего солнца.</p>
   <p>Лето продолжал говорить:</p>
   <p>– Иногда в мой Сарьир заглядывают люди. Временами сюда забредают музейные фримены и… пропадают. Они и в самом деле пригодны только для ритуалов. Есть тут окраины Пустыни и остатки того, что не тронули мои волки.</p>
   <p>При этих словах Сиона отвернулась, но Лето успел заметить сильную страсть, которая снедала девушку. Это было суровым испытанием для Сионы – ей стало больно.</p>
   <p>– Дневная Пустыня беспощадна, в ней мало благодати, – продолжал Лето. – Есть и еще одна причина, по которой здесь было принято путешествовать ночью. Для фримена образом дня были песчаные бури, которые заметали все следы.</p>
   <p>Когда Сиона снова обернулась к Лето, ее лицо было собранным и решительным, хотя в глазах блестели слезы.</p>
   <p>– Кто обитает в Пустыне сейчас? – спросила она.</p>
   <p>– Грифы, некоторые ночные твари, остатки растительной жизни, грызуны в норах.</p>
   <p>– И это все?</p>
   <p>– Да.</p>
   <p>– Почему?</p>
   <p>– Потому что все они рождены здесь, и я позволил им не знать ничего лучше.</p>
   <p>Было уже почти совсем темно, когда в Пустыне засветилось яркое зарево. Лето внимательно изучал Сиону, понимая, что она не осознала еще тайного смысла того, что он сказал ей. Но, может быть, думал он, этот таинственный свет скажет ей все, растравив ее душевные раны.</p>
   <p>– Силуэты, – напомнила она Лето его слова. – Что вы ожидаете открыть, взойдя наверх?</p>
   <p>– Может быть, мы увидим людей, – ответил он. – Никогда нельзя знать заранее.</p>
   <p>– Каких людей?</p>
   <p>– Я уже говорил тебе.</p>
   <p>– Что бы вы стали делать, если бы увидели их?</p>
   <p>– У фрименов был обычай рассматривать всех неожиданно появившихся в поле зрения людей, как врагов, до тех пор, пока они не совершали ритуал: не подбрасывали вверх песок.</p>
   <p>Пока он говорил, на Пустыню, словно плотный занавес, пал непроглядный мрак.</p>
   <p>– Песок? – недоуменно переспросила Сиона.</p>
   <p>– Подброшенный вверх песок – это жест, обладавший глубоким смыслом. Он говорил: песок – наш единственный враг. А вот что мы пьем. Рука, держащая песок, не держит оружия. Ты поняла?</p>
   <p>– Нет! – Она дразнила его своей фальшивой бравадой.</p>
   <p>– Ничего, поймешь, – сказал он.</p>
   <p>Не говоря ни слова, она направилась от него по кривизне дюны, Сиона шла быстро; гнев вызвал всплеск энергии. Лето отстал, наблюдая за девушкой. Интересно, что она совершенно инстинктивно выбрала верное направление. В ней была жива закваска фрименской памяти.</p>
   <p>Там, где дюна переходила в другую, образовав ложбину, Сиона остановилась, чтобы подождать Лето. Он заметил, что клапан защитного костюма Сионы по-прежнему открыт и свободно болтается. Пока еще не время ругать ее за это. Некоторые подсознательные процессы должны течь своим чередом.</p>
   <p>Когда он приблизился к ней, Сиона спросила:</p>
   <p>– Это направление лучше других?</p>
   <p>– Да, если ты идешь по нему, – ответил он.</p>
   <p>Она подняла к небу глаза и посмотрела на Стрелу, древнее созвездие, которое выводило на правильный путь ее фрименских предков, путников Пустыни. Он видел, однако, что ее восприятие созвездия было чисто интеллектуальным. Она не поняла сил, которые уже действовали в ней и направляли ее.</p>
   <p>Лето приподнял над землей свои передние сегменты и вгляделся в свет звезд. Они с Сионой двигались на северо-запад, по тропе, которая некогда вела по хребту Хаббанья и Пещере Птиц в эрг у подножия Западной Ложной Стены и далее к Ветреному Перевалу. Ничего не осталось от этих древних ориентиров. Он вдохнул прохладный воздух, отдававший запахом кремния. Влажность была высокой, и это не доставило ему удовольствия.</p>
   <p>Сиона опять двинулась вперед, оторвавшись от Лето. Она шла, изредка поглядывая на звезды. Она доверяла Лето как проводнику, но дорогу прокладывала сама. Он чувствовал сумятицу ее мыслей и знал, что вообще происходит в ее сознании. Она впервые в жизни научилась доверять своим спутникам – таков был непреложный закон жизни кочевников Пустыни.</p>
   <p><emphasis>Мы знаем,</emphasis> думал он, <emphasis>что если ты оторвешься от своих товарищей, то пропадешь в песках и скалах. Одинокий путник в Пустыне – это мертвец. Только Червь может в одиночку выжить в Пустыне.</emphasis></p>
   <p>Он позволил ей уйти далеко вперед, где песок от его передвижения поднимался не слишком высоко. <emphasis>Она должна думать обо мне как о человеке,</emphasis> подумал он. Он надеялся, что, поверив ему, она станет действовать заодно с ним, помогать ему. Сиона была хрупким созданием, однако в ней еще не перекипела ярость. Такой убежденной мятежницы Лето еще не встречал.</p>
   <p>Лето скользил по песку и обдумывал продолжение селекционной программы, размышляя о возможной замене Сионы в случае, если она потерпит неудачу и не выдержит испытания.</p>
   <p>Время шло, и Сиона двигалась вперед все медленнее и медленнее. Первая Луна была еще высоко, а Вторая только поднялась над горизонтом, когда Сиона остановилась, чтобы отдохнуть и поесть.</p>
   <p>Лето был очень рад этой паузе. Трение о песок создавало господство Червя, воздух вокруг него был наполнен химическими продуктами температурной фабрики исполинского организма Лето. То, что он считал своим кислородным зарядным устройством, работало устойчиво, и он чувствовал и осознавал, как синтезируются в его организме белки и аминокислоты, необходимые для питания его человеческих клеток. Движение по Пустыне приближало его к окончательному метаморфозу.</p>
   <p>Сиона остановилась возле гребня звездной дюны.</p>
   <p>– Это правда, что вы едите песок? – спросила она.</p>
   <p>– Да, это правда.</p>
   <p>Она посмотрела на пейзаж, застывший в призрачном свете луны.</p>
   <p>– Почему мы не взяли с собой сигнальное устройство?</p>
   <p>– Я хотел, чтобы ты узнала кое-что об обладании.</p>
   <p>Она повернула к нему свое лицо, и он ощутил на своем лице ее дыхание. Она теряет слишком много влаги в сухом воздухе. Однако она так и не вспомнила напутствия Монео. Это будет, без сомнения, горький урок.</p>
   <p>– Я совсем вас не понимаю, – сказала она.</p>
   <p>– Но ты должна сделать именно это.</p>
   <p>– Должна?</p>
   <p>– Как еще сможешь ты дать мне что-то ценное в обмен на то, что даю тебе я?</p>
   <p>– А что вы мне даете? – В вопросе прозвучала горечь, подогретая небольшой дозой меланжи в пище.</p>
   <p>– Я даю тебе возможность побыть наедине со мной, разделить мое общество, но ты проводишь это время беззаботно. Ты попросту его теряешь.</p>
   <p>– Что вы хотели сказать об обладании?</p>
   <p>Он услышал усталость в ее голосе. Нехватка воды уже кричала в ней полным голосом.</p>
   <p>– В старые времена эти фримены были на удивление жизнестойкими людьми, – ответил он. – Их взгляды на прекрасное ограничивались необходимыми для жизни вещами. Я никогда не встречал жадного фримена.</p>
   <p>– И что это должно значить? – осведомилась Сиона.</p>
   <p>– В старые времена фримен брал с собой в Пустыню то, что было ему необходимо, но больше не брал ничего. Твоя жизнь еще не свободна от собственности, коли ты спросила о сигнальном устройстве.</p>
   <p>– Но почему нет необходимости в сигнальном устройстве?</p>
   <p>– Потому что оно ничему тебя не научит.</p>
   <p>Он проскользнул вперед вокруг Сионы и направился по пути, который указывала Стрела.</p>
   <p>– Идем, надо использовать с толком ночное время.</p>
   <p>Она торопливо пошла рядом с ним.</p>
   <p>– А что будет, если я не усвою этот ваш проклятый урок?</p>
   <p>– Вероятно, ты умрешь.</p>
   <p>Этот ответ на некоторое время заставил ее замолчать. Она продолжала идти рядом с ним, периодически заглядывая ему в лицо. Ее перестало интересовать его тело червя – она помнила теперь только о его человеческой сути. По прошествии некоторого времени она сказала:</p>
   <p>– Говорящие Рыбы сказали мне, что я родилась от спаривания, которое было произведено по вашему приказу.</p>
   <p>– Это правда.</p>
   <p>– Они говорят, что вы ведете записи и заказываете скрещивания между Атрейдесами по какому-то своему плану.</p>
   <p>– Это тоже правда.</p>
   <p>– Значит, Устное Предание верно?</p>
   <p>– Мне казалось, что ты веришь Устному Преданию безоговорочно и без размышлений.</p>
   <p>Однако Сиону трудно было сбить с раз выбранного пути.</p>
   <p>– Но что будет, если кто-нибудь из нас откажется от такого спаривания по заказу?</p>
   <p>– Я допускаю некоторые отклонения, поскольку имеется достаточное количество детей, зачатых по моему приказу.</p>
   <p>– По приказу? – Сиона была в ярости.</p>
   <p>– Да, я поступаю именно так – приказываю.</p>
   <p>– Но не можете же вы вползти в каждую спальню или следить за нами каждую минуту нашей жизни! Откуда вы знаете, что ваши приказы исполняются?</p>
   <p>– Знаю.</p>
   <p>– Значит, вы знаете, что я не собираюсь вам подчиняться!</p>
   <p>– Тебе не хочется пить, Сиона?</p>
   <p>Она была озадачена.</p>
   <p>– Что?</p>
   <p>– Когда люди хотят пить, они говорят о воде, а не о сексе.</p>
   <p>Однако Сиона так и не застегнула клапан, и он подумал: <emphasis>Атрейдесы всегда испытывают сильные страсти, даже если это противоречит здравому смыслу.</emphasis></p>
   <p>Через два часа они вышли из дюн на открытый выветренный участок, устланный галькой. Лето скользнул на камни, Сиона шла рядом с ним, часто поднимая глаза к Стреле. Обе луны стояли низко над горизонтом, отбрасывая длинные тени от камней.</p>
   <p>Скользить по таким местам Лето было даже удобнее, чем по песку. Твердая порода была лучшим проводником тепла, нежели песок. Можно было распластаться на камнях и экономить энергию своего внутреннего химического завода. Галька и даже крупные камни не могли причинить Лето травму.</p>
   <p>Сионе, напротив, было труднее, она пару раз чуть не вывихнула себе лодыжку.</p>
   <p><emphasis>Плоскогорье – очень тяжелое место для непривычного человека</emphasis>, подумал Лето. Чем ближе к земле, тем страшнее. Человек видит только великую пустоту, зловещий пейзаж, особенно в лунном свете – вдали дюны, причем, сколько бы ты ни шел, расстояние до них кажется неизменным, а вокруг ничего, кроме вечного ветра, нескольких камней и при взгляде вверх – безжалостные звезды. То была пустыня Пустыни!</p>
   <p>– Именно здесь музыка фрименов стала символом вечного одиночества, – сказал Лето, – здесь, а не в дюнах. Именно здесь в полной пере познаешь, что небо должно быть источником воды и облегчения, любого облегчения – лишь бы не было этого бесконечного, нескончаемого ветра.</p>
   <p>Даже это не заставило Сиону вспомнить о клапане. Лето начал приходить в отчаяние.</p>
   <p>Утро застало их в самом центре плоскогорья.</p>
   <p>Лето остановился возле трех больших камней, приваленных друг к другу. Один из них был выше его спины. Сиона легла, прислонившись к Лето, что снова исполнило его надеждой. Словно опомнившись, она отпрянула и прислонилась к одному из камней. Потом он видел, как она взобралась на камень и осмотрела горизонт.</p>
   <p>Лето и без этого знал, что она видит. Поднятый ветром песок, закрывающий ландшафт и затмевающий восходящее солнце. В остальном все то же – равнина и ветер.</p>
   <p>Камень, на котором лежал Лето, был холодным в прохладе утра. Холод высушил воздух, что принесло Лето необычайное наслаждение. Не будь Сионы, он двинулся бы дальше, но девушка была явно измотана. Она снова прислонилась к нему и пролежала около минуты, пока он не понял, что она прислушивается.</p>
   <p>– Что ты слышишь? – спросил он.</p>
   <p>– У тебя внутри что-то рокочет, – сонным голосом ответила она.</p>
   <p>– Огонь внутри меня никогда не гаснет полностью.</p>
   <p>Это заинтересовало ее. Она встрепенулась и заглянула ему в глаза.</p>
   <p>– Огонь?</p>
   <p>– У каждого живого существа внутри горит огонь, – сказал Лето. – У одних он медленный, у других быстрый. Но мой горячее, чем у всех других.</p>
   <p>Стараясь согреться, Сиона обхватила себя руками.</p>
   <p>– Тебе не холодно здесь? – спросила она.</p>
   <p>– Нет, но я вижу, что холодно тебе, – сказал он.</p>
   <p>Лето спрятал лицо в складку кожи и поманил Сиону в карман, который образовался в его верхнем сегменте.</p>
   <p>– Здесь почти как в гамаке, – произнес он, глядя на Сиону снизу вверх. – Если ты залезешь сюда, то согреешься.</p>
   <p>Она, не колеблясь, приняла его приглашение.</p>
   <p>Хотя он и был готов к этому, но этот жест доверия растрогал Лето. Ему пришлось бороться с жалостью, равной которой он никогда не испытывал до своего знакомства с Хви. <emphasis>Здесь не может быть места жалости</emphasis>, сказал он себе. Было все больше признаков того, что Сиона умрет, и надо было подготовить себя к великому разочарованию.</p>
   <p>Сиона прикрыла глаза рукой и тихо уснула.</p>
   <p><emphasis>Ни у кого в мире не было столько вчера, как у меня,</emphasis> напомнил себе Лето.</p>
   <p>С обычной человеческой точки зрения то, что он сейчас делал, было неприкрытой жестокостью. Ему пришлось укрепить себя, погрузившись в закоулки памяти и намеренно выбрав <emphasis>ошибки нашего общего прошлого</emphasis>. Непосредственный доступ к ошибкам человечества был сейчас наилучшим способом укрепить себя. Знание ошибок учило его делать долгосрочные исправления. Ему всегда приходилось думать о последствиях. Если последствий не было, то урок можно было считать пропавшим даром.</p>
   <p>Однако чем ближе подходило время окончательной трансформации в Червя, тем тяжелее давались ему решения, которые можно было назвать негуманными. Когда-то он очень легко принимал такие решения. Однако чем больше он становился Червем, тем больше одолевали его человеческие заботы.</p>
  </section>
  <section>
   <epigraph>
    <p>Словно в колыбели нашего прошлого, я лежу в пещере. Вход в нее столь узок, что я с большим трудом смог протиснуться туда, и вот я лежу на спине и в неверном пляшущем свете смоляного факела рассматриваю на стенах и потолке запечатленных на них диких зверей и души охотников. Души людей моего народа. Как это освещает дух, когда оглядываешься на совершенный круг, на схваченный момент духа. Все мое время трепещет от этого зова: «Я здесь!» Я знаю о великих мастерах живописи последующих веков, но все же с восхищением смотрю на творения ума и мышц, нанесенные на стены тесной пещеры углем и растительными красками. Насколько же мы больше, чем простые механические машины! И мое существо, не приемлющее цивилизации, восклицает: «Почему они не хотят покидать пещеру?»</p>
    <text-author>(Похищенные записки)</text-author>
   </epigraph>
   <p>Приглашение от Монео явиться к нему в рабочий кабинет Айдахо получил поздним вечером. Весь день он сидел на подвесном диване в своей квартире и размышлял. Каждая мысль неизбежно заканчивалась воспоминанием о том, как легко Монео расправился с ним в подземном коридоре.</p>
   <p><emphasis>Ты просто устаревшая модель.</emphasis></p>
   <p>Чем больше Айдахо думал, тем более униженным он себя чувствовал. Воля к жизни постепенно угасала, а на месте бушевавшей, как пожар, ярости оставался лишь холодный пепел.</p>
   <p><emphasis>Я просто хранилище полезной спермы и ничто более,</emphasis> думал он.</p>
   <p>Эта мысль вела либо к смерти, либо к гедонизму. Он чувствовал, что его пронзили шипами случайностей, которые подстерегали его на каждом шагу, нанося раздражающие уколы.</p>
   <p>Юная вестница в отлично пригнанной синей униформе была еще одним таким раздражителем. Девушка вошла в его апартаменты, услышав произнесенное тихим голосом: «Войдите», и остановилась в дверях, не решаясь пройти в комнату, не будучи уверенной, в каком настроении пребывает Айдахо.</p>
   <p><emphasis>Как быстро распространяется молва</emphasis>, подумал он.</p>
   <p>А вот она стоит в дверном проеме – воплощение сущности Говорящей Рыбы – такая же соблазнительная, как и другие, но не откровенно сексуальная. Синяя форма не скрывала красивых бедер и крепких грудей. Красивое личико обрамляли светлые волосы – стрижка вестовой.</p>
   <p>– Монео послал меня узнать, что с вами, – сказала она. – Он просит вас прийти к нему в рабочий кабинет.</p>
   <p>Айдахо несколько раз бывал в этом кабинете, но лучше всего запомнил свое первое посещение. Тогда он с первого взгляда понял, что именно в этом помещении Монео проводит большую часть своего времени. Посередине кабинета стоял стол из темно-коричневого дерева с золотыми инкрустациями, окруженный серыми подушками. Этот низкий стол поразил воображение Айдахо – это была очень дорогая вещь, сделанная по специальному заказу. Серые стены, серые подушки и потолок. Все. Больше в комнате не было никакого убранства.</p>
   <p>Учитывая власть хозяина кабинета, можно было бы сказать, что помещение было очень мало, не больше двадцати квадратных метров, но потолки были очень высокими. Впечатляли и размеры стола – два метра на один. Свет проникал в кабинет через два продолговатых окна, расположенных на противоположных узких стенах. Расположенные на значительной высоте, окна выходили: одно на северо-западные предместья Сарьира и опушку Запретного Леса, из другого были видны медленно катящиеся юго-западные дюны.</p>
   <p><emphasis>Контраст.</emphasis></p>
   <p>Стол придал интересное направление первоначальным мыслям. Поверхность стола, словно преднамеренно, создавала впечатление беспорядка. Листы кристаллической бумаги были разбросаны по столу, из-под них лишь кое-где проглядывала полированная деревянная поверхность. Некоторые листы покрывал красивый мелкий шрифт. Айдахо распознал несколько листов, заполненных на галахском и четырех других языках, включая редкий в обиходе язык Перта. Несколько листов были испещрены какими-то набросками и эскизами, другие покрыты крупным почерком, характерным для воспитанниц Бене Гессерит. Самым интересным было несколько белых трубок длиной около метра – распечатки нелегального компьютера. Айдахо подумал, что терминал находится за панелью одной из стен.</p>
   <p>Посланница Монео откашлялась, чтобы привлечь внимание Айдахо, погрузившегося в свои думы.</p>
   <p>– Что мне передать Монео? – спросила она.</p>
   <p>Айдахо посмотрел на ее лицо.</p>
   <p>– Ты хочешь, чтобы я тебя осеменил? – спросил он.</p>
   <p>– Командир! – Она была, очевидно, шокирована не столько самим предложением, сколько его неуместностью в данной ситуации.</p>
   <p>– Ах да, – проговорил Айдахо. – Монео. Что мы скажем Монео?</p>
   <p>– Он ждет вашего ответа, командир.</p>
   <p>– Есть ли какой-то смысл в том, что именно я отвечу? – спросил он.</p>
   <p>– Монео велел мне проинформировать вас о том, что хочет поговорить одновременно с вами и с госпожой Хви.</p>
   <p>Айдахо на мгновение стало интересно.</p>
   <p>– Хви у него?</p>
   <p>– Он вызвал ее, командир. – Вестница снова откашлялась. – Командир желает, чтобы я пришла к нему позже?</p>
   <p>– Нет, но тем не менее спасибо. Я передумал.</p>
   <p>Ему показалось, что она сумела хорошо скрыть свое разочарование, но голос ее прозвучал натянуто и официально, когда она осведомилась:</p>
   <p>– Я могу передать Монео, что вы придете?</p>
   <p>– Можешь, – жестом он отпустил девушку.</p>
   <p>Когда она ушла, он подумал было проигнорировать это приглашение. Однако в нем тут же взыграло любопытство. Монео хотел поговорить с ним в присутствии Хви? Почему? Не думал ли он, что из-за этого Айдахо вздумает бежать? Он судорожно сглотнул. Вспомнив Хви, он ощутил в груди абсолютную пустоту. Такое приглашение нельзя игнорировать. С Хви его связали какие-то нерасторжимые узы.</p>
   <p>Он встал, чувствуя, как от долгого сидения занемели мышцы. Его гнали вперед любопытство и желание увидеть Хви. Он прошел по коридору, не обращая внимания на любопытные взгляды Говорящих Рыб, гонимый любопытством, в кабинет Монео.</p>
   <p>Когда Айдахо вошел в кабинет, Хви уже была там. Она сидела за заваленным бумагами столом Монео напротив хозяина кабинета. Ноги в красных сандалиях виднелись с краю подушки, на которой она сидела. Айдахо успел заметить, что на Хви надето длинное коричневое платье, перепоясанное витым шнуром. Она обернулась, и теперь он видел только ее лицо. Она беззвучно произнесла его имя.</p>
   <p><emphasis>Даже она уже все знает,</emphasis> подумал он.</p>
   <p>Как ни странно, эта мысль придала ему сил. В его мозгу начали рождаться новые формы.</p>
   <p>– Прошу тебя, Дункан, садись, – произнес Монео. Он указал рукой на подушку рядом с Хви. Он говорил странным, отчужденным тоном, не допускавшим сближения. Этот тон слышали от него лишь немногие люди, не считая Лето. Взгляд его был направлен на находящийся в обычном беспорядке стол. Позднее предзакатное солнце отбрасывало на весь этот беспорядок похожую на паутину тень от золотого пресс-папье, выполненного в виде дерева, увешанного плодами из драгоценных камней.</p>
   <p>Айдахо сел, чувствуя, как Хви следит за ним взглядом. Потом она посмотрела на Монео, и Айдахо уловил выражение гнева в ее глазах. Монео был одет в свою обычную белую форму, расстегнутый ворот которой открывал морщинистую шею и двойной подбородок. Айдахо смотрел на Монео и молчал, ожидая, когда мажордом сам раскроет свои карты, первым начав разговор.</p>
   <p>Монео тоже посмотрел в глаза Айдахо, отметив про себя, что на нем надета та же черная форма, в которой он сегодня напал на Монео в коридоре. На мундире осталась даже грязь после падения Айдахо на пол. Однако ножа при Дункане не было, и это обеспокоило Монео.</p>
   <p>– То, что я сделал сегодня утром, – непростительно, поэтому я не приношу тебе своих извинений, я просто прошу меня правильно понять.</p>
   <p>Хви нисколько не удивилась такому началу разговора. Следовательно, они кое-что успели обсудить, пока ждали его.</p>
   <p>Айдахо ничего не ответил, и Монео продолжал:</p>
   <p>– Я не имел права дать тебе почувствовать твою неадекватность.</p>
   <p>Айдахо почувствовал, что в ответ на манеры и слова Монео в нем происходит любопытный метаморфоз. Чувство того, что его обошли и что он остался в далеком старом времени, осталось, но он перестал подозревать, что служит игрушкой в руках Монео. Мажордом в глазах Айдахо превратился в воплощенную честность. Это понимание поставило вселенную Лето, дикий эротизм Говорящих Рыб, искренность Хви в новые отношения, в форму, которая становилась с каждой минутой все более понятной Айдахо. Было такое впечатление, что они трое, собравшиеся в этой комнате, были последними истинными представителями рода человеческого во всей вселенной. Он заговорил с чувством неуклюжего само – осуждения.</p>
   <p>– Ты имел полное право защищаться, когда я напал на тебя. Я очень рад, что ты сумел дать мне достойный отпор.</p>
   <p>Айдахо повернулся к Хви, но прежде чем он успел заговорить, Монео сказал:</p>
   <p>– Тебе не стоит просить за меня. Думаю, ее недовольство мной непоколебимо.</p>
   <p>Айдахо отрицательно покачал головой:</p>
   <p>– Может ли кто-нибудь знать, что я хочу сказать, прежде чем я произнесу эти слова, и может ли кто-нибудь сказать, что я чувствую, прежде чем я это почувствую?</p>
   <p>– Это твое замечательное качество, – проговорил Монео. – Ты не скрываешь своих чувств. Мы, – он пожал плечами, – более осмотрительны в силу необходимости.</p>
   <p>Айдахо посмотрел на Хви.</p>
   <p>– Он говорит за тебя?</p>
   <p>Она взяла своей рукой руку Айдахо.</p>
   <p>– Я сама говорю за себя.</p>
   <p>Монео наклонился вперед, увидел, что его гости держатся за руки, вздохнул и откинулся назад.</p>
   <p>– Вы не должны этого делать.</p>
   <p>В ответ Дункан лишь крепче взялся за руку Хви, она ответила ему тем же.</p>
   <p>– Хочу предупредить ваш вопрос, – сказал Монео. – Моя дочь и Бог-Император еще не вернулись с испытания.</p>
   <p>Айдахо почувствовал, каким усилием воли Монео заставляет себя говорить спокойно. Хви тоже услышала это.</p>
   <p>– Верно ли то, что утверждают Говорящие Рыбы? – спросила она. – Они говорят, что Сиона умрет, если не выдержит испытания.</p>
   <p>Монео ничего не ответил, но лицо его окаменело.</p>
   <p>– Это похоже на испытание Бене Гессерит? – спросил Айдахо. – Муад’Диб говорил, что Община Сестер испытывает своих членов, чтобы узнать, люди ли они.</p>
   <p>Рука Хви задрожала. Почувствовав это, Айдахо посмотрел на нее.</p>
   <p>– Они испытывали тебя?</p>
   <p>– Нет, – ответила Хви, – но я слышала, как молодые девушки рассказывали об этом. Они говорили, что их заставляли пройти через неслыханные муки и не потерять при этом чувства собственного «я».</p>
   <p>Айдахо перевел взгляд на Монео и заметил, что у того дергается левый глаз.</p>
   <p>– Монео, – проговорил Айдахо, который внезапно все понял. – Он же испытывал тебя!</p>
   <p>– Я не хочу обсуждать это испытание. Мы собрались здесь не для этого, а для того, чтобы решить, что делать с вами.</p>
   <p>– Разве это не наше личное дело? – спросил Айдахо. Он почувствовал, как вспотела ладонь Хви.</p>
   <p>– Это дело Бога-Императора, – сказал Монео.</p>
   <p>– Даже если Сиона не выдержит испытания?</p>
   <p>– Особенно в этом случае!</p>
   <p>– Как он испытывал тебя? – спросил Айдахо.</p>
   <p>– Он показал мне лишь небольшую часть того, что значит быть Богом-Императором.</p>
   <p>– И?</p>
   <p>– Я увидел столько, сколько смог.</p>
   <p>Хви судорожно сжала руку Айдахо.</p>
   <p>– Значит, это правда, что когда-то ты был мятежником, – произнес Айдахо.</p>
   <p>– Я начал с любви и молитвы, – заговорил Монео. – Потом пришли гнев и восстание. Я стал тем, кого вы сейчас видите перед собой, когда понял свой долг и стал исполнять его.</p>
   <p>– Что он сделал с тобой? – не отставал Айдахо.</p>
   <p>– Он произнес мне молитву моего детства: «Я отдам свою жизнь во славу Бога», – сказал задумчиво Монео.</p>
   <p>Айдахо заметил, что Хви оцепенела и внимательно смотрит в лицо Монео. О чем она думает?</p>
   <p>– Я признал, что это действительно была моя молитва, – сказал Монео. – Тогда Бог-Император спросил меня, что я отдам, если будет недостаточно одной моей жизни. Он крикнул мне: «Что значит твоя жизнь, если ты получишь куда больший дар?»</p>
   <p>Хви кивнула, однако Айдахо почувствовал лишь растерянность.</p>
   <p>– Я смог ощутить истину в его голосе, – сказал Монео.</p>
   <p>– Ты – Вещающий Истину? – спросила Хви.</p>
   <p>– Когда во мне просыпается сила отчаяния, – да, – ответил Монео. – Но только тогда. Я клянусь вам, что он говорил мне правду.</p>
   <p>– Некоторые Атрейдесы обладают Голосом, – пробормотал Айдахо.</p>
   <p>Монео отрицательно покачал головой:</p>
   <p>– Нет, это была истинная правда. Он сказал мне: «Я смотрю на тебя и если бы мог плакать, то плакал бы. Пусть же твое желание станет твоим поступком!»</p>
   <p>Хви подалась вперед, почти коснувшись стола.</p>
   <p>– Он не может плакать?</p>
   <p>– Песчаный червь, – пробормотал Айдахо.</p>
   <p>– Что? – Хви обернулась к нему.</p>
   <p>– Фримены убивали песчаных червей водой. Когда червь тонул, он выделял Пряность, которую использовали для религиозных оргий.</p>
   <p>– Но Господь Лето еще не совсем Червь, – сказал Монео.</p>
   <p>Хви снова села на подушку, продолжая во все глаза смотреть на мажордома.</p>
   <p>Размышляя, Айдахо сжал губы. Запрещал ли Лето плакать, следуя фрименской традиции? Как ненавидели фримены такую бесполезную трату воды. <emphasis>Отдавать воду мертвым.</emphasis></p>
   <p>Монео обратился к Айдахо:</p>
   <p>– Я наделся, что ты сможешь все понять. Так сказал Господь Лето. Ты и Хви должны расстаться и никогда больше не встречаться.</p>
   <p>Хви высвободила руку.</p>
   <p>– Мы знаем.</p>
   <p>Айдахо заговорил с горьким возмущением:</p>
   <p>– Мы знаем силу его власти.</p>
   <p>– Но ты не понимаешь его, – сказал Монео.</p>
   <p>– Я не хочу большего, чем есть, – сказала Хви и положила руку на плечо Айдахо, успокаивая его. – Нет, Дункан, нашим личным желаниям здесь нет места.</p>
   <p>– Может быть, тебе стоит умолить его, – сказал Дункан.</p>
   <p>Она обернулась и долго, пока он не опустил взгляд, смотрела на него. Когда она заговорила, в голосе ее прозвучали баюкающие интонации, которых он раньше не слышал в ее речи.</p>
   <p>– Мой дядя Малки говорил, что Господь Лето никогда не отвечает на молитвы. Он говорил, что Господь Лето смотрит на молитву, как на принуждение, как на попытку насилия по отношению к избранному Богу, как на желание распоряжаться волей бессмертного. <emphasis>Дай мне чудо, Боже, иначе я перестану в тебя верить!</emphasis></p>
   <p>– Молитва, как хубриз, – поддержал Хви Монео. – Молитва-требование.</p>
   <p>– Но как он может быть Богом? – в отчаянии спросил Айдахо. – Он же сам признался, что смертен.</p>
   <p>– По этому поводу я процитирую самого Бога Лето, – сказал Монео. – Я воплощение Бога в том, что доступно лицезрению человеком. Я слово, ставшее чудом. Я – это все мои предки. Разве это не достаточное чудо? Чего еще вы можете хотеть? Спросите себя, где вы найдете большее чудо?</p>
   <p>– Пустые слова, – зло произнес Айдахо.</p>
   <p>– Я тоже злился на него, – сказал Монео. – Я бросал ему в лицо его же слова из Устного Предания: «Дайте для вящей славы Божьей!»</p>
   <p>Хви судорожно вздохнула.</p>
   <p>– Он посмеялся надо мной, – сказал Монео. – Он смеялся и спрашивал, как я могу отдать то, что и без того принадлежит Богу?</p>
   <p>– Ты был зол? – спросила Хви.</p>
   <p>– О да. Он увидел это и сказал, что расскажет мне, как дать что-то во имя славы Божьей. Он сказал: «Ты можешь увидеть, что ты – в каждой своей части такое же чудо, как и я», – Монео повернулся и посмотрел в левое окно. – Боюсь, что мой гнев оглушил меня, и я оказался неподготовленным.</p>
   <p>– О да, он умен, – пробормотал Айдахо.</p>
   <p>– Умен? – Монео посмотрел на Дункана. – Я так не думаю, во всяком случае, речь идет не об обычном уме. Мне кажется, что в этом отношении Господь Лето не более умен, чем я.</p>
   <p>– К чему ты оказался не готов? – спросила Хви.</p>
   <p>– К риску, – ответил Монео.</p>
   <p>– Но ты рисковал, проявляя гнев, – сказала она.</p>
   <p>– Не так сильно, как он. Я вижу по твоим глазам, Хви, что ты понимаешь меня. Его тело продолжает вызывать у тебя протест?</p>
   <p>– Уже нет, – ответила она.</p>
   <p>Айдахо заскрипел зубами от отчаяния.</p>
   <p>– Он внушает мне отвращение.</p>
   <p>– Любимый, ты не должен говорить таких вещей, – произнесла Хви.</p>
   <p>– А ты не должна называть его любимым, – поправил женщину Монео.</p>
   <p>– Ты бы предпочел, чтобы она любила кого-нибудь более толстого и злобного, чем барон Харконнен?! – выкрикнул Айдахо.</p>
   <p>Монео пожевал губу, потом заговорил:</p>
   <p>– Господь Лето рассказывал мне об этом злодее вашего времени, Дункан. Я не думаю, что ты понял своего врага.</p>
   <p>– Он был жирным, отвратительным…</p>
   <p>– Он был охотником за сенсациями, – перебил Дункана Монео. – Жир был только побочным эффектом, это было нечто вроде средства самоутверждения. Его вид оскорблял людей, а ему только этого и было надо. Он наслаждался, оскорбляя других.</p>
   <p>– Барон поглотил лишь несколько планет, а Лето поглотил всю вселенную.</p>
   <p>– Любимый, прошу тебя, перестань, – запротестовала Хви.</p>
   <p>– Пусть говорит, – сказал Монео. – Когда я был молодым и невежественным, таким, как моя Сиона или этот бедный глупец, то тоже говорил подобные вещи.</p>
   <p>– Именно поэтому ты позволил своей дочери пойти на смерть? – спросил Айдахо.</p>
   <p>– Любимый, это жестоко! – сказала Хви.</p>
   <p>– Дункан, одним из твоих недостатков является склонность к истерии, – сказал Монео. – Я предупреждаю тебя, что невежество произрастает пышным цветом на истерии. Твои гены делают тебя энергичным, и ты сможешь внушить истерию некоторым из Говорящих Рыб, но ты плохой руководитель.</p>
   <p>– Не пытайся меня разозлить, – ответил Айдахо. – Я не нападу больше на тебя, но не заходи слишком далеко.</p>
   <p>Хви попыталась взять его за руку, но он с силой вырвал ее.</p>
   <p>– Я знаю свое место, – сказал Айдахо. – Я полезный последователь. Мое дело нести знамя Атрейдесов, на моей спине зеленые и черные цвета!</p>
   <p>– Желание незаслуженного порождает истерию, – сказал Монео. – Искусство Атрейдесов состоит в умении править без истерии, умении брать на себя ответственность за использование власти.</p>
   <p>Айдахо откинулся назад.</p>
   <p>– Когда это ваш проклятый Бог-Император отвечал за свою власть?</p>
   <p>Монео посмотрел на заваленный бумагами стол и ответил, не поднимая головы:</p>
   <p>– Он отвечает за то, что сделал сам с собой. – Монео взглянул на Айдахо, глаза его были холодны как лед. – У тебя просто не хватает духу, Дункан, узнать, почему он это сделал.</p>
   <p>– У тебя хватает?</p>
   <p>– Когда я был очень зол, он посмотрел на себя моими глазами и сказал: «Как ты осмеливаешься оскорбляться моим видом?» – Монео судорожно глотнул воздух. – Именно тогда я понял весь ужас того, что он видит. – Слезы потекли по щекам Монео. – Я был только рад, что не принял такого же решения, как он, а остался простым последователем.</p>
   <p>– Я растрогала его, – прошептала Хви.</p>
   <p>– Так ты поняла? – спросил у нее Монео.</p>
   <p>– Даже не видя этого, я все поняла, – ответила она.</p>
   <p>– Я едва не умер от этого, – произнес Монео тихим голосом. – Я… – Он содрогнулся и посмотрел на Айдахо. – Ты не должен…</p>
   <p>– Будьте вы все прокляты! – крикнул Дункан, вскочил на ноги и ринулся вон из кабинета.</p>
   <p>На лице Хви отразилась мука.</p>
   <p>– О, Дункан, – прошептала она.</p>
   <p>– Ты видишь? – спросил Монео. – Ты была не права. Ни ты, ни Говорящие Рыбы не смягчили его. Но ты, Хви, именно ты, приблизила время его уничтожения.</p>
   <p>Хви обрушила всю свою муку на Монео.</p>
   <p>– Я больше не буду встречаться с ним, – сказала она.</p>
   <p>Для Айдахо тот переход по коридору к квартире был самым трудным, из всего сохранившегося в его памяти. Ему представлялось, что его лицо – пластитовая маска, под которой он пытается спрятать бушующие внутри страсти. Никто из его гвардейцев не должен видеть его боли. Он не мог знать, что большинство из гвардейцев гадают о причине его расстройства и втайне сочувствуют ему. Все они знали Дунканов и научились хорошо читать по их лицам.</p>
   <p>В коридоре возле самой квартиры Айдахо встретил Наилу, которая медленно брела ему навстречу. В лице женщины преобладали растерянность и чувство утраты. Это выражение остановило его, он на мгновение забыл о своих горестях и внутренней сосредоточенности.</p>
   <p>– Друг! – окликнул он Наилу, когда их разделяли всего несколько шагов.</p>
   <p>Она посмотрела на него, на ее квадратном лице отразилось узнавание, но не более того.</p>
   <p><emphasis>Какая странная женщина,</emphasis> подумал он.</p>
   <p>– Я больше не Друг, – ответила она и прошла мимо по коридору.</p>
   <p>Айдахо резко повернулся на пятках и посмотрел в удаляющуюся спину – тяжелые плечи, вызывавшие ощущение чудовищных мышц.</p>
   <p><emphasis>Для чего вывели ее?</emphasis> – удивился он.</p>
   <p>Но это была преходящая мысль. Его собственные заботы навалились на него с еще большей силой. Он сделал еще несколько шагов и прошел в свои апартаменты.</p>
   <p>Оказавшись внутри, он с силой сжал кулаки.</p>
   <p><emphasis>Я больше не связан ни с каким временем,</emphasis> подумал он. Странно, но эта мысль не принесла чувства освобождения. Он понимал, однако, что сделал то, что постепенно освободит Хви от любви к нему. Он был унижен. Она будет думать о нем лишь как о маленьком, задиристом дурачке, о субъекте, которому дороги лишь его собственные эмоции. Он перестанет быть предметом ее забот.</p>
   <p><emphasis>А этот несчастный Монео!</emphasis></p>
   <p>Айдахо понял форму обстоятельств, которые создали послушного мажордома. <emphasis>Долг и ответственность.</emphasis> Какая это надежная гавань во времена принятия трудных решений.</p>
   <p><emphasis>Я тоже был таким когда-то,</emphasis> подумал Айдахо. <emphasis>Но это было в другой жизни и в другое время.</emphasis></p>
  </section>
  <section>
   <epigraph>
    <p>Дунканы иногда спрашивают у меня, понимаю ли я экзотические идеи нашего прошлого? И если я понимаю их, то почему не могу их объяснить? Знание, по мнению Дунканов, заключается лишь в частностях. Я пытаюсь объяснить им, что все слова отличаются пластичностью. Образы, заключенные в слова, искажаются в момент произнесения слова. Идеи, заключенные в языке, требуют для своего выражения особого языка. Именно в этом заключается сущность значения слова экзотический. Вы видите, как начинается искажение? Перевод становится бессильным в присутствии экзотического. Галахский язык, на котором я сейчас говорю, полагает сам себя. Он – внешняя рамка, остов опоры и точки отсчета, особая, частная система. Опасности подстерегают нас в любой системе. Системы включают в себя неисследованные верования своих создателей. Усвойте систему, примите ее верования, и вы поспособствуете устойчивости к изменениям. Служит ли какой-либо цели моя попытка объяснить Дунканам, что для выражения некоторых вещей просто не существует языков? Ах! Но что поделаешь, ведь все Дунканы верят, что все языки мира принадлежат мне.</p>
    <text-author>(Похищенные записки)</text-author>
   </epigraph>
   <p>Два дня и две ночи Сиона не закрывала клапан защитного костюма и не надевала лицевую маску, теряя с каждым выдохом драгоценную воду. Потребовалось напомнить ей напутствие, которое древние фримены давали своим детям, чтобы она наконец вспомнила слова своего отца. Лето заговорил с ней холодным третьим утром их путешествия, когда они остановились в тени скалы на обдуваемом всеми ветрами эрге.</p>
   <p>– Береги каждый вздох, ибо он уносит тепло и влагу твоей жизни, – сказал он.</p>
   <p>Он знал, что они проведут в Пустыне еще три дня и три ночи, прежде чем достигнут воды. Шли уже пятые сутки с тех пор, как они покинули Малую Цитадель. Ночью они вступили в полосу мелких дрейфующих песков – это были не дюны – те виднелись вдалеке, на горизонте, вместе с остатками хребта Хаббанья – в виде тонкой полоски, если знать, куда смотреть. Теперь Сиона снимала маску только затем, чтобы что-то внятно сказать, но губы ее уже почернели и стали кровоточить.</p>
   <p><emphasis>У нее жажда отчаяния</emphasis>, подумал он, оценив условия, в которых они находились. <emphasis>Скоро настанет кризис.</emphasis> Его чувства подсказывали, что они по-прежнему одни на краю плато. Всего несколько минут назад солнце поднялось над горизонтом. Косой низкий свет отражался от столбов песка и пыли, которые вихрями кружились на непрестанном ветру. Слух Лето отфильтровал шум ветра, и он начал воспринимать и другие звуки – тяжкое дыхание Сионы, шум падения песка с соседней скалы, шорох продвижения по песку его собственного большого тела.</p>
   <p>Сиона сняла маску, но продолжала держать ее в руке, чтобы быстро надеть снова.</p>
   <p>– Как скоро мы придем к воде? – спросила она.</p>
   <p>– Через три ночи.</p>
   <p>– Может быть, есть лучшее направление, чем это?</p>
   <p>– Нет.</p>
   <p>Сиона поняла и оценила фрименскую экономию при обмене информации. Она с жадностью высосала несколько капель влаги, скопившейся в мешке-ловушке.</p>
   <p>Лето были знакомы эти движения – так поступали все фримены в минуты величайшего напряжения всех сил. Теперь Сиона знала то ощущение, которое было хорошо знакомо ее предкам – жажда на грани смерти.</p>
   <p>Несколько капель в мешке иссякли. Он услышал, как она всасывает в себя воздух. Она надела маску и спросила приглушенным голосом:</p>
   <p>– Я не справлюсь с этим, да?</p>
   <p>Лето заглянул ей в глаза, увидел в них ясность мысли, ту ясность, которая приходит только на краю гибели, всепроникающая ясность, которая в иных случаях практически недостижима. Это озарение обостряет только те чувства и усиливает только те действия, которые увеличивают шансы на выживание. Да, Сиона вошла в состояние <emphasis>тедах риагрими</emphasis>, муки, которые открывают сознание. Скоро, очень скоро ей придется принять решение, которое, как ей кажется, она давно уже приняла. По этим признакам Лето понял, что с Сионой надо обходиться с исключительной вежливостью. Ему придется отвечать на каждый ее вопрос с максимальной предупредительностью, ибо в каждом вопросе таилось суждение.</p>
   <p>– Я справлюсь? – не унималась Сиона.</p>
   <p>В ее отчаянии был отблеск надежды.</p>
   <p>– На это нельзя ответить ничего определенного, – ответил он.</p>
   <p>Эти слова повергли ее в настоящее отчаяние.</p>
   <p>Оно не входило в намерения Лето, но он знал, что это случается часто – точный, но двусмысленный ответ служит для человека подтверждением его самого глубокого страха.</p>
   <p>Она тяжело вздохнула.</p>
   <p>Снова прозвучал ее приглушенный маской голос:</p>
   <p>– У тебя были особые расчеты на меня в твоей селекционной программе.</p>
   <p>Это был не вопрос.</p>
   <p>– У всех людей есть те или иные намерения, – объявил он.</p>
   <p>– Но ты хотел моего полного согласия.</p>
   <p>– Это правда.</p>
   <p>– Как ты мог рассчитывать на мое согласие, если знал, что я ненавижу все, что связано с тобой? Будь же честен со мной!</p>
   <p>– Три подставки согласия – это желание, данные и сомнение. Точность и честность имеют весьма косвенное отношение к согласию.</p>
   <p>– Пожалуйста, не спорь со мной. Ты же видишь, что я умираю.</p>
   <p>– Я слишком сильно уважаю тебя, чтобы с тобой спорить.</p>
   <p>Он не спеша приподнял передний сегмент и оценил силу ветра. Дневной зной вступал в свои права, но в воздухе было еще много влаги, и Лето испытывал некоторый дискомфорт. Он напомнил себе, что чем больше распоряжений он давал о контроле погоды, тем больше параметров приходилось контролировать. Абсолютное приводило его к еще большей неопределенности.</p>
   <p>– Ты говоришь, что не споришь, а сам…</p>
   <p>– Спор закрывает дорогу пониманию, – сказал он, опустившись на землю. – Спор всегда служит прикрытием насилию. Если спор длится слишком долго, то он неизбежно приводит к открытому насилию. У меня нет намерения подвергать тебя какому бы то ни было насилию.</p>
   <p>– Что ты имеешь в виду под желанием, данными и сомнениями?</p>
   <p>– Желание сближает партнеров. Данные ограничивают рамки диалога. Сомнения очерчивают вопросы.</p>
   <p>Она придвинулась ближе и посмотрела ему в глаза. Теперь их разделял всего один метр.</p>
   <p><emphasis>Как странно</emphasis>, подумал он, <emphasis>что такая ненависть может так полно сочетаться с надеждой, благоговением и страхом</emphasis>.</p>
   <p>– Ты можешь меня спасти?</p>
   <p>– Способ есть.</p>
   <p>Она кивнула, и он понял, что из его ответа она сделала неверный вывод.</p>
   <p>– Ты хочешь продать спасение за мое согласие! – обвиняющим тоном воскликнула она.</p>
   <p>– Нет.</p>
   <p>– Если я пройду твое испытание…</p>
   <p>– Это не мое испытание.</p>
   <p>– Чье же?</p>
   <p>– Оно происходит от наших общих предков.</p>
   <p>Сиона села в холодной тени скалы и замолчала, неготовая попросить об убежище в складке кожи Лето. Он подумал, что сейчас в ее горле рождается тихий крик. Ее сомнения продолжают действовать. Сейчас она думает, насколько его образ совпадает с ее представлениями о Законченном Тиране. Она взглянула на него с той ужасающей ясностью, которую он заметил еще раньше.</p>
   <p>– Что заставляет тебя делать то, что ты делаешь?</p>
   <p>Вопрос был задан очень умело. Он ответил:</p>
   <p>– Моя потребность спасти людей.</p>
   <p>– Каких людей?</p>
   <p>– Мое определение гораздо шире, чем чье-либо еще, – даже определение Бене Гессерит, которые думают, что определили, что значит быть человеком. Я отношу определение к нити, связующей человечество в вечное неразделимое целое. Конкретные дефиниции меня не интересуют.</p>
   <p>– Ты пытаешься сказать мне… – во рту у нее пересохло, Сиона не могла больше говорить. Она постаралась набрать побольше слюны. Он видел, как она шевелит губами под маской. Вопрос ее был настолько очевиден, что он не стал ждать.</p>
   <p>– Без меня на свете не существовало бы сейчас никаких людей. Путь к этому уничтожению был настолько отвратительным, что его не могло бы нарисовать самое дикое и разнузданное воображение.</p>
   <p>– Ты говоришь о предзнании, – поддразнила она его.</p>
   <p>– Золотой Путь до сих пор открыт для всех, – сказал он.</p>
   <p>– Я не верю тебе!</p>
   <p>– Потому что мы неравны?</p>
   <p>– Да!</p>
   <p>– Но мы зависим друг от друга.</p>
   <p>– Зачем я тебе нужна?</p>
   <p><emphasis>Ах, этот крик души юности, не нашедшей своего места.</emphasis> Он ощутил силу тайных связей с ней и заставил себя проявить твердость. <emphasis>Зависимость питает слабость!</emphasis></p>
   <p>– Ты – воплощение Золотого Пути, – сказал он.</p>
   <p>– Я? – Это слово было произнесено едва слышным шепотом.</p>
   <p>– Ты читала записки, украденные тобой у меня, – сказал он. – Я – в них, но где же ты? Посмотри, что я создал, Сиона. А ты, ты не можешь даже создать самою себя.</p>
   <p>– Слова, хитрые слова!</p>
   <p>– Я не страдаю от того, что мне поклоняются, Сиона. Я страдаю от того, что меня не понимают и неверно оценивают. Возможно… Нет. Я не смею надеяться на тебя.</p>
   <p>– Какова цель этих записок?</p>
   <p>– Их записывает иксианская машина. Их найдут в далеком будущем, люди прочтут их и задумаются.</p>
   <p>– Иксианская машина? Ты отрицаешь джихад!</p>
   <p>– В этом состоит еще один урок. Что в действительности делают эти машины? Они увеличивают количество вещей, которые мы можем делать не думая. То, что мы делаем не думая, представляет собой реальную опасность. Посмотри, сколько времени ты шла по пустыне, прежде чем вспомнила о защитной маске.</p>
   <p>– Ты мог бы предупредить меня!</p>
   <p>– И усилить твою зависимость.</p>
   <p>Мгновение она внимательно смотрела на него.</p>
   <p>– Почему ты хотел, чтобы я командовала твоими Говорящими Рыбами?</p>
   <p>– Ты женщина из рода Атрейдесов, очень глубокая и способная к принятию независимых решений. Ты можешь быть привержена правде только ради правды, как мы это и видим. Ты была рождена и воспитана для того, чтобы командовать. А это означает свободу от зависимости.</p>
   <p>Ветер взметнул вокруг них пыль и песок, пока она обдумывала его слова.</p>
   <p>– А если я соглашусь, то ты спасешь меня?</p>
   <p>– Нет.</p>
   <p>Она была настолько уверена в противоположном ответе, что прошло несколько секунд, прежде чем до нее дошел смысл этого единственного слова. Ветер немного усилился, погнав тучу песка по направлению к хребту Хаббанья. Воздух внезапно наполнился холодом, который отнимает у тела влагу не меньше чем самый беспощадный зной. Частью своего сознания Лето отметил погрешности в управлении погодой.</p>
   <p>– Нет? – Она была одновременно озадачена и разозлена.</p>
   <p>– Я не заключаю сделок с людьми, которым должен доверять.</p>
   <p>Она медленно покачала головой из стороны в сторону, но не отрываясь смотрела в лицо Лето.</p>
   <p>– Что может заставить тебя спасти меня?</p>
   <p>– Ничто не может заставить. Почему ты думаешь, что можешь сделать для меня то, что я не буду делать для тебя? Это путь к взаимной зависимости.</p>
   <p>Ее плечи безвольно опустились.</p>
   <p>– Если я не могу заключить с тобой сделку и принудить тебя, то…</p>
   <p>– То должна выбрать иной путь.</p>
   <p><emphasis>Как это замечательно наблюдать взрывное пробуждение сознания</emphasis>, подумал он. Выразительные черты Сионы не могли ничего от него скрыть. Она так пристально смотрела ему в глаза, словно старалась проникнуть в самые сокровенные его мысли. В ее приглушенном голосе появилась новая сила:</p>
   <p>– Ты должен был бы рассказать мне все о себе, даже о своих малейших слабостях.</p>
   <p>– Ты хочешь украсть то, что я дал бы тебе открыто?</p>
   <p>Утренний свет ярко и беспощадно осветил ее лицо.</p>
   <p>– Я ничего тебе не обещаю!</p>
   <p>– Но я и не требую этого.</p>
   <p>– Но… ты дашь мне воды, если я попрошу?</p>
   <p>– Это не обычная вода.</p>
   <p>Она кивнула:</p>
   <p>– А я – Атрейдес.</p>
   <p>Говорящие Рыбы на своих уроках не утаили того, что гены Атрейдесов предрасполагают к особой чувствительности. Она знала, откуда берется Пряность и что она может для нее сделать. Учителя в школе Говорящих Рыб никогда не подводили Лето. И небольшое количество меланжи, добавленной в паек, сослужило Сионе свою службу.</p>
   <p>– Видишь завитки позади моего лица, – сказал он. – Надави на них пальцем и они выдадут тебе немного влаги, обильно сдобренной Пряностью.</p>
   <p>Он увидел в ее глазах понимание. В ней сейчас говорила память, которую она сама не воспринимала как память. Она была конечным продуктом многих поколений, за время жизни которых чувствительность Атрейдесов к Пряности постоянно возрастала.</p>
   <p>Даже страшная жажда пока не тронула ее.</p>
   <p>Для того чтобы она легче прошла сквозь кризис, он рассказал ей об играх фрименских детей, которые выдавливали воду из песчаных форелей для того, чтобы выпить жизненной влаги.</p>
   <p>– Но я – Атрейдес, – сказала она.</p>
   <p>– Да, и об этом доподлинно свидетельствует Устное Предание.</p>
   <p>– Значит, я могу умереть от этого.</p>
   <p>– Но это же испытание.</p>
   <p>– Ты сделаешь из меня истинную фрименку!</p>
   <p>– Как еще научить твоих потомков выживать в этих условиях, когда не станет меня?</p>
   <p>Она стянула с лица маску и приблизила лицо к лицу Лето. Подняв палец, она прикоснулась к завитой складке его капюшона.</p>
   <p>– Осторожно постучи по ней, – сказал он.</p>
   <p>Ее рука подчинилась не голосу, а какой-то внутренней команде. Палец двигался осторожно и аккуратно, прислушиваясь к своей собственной памяти, переданной через множество поколений, и уцелевшей в итоге всех ошибок и безошибочности при передаче информации. Он обернулся, его лицо оказалось в непосредственной близости от ее лица. На краю складки начали образовываться синие капли. В воздухе распространился сильный запах корицы. Сиона потянулась к каплям всем телом. Он ясно видел поры вокруг крыльев ее носа, видел, как она языком слизывает капли.</p>
   <p>Вот она отодвинулась – не полностью удовлетворенная, но движимая осторожностью и подозрительностью. Так обычно поступал Монео. <emphasis>Каков отец, такова и дочь.</emphasis></p>
   <p>– Как скоро оно начнет действовать? – спросила она.</p>
   <p>– Оно уже действует.</p>
   <p>– Я имею в виду…</p>
   <p>– Через минуту или около того.</p>
   <p>– Я ничего тебе за это не должна?</p>
   <p>– Я не потребую платы.</p>
   <p>Она запечатала лицевую маску.</p>
   <p>Лето увидел, как глаза Сионы начинают заволакиваться молочно-белым туманом отчуждения. Не спрашивая разрешения, она похлопала ладонью по складке переднего сегмента, требуя, чтобы Лето приготовил для нее живой гамак. Он подчинился. Она свернулась калачиком, и Лето, выгнув тело, смог увидеть ее в кармане своей кожи. Глаза Сионы оставались открытыми, но она уже ничего не видела. Она сильно дернулась, ее тело начала бить крупная дрожь, потом начались конвульсии, словно девушка умирала. Лето знал это ощущение, но не мог ничего изменить. В сознании Сионы останется не предковая память, но с ней навсегда останутся образы, звуки и запахи. Внутри нее начнут работать поисковые механизмы, там будет запах крови и вспоротых кишок, съежившиеся в своих землянках люди, знающие только то, что спасения нет… а механическое движение будет все ближе и ближе… и ближе… и громче… и громче…</p>
   <p>Куда бы она ни бросилась, везде она найдет одно и то же. Выхода не будет нигде.</p>
   <p>Он почувствовал прилив жизни. <emphasis>Борись с тьмой, Сиона.</emphasis> Это единственное, что всегда делали Атрейдесы. Они сражались за жизнь. А теперь она тоже сражается за жизни других людей. Он почувствовал мгновенное отупение, но затем жизненная сила взорвалась с новой силой. Сиона все глубже и глубже погружалась во мрак, гораздо глубже, чем кто-либо до нее. Он начал тихонько ее укачивать, словно в колыбели. Неизвестно, что сыграло свою роль – мягкое укачивание или тонкая нить горячей решимости, но к полудню содрогания прекратились и состояние Сионы стало больше походить на обычный сон. О видениях говорили только единичные глубокие вздохи и вскрики. Перекатываясь с боку на бок, Лето продолжал бережно нянчить Сиону.</p>
   <p>Сможет ли она вернуться в мир после посещения таких глубин? Реакция Сионы обнадеживала. Какая сила таится в этой девушке!</p>
   <p>Она проснулась поздним вечером, на нее снизошло спокойствие, ритм дыхания изменился. Глаза внезапно открылись. Она посмотрела на Лето, выкатилась из гамака, повернулась к нему спиной и простояла так около часа, о чем-то напряженно раздумывая.</p>
   <p>Монео в свое время поступил точно так же. В этих Атрейдесах появилась новая черта. Некоторые старшие Атрейдесы шумно обрушивались на него. Другие пробовали убежать, спотыкаясь и нервно оглядываясь, заставляя его гнаться за ними, некоторые падали на камни и начинали дико извиваться. Некоторые безмолвно садились на корточки и тупо смотрели в землю. Но никогда никто не поворачивался к нему спиной. Лето рассматривал это как обнадеживающий знак.</p>
   <p>– Ты – начало, имеющее понятие о том, как широко распространилась моя семья, – сказал он.</p>
   <p>Она обернулась, губы плотно сжаты, но глаза опущены – она не посмела встретиться с ним взглядом. Он видел, что она приняла это, хотя это понимание могли разделить с ним очень немногие, – понимание того, что его единичная множественность была способна вместить в себя, как семью, все человечество.</p>
   <p>– Ты мог бы спасти в лесу моих друзей, – обвиняющим тоном произнесла она.</p>
   <p>– Да, но ты тоже могла бы спасти их.</p>
   <p>Она сжала кулаки и, прижав их к вискам, посмотрела на него горящим взглядом.</p>
   <p>– Но ты же знаешь <emphasis>все</emphasis>!</p>
   <p>– Сиона!</p>
   <p>– Неужели я должна была познать это именно так? – прошептала она.</p>
   <p>Он молчал, предоставив ей самой ответить на этот вопрос. Ее надо было заставить понять, что его первичное сознание работало по-фрименски и что он, как хищник, будет преследовать любую добычу, которая оставляет следы.</p>
   <p>– Золотой Путь, – прошептала она. – Я могу почувствовать его. – Потом она с гневом взглянула на Лето. – Он так жесток, твой Золотой Путь!</p>
   <p>– Выживание всегда жестоко.</p>
   <p>– Они не могли нигде спрятаться, – продолжала шептать она. – Что ты со мной сделал?</p>
   <p>– Ты пыталась стать фрименской мятежницей, – ответил он. – Фримены обладали почти фантастической, невероятной способностью читать самые незаметные следы в Пустыне. Они могли отыскать в песках следы малейшего ветерка.</p>
   <p>Он увидел на ее лице следы угрызений совести, в ее памяти всплыли образы погибших товарищей. Он заговорил, понимая, что вслед за угрызениями совести придет чувство вины, а потом гнев, который обратится на него.</p>
   <p>– Ты бы поверила мне, если бы я просто все это тебе рассказал?</p>
   <p>Угрызения совести подавляли ее. Она тяжело дышала, широко открыв под маской рот.</p>
   <p>– Ты еще не выжила в Пустыне, – вдруг сказал он.</p>
   <p>Постепенно ее дрожь улеглась. Фрименские инстинкты начали проявлять свое закаливающее действие.</p>
   <p>– Я выживу, – сказала она, глядя прямо в его глаза. – Ты читаешь нас по нашим эмоциям, так?</p>
   <p>– Эмоции зажигают мысли, – сказал Лето. – Я могу уловить малейшие изменения поведения и указать их эмоциональную причину.</p>
   <p>Он видел, что она принимает свою наготу так же, как ее принял когда-то Монео, – со страхом и ненавистью. Но это не имело практически никакого значения. Он давно прозондировал время впереди их. Да, она выживет в его Пустыне, потому что ее следы были видны рядом с его… но он не чувствовал ее плоти в этих следах. Но непосредственно за ее следами он вдруг увидел отверстое пространство, в котором было запечатано так многое. Смертный крик Антеак прозвучал в его сознании… крики атакующих Говорящих Рыб!</p>
   <p><emphasis>Придет Малки,</emphasis> подумал он. <emphasis>Мы снова встретимся, Малки и я.</emphasis></p>
   <p>Лето открыл свои человеческие глаза и увидел, что Сиона пристально смотрит на него.</p>
   <p>– Я все еще ненавижу тебя! – выпалила она.</p>
   <p>– Ты ненавидишь вынужденную жестокость хищника.</p>
   <p>Она заговорила с ядовитым воодушевлением:</p>
   <p>– Но я видела еще кое-что. Ты не можешь читать мои следы!</p>
   <p>– Вот почему ты должна участвовать в селекции и дать потомство, чтобы сохранить это качество у потомков.</p>
   <p>Он не успел договорить, как пошел дождь. Невесть откуда взявшаяся туча, темнота и ливень – все наступило одновременно и внезапно. Несмотря на то что Лето обычно очень хорошо чувствовал изменения погоды, на этот раз стихия застала его врасплох. Он знал, что в Сарьире иногда идут дожди, дождь быстро кончался, вода испарялась и снова становилось сухо. Как только выглядывало солнце, вода из луж мгновенно испарялась. В большинстве случаев вода вообще не успевала упасть на землю. Это были призрачные дожди, вода испарялась, сталкиваясь с перегретыми нижними слоями воздуха. Но этот дождь намочил Лето.</p>
   <p>Сиона откинула с лица маску и, подставив лицо дождю, жадно глотала воду, не замечая, какое действие оказывала вода на Лето.</p>
   <p>Как только дождь намочил кожу из песчаных форелей, все тело Лето свернулось в огромный клубок невыразимых страданий. Раздельные движения форелей и Червя привели к ощущению, что все тело разрывается на части, что придавало новое значение слову «боль». Песчаные форели стремились ринуться к воде и окружить ее. Червь чувствовал, как вместе с водой на него проливается сама смерть. Струйки синего дыма поднимались в тех местах, где Лето соприкасался с водой. Внутренний биохимический завод начал производить Пряность. Синий дым поднимался от всего его тела, лежавшего в огромной луже. Лето извивался и стонал.</p>
   <p>Туча прошла, и только теперь Сиона заметила, что Лето чем-то обеспокоен.</p>
   <p>– Что с тобой? – спросила она.</p>
   <p>Он был не способен ответить. Дождь кончился, но вода оставалась на камнях, она текла отовсюду и подтекала под него. Бежать было некуда.</p>
   <p>Сиона увидела синий дым в тех местах, где вода касалась Лето.</p>
   <p>– Это же вода!</p>
   <p>Справа было возвышение, на котором не было воды. Преодолевая боль, он пополз туда, испуская стон при погружении в очередную лужу. Возвышение почти высохло, когда он достиг его. Мучения медленно отпускали его, и только теперь он понял, что Сиона стоит прямо перед ним. Она спросила его голосом, полным притворного участия:</p>
   <p>– Почему вода причиняет тебе боль?</p>
   <p><emphasis>Боль? Какое неадекватное слово!</emphasis> Однако уклониться от этого вопроса было нельзя. Она достаточно много знала, чтобы самостоятельно заняться выяснением ответа. Ответ мог быть найден. Он, запинаясь, объяснил ей взаимоотношения червя и форелей к воде. Она молча слушала его.</p>
   <p>– Но жидкость, которую ты дал мне…</p>
   <p>– Она разбавлена и смягчена Пряностью.</p>
   <p>– Тогда зачем ты рискуешь и выходишь сюда без тележки?</p>
   <p>– Нельзя быть фрименом в Цитадели или в тележке.</p>
   <p>Она согласно кивнула.</p>
   <p>Он заметил, что пламя мятежа снова вспыхнуло в ее глазах. Она не чувствовала ни вины, ни зависимости. Она не могла больше не верить в Золотой Путь, но какая, в сущности, разница? Его жестокость нельзя простить. Она может отвергнуть его, отказать ему в месте в своей семье. Он не был человеком, он же совсем не похож на нее! И теперь она знала секрет его устранения! Окружить его водой, уничтожить Пустыню, обездвижить его в великих мучениях! Неужели она думает, что скрыла свои мысли, повернувшись к нему спиной?</p>
   <p><emphasis>Но что я могу с этим поделать?</emphasis> – подумал он. <emphasis>Она должна жить, а я – демонстрировать неприятие насилия.</emphasis></p>
   <p>Теперь, когда он доподлинно знал природу Сионы, как легко было бы сдаться, слепо погрузиться в собственные мысли. Как это было бы соблазнительно – жить исключительно в глубинах своей памяти, но его дети все еще требовали, чтобы он преподал им урок своим примером, если они хотят избежать последней угрозы Золотому Пути.</p>
   <p><emphasis>Сколь же болезненно это решение!</emphasis> Он испытал некое сочувствие к Бене Гессерит. Его затруднительное положение было сродни тому, в котором оказался орден, столкнувшись с Муад’Дибом. <emphasis>Заключительное звено их селекционной программы – мой Отец, – и тем не менее они не смогли сохранить его.</emphasis></p>
   <p><emphasis>Друзья, вперед, в пролом!</emphasis> – подумал он и едва удержал смех, позабавившись своей театральностью.</p>
  </section>
  <section>
   <epigraph>
    <p>При наличии достаточного времени для смены поколений хищник производит некоторые приспособительные изменения в поведении жертвы, которые по петле обратной связи вызывают изменения в поведении самого хищника, который, в свою очередь, снова модифицирует поведение жертвы, и так далее, и так далее, и так далее… Многие мощные силы функционируют подобным же образом. К числу таких сил относится и религия.</p>
    <text-author>(Похищенные записки)</text-author>
   </epigraph>
   <p>– Господин велел мне передать вам, что ваша дочь жива.</p>
   <p>Наила произнесла эту весть певучим голосом, глядя на Монео, который сидел за столом, заваленным бумагами и заставленным средствами связи.</p>
   <p>Монео молитвенно сложил ладони, плотно прижав их друг к другу и глядя на длинные тени, которые отбрасывало низкое послеполуденное солнце на все предметы сквозь украшенное драгоценными камнями дерево тяжелого пресс-папье.</p>
   <p>Не глядя на Наилу, которая всей своей исполинской фигурой высилась возле двери в почтительном внимании, Монео спросил:</p>
   <p>– Они оба вернулись в Цитадель?</p>
   <p>– Да.</p>
   <p>Монео посмотрел в левое окно, не видя, впрочем, ни облаков кремнистой пыли, висящих на горизонте Сарьира, ни жадных порывов ветра, поднимающих песок с вершин дюн.</p>
   <p>– Что с тем делом, которое мы обсуждали накануне? – спросил он.</p>
   <p>– Все выполнено.</p>
   <p>– Очень хорошо. Он жестом отпустил женщину, но Наила осталась стоять перед ним. Монео удивленно посмотрел на нее, в первый раз с тех пор, как она вошла, обратив на нее внимание.</p>
   <p>– Это действительно необходимо, чтобы я присутствовала на этом… – она проглотила слюну, – бракосочетании?</p>
   <p>– Так приказал Господь Лето. Ты будешь там одна вооружена лазерным ружьем. Это большая честь.</p>
   <p>Она осталась стоять, глядя куда-то поверх головы Монео.</p>
   <p>– Что еще? – спросил он.</p>
   <p>Мощная челюсть Наилы дернулась.</p>
   <p>– Он Бог, а я – простая смертная, – повернувшись на каблуках, она стремительно вышла.</p>
   <p>На мгновение Монео удивился странному поведению этой великанши, но потом его отвлекли более близкие ему мысли. Он думал только о Сионе.</p>
   <p><emphasis>Она выжила, как и я.</emphasis> Сиона теперь обладает внутренним убеждением, что Золотой Путь остался незыблемым. <emphasis>Как и я.</emphasis> В этом не было единения, он не чувствовал, что стал ближе к дочери. Это был тяжкий крест, и этот груз неизбежно подавит ее мятежную натуру. Ни один Атрейдес не может пойти против Золотого Пути. Лето позаботился об этом!</p>
   <p>Монео вспомнил собственную мятежную юность. Каждую ночь – на новом месте, постоянная готовность к бегству. Паутина прошлого застлала его сознание, она словно прилипла к его памяти, как ни стремился он освободиться от навязчивых воспоминаний.</p>
   <p><emphasis>Сиона попала в клетку. Так же, как и я попал в клетку. Так же, как несчастный Лето.</emphasis></p>
   <p>Звон ночного колокола пробудил его от этих мыслей и включил ночное освещение в кабинете. Он посмотрел на стол, вспомнил о незаконченной работе. Сколько еще дел, связанных со свадьбой Бога-Императора и Хви Нори, надо сделать! Он нажал кнопку звонка и велел ординарцу, молодой Говорящей Рыбе, принести стакан воды и вызвать в кабинет Дункана Айдахо.</p>
   <p>Ординарец быстро вернулась и поставила на стол, возле левой руки Монео, стакан воды. Он посмотрел на длинные пальцы женщины и подумал, что с такими пальцами надо играть на лютне, но не посмотрел на ее лицо.</p>
   <p>– Я послала человека за Айдахо, – сказала Говорящая Рыба.</p>
   <p>Он кивнул и снова погрузился в дела. Он слышал, как она вышла, и только после этого отпил воды из стакана.</p>
   <p><emphasis>Некоторые люди живут без забот, словно мотыльки, но я не могу сбросить с себя тяжкое бремя.</emphasis></p>
   <p>Вода была пресной и безвкусной. Она притупила чувства, сделало тело каким-то вялым. Монео посмотрел на цвет Сарьира в предзакатных лучах солнца, подождал, пока окрестности станут невидимыми в наступающей темноте, думая, что сейчас получит наслаждение от красоты природы, но его ум просто отметил смену красок и все. <emphasis>Я не имею ни малейшего отношения к этому движению.</emphasis></p>
   <p>Наступила полная темнота, и свет в его рабочем кабинете автоматически усилился, принося с собой ясность мыслей. Он чувствовал себя вполне готовым к встрече с Айдахо. Его надо научить подчиняться необходимости и сделать это как можно быстрее.</p>
   <p>Дверь открылась, в кабинет снова вошла ординарец:</p>
   <p>– Вы не хотите поесть?</p>
   <p>– Позже! – Он поднял руку, когда она собралась выйти. – Оставь дверь открытой.</p>
   <p>Девушка нахмурилась.</p>
   <p>– Можешь играть, – сказал он. – Мне хочется послушать твою музыку.</p>
   <p>У нее было круглое гладкое личико, которое начинало светиться, когда девушка улыбалась. Так, с улыбкой на полудетском лице, она вышла из кабинета, оставив дверь полуоткрытой.</p>
   <p>Из приемной донеслись звуки лютни <emphasis>бива</emphasis>. Да, у этой девочки определенно есть талант. Басовые струны звучали, словно удары дождя по железной крыше, средние струны тихо вторили басам. Он узнал песню: трогательное воспоминание об осени, тихом ветре на далекой родной планете, где никогда не было пустынь. Грустная музыка, печальная, но какая прекрасная!</p>
   <p><emphasis>Это плач людей, попавших в клетку,</emphasis> подумал Монео. <emphasis>Воспоминание о свободе.</emphasis> Эта мысль показалась ему странной. Всегда ли необходимо, чтобы свободу добывали мятежом?</p>
   <p>Лютня смолкла. Послышались приглушенные голоса. В кабинет вошел Айдахо. Монео смотрел, как он входил. Игра света превратила лицо Дункана в гримасничающую маску с глубоко запавшими глазами. Не дожидаясь приглашения, он сел напротив Монео, и световая игра прекратилась. Перед Монео снова был все тот же Дункан. <emphasis>Просто еще один Дункан.</emphasis> Теперь он был одет в простую черную форму без знаков различия.</p>
   <p>– Я задал сам себе особенный вопрос, – сказал Айдахо. – Я рад, что ты вызвал меня, и хочу задать этот вопрос тебе. Чему не научился мой предшественник, Монео?</p>
   <p>Оцепенев от неожиданности, мажордом выпрямился на подушке. Какой не характерный для Дункана вопрос! Может быть, в этом кроется какое-то особое изобретение, которое применили тлейлаксианцы, готовя этого Айдахо?</p>
   <p>– Что побудило тебя к такому вопросу? – спросил Монео.</p>
   <p>– Я начал думать как фримен.</p>
   <p>– Ты не был фрименом.</p>
   <p>– Но я был ближе к ним, чем ты думаешь. Наиб Стилгар однажды сказал, что я, наверно, родился фрименом, но не знал об этом до тех пор, пока не прибыл на Дюну.</p>
   <p>– И что произошло, когда ты стал думать как фримен?</p>
   <p>– Ты помнишь, что нельзя дружить с человеком, в компании которого ты не хотел бы умереть.</p>
   <p>Монео положил руки ладонями на стол. На лице Айдахо появился волчий оскал.</p>
   <p>– Тогда что ты здесь делаешь? – спросил Монео.</p>
   <p>– Я подозреваю, что ты можешь быть хорошим товарищем, Монео. И я спросил себя, почему Лето выбрал в товарищи именно тебя?</p>
   <p>– Я выдержал испытание.</p>
   <p>– Такое же, как и то, что выдержала твоя дочь?</p>
   <p><emphasis>Значит, он знает, что они вернулись.</emphasis> Значит, какие-то Говорящие Рыбы обо всем его информируют, если, конечно… его не вызывал Император… <emphasis>Нет, об этом я бы знал.</emphasis></p>
   <p>– Испытания не бывают одинаковыми, – сказал Монео. – Мне пришлось спуститься в лабиринт с сумкой еды и флаконом Пряности.</p>
   <p>– Ты выбирал сам?</p>
   <p>– Что? О… если тебя будут испытывать, то ты сам все узнаешь.</p>
   <p>– Такого Лето я не знаю, – сказал Айдахо.</p>
   <p>– Разве я не говорил тебе об этом?</p>
   <p>– Но есть Лето, которого не знаешь ты.</p>
   <p>– Это потому, что он самый одинокий человек во всей вселенной, – сказал Монео.</p>
   <p>– Не играй в игру настроений, чтобы возбудить мою симпатию, – произнес Айдахо.</p>
   <p>– Игра настроений; хорошо сказано. – Монео кивнул в знак одобрения. – Настроение Бога-Императора подобно широкой реке. Ее течение безмятежно и гладко, но стоит на ее пути появиться препятствию, как она вспенивается бурунами и громадными волнами. Не стоит ставить преграды на пути этого потока.</p>
   <p>Айдахо оглядел ярко освещенный кабинет, потом посмотрел на темноту за окном и подумал об укрощенной реке <emphasis>Айдахо</emphasis>, которая текла где-то поблизости. Снова обратившись к Монео, он спросил:</p>
   <p>– Что ты знаешь о реках?</p>
   <p>– В юности я много путешествовал по ним. Я доверял свою жизнь утлым суденышкам и ходил в них по рекам и даже выходил в море, когда берега терялись из виду за горизонтом.</p>
   <p>Произнося эти слова, Монео вдруг понял, что в них содержится ключ к пониманию Бога Лето. Это ощущение повергло Монео в глубокое размышление, он вспомнил ту далекую планету, где он пересекал море от одного берега до другого. В первый же вечер перехода случился шторм, и где-то в недрах корабля раздавался неясный монотонный шум: «суг-суг-суг-суг». Это работали машины. Он тогда стоял на мостике рядом с капитаном и слушал шум работающих двигателей, который то стихал, то возникал снова в такт набегающим и откатывающимся громадным волнам. Каждое опускание киля открывало плоть моря, словно удар кулаком. Это было безумное движение, потрясающая качка, потрясающая в буквальном смысле слова – вверх… вниз! Вверх… вниз! Грудь болела от сдерживаемого страха. Стремление судна вперед и стремление стихии утопить его – дикие всплески воды час за часом, струи соленых волн, стекавших с палубы, и снова накат волны…</p>
   <p>Все это давало ключ к пониманию Бога-Императора.</p>
   <p><emphasis>Он был одновременно штормом и кораблем.</emphasis></p>
   <p>Монео снова посмотрел на Айдахо, который в ожидании ответа сидел за столом в холодном свете ламп. В этом человеке не было трепета, только жажда знать правду.</p>
   <p>– Так ты не поможешь мне узнать, чего не понял другой Дункан Айдахо? – спросил Дункан.</p>
   <p>– Нет, напротив, я охотно помогу тебе.</p>
   <p>– Так чему я никогда не могу научиться?</p>
   <p>– Как доверять.</p>
   <p>Айдахо откинулся на подушку и удивленно и недоверчиво уставился на Монео. Айдахо заговорил хриплым, прерывающимся голосом:</p>
   <p>– Я бы сказал, что доверял чрезмерно.</p>
   <p>Монео был неумолим:</p>
   <p>– Но как ты доверял?</p>
   <p>– Что ты хочешь этим сказать?</p>
   <p>Монео положил руки на колени.</p>
   <p>– Ты выбираешь мужчин, потому что они способны сражаться и умирать на стороне правого дела, каким ты его видишь. Ты выбираешь женщин, которые способны служить дополнением такому мужскому взгляду на вещи. Ты не допускаешь расхождений со своим взглядом, даже если эти расхождения продиктованы доброй волей.</p>
   <p>В дверях кабинета Монео произошло какое-то движение. Он поднял голову и увидел входящую Сиону.</p>
   <p>– Ну, папа, ты, как я вижу, занят своими обычными штучками.</p>
   <p>Айдахо рывком повернулся и уставился на говорившую.</p>
   <p>Монео разглядывал дочь, ища в ней признаки изменений. Она вымылась и надела новую форму командира Говорящих Рыб, но на лице и руках остались следы испытания Пустыней. Она потеряла в весе, скулы ее выпирали. Мазь не могла скрыть трещины на ее губах. На руках выступали вены. Глаза выглядели старыми и усталыми, во всем облике сквозило выражение человека, который испытал горечь поражения.</p>
   <p>– Я слышала ваш разговор, – сказала она, сняла руку с бедра и вошла в комнату. – Как ты осмеливаешься говорить о доброй воле, отец?</p>
   <p>Айдахо только теперь заметил на Сионе новую форму. В раздумье он сжал губы. <emphasis>Командир Говорящих Рыб? Сиона?</emphasis></p>
   <p>– Я понимаю твою горечь, – сказал Монео. – Я и сам когда-то испытал ее.</p>
   <p>– В самом деле? – Она подошла ближе и встала рядом с Айдахо, который внимательно ее разглядывал.</p>
   <p>– Меня просто переполняет радость от того, что я вижу тебя живой.</p>
   <p>– Как это, должно быть, благодатно для тебя – видеть меня в безопасности и на службе Бога-Императора, – сказала она. – Ты так хотел иметь ребенка, и вот взгляни! Смотри, какого успеха я добилась! – Она повернулась, демонстрируя мужчинам новую форму. – Командир Говорящих Рыб. Командир, все воинство которого состоит из одного человека, но тем не менее командир.</p>
   <p>Монео заставил себя говорить своим холодным профессиональным тоном:</p>
   <p>– Сядь.</p>
   <p>– Я предпочитаю стоять. – Она посмотрела на поднятую голову Айдахо.</p>
   <p>– А, Дункан Айдахо, мой назначенный дружок! Ты не находишь это интересным, Дункан? Господь Лето говорит, что со временем я войду в командную структуру его Говорящих Рыб. Все это время у меня будет один подчиненный. Ты знаешь, кто такая Наила, Дункан?</p>
   <p>Айдахо кивнул.</p>
   <p>– В самом деле? Мне почему-то кажется, что я не знаю ее. – Сиона посмотрела на Монео. – Я знаю ее, папа?</p>
   <p>В ответ Монео только пожал плечами.</p>
   <p>– Но ты говоришь о доверии, отец. – Сиона посмотрела на Монео. – Кто делает могущественных министров – доверие, Монео?</p>
   <p>Айдахо взглянул на Монео, чтобы посмотреть, какое впечатление произведут эти слова на мажордома. Лицо его показалось Айдахо хрупким от едва сдерживаемых эмоций. <emphasis>Гнев? Нет… Это что-то другое.</emphasis></p>
   <p>– Я доверяю Богу-Императору, – сказал Монео. – И надеюсь, что это чему-нибудь научит вас обоих. Я здесь для того, чтобы довести до вашего сведения его пожелания.</p>
   <p>– Его пожелания, – язвительно воскликнула Сиона. – Ты только послушай, Дункан! Команды Бога-Императора теперь называются пожеланиями.</p>
   <p>– Можешь и дальше разыгрывать свою пьесу, – сказал Айдахо. – Я знаю, что у нас небольшой выбор в чем бы то ни было.</p>
   <p>– У тебя всегда есть выбор, – возразил Монео.</p>
   <p>– Не слушай его, – сказала Сиона. – Он полон всяческих трюков. Они лелеют надежду, что мы с тобой упадем в объятия друг друга, чтобы наплодить побольше таких, как мой отец. Это будут твои наследники и потомки, папа.</p>
   <p>Монео побледнел. Ухватившись руками за край стола, он подался вперед.</p>
   <p>– Вы оба полные дураки! Но я попытаюсь спасти вас. Я постараюсь сделать это вопреки вашей же воле.</p>
   <p>Айдахо видел, как тряслись щеки Монео, видел его напряженный взгляд – эти признаки волнения против воли тронули сердце Айдахо.</p>
   <p>– Я не племенной жеребец, но тебя я послушаю.</p>
   <p>– Ошибка, как всегда, – сказала Сиона.</p>
   <p>– Молчи, женщина, – отрезал Айдахо.</p>
   <p>– Если ты еще раз заговоришь со мной в таком тоне, – Сиона смерила Дункана взглядом, – то я завяжу твою шею вокруг твоих же лодыжек.</p>
   <p>Айдахо, потеряв дар речи, начал подниматься.</p>
   <p>Монео поморщился и сделал Дункану знак сидеть спокойно.</p>
   <p>– Предупреждаю тебя, Дункан, что она скорее всего сумеет это сделать. Мне далеко до нее, а ты помнишь, что было, когда ты попытался напасть на меня?</p>
   <p>Айдахо сделал глубокий вдох, потом медленно выдохнул.</p>
   <p>– Говори, что ты должен сказать.</p>
   <p>Сиона присела на край стола и посмотрела на обоих мужчин.</p>
   <p>– Вот так-то лучше, – сказала она. – Пусть он говорит, только не вздумай его слушать.</p>
   <p>Айдахо плотно сжал губы.</p>
   <p>Монео отпустил стол. Сел. Посмотрел на Айдахо и Сиону.</p>
   <p>– Я почти закончил приготовления к свадьбе Бога-Императора и Хви Нори. Во время Празднеств вас не должно здесь быть.</p>
   <p>Сиона вопросительно посмотрела на отца.</p>
   <p>– Это твоя идея или его?</p>
   <p>– Моя. – Монео не отвернул взгляд. – У тебя есть чувство чести и долга? Ты что, ничему не научилась, побывав с ним?</p>
   <p>– Я узнала все, что в свое время узнал ты, папа. Я дала ему слово и сдержу его.</p>
   <p>– Значит, ты будешь командовать Говорящими Рыбами?</p>
   <p>– Если он доверит мне такое командование. Ты знаешь, папа, он ведет себя еще более уклончиво, чем ты.</p>
   <p>– Куда ты нас посылаешь? – спросил Дункан.</p>
   <p>– При условии, что мы согласимся, – добавила Сиона.</p>
   <p>– Есть маленькая деревушка на краю Сарьира, где живут музейные фримены, – сказал Монео. – Она называется Туоно. Деревня эта довольно приятная. Она стоит в тени вала на берегу реки. Там хороший источник и хорошая еда.</p>
   <p><emphasis>Туоно?</emphasis> – подумал Айдахо. Название показалось ему до странности знакомым.</p>
   <p>– Был бассейн Туоно по дороге в сиетч Табр, – сказал он.</p>
   <p>– Там длинные ночи и нет никаких развлечений, – подхватила Сиона саркастическим тоном.</p>
   <p>Айдахо резко оглянулся на нее. Она ответила ему пылающим взором.</p>
   <p>– Он хочет скрестить нас, чтобы Червь был доволен, – сказала она. – Он хочет, чтобы в моем животе резвились и скакали детишки для новой жизни. Скорее я увижу его мертвым, чем доставлю ему такое удовольствие.</p>
   <p>Айдахо в изумлении посмотрел на Монео.</p>
   <p>– А что будет, если мы откажемся ехать?</p>
   <p>– Думаю, что вы поедете, – ответил Монео.</p>
   <p>Губы Сионы тряслись.</p>
   <p>– Дункан, ты когда-нибудь видел эти маленькие пустынные деревушки? Никаких удобств, никаких…</p>
   <p>– Я видел деревню Табур, – сказал Дункан.</p>
   <p>– Уверена, что это настоящая столица по сравнению с Туоно. Конечно, сам-то Бог-Император не станет праздновать свое бракосочетание в окружении грязных лачуг! Ну нет, Туоно – это грязные лачуги и никакого комфорта, это максимально приближено к жизни древних фрименов.</p>
   <p>Айдахо заговорил, глядя на Монео:</p>
   <p>– Фримены не жили в грязных хижинах.</p>
   <p>– Кому интересно, где они играют в свои культовые игрища, – насмешливо произнесла она.</p>
   <p>По-прежнему глядя только на Монео, Айдахо продолжал:</p>
   <p>– У фрименов был только один культ – культ честности. Я больше беспокоюсь о честности, нежели о комфорте.</p>
   <p>– Во всяком случае, от меня ты его не дождешься, – огрызнулась Сиона.</p>
   <p>– Я ничего от тебя не жду, – сказал Айдахо. – Когда мы должны отправиться в Туоно, Монео?</p>
   <p>– Ты едешь? – спросила Сиона.</p>
   <p>– Я считаю, что надо принять доброту твоего отца.</p>
   <p>– Доброту! – фыркнула Сиона.</p>
   <p>– Вы отправитесь немедленно, – сказал Монео. – Я выделил для эскорта отделение Говорящих Рыб под командой Наилы.</p>
   <p>– Наилы? – переспросила Сиона. – В самом деле? Она останется с нами в деревне?</p>
   <p>– До дня бракосочетания.</p>
   <p>Сиона медленно наклонила голову.</p>
   <p>– В таком случае мы согласны.</p>
   <p>– Соглашайся от своего имени! – рявкнул в сердцах Айдахо.</p>
   <p>Сиона улыбнулась:</p>
   <p>– Простите. Могу я формально просить великого Дункана Айдахо присоединиться ко мне в этом первобытном гарнизоне, где он будет держать свои руки подальше от моей персоны?</p>
   <p>Дункан исподлобья смотрел на Сиону.</p>
   <p>– Не стоит волноваться по поводу того, где я буду держать свои руки. – Он взглянул на Монео. – Ты действительно добр, Монео? И поэтому отсылаешь меня отсюда?</p>
   <p>– Это вопрос доверия, – съязвила Сиона. – Кому он доверяет?</p>
   <p>– Меня принудят силой ехать вместе с твоей дочерью? – настаивал Айдахо.</p>
   <p>Сиона встала.</p>
   <p>– Либо мы принимаем предложение, либо наши доблестные солдаты свяжут нас и доставят в деревню весьма неудобным для нас способом. Можешь посмотреть – это написано на его лице.</p>
   <p>– Следовательно, у меня действительно нет выбора.</p>
   <p>– У тебя, как и у всякого человека, есть выбор, – сказала Сиона. – Умереть раньше или позже.</p>
   <p>Однако Айдахо все еще смотрел на Монео.</p>
   <p>– Каковы твои истинные намерения, Монео? Ты не удовлетворишь мое любопытство?</p>
   <p>– Любопытство иногда сохраняло людям жизнь… когда не помогало ничто другое, Дункан, – ответил мажордом. – Я пытаюсь сохранить тебе жизнь. Раньше я никогда этого не делал.</p>
  </section>
  <section>
   <epigraph>
    <p>Потребовалась почти тысяча лет, чтобы пыль древней всепланетной пустыни Дюны осела и связалась с почвой и водой. Ветра, который называли песчаным вихрем, не видели на Арракисе почти двадцать пять столетий. Во время этих штормов в воздухе могло одновременно носиться до двадцати миллиардов тонн пыли. Небо в такие дни приобретало серебристый оттенок. Фримены говорили: «Пустыня подобна хирургу, который срезает кожу и обнажает то, что лежит под ней». Планеты, как и люди, состоят из слоев. Их можно видеть. Мой Сарьир всего лишь слабое эхо того, что было. Сегодня я должен быть песчаным вихрем.</p>
    <text-author>(Похищенные записки)</text-author>
   </epigraph>
   <p>– Ты послал их в Туоно, не посоветовавшись со мной? Какой сюрприз, Монео! Как давно ты не проявлял подобной независимости.</p>
   <p>Монео, склонив голову, стоял в десяти шагах от Лето в центре сумрачной крипты и старался унять дрожь, чтобы ее не заметил Бог-Император. Была почти полночь. Лето заставлял своего мажордома ждать, ждать и томиться.</p>
   <p>– Я от души надеюсь, что не оскорбил вас, господин, – сказал Монео.</p>
   <p>– Ты позабавил меня, но не будь равнодушен к этому. В последнее время я потерял способность отличать комичное от печального.</p>
   <p>– Простите меня, господин.</p>
   <p>– О каком прощении ты просишь? Почему ты всегда спрашиваешь об оценке? Разве не может твой мир просто быть?</p>
   <p>Монео поднял глаза и посмотрел на лицо, спрятанное в ужасной складке. <emphasis>Он одновременно шторм и корабль. Этот закат существует сам по себе.</emphasis> Монео почувствовал, что стоит на краю ужасающего откровения. Глаза Бога-Императора буравили его насквозь, прожигали, почти физически ощупывали.</p>
   <p>– Господин, чего бы вы от меня хотели?</p>
   <p>– Чтобы ты наконец поверил в себя.</p>
   <p>Чувствуя, что вот-вот взорвется, Монео сказал:</p>
   <p>– Значит, то, что я не посоветовался с вами прежде, чем…</p>
   <p>– Наконец-то на тебя снизошло просветление, Монео! Мелкие души, ищущие власти, прежде всего разрушают веру других людей в себя самих.</p>
   <p>Слова эти подавляли Монео. В них ему чудилось обвинение, исповедание. Он чувствовал, как слабеет его хватка, которой он держался за бесконечно желанную вещь. Он пытался найти слова, чтобы назвать эту вещь, но разум его не мог подсказать имени. Может быть, если спросить об этом Бога-Императора.</p>
   <p>– Господин, если бы вы только сказали мне о своих мыслях по…</p>
   <p>– Мои мысли исчезнут, когда я их выскажу!</p>
   <p>Лето посмотрел на Монео сверху вниз. Как странно сидят его глаза по обе стороны орлиного носа Атрейдесов! Они движутся, словно стрелка на метрономе его лица. Слышит ли Монео ритмичное повторение слов: «<emphasis>Грядет Малки! Грядет Малки! Грядет Малки!</emphasis>»</p>
   <p>От тяжкой муки Монео хотелось расплакаться. Все мысли, которые у него были, – исчезли бесследно. Он прижал руки ко рту.</p>
   <p>– Твоя вселенная – это двумерное часовое стекло, – обвиняющим тоном произнес Лето. – Почему ты пытаешься сдержать песок?</p>
   <p>Монео опустил руки и вздохнул:</p>
   <p>– Вам угодно выслушать мой доклад о приготовлении к свадьбе?</p>
   <p>– Ты меня утомляешь! Где Хви?</p>
   <p>– Говорящие Рыбы готовят ее к…</p>
   <p>– Ты советовался с ней насчет приготовлений?</p>
   <p>– Да, господин.</p>
   <p>– Она одобрила их?</p>
   <p>– Да, господин, но она обвинила меня в том, что я предпочитаю количество работы ее качеству.</p>
   <p>– Разве это не замечательно, Монео? Видит ли она волнение среди Говорящих Рыб?</p>
   <p>– Думаю, что да, господин.</p>
   <p>– Их беспокоит сама идея моей женитьбы.</p>
   <p>– Именно поэтому я отослал отсюда Дункана, господин.</p>
   <p>– Конечно, конечно, и вместе с ним Сиону в…</p>
   <p>– Господин, я знаю, что вы испытали ее, и она…</p>
   <p>– Она чувствует Золотой Путь так же глубоко, как и ты, Монео.</p>
   <p>– Тогда почему я боюсь ее, господин?</p>
   <p>– Потому что ты ставишь разум превыше всего на свете.</p>
   <p>– Но я не понимаю разумных причин моего страха!</p>
   <p>Лето улыбнулся. Это было похоже на игру в кости с бесчисленным количеством граней. Эмоции Монео играли сегодня только на этой сцене. Как близко подошел он к краю, даже не замечая этого!</p>
   <p>– Монео, почему ты так упорно хочешь собрать картину из кусочков, выбитых из континуума? – спросил Лето. – Когда ты видишь спектр, ты всегда предпочитаешь только один цвет?</p>
   <p>– Господин, я не понимаю вас!</p>
   <p>Лето закрыл глаза, вспоминая, сколько раз в жизни приходилось ему слышать этот крик души. Лица слились в одну сплошную полосу. Он открыл глаза и стер их видение.</p>
   <p>– До тех пор, пока человек остается живым, чтобы видеть все эти цвета, они не претерпевают линейную смерть, даже если ты умрешь, Монео.</p>
   <p>– Что вы хотите сказать, говоря о цветах, господин?</p>
   <p>– Континуум – это нескончаемый Золотой Путь.</p>
   <p>– Но вы видите вещи, которых не видим мы, господин!</p>
   <p>– Потому что вы отказываетесь их видеть!</p>
   <p>Монео опустил голову.</p>
   <p>– Господин, я знаю, что вы далеко превосходите каждого из нас. Именно поэтому мы поклоняемся вам и…</p>
   <p>– Будь ты проклят, Монео!</p>
   <p>Он поднял глаза и в ужасе посмотрел на Бога-Императора.</p>
   <p>– Цивилизации рушатся, когда их сила начинает превосходить силу их религии! – крикнул Лето. – Почему ты не можешь этого видеть? Хви может.</p>
   <p>– Она иксианка, господин. Возможно, она…</p>
   <p>– Она – Говорящая Рыба! Она была рождена, чтобы служить мне. Нет! – Лето поднял руку, видя, что Монео собирается заговорить. – Говорящие Рыбы всполошились потому, что я называл их своими невестами, а теперь они видят иностранку, не посвященную в Сиайнок, которая знает этот ритуал лучше, чем они.</p>
   <p>– Как такое может быть, господин, что когда ваша Рыба…</p>
   <p>– О чем ты говоришь? Каждый из нас рано или поздно приходит к пониманию того, кто он и что должен делать.</p>
   <p>Монео раскрыл было рот, но не нашел, что сказать, и промолчал.</p>
   <p>– Это знают даже малые дети, – сказал Лето. – Они перестают знать только после того, как взрослые настолько запутывают их, что они начинают прятать свое знание от самих себя. Монео, раскройся!</p>
   <p>– Господин, я не могу этого сделать! – слова рвали Монео на части. Он трясся от невыразимой душевной боли. – У меня нет вашей силы и вашего знания о…</p>
   <p>– Довольно!</p>
   <p>Монео замолчал. Все его тело била дрожь.</p>
   <p>Лето начал успокаивать его:</p>
   <p>– Все в порядке, Монео. Я слишком много с тебя спросил и чувствую, что ты устал.</p>
   <p>Дрожь мало-помалу улеглась. Он несколько раз судорожно вздохнул.</p>
   <p>– Я решил внести некоторые изменения во фрименский ритуал моего бракосочетания. Мы не станем пользоваться водяными кольцами Гани, вместо этого мы воспользуемся кольцами моей матери.</p>
   <p>– Госпожи Чани, господин? Но где ее кольца?</p>
   <p>Лето перевернулся всем своим массивным телом на тележке и показал Монео глубокую нишу в стене крипты.</p>
   <p>– В этих стенах находятся захоронения первых Атрейдесов на Арракисе. Во второй нише могила Чани, там же лежат и ее кольца. Ты извлечешь их оттуда и доставишь на церемонию.</p>
   <p>– Господин! – Монео со страхом смотрел на могилы. – Не будет ли это святотатством?</p>
   <p>– Ты забываешь, Монео, кто живет во мне. – Он заговорил голосом Чани: – Я могу делать что захочу со своими водяными кольцами.</p>
   <p>Монео стушевался:</p>
   <p>– Хорошо, господин. Я доставлю их в деревню Табур, когда…</p>
   <p>– Табур? – переспросил Лето своим обычным голосом. – Но я передумал, Монео. Мы с Хви поженимся в деревне Туоно.</p>
  </section>
  <section>
   <epigraph>
    <p>Цивилизация по большей части основана на трусости. Так легко цивилизовать народ, обучая его трусости. Вы отбрасываете прочь стандарты, воспитывающие смелость. Вы ограничиваете волю. Вы регулируете аппетиты. Вы обносите горизонты заборами. Вы обусловливаете законами каждое движение. Вы отрицаете само существование хаоса. Вы учите даже детей дышать медленно и осторожно. Вы укрощаете.</p>
    <text-author>(Похищенные записки)</text-author>
   </epigraph>
   <p>Первый же взгляд на деревню Туоно ошеломил Айдахо. Здесь находится родина фрименов?</p>
   <p>Подразделение Говорящих Рыб доставило их из Цитадели на рассвете. Айдахо и Сиона летели в большом орнитоптере, а эскорт сопровождения в двух малых. Полет продолжался долго, почти три часа. Они приземлились на плоском круглом пластоновом ангаре в километре от деревни, отделенном от нее древними дюнами, окруженными чахлой травой и колючим кустарником. По мере того как они спускались вниз, стена, расположенная за деревней, казалась им все выше и выше. Дома деревни стремительно съеживались по сравнению с такой громадой.</p>
   <p>– Музейные фримены остались нетронутыми внепланетными технологиями, – объяснила Наила, пока эскорт запирал орнитоптеры в низком ангаре. Одна из гвардейцев бегом отправилась в деревню предупредить о прибытии важных гостей.</p>
   <p>Сиона, молчавшая во время всего полета, украдкой внимательно разглядывала Наилу.</p>
   <p>Все время, пока они шли через залитые утренним светом дюны, Айдахо старался представить себе, что он вернулся в старое время. Среди насаждений виднелся песок, в ложбинах между дюнами была голая бесплодная земля, пожелтевшая трава и кусты, практически лишенные листьев. По небосводу кружили три грифа – «парящие разведчики», как называли их фримены. Айдахо попытался объяснить это Сионе, шедшей рядом. Начинаешь опасаться этих пожирателей падали только тогда, когда они снижаются.</p>
   <p>– Мне рассказывали о грифах, – холодно осадила его Сиона.</p>
   <p>Айдахо заметил, что на верхней губе девушки выступили капельки пота. От отряда Говорящих Рыб, который сопровождал их, тоже доносился пряный запах пота.</p>
   <p>Воображение Айдахо не справилось с задачей сгладить разницу между прошлым и настоящим. Защитные костюмы, надетые на них, больше годились для театрального представления, а не для эффективного сбережения воды. Ни один истинный фримен не доверил бы свою жизнь такому костюму – даже здесь, где повсюду чувствовался запах близкой воды. Да и Говорящие Рыбы из отряда Наилы, идя по дороге, не соблюдали фрименского молчания. Они болтали как дети.</p>
   <p>Сиона утомленно шла рядом с ним, погруженная в грустное отчуждение, и не отрывала взгляд от мускулистой спины Наилы, возглавлявшей колонну.</p>
   <p>Что могло связывать этих двух женщин? Наила определенно была преданна Сионе, исполняла любое ее приказание, повиновалась каждому слову, но тем не менее она не отклонится от приказа, согласно которому их доставили в Туоно. Наила обращалась к Сионе очень почтительно и называла ее не иначе, как командиром. Между ними была какая-то очень глубокая связь, которая вызывала в Айдахо страх.</p>
   <p>Наконец они подошли к спуску, в нижней части которого стояла деревня, а за ней высокая стена. С воздуха Туоно выглядела как расположенные рядами квадратики, находящиеся вне большой тени стены. С близкого же расстояния деревня представилась скопищем жалких лачуг, убожество которых только усиливалось от попыток местных жителей украсить это место. Кусочки блестящих камней и полоски металла «инкрустировали» стены домов. На самом высоком строении высился железный шест, на котором развевалось зеленое знамя. Ветер доносил до ноздрей Айдахо запах мусора и открытых выгребных ям. Центральная улица тянулась вдоль песчаного пустыря, поросшего скудной травой. Улица заканчивалась площадью, вымощенной разбитым булыжником.</p>
   <p>Возле дома с флагом прибывших ожидала делегация в накидках. Среди людей была видна вестница, которую Наила послала предупредить жителей о встрече. Айдахо насчитал восемь встречавших – все мужчины в аутентичных фрименских одеждах коричневого цвета. Под капюшоном одного из встречавших виднелась зеленая головная повязка – это был, без сомнения, наиб. На другой стороне площади стояли дети с цветами. Из боковых улочек выглядывали женщины в черных капюшонах. Айдахо нашел эту сцену вопиюще удручающей.</p>
   <p>– Давайте быстрее покончим с этим, – сказала Сиона.</p>
   <p>Наила кивнула и повела группу по склону на улицу. Сиона и Айдахо шли в нескольких шагах за Наилой. Остальные тащились сзади. Они замолчали и с нескрываемым любопытством глазели по сторонам.</p>
   <p>Когда Наила приблизилась к встречавшим, человек с зеленой повязкой выступил вперед и поклонился. Он двигался, как старик, но Айдахо заметил, что это был человек средних лет, с гладкими щеками, с массивным носом, на котором не было следов от трубки. А его глаза! В них не было синевы – следов употребления Пряности. Глаза были карими. Карие глаза у фримена!</p>
   <p>– Меня зовут Гарун, – сказал человек, когда Наила остановилась перед ним. – Я – наиб этой деревни. Я приветствую вас от имени фрименов Туоно.</p>
   <p>Наила показала через плечо на Айдахо и Сиону, которые остановились за ее спиной.</p>
   <p>– Приготовлены ли квартиры для наших гостей?</p>
   <p>– Мы, фримены, славимся своим гостеприимством, – ответил Гарун. – Все готово.</p>
   <p>Айдахо втянул ноздрями кисловатый запах этого места, прислушался к доносившимся откуда-то звукам, посмотрев в открытые окна здания с флагом. Зеленое знамя Атрейдесов, развевающееся над этим убожеством? В окно был виден зал с низким потолком, оркестровая яма в дальнем конце, эстрада и ряды кресел. Пол был застлан ковром. Помещение было, несомненно, концертным залом, местом развлечения туристов.</p>
   <p>Звук шаркающих шагов вновь вернул внимание Айдахо к Гаруну. Теперь вперед выступили дети, протягивавшие своими чумазыми руками цветы прибывшим. Цветы давно увяли.</p>
   <p>Гарун обратился к Сионе, правильно определив ее звание по золотым шевронам ее командирского мундира.</p>
   <p>– Не хотите ли посмотреть представление наших фрименских ритуалов? – спросил он. – Может быть, послушать музыку? Посмотреть танцы?</p>
   <p>Наила приняла букет цветов из рук одного ребенка, понюхала цветы и чихнула.</p>
   <p>Другой оборванец протянул цветы Сионе, подняв на нее свои широко открытые глаза. Она приняла цветы, но даже не посмотрела на ребенка. Айдахо вообще отогнал детей от себя. Они в нерешительности постояли, потом обежали его и направились к отряду Говорящих Рыб.</p>
   <p>Гарун обратился к Айдахо:</p>
   <p>– Если вы дадите им несколько монет, они не будут вас больше беспокоить.</p>
   <p>Дункан содрогнулся. Так выглядит теперь обучение фрименских детей?</p>
   <p>Гарун снова обратил свое внимание на Сиону и начал рассказывать ей о расположении деревни. Наила тоже внимательно слушала.</p>
   <p>Айдахо отошел от них и направился вниз по улице, видя, как за ним наблюдает множество глаз, которые не осмеливаются встречаться с его взглядом. Чувства Айдахо были оскорблены украшениями, которые не делали лучше дома, несшие на себе все признаки глубокого упадка. Он снова посмотрел сквозь открытую дверь на зрительный зал. В Туоно проглядывала какая-то грубость, была какая-то завеса, скрывавшая невидимую борьбу, борьбу неведомо за что, скрытую за пожухлыми цветами и просительным голосом Гаруна. В другое время и на другой планете это были бы картонные макеты старинных домов, перепоясанные веревками крестьяне, смиренно протягивающие помещику свои петиции. Он слышал плаксивые нотки в голосе Гаруна. Это не фримен! Эти бедные создания живут в трущобах, пытаясь сохранить хотя бы часть своей цельности. Однако эта цельность с каждым годом все больше и больше вырывалась из их рук. То были утерянная цельность и утраченная реальность. Что здесь сотворил Лето? Эти музейные фримены растеряли все, кроме способности к растительному существованию и пустому произношению старинных слов, которые они не понимали и даже не умели правильно произносить.</p>
   <p>Он вернулся к Сионе и принялся рассматривать накидку Гаруна, обратив внимание на то, как тесно она скроена, – это говорило о недостатке материи и стремлении к экономии. Была видна часть серого защитного костюма – ни один фримен не позволил бы солнцу касаться своими лучами драгоценного защитного костюма. Айдахо оглядел других членов делегации и заметил у них ту же скупость в отношении одежды. Это выдавало их эмоциональное унижение. В такой одежде невозможно делать экспансивные жесты, она не допускает свободы движений. Накидки были тесными и ограничивающими у всех этих людей!</p>
   <p>Движимый отвращением, Айдахо шагнул вперед и распахнул накидку Гаруна, чтобы взглянуть на его защитный костюм. Так и есть! Костюм был полной бутафорией – ни рукавов, ни ботинок на присосках!</p>
   <p>Гарун отпрянул назад и схватился за рукоятку ножа, который, как сразу заметил Айдахо, висел на поясе костюма.</p>
   <p>– Эй, что ты делаешь? – злобно крикнул Гарун. – Ты не смеешь так прикасаться к фримену!</p>
   <p>– Ты – фримен? – язвительно поинтересовался Айдахо. – Я жил с фрименами! Я воевал с ними против Харконненов! Я умирал с фрименами! Ты? Ты – паяц!</p>
   <p>Костяшки пальцев Гаруна, сжимавших рукоятку ножа, побелели. Он обратился к Сионе:</p>
   <p>– Кто этот человек?</p>
   <p>– Это Дункан Айдахо, – вместо Сионы ответила Наила.</p>
   <p>– Гхола? – Гарун вгляделся в лицо Айдахо. – Мы никогда не видели тебя таким прежде.</p>
   <p>Айдахо едва не поддался желанию очистить площадь от этого сброда – очистить любой ценой, даже ценой собственной жизни – униженной и ненужной даже тем, кто постоянно воскрешал его. <emphasis>Да, я – устаревшая модель!</emphasis> Но это не фримены.</p>
   <p>– Обнажи оружие или убери руку с ножа, – потребовал Айдахо.</p>
   <p>Гарун опустил руку.</p>
   <p>– Это не настоящий нож, – сказал он. – Простая декорация. – Голос его стал подобострастным. – Но у нас есть настоящие ножи, даже отравленные! Они хранятся запертыми для лучшей сохранности.</p>
   <p>Айдахо ничего не смог с собой поделать. Откинув назад голову, он оглушительно расхохотался. Сиона улыбалась, и только Наила сохранила полную серьезность, а Говорящие Рыбы моментально окружили начальников плотным кольцом.</p>
   <p>Смех оказал странное действие на Гаруна. Он опустил голову и сцепил руки перед собой, но Айдахо успел заметить, что пальцы его заметно дрожали. Когда Гарун снова поднял голову, взгляд его был исподлобья направлен на Айдахо. Дункан мгновенно отрезвел. Было такое впечатление, что невидимый страшный сапог сокрушил самолюбие Гаруна, сделав из него жалкого раба. В глазах этого человека можно было прочесть покорное ожидание. Он смотрел и ждал. По причине, которую не смог бы объяснить сам Айдахо, ему на память вдруг пришли строки католической библии: «Не те ли это малые, которые смиренны и наследуют царствие небесное?»</p>
   <p>Гарун прочистил горло:</p>
   <p>– Может быть, гхола Дункан Айдахо посмотрит наши обычаи и наши ритуалы и выступит судьей?</p>
   <p>Слыша эту жалобную просьбу, Айдахо почувствовал себя пристыженным.</p>
   <p>– Я научу вас всему, что знаю о фрименах. – Он оглянулся и увидел, что Наила сердито нахмурилась. – Это поможет нам провести время, – сказал он. – И кто знает, может быть, на эту землю вернется что-то от старого фримена?</p>
   <p>– Нам нет нужды играть в эти культовые игрища! Веди нас на наши квартиры, – сказала Сиона.</p>
   <p>Наила опустила голову и в смущении заговорила, стараясь не смотреть на Сиону:</p>
   <p>– Командир, есть одна вещь, о которой я должна вам сказать.</p>
   <p>– Ты должна сказать, что мы <emphasis>должны</emphasis> навсегда остаться в этом тухлом месте и что твоя обязанность проследить за этим.</p>
   <p>– О нет, – возразила Наила и посмотрела в глаза Сионе. – Куда вы сможете уйти? Через стену вам не перелезть, тем более что за ней река. А позади – только песок Сарьира. О нет, это нечто совсем другое.</p>
   <p>Наила покачала головой.</p>
   <p>– Говори живее! – рявкнула Сиона.</p>
   <p>– Я получила строжайший приказ, командир, который я не могу не выполнить. – Наила оглядела своих гвардейцев, потом снова взглянула на Сиону. – Вы и… Дункан Айдахо должны жить в одной квартире вместе.</p>
   <p>– Это приказ моего отца?</p>
   <p>– Госпожа командир, это приказ самого Бога-Императора, и мы не можем его ослушаться.</p>
   <p>Сиона посмотрела на Айдахо.</p>
   <p>– Ты помнишь, о чем я предупредила тебя, Дункан, когда мы говорили с тобой в Цитадели?</p>
   <p>– Мои руки принадлежат мне и будут делать то, что им заблагорассудится, – огрызнулся Айдахо.</p>
   <p>Она коротко кивнула, отвернулась и обратилась к Гаруну:</p>
   <p>– Какая разница, где мы будем спать в этом отвратительном месте? Веди нас домой.</p>
   <p>Айдахо нашел ответ Гаруна очаровательным. Он повернул голову к гхола, прикрылся капюшоном, чтобы его не видела Сиона, и подмигнул Айдахо. После этого он отвернулся и повел их с площади вдоль по грязной улице.</p>
  </section>
  <section>
   <epigraph>
    <p>В чем заключается самая непосредственная опасность для моего правления? Я могу ответить вам. Это истинный провидец, человек, который в присутствии Бога сознает свое истинное место. Экстаз провидца создает энергию, подобную половой, – она не заботится ни о чем, кроме творения. Один акт творения в целом похож на другой, все зависит от содержания видения.</p>
    <text-author>(Похищенные записки)</text-author>
   </epigraph>
   <p>Лето покинул свою тележку и лежал на защищенном от непогоды балконе Малой Цитадели, охваченный раздражением, которое, как он прекрасно понимал, было вызвано вынужденной задержкой их бракосочетания с Хви Нори. Лето смотрел на юго-запад. Где-то там, за темнеющим горизонтом, находятся Сиона, Дункан и их товарищи, которые уже шестой день живут в деревне Туоно.</p>
   <p><emphasis>В этой задержке виноват только я,</emphasis> думал Лето. <emphasis>Это я изменил место проведения церемонии, и бедняге Монео пришлось заново начинать все приготовления.</emphasis></p>
   <p>Да еще эти проклятые мысли о Малки.</p>
   <p>Все эти заботы было невозможно объяснить Монео, который суетился в соседнем зале, переживая из-за того, что отсутствовал на своем командном пункте и не мог оттуда руководить приготовлениями к празднеству. Какой он, однако, хлопотун!</p>
   <p>Лето взглянул на заходящее солнце. Оно скатывалось к горизонту, одетое в призрачный оранжевый туман, след только что прошедшей бури. Сейчас дождь медленно перемещался вместе с облаками к южной части Сарьира. В долгой тишине Лето некоторое время наблюдал за дождем, который, казалось, не имел ни начала, ни конца. Облака вырастали тяжелыми нагромождениями из серого неба, а из облаков видимыми линиями протягивался к земле дождь. Он почувствовал, как его обуревает неумолимая память. Трудно было изменить настроение, и Лето вдруг понял, что совершенно непроизвольно мысленно повторяет великие строки древнего поэта.</p>
   <p>– Вы что-то сказали, господин? – Голос Монео раздался совсем рядом. Скосив глаза, Лето увидел стоявшего рядом и готового к приказаниям верного мажордома.</p>
   <p>Лето перевел стихи на галахский и процитировал:</p>
   <p>– Соловей свил гнездо в ветвях сливы, но что он может поделать с ветром?</p>
   <p>– Это вопрос, господин?</p>
   <p>– Это очень древний вопрос. Ответ на него очень прост. Пусть соловей занимается своими цветами.</p>
   <p>– Я не понимаю вас, господин.</p>
   <p>– Перестань обсуждать очевидное, Монео. Меня раздражает, когда ты это делаешь.</p>
   <p>– Простите меня, господин.</p>
   <p>– Что мне остается делать? – Лето изучающе посмотрел на потупившего взор Монео. – Ты и я, Монео, чем бы мы ни занимались, представляем собой очень органичный актерский ансамбль.</p>
   <p>Мажордом недоуменно уставился на Лето.</p>
   <p>– Господин?</p>
   <p>– Ритуалы религиозных празднеств в честь Вакха стали семенами, из которых вырос греческий театр. Религия часто приводила к рождению театра. Из нас тоже можно сделать неплохой театр. – Лето опять вперил задумчивый взор в горизонт.</p>
   <p>Теперь на юго-западе поднялся ветер, громоздивший облака друг на друга. Лето показалось, что он слышит, как шуршит песок, который ветер сдувает с вершин дюн. Но в зале башни стояла мертвая тишина, которую лишь подчеркивал едва слышный шелест ветра.</p>
   <p>– Облака, – прошептал Лето. – Я снова выпью бокал лунного света, у моих ног пристанет древняя морская ладья, прозрачные облака побегут по синему небу, на моих плечах снова будут развеваться серо-голубой плащ, а рядом будут пастись кони.</p>
   <p>– У господина заботы? – спросил Монео. Его сочувствие буквально лилось на Лето.</p>
   <p>– Яркие тени моего прошлого, – ответил Лето. – Они никогда не оставляют меня в покое. Я слушаю успокаивающие звуки – перезвон колоколов в засыпающем городке, но этот звук говорит мне лишь то, что я – звук и душа этого мира.</p>
   <p>Пока Лето говорил, на башню пала тень наступающей ночи. Лето стал смотреть на восходящий над оранжевым горизонтом дынный ломтик Первой Луны, которая вдруг, освобожденная от света планеты, повисла над облаками, приготовившись совершить свой обычный круг.</p>
   <p>– Господин, зачем мы сюда приехали? – спросил Монео. – Почему вы не хотите мне сказать?</p>
   <p>– Я хотел получить удовольствие от твоего удивления, – ответил Лето. – Скоро здесь приземлится корабль Гильдии. Мои Говорящие Рыбы привезут Малки.</p>
   <p>Монео судорожно вздохнул:</p>
   <p>– Дядя Хви? Тот самый Малки?</p>
   <p>– Ты удивлен, что я не предупредил тебя об этом?</p>
   <p>Монео ощутил, как по его телу пробежал холодок.</p>
   <p>– Господин, если вам угодно держать эти вещи в тайне от меня, то…</p>
   <p>– Монео, – в тоне Лето прозвучало лишь мягкое убеждение. – Я знаю, что Малки был для тебя гораздо большим искушением, чем все остальные…</p>
   <p>– Господин, я никогда…</p>
   <p>– Я знаю, Монео, – продолжал Лето все тем же мягким, вкрадчивым тоном. – Но удивление пробудило и оживило твою память. Ты теперь во всеоружии и готов ко всему, что я могу потребовать от тебя.</p>
   <p>– Что… что, мой господин…</p>
   <p>– Вероятно, нам придется избавиться от Малки. Он стал мешать.</p>
   <p>– Я? Вы хотите, чтобы я…</p>
   <p>– Возможно, да.</p>
   <p>Монео судорожно сглотнул.</p>
   <p>– Преподобная Мать…</p>
   <p>– Антеак мертва. Она хорошо послужила мне, но она мертва. Была жестокая схватка, когда мои Говорящие Рыбы атаковали место, где прятался Малки.</p>
   <p>– Все же хорошо, что здесь не будет Антеак, – сказал Монео.</p>
   <p>– Мне нравится то недоверие, с которым ты относишься к Бене Гессерит, но я бы хотел, чтобы Антеак оставила нас другим способом. Она была верна нам, Монео.</p>
   <p>– Преподобная Мать была…</p>
   <p>– Завладеть тайной Малки хотели и Бене Тлейлакс, и Гильдия, – сказал Лето. – Когда они увидели, что мы направились к Иксу, они нанесли удар, опередив моих Говорящих Рыб. Антеак… она смогла лишь немного задержать их, но и этого было достаточно. Мои Говорящие Рыбы успели вторгнуться в то место…</p>
   <p>– Тайна Малки, господин?</p>
   <p>– Когда что-то пропадает, – сказал Лето, – это столь же ценное сведение, как и то, которое мы получаем, когда что-то внезапно появляется. Пустое место всегда достойно самого пристального изучения.</p>
   <p>– Что мой господин имеет в виду под пустым местом…</p>
   <p>– Малки не умер! Определенно, я должен был это знать. Куда он направился, когда исчез?</p>
   <p>– Исчез… для вас? Господин, вы хотите сказать, что иксианцы…</p>
   <p>– Они усовершенствовали машину, которую когда-то очень давно сами подарили мне. Они совершенствовали ее медленно и незаметно, пряча, так сказать, раковины в раковинах. Но я видел тени от их движений. Я был удивлен, но это доставило мне удовольствие.</p>
   <p>Монео погрузился в раздумья. <emphasis>Машина, которая могла скрыть… Ах!</emphasis> Бог-Император упоминал этот предмет несколько раз, говоря о приборе, который может скрывать мысли, которые он записывал. Мажордом заговорил:</p>
   <p>– И Малки везет эту тайну…</p>
   <p>– О да. Но в действительности это не секрет самого Малки. На самом деле в его груди прячется другая тайна, о которой, как он думает, я даже не подозреваю.</p>
   <p>– Другая… Но, господин, если они могут скрывать даже от вас…</p>
   <p>– Теперь многие могут это делать, Монео. Они бросились врассыпную и рассеялись, когда их атаковали мои Говорящие Рыбы. Секреты иксианских машин распространяются по моей Империи, как лесной пожар.</p>
   <p>Глаза Монео расширились, он был явно встревожен.</p>
   <p>– Господин, если кто-нибудь…</p>
   <p>– Если они поумнели, то не оставят следов, – сказал Лето. – Сажи мне, Монео, что говорит Наила о Дункане? Она пересылает рапорты прямо тебе?</p>
   <p>– Как прикажет мой господин. – Монео откашлялся. Он не мог понять, почему Господь Лето говорит о спрятанных следах, Наиле и Дункане одновременно.</p>
   <p>– Конечно, ты сделаешь так, как я прикажу, – сказал Лето. – То же самое относится и к Наиле. Но что она говорит о Дункане?</p>
   <p>– Он не собирается сходиться с Сионой, если это то, что интересует…</p>
   <p>– Меня интересует, что он делает с моим игрушечным наибом Гаруном и другими музейными фрименами?</p>
   <p>– Он рассказывает им о старой жизни, о войнах против Харконнена, о первых Атрейдесах здесь, на Арракисе.</p>
   <p>– На Дюне.</p>
   <p>– Да, на Дюне.</p>
   <p>– Фрименов больше нет именно потому, что нет больше Дюны, – сказал Лето. – Ты передал мое послание Наиле?</p>
   <p>– Господин, зачем вы прибавляете себе опасности?</p>
   <p>– Ты передал мое послание?</p>
   <p>– Посланница уже на пути в Туоно, но я могу в любой момент отозвать ее с дороги.</p>
   <p>– Ты не станешь ее отзывать!</p>
   <p>– Но, господин…</p>
   <p>– Что она скажет Наиле?</p>
   <p>– Она прикажет от вашего имени, чтобы Наила продолжала полностью и беспрекословно подчиняться моей дочери во всем, кроме того, что касается… Господин! Это очень опасно!</p>
   <p>– Опасно? Наила – Говорящая Рыба. Она подчинится мне.</p>
   <p>– Но Сиона… Господин, я боюсь, что моя дочь не служит вам всем сердцем, а Наила…</p>
   <p>– Наила не должна уклоняться с предписанного ей пути.</p>
   <p>– Господин, давайте перенесем свадьбу в другое место.</p>
   <p>– Нет!</p>
   <p>– Господин, я знаю, что ваше видение открыло вам…</p>
   <p>– Золотой Путь продолжается, Монео. Ты знаешь это так же хорошо, как и я.</p>
   <p>Монео вздохнул:</p>
   <p>– В вашем распоряжении вечность, господин. Я не ставлю под вопрос… – Он осекся, ибо в этот момент страшный рев двигателей сотряс башню до основания. Чудовищный звук становился все громче и громче.</p>
   <p>– О, вот и прибыли мои гости, – сказал Лето. – Я пошлю тебя им навстречу в моей тележке. Доставь сюда одного Малки. Передай пилотам Гильдии, что этим они заслужили мое прощение и отошли их прочь.</p>
   <p>– Господин, вы прощ… Слушаюсь, господин. Но если они тоже обладают секретом…</p>
   <p>– Они послужат моей цели, Монео. Ты должен делать то же самое. Итак, доставь сюда Малки.</p>
   <p>Монео послушно направился к тележке, которая стояла в дальнем углу зала. Он взобрался на нее и взглянул на то, как уста ночи поглощают стену. В ночь выдвинулась посадочная площадка. Тележка легко, как пушинка, взмыла в воздух и приземлилась на песке рядом с кораблем Гильдии, который стоял, словно уменьшенная копия башни Малой Цитадели.</p>
   <p>Лето с балкона наблюдал за этой сценой, слегка приподняв свой передний сегмент, чтобы лучше видеть происходящее. Острое зрение позволяло ему видеть, как Монео, стоя в тележке, приблизился к кораблю. Длинноногие пилоты вынесли из корабля продолговатый контейнер на носилках, о чем-то поговорили с Монео и вернулись в корабль. Лето запечатал воздушным колпаком тележку с контейнером, заметив, как лунный свет отблескивает от прозрачной гладкой поверхности. Подчиняясь мысленному приказу Лето, тележка с носилками вернулась на посадочную площадку. Пока Лето ставил тележку в зал, корабль Гильдии с прежним ревом взмыл в воздух. Лето открыл колпак, запер зал и, подняв передний сегмент, посмотрел на Малки, который в сонном состоянии лежал на носилках, привязанный к ним широкими эластичными бинтами. Лицо этого человека, обрамленное темно-седыми волосами, было мертвенно-бледным.</p>
   <p><emphasis>Как же он постарел</emphasis>, подумал Лето.</p>
   <p>Монео сошел с тележки и тоже всмотрелся в лицо гостя.</p>
   <p>– Он ранен, господин. Они хотели послать за врачом…</p>
   <p>– Они хотели заслать сюда шпиона.</p>
   <p>Лето внимательно всматривался в темное морщинистое лицо Малки. Щеки запали, острый нос выглядел нелепым контрастом на овальном лице. Широкие брови были совсем седыми. Видимо, тестостерон иссяк, хотя его и было в избытке всю жизнь Малки… да…</p>
   <p>Малки открыл глаза. Каким потрясением было убедиться, что в глазах этого старика могут отражаться такие злые мысли! Губы Малки дрогнули в иронической усмешке.</p>
   <p>– Господин Лето, – едва слышным шепотом произнес он посмотрел направо, посмотрел на мажордома. – А вот и Монео, прости, что не могу приветствовать тебя стоя.</p>
   <p>– Тебе больно? – спросил Лето.</p>
   <p>– Временами, – ответил Малки, оглядывая зал. – Где же ваши гурии?</p>
   <p>– Боюсь, что на этот раз мне придется отказать вам в этом удовольствии, Малки.</p>
   <p>– Это и хорошо, – согласился Малки прежним хриплым шепотом. – Боюсь, что сейчас мне будет не до них. Те, которых вы послали ко мне, были далеко не гурии.</p>
   <p>– Их профессия – выполнять мои приказы, – сказал Лето.</p>
   <p>– Это были какие-то кровавые охотники!</p>
   <p>– Охотницей была Антеак. Говорящие Рыбы – это просто коммандос.</p>
   <p>Монео по очереди рассматривал собеседников. В их разговорах был какой-то непонятный для мажордома контекст. Малки, несмотря на свое плачевное состояние, был почти дерзок. Впрочем, Монео и не помнил его другим. Очень опасный человек!</p>
   <p>– До твоего прибытия мы с Монео обсуждали вопрос о бесконечности, – сказал Лето.</p>
   <p>– Бедный Монео, – произнес Малки.</p>
   <p>Лето улыбнулся:</p>
   <p>– Ты помнишь, Малки? Однажды ты попросил показать тебе бесконечность.</p>
   <p>– Вы ответили, что показать бесконечность невозможно, для демонстраций ее не существует. – Малки перевел взор на Монео. – Лето любит играть парадоксами. Он знает все языковые трюки, которые когда-либо были изобретены и открыты.</p>
   <p>Монео с трудом подавил приступ гнева. Он чувствовал, что его попросту исключили из этой беседы двух высших существ. Малки и Бог-Император вели себя почти как старые друзья, которые, встретившись, с удовольствием вспоминают общее прошлое.</p>
   <p>– Монео обвинил меня в том, что я считаю себя единственным обладателем бесконечности, – говорил Лето. – Он отказывается верить, что в его распоряжении не меньше бесконечности, чем у меня.</p>
   <p>Малки внимательно посмотрел на Лето.</p>
   <p>– Видишь, Монео, как он играет словами?</p>
   <p>– Расскажи мне лучше о своей племяннице, Хви Нори, – сказал Лето.</p>
   <p>– Верно ли то, что мне рассказали, Лето? Верно ли, что ты собираешься жениться на ней?</p>
   <p>– Да, это верно.</p>
   <p>Малки усмехнулся, потом скривился от боли.</p>
   <p>– Они ужасно меня покалечили, Лето, – прошептал Малки. – Скажи-ка мне, Старый Червь…</p>
   <p>Монео обомлел.</p>
   <p>Малки подождал, пока стихнет боль и продолжал:</p>
   <p>– Скажи мне, Старый Червь, где в этом чудовищном теле прячется чудовищный член? Какое потрясение для нежной Хви!</p>
   <p>– Я давно сказал тебе правду об этом, – сказал Лето.</p>
   <p>– В этом мире никто не говорит правду, – прохрипел Малки.</p>
   <p>– Ты часто говорил мне правду, – возразил Лето. – Правда, иногда ты и сам об этом не догадывался.</p>
   <p>– Это оттого, что ты умнее всех нас вместе взятых.</p>
   <p>– Так ты расскажешь мне о Хви?</p>
   <p>– Думаю, что ты и так про нее все знаешь.</p>
   <p>– Я хочу услышать это от тебя, – сказал Лето. – Вы получали помощь от тлейлаксианцев?</p>
   <p>– Они поделились с нами знаниями, более ничем. Все остальное мы сделали сами.</p>
   <p>– Я так и думал, что это делали не тлейлаксианцы.</p>
   <p>Монео был больше не в силах сдерживать свое любопытство.</p>
   <p>– Господин, какая может быть связь между Хви и Тлейлаксу? Почему вы…</p>
   <p>– Вот так, старый приятель Монео, – ответил Малки за Лето, скосив глаза на мажордома. – Разве ты не знаешь, что…</p>
   <p>– Я никогда не был твоим приятелем, – огрызнулся Монео.</p>
   <p>– Скажем, товарищем по похождениям с гуриями, – смиренно согласился с Монео Малки.</p>
   <p>– Господин, – Монео обратился к Лето, – почему вы говорите о…</p>
   <p>– Тсс, Монео, – сказал Лето. – Мы утомляем твоего старого товарища, а я все же хочу от него кое-что услышать.</p>
   <p>– Ты никогда не задавал себе вопрос, Лето, – прошептал Малки, – почему Монео не взял в один прекрасный день и не лишил тебя всего твоего дурмана?</p>
   <p>– Чего? – не понял Монео.</p>
   <p>– Я имею в виду Пряность, – ответил Малки. – Когда-то Лето и сам очень любил это слово. Кстати, почему бы тебе не переименовать свою Империю в Империю Дури, а? Великая Дурь! Это звучит.</p>
   <p>Лето поднял руку, заставив Монео замолчать.</p>
   <p>– Малки, лучше расскажи мне о Хви.</p>
   <p>– Всего несколько крошечных клеток, взятых из моего организма, – ответил пленник. – Ее вырастили, тщательно воспитали и дали блестящее образование – в общем, все в противоположность твоему старому другу Малки. Мы сделали это, можно сказать, нигде, чтобы ты не мог за нами подсмотреть.</p>
   <p>– Ты забыл, что я мог заметить твое исчезновение.</p>
   <p>– Нигде? – переспросил Монео, до которого только теперь дошел смысл слов Малки. – Ты? Ты и Хви…</p>
   <p>– Именно эти силуэты я видел в тени, – сказал Лето.</p>
   <p>Монео посмотрел в глаза Императора.</p>
   <p>– Господин, я отменю свадьбу. Я скажу…</p>
   <p>– Ты не сделаешь ничего подобного!</p>
   <p>– Но, господин, если она и Малки – это…</p>
   <p>– Монео, – прохрипел Малки, – твой господин приказывает, и тебе придется подчиниться.</p>
   <p>– Какой издевательский тон! – Монео уставился на Малки пылающим взглядом.</p>
   <p>– Она же полная противоположность Малки, разве ты не слышал, Монео?</p>
   <p>– Что может быть лучше? – спросил Малки.</p>
   <p>– Но, господин, если вы теперь точно знаете…</p>
   <p>– Ты начинаешь действовать мне на нервы, Монео, – произнес Лето.</p>
   <p>Монео озадаченно замолчал.</p>
   <p>– Вот так-то лучше, – сказал Лето. – Знаешь, Монео, несколько десятков тысяч лет назад, когда я был совсем другим человеком, я допустил ошибку.</p>
   <p>– Ты и ошибку? – съязвил Малки.</p>
   <p>Лето улыбнулся в ответ:</p>
   <p>– Моя ошибка простительна, если учесть тот прекрасный способ, которым я ее совершил.</p>
   <p>– Словесная эквилибристика, – продолжал подначивать Малки.</p>
   <p>– Именно так! Я сказал тогда: «Настоящее – это отвлечение; будущее – сон; только память является ключом к смыслу жизни». Разве это не прекрасные слова, Малки?</p>
   <p>– Исключительно прекрасные, Старый Червь.</p>
   <p>Монео в ужасе прижал руки к губам.</p>
   <p>– Но в действительности эти слова не более чем глупая ложь, – сказал Лето. – Я знал это и тогда, но меня завораживали красивые слова. Нет, память не открывает нам ровно никакого смысла. Без мук духа, который является бессловесным опытом, нельзя постичь никакого смысла вообще.</p>
   <p>– Я не в состоянии постичь смысл мучений, которым подвергли меня твои проклятые Говорящие Рыбы, – сказал Малки.</p>
   <p>– Ты не переживаешь никаких мучений, – отрезал Лето.</p>
   <p>– Если бы ты сейчас был в моей шкуре…</p>
   <p>– Это просто физическая боль, – произнес Лето. – Она скоро пройдет.</p>
   <p>– Когда же я познаю муку?</p>
   <p>– Вероятно, позднее.</p>
   <p>Изогнув верхний сегмент своего туловища, Лето отвернулся от Малки и посмотрел на Монео.</p>
   <p>– Ты действительно служишь Золотому Пути? – спросил он.</p>
   <p>– Ах да, этот Золотой Путь! – издевательским тоном произнес Малки.</p>
   <p>– Вы же знаете, что служу, – ответил Монео.</p>
   <p>– Тогда ты должен пообещать мне, – сказал Лето, – что все, что ты сейчас услышишь, никогда не сорвется с твоих уст, даже случайно. Ни одним словом, ни одним жестом ты не посмеешь никому об этом сказать.</p>
   <p>– Я обещаю, господин.</p>
   <p>– Он обещает, господин, – передразнил Малки.</p>
   <p>Своей крошечной рукой Лето указал Монео на Малки, который, лежа на спине, смотрел на четкий профиль лица, окруженного серой складкой.</p>
   <p>– Когда-то я восхищался этим человеком… да и по многим другим причинам я не могу сам убить Малки. Я даже не могу просить об этом тебя, но… его надо устранить.</p>
   <p>– О, как же ты умен! – протянул Малки.</p>
   <p>– Господин, если вы подождете в противоположном конце зала, – сказал Монео, – то, вернувшись назад, вы увидите, что с Малки больше нет проблем.</p>
   <p>– Он сделает это, – прохрипел Малки. – Боже мой! Ведь он это сделает!</p>
   <p>Лето отполз в противоположный конец зала, глядя на высокую арку, которая могла превратиться в выход при первой же мысли-команде. Как же долго ему придется падать, если он, открыв выход, просто перекатится через ограждение. Вероятно, падение с такой высоты не выдержит даже его тело. Но в песках под башней не было воды, и он почувствовал, что перед его внутренним взором замаячил Золотой Путь, который возник сразу, как только он подумал о самоубийстве.</p>
   <p>– Лето! – окликнул его Малки.</p>
   <p>Император услышал, как заскрипели носилки на песке, рассыпанном по полу зала.</p>
   <p>Малки снова позвал:</p>
   <p>– Лето, ты просто великолепен! В мире нет зла, которое могло бы превзойти…</p>
   <p>Раздался глухой удар, и голос Малки пресекся. <emphasis>Удар в горло,</emphasis> подумал Лето. <emphasis>Да, Монео хорошо знает этот удар.</emphasis> Послышался шорох песка – Монео вытянул носилки на балкон… потом все стихло.</p>
   <p><emphasis>Монео придется похоронить тело в песке,</emphasis> подумал Лето, <emphasis>ибо нет червя, который мог бы прийти и пожрать эту улику.</emphasis> Лето оглянулся и посмотрел в сторону Монео. Мажордом стоял у балконного ограждения и долгим взглядом смотрел вниз… вниз… вниз…</p>
   <p><emphasis>Я не могу помолиться ни за тебя, Малки, ни за тебя, Монео,</emphasis> подумал Лето. <emphasis>Я могу быть единственным религиозным сознанием в Империи, потому что я воистину одинок… Поэтому я не в состоянии молиться.</emphasis></p>
  </section>
  <section>
   <epigraph>
    <p>Вы не сможете понять истории, если не поймете ее течения, ее направления и тех путей, по которым движутся вожди, лавируя между этими силами. Вождь стремится увековечить условия, которые требуются для сохранения его власти. Таким образом, вождь нуждается в аутсайдерах. Я предостерегаю вас от того, чтобы тщательно исследовать мою карьеру. Я – одновременно вождь и аутсайдер. Не делайте ошибки, предполагая, что я только создал Церковь, которая была одновременно Государством. То была моя функция как вождя, и я имел перед глазами массу исторических моделей, которые послужили мне образцом. Для того же, чтобы оценить меня как аутсайдера, изучите искусство моего времени. Оно было поистине варварским. Какая поэзия почиталась превыше всего? Эпическая. Драматический идеал народа? Героизм. Танцы? Забыты. С точки зрения Монео, а он был абсолютно прав, такое положение вещей можно считать опасным. Оно стимулирует воображение. Оно заставляет народ чувствовать недостаток того, что я у него отнял. Но что я отнял? Право участвовать в истории.</p>
    <text-author>(Похищенные записки)</text-author>
   </epigraph>
   <p>Айдахо, вытянувшийся во весь рост с закрытыми глазами на лежанке, услышал, как кто-то тяжело опустился на соседнюю койку. Он сел, открыл глаза и увидел ту же постылую комнату с единственным окном, сквозь которое проникал свет, отражавшийся от белого, выложенного плиткой пола, и освещавший желтые стены. Он увидел, что в комнату вошла Сиона и легла на соседнюю кушетку с книгой в руках. Она привезла с собой массу книг в большой матерчатой сумке.</p>
   <p><emphasis>Зачем ей столько книг?</emphasis> – думал он.</p>
   <p>Он опустил ноги на пол и огляделся. Как может этот вместительный бокс с высокими потолками считаться чем-то фрименским? Между лежанками стоял стол из какого-то темного местного пластика. В комнате было две двери. Одна выходила в сад. Другая вела в роскошную ванную комнату под открытым небом, в которой среди прочих удобств были ванна и душ – то и другое площадью около двух квадратных метров. Дверь в это сибаритское помещение была постоянно открыта и там постоянно текла вода, Сиона пристрастилась купаться в таком ее избытке.</p>
   <p>Стилгар, наиб Айдахо из тех незабываемых древних времен, скорчил бы презрительную гримасу и нашел бы массу подходящих слов при виде такой роскоши. «Позор! – сказал бы он. – Слабость! Декаданс!» Вообще Стилгар высказал бы много уничтожающих слов по поводу всей этой деревни, которая осмеливалась сравнивать себя с настоящим фрименским сиетчем.</p>
   <p>Зашуршала бумага – это Сиона перевернула страницу. Девушка лежала, положив голову на две подушки, одетая только в тонкий халат, прилипший к ее влажному после ванны телу.</p>
   <p>Айдахо покачал головой. Что же на этих страницах вызывает такой неподдельный интерес? Она читала и перечитывала книги с самого их приезда. Книги были тонкими, но зато их было много, а на томах стояли лишь номера. Айдахо разглядел на сегодняшней книге номер девять.</p>
   <p>Он встал и подошел к окну. В отдалении какой-то старик возился с цветами. С трех сторон сад был защищен тремя зданиями. Кустарник цвел большими цветами – красными по краям и белыми внутри. Седая непокрытая голова старика – сама похожая на большой цветок – плыла между красными соцветиями и набухшими почками. Айдахо втянул носом воздух, с удовольствием ощутив на фоне цветочного аромата смолистый запах листьев и едкий запах свежевзрытой земли.</p>
   <p>Фримен, возделывающий цветы на открытом воздухе!</p>
   <p>Сиона не делилась с Айдахо впечатлениями от прочитанного, а он не задавал ей лишних вопросов, считая, что она просто дразнит его. <emphasis>Хочет, чтобы я спросил первый,</emphasis> думал он.</p>
   <p>О Хви он старался не думать. Когда эти мысли являлись в его голове, Айдахо начинал испытывать дикую ярость, которая грозила затопить все его существо. Он помнил старинное слово, обозначавшее такую ревность, – <emphasis>канава —</emphasis> железный обруч ревности. <emphasis>Где Хви? Что она сейчас делает?</emphasis></p>
   <p>Дверь, ведущая в сад, без стука отворилась, и вошел помощник Гаруна Тейшар. У этого Тейшара было мертвенное лицо, покрытое сетью темных морщин. Зрачки глубоко запавших глаз были обведены желтыми кругами. Носил он коричневую накидку. Волосы напоминали траву, оставленную на поле, чтобы сгнить и удобрить почву. Он был как-то нарочито безобразен, как дух темной стихии.</p>
   <p>Сзади раздался недовольный голос Сионы:</p>
   <p>– Ну что там еще?</p>
   <p>Айдахо заметил, что голос девушки оказывал на Тейшара странно возбуждающее действие.</p>
   <p>– Бог-Император… – заговорил Тейшар и закашлялся. Прочистил горло и начал снова: – Бог-Император прибывает в Туоно.</p>
   <p>Сиона стремительно села, натягивая халат на колени. Айдахо оглянулся на нее, потом снова посмотрел на Тейшара.</p>
   <p>– Церемония бракосочетания пройдет здесь, в Туоно! – возвестил Тейшар. – Все будет сделано по древнему фрименскому ритуалу! Бог-Император и его невеста будут гостями Туоно!</p>
   <p>Охваченный ревностью Айдахо непроизвольно сжал кулаки. Тейшар, заметив это, суетливо склонил голову и быстро вышел, плотно закрыв за собой дверь.</p>
   <p>– Хочешь, я кое-что тебе прочитаю, Дункан? – спросила Сиона.</p>
   <p>Какое-то мгновение Айдахо соображал, что именно она сказала. Кулаки его все еще были сжаты, он обернулся и посмотрел на Сиону. Она сидела на краю лежанки с книгой на коленях. Его внимание она приняла за знак согласия.</p>
   <p>– Некоторые полагают, – начала читать Сиона, – что должно нарушить свою цельность некими грязными делами, прежде чем начать пользоваться своим гением. Говорят, что это нарушение цельности начинается тогда, когда вы покидаете свое святое «я», чтобы понять, в чем состоят ваши идеалы. Монео считает, что мое решение состоит в том, чтобы не покидать свое святое «я», а заставить других выполнить мою грязную работу.</p>
   <p>Она взглянула на Айдахо.</p>
   <p>– Бог-Император, это его доподлинные слова.</p>
   <p>Айдахо медленно, словно нехотя, разжал кулаки. Ему будет полезно отвлечься. Было интересно, кроме того, что Сиона нарушила наконец свое молчание.</p>
   <p>– Что это за книга? – спросил он.</p>
   <p>Она вкратце рассказала ему, как они с товарищами выкрали план Цитадели и копии записок Лето.</p>
   <p>– Естественно, ты знал об этом, – сказала девушка. – Мой отец доложил, что шпионы нас выследили.</p>
   <p>Айдахо увидел, что в глазах Сионы блеснули слезы.</p>
   <p>– Волки убили девятерых из вас?</p>
   <p>Она молча кивнула в ответ.</p>
   <p>– Ты паршивый командир, – сказал он.</p>
   <p>Она ощетинилась, но он не дал ей заговорить, задав следующий вопрос:</p>
   <p>– Кто перевел их для тебя?</p>
   <p>– Иксианцы. Они утверждают, что Гильдия нашла ключ.</p>
   <p>– Мы и так знаем, что наш Император не упускает своей выгоды, – сказал Айдахо. – Что еще он говорит?</p>
   <p>– Почитай сам. – Она порылась в сумке и вытащила оттуда первую книгу перевода, которую она небрежно бросила на его лежанку. Когда Айдахо вернулся к своей койке, она спросила: – Почему ты сказал, что я паршивый командир?</p>
   <p>– Ты совершенно глупо потеряла девять своих людей.</p>
   <p>– Как ты глуп! – воскликнула она. – Ты же никогда в жизни не видел этих волков.</p>
   <p>Он поднял книгу, удивившись ее тяжести, потом понял, что она напечатана на кристаллической бумаге.</p>
   <p>– Надо было как следует вооружиться против волков, – сказал он, открывая первую тетрадь.</p>
   <p>– Каким оружием? Против них не действует никакое доступное нам оружие!</p>
   <p>– И лазерные ружья? – спросил он, переворачивая страницу.</p>
   <p>– Только дотронься на Арракисе до лазерного ружья, как Червь тотчас узнает об этом!</p>
   <p>Айдахо перевернул следующую страницу.</p>
   <p>– Однако со временем твои друзья раздобыли лазерные ружья.</p>
   <p>– И что из этого вышло?</p>
   <p>Айдахо прочел одну строчку, потом сказал:</p>
   <p>– Вам вполне доступен был яд.</p>
   <p>Сиона судорожно глотнула.</p>
   <p>Айдахо взглянул на нее.</p>
   <p>– Вы же отравили волков в конце концов, ведь так?</p>
   <p>Ее голос почти превратился в шепот.</p>
   <p>– Да.</p>
   <p>– Тогда почему вы не сделали этого с самого начала? – спросил он.</p>
   <p>– Мы… не… знали… тогда… что… можем… это… сделать.</p>
   <p>– Но вы даже не попробовали подумать, – сказал Айдахо и снова вернулся к книге. – Нет, ты плохой командир.</p>
   <p>– Он такой хитрый! – воскликнула Сиона.</p>
   <p>Айдахо прочитал один абзац, потом снова посмотрел на Сиону.</p>
   <p>– Такая характеристика не описывает его полностью. Ты читала все это?</p>
   <p>– Каждое слово! Некоторые места по несколько раз.</p>
   <p>Айдахо взглянул на раскрытую страницу и начал читать:</p>
   <p>– Я создал то, что и намеревался создать, – мощное духовное напряжение во всей Империи. Немногие чувствуют силу этого напряжения. С помощью какой энергии я его создал? Я сам не настолько силен. Единственная власть, которой я обладаю, – это власть контролировать личное преуспеяние каждого. Это вершина всего, что я сделал. Но почему тогда люди ищут моего присутствия в других вещах? Что может вести их к неминуемой смерти в их стремлении достичь моего присутствия? Они хотят быть святыми? Они воображают, что таким способом смогут прозреть, как Бог?</p>
   <p>– Он законченный циник! – В голосе Сионы явственно послышалось рыдание.</p>
   <p>– Как он испытал тебя?</p>
   <p>– Он показал… он показал мне свой Золотой Путь.</p>
   <p>– Этот удобный…</p>
   <p>– Он очень реален, Дункан. – Она взглянула на него глазами, в которых еще блестели не вытертые слезы. – Но даже если это причина и достаточное основание для существования Бога-Императора, то это не основание для того, каким он стал!</p>
   <p>Айдахо сделал глубокий вдох:</p>
   <p>– До этого дошел Атрейдес!</p>
   <p>– Червь должен уйти!</p>
   <p>– Интересно, когда он придет? – задумчиво произнес Айдахо.</p>
   <p>– Этот похожий на крысу маленький друг Гаруна ничего не сказал.</p>
   <p>– Надо спросить, – предложил Айдахо.</p>
   <p>– У нас нет оружия, – сказала Сиона.</p>
   <p>– У Наилы есть лазерное ружье, – подсказал Айдахо. – У нас есть ножи… веревка. Я видел веревку в кладовой Гаруна.</p>
   <p>– Против Червя? – спросила она с сомнением. – Даже если мы отнимем ружье у Наилы, то оно не причинит ему никакого вреда.</p>
   <p>– Но устоит ли против ружья его тележка?</p>
   <p>– Я не доверяю Наиле, – вдруг сказала Сиона.</p>
   <p>– Разве она не подчиняется тебе?</p>
   <p>– Да, но…</p>
   <p>– Давай продвигаться постепенно, – сказал Айдахо. – Спроси Наилу, сможет ли она выстрелить из ружья по тележке Червя?</p>
   <p>– А если она откажется?</p>
   <p>– Убей ее.</p>
   <p>Сиона встала и отложила в сторону книгу.</p>
   <p>– Как Червь попадет в Туоно? – спросил Айдахо. – Он слишком велик и тяжел, чтобы поместиться в орнитоптер.</p>
   <p>– Об этом нам скажет Гарун, – сказала Сиона. – Но я думаю, что он придет так, как он всегда путешествует на дальние расстояния.</p>
   <p>Она взглянула на карниз, венчавший стену периметра Сарьира.</p>
   <p>– Думаю, что это будет его обычное паломничество в сопровождении придворных. Он пройдет по Королевской Дороге, а сюда войдет на подвеске тележки. – Она посмотрела на Айдахо. – Что ты можешь сказать о Гаруне? – спросила она.</p>
   <p>– Странный человек. Он отчаянно хочет быть настоящим фрименом, но понимает, что он не тот, какими были они в мое время.</p>
   <p>– А какими они были в твое время, Дункан?</p>
   <p>– У них была пословица, которая говорила о них лучше любых ученых книг, – ответил Айдахо.</p>
   <p>– Никогда не дружи с тем, с кем бы ты не хотел умереть.</p>
   <p>– Ты говорил это Гаруну?</p>
   <p>– Да.</p>
   <p>– И что он ответил?</p>
   <p>– Он сказал, что я – единственный такой человек из всех, кого он знал.</p>
   <p>– Возможно, Гарун мудрее всех нас, – сказала Сиона.</p>
  </section>
  <section>
   <epigraph>
    <p>Вы думаете, что власть есть самое неустойчивое из достижений человечества? Тогда что вы скажете по поводу явных исключений из этой внутренней нестабильности? Некоторые династии правили веками. Известны очень долговечные религиозные бюрократии. Примите во внимание соотношение веры и власти. Они взаимно исключают друг друга, притом что зависят друг от друга. Бене Гессерит обезопасил себя за стенами веры и просуществовал тысячи лет. Но куда делась его власть?</p>
    <text-author>(Похищенные записки)</text-author>
   </epigraph>
   <p>– Господин, я просил бы вас дать мне больше времени, – раздраженно сказал Монео.</p>
   <p>Он стоял во дворе Цитадели, укрывшись в короткой полуденной тени. Лето лежал прямо перед ним в своей тележке со сдвинутым назад защитным колпаком. Лето только что совершил выезд вместе с Хви Нори, сидевшей в недавно установленном на тележке кресле, расположенном возле лица Лето. Хви проявляла простое человеческое любопытство по отношению ко всей суете, которая творилась сейчас вокруг них.</p>
   <p><emphasis>Как она спокойна,</emphasis> думал Монео. Он подавил дрожь, которая возникала в нем всякий раз, когда он вспоминал о ее столь близком родстве с Малки. Бог-Император прав. Хви в действительности является такой, какой кажется, – исключительно приятным и понятливым созданием. <emphasis>Она действительно сошлась бы со мной?</emphasis> – с недоумением думал Монео.</p>
   <p>Мысли о делах отвлекли его от дум о Хви. Пока Лето катал свою невесту вокруг Цитадели, здесь собрались придворные и Говорящие Рыбы. Придворные были разодеты в лучшие свои одежды, украшенные бриллиантами и расшитые золотыми и красными цветами. Говорящие Рыбы были в парадной форме, синий цвет которой оживляли лишь знаки различия. Повозку с вещами, которая следовала в арьергарде, толкали несколько Говорящих Рыб. Воздух был полон пыли и казался тяжелым от звуков и запаха всеобщего возбуждения. Большинство придворных были недовольны, узнав, куда им предстоит направиться. Некоторые немедленно начали скупать для себя тенты и легкие павильоны. Их предстояло выслать вперед, и сейчас все это имущество было свалено на песке возле Туоно. Говорящие Рыбы не воспринимали происходящее как праздник. Настроение их было скорее подавленным. Они громко высказывали свое недовольство, когда им сказали, что Лето запретил брать с собой лазерные ружья.</p>
   <p>– Еще немного времени, – жалобно просил Монео. – Я не знаю, как мы будем…</p>
   <p>– При решении многих проблем нет замены времени, – сказал Лето. – Однако ты возлагаешь на время слишком многое. Я не могу больше терпеть задержек.</p>
   <p>– Нам понадобится три дня только для того, чтобы добраться до места, – жаловался Монео.</p>
   <p>Лето задумался. Ходьба – бег – ходьба: как всегда при паломничестве. До Туоно сто восемьдесят километров. Да, ничего не поделаешь, три дня.</p>
   <p>– Я надеюсь, что ты хорошо позаботился о местах стоянок, – сказал Лето. – Должно быть много горячей воды для снятия судорог в икрах.</p>
   <p>– Нам будет достаточно удобно, – сказал Монео, – но мне не нравится сама мысль оставить Цитадель в такое время! И вы знаете почему!</p>
   <p>– У нас есть средства связи и верные помощники. Гильдия пока не поднимет голову, получив свое. Не волнуйся, Монео.</p>
   <p>– Мы могли бы провести церемонию в Цитадели!</p>
   <p>Вместо ответа Лето закрыл колпак, отделив себя и Хви от внешнего мира.</p>
   <p>– Это очень опасно, Лето?</p>
   <p>– Это всегда опасно.</p>
   <p>Монео вздохнул и побежал туда, куда направилась тележка, начав подъем на восток, прежде чем свернуть к югу, чтобы обойти Сарьир. Лето привел в движение тележку, глядя, как вся его пестрая свита устремилась следом, стараясь не отставать.</p>
   <p>– Мы все движемся? – спросил Лето.</p>
   <p>Хви оглянулась, перегнувшись через него.</p>
   <p>– Да. – Она посмотрела ему в глаза. – Почему Монео так переживал?</p>
   <p>– Монео только что впервые открыл для себя, что прошедшего мгновения не вернешь.</p>
   <p>– Он был в очень дурном расположении духа с тех пор, как ты вернулся из Малой Цитадели. Да что там, он просто не похож на себя.</p>
   <p>– Монео – Атрейдес, любовь моя, а ты была создана для того, чтобы ублажать Атрейдесов.</p>
   <p>– Нет, я бы знала, если бы это было так.</p>
   <p>– Да… ну тогда, может быть, до Монео дошла страшная простота смерти.</p>
   <p>– Что было в Малой Цитадели, когда ты был там с Монео? Какова она?</p>
   <p>– Это самое уединенное место во всей Империи.</p>
   <p>– Мне кажется, ты уходишь от ответа на мои вопросы.</p>
   <p>– Нет, любовь моя. Я разделяю твою озабоченность по поводу Монео, но ему сейчас не помогут никакие объяснения. Он в ловушке. Он узнал, что очень трудно жить в настоящем, бесцельно жить в будущем и невозможно жить в прошлом.</p>
   <p>– Мне кажется, что это ты загнал его в ловушку, Лето.</p>
   <p>– Но освобождаться ему придется самому.</p>
   <p>– Но почему ты не можешь его освободить?</p>
   <p>– Потому что он думает, что моя память – это ключ к его освобождению. Он думает, что я строю будущее, опираясь на прошлое.</p>
   <p>– Но разве не делается всегда именно так?</p>
   <p>– Нет, дорогая Хви.</p>
   <p>– Но тогда как?</p>
   <p>– Многие думают, что удовлетворительное будущее строится, если удается вернуться в идеализированное прошлое, которое в действительности никогда не существовало.</p>
   <p>– А ты, обладая феноменальной исключительной памятью, убежден в обратном.</p>
   <p>Лето повернул к Хви свое лицо и испытующе посмотрел в глаза невесте. Из того множества образов, которые существовали в его памяти, он мог выбрать генетического близнеца для Хви или хотя бы нечто очень похожее. Правда, этот двойник был далек от воплощения живой Хви. Ничего не поделаешь, это было так. Прошлое выстраивало бесконечные ряды безжизненных глаз, которые смотрели вовне, а Хви вся лучилась вибрирующей энергией жизни. У нее были греческие губы, словно созданные для дельфийских речитативов, но она не произносила пророчеств. Ей вполне хватало реальной жизни, она была словно благоухающий цветок, готовый раскрыться навстречу ласковому солнцу.</p>
   <p>– Почему ты так на меня смотришь? – спросила она.</p>
   <p>– Я хочу погреться в твоей любви.</p>
   <p>– Да, в любви. – Она улыбнулась. – Мне кажется, что, поскольку мы не можем разделить любовь плоти, нам надо разделить любовь душ. Ты разделишь со мной такую любовь, Лето?</p>
   <p>Он отпрянул.</p>
   <p>– Ты спрашиваешь меня о моей душе?</p>
   <p>– Я уверена, что о ней тебя спрашивали и другие.</p>
   <p>Он коротко ответил:</p>
   <p>– Моя душа переваривает мой опыт, вот и все, что о ней можно сказать.</p>
   <p>– Я слишком многого от тебя хочу? – спросила она.</p>
   <p>– Думаю, что для меня не существует понятия «слишком много».</p>
   <p>– Тогда я, полагаясь на нашу любовь, позволю себе не согласиться с тобой. Мой дядя Малки говорил, что у тебя есть душа.</p>
   <p>Лето вдруг почувствовал, что не может отвечать. Она же восприняла его молчание как приглашение продолжать.</p>
   <p>– Он говорил, что ты – художник в том, что касается исследования души, и прежде всего своей собственной души.</p>
   <p>– Но твой дядя Малки всегда отрицал, что у него самого есть душа!</p>
   <p>Она услышала грубые ноты в его голосе, но это не заставило ее изменить позицию.</p>
   <p>– Все же я думаю, что он был прав. Ты гений души, причем блистательный гений.</p>
   <p>– Для гениальности нужно только упорство и неторопливость, но не блеск.</p>
   <p>Между тем тележка поднялась на гребень, тянувшийся вдоль периметра Сарьира. Лето выпустил колесное шасси и отключил подвеску.</p>
   <p>Хви снова тихо заговорила, ее голос был почти не слышен из-за скрипа песка под колесами и топота множества бегущих ног.</p>
   <p>– Можно я все же буду называть тебя любимым?</p>
   <p>Он ответил, преодолевая скованность в горле, которое было уже не вполне человеческим:</p>
   <p>– Да.</p>
   <p>– Я родилась иксианкой, любимый, – сказала она. – Почему я не могу разделить их механистического взгляда на вселенную? Ты знаешь мое отношение к вселенной, любимый мой Лето?</p>
   <p>Он смог лишь удивленно воззриться на нее.</p>
   <p>– На каждом шагу я вижу сверхъестественное, – сказала она.</p>
   <p>Голос Лето стал хриплым. Даже он сам понял, что в нем зазвучали злобные интонации:</p>
   <p>– Каждый человек создает для себя сверхъестественное.</p>
   <p>– Не сердись на меня, любимый.</p>
   <p>Снова в ответ раздался ужасный хрип.</p>
   <p>– Для меня невозможно сердиться на тебя.</p>
   <p>– Но когда-то произошло что-то непоправимое между тобой и Малки, – продолжала Хви. – Он никогда не рассказывал мне об этом, но сказал, что всегда удивлялся тому, что ты пощадил его.</p>
   <p>– Из-за того, что он многому научил меня.</p>
   <p>– Что произошло между вами, любимый?</p>
   <p>– Я не хочу сейчас говорить о Малки.</p>
   <p>– Прошу тебя, любимый, это так важно для меня.</p>
   <p>– Я сказал Малки, что есть вещи, которые люди не должны изобретать.</p>
   <p>– И это все?</p>
   <p>– Нет. – Лето говорил с явной неохотой. – Мои слова рассердили его. Он сказал: «Ты думаешь, что если бы не было птиц, то человек не создал бы самолет? Глупец! Люди могут изобрести все!»</p>
   <p>– Он назвал тебя глупцом? – Хви была потрясена.</p>
   <p>– Он был прав. И хотя он отрицал это, но говорил он истинную правду. Он научил меня тому, что есть причины остерегаться изобретений.</p>
   <p>– Значит, ты боишься иксианцев?</p>
   <p>– Конечно, боюсь! Они могут изобрести катастрофу!</p>
   <p>– Но что ты можешь с этим поделать?</p>
   <p>– Бежать быстрее их. История – это постоянное состязание между изобретениями и катастрофами. Помогает образование, но его иногда оказывается недостаточно.</p>
   <p>– Ты делишься со мной своей душой, любимый, ты знаешь об этом?</p>
   <p>Лето отвернулся и начал смотреть в спину бежавшего впереди Монео. Процессия миновала первую мелкую ложбину. Теперь она сделала поворот и начала подниматься на Круговую Западную Стену. Монео двигался, как всегда, ставя ноги одну впереди другой и рассматривая то место, куда предстояло шагнуть. Но все же в нем появилось что-то новое. Лето чувствовал, что мажордом больше не стремится оказаться рядом с лицом своего Императора и не хочет разделять его судьбу. Еще один поворот, на восток, вокруг лениво отдыхающего Сарьира. Монео не смотрел ни влево, ни вправо. Он искал свой путь, свой пункт назначения, свою личную судьбу.</p>
   <p>– Ты не ответил мне, – сказала Хви.</p>
   <p>– Ты и без того знаешь ответ.</p>
   <p>– Да, – заговорила Хви. – Я начала кое-что понимать. Я чувствую некоторые твои страхи. Думаю, что уже понимаю, чем ты живешь.</p>
   <p>Он повернулся к ней изумленным лицом и перехватил ее взгляд… Это было поразительно. Он не мог оторвать от нее глаз. Его пронзил глубинный страх, руки его начали трястись.</p>
   <p>– Ты живешь там, – сказала она, – где соединяются страх бытия и любовь бытия, соединяются в одном человеке.</p>
   <p>Он, не мигая, продолжал смотреть на нее.</p>
   <p>– Ты мистик, – продолжала она, – нежный к самому себе только потому, что находишься в самом центре вселенной, смотрящей вовне, смотрящей такими глазами, которыми не может смотреть никто, кроме тебя. Ты боишься разделить это с другими, но хочешь сделать это больше, чем кто бы то ни было другой.</p>
   <p>– Что ты видела? – прошептал он.</p>
   <p>– У меня нет внутренних глаз и нет внутренних голосов, – ответила она. – Но я увидела господина Лето, которого я люблю, и что я <emphasis>знаю</emphasis> то, что ты истинно понимаешь.</p>
   <p>Он оторвал от нее взгляд, боясь услышать то, что она сейчас скажет. Дрожь в руках усилилась, теперь трясся весь передний сегмент.</p>
   <p>– Любовь, вот что ты понимаешь, – сказала она. – Любовь, и этим все сказано.</p>
   <p>Его руки перестали дрожать. По щекам покатились слезы. Из тех мест, где слезы касались форельей кожи, начал подниматься синий дымок. Он почувствовал жжение и был благодарен за эту боль.</p>
   <p>– Ты имеешь веру в любовь, – сказала Хви. – Я знаю, что мужество любви может опираться только на веру.</p>
   <p>Она протянула руку и вытерла его слезы. Лето удивился, что капюшон из песчаных форелей не сократился, закрыв лицо от чужого прикосновения, как это всегда бывало.</p>
   <p>– Знаешь, с тех пор, как я стал таким, ты – первый человек, коснувшийся моей щеки.</p>
   <p>– Но я же знаю, кто ты и каким ты был, – просто сказала она.</p>
   <p>– Каким я был… ах, Хви. То, что было мною, стало одним только лицом, а все остальное потеряно в памяти, ушло, навсегда растворилось.</p>
   <p>– Но не для меня, любимый.</p>
   <p>Он снова, но на этот раз без страха посмотрел ей в глаза.</p>
   <p>– Возможно ли, чтобы иксианцы знали, что они сотворили?</p>
   <p>– Уверяю тебя, Лето, любовь моей души, что этого они не знают. Ты – первый человек, перед которым я так открыла свою душу.</p>
   <p>– Тогда я не стану оплакивать то, что могло быть, – сказал он. – Ты – моя любовь, я разделю с тобой свою душу.</p>
  </section>
  <section>
   <epigraph>
    <p>Думайте об этом как о пластической памяти, как о той силе, которая влечет вас и ваших ближних к пламенным формам. Эта пластическая память хочет вернуться в свою древнюю форму, в племенное сообщество. Все это находится вокруг вас – феодальные сословия, диоцезы, корпорации, воинские подразделения, спортивные клубы, танцевальные группы, революционные ячейки, плановые отделы, религиозные секты… каждая форма со своими хозяевами и рабами, врагами и паразитами. Тучи отчуждающих приспособлений и самые слова со временем становятся аргументами в пользу возвращения к старым лучшим временам. Я отчаялся научить вас иным путям. У вас прямолинейное мышление, которое чуждо округлой спирали.</p>
    <text-author>(Похищенные записки)</text-author>
   </epigraph>
   <p>Айдахо вдруг понял, что может взбираться в гору, совершенно не замечая подъема. Это тело, выращенное тлейлаксианцами, помнило такие вещи, о которых на Тлейлаксу даже не подозревали. Его юность протекала много эонов назад, но мышцы были молоды и хранили память той, давно прошедшей юности. В детстве он учился выживанию в скалах своей родной планеты. И не важно, что те скалы, которые он преодолевал сейчас, были созданы руками человека, они тоже окончательно формировались под действием ветров на протяжении столетий.</p>
   <p>Утреннее солнце пекло спину Айдахо. Он слышал, как Сиона пытается закрепиться на узком выступе далеко внизу. Это положение не имело никакой выгоды для Айдахо, но между ним и Сионой произошел спор, в результате которого она согласилась, что им надо совершить восхождение.</p>
   <p><emphasis>Им.</emphasis></p>
   <p>Она не захотела, чтобы он шел один.</p>
   <p>Наила, трое ее Говорящих Рыб, Гарун и еще три музейных фримена ждали на песке у подножия Вала, который окружал Сарьир.</p>
   <p>Айдахо не думал о высоте Вала. Он думал только о том, куда поставить ногу и за что схватиться рукой. Он думал о легкой веревке, обмотанной вокруг его плеч. Эта веревка и была <emphasis>высотой</emphasis> Вала. Он, пользуясь триангуляциями, вычислил высоту на земле и отрезал веревку соответствующей длины. Если веревка достаточной длины, то она достаточной длины. Ее длина равняется высоте Вала. Все прочее только затуманивало рассудок.</p>
   <p>Ощупывая стену в поисках невидимых неровностей, за которые можно было бы ухватиться, Айдахо медленно продвигался вверх по отвесной стене… впрочем, по не совсем отвесной. Ветер, песок, жар, холод и дожди славно поработали над этой стеной в течение трех тысяч лет. Айдахо целый день простоял на песке под стеной, изучая по теням все выступы и неровности, чтобы облегчить себе подъем. Он прочно отпечатал у себя в памяти все видимые с земли неровности, шероховатости, впадины и углубления.</p>
   <p>Вот его пальцы ухватились за широкую трещину. Он попробовал, выдержит ли камень его вес. Да, выдержит. Он немного передохнул, прижавшись лицом к теплому камню, не глядя ни вниз, ни вверх. Он находился просто <emphasis>здесь.</emphasis> Все дело заключалось в том, чтобы выбрать темп – это было самым важным. Плечи не должны слишком скоро устать. Вес должен быть равномерно распределен между руками и ногами. Пальцы, конечно, травмировались, но пока были целы кости и сухожилия, на кожу можно просто не обращать внимания.</p>
   <p>Он прополз еще чуть-чуть вверх. Из-под его руки скатился вниз кусок камня. На правую щеку просыпались песок и пыль, но он даже не заметил этого. Каждая частица его внимания была сосредоточена на хватке рук и на ногах, которые упирались в едва заметные выступы скальной породы. Он был сейчас пылинкой, созданием, игнорировавшим закон всемирного тяготения… здесь зацепился пальцами рук, там оперся мысками стоп, вот прилип к камню, держась только на силе своей воли.</p>
   <p>Один из карманов Дункана оттопыривался от девяти гвоздей, но он пока воздерживался от их применения. С пояса свисал молоток, привязанный на шнуре, узел которого Айдахо мог отыскать по памяти.</p>
   <p>Наила проявила упорство и не хотела отдавать лазерное ружье. Однако она подчинилась прямому приказу Сионы сопровождать их. Странная женщина… и странное у нее послушание.</p>
   <p>– Разве ты не клялась беспрекословно мне подчиняться? – спросила у нее Сиона.</p>
   <p>Упрямство Наилы было преодолено.</p>
   <p>Позже Сиона сказала:</p>
   <p>– Она всегда выполняет только прямые приказания.</p>
   <p>– Тогда нам не придется ее убивать, – заключил Айдахо.</p>
   <p>– Я бы не хотела даже пытаться это делать. Ты не имеешь даже отдаленного представления о ее силе и реакции.</p>
   <p>Гарун, музейный фримен, который спал и видел, как он станет настоящим наибом старого образца, указал место для восхождения, ответив на вопрос Айдахо: «Как Бог-Император попадет в Туоно?»</p>
   <p>– Тем же путем, каким он пользовался во времена моего прапрапрадедушки, – ответил Гарун.</p>
   <p>– Но как и где именно? – уточнила Сиона.</p>
   <p>Они сидели в пыльной тени гостевого дома, спрятавшись от послеполуденного солнца на исходе того дня, когда было объявлено, что Бог-Император будет сочетаться браком в Туоно. Помощники Гаруна полукругом оцепили место, где находились Гарун, Сиона и Айдахо. Неподалеку прохаживались две Говорящие Рыбы и прислушивались к разговору. Наила должна была появиться с минуты на минуту.</p>
   <p>Гарун показал рукой на высокий Вал позади деревни, стена блистала золотом на ярком солнечном свету.</p>
   <p>– Королевская Дорога поднимается к тому месту, а оттуда Император спускается, как на крыльях, с помощью своей машины.</p>
   <p>– Это устройство вмонтировано в его тележку, – сказал Айдахо.</p>
   <p>– Подвеска, – поддержала его Сиона. – Я ее видела.</p>
   <p>– Мой прапрапрадедушка говорил, что они появляются большой группой со стороны Королевской Дороги. Император спускается прямо на деревенскую площадь с помощью своего приспособления, а остальные пользуются веревками.</p>
   <p>– Веревками, – задумчиво повторил Айдахо.</p>
   <p>– Зачем он являлся тогда? – спросила Сиона.</p>
   <p>– Чтобы подтвердить, что он не забыл своих фрименов, так, во всяком случае, объяснял мой прапрадедушка. Это была великая честь, но не такая, конечно, как бракосочетание.</p>
   <p>Айдахо встал, когда Гарун еще не кончил говорить. С ближнего места был хорошо виден высокий Вал – его подножие выходило прямо на центральную улицу. Вал был виден от основания, ушедшего в песок до верхнего края стены. Айдахо обогнул гостевой дом и вышел на центральную улицу. Там он остановился и взглянул на Вал. В первый же момент он понял, почему все считали, что на него невозможно подняться. В тот момент он не помышлял еще о том, чтобы косвенно измерить высоту стены. Она могла с равным успехом оказаться равной и пятистам, и пяти тысячам метров. Более важную вещь Айдахо узнал, приглядевшись к стене как следует. По всей ее поверхности шли горизонтальные трещины, разломы, даже узкие террасы приблизительно на высоте двадцати метров над песком, засыпавшим подножие… еще один выступ располагался от земли на расстоянии, равном двум третям высоты.</p>
   <p>Он знал, что его подсознание уже произвело необходимые вычисления – эта древняя часть уже примерилась: где схватиться рукой, куда поставить ногу. Это были его руки и его ноги. Айдахо чувствовал себя так, словно он уже взбирается вверх по стене.</p>
   <p>Справа, возле его плеча, раздался голос Сионы.</p>
   <p>– Что ты делаешь? – спросила она. Девушка подошла к Айдахо бесшумно и теперь смотрела туда, куда смотрел и он.</p>
   <p>– Я могу взобраться на стену, – сказал Айдахо. – Если я возьму легкую веревку, то потом с ее помощью смогу втянуть туда более тяжелую. Потом по ней вскарабкаетесь все вы.</p>
   <p>Гарун подошел как раз в тот момент, когда Айдахо произносил эти слова.</p>
   <p>– Зачем ты хочешь вскарабкаться на Вал, Дункан Айдахо? – спросил он.</p>
   <p>Сиона, улыбаясь, ответила за Дункана:</p>
   <p>– Он хочет достойно встретить Бога-Императора.</p>
   <p>Этот ответ сорвался с ее языка до появления сомнений, до осмотра стены, который сильно поколебал ее первоначальную уверенность. Она не умела лазить по скалам.</p>
   <p>Движимый первым порывом, Айдахо спросил:</p>
   <p>– Какова ширина Королевской Дороги?</p>
   <p>– Не знаю, – ответил Гарун. – Я никогда ее не видел, но говорят, что она очень широкая, по ней шеренгой может пройти очень большой отряд. Там много мостов и площадок для обзора. Говорят, что красивее нет ничего на свете.</p>
   <p>– Почему вы никогда не поднимались на стену, чтобы увидеть эту красоту своими глазами? – спросил Айдахо.</p>
   <p>Гарун, не говоря ни слова, пожал плечами и красноречивым жестом указал на Вал.</p>
   <p>Пришла Наила, и начался спор о восхождении. Айдахо вспоминал этот спор, поднимаясь все выше и выше. Какие они странные – отношения между Наилой и Сионой! Они были как два заговорщика… но они не были заговорщиками. Сиона командовала, Наила подчинялась. Но ведь Наила была Другом, Говорящей Рыбой, которой Лето доверил первую беседу с новым гхола. Она сама говорила, что с детства воспитывалась при императорской полиции. Сколько в ней силы! При такой силе было что-то зловещее в столь раболепном подчинении Наилы Сионе. Было похоже, что Наила слушает какой-то голос внутри себя и подчиняется именно ему, этому голосу.</p>
   <p>Айдахо подтянулся на руках и продвинулся еще немного вверх. Пальцы его ощупывали скалу – вверх, вправо, влево, находя невидимые трещины, за которые можно было ухватиться, куда входили кончики пальцев. Память подсказывала прямую линию восхождения, и он следовал этой линии. Левая нога нашла углубление… выше… выше… медленно… на ощупь. Теперь вверх пошла левая рука… ага, трещины нет, но зато есть выступ. Вот над краем выступа, который он видел снизу, поднялись глаза, вот подбородок, вот он уже уперся в выступ локтями. Перекатившись на выступ, он решил немного отдохнуть на нем. Нельзя ни в коем случае смотреть ни вверх, ни вниз. Только горизонтально. Вдали виднелся бескрайний пустынный горизонт, ветер нес тучи пыли, что сильно ограничивало обзор. Айдахо видел множество таких горизонтов во дни древней Дюны.</p>
   <p>Он быстро повернулся лицом к стене, поднялся сначала на колени, поднял кверху руки и снова начал подниматься, по-прежнему держа в голове картины видимого снизу Вала. Стоило только закрыть глаза, как вся картина возникала перед ним во всех подробностях. Так было в детстве, когда он прятался в скалах от рабства Харконненов – тогда их отряды захватывали во время набегов всех, кто попадался им под руку. Кончики пальцев тем временем нашли подходящую трещину, он подтянулся еще немного вверх.</p>
   <p>Наблюдая за ним снизу, Наила все больше и больше чувствовала свое сопереживание восходителю. Айдахо, уменьшенный большим расстоянием, казался таким одиноким на фоне исполинской стены. Должно быть, он знает, что значит быть одному, когда надо принимать быстрые и роковые решения.</p>
   <p><emphasis>Я бы хотела иметь от него ребенка,</emphasis> подумала женщина. <emphasis>Наш общий ребенок будет сильным и выносливым. Чего хочет Бог-Император от ребенка, который родится от союза Сионы с этим мужчиной?</emphasis></p>
   <p>Наила проснулась перед рассветом и направилась на гребень близлежащей дюны, чтобы обдумать о том, что предложил Дункан Айдахо. Был обычный известковый рассвет с горизонтом, затянутым пыльными тучами, потом стальной день и зловещая огромность Сарьира. Она знала, что Бог предвидел все, что должно произойти. Что можно спрятать от Бога? Ничего, даже эту маленькую фигурку Айдахо, который взбирался вверх по стене к самому небу.</p>
   <p>Наблюдая за Айдахо, Наила непроизвольно начала играть, положив стену в своем воображении горизонтально. Теперь ей казалось, что Айдахо, как маленький ребенок, ползет по огромному полу на четвереньках. Какой он маленький… и с каждой минутой становится все меньше.</p>
   <p>Помощник предложил Наиле воды, которую она с удовольствием выпила. Вода вернула стене верную перспективу.</p>
   <p>Сиона находилась на первом выступе и смотрела вверх.</p>
   <p>– Если ты упадешь, то попробую я, – сказала она перед восхождением Айдахо.</p>
   <p>Сиона обещает Айдахо. Наиле показалось, что это очень странное обещание. Почему они оба хотят попробовать совершить невозможное?</p>
   <p>Айдахо не смог отговорить Сиону от этого бессмысленного обещания.</p>
   <p><emphasis>Это судьба. Это воля Бога,</emphasis> подумала Наила.</p>
   <p>Это одно и то же.</p>
   <p>Кусок камня отвалился от того места, где Айдахо за него взялся. Такое случалось уже несколько раз. Наила наблюдала, как падают сверху камни. Они падали долго, кувыркаясь по поверхности Вала, зацепляясь за неровности, попадая в углубления, отскакивая от выступов. Да, глаза обманывали людей – стена вовсе не была гладкой.</p>
   <p><emphasis>Он добьется успеха или не добьется,</emphasis> думала Наила. <emphasis>Что бы ни произошло, все случится только по воле Бога.</emphasis></p>
   <p>Однако сердце ее сильно колотилось от волнения. Приключение Айдахо было сродни половому акту, подумалось Наиле. В этом восхождении было что-то пассивно-эротическое. Однако было в этом и некое чудо, которое целиком захватило Наилу. Ей приходилось все время напоминать себе, что Айдахо не для нее.</p>
   <p><emphasis>Он для Сионы. Если выживет.</emphasis></p>
   <p>Если же он потерпит неудачу, свою попытку сделает Сиона. Сиона добьется своего или потерпит неудачу. Наиле стало интересно, испытает ли она оргазм, если Айдахо достигнет вершины стены. Он уже так близко к ней.</p>
   <p>После того как из-под его руки сорвался кусок камня, Айдахо перевел дух и несколько раз глубоко вздохнул. Это был очень неудачный момент, и Айдахо решил отдохнуть, ухватившись за стену в трех точках. Не повинуясь его сознанию, свободная рука сама ощупала стену, нашла там едва заметную трещину и ухватилась за нее. Медленно-медленно он подтянулся вверх на этой руке. Левое колено ощутило углубление, в которое можно будет просунуть мыски ног. Он поднял ногу, пощупал нужное место; память подсказывала ему, что вершина близка, но он отшвырнул память, как ненужный сейчас хлам. Это было всего лишь восхождение и знание того, что Лето прибудет завтра.</p>
   <p><emphasis>Лето и Хви.</emphasis></p>
   <p>Об этом тоже нельзя думать. Но оно не уходило. <emphasis>Вершина… Хви… Лето… Завтра…</emphasis></p>
   <p>Каждая из этих мыслей приводила его в отчаяние, принуждала его с новой силой вспоминать об удачных восхождениях детства. Чем больше он вспоминал, тем больше таяли его способности. Он был вынужден остановиться и, тяжело дыша, попытаться сосредоточиться. Он должен вернуться к естественному способу восхождения.</p>
   <p>Но были ли те способы естественными?</p>
   <p>В его мозгу развился какой-то блок. Он мог чувствовать окончательность, безысходность, фатальность того, что могло состояться, но не состоялось.</p>
   <p>Лето прибудет сюда завтра.</p>
   <p>Айдахо чувствовал, как по его лицу течет пот, обтекая то место на щеке, которым он прижимался к камню.</p>
   <p><emphasis>Лето.</emphasis></p>
   <p><emphasis>Я нанесу тебе поражение, Лето. Я разобью тебя только ради себя, не для Хви, а только ради себя.</emphasis></p>
   <p>Он почувствовал, что по его телу прошло ощущение очищения. Приблизительно то же самое происходило в ту ночь, когда он готовился к восхождению. Сиона почувствовала, что он лежит без сна. Она начала рассказывать ему историю ее отчаянного бега сквозь Запретный Лес, о своей клятве, которую она дала на берегу реки.</p>
   <p>– Теперь я дала клятву, что буду командовать его Говорящими Рыбами, и я сдержу ее, но надеюсь, что это будет не так, как хочет он.</p>
   <p>– Что он хочет? – спросил Айдахо.</p>
   <p>– У него много мотивов, и я вижу не все. Кто, в самом деле, может понять его? Знаю только, что я никогда не прощу его.</p>
   <p>Это воспоминание вернуло Айдахо к ощущению камня, прижатого к щеке. Пот высох на ветру. Но теперь он нашел в себе силы и сосредоточился.</p>
   <p><emphasis>Никогда не прощу.</emphasis></p>
   <p>Айдахо ощутил в себе призраков всех своих воплощений, всех гхола, которые погибли на службе у Лето. Может ли он поверить в подозрения Сионы? Да. Лето способен убить – убить своим весом, своими руками. Тот слух, о котором рассказывала Сиона, был вполне правдоподобен. К тому же Сиона из Атрейдесов, значит, вряд ли она станет обманывать. Лето стал другим… он больше не Атрейдес, он даже не человек. Он стал не живым существом, а неким природным явлением, непроницаемым и косным, весь его опыт остался внутри него. Теперь Сиона противостоит ему. Настоящие Атрейдесы отвернулись от него.</p>
   <p><emphasis>Как и я.</emphasis></p>
   <p>Обыкновенное явление природы и ничего более. Как эта стена.</p>
   <p>Правая рука Айдахо потянулась вверх и ухватилась за острый выступ. Выше ничего не было, и он попытался вспомнить широкую трещину на этом месте, которую он видел снизу. Он не осмеливался признаться себе в том, что достиг вершины… Пока не осмеливался. Острый край врезался в пальцы и ладони, когда он подтянулся. Он поднял левую руку, донес ее до края и подтянулся вверх. Глаза его достигли уровня рук. Перед ним была… плоская поверхность, а взгляд уперся в… синее небо. Поверхность растрескалась от непогоды, ветров и дождей. Он ухватился за край одной из трещин и потянул себя вверх. Сначала грудь, потом живот, потом бедра. Он перекатился через край и пополз подальше от него, подальше от почти вертикального склона стены. Только тогда он остановился, встал и начал понемногу доверять своим чувствам.</p>
   <p><emphasis>Вершина.</emphasis> Ему не понадобились ни молоток, ни гвозди.</p>
   <p>Снизу донесся какой-то слабый звук. Кажется, его приветствуют.</p>
   <p>Он подошел к краю и посмотрел вниз. Да, это приветственные восторженные крики. Отвернувшись, он зашагал к середине Королевской Дороги, желая только одного – дать успокоиться дрожавшим от напряжения мышцам, успокоить боль в плечах. Он медленно прошел по кругу, обследуя вершину, а его память в это время оценивала высоту подъема.</p>
   <p>Девятьсот метров. Да… приблизительно так.</p>
   <p>Теперь его очень интересовала Королевская Дорога. Это было совсем не то, что он видел по пути в Онн. Во-первых, она была очень широкой – почти пятьсот метров. Полотно дороги было гладким и ровным, серого цвета и возвышалось над краями стены на сто метров. Края были обозначены столбами высотой в человеческий рост. Эти столбы стояли, словно часовые на пути, по которому предстояло пройти Айдахо.</p>
   <p>Он добрался до дальнего края стены, противоположного Сарьиру, и посмотрел вниз. Далеко в глубине бушевал зеленый поток воды, пенившейся от ударов о подножие стены. Он посмотрел вправо. Оттуда появится Лето. Дорога и стена поворачивали направо пологой дугой, поворот начинался приблизительно в трехстах метрах от того места, где стоял Айдахо. Он вернулся на дорогу и зашагал по ее краю, следуя по кривизне, которая изгибалась в обратную сторону, образуя перевернутую букву S, а потом сужалась, мягко спускаясь вниз. Он остановился и вгляделся в то, что открылось его взору. Картина приобретала форму и смысл.</p>
   <p>В трех километрах отсюда дорога пересекала течение реки по мосту, чьи фермы и пролеты казались игрушечными, уменьшенными расстоянием. Айдахо вспомнил такой же мост на дороге в Онн, вспомнил его грандиозность, когда идешь по нему пешком. Он доверял своей памяти, думая о мостах так, как думают о них военные – как о переправах или ловушках.</p>
   <p>Отойдя влево, он увидел другую стену у противоположного конца моста. Дорога продолжалась там до тех пор, пока не превращалась в прямую линию, уходящую за горизонт. Итак, были две стены, а между ними река. Река текла в рукотворном русле, ее влага скапливалась в канале, направленном на север, в то время как сама река текла на юг.</p>
   <p>Айдахо перестал обращать внимание на реку. Она здесь и будет такой же завтра. Он сосредоточил свое внимание на мосту и мобилизовал все свои военные знания и умения. Обследовав мост, он кивнул себе в подтверждение своим мыслям и направился назад по тому же пути, по которому пришел сюда, сняв с плеча легкую веревку.</p>
   <p>И только когда веревка скользнула вниз, Наила наконец испытала оргазм.</p>
  </section>
  <section>
   <epigraph>
    <p>Что я хочу ликвидировать? Слепое буржуазное преклонение перед мирным консерватизмом прошлого. Это связующая сила, предмет, который объединяет человечество в одно болезненное целое, невзирая на иллюзорное разделение парсеками пространства. Если я могу найти рассеянные кусочки, то их может найти каждый. Если вы вместе, то можете сообща пережить катастрофу. Вы можете быть вместе уничтожены. Таким образом, я демонстрирую ужасную опасность скольжения по жизни, бесстрастной середины, движения без амбиций и цели. Я показываю вам, что так могут вести себя целые цивилизации. Я могу привести вам примеры целых эпох, когда люди жили, медленно приближаясь к смерти, не зная ни волнений, ни забот, даже не спрашивая: «Зачем?» Я показываю вам ложное счастье и затененную катастрофу, которая носит имя Лето, Бога-Императора. Теперь-то сможете ли вы познать истинное счастье?</p>
    <text-author>(Похищенные записки)</text-author>
   </epigraph>
   <p>Проспав ночь короткими урывками, Лето проснулся на рассвете, когда Монео вышел из гостевого дома. Королевская тележка была припаркована почти в середине двора, огороженного с трех сторон. Защитный колпак был тонирован, скрывая сидевшего под ним, и был запечатан, чтобы не пропускать влагу. Лето слышал тихий шум механизмов, которые гнали воздух через осушители.</p>
   <p>Проскрежетав каблуками по булыжникам двора, Монео приблизился к тележке. Над мажордомом высилась оранжевая, освещенная рассветным солнцем крыша гостевого дома.</p>
   <p>Лето откинул колпак, когда Монео приблизился к нему. Запах плесени был неприятен, а насыщенный влагой ветер причинял Лето просто физическую боль.</p>
   <p>– Мы прибудем в Туоно приблизительно в полдень, – сказал Монео. – Я бы хотел, чтобы вы разрешили воспользоваться орнитоптерами для охраны с воздуха.</p>
   <p>– Мне не нужны орнитоптеры, – ответил Лето. – Мы спустимся в Туоно на подвеске и на веревках.</p>
   <p>Лето наслаждался пластическими образами, рожденными в его сознании этим коротким диалогом. Монео никогда не любил паломничества. Его мятежная юность приучила его к страху перед тем, чего он не понимал или не мог назвать. По сути своей он остался скопищем массы предрассудков.</p>
   <p>– Вы же понимаете, что я не хочу использовать орнитоптеры как транспорт, они нужны для охраны…</p>
   <p>– Да, это я понимаю, Монео.</p>
   <p>Мимо Императора мажордом сквозь открытый край двора посмотрел на речной каньон. Из глубин поднимался застывший в рассветных лучах туман. Он подумал, сколько времени потребуется, чтобы упасть на дно каньона. Тело будет извиваться, извиваться, извиваться… Монео так и не смог, несмотря на страшное желание, подойти ночью к краю каньона и заглянуть в него. Это было таким… таким искушением.</p>
   <p>Монео безмолвно взглянул в глаза Лето.</p>
   <p>– Учись жизни на моем примере, – сказал Император.</p>
   <p>– Господин? – шепотом сказал Монео.</p>
   <p>– Сначала меня искушают злом, потом добром. Каждая такая попытка обставляется в зависимости от моей подверженности внешним воздействиям. Скажи, Монео, если я выберу добро, то стану от этого добрее?</p>
   <p>– Конечно, господин.</p>
   <p>– Вероятно, ты никогда не избавишься от привычки судить, – сказал Лето.</p>
   <p>Монео отвернулся и снова начал смотреть на край русла реки. Лето перевернулся, чтобы увидеть, что так внимательно разглядывает его мажордом. На берегах каньона были высажены карликовые сосны. На влажных лапах висели капли росы, каждая из которых сулила Лето боль и страдания. Он очень хотел бы закрыть защитный колпак, но жемчужины, висевшие на ветвях, привлекали его какими-то воспоминаниями, хотя и отталкивали его тело. Эти синхронные, разнонаправленные желания вызвали у Лето настоящее смятение.</p>
   <p>– Просто я не люблю ходить пешком, – сказал Монео.</p>
   <p>– Таков был фрименский обычай, – возразил Лето.</p>
   <p>Монео вздохнул:</p>
   <p>– Все остальные будут готовы через несколько минут. Хви завтракала, когда я выходил.</p>
   <p>Лето ничего не ответил. Его мысли блуждали в глубинах памяти ночи – одной из многих тысяч, которые переполняли его прошлое – облака и звезды, дожди и чернота разверстого космоса, ночная вселенная, от одного вида которой у Лето начинало сладко биться сердце.</p>
   <p>– Где ваша охрана? – внезапно спросил Монео.</p>
   <p>– Я отослал их позавтракать.</p>
   <p>– Мне не нравится, когда вас оставляют без охраны!</p>
   <p>Хрустальный звук голоса Монео прозвучал в памяти Лето, голос что-то говорил, но без словесных форм – это был просто модулированный звук. Монео боялся вселенной, в которой не было Бога-Императора. Он был готов скорее умереть, чем жить в такой вселенной.</p>
   <p>– Что произойдет сегодня? – продолжал спрашивать Монео.</p>
   <p>Это был вопрос, обращенный не к Богу-Императору, а к пророку.</p>
   <p>– Семя, посеянное сегодняшним ветром, завтра может взойти ивой, – ответил Лето.</p>
   <p>– Вы знаете наше будущее! Почему вы не хотите разделить его с нами? – Монео был близок к истерике, отказываясь признать все то, о чем не говорило его непосредственное восприятие.</p>
   <p>Лето пронзил мажордома горящим взглядом, взглядом, полным таких чувств, что Монео отпрянул.</p>
   <p>– Распоряжайся своим существованием сам, Монео!</p>
   <p>Дрожа всем телом, Монео судорожно вздохнул:</p>
   <p>– Господин, я не хотел оскорбить вас, я искал только…</p>
   <p>– Посмотри вверх, Монео!</p>
   <p>Мажордом непроизвольно подчинился и уставил взор в безоблачное небо.</p>
   <p>– Что там, господин?</p>
   <p>– Там нет надежного потолка, Монео. Только открытое небо, полное изменений. Приветствуй его. Каждое чувство, которым ты обладаешь, предназначено для того, чтобы реагировать на изменения. Неужели это ни о чем тебе не говорит?</p>
   <p>– Господин, я пришел только для того, чтобы узнать, когда вы будете готовы двинуться в путь?</p>
   <p>– Монео, я прошу тебя быть правдивым со мной.</p>
   <p>– Я правдив, господин!</p>
   <p>– Но если ты будешь жить в дурной вере, то ложь может представиться тебе правдой.</p>
   <p>– Господин, если я и лгу, то… и сам этого не знаю.</p>
   <p>– Есть кольцо правды. Но я знаю, чего ты боишься, и не стану говорить.</p>
   <p>Монео начал дрожать. Бог-Император был в ужасном настроении. В каждом его слове таилась страшная угроза.</p>
   <p>– Ты боишься империализма сознания, – сказал Лето, – и твой страх оправдан. Немедленно пришли сюда Хви!</p>
   <p>Монео повернулся и поспешил в гостевой дом. Было такое впечатление, что, войдя в него, он растревожил пчелиный рой. Через секунду из дома высыпали Говорящие Рыбы и окружили тележку. Придворные выглядывали в окна, выходили во двор и собирались под навесом, боясь подойти к нему. В противоположность этому волнению Хви вышла из дома и, покинув тень, прошла к тележке. Голова высоко поднята, глаза ищут его глаза.</p>
   <p>Посмотрев на Хви, Лето почувствовал, что успокаивается. На ней было надето золотистое платье, которого Лето еще не видел. Ворот, рукава и манжеты были украшены серебром и жадеитом. Подол, почти волочившийся по земле, заканчивался тяжелой зеленой бахромой, оттенявшей насыщенно-красные клинья.</p>
   <p>Остановившись возле тележки, Хви улыбнулась.</p>
   <p>– С добрым утром, любимый, – тихо произнесла она. – Чем ты сумел так расстроить бедного Монео?</p>
   <p>Успокоенный ее присутствием и звуками ее голоса, он тоже улыбнулся:</p>
   <p>– Я сделал то, что надеюсь делать всегда. Произвел эффект.</p>
   <p>– Ты его несомненно произвел. Он сказал Говорящим Рыбам, что ты очень зол и находишься в плохом настроении. Ты страшен, любимый?</p>
   <p>– Только для тех, кто отказывается жить, опираясь на собственные силы.</p>
   <p>– Ах да. – Она повернулась перед ним, демонстрируя новое платье. – Тебе нравится? Мне подарили его Говорящие Рыбы. Они сами его украсили.</p>
   <p>– Любовь моя, – в его тоне послышалось предупреждение, – украшениями готовят жертвоприношение.</p>
   <p>Она подошла к тележке, и обратилась к нему, придав лицу притворно торжественное выражение:</p>
   <p>– Значит, они принесут меня в жертву?</p>
   <p>– Многие из них сделали бы это с радостью.</p>
   <p>– Но ты им этого не разрешишь.</p>
   <p>– Наши судьбы едины, – сказал он.</p>
   <p>– Тогда я не буду ничего бояться. – Она протянула руку и коснулась его руки, покрытой серебристыми чешуйками, но сразу же отпрянула – по всему телу Лето пробежала дрожь.</p>
   <p>– Прости меня, любимый, я забыла, что мы едины только душой, но не плотью, – сказала она.</p>
   <p>Кожа из песчаных форелей все еще трепетала от человеческого прикосновения.</p>
   <p>– Влажный воздух делает меня особенно чувствительным, – сказал он. Постепенно дрожь улеглась.</p>
   <p>– Я не стану жалеть о том, чего не может быть, – прошептала она.</p>
   <p>– Будь сильной, Хви, ибо душа твоя принадлежит мне.</p>
   <p>Она обернулась на звук, раздавшийся в доме для гостей.</p>
   <p>– Монео возвращается, – сказала Хви. – Пожалуйста, любимый, не пугай его больше.</p>
   <p>– Монео тоже твой друг?</p>
   <p>– Мы друзья по желудку. Оба любим йогурт.</p>
   <p>Лето еще смеялся, когда Монео остановился возле Хви. Он осмелился улыбнуться, бросая озадаченные взгляды на женщину. В обхождении мажордома появилось еще больше учтивости, он неким раболепством показывал Лето свое отношение к его невесте.</p>
   <p>– У вас все в порядке, госпожа Хви?</p>
   <p>– Да.</p>
   <p>– Во времена обжорства друзей по желудку надо холить и лелеять, – сказал Лето. – Нам пора отправляться в путь, Монео. Туоно ждет.</p>
   <p>Обернувшись, Монео отдал приказ Говорящим Рыбам и придворным.</p>
   <p>Лето улыбнулся Хви.</p>
   <p>– Мне, кажется, неплохо удается роль нетерпеливого жениха, правда?</p>
   <p>Она легко прошла в его тележку, приподняв одной рукой подол юбки. Он развернул ее сиденье. Только усевшись рядом с женихом, она прошептала ему на ухо:</p>
   <p>– Любовь души моей, теперь я знаю еще одну твою тайну.</p>
   <p>– Пусть она покинет твои уста, – сказал он, играя новой близостью, которая возникла между ними.</p>
   <p>– Тебе редко нужны слова, – сказала Хви. – Ты обращаешься прямо к чувствам всей своей жизнью.</p>
   <p>По всему его телу прошла волна. Прошло почти несколько секунд, прежде чем он смог говорить, а когда он заговорил, то она едва сумела расслышать его из-за шума кортежа.</p>
   <p>– Между сверхчеловеком и не-человеком, – сказал он, – для меня появилось маленькое пространство человечности. Я – человек. И я благодарю тебя, моя нежная и любимая Хви, за это пространство.</p>
  </section>
  <section>
   <epigraph>
    <p>Во всей своей вселенной я не видел закона природы, неизменного и неумолимого. Вселенная представляет нам лишь изменчивые взаимоотношения, которые воспринимаются как законы преходящим короткоживущим сознанием. Это плотское восприятие, которое мы называем самостью, эфемерно и сгорает в пламени бесконечного, мимолетно осведомляя нас о временных условиях, которые служат обрамлением нашей деятельности и изменяются по мере того, как изменяется и сама деятельность. Если вы повесите ярлык на абсолют, то воспользуйтесь его самым подходящим именем: преходящее.</p>
    <text-author>(Похищенные записки)</text-author>
   </epigraph>
   <p>Наила первой заметила приближающийся кортеж. Сильно потея на полуденной жаре, она стояла возле одного из ограничительных столбов на Королевской Дороге. Внезапная вспышка дальнего отражения привлекла ее внимание. Она всмотрелась в пространство в том направлении и поняла, что увидела солнечное отражение от защитного колпака тележки Лето.</p>
   <p>– Они идут! – крикнула она.</p>
   <p>После этого она почувствовала голод. В своем волнении и в единстве цели они забыли взять с собой еду. Только фримены взяли с собой воду и то только потому, что «фримен всегда берет с собой воду, когда покидает сиетч».</p>
   <p>Наила потрогала пальцем приклад лазерного ружья, висевшего в кобуре на бедре. Мост находился не более чем в двадцати метрах от нее, его конструкции высились над водой фантастическими арками и казались чудовищным нагромождением плоскостей.</p>
   <p><emphasis>Это сумасшествие,</emphasis> подумала она.</p>
   <p>Но Бог-Император подтвердил свое приказание. Он потребовал, чтобы Наила во всем подчинялась Сионе.</p>
   <p>Приказания же Сионы отличались ясностью и не допускали никаких толкований. А сама Наила не имела времени исследовать смысл распоряжений Бога-Императора. Сиона сказала:</p>
   <p>– Когда тележка Императора окажется на середине моста – тогда!</p>
   <p>– Но зачем?</p>
   <p>Они стояли на приличном расстоянии друг от друга, поеживаясь от утреннего холодка на вершине Барьерного Вала, отчужденные от мира и очень уязвимые.</p>
   <p>Суровое выражение лица Сионы и ее тихий, напряженный голос не допускали никаких возражений.</p>
   <p>– Неужели ты думаешь, что можешь причинить вред Богу-Императору?</p>
   <p>– Я… – Наила смогла только пожать плечами.</p>
   <p>– Ты должна подчиняться мне!</p>
   <p>– Я должна, – согласилась Наила.</p>
   <p>Она внимательно оценила расстояние до приближающегося кортежа, заметив при этом пестрые наряды придворных, синие мундиры ее сестер – Говорящих Рыб… блестящую поверхность тележки ее господина.</p>
   <p><emphasis>Это еще одно испытание,</emphasis> решила она. Бог-Император все знает. Он знает преданное сердце Его Наилы. Это испытание. Приказы Бога-Императора должны быть выполнены как можно точнее и без упущений. Так учат Говорящих Рыб, начиная с детства. Бог-Император сказал, что она должна подчиняться Сионе. Да, это испытание. Чем еще это могло быть?</p>
   <p>Она посмотрела на четырех фрименов. Дункан Айдахо расположил их у выхода с моста – они должны были блокировать его. Они сидели спинами к ней, глядя в сторону моста, как четыре коричневых холмика. Наила слышала, как Айдахо говорил им:</p>
   <p>– Вы не должны ни в коем случае покидать это место. Вы должны приветствовать его здесь. Встаньте, когда он приблизится и низко поклонитесь.</p>
   <p><emphasis>Да, поприветствуйте его хорошенько.</emphasis></p>
   <p>Наила кивнула своим мыслям.</p>
   <p>Три другие Говорящие Рыбы, прибывшие на стену вместе с Наилой, были отправлены на мост. Они знали только то, что сказала им Сиона в присутствии Наилы. Они должны были дождаться того момента, когда Императорская тележка окажется в нескольких шагах от них, и начать танцевать, уводя тележку и сопровождение в сторону выступающей точки стены над Туоно.</p>
   <p><emphasis>Если я выстрелами из ружья разрежу мост, то эти трое погибнут</emphasis>, подумала Наила. И все другие, кто идет с нашим Господом.</p>
   <p>Наила наклонила голову и посмотрела вниз, в поток. Реки отсюда не было видно, но снизу доносился рев воды и грохот камней, которые волочились по дну сильнейшим течением.</p>
   <p>Они все погибнут!</p>
   <p><emphasis>Если только Он не замыслил Чуда.</emphasis></p>
   <p>Пусть будет, что будет. Сиона лучше видит сцену этого чуда. Она – постановщик. Что еще могло быть на уме у Сионы, если она прошла испытание и теперь на ней надета форма командира Говорящих Рыб? Сиона дала клятву Богу-Императору. Ее испытал Бог, они вдвоем были в Пустыне.</p>
   <p>Наила скосила глаза вправо, чтобы увидеть постановщиков этого действа. Сиона и Айдахо стояли плечом к плечу на дороге в двадцати метрах правее Наилы. Они были увлечены разговором, иногда кивали, поглядев друг на друга.</p>
   <p>Вот Айдахо взял Сиону за руку – очень странный, хозяйский жест. Он один раз кивнул и зашагал к мосту, остановившись у угловой опоры прямо впереди Наилы. Он посмотрел вниз, потом пересек мост и подошел к другому углу. Снова посмотрел вниз и вернулся к Сионе.</p>
   <p>Что за странное создание этот гхола, подумала Наила. После того восхождения она перестала думать о нем, как о человеке. Нет, это какой-то демиург, он стоит близко к Богу, хотя с ним можно спать и рожать от него детей.</p>
   <p>Раздавшийся вдалеке крик привлек внимание Наилы. Она повернулась и посмотрела на противоположную сторону моста. Кортеж привычно бежал за королевской повозкой, как это обычно бывает при любом паломничестве. Вот сейчас они перешли на шаг, потому что до моста осталось всего несколько минут хода. В идущем впереди человеке Наила узнала Монео в ослепительно белой форме, его твердый шаг, высоко поднятую голову. Колпак Императорской тележки был закрыт и блестел на солнце позади Монео.</p>
   <p>Знакомая мистерия затопила душу Наилы.</p>
   <p>Скоро должно произойти какое-то чудо!</p>
   <p>Наила посмотрела вправо, на Сиону. Сиона ответила таким же взглядом и кивнула. Наила извлекла ружье из чехла и поставила его на мост, прислонив к столбу. Сначала по одному кабелю, потом по другому, потом по опорам справа и слева. Ружье показалось Наиле холодным и каким-то чужим. Дрожа, она несколько раз глубоко вдохнула, чтобы успокоиться.</p>
   <p><emphasis>Я должна подчиниться. Это испытание.</emphasis></p>
   <p>Она увидела, как Монео поднял глаза от дороги и, не меняя походки, крикнул что-то или Императору, или людям, шедшим позади Императорской тележки. Наила не разобрала слов. Монео снова смотрел прямо на дорогу. Наила прижалась к столбу, который почти полностью скрыл ее массивное тело.</p>
   <p><emphasis>Испытание.</emphasis></p>
   <p>Монео увидел людей на дороге и на мосту, разглядел форму Говорящих Рыб и первой его реакцией было удивление по поводу того, откуда взялись на мосту эти встречающие. Он повернулся и прокричал вопрос Лето, но Бог-Император не соизволил открыть затемненный колпак.</p>
   <p>Монео взошел на мост. Тележка скрипела по рассыпанному на мосту песку. В этот момент Монео увидел стоявших на противоположном конце моста Айдахо и Сиону. На выходе с моста, прямо на дороге сидели четыре музейных фримена. В душу Монео закрались нехорошие сомнения, но что-либо изменить было уже нельзя. Он бросил взгляд на реку. Солнечный свет отражался в ней платиновым блеском. Позади громыхала тележка. Течение реки, ход кортежа, важность происходящего и его, Монео, роль в нем, вызывали в его душе чувство головокружительной неизбежности.</p>
   <p><emphasis>Мы – не люди, идущие своим путем,</emphasis> думал он, <emphasis>мы – первичные элементы, связывающие воедино один отрезок времени с другим. Когда же мы проходим, то все, что остается позади нас, рассыпается, становясь ничем, то есть тем, что очень напоминает не-пространство иксианцев. Это никогда не становится тем же, чем оно было до нашего появления.</emphasis></p>
   <p>В мозгу Монео зазвучал мотив одной из песен. Когда-то он слышал, как девушка играла его на лютне. Реальный мир потускнел в глазах Монео, он погрузился в иной мир, мир воспоминаний. Песня была полна желания, желания, чтобы все это миновало, прошло, чтобы рассеялись все сомнения и вернулись мир и покой. Простенький жалобный мотив вился в душе Монео, как дым костра.</p>
   <poem>
    <stanza>
     <v>Стрекочут букашки в густой траве пампы…</v>
    </stanza>
   </poem>
   <p>Монео замурлыкал мотив себе под нос:</p>
   <poem>
    <stanza>
     <v>Стрекот их знаменует конец.</v>
     <v>Осень и моя песня – это цвет</v>
     <v>Последних листьев</v>
     <v>В траве пампы…</v>
    </stanza>
   </poem>
   <p>Монео самозабвенно кивал головой в такт припеву.</p>
   <poem>
    <stanza>
     <v>День прошел,</v>
     <v>Гости ушли.</v>
     <v>День прошел</v>
     <v>В нашем сиетче,</v>
     <v>День прошел,</v>
     <v>Слышен рев бури,</v>
     <v>День прошел,</v>
     <v>И гости разошлись.</v>
    </stanza>
   </poem>
   <p>Это была древняя, настоящая фрименская песня, решил Монео. Она рассказывала о нем. Ведь это он всей душой жаждал, чтобы разошлись по домам все незваные гости, улеглись волнения и наступил столь желанный покой. Мир был так близок… но он не мог покинуть службу. Он мимолетно подумал о каких-то досадных помехах, которые возникли на пути в Туоно… Скоро будет видна и деревня. Палатки, еда, столы, золоченые тарелки и украшенные драгоценными каменьями ножи, круглые светильники, украшенные на древний манер арабесками… все будет производить впечатление богатства и надежды на иную, лучшую жизнь.</p>
   <p><emphasis>Но никогда Туоно не станет тем, чем она была раньше.</emphasis></p>
   <p>Однажды, совершая инспекционную поездку, Монео прожил в Туоно два дня. Он вспомнил запах их очагов, на которых готовили пищу – в огонь подкладывали ветви ароматических растений, пламя ярко вспыхивало в темноте. Жители не пользовались солнечными печами – «этих печей не было в древности».</p>
   <p><emphasis>Не было в древности.</emphasis></p>
   <p>В Туоно пахло меланжей. Сладкий, немного едкий запах мускусных растений доминировал… Хотя в нос прежде всего била вонь выгребных ям и мусорных свалок. Он вспомнил краткий комментарий Бога-Императора по поводу своего отчета о поездке.</p>
   <p>«Эти фримены сами не понимают, что они утратили. Они воображают, что хранят свои древние обычаи. Это заблуждение всех музеев. Что-то всегда исчезает; сам дух выветривается из экспозиций и улетучивается. Люди, которые основывают музеи, и те, кто приходит в них поглазеть на реликвии, редко задумываются об утраченном навсегда духе. Когда нет жизни, нет и духа».</p>
   <p>Монео пригляделся к трем Говорящим Рыбам, стоявшим на мосту. Они вдруг подняли вверх руки и начали танцевать, сладострастно изгибаясь всего лишь в нескольких шагах от него.</p>
   <p><emphasis>Как странно,</emphasis> подумал Монео. <emphasis>Мне приходилось видеть, как танцуют на улицах другие, но никогда не видел танцующих прилюдно Говорящих Рыб. Они танцевали только на праздниках в подземелье и в своих жилищах и только среди своих.</emphasis></p>
   <p>Мысль еще продолжалась, когда до слуха Монео донесся страшный скрежет выстрела лазерного ружья. Мост под Монео начал проваливаться, уходя из-под ног.</p>
   <p><emphasis>Это не может произойти,</emphasis> промелькнуло у него в мозгу.</p>
   <p>Он услышал, как тележка начинает забирать в сторону поперек дороги, затем с громким щелчком открылся защитный колпак. Полотно моста медленно опрокидывалось, становясь вертикально, стремительно приближаясь к глазам Монео в то время, как он сам соскальзывал в бездну. Он ухватился обеими руками за кабель и начал медленно вращаться вместе с ним. В этот момент он увидел Императорскую тележку. Она отошла к краю моста, защитный колпак был открыт, внутри стояла Хви, держась одной рукой за сиденье и глядя куда-то мимо Монео.</p>
   <p>Раздался чудовищный визг металла, и полотно моста стало опрокидываться еще быстрее. Монео видел, как мечутся, падают и дико размахивают руками люди из свиты. Кабель за что-то зацепился. Руки Монео были вытянуты над головой, а сам он вращался вместе с отрезком кабеля. Потные от страха руки скользили по оплетке кабеля.</p>
   <p>Вот он еще раз увидел тележку Лето. Теперь она лежала на боку, зажатая обломками ограждения моста. Монео отчетливо увидел, как Лето своими рудиментарными ручками пытается схватить Хви, но тщетно. Она, не издав ни звука, выпала из открытой тележки. Золотое платье задралось, обнажив вытянутое в струну тело.</p>
   <p>Низкий рык сотряс все тело Императора.</p>
   <p><emphasis>Почему он не включает подвеску. Она выдержит тележку.</emphasis></p>
   <p>Однако лазерное ружье продолжало реветь и скрежетать. Руки Монео с жуткой неизбежностью соскальзывали к концу порванного кабеля, но мажордом успел заметить, как вспыхнули ярким пламенем все четыре подвески тележки, откуда повалил золотистый дым. Вытянув вверх и вперед руки, Монео начал падать.</p>
   <p><emphasis>Дым! Золотистый дым!</emphasis></p>
   <p>Его накидка налезла на голову, развернула его лицом вниз, и он увидел бездну. Внизу был мальстрем кипящей воды – зеркало его прошедшей жизни – тянувшие на дно и выталкивающие течения, движение, собирающее и размалывающее все сущее. В мозгу застряли слова Лето, сказанные им о золотистом дыме: <emphasis>«Берегись пути посредственности. Пустое скольжение по жизни, бесстрастная посредственность – это все, что представляет себе большинство людей в качестве смысла и цели жизни».</emphasis> Монео пронзил экстаз сознания. Вселенная открылась ему, словно в увеличительном стекле, время остановило свой бег.</p>
   <p><emphasis>Золотистый дым!</emphasis></p>
   <p>– Лето! – неистово закричал Монео. – Сиайнок! Я верю!</p>
   <p>Накидка сорвалась с его плеч. Монео развернуло в пропасть каньона – но мажордом успел бросить последний взгляд на Императорскую тележку – она медленно сползала с разбитого моста. Из нее выползал Бог-Император.</p>
   <p>Что-то твердое ударило Монео в спину. Это было последнее, что он почувствовал в своей жизни.</p>
   <p>Лето выскользнул из тележки. В сознании запечатлелась только одна страшная картина – Хви, ударившаяся о кипевшую внизу воду.</p>
   <p>Эти буруны – символ конца, погружения в мифы и сны. Последние слова ее были исполнены твердости и покоя: «Я пойду впереди тебя, любимый».</p>
   <p>Выскальзывая из тележки, он видел излучину реки, вода сияла множеством серебристых бликов; кривой клинок реки уходил в Вечность и был готов принять Лето в свои мучительные объятия.</p>
   <p><emphasis>Я не могу ни плакать, ни даже кричать,</emphasis> думал он. <emphasis>Слезы невозможны для меня. Они – вода. Сейчас у меня будет много воды. Я могу лишь стонать от своего горя. Я одинок, более одинок, чем когда бы то ни было.</emphasis></p>
   <p>Его большое сегментированное тело согнулось в падении, но, падая, он успел заметить Сиону, стоявшую на краю пролома в полотне моста.</p>
   <p><emphasis>Теперь ты все поймешь,</emphasis> подумал он.</p>
   <p>Тело продолжало свое вращение. Лето видел, как стремительно приближается река. Вода – это, как сон, населенный рыбами. Он вдруг вспомнил древний пир на берегу выложенного гранитом бассейна – розоватое мясо, дразнящее аппетит.</p>
   <p><emphasis>Я иду к тебе, Хви. Мы будем вместе на пиру богов!</emphasis></p>
   <p>Исполинский всплеск погрузил его в неописуемые мучения. Вода, ее злобный вихрь окружили его со всех сторон. Он ощущал скрежет несущихся мимо камней, когда пытался пробиться вверх по течению, чтобы вырваться из водопада. Тело его инстинктивно изгибалось и билось в непроизвольных судорогах. Перед его безумным взглядом возникла стена каньона – мокрая и черная. Куски того, что совсем недавно было его кожей, срывались с тела и серебряным дождем сыпались в воду. Песчаные форели покидали его, чтобы начать в воде свою новую жизнь.</p>
   <p>Но его муки на этом не прекратились. Лето понял, что у него еще есть человеческое сознание и тело, которое способно чувствовать боль.</p>
   <p>Инстинкт подгонял его. Он ухватился за обломок скалы, почувствовал, как ему оторвало палец, почувствовал еще до того, как осознал, что ухватился за камень. Это была лишь тихая нота в страшной симфонии боли.</p>
   <p>Течение реки вынесло его к опорам канала, потом, хотя он кричал себе, что и этого достаточно, Лето вынесло на отлогий песчаный берег. Он лежал там, видя, как уносится омывшая его вода, окрасившаяся в синий цвет Пряности. Муки продолжали подгонять. Его тело, тело червя выползло из воды. Все песчаные форели исчезли, и теперь он болезненно чувствовал каждое прикосновение. Утраченная чувствительность восстановилась, но теперь она могла дать ему только боль. Он не мог видеть себя, но чувствовал, что его тело сохранило форму червя, ощущая, как оно извивается, стремясь покинуть губительную воду. Он смотрел вверх, в глазах его плясали языки пламени, освещавшие все фрагменты, которые он видел. Наконец, он понял, где находится. Река вынесла его к повороту, после которого она навсегда покидала Сарьир. Позади была деревня Туоно, прямо у подножия Защитного Вала – это все, что осталось от сиетча Табр – владения Стилгара, места, где хранилась вся Пряность Лето.</p>
   <p>Испуская синий дым, его агонизирующее тело, извиваясь и оставляя голубой след, ползло по прибрежной гальке, мимо камней и валунов к влажной норе, которая была, видимо, остатком древнего сиетча. Теперь это была мелкая, тесная пещера, внутренний выход который был когда-то завален камнепадом. В нос ударил запах сырости и чистый дух Пряности.</p>
   <p>В мир его мучений вторглись какие-то звуки. Он повернулся в тесноте пещеры и увидел у входа болтающийся конец веревки. По ней скользнула вниз какая-то фигура. Лето узнал Наилу. Она спрыгнула на камни и, согнувшись, двинулась в пещеру, пристально вглядываясь в ее темноту. Затем с веревки спрыгнула другая фигура. Сквозь огонь, застилавший зрение, Лето увидел, что это Сиона. В грохоте падавших камней Наила и Сиона начали продвигаться к входу в пещеру. Вот они остановились и вперили свои взгляды в него. Появился и третий – Айдахо. Он был охвачен яростью и, словно вихрь, налетел на Наилу.</p>
   <p>– Зачем ты ее убила? Ты не должна была убивать Хви!</p>
   <p>Наила отмахнулась от него, как от назойливой мухи, – Айдахо покатился по камням. Она прошла ближе к Лето, потом опустилась на четвереньки и посмотрела на него.</p>
   <p>– Господин? Вы живы?</p>
   <p>Позади нее появился Айдахо, выхватил из чехла ружье. Наила в изумлении обернулась, но он уже поднял ружье и нажал на спуск. Огонь вспыхнул сначала на голове Наилы, потом распространился по всему телу. Она начала распадаться на горящие фрагменты, отлетел в сторону нож, куски обугленной плоти и горящей одежды разлетались по камням. Но Айдахо ничего не видел. С лицом, искаженным яростью, он продолжал изо всех сил нажимать на спусковой крючок до тех пор, пока не иссяк заряд. Огненная дуга погасла.</p>
   <p>Сиона ждала именно этого момента. Она подошла к Айдахо и отняла у него бесполезное теперь ружье. Он повернулся к ней, и она поддержала его, чтобы он не упал. Ярость угасла вместе с огнем лазерного ружья.</p>
   <p>– За что? – прошептал он.</p>
   <p>– Это уже сделано, – ответила Сиона.</p>
   <p>Они обернулись и вместе посмотрели на Лето, лежавшего в темноте пещеры.</p>
   <p>Лето не мог даже представить себе, что именно они видят. Он знал, что кожа из песчаных форелей исчезла. На их месте должна была остаться поверхность, покрытая отверстиями, оставшимися на месте ресничек, которые прободали его человеческую кожу. Что же касается остального, то ему оставалось только смотреть на две стоявшие у входа в пещеру фигуры и ждать. Сиона казалась ему женщиной-демоном. Имя его было известно Лето, и он произнес его вслух. Звук его голоса, многократно усиленный под сводами пещеры, долетел до ушей Сионы.</p>
   <p>– Ганмия!</p>
   <p>– Что? – Она подошла поближе.</p>
   <p>Айдахо стоял позади нее, закрыв лицо руками.</p>
   <p>– Смотри, что ты сделала с несчастным Дунканом, – произнес Лето.</p>
   <p>– Он найдет себе другую любовь. – Как она жестока, таким был и он в своей ранней юности.</p>
   <p>– Ты просто не знаешь, что значит любить, – сказал он. – Что ты смогла дать? – Он мог лишь пошевелить руками, вернее тем, что когда-то было руками. – Боже! Чего я лишился!</p>
   <p>Она подобралась поближе к нему, потом остановилась и отпрянула.</p>
   <p>– Я реален, Сиона. Посмотри на меня. Я существую. Ты можешь прикоснуться ко мне, если осмелишься. Вытяни руку, сделай это.</p>
   <p>Она медленно протянула вперед руку и коснулась того места, где раньше был его передний сегмент, в котором она, как в гамаке, пряталась от зноя в Пустыне во время испытания в Сарьире. Ее рука коснулась синей массы, и Сиона отдернула руку.</p>
   <p>– Ты прикоснулась ко мне и ощутила мое тело, – сказал он. – Разве это не странно, если не думать ни о чем больше?</p>
   <p>Она начала отворачивать лицо.</p>
   <p>– Нет! Не отворачивайся! Посмотри на то, что ты сделала, Сиона. Как получилось, что ты можешь прикоснуться ко мне, но не можешь дотронуться до самой себя?</p>
   <p>Она бегом бросилась от него.</p>
   <p>– Вот в чем заключается разница между нами, – сказал он. – Ты – воплощение Бога. Ты заключаешь в себе величайшее чудо вселенной, но отказываешься коснуться его, увидеть его или поверить в него.</p>
   <p>Лето отвлекся, услышав внутри пещеры работу спрятанного там механизма, который записывал его мысли. В этом месте совершенно отсутствовала радиация, это было место вне пространства, которое создали иксианцы, здесь не было места сумятице мыслей и душевному неустроению. Здесь отсутствовала связь со всей остальной вселенной.</p>
   <p><emphasis>Но она будет, эта связь.</emphasis></p>
   <p>Он почувствовал, что иксианское печатающее устройство заработало. Теперь оно будет записывать его мысли без команды.</p>
   <p><emphasis>Помните, что я сделал! Помните меня! Я снова буду невиновен в ваших глазах!</emphasis></p>
   <p>Пламя, пылавшее перед его глазами, на мгновение потухло. Теперь перед ним на месте Сионы стоял Айдахо. Что там еще?.. Ах да, это Сиона махнула рукой, выкрикивая команды кому-то наверху стены.</p>
   <p>– Ты еще жив? – спросил Айдахо.</p>
   <p>Голос Лето прерывался тяжелым свистящим дыханием.</p>
   <p>– Пусть они разойдутся, Дункан. Пусть они бегут, спрячутся, улетят на другие планеты. Пусть выберут себе другие миры.</p>
   <p>– Будь ты проклят! О чем ты говоришь? Да я бы скорее позволил ей жить с тобой!</p>
   <p>– Позволил? Я ничего не позволял.</p>
   <p>– Почему ты позволил Хви умереть? – простонал Айдахо. – Мы не знали, что она с тобой.</p>
   <p>Он рывком подался вперед. Голова его тряслась.</p>
   <p>– Ты получишь утешение, – прошептал Лето. – Мои Говорящие Рыбы отдадут тебе первенство перед Сионой. Будь великодушен с ней, Дункан. Она больше Атрейдес, и в ней семя твоего возрождения.</p>
   <p>Лето погрузился в океан своей памяти. Эти смутные мифы вновь овладели его сознанием. Он почувствовал, что сейчас проникнет в то время, которое самим своим существованием может изменить прошлое. Раздались какие-то звуки, и Лето, вопреки рассудку, попытался понять, что это. <emphasis>Кто-то карабкается по скале?</emphasis> Пламя снова утихло, и Лето увидел, что рядом с Айдахо стоит Сиона. Они стояли, взявшись за руки, как дети, которые хотят войти в незнакомое место.</p>
   <p>– Как он может еще жить? – прошептала Сиона.</p>
   <p>Лето собрал все силы, чтобы ответить ей.</p>
   <p>– Мне помогает Хви, – сказал он. – За короткое время мы обрели бесценный опыт. Мы объединили наши силы, а не нашу слабость.</p>
   <p>– Ты бы посмотрел сейчас на себя, – издевательским тоном произнесла Сиона.</p>
   <p>– Да, и молись, чтобы ты стала такой же, – тихо произнес он. – Возможно, Пряность продлит твое время.</p>
   <p>– Где твоя Пряность? – спросила она.</p>
   <p>– Глубоко, в сиетче Табр, – ответил он. – Дункан найдет ее. Ты знаешь это место, Дункан. Теперь оно называется Табур. Очертания сиетча еще сохранились.</p>
   <p>– Зачем ты это сделал? – прошептал Айдахо.</p>
   <p>– Это мой дар, – ответил Лето. – Никто не отыщет потомков Сионы. Оракул не видит их.</p>
   <p>– Что? – в один голос воскликнули они, придвинувшись ближе к Лето, чтобы слышать тихий голос умирающего Императора.</p>
   <p>– Я даю вам новое время, в котором нет параллельных миров, – сказал он. – Все его линии расходятся. На этих кривых не будет конкурирующих точек. Я даю вам Золотой Путь. Это мой дар. Никогда больше не будет соперничества, которое губит вас.</p>
   <p>Перед его глазами снова запылал огонь. Муки исчезали, но он по-прежнему воспринимал звуки и запахи с невероятной остротой. Айдахо и Сиона тяжело и часто дышали. Странное кинестетическое чувство передалось от них Лето. Он ощутил боль в связках и суставах, которых давно уже не было.</p>
   <p>– Смотри! – воскликнула Сиона.</p>
   <p>– Он распадается. – Это был голос Айдахо.</p>
   <p>– Нет, – возразила Сиона. – Это отделяется Червь!</p>
   <p>Лето почувствовал, что какая-то его часть погрузилась в приятное тепло. Боль прошла.</p>
   <p>– Что это за отверстия в нем? – спросила Сиона.</p>
   <p>– Думаю, что там были песчаные форели. Посмотри на форму.</p>
   <p>– Я здесь для того, чтобы показать, что один из моих предков заблуждался, – сказал Лето (или думал, что сказал, что, впрочем, одно и то же, поскольку его мысли записывались). – Я родился человеком, но умираю не человеком.</p>
   <p>– Я не могу на это смотреть! – крикнула Сиона.</p>
   <p>Лето услышал, как она бросилась вон из пещеры, под ее ногами громко застучали камни.</p>
   <p>– Ты еще здесь, Дункан?</p>
   <p>– Да.</p>
   <p><emphasis>Значит, у меня еще есть голос.</emphasis></p>
   <p>– Смотри на меня, – продолжал Лето. – В материнской утробе я был маленьким кровавым кусочком плоти размером не больше вишни. Смотри на меня, я сказал!</p>
   <p>– Я смотрю, – слабым голосом ответил Айдахо.</p>
   <p>– Надеешься увидеть гиганта, а видишь гнома, – проговорил Лето. – После этого начинаешь понимать ответственность, которую несешь за свои действия. Что ты будешь делать со своей новой властью, Дункан?</p>
   <p>Воцарилось молчание, потом раздался голос Сионы:</p>
   <p>– Не слушай его, он сошел с ума!</p>
   <p>– Конечно, – миролюбиво согласился Лето. – Сумасшествие – это тоже метод. Оно сродни гениальности.</p>
   <p>– Сиона, ты понимаешь, что он говорит? – Голос жалобный, настоящий голос гхолы.</p>
   <p>– Она понимает, – ответил за Сиону Лето. – Это по-человечески: испытать потрясение, которого ты не ожидал и не предвидел. С людьми всегда так. Монео понял это в конце жизни.</p>
   <p>– Мне бы хотелось, чтобы он поспешил со своей смертью, – сказала Сиона.</p>
   <p>– Я был разделенным Богом, но вы собрали меня воедино, – сказал Лето. – Дункан! Когда я думаю обо всех моих Дунканах, то ты нравишься мне больше других.</p>
   <p>– Нравлюсь? – В голосе Айдахо вновь зазвучала ярость.</p>
   <p>– В моей симпатии есть нечто магическое, – сказал Лето. – В магической вселенной возможно все. В твоей жизни господствовала фатальность оракула, а не моя. Теперь ты видишь этот мистический каприз и хочешь, чтобы я его рассеял? Я хочу только усилить его.</p>
   <p>Другие внутри Лето начали самоутверждаться. Не в силах сопротивляться и наводить порядок, он перестал справляться с этим хаосом. Они начали говорить языком постоянных «если». «Если бы ты только…» «Если бы мы не…» Как хотелось ему заткнуть им глотки!</p>
   <p>– Только глупцы живут своим прошлым!</p>
   <p>Лето так и не понял, крикнул он эту фразу или только подумал. Ответом была полная тишина – внутренняя и внешняя, но некоторые нити, связывавшие воедино его старую сущность, еще сохранились. Он попытался заговорить, и, видимо, его услышали, потому что Айдахо проговорил:</p>
   <p>– Послушай, он пытается что-то сказать.</p>
   <p>– Не бойтесь иксианцев. – Голос Лето превратился в едва слышный шепот. – Они могут делать машины, но не могут больше делать арафель. Я знаю, я был там.</p>
   <p>Он замолк, собирая силы, которые утекали, несмотря на то, что он старался удержать их. Им снова овладело какое-то возбуждение – голоса начали что-то кричать, перебивая друг друга.</p>
   <p>– Прекратите эту глупость! – крикнул он или подумал, что крикнул.</p>
   <p>Айдахо и Сиона услышали только шипение.</p>
   <p>Помолчав, Сиона сказала:</p>
   <p>– Мне кажется, что он мертв.</p>
   <p>– А говорили, что он бессмертен, – сказал Айдахо.</p>
   <p>– Ты знаешь, что говорит по этому поводу Устное Предание? – спросила Сиона. – Если ты жаждешь бессмертия, то должен отринуть форму. Все, что имеет форму, смертно. За пределами формы царствует бесформенное, то есть бессмертное.</p>
   <p>– Ты говоришь, как он, – обвиняющим тоном произнес Айдахо.</p>
   <p>– Думаю, что в этом он был прав, – ответила она.</p>
   <p>– Что он говорил о твоих потомках… они прячутся… их нельзя найти… что это?</p>
   <p>– Он создал новую форму мимикрии, – ответила Сиона, – новую форму инициации. Он знал, что добился успеха, потому что не смог разглядеть моего будущего.</p>
   <p>– Кто ты? – спросил Айдахо.</p>
   <p>– Я – новый Атрейдес.</p>
   <p>– Атрейдес! – в устах Айдахо это прозвучало как проклятие.</p>
   <p>Сиона посмотрела на жалкие останки того, кто некогда был Лето Атрейдесом Вторым… и кем-то еще. Этот кто-то медленно уходил вместе со струйками синеватого дыма, отдающего запахом меланжи. Под тающим телом растекалась синяя лужа Пряности. Остались еще остатки чего-то вполне человеческого – кости с красными прожилками и розовая кожа, которые когда-то были частью вечно детского лица Великого Бога-Императора.</p>
   <p>– Я не похожа на него, – сказала Сиона, – но у нас с ним одна суть. Я – то же, что и он.</p>
   <p>Айдахо непроизвольно перешел на благоговейный шепот:</p>
   <p>– Предки и все это…</p>
   <p>– Их множество здесь со мной, но я могу незаметно пройти мимо них, потому что они не видят меня. Старые образы исчезли, осталась только суть, чтобы осветить Золотой Путь.</p>
   <p>Она повернулась к нему и взяла его за руку. Рука Дункана была холодна, как лед. Она осторожно вывела его из пещеры на свет и подвела к веревке, которая звала назад, в мир людей. Там, наверху, ждали их испуганные музейные фримены.</p>
   <p>Жалкий материал, из которого придется кроить новую вселенную, подумала Сиона, но им придется служить. Айдахо надо будет нежно соблазнить, а потом появится и любовь.</p>
   <p>Когда она оглянулась на реку, то увидела, как узкое искусственное русло расширяется в пойму, раскинувшуюся среди зелени. На горизонте появилась стремительно надвигавшаяся туча.</p>
   <p>Айдахо высвободил руку, но был при этом спокоен.</p>
   <p>– Управление погодой становится все хуже и хуже, – сказал он. – Монео думал, что это происки Гильдии.</p>
   <p>– Отец редко ошибался в таких вещах, – сказала она. – Тебе придется с этим разобраться.</p>
   <p>Айдахо вдруг вспомнил, как с тела Лето разбегались в воду песчаные форели – личинки нового червя.</p>
   <p>– Я слышала, что сказал Червь, – проговорила Сиона. – Говорящие Рыбы выберут тебя, а не меня.</p>
   <p>Айдахо вновь испытал искушение Сиайнока.</p>
   <p>– Посмотрим. – Он повернулся и взглянул на Сиону. – Что он имел в виду, когда сказал, что иксианцы не смогут создать арафель?</p>
   <p>– Ты просто не читал всех его записок, – ответила она. – Я все тебе покажу, когда мы вернемся в Туоно.</p>
   <p>– Но что значит арафель?</p>
   <p>– Это темнота священного суждения. Это понятие из древней истории. Все это ты найдешь в его записках.</p>
  </section>
  <section>
   <subtitle>Из секретного обзора Хади Бенотто относительно открытия в Дар-эс-Балате</subtitle>
   <p><strong>Это сообщение меньшинства. Мы, конечно, подчинимся решению большинства касательно тщательного отбора, цензуры и издания записок из Дар-эс-Балата. Но наши аргументы должны быть выслушаны и учтены. Мы знаем, каковы интересы Святой Церкви в этом вопросе, и это не ускользнуло от нашего внимания. Мы полностью разделяем желание Святой Церкви, чтобы Ракис и Священная Резервация Расщепленного Бога не становились «аттракционом для скучающих туристов».</strong></p>
   <p><strong>Однако, поскольку теперь в наших руках имеются все записки и доказана их аутентичность и выполнен полный перевод, мы можем судить о замысле Атрейдесов. Как женщина, воспитанная в традициях Бене Гессерит, я понимаю способ мышления наших предков, и у меня есть естественное желание участвовать в том замысле, который открылся нашему взору, – замысле, целью которого было нечто большее, чем превращение Дюны в Арракис, а Арракиса в Дюну, а потом в Ракис.</strong></p>
   <p><strong>Нам надо служить интересам истории и науки. Записки проливают новый свет на воспоминания и личные биографии времен Дней Дункана и Охранной Библии. Мы не можем оставаться небрежными в отношении таких расхожих выражений, как «Клянусь тысячью сынов Айдахо!» или «Клянусь девятью дочерьми Сионы!». Сохранившийся до сих пор Культ Сестры Ченоу приобретает в связи с открытием записок новое значение. Определенно, что новая трактовка Церковью рассказа об Иуде/Наиле требует и новой оценки.</strong></p>
   <p><strong>Мы, представители Меньшинства, должны напомнить политическим цензорам, что бедные песчаные черви Ракийской Резервации не могут служить альтернативой иксианским навигационным машинам, так же, как крошечные количества церковной меланжи не составляют коммерческой угрозы для тлейлаксианской синтетики. Нет! Мы просто настаиваем на том, чтобы Устное Предание, Охранная Библия и даже Святое Писание Расщепленного Бога должны быть сравнены с записками из Дар-эс-Балата. Каждая историческая ссылка на времена Рассеяния и Великого Голода должна быть тщательно проверена. Чего мы боимся? Никакие иксианские машины не смогут сделать то, что можем сделать мы – прямые потомки Сионы и Дункана Айдахо. Сколько вселенных мы освоили и заселили? Никто не может назвать даже приблизительной цифры. Никто и никогда не узнает этого. Неужели Церковь боится случайных пророков? Мы знаем, что никакие пророки не могут ни видеть нас, ни предсказать наши решения. Смерть не может постичь сразу все человечество. Надо ли нам, Меньшинству, присоединяться к нашим рассеянным братьям и сестрам, чтобы быть услышанными? Должны ли мы оставить большинство человечества в темноте и невежестве? Если Большинство заставит нас уйти, то оно само потом не сможет нас отыскать.</strong></p>
   <p><strong>Мы не хотим уходить. Нас удерживают здесь жемчужины, зарытые в песок. Мы очарованы тем, как Церковь использует это «солнце понимания». Несомненно, ни один разумный человек в этом отношении не сможет остаться равнодушным к откровениям записок. Опасное, но столь необходимое использование археологии принесет в один прекрасный день свои плоды! Одно то, каким образом с помощью примитивного прибора Лето Второй смог сохранить свои мысли для потомства, может преподать нам урок истории машин. Было бы преступлением против исторической точности и науки прекратить попытки познать те «перлы сознания», которые содержатся в записках. Потеряем ли мы Лето Второго в его снах или пробудим его для новой жизни, вынесем на поверхность сознания и будем хранить, как кладезь исторической точности? Как может Святая Церковь бояться истины?</strong></p>
   <p><strong>Что же касается Меньшинства, то у нас нет сомнения в том, что историки первыми должны услышать все с самого начала. Они должны услышать голос нашего происхождения. Если дело касается только записок, то мы должны просто слушать. Нам надо выслушать наше будущее настолько, насколько позволят это сделать записки из нашего прошлого. Мы не пытаемся предсказать открытия, которые будут сделаны при анализе записок Лето Второго. Мы только утверждаем, что эти открытия должны быть сделаны. Как можем мы повернуться спиной к нашему столь важному наследию? Как сказал поэт Лон Брамлис: «Мы сами есть источник удивления!»</strong></p>
  </section>
 </body>
 <body name="notes">
  <title>
   <p>Примечания</p>
  </title>
  <section id="n1">
   <title>
    <p>1</p>
   </title>
   <p>В индийской мифологии одно из воплощений бога Вишну. В переносном смысле обозначает некую несокрушимую, безликую и беспощадную силу (землетрясение, извержение вулкана и т. д.).</p>
  </section>
  <section id="n2">
   <title>
    <p>2</p>
   </title>
   <p>И ты, Брут? (<emphasis>лат.</emphasis>) – слова Цезаря, произнесенные им, когда среди заговорщиков он увидел Брута.</p>
  </section>
  <section id="n3">
   <title>
    <p>3</p>
   </title>
   <p>старый режим (<emphasis>фр</emphasis>.) – выражение времен Французской революции.</p>
  </section>
 </body>
 <binary id="cover.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4AAQSkZJRgABAQAAZABkAAD/2wBDAAICAgICAQICAgIDAgIDAwYEAwMDAwcFBQQGCAcJ
CAgHCAgJCg0LCQoMCggICw8LDA0ODg8OCQsQERAOEQ0ODg7/2wBDAQIDAwMDAwcEBAcOCQgJ
Dg4ODg4ODg4ODg4ODg4ODg4ODg4ODg4ODg4ODg4ODg4ODg4ODg4ODg4ODg4ODg4ODg7/wAAR
CAOZAjoDAREAAhEBAxEB/8QAHgAAAAcBAQEBAAAAAAAAAAAAAgMEBQYHCAkBAAr/xABzEAAB
AgQEAwQFBwUICgsKCQ0BAgMABAURBhIhMQcTQQgiUWEUMnGBkQkVI0KhscEWJDNSYhdygpKz
0eHwGCUmNEOTorTT8TVTY2RzdYOEo6SyNkRGZXSFlLXC0gonKUVUVVZmdpXDGTc4OUd3hpZX
Z6X/xAAdAQAABwEBAQAAAAAAAAAAAAABAgMEBQYHAAgJ/8QAUxEAAQMCAwQHBAUHCAoDAAAH
AQACAwQRBSExBhJBURMiYXGBkbEyocHRFEJScvAHFSMzYrLhJCU0NXOCkvEWJjZDU2OTosLS
F1SzN4NE4idFw//aAAwDAQACEQMRAD8ArdsBF1hOt9POPVx5LytYalS6mILjIX1HSGEmRT2L
NS+XQHGhptDB2SlmAEJYlmyhpCNynGXBL+WeR9gglxdCF82ClqyhrtBTquaRdBzLvYi4A3gL
ZJUOByRiBY3OhgiMMx2Iy4BuNh4QFkOYKLU4Lm506xwCHUJC8tCQoDWD2uV2QF0zzBcdIA9h
v1hYWCbvc4hIVlbayLXSfODXCT6w7ksp6wt9KXBmUDoCYRebDJKsAdkVN5RSVs6aWG0Rz0/a
OARjxKBvc2sITBSzW9iZJj1cwVvvaFQUVzSCmWacLTV7G3Wxhdpuk7WSBydQZZPRZG/jCls0
nbzTYqcBP6tvGBsuyQVTVl3T7xeOsjaBNE7NZ5jMSPHSFGhFckaXr7i53hUHJM3NBzS5l5K1
J1ykQN0TdPBPzT+ZkAHW3SAui7tkkmZjKgkGw6m8ddGDVX1cqQbbWd1W0uYdsSDxnZVvNTql
oOY94w8ASLWEnRRuaeKkqI1GwhNxU/TxBpz1UdfXZRJG/SIyR2atMDeqgMO2USon2QEbs80p
LGXNyTs3N5U3UIkGvAzUM+DOyOXPpVYW+MG6QaJEUhsbot2YG4VdPS+8Fc6yUZEeWaSqf7nl
0vCLnhOmwklJ1PDLprDcvTtsRvmis4J3v4ecJ3zTjdsLItSwfaNIAlKhpGaKvptr11gqVQgL
J1+yORTmvN13uNIDih0Fl8fIDz0gV2XFANh7YJohQTffUk73gECCr1bnSOQr63eGvujkPehg
WOsci5r1J7+hgwQnRKEouNf5oVDQkybIQQCINuIhdYrzJrbrAbqHeGqCWyb+O8AWo29yQFIt
5jyghCMDzRRtmt06QRCvthrprAaIuqASbbG0FRUXe4/rpBdUK+A1B+McEZeg+Jjly8O9oHJc
vQdfHwgF2aGAcw0teDhcjUg2B098KBCjBe9xrBlxtoUK2o6+6DIi8JAFuvhAXshtdFlRIsdD
BN4ockc30vCjdUm7RHXABJ2hYGwzSJB0RJUT5CEXOulQ0NQdPOCJRe6HW4HlAoLLVTBDi0Ai
6r2Bi0OWH3HFS2VWhgJSQLkakQwcCU/is0XPFSKUmEh1I6EWJho9pspGNwvYJ7aUFXUfV6Q1
IsnWpySwLSUf1tCdl2WiVoAUykEWT5dISOqVaAcgvHGgAR1vqRAApctFl4Q2U2KbaaGC5god
wGyQvL5QJB08hCgzXaJCVFSj09sGSJJJyRDi0pRbf2wGaUsAM03lxKibeO8Guk7C6KSWy/dd
r37pgLlGLQdUpS0ElKrWVcwmSj7o1spPTXCtBF7EDWGcmqdt7AlylJUgpUQbG3nCKdAZJlmy
23+j2v1hQXSJFlF555CQFKV12PWHLEi4FyikzM5H7p0SdochJG3gi/SErSM2hHnAotkmXMEK
Pf8AOD2XZhIFr9W6gfAQcJM3XqVZSDe9+sAgISttaSBraCk2QWOicUziWk2zW8bwRH3BZR2p
VQBxaVO2G51hdrbpJ5t1QqyqlSKzkKr+ESDRZNmxl43io+tWZuFilWtcHZpjm16kXsm28Nnu
AVhp2aZKPvuBTvd1SIiHuuVZY2bosikrIJtcE7ecFBSpARyXLXve0HuUQi6GHQEXv7YHeRC2
/BCD5UrfS2msGMhKJ0bW6BBWtSrWJEFJJRgBwQE5idD12goQmwRl+7r4wZdbNBIvbp4wKPcI
YEdbmi6oRuE3Ig/BFuNEXax8DBEdeEGw6nwEAUGSASDodIKUNiUE9N/fBUN15bzgc1yEL2Jt
tHLkMC56wYZoEYB3xtfxvB7IDayOT6sLAJFxzXp1Bg17oNF90JG8ATxXDPJeE766QUlCAi1a
g20ghSgy1RR2BIt74SKP2BFr23t1ghRAiiNbEmCoV9tp18IBCvBcExy4lfbEH4R2i5fHfxEc
uQgO8QL+cDbNdojkjvHWDhDojACEi3XeFF2pXotYg66QbguK8WoG/wB8FLkS9kHS+uvhBLoN
V8BdVzrAgIUoQgWzK0HQQ4a3iUi518gvHVG4SNLawDzwRo2jNyALjQ6i0JhKHPRCFgNdRA5I
NUXmgLlHyWsZRleik6W1OmtotLiLLCWk3yT80hxR6gjYmGpsE7Lr5KQSTbiUJUpJuTpYXtDR
9tAn0ZtmVM5WXSuWupNidhEe51ipBueaUJk165Sco6GCFyNfOycJdvK2CoWvpYw2ceCUYbnV
fPtgAKTsfGCAp2E1PLW3qRp4dIXGaEm2RGSb3H0kWMGsV1wUgfdRugkG2oEGDSkSQ3imx1xT
q+gsNYVDbBIGQk5IlWid9fvgrgjsPNENgpn817Jt4wmbWSnWJTuh1J+HU7widU5FuKVy80pu
xGotteEXAFLMdbNerqatDaxOirwTcSnSAplfnwtalBfdSehhQNRC43so7NTanVG50vYA7w4A
skiUwzL6SbrI00hUBEOiZ3qmllu+5SPjCwjJSBka3tUZfrjvOOUhNjcQ6EQsm5lLjlkvma48
HQlagsZr26xxjCASPtcqQs1JmYICe6T4w3MZCWD2nRKjMBAKknMR0gN267ftxRLs7Y3JNgNz
4QIZdFdKOKhtSmL53So23tDxrbBMgTI+wUDMwXZ9xSr6f1EGBzVhMQEQAR5ULXG0KJANANkw
Tzg5hSDcnoNojp3cFZKRh3blMStV3HjEaVM5WXnUaCOshX225vHIUJKQfW8IG10Q3RyUggdI
MAiG90dluNftg6LdDy9zzg1skTiglNk5QdYC1ke/Ery2xvoY5G7F7c7eUcgXubu/q2g1wi2C
LKuidITJQ3QCTl190F4rtEG9+mhjke4XnxjkOqFuq/8AUxyLovgALecch1Rg6WgwQZIxP6xh
S6KhhQtp9sGuky3PNBznaC3RrBfZr2ub+2OLkNrIOa5v5wF1y81teAQ6oJ9XvagQFkI7F4QC
D18PKCkICCi1DUA9IKc0AtwRe53gqN2r7w8YBcV5/U2jly96m/XS8cushJFxmvrBgF3FGixO
+hhRG0zQxYDXrBkHHJeFROg2gpKKSgA266+cFRDdDBuRaOXJUhsJGtiYdtZbXVIOfderUEpu
dTBnEDNCwE6aJILlRJNz4mG2d070R1xv0HWDZEpOyCs94jW3UxzihAyui7eZgqPdbXp8vZsK
IuSPCLFIeSwyKxNyn1EuApCsu+9hDUlPw0WuU9MoDYG2toalP2iwUklVJLSLeEM3BOrWF055
0g5bX0hGyEWCHnTkII+2EiClm2Kb5l/IDp3esGay6U3g0Jhm5wctQGgtaHbWWSbpBqmF51WZ
PS3WHIamm/ki1qNiTqBHWQ719UgKwFne8AgvnqvSbqB6QmULSk6lC2m4313hIhOQ5HNzSUnX
cdISIKXaQV4J5pS0+Z3EFIKVy4FFzE9druLzW3EFDAjdqiM9PONqUErsRtpvC4aCil1kwmvt
FWVxRzHS1tYW6JyR6dlkyT9RU4+bG3shyxlkxkkLjkmCbqClIspQ06Q4Dc0AaTwUdmZ0IUSV
Dbxg5ICfRQPedE3t1BS39FaeN9oTD7p8+l3W3tmn+TqChlzk2BveD2BURJEb2ClrVSQtCCFA
qKfjCG4UjvOGqJmJvMFAG1/sgwakC4HIKPzj+ZkpJtcHWFAlo2m9wFEnyhl0rNyT9sENmqxQ
B0jd1Nzk90B66iGzpgpdlJbVNjyyo90/bDJzrlSzGhosUmCDmzXvCNs0rdelGxvAkXQXXwRc
76mOsgJKFbviBXIaO6QCdYEICEcLkggi3QQfVJr0Gyb9I5cvCo66aW6Ry6wQCq+u8FuhXmfU
X384664lBKrm14Le6BedLC145cvupuPgYBcEG+upsI5KL4DUGOsgOSHpoYMgzXgGlyfKAQ3Q
9LwN0F0IHYbjrA3RV5fu2t7bR10N19fU6GOuuXw31uNNI5d3L24tpArl90+2BXBB20O1tYBH
1Xw1vAItkFVyR1EFKDsRRGt9r6wQ6rroOvv++AQr3UadPG0cuXqUgkHe28GCAlGAG5tBl10P
YWtvAgoV4okq8466BB1zQC5DQhSlWA36wIaTkkyRqUtQhKQLfGHjWhqbkly9JAR/XSDEgLg0
uKSKWVdRbwhoXXT0ANQB7L67QXVGRye6g5tb+UKBJm5QFaqv0MFOqMNLLz3D4wC5b6QwlhtK
QO75RMlxcsbYwMbZKUkaW9msJFOAeS8LxQvvGwvtBbJUOOicJWdSheXOQdx5Qi5idAi1rp49
LASTmvfzhDdSuaKcqYBAKwIERri7K1kldqDbjSu93oOGW0RC64zUdeWS9vcnxhcBNnOSVS1B
zKRp4wcJMv4IC3U8s2J+O0Fslg7tSJT11Hp43gCLIw1yXxeSGwq510I8YRKUskheScwOg6QU
hKNSdTwWQACfOCEFLNIHFeJWBcnU9LQQ3Szc0QtYsVEAmASlgDdQ2uuqtdFwoDcbaw6hF9U0
qH7oACgbjhTMFRN7fZEgAo8dY5/FJ3J5DqVAqtb4wIFk4ELhoo/NTKrkBJveCuKlYIW6lMjz
pUoqubHoYavKnYWDRJkKssEb+cNg4hP3MDhYp3l5tWUJVqfGHzXqAnp23yT4xMqRlsb7Qvqo
N7BxTgqbK27pOnnAWTbcINgmCem8ndOpUdTCbiGqZpqcyZ2TJMvBTadbgmG0hG6p2niIceYT
WT4bbiGHFS/DNBIVkvY5f3sFRxpcIP1hbSOXAr21kxyC692AjlwF0Dr5RyOEIDre5vrAhAdE
da4t4bwdJ34r22uv+uOQdyAo2A33ghXXzQSFHUA28QDBUNjyRN1cyyrjTYwAzQkFCuB1sesC
gX3S/WO0XIKiAbkgDqSY66EZL0hXrFJy+aTAXRl4N77DwgboCShg2TvAoF7fa8ddAvQBHcUC
EPV2Nx5wK5feIGp3gUPevfImBRrLzw9mkdkir0bf0QF0K8tYRwQL1VtD1PUQKEXXmY302BuY
5DZeH1dRfwgCiFEna94SKG6AdT7IBCvbED3+MCAhQwmx1O0GAKIShX7tvjAo2i+zHL/XWAQH
NfDU6aiBQIxCCo6dYM0EnJFJDcylqUhKdNx18YetaG6Jm51znogqUAN9YBzgEqGm/Ykq1FSv
KGpJKdgALwWvb4ecAutldCAF9z5CDLkYRZGo9ggSi6lFG9972gqNdD5XmIGyDeXQbRadvjEl
oslsDkkDyuUSoapvrB7XSd7JFzMzV7nfr1g1rIu+Tojml5JhN72ItrCZCXaQli3CEmxtYb+M
Jpxc8EyPPKuVXOusKAZJBzjfNATMEo9axHWOIQByJXOKDl1EW8oMGohcbotU8bE7621MBZHG
t0Ut8qvYlOmsBkh7kQ46kJCiQSBbQwVycNBskypq+2ohLdStxwRBfUQCTp1EcQEAOeSMDt2w
bWVDcpyxvFCLgT3enlBCnINkkcWMth77wFske6jFVRmbWQoEbmHUeSYThxBVa1GZCMyR3r+B
h/oEeni3nJkCrgqCr6313gLqRIN7FJZl9CkpsbkQRzgnkEThcJqWvMYYvdcqcjZuBAF9j7zC
eaVIuEoQrKq8OGnO6ZSNuLJexNqByqsB4w4a/goyWnbqljk4eWQjQ21hQuyTFlK0HNNLxJuV
Ek73hvJopiHIgBNrqs223SGDiSplgLVanCzhgOIT+IqjVcSyeDcIYdk0TVbrE02XC0lailtD
bYsVrUQQBtp5gGk7R7RQbPU7HuYXveSGtGVyNbnkFN4fh7695AO61up/gtNYypfCl/sgcK8I
t8UJ6VwhKzs6pmqmhHmz61OlRzNDUBsqIuTbXxjzYNp8Vdtc/EIqMmRrQCwki1225XzGenuW
gHDqYYWKcy2aTrbt/AWR8fYFfwXxemcLSk2uv2LZlHmZVSVzCXEhSLN6m5ChYC9/sj0ZsztN
TbR4eakM6NzfaaTe3bfLLLssqFiOHyUE4jvvA6G2vgoUuUnW25papKZQiWdDcytUusBlX6qy
R3T5Gx0i59LGSLOGemYz7ufgojddY3Gn48ElAUp0JSCVE2AAvc+UKdpQJTOSE/TplLNQkJmn
vKSFJbmpZbKlDxAUASPOCMkjlF2OBHYQfRGLXN1FkocpFXlZOUmpikT0vKzVvRXnZJxDcxfb
Iopsu9xbKTeCtnhc8sa8EjUXFx3i6EscBchLHaHXZesMU2YolSYqbyvoZN6nuofc/etlOZWx
2B2g7Z4HsL2vBA1IIsO83ySJY5rrEaoTeHsQPVp6ms0GqPVJlOd6Tbpryn206d5TYTmSNRqR
bUQX6RT7nSb7d3ncW872Xbr72sbpoWlaHlNuJUhaDlUlQIKSDqCDtC1w4XGiLmF0pc444x4M
/JUdnIYK9BlJqqSNSdnJmYp7L7iktz60JSC4kgarJJsdhGB1+G/nfa2emc8tGuX3QeYVrhmE
FA19r/5rnvXqvXsf8UKhWn2ZysV2pO859LTSn3nlW1VlQm59wsI1/DaOPCKBtOX3Db5nLU34
n4qvzyGomLwNVHvRJv5yEj6K/wCnlwNCWDKuaVk2CMls2a5tlteJjfbu718ufDzTWxvZeu0+
oMonS7Tpxr0RYROZ5VafRlG9kuXHcJ1sFWOkEEkZtZwN9Mxn3c/BKBhN78FqrswSVCo3D7jP
xeqeH5PFNawZS5RNAkqlLh6Wampp1SPSFoOisgTpfa59oy3bavqoIYKSBxb0xIJGthbL3qx4
ZBG5zpHC+6oPxO4+cTuIuGBQcZTJbprihMMyrdNbkkK6oVZLaStNvVuSOsDg+xtPh9fHWMn3
ywntztYj2svJFqsTfLCYiy1/xyVHSlPnp+YW1ISUzPuITnUiVl1uqSnxISCQPMxqT5I4m3kc
GjtIHqq4A55yF0GXk5ubqKZSUlXpqbWSlDDLKnHFEXJASkEk2Bvp0gz3sY3ecQBzJy80ABcb
AXQhKzIkjMmWeTLpd5SniyoNhY3RmtYK/Z3gRIwu3QRfW187c+7tQFrrXsnJjD+IJmTamZag
VSYl3U5mnWqa8tCx4pUE2I8wYbvq6SNxa+VoI4FzQfIlKiKV4u1pPgURN0qq05CFz9MnKele
iTNSjjQUfIqAvCkVTTTO3Y5GuPIOBPuK4xSMF3NI8CEgsAIdaJK68JsIC6HVBN7k7QCGy+uQ
fIb6xyHIoQJzDpAhEXxtfa8DkjC9l9fSx1vALuKCTZJ8YKSilFHa20EyQW4oCbbm8AO1HOaF
Y6gDWBGa5DG4t18YNdEXxAG/+uAQXuvha9hqY5CjkoOiQNYUAQXsM0qQnIi25G5h20BoTZxL
iCvFOW0G8AXWR2xglJ1KzE2tbrDc5pyG2QNhY/CC5BGsF6B1gUBRwAK7nYCFAOKTJysEBau+
LHSCHVGGS9bTsensgzRcorjZLg3oO6fiIehjbKP6QrfIQENk7nxhU5rM23CaJxd15bEg+HSF
WjJJvdZN7bqc2XKd9RByEk0gFHLUCkEHKT9kJJ3e7br70u0sCdRbWEyM0qHZJrfdSGdTbrpB
xqkjpdN6plCUEFdjvcQrulFackXzgsAhdx1jiLIubkUtxKE2KgBBL3SwaeaSrmtClJ6EX6wY
N5ob7psEgVMrKwQq3RQjiAha4gIaXzzLKV0hAgWS7STklKVE2O6DtDc5J0G3ShOUpIJ98Iap
ZvJJJmeQwFcxPdA1VAgFyW6rdUyN1ITTDjhUG0J+MLGPdTfpek9nRRKqT60vr5bilI6G8O2N
Fs0gHEute6hc04V+sb31hQqTgGd0yuvKC9/cIbudZTkUQckqtVE62ho7VSDMhZFW084JZLXy
XoHhAoCbaodj02gc0ndpyQwdYVBKQcG2RxWeh0hW6ahtykzrhUiwPltDd775J/DGG5pKPWNh
eG6elXxw9Fuxvx4sbZjRQf8A0lyMS28AOJ4X/aO/8VccE/o1T90fFKOIaQnsA8CyBlJTW7nx
/OhDenH/APlCY9jf/wA0eQ/6ts8f3lbGNU8r5UXguWvo1f3MKuNweU1rFU2cAZhmM24Nk/ec
pOvzqKW/NvoFPpfiZirH/aS45cM51cjK4XNIrU4WJenNIW47KDK2t1dszirJAuonTSKgcIdH
s3Bi7JXb7JWtAvkAczu8szoMk/NUHVz6UtFi0nxHPmqJ7OVWoOCWeLPEealpGZxRhyiMN4Sa
qDYcQidmXi3zEoPrLQhJI8BfaNb2rxKrkwOija6xn9ojkGg+RJuq1h1PE2rlNvY081J+KWK8
R8Vfk78JcQsaVE1Wvs4wqFMD6mEJJbQyhxPqpFtyIhcLw87N7YMpKd5LJWMJvxve+XfmDqEv
PMK7DTI8ZtJt4Jbxrn51zB/ZCkFzby5JjBlDdZYKyUIWqZspQHiQlIv5CJfBbf6S4m462kHv
TWpyoYP7qs/Ek/Ozv/wiLDipubdmSxjpthkuLKuW2lmyUJ8ALnTzhlgOWx1c4anP3BEq86+F
M/Bmt1c9sTtT101OZ+eU8O626J0vHmhYmkAKzb3FhbwtDarAGxdM0DIyn0KVZ/Wb/urAE+P7
fzlyVEzC7lRvfvGN6w8fyCH7jfQKpTH9M4nmfVa64ui3yWvZat/9U1b/ANZRmNL/ALdTd3/g
FNv/AKqH44qYYKx5U+AHyVeGce8PJeVp+PcZYhqSajW3JZDr6JaSUG0S6CsEJSSQrbcq6kEN
caifjW0zMMleWxgDTtF79/BK0rhT0JmaLn+Nks4ysKmvlM+AmKHlXqVdVhipzbgQlJU68ppS
r5QL94E++0RuzjpqegxChLrtja+3hcZcrperDHywygZkhXXNcW8VY1+UE41cHZtFOk8ITdLr
ankS9MZS885JsKS0t5zLmdNkW7xOhttFG/Nb3bPNxNsrt6ORoAvkAczbkbngpbpwKvoN0WIW
a+ztX5vBHZQ7T1bpDbPprLNGbl+cyl1DZcedTcoUCFWzGwItFr2sLsRosNdKc3h1/wDtzTXD
gIpZw3QEfFM/GLEtd4m9grhZxDxXMonK6a1U6WXEy7bY5cuUZLBCQALEiwFoPg9E/Z3bI0MD
y6N7Wk343BOfaDoUSplbXYX0z22IJ9xUpf4j1rgZ2TOA1G4chihzWK6WmuYlqKZZtcxPrdmS
2G1LUDZCUggAdLba3b19CdqdpaukqXkMhDg0Dhujl2nMpxBN+bsPjkjFy61/FDptKTh75dKl
ycuuxRiJ1WZICfWklrO378iI/C6qok/J5VxSuv0YAHHK4y7stE5qImNxyJzfrXv5JoleI+Ke
J/DjjvQKyuRYodIpD1ak5OUpzTSQ76WlJKsoutRBF1Ekm14qtRhUmG4dh+MQzO6QvLczoADa
x5ZaaWUpHUtqKielcwboF++54/NJeA/F/iNOO1DCLeI3ZbD2GMETz1Mkm20hCVMDMhR0uTmU
b6+6LTt5s1SfQ/zyHu6SZ7CRlYBwzA8lH4LiEvTGksN1jTbnlzWYcYcQMYY7qbU3i7EE7Xph
pOVpU09dLQ3ISkWCfcI0zZLZfD8IiZXU5O9IwXFhxF9dVXcUxKeqcYH6NJ9yhhJOu/vjUiq0
LBeEnKQNffHIy96fhAIF6NxcWgUBKFcdBcwKBBNtesAhug3uNBpHIqCdhb3QVDxQbECARl6P
COyQL61r390dYXQAoWgF4FFK+AuvQe+O4oqOSnbqYOAhslSUhKbnfrDkCwuUg47xsvFK011P
gI4myFoKSqUDcmG5NynIFkHcn7IBGQwkE5uhjrZopujEgk6CDhEJshqUALAWgziEQA6lEpTm
Ud7QQC6VJASxtAsABoIdsaNUyleQlISqw0EOUzW7lEkK+2OAWdmwvZNrt1Ly2vr4QqEg4ZJK
ti6SR7dINvZom4dUgecUkWKrER1kq0kIhBChYq1HQdYIQjC5SBbpWspPjB7WzQE5prmtUaae
MKtKI7RIwrKkjMdPAwc5orb2sES7MaKB0G41hKycAgiyROzqUrIGoIvaO3UO8yyJRNEu2Pe8
IKQjbwNrpwbC1EG/sEN3EJy26cW7p0y3PSGrrJ80HRKFKyIKugF4RKctFs1FK3NNLkFJvlXp
YdYcxNIKaTFpbdQ8TCg2pNyEmH1gUyFxom6ZXdve56QbglmDrZqNvuFTmg9o/GEHHNWSJga1
Nrg75I18CYbO1UpGTawSck7GG1+afgL4bCBQFCCbq2gwCTcckclBVoND5wuACmbnWN0BVhoI
TdYJdl3ZlFZiAcv2wndON0XzRRBHX2QmQlxmvhYWB0gAuPYr14fg/wBhtx36i9G2/wDKXIxH
bzLFMK/tHf8Airlgf9Gqfuj4pVxCv/YA8CR+zW/86EN6fP8AKhN3N/8AzSkn+zbfH95W1jYA
/Kh8Gr7hOGP5JqKvs8B+bMZ+7J6uUhXm1RSd7fQLzhsP/lDOOB/+7mKfvVDZ3/8ADxn9sz0R
v/8Aen7hWR6Cijr4n0VvELjzOHFVFj51UwspWJfOOaUkag5c1rRvNCJP9HYnRNDniK7QQDd1
shnzKpkzmivcHmzd7PuutfcWZ3h298nhhmU4S0mryOCEY3qKuZWpsPPrmfRkhWo2SU2NukYt
Rz4xPtpAMVYGSgNyAtlnbTxVnlZSswp/0c3bn5qz8UTPBaW4Y9lccS6RXqrVzgql+hmjT6Zd
DQDo5RcuLq+kzd0dLw1EmNxbR4g7DWh2cm8CL9W+duXBDaldQwic2yFu9RqaemZj/wCEEYfe
m2PRphXELvNXvl+jsPssYmcBdvbFVruY+CZVgtiMQUxnKnwzbf7STPBnDNYPEdVGmmq3UKlU
kqlk0wzg9LVLtbpuQBqCcv21QS4n+aqeKrFqUvyIGd+RPO3cE/LYfpD3M9u2i5mzBc+cXi6m
zxdUVgdFX1j1TAIm07BH7Nhbutl7lQX7xeS7Va84u3//AEW3Za/4pq3/AKyjKKb/AG6m/H1A
p939VD8cVaVDd4RsfI3cITxZpdZq8grEtaTKMUWfTKu6vq5hU4oGyfU2F72iBxh2JR7YF2Hg
GQBtgRf6o+Cd0whOH2l9nP1VaYk4n4c4o9vjglUsMU96kUemVeg0mSk5qaD7yWZZ5tCVLWAA
Sb9Ik8Kw7E6Onr5qyPdMkbjwtc3OWaTnlgkdE2M3sQrSwn/++v4s/wDFuKv5J2KxH/sI/wDt
G/BPnf1o37vxVO8JtexB2o/31A/zhcL47/QcJ7nfBHo/11R4fFNWItfkjuFP/wCNK5/+bidq
f/4hR/dZ+6Uzi/qZ3efVWljGe4R07sq9maY4i0StVydbwU25LNUioplAlCXiUlalA374NgB4
3ilOfjrNr604U0OdvOBBF8ja9sx2KYAo/wA2RfSSQLDzUQwDjpjiX8sBhbG0tJmntVStuvJl
S5nLKRJrQElQABNk30iTbhVdhWxeIR1bN0kNI0z6w7SkvpMNTi0DonX19FEeFBvRu0uL6DAz
3+eoiMxj/Y/Dv7U+jk7pf60qPuj4Jm7OxJ4n8Q/D8gKx/Jpi77d57KQfei9FEYL/AFnJ3O9V
ndVi4b6RpuDf1RT/AHG+gVcq/wClSd59UEbePn4xNplmvba30gbLkIAXvHLiV7rlJjrolwg5
vPUwCGy8PmdTHFcvD7DHLl5aw0++OQjJfZdjHWsuuvNdug6wXNF1K91KtNfbBkFl6Ar1Qdev
lALro5KNLb+Jg4CLdHISPWO9tIVaOKI4m9gvVOAG258DBy4LmsKTFRvvCFyU4AACDfS/WAuh
QgLnwEda67TJGJGpHSDgIpKGTlbvbzg+iTtcoHrrBAtbSCalHtYI5CdNdIXa2yQe4JU2LI8z
qbw7aLBMXneKFl8z8BB7BI7wW8HBtbrHBZ4CU1uuBBUTr+EGXalJPSVZLgAg9THIQQmqaVck
o6wcIrk2Bay6Ak5SNz4QobWSQJBsE2KnEpdKXDlPj4wO6SMkN+sRxSdyYDneSrMYHdsgLgTZ
NcxNIQm17q63hQAldcAJucnAu4Uq8G3UG8kKplFrk3N4LYocjqlEo4XJ5Atubk+UIPyalW2L
gOalTXS5v0iLc46KdjaAEpCrK87wjqnAsMklnZjlSC1A2NiYM0Xcivdui6qyfn1mcIKtANIl
GgBM2sLm7xSAzWU2JveDkhGbCbXKIW9mOYqA98AlWstkAmacebK7oOZXjCD3BTlNC8NsU0LW
c9jqPGGDnkqfYwBebtg26QXgj8UYlN7Hb2wcNum7n2yRyUi5G0LtATVziQEFx210p08YK59s
glIor9YogXtf8YQzKekAL22mo18o5BqgGxMFKOMgvgn4bGAAXEq2eHePKLhXA2N8NYhoLtdo
+I2ZZLqWZnkrbLDhWLKsbetv5ecZXtvs9iuMx00+GvAlgcTY8b204XBGh1BVmwbEKWkdIyoH
VeAMuH4ur/xjiDg4rss8JlzuB649hZtyfFLpqKyEOqu6C/nfsSU5zYWF4wuGo2zftjI5rWir
aBvdUWPVysL29nPVXZ7MJGEtBuYje2fbz11VaUfiA9xH+UW4eYnekGqW0vEtLl5SRYUVIlZd
laG2mwo6qslOqjuTGr0OAVWDbM4hLVn9LKx5IHDIk6ZXJOg0VWnroqvEYGxey1wV7UHBGI8F
9qPjrxBxJJJpmDE0Ovy7dUemGwh16ZNmWkJvmKlFQsLRl7MWw+fYxuHMfeYStdu53sNTyt4q
wupp2YsZyOpukX7VTHAfB2H8XYF42pnMKymLsV07DzD+HJWYUsqbe5xQ4tCUqGYhOXQ3BIHj
Gl7RYriGCYFhxhkMQdk4i32QQDcHtVdoaeCrrqjfbvWzHnZSXGeHq3gf5LzBuGsW0uYw5iCZ
xzU6gxTp5PLmFS3o6Gw9k3CSrQE79IQfWU2J7c009I8SN3WZtzFxclCIpKfB5GSCxudUo4zm
1N7Jx2/uHoX+dKhbBP8AaTFP/wCak6r+gU/91WRWiB/8Ieommv7oKR/0QiOwL/Yyu7vghq/6
wiUf4M//ALTHam0//htXf86RCNZ/sbTf2vwcjs/rN/3VhedH90M50u+v/tRvWH/0CH7jfQKp
zfrnd5WueLn/AO627LX/ABTVv/WUZjS/7dTd3/gFOP8A6qH44qTuYFxhxD+Rv4TS2AcPT2LK
jTMSV1ublKWyXnmlOOhabpGuwv7x4wzrKqmotug+ocGNIbmch7NvVKRMfJhhawXOfqveIODc
FcP+3T2eMJYWwrJ4bq0jN4fViUszLrrztQcWyt9LmdagkpNu6mwBUfZC+HYnW4jFiPSyb8bW
P3chYa20AOY5oJYIoXQ7os4kXV2o4bYuwb8pRxj4sYipiabw8YpeIQutvTLYaK5lo8lsJzZi
tRcAAt4xnsOJULtk30If+m6Rp3c72Fs+SmHQy/TxLbq2WdeBNIn8S9lbtOYcobCqlXn2aM/L
yLHeddS1MLK8o62ib2lP0XDsKfN1QAb37QD6ZpKhO/PUBvZ8U38SsP1rBPyaHCbCeLaY/h3E
xxJWZ80ueRy5hMutTaUOKRuEqINid4lG1NNX7dxz0rw9m63MZjJpukOjfBhDmvFjn6p2xzw9
xdxD7OfZjfwfhudxVLN4QZkZtNPa5nKWmbVnSu3qiytT0sfCI+hxKjw3bWv+lSCO+9a/MgEe
fDmnEsEtRhUIjbvaaJ1o9LwVQflrMMYewDRZKi4cplZdk2m5KYceS4tEo5zFla1KJOcqGhsM
sINxLEsU2KxCWtkLzla4AsLjIWA70saenpsWgbE22t/IqO4dwLiTh5w37Q2IMXSSKPRqnh1y
k0mZdmGz6dNKnQQ22kKKicqSo6aCKlWYrQV+zlFR0796WOQlzbG4Fj81LQ008NfNK8Wa5oAK
rfs6EHihxEPQ4Aq9j/yaY1LbxpZstC1wsQ+L0VdwQg4k8jk71WeFesSRpGl4N/VFP9xvoq7V
/wBKk7z6rzpfpE4mNwEIAW1McgN18CdhaAQarw6bxyFB6nS3XWOXar3TN4GOQ2Xmul+gjkFl
9re1vdHIcl5YkdbRxQEr7qdN4DJFQg2T+ykQNroLo8JCRYaAQoAAgujEpvqdBB2tuiE2yXy3
Am2uY290GcbIzW3zSY3VqTc+I6QgTxS4sEHqLCxMAhQgL6ggwNkBQwkaj8IMAgKO0Sm3jCmg
SdiSgWKje2kFzJRrgI1KLHbWHDWBN3P4I9KSfq3sYXAuUz3rBHG9hY28oUskwvQhVh3YBBut
W7XNAT90GuVnIOSjky7ZRB0BhVFOtk1mbbTclXd6eUDukoRZNM3PIQ0VKXax2vCjWoCU0mrt
5Vcrc7mD7hOqIHNabhRWZm3FTOiidesLgWSDifFHNzJBGtr/AGxxCAcwkU4+nUi4F9IUa1Fe
eCaHJkZbg6n7IE2S0cL3FIS+rU308L6QldS7aYpTLTjjDudCiNPGALQ4Zpu5jo3ZFSOXrOZk
JUbajW8M3U4vcIzal4yKc2Ks0UZVKzK8b7Q1fTuBuE7ZUtt1ikFSqjZbLdwd9fbAMjIN0o5+
8LBV5OKCnisa36gw5OicwC1wmp1yyldPKEypVjLhEF4hG5v98EunAZcptWq6iIaPOamIx1UT
Y5tL+cIlOsghgK33jgiGyOCiEbQvvEBNN1pciypZVfX2QlvFLhrbINitfsguqUuGoYAAF/vh
S1gkrklC1tHWQA8l4E+WscGri9ekAecDbdRQS7NAJ74H2wmle1OE3WanPUWm0yanHHqfTmlt
STCj3WUrWXFZR5qJJMVsYHhjMVdibWfpnam5zy3dNNPmpI1tSaUUxd1Bw8b+qm3Bix7X3C8E
/wDhVI+y3PTCe0X9QVf9m/8AdKPQf06L7w9Udxdqs+92leIAXNuOoViGbJBWSNH1pFvYABGa
bD4LhdZg8dTNEHPaSAfAHMaHxVixmsqYqp0bHWBHzUBpNaq9Bqqp2j1KYpk2Wy2p2WdKFKSd
0m3Q2+wRrlfh1HidMaerYHsOdjzGhHIqqQTy08m/EbFKa1iSu4gmw9WqpM1N4JCeZMvrdXYb
C6yTYeG0ROF7OYVg7y+mZ1jxOdh2aW9U6qK+pqm7shySqfxjiOpzVDen6o5NuUeXlmKYXEgi
Wbl7clCRtZNr26m5O8OafBMNpqmWpjZZ8u9vG5z3tcuHwSbqueSNrHHJtrZctEsTxAxini6x
j4Vx84wanFzjdVIBeDy75nL/AK3ePs6bCEYNn8KpqCShjZaKQWIucx368EaStqJJhK49YaZI
imY1xRRpyuTFMq7km9WJD0CprQB+cy5WlwtqPgVIST4213MC/Z/C5KNlG5hMbXbwFzkc8768
UUVlQJTKD1iLaKLuLW7MrecsVrUVqIFrk6xYI42xRNjYMmgAdwTNzi5xceKktSxdiOrYIoWH
alU3JqjUeVMtTJVSRllmi4p0pT7VrUonc38hEWzCKCKvdXhv6V2pueVtNNEsaqV0XQ36oSvD
WPcZ4QkHpTDWJKjR5R1zmuMSs440hS8uXP3VCxtpcb6eEI4ngWGYvY1LLuboRkbcu7vRoKua
nuGHI8FJeGNUqNZ7Z/C+dqUyuamF4xpxWtxRUSTNtkkk6knxOphnPhtJhmCVEVM2w3H34k9U
6n0Ths756pjnniPVTjtM1+rntu8UmPnB5bC8RzYylwlIyPKQmwOgsAAPZFD2OwjDazC2zzxh
zmuNvIHMcfFSuJVM8U24x1gQqMoeIa5h2qOT1Cqs1Spp1otOOSr6kFaCQSk2OouAfaI1Wvw2
ixSm+j1TN5uvcRxHIquwzzU8m/G6xQ65iOuYknvSq5U5mpzBABdmn1urIG11KJOnQXtEbhez
2F4OS6mZ1jxOZtyHJOaiuqKoWkPkhUzG+LqFRxS6ViKoSMgnNll2JxxtAzetYJUND1G0McU2
ZwfF5+mqY+uMrjIkDS+Rv6pxTYhVUzN1jsuStfswzDsx8oRw0eeXnWak6So9PzZ6ILaiipsP
2PqoKdu60N/8m5k80/w6WSfFI3yG5v8AAqo8T1OfmsZ1gvzTj2eddcJWsq1Us3Iv4w12TwXC
5MMgrHRAyC+fcTbLS45pfE6ypbUPhDurl6JsplZqlG9PNLnXJIz0muUmS0bFxlZBUgnwOUX8
tIvuJYXRYvAIKxu80EOAuRmNDl3qDp6qWlkL4jY2t4JtNysqJ3N4kIIY6aFsMYs1oAHcNE3k
kdI8vdqc17e233w5SKBc3PmIBCvQNDpHLivbe+OXLwDva3jkZCy26+yOQLzp5wKAr6+xGhtp
AILry0cgQ0IuryHURwGaBH27tgNfAQrZBoh5QBdR1hTdA1SYcToEBxwCwGp8oBzraJVrbaog
G5O1/G0IpU2C8A02ufGAXXzQgDAhdZDSm6gBojwg4FygcbDNHAZU2Og8IVskSbnJB3N94C1y
jnII5KDa+vvhw1gGaaPkubI1KCSbXt4mFrJsXc0qDeXRO/nCgSWq9CRcW1vAoUH4fCORrFbe
mZhOgjgFmhyCjU84lSTrY26Qu1qIXWURm5nIVfqgGHAaUmXcFFJmYW7M2zXTfTXSFmiySe4k
20RNykXzW8RAIouEncIBubeOpg4CK43CTOTISbAiDboQguOib3Xsw3vHEgBOoYnONzwTc68A
QOsNnOurPBT2zRQcBhMFOi2yUZu5vClzZMBEN5fcwhOhtpBt42XOhYSMl6ifLKlJGpPjCDnA
6pIUPW30gfmlreOtifOEiVJR04DbpudmTa28JFykWQt1SFbqiodfbCRN08awWRNyR7YKlLAI
ojra94Qc08E5a/KxQAk57wmGlLOeA1HFAF77ecLboATLpHLzLbpAWyRi669KeltYMQga+yCU
kbgj2QmW2SofcoOuuh18oKAEpcoYBHjtBrJMuBXoGtoUAzSBOS9UgX16bwBZdGbIQiigkXCf
ZCJaeSch40ugFs5Rfc+UF3TZHD89Eqp83OUquylTp0wuTqEo8l6WfaNlNOJ1Ch4EGGlTSxVU
D6ecXY8EEcwdQlop3xvEjDYjMIl9b0zMqefcU64okqWrUknUknxv1hvQ4dSYbB0FK3dbe9sz
6pWeqkqX78huUVy7nQ/ZtEjulNt9CDSiqwJ33gwYUQyBqEZc3Fza3lB+iJSX0gcl9yjbe9vK
A6M80bpuxehi6d7+6B6PtRTNY6L0IsQRqenWDhgGaTLy5CscwsLQYhBfgvLddY6yG+SV02fn
6PiKQrFMmFydSkZhExKTDfrMuoUFIWPMEAj2Q2mgZPE6KQXa4EEcwRYpdsu48FuRFivajPz1
Yqjk7Uplc5OOKKnHnDdSySSST1JJJJ84ZUWHUeHQ9DTM3W3vbPXxSstVLO/feblN4QQqxBh/
a2SLvi1wviLXNr+yOI5oARwSZxJ5pNrC0IuGaXaRZK6XUapQ64zU6TNu0+oNJWGphhWVaMyS
hVj0ulRHviOrKOmr6Z1NUt3mO1HOxv6hOYZnwPEkZsQkbhddeLjhurxgaWjgoYBBTt3WDQd6
GWaSZ5e83JRNiL2F/bDxIrzUnT26xy7NejbSAXWXx28x4wNgushakjQQKGy+Gm40jskBQSTr
YeUBdAV5eybWJMBdAvbkC34RyDUr4a6X18I665GpR1I3g4CAlHhPdtawG8KAIpKETl0EKEhu
iIGk5lEqcJUbe4wkXJcNsERoTCaUXo1G9/dHalAUIJsPwgbLr3RqWydx7oVDbpMvsjrWT+EK
2skSbmy8AJ6eyBAJXFzQjgg+GkOGtsmjn3KUJaBVbfzhWyRLij0p8OkGRULKANI5cvDorX+a
OQovMPA/xY5G6q19NTgKwOpMOGtWXPcLJjmXu4T0N7/0QsAm17uuVFJlRUhRGxFh/PC4yReO
SjTncmOmhsIW1CRORQVvpQk36dPGCEFKix1TW8+txRubJ6CB0TgXJsAkiljSClwTxkRBSN2Y
ABAsVfdDdz8lP09Kbgu4JvUolRJ3hAlTjRZBC7J1N/sgoKMW30Qw6QBrcQa6T3ASjVP/AEZu
bWji5IdFmLJqVMfSKJJMIXzT4MyRanVFWp3OggpKOGhdRezN2YuDfEnsW4Sxli7Ca6rX552c
TMzQqsy1nDcy42nuoWEiyUgaDpHlDa3avaHDtoJqaln3Y27thutOrQTqCdVpOHYfRS0bHyMu
T3q9D2Keztt+QKx/58nP9LFJ/wBONrP/ALP/AGt+Sl/zZh3/AA/VAPYq7O4ufyCX/wDlyc/0
sF/042sv/Sf+1vyQ/m3D/wDh+8rlF2g8HUDAPbVx/g7C8kabh+mTTCJOWLy3eWFyrTihmWSo
3UtR1PWPVOx9dV4ls9BU1bt6R17mwF7OI0GWizvFIo4K1zIxYC3opZ2cezrVOO+Pp9cxNPUT
A9HWgVepMoBedcULplmL6ZyO8pRuEJsbEkCInbDatmzlOGRAOnf7I4AfaPZyHEpzheHurn7z
zZg/FgupVH7KPAih0VuSY4ZUmo5UgKmKohc4+55qW4Sb+yw8o8sVO1u09TKXuq3jsad0DuAC
0NlBQRiwjHjmqb4vdh3A2I8Hzk9wvkUYJxc02Vyso08s06dUBcNrQonlFWwWggAnUERcMA/K
DjFBUNZiDjNEdSfaHaCLXtyPmo2sweknYTCN13ZoVyRnpOeptTqFOqMo7T6lJPOS81LPpyrY
dQSlaFDoQoEe6PXkE0dTC2aI3a4Ag8wc1mErHRvLHajVdbeF3ZM4IYl7M/D3EVYwYubq1Vw5
Jzk6+KvNI5jrjKVrVlDgAuSTYC0eOsY2z2opsWqIIqizWvcAN1uQBIHBanTYZhz6djnR3JA4
nkpsexl2fhp+Qq7+dam/9JEF/p1tb/8AZ/7W/JPfzZhv/D95UVxv2RuBdF4LYxrNPwYtifkK
DOzUq788TSsjjcutaFWLljZSQbHSJHD9ttqpq+GOSou1z2g9VuhcAeHJIy4ZhzYnObHmAefJ
ce5YqXIy61EFSm0k673F49stWQvOaVqSLX2tClkhcre/ZQ4C8NOK3AKv17GmHFVepy2InJNl
5M++xlaDDSwmzawN1KN99Y8yflB2mx7B8aZBQzbjCwG1gc7kcQeS0nA6CiqKQvmZc37VT3aw
4YYQ4VcesOUTBdIVSKbN4f8ASn2lTTj+Z3nrRmu4okd0AW2i5fk8xjE8aw2aWvk33NfYZAZW
BtkAo7HaenpZmNgG7cfFPnZL4F0Pi1iPGFXxnR1VTClLl2pSXR6Q6znnHFZzZTagTlbGo/3R
MRf5RNpq3BWQQUEm5K4knIHqjLiDqfQp1gVFFU775m3aNO9TvtX8BOGvCrs/0Ov4Mw6ukVOY
xC1KOvKn33szSmnVFNlrI3SNd9IrGwO02PYxjToK6bfYGE2s0Z3HIBSmMUVHT0m/E2xv2qv+
yTwkwRxXxVj+VxrRlVhmlycm5JhM26zy1OOOBZ+jUL3CRv4RZvyjY7i+Bspjh8u5vl18gb2A
tqDzUdgVJTVW/wBO3etay2wOx/wKSpJOCXCAdR88Tf8ApIwb/T7bDQVX/az5K3/mfCv+F7z8
1yn4jYa/I/tA43wk2lSGaTW5iVl0qJJS0F5m7k6nuFO8e0dnq9+KYHT1bzdz2Anvtn77rIq+
BtNWyRt0BNu5bl7PfZn4dY07KOHcXY0w45VKxVXZiYbd9PfZAYDqkNAJQsDZBN7X70eadtNt
cfodopqXD5tyOOwtZpztc5kE8VomEYVQy0DJJmXc6546cFJuLPZi4Q4V7M2PcSUbCa5OrUyh
zE1JvmqTKw24hN0qyqWQbHoREHgG221VZjlNTz1F2Pe0EbrRcE5jRPqzCsMjpJHtjsQDxKxr
2bsB4d4j9qSVwziunGp0hVEnJlUuJhbRLjYbyqzIIOmY6X6xvv5QcVxHBsAFTQv3H77RewOR
vfW6o2A09PVVpZM3ebYldA1dkbggBf8AItz/APK81/pI8uf/ACBtj/8Aa/7WfJaT+ZsJ/wCE
PM/NFnskcEemDHP/AMrzX+kgP/kDbL/7X/az/wBUb8zYT/wvefmqk46dnThbgjso4xxRh7DC
6fWZCXaXKzBqMw5kKn20HuqWUnRRGo6xdNkdstp8R2jpqSqqN6N5II3Wi/VJ4AHVROKYXhsF
BJLHHZwGWZ5rMvZs4f4Y4kdo+dw7iunGq0tugzE2llMw41Z1DrSQq6CDstWl7axs/wCUfGMS
wTBY6jD5Nx5kAJsDkQ42zB5BU/Z6mp6uqcydtwG394W6ldkzgnbXBrlv+Npr/SR5e/8AkDbH
/wC1/wBjP/VaT+ZsJH+695+aKPZP4Jbfkcv/APK81/pID/5A2y/+1/2s/wDVH/M+Ff8AD95+
ax32n+FOC+GuOuHElhGjqpcvV0vmeQZt17m5H2EJ1Wo5dFqGnjG4bAbRY1jNJWvr5d8xgbuQ
Fuq48AOQ1VVxiio6aWFsLbB1768wtiK7KnBQLV/cM3v/APWEz/pIwb/TzbH/AO2f8Lf/AFVv
/NOFf8Me/wCaTP8AZQ4LOIynBa2L3spqpzSD8c8Czb/bFp/pV+9rD8EJwjCyP1XvPzWYuOXZ
WbwTgGexpgGZnJ6kSCebVKVOr5rrDI3eacsCpKd1JVcgXIJsRGz7HflGqMRrG0GLABz8mvAs
CeThoL8COORGaquKYHFDEZqa9hqOzs+SxQspbZW5m+jCc1/LePR5yCofGxXTDhv2XOG1Q4A4
OqWKcNOzmIZ2kszU+8ag+3dxxPMtlSsAWCkjQdI8T49t9tLHjVTHR1G7E17g0brTkMtSCdQV
rdHg+HmlYZWXcRc5nis99p/g/hvhfUcGT+EKYumUmpomJeabMy48C+2UrSbrJIuhRFtu7Gt/
k22nxPHPpMOIyb72brgbAZG4OgHEKt49QU1IGPgbYG4Op9Uj7MXDHCHE3FGNZbF1JVVmqdJy
rkqkTTjORS1uBR7ihe4SN4U/KXtBjGBR0pw6Xc3y7eyBvYC2oKDAKOlqzJ07b2tb8Ba8PZX4
Na3wg5/+VZn/AEkefD+UHbL/AO1/2M/9VdfzNhX/AA/efmiz2V+DQ1/JBwf+dZn/AEkF/wDk
HbL/AO1/2M/9UIwXCf8Ahe8/NZB7TfDTCPDLFWDpfCVJVSmJ+SmXZpJmXXuYpC0JSe+okaKI
sPGPQX5NdoMXxyGqfiMu/uFtsgLXBvoAqRtBQ0lIYxA21731+KuDhF2U6X+SMliLidKOVGqT
baXmqGXVNsSiCLpDuUgrcta6b5U7am5jO9rvyl4jLVPpMGduRtNi+13OI13b5BvI2udclO4Z
gFOyISVY3nHhwHfzKvWb7P8Awlm6eZdzh7SG0EWC5dhTTg8wtJCr++Mni2x2thl6RtbJftNx
4giys7sMwx7d0wtssWcc+Az3DBLOIqC7MT+DZh8MuJmDmepzqvVSpX121bBR1B0N7gn1VsFt
6doiaCvAbUNFwRkHgakDg4cRpbMclmmN4L9B/TU+bDqOI/gq24R0GlYt7TeEMN1uUE/Sp6Zd
RMy5WpAcAYcWNUkEapB0PSLrtxiVZhezFTVUb9yRoFjkbdYDjcaKKwWninxBkcwu03y8Ct9/
2NHB82H5GIJ8PTpj/wB+PGJ/KFtn/wDbP+Fv/qtaGC4T/wAIeZ+aRTXZf4QvsrbTheYkVqGi
5eqTCFJ8xdRHxBhWH8o+2UTgfpO93safgPVA7A8JcP1du4n5rH3G3gXO8K5qUrFMmnqvhCce
5CHn0jnybxuUtuEABQUAcqwBcggi9r+mNhtu27Tb1LVtDKhovYey4cSL6EcRnzCz7GMG/N9p
Yjdh8wVQoSeg1jbQFTyQj0N2IvqfuhdrUg5/JGge6FrWTfeBzKFkuRe0GDOaKZOSPCLnQQsA
mxddGpTYbW9vWDoqMAsQCLC8CuQx0PTrHIEBSrDwtHIwCKJJVfw3HjHI6+sfH/Kjka4WnFvl
axmOnTSJC1gskvfJJppwhpVlWvp7IIDmjkEC6ijjihnTmJvprDsC6bk7pKQqbCkEnU3g10hq
5Ms2QmZKbnSBuncUZOQTW9MBsaaqtsekNnvtorFTUZkF3aJqdfUrckQzc8qzRwMbmAk+ZR+t
qOkEunQAXhUMpMCjWzXxUnr8YC4QWK9vr60dcLuC+USpCgOukcc0AFs0gcQAvXbzhIhKi6I6
XGmvjBLo4XdvsRJSr5NDh8T/ALdUP89djxTtwP8AWeo/u/uhahhv9CZ+OKyf2w+0Bxl4b9ti
ZwtgbHc1hzD6MPSMymUYk5dwB1wOZ1XW2o65R16RouxWzOC4tg/T1kO8/ecL3IyFuRUViVdU
U84bG6wssu/2XXaT3PFefI/4uk/9DGjDYbZf/wCuPN3zUKcWrxo70VJYqxbiDGnECrYtxdVV
1mv1BaXJ6dcbQhTpQ2lAJCAEiyUJGgG0XSgoqXDKVtNSt3WN0Gupvx7VETvkqJOkfmSu7vZL
wOxgv5P/AIdSvIDM/Vaf881BVrKW9NHm3PsbLaR5JEeM9rq12I7Q1EhNw07o7m5etytLoIhB
SMaOV/NYe7anHfiNRu16MA4KxhUsIUmgU6Wef+aJjkrmZp9HNKnFDVSUoKEhB7vrEg3jXdg9
mcLq8IdWVcQkc8kC4vYDLLxvmq5i+IVENQI43WA9V0B7O+Op/ip2MMCY2rJbXW5yTWzU1toC
UuTDDqmXFgDQZijNYaAqMYltFhkWFY1PSR+y05dxFx5XVoo6h1RTMkOpC5YduzBcvhTt1TtV
k2UsyuKKIzVFJSLAzCSph4+0ltCj5q849Jfk5rXVWAdA83MTi0dxzHqQqNjse5ViQfWC6vcC
ZZKuxDwgVbfBlNP/AFZEeY8dYDjdV/aP/eKv1K4imZ90ei5mdpnj9xpwX27+ImFcK8RqnQ8P
U+ZlkScjLtMFDIVKMuKtmbJ1UpR1PWPQWyOymAYjs/DU1MAc917nPOziOapuJYnWU9Y5kb7D
L0Wfqj2lePlWoE/S6jxTq03Tp2WclpphxmXyutuJKFpNm72KSRp4xfItidmYZWyMpgHNIIzO
RBuOKiHYxiDmlpfke5UckJQyltKcqQmwHlF/CgtTdGZgTbqYFFsuvXyfEqHuyHi5She2MngP
/RWI8i/lOZvbQMP/ACx6uWnYA7dofFZz+UJZ5HaywWhKFOKVhEZW0JupajNuAJHmTYCL7+S7
djwioJ0D/wDxCiNoLvnjA5fFdDuz3wkTwp7JWE8KTLKUVoy/p1aUBqqcfstwE/sd1seSIwPa
bETjeNTVd+qTZv3RkPPXxVxoYhS0rY+PHvOqzv8AKDSYY7HuF1gWvjFgf9Xfi8/kyj3doH/2
Z9WqMxx96HxCp/5OuU5+POLuYaim07+Vei2flXj3mUne/wBAo3Z19uk8PiukjDiXeK1Yw+QA
ZelSk6kE6kOuPtn3XaHxjzq6ltStl5ucPINPxV2EvXIXHHtsYZdw7298RvsNWTW6RJ1JgAeu
4Wywq3j32vtj19+TiqEmzDWOP6pzm+F7j3FZpjsf8vuPrAfJdVsPYdb4ednnhjhZCA24yKTR
so6rWEh37nDePKdYTieKVNSfrdI/1t8Fo0R6CBkY4WCau0NTuX2FOLjgTYjCk2f8iF9mYrbR
Uh/5jfVErZCaOQfsn0XMnsPS/pHb6km7Aj8lqkR8Go9NflPbvbNAf8xnxWf7POtXk9hXSTtH
1KuYL7EPEPFGGqi7Rq7TpBtyTnWAkrZUZhpBIzAj1VKGo6x5n2Ww6mrtoaamqW7zHusQeORK
0CvqZIaOR7DYgZLEvZO4vcVMf9seXw3i7HE/iCiKoU7MGUmW2gjmN5MirpQDcXPWNp292VwL
CcC6eigDH77RcX0N76lVXBsUrKqrLJnXFitadrOncn5PPiY6E2KZJj/OmYyTYePd2rpD+0f3
SrLisl8Ol7viFhDsMy/pPbYqjeXbCE2f+nl4378qrd7Z+If8xv7rlStmnbtY4/s/ELeXaeq+
IMDdifF2J8LVN2iV2Udk0y86ylJW2FzTaFWzAjVKiNusedtj8MpMR2igpqtm/G7euDxs0ke9
XzEqqSCifJGbEW9VysPaP48W14oVb/FS/wDo49Y/6AbJf/Ub5u+azcY9ifCT0+SheI+IGN+I
WK8NPY2xJNYkekJxtuSVNJbTyUuPNlYGRI3KU7+ESlPgGEYJRzighEe+03tfOwNtSUV1dU1k
7OmfexXfk0YelgZP8J4ecfProeqtkEua4ncPeMXELC3bApqnMXVeq0SZxYZCo02fn3Jhh1hy
bLRASsnKUhQKSmxBSBtpHszGNlcGrdmi5sDWyNj3g4AAght9RrfiCs3psSqY6+xeS0m1j3rs
/N4Zl56WmqbNspelZlKpZ5ChcLQsFCgfaCY8aMDonCRmRGY7xmFpJeCN06Ffn5p+Dnapx+ku
Hkpd1+YxR8yoI6p9KLJP8UEx9Ap8REWAmvdlaPf8d2/qshZBvVnRD7Vveu7dddpmFV4WkHEJ
Q1VK1L0WRTfLZS23Ci3sDW0eBoaKWs6V/FrS8+Yv6rXXTtjsOZss3dtDBZqXYnm6201mew/V
pWfuBs2pXIc+x0H3RpX5Oan6FtKxh0la5vj7Q9FCY03pqE/skFcxsB8T8b8MZ6rTWCas1SX6
i221OF2RbmM6WySkALBtqo7R6oxvZzCtoQwVzC4MvaxI110Wf0dfUURPQm19cl0u7JWPsacV
+GGM6ljWptVWcp1aalpVxqSblwhtTAWQQgAHvHcx5R292ew3AsQhhoWlrXMJOZOd7cVomEV8
9XC50pzB+CR9rTiBjfhXh3Ab+C6q1SXanPTTU4pyRbmOYltpCkgZwbaqO0OvyfbNYXtBVVEd
ewuDGtIsSNSb6JPGcRqKKJjoTqTdZJ4c1nF3aA7a3DCnY+n2q6zS33pvKiRbZAZaHPUlQQBm
BWhsaxtWO4RhuxeytZJhrSx0oDfaJzd1eOlgSqnR1tRi2JRtmNw3PTlmuoWNJpOE+EWKcVPM
h0UmlTE8UK2WW21KAPtIAjyBhuHfTsQhpBl0jmt8yB6LTpqnoYXScgSuY3A7jdxCmu13haVx
NimerlLxLUBIz8lNOZmGlvAhtTKNm8q8oATbu3BvHrPbHYnAIdmJH0cDWSQt3g4akDUOPG4v
rxWc4Vi9c+vAmfdrja3fy5LpJxBwExjLghivC80yFJqNLeaRceq5kKm1DzCwk+6PKOD1MmF4
rBWR5FjgfC+Y8RdaNUhtRTvidxC5LdmZlx/tzcNGnU2dM4+HE+ChKu3HxBj2j+UC0mx1SRoQ
395qy7BupibL9voV1F4xys1TeybxHqEk87JTkvh2acZmGFlDjSgjRSVDUEeIjxvs5Sxy7QUj
JBdpkbcHMHPQrT6yUijkLTY2Kwv2U+JGL57tISuC63X6hXqLV6fMLQ1UZlUwqXfaRzErQpV1
AEBSSL21B3Eei/yk7LYTDgv0+lhbHIxzb7oAuCbEEDLLIjiqTgWJVLqowyvLgQdeBW0eOuEm
a12QeIco8gXaors2yoj1HGBzkKHvR9sef9kZpKHaaklZ9sNPc7qke9XPEt2aglYeR92a44os
W0m1rpBJj6NNasEc86o4JB8oWDeKbF7uCGEEHr5GD2Se9dGJRc/dpB7IpOSOCL+Z+6DIEaEX
SbwIF0BK9KR0F7R1kAQDca9TAWRuKLIOqvDX2xyMEUVWAv4QBSgzyXl/2jBblKbq0glRI7pz
A/ZEm4rI2DNIJt7oPW9vSBY2+aF7rJmWf2bnxhdM9dUkdcKWzfQ9I5CLaqLTbpLylX0v0hKQ
55Kz0MV2XOqZHl3v1v4QzcVao2gBJ1eMJnROhySZx0JtpYjpCZNkcC4ySVUweg98JF/JLCMH
VB5zgsSfsgN8odxp0XofXm3v7RA7+aAx2zRyJjvAKg4cki3JeOOIUCBaOJC4AgpNm1AGvhCL
iUu1i7m9iabSj5NfACSbEP1D/PXY8S7cSW2nqB9390LU8OZeiZ+OKaeNvZFwrxv48u49quPK
3h2dcpsvImUkJGWdayshQCrud65zG420hzgW29ZgND9Ehia4XJuSb59yTqsLjqpN95IWfsS/
JzsIozrmCuLD71SSgluXxBSUJZcPgXGDdHtyqi60n5UZektVU43f2XZ+R+YUfJgbN3qOz7Vz
gx7hHEvD3GOIcI4upi6RiGmoUmYl1KzJUCklDiFDRbahqlQ0I94jfcPxOlxWjbVUrt5jvxY8
iOIVTlpn083RyCxX6R8GoZp3BvCFPZIDMtQZJpFtNEy6AI8J1c3SVcrzxc4+8rTmMswDsC4a
9r6ZEx8pTxUVdRyTkq0L9MsmztHsTYQW2Ypzzv8AvFZtjFzXO8PRdLuwhOhfycuH2VKJLFcq
bYzdPzgq08u998efdv7N2nl7Ws9FccJF6Fvj6rNHykbLauIHCWdSLurpNRYNh9UOtKH2qMaF
+S1946pnC7T7ioPaBthGe/4LoPwHeSOw/wAHxe9sF03/ADZEYjjpH57qv7R/7xVqpQfo0fcP
RcZ+2CoK+Ut4sEH/AL7kz7fzCXj1jsHnsvT/AN795yznGRavd4egWbDbTwMaQoLNegEqB9Yb
RyDgjEpJJ0sIEZopyXYr5O/KOx5i8Xv/AHZva/8ANWI8mflM/r9n9mPVy0rAr/QvE/BOHFDh
ijiZ8srwrVPS4mMOYXwYK3VAoXQtTc64JZo/vnrG3g2qI7C8WOGbHVLGGz5pNwd26N4+A9U7
npunr43HRov78lrmbxVKt8eKHght1C6jN0WcrEykm6kstOtMIPlmceOv7BjOm0xNE+pIyDmt
HeQT6D3qWLxvhnisb/KIJH9hpha2n92cv/m78ap+TX+v3f2Z9QoHG/6H4hU78m8lP5f8Yb6H
5sptx/yz8Wz8qfsUne/0CjcA0k8FtF7ECKf8q3KYYcXlbrXCgvNJvopyVqa1fHI6uMcbS9Js
yZx9Sa3+Jg+IVoMlqvc5t+Kz32tuG7eLe3p2WFBrM1V6wulz1hu1LvNzhv5ZOb9sXjZHEzRY
BiTb6NDh3kFvrZRWIQdNVwHt/itE8Z8QokuPfZvw0hdnq5xEL60A7tS0jMLOnhncbii4RS79
FXTcGRW8XOaPQFS08tpI28z6Ap07RrKR2AuMR0BGEZzX/k4S2cA/P9J/aN9V1Wf5LJ3Fcs+w
Yi/yiEim9x+SlT6eTMekfylC+zg++z4qi4EbVh7iukXbAZSn5NXi2q21LZP/AFxiPP2xrQNp
6T73/iVdMSJNDIOxc3ewigOfKHSaVa/3MVL7mo9BflKF9nQP22/FUzADasPcV0Z7YzAb+TX4
prttJS/+dsx5+2MbbaelP7R/dKumJG9DJ3Lnv8n8gO9vCrpI/wDAydP/AFiWjdPynDewKP8A
tB6OVTwDq1Lu74hdSeNHChvi/wBnGv8AD5dZVh1NTXLq9PblQ+WuU+h31CpN75Lb6XvHm/BM
ROC4nHXNZvll8r2vcEa+Ku1VEKqB0RNrrECfk2ZdbyEfuyTXeUB/3Mt9Tb/bo2Q/lSqbf0Qf
4z8lWPzBDf8AWHyXNF+mfNPFlykc4zAkMQiT5xRl5nKm+Xmt0vlvbpeN7dL9KwozEW3mX823
VUA6Kr3L6H4r9LXoCBN3KbAOXPxj59dELLYekzXIPht2LeMEx2v6ZXcaUGUw3gyRxMqqzEyu
qMPuzLbcyXm2222lKN1kIuVWCRfrpHpvFNtsH/0fNLSuLpXM3dCALixJJtp2aqlQYdUfTelk
ybe66y1V2SomH6lXqm6iWkKfLuTk06vRKG20lxRPuSY8zxUr55GxMFy4gDvOQV1Mu6N48FxK
7H2H3OIXymNKr0wxml5FVRxK+CNEKUVBofx5hPwj1jtq84bsn9G4u3GeVr+4Ki4a5s+IGQcL
la77cOOFYFxd2empdzIuUxgMQTKQf8FKltvUeH0zntjJtiMIFfDXkjWPcHe65+AVhxGp6J0X
3r+S2DxQwMxjjs4Y7wsgJdbrFBmmJc6EFSmipoj+EEEGM1wqV1BiUFRoWOaT4HP3XUvNaWFz
OYK/OI0hRlm+YkpcygLTtZQ3HxvHvxtnNBGiygixIXV/5OyTExwK4nG17YmYG3+9Ex5b/Kgz
exWn+4f3le8EeW07u/4JB8ohJiXwVwlNrXqs/wDyDcSP5KGbtdVfdb6lMton3p2d59FRfYTp
rdQ7dE2tYuqUwlOut3HVTrDZ+xZi7/lScf8AR9jB9aRvuDiorZ42q3O7Pkui/aWk/QuwHxdm
bKTkw0+Lp31KU/jHm/ZWC+0dJ98K+Vst6STuK4ocLHA12pOGLt1At4spx7u/98IGkezdoWCT
AapvON37pWb0LtyrjPaPVfoaFHHpyU5LfS2284+fvQ9Va10ua4h9nqnJl/lXcL01sDlsYqqr
SdOiUTIH3R7J2qvJsI8nUsj9WrPKAhuLeJ+K61cWsGVXE3Zd4gYeoUmJ2tVKgTMtIy5cS3zX
VoslOZRCRc9SbR5UwWSGixinqJjZjHtJPYDmr3Ul0tO9jdSCFjHstdlriPgfjuvHXESmS1BZ
kKc9LU6RRPNzLzzrwCVOK5ZKUpSjNa5uSrawjatutscMxnChQUBLt5wLiQQABnbOxJJ9FVsI
w6akqDNLllkL31Wl+0pUJXCXYc4kVN9SW3Zikqp8qlX13pkhlCR594n+CYyjZHD31u0tLG0a
PDj3NzPorFiNSI6GRx5W88lw7SjK2lP1QLR9BW6LFHG5QkjvDW1xBkQ6I4DQG9usDZER6Qol
Vhr4wdFujwkJ2tfraB0RSbod7gADWByRNEG+/U+3aBujAIhRAJNtfCCJUJOSSm48YAo4QSLn
UaX2gtkcIeQW3+yBsj3KvT5wS0iwFlfdEmRcrJGWbmkTkwlRve6vbCrdEi+5OaQuvHKcvhpr
BwETRMM1NqKSlRt5eEFe4NyUrSUzpusdEwTDwIuL38DDBzlcoYi1IlLFyScumsIlSDQkq3bX
sbwQlKgXTe4sqVrDRzrp6xtggBab2vcwTeF0oWGy+J0J++ALroQ2yAVEHQ3hPeISlgV8XLEa
/wBEdvlAGN5L4uiwH4wYSWCL0YJQC7rYf64IXkpUMsu0nY5qXI+TywK0Vah6e/zx2PDm3km7
tXUj7v7oWqYVHegYe/1VOdo7tYcUuFfagfwhhBnD7lGRR5SbCqjTHH3i46F5hmS6kW7osLaR
dtjtjsL2gwj6XUueHbzh1SALC3YVFYlXzUdR0bALWBzV/dmztCTXGzhHU5+tUyXo+JqPOplK
k1JrUZd4LRnbdbCiSkEXBSSbFO5BEUba/Z//AEaxBsLHl0bxdpOuRsQe7mpPD6kV0RfaxGRW
XPlD6DJzNG4f40YaSmorE3R5pYHedb5fOaB8cqg5b98Y0n8leIPdNU0ZPVsHjvvY+eXkofHY
A1jJe2y6JYPxC3UOD+E55pX0cxQ5N1Fj0VLoMYNWkxVssZ1a5w8nFWiNgdG0jiB6Li/2r9fl
D+JjgBHOmpZ3XreUa1Hwj2jsBJv7K05+9+8VmGMstXvHd6Loz2I5n0P5PugjVPOrVRd1O/5w
U3H8WPOv5Q5v9apRyawf9t/irng8V8PYe/1WdPlDKombx9wrkkkFxqk1B4662U60kfakxpf5
JgXQ1b+1g9xKr20tm9EO/wCC3twPqXL7F3CZGbVOD6cP+rIjB8fltjtWP+Y/94q4UkZNJGf2
R6LkP2snOd8otxScv603Ka/8xYEev/yfHe2Tpz9799yy/HBbEn+HoFncXFwdD4+Eaaq8ulnZ
E4FcIeI/ZPfxFjnAkviStpxFOSwnHZiYQrlIDeRNm3EjTMrpfWPLm3m0+NYTjxp6SoLGbjTb
LU3ucwVo+D4fS1FEHyMBNyl3ax4D8HuHPZDfxJgjAUvh6uprklLpnGpiYUoNuLUFps44U628
IJsLtTjeK7QNpqqoL2FrjbLUDLQBdjGHUsFC58bLG4zVgfJ+ziWOyTi1J0vjF4/9WYiK/Kg/
d2hYP+WP3nJbZ9l6E35n0C2vKy0jLY0q1eAT84T7EvLuvKsMrTOcoRfwCnXFfwox11U90LYu
DST4m1/QBWjohvXWDuA/FJXFP5X3i3itl8u0NjCiqXQwToJSXnGkpWP3687n8MRte0eFfmXY
ujieLPc/ed3lpNvAWHgqvRVAqsSl3dALDzUj+UDmQ/2PsMIzf+GDB/6u/Df8mL97aB4/5Z9W
oceG7Q37R8VUXydLwYx/xevpemU7Xxs69Fu/Ks7dZSd7/QKM2dF2yeHxVpcacVjDPy1fZyqi
neVLzFGXTJhV7DlzT7zOv8JSIqGBU/0zYbEQBctcHD+6AfS6lqp/RYpCOYI81rbF2H0V3jZw
ir7iMww3V5+aKuqFO051lP2mM0pa0Q0dTED+sa0eTwVNPh3ntPK/osmcYMWfOXy2vZvwy25m
YoUuuYcTfQOzaHj8cjSPjGm4LTBmwmIVZ+uQPBtviVB1LycVhi5AnzWmO0VMhXYF4wpBuThG
cH/RxQ9m3g7QUg/5jfVSlY0ikkPYVy67Bygj5QyRUT/4KVPT3Mx6U/KUbbOD+0Z8VQ8BF6w9
xXR/tfvpX8mpxcTfels/54xHn7Y1wO09IP2v/FyumJNIoZD2Lm/2EFhHyiUnr/4MVL/81HoL
8pJ/1eH32/FUzARerPcV0b7Y7oV8mlxUA3MlL/54zGAbGkf6TUvef3SrliQ/kMncufHyfKgn
t51c/wD3LnP84lo3T8pv9Rx/2g9HKqYCD9Id3fELpv2iuJtb4S9kLFOPsNSslO1mmuSqWGai
hS2Fc2ZbaVmCSk6JWSLHePPezuGw4xjEVFMSGvvprkCfgrhWTOp6d0rRchc1h8ofxuQ6kjDW
DCUqvb0GZ6f8tHoD/wCMcHI/Wyebfkqf+fp/sD3rFIn3qrxMRVJlCETM9XUTTyWwcqVuzQWo
JG9rqNo1iSFtNhjoWm4awjyFlXWvMtUHnifiv04EgzCkjcrt9sfP64stgWMp7t5dnyn1Kek3
ZvEjszKPuMOIaw2s3WhZQoAlYB1BsY0+LYHaOZjXta2zgD7Q4+ChH4tRMcQSbjsWLu0f20Zv
i1gCcwBgGhzmF8HTpCavPVBxPptRbBB5IQglLTRIBV3ipVraC4Os7L7BDCqltbXuD5G+yBo0
87nU8uAVcxDGBNGYoRYHUq1vk4MJi/FXHbzW6pSiyrhHQAzDtvepqK5+VCsBmpqMHS7j6D4p
9gMf6N8nPJTntbdl7itx4490it4WncPsYcp2HhT2G6nUXGng6t1bjqsqW1CxugDX6sQGyG1G
EYBQSRVLHF73XyHCwA496fYhRVNVK10bgAAtx4Dp9bo/BjB1OxOth7EchR5WXqa5V0uNLfaa
ShakKIBIJTe5A3jJ610EtZK+C+45xIvrYkkXU9HvBgDtQF+enjdg04H7Y3E/CbaQ3LSGI5lU
qCLAMuq5zXuyOCPa2zdQ7EMDp575lov3jI+izavcIat7SOK6Q/Jus/8AxCcUsxufypl/8zTG
E/lNZbFYL/YP7ytOCv3qZxHP4Jp+UlQEYE4P261eof5u3Dv8lwtXVP3W+pSGO/qGd6oD5P8A
m22O39MSrls05g+eab16pcYcP2IMXT8pUZfgTHcpG+8EKOwNwFS7nZdN+1BIiY+Tx4ythJX/
AHLzCrJ37pSr8I897MgN2hpT+2Fcawn6K/uK4YcIpMTva14UyoSXC/jCmpyp3P5yjaPYe0AD
MCqXf8t3oVnFE8uq4x2hfpHEukz6VEC3Nv8AbHg7c6q1bfK4O9mt5uo/K9YRm27cuZxZVnU2
8FNzRH3x682ojLNh3MPBjB72qg0T74pftPxXbfFdapGC+F9exdXVOt0WjU9ydnlMMlxwNNpz
KypGqjbpHk6lo5KypZTxDrPIA7yr2+URsLjoFkGc7enZ8l6at6V/KmpPBN0MNYfKCo20GZbg
SPaTGks/JxtG9wDmsA5l3yChzjVEBqT4Lnt2ie0nXePNdp8izSzhbAtMeL0jSlPh16YeIy8+
YWLJKgkkJSnupudSTeN22T2Op9nWume7fmcLE6ADk34k6qp4jib6zqNFmjgs1p10I3jUgq2c
kNOqtNfugyJYI5KSU3O58tDBwiFwCNQD17vlArr3RhUMo19mu8ci53QSu19bxyEBBJJuRr7Y
5GCAq2fe1jtHIwRQSTv18RHI6OyBPW+vQRyEEr6znh90cjKeTE3mf0XfxIiTuFlojecre5JD
OFKr8yw8LwIe0JVtFK42AskztSJQU3hMy8lKRYWAbvzTQ9MFayonN74auddWSOFrBugJEpzM
rfSEibp4BZJlrIVqb+XlCZSgRKyCDeCE5I7QQUhXbmaamGDtVKNvbNBvoT4mCIeK+ub6HXyj
l2SCpV76wCGyCb5je3lAXK5BuLW2BgLo1l8L38PfAIV1t7KlR9H7C+DWiq2V6c/zpyPBn5Qp
N3a+pH3P3AtiwZl8NjPf6lZz7TPCziXjrtWzGIMK4PnK7SF0WTYE0w+ylOdAXmTZawdLjpGq
bAbW7P4PgH0euqAx++42Iccja2gKr2M4XW1NZvwsuLDkr/7LnDevcKeFNeVilLMpXq5PomHJ
Rl4O+itNt5EIUpOhUSVKIFwLgX3jONvtqaPaHE4zRkmONpAJFrkm5IGttB2qbwfDpaKnIl9o
nyVU9uLFErN0Lh7hRLgcm/SpmpPIBuUNhsMpPlmKl/xTF+/JFTSPqaqsPsgNaO++8fIW81Db
SvayOOLiSStDdmrHqMS9jXBoMxzJ6ky3zTOpzd5K5c5U39rfLI8jGZbc0T8L2nqGEWa877e0
Oz9bhT2EyNqaBjhqMj4LMvah4NY6xR2i040wbh9/EspVpFhmbblFo5ktMMp5YKwoiyFICe9s
CDe0a3+T3bTBsOwZ1DiEojcwkgm9iDnla+YN8vJVjG8Iq56sTQN3gQAeyy2TwWw7McNuzDhH
Bs642uoyMopc8WlZkc91anXAk9QCu1+trxhu0uNR4zjk9bHk17urfkBYe4XVuoaN1NSMiOoG
ffqudva2xg3izte1GWlnQ/KYfpjdLCkm453edeHuUsJ9qY9b/kvw59HsyJ5BYzOL/DRvmBfx
WVbSztkxDowfYAHjqV0l4O1Ut9krhi3mNk4VkB8JdEeRtopbbQVg/wCa/wDeK1OhjvRRfdHo
uXnaXdD/AG9OJDx3VNS3+ZsiPaX5ODvbHUx+9++5ZBtCN3FZB3egVGWGbxjVFVrlOcjX69TJ
My1LxBVaXKlZWWZOpvMIzHdWVCgLmw1iLnw6gqZN+aJrncy0E+8J4ypqI27rHkDsJXs7iDEF
SkPRKniGq1OVzhXInao8+2SNjlWoi46G2kDBh2H0z+khha13MNAPmAufU1Ejd17yR3ldMew1
UBK9l/FTea18WOmw/wDJmY8iflXk3do4x/yx+85ans0wuw8/ePoFavaZ4qrwJ2Ta6qQmeTXq
4PmmmFKrKQp0EOuD941nN/Epip7C4Scc2iijcLxx9d3cNB4usFJYxOKKhc8e0ch4/wAFjXsL
zCZLtTYnKe4gYSUhI8AJlqN4/K27cwWn/tP/ABcqZsw3fqpO74rQvbjn/SuythtAN7YrYV/0
D0Zr+Sl+9tI8f8s/vNU/tIzdw8H9ofFVd2CZr0THnFTW2anU+3+Nei5/lfduMo+9/o1ROy7d
8S+HxTN23q09Idrbh1XZVahM0ygNzbRSdQpqeU4PtTDj8l8Ta3Z+thdmHOI82AIu0TugrYXc
s/eun0hiRmqUWTqUsvMzOy7cw0Qd0uJC0/YoR5clLoJXRO1aSD4G3wWghge0OHFctZTFX5T/
AC7UnXEucyWZxcqRllA/4OWlFsD3XSo++PVslKaH8lRa4ZuYHH+84H0Kzlr+m2jsOBt5Bb+4
+1Lm9h7iw2FXKsLTY3/Yjz5svLfaOjH/ADG+qulfHailP7J9Fzc7Ez/o3b2kXb6DC9SH2NR6
i/Ki7d2ZB/5jPis72cbevI7D8F0E7V9R53ydfFRvNfNTWev++2Y847EyX2rpB+0f3XK94qwj
Dpe74hc+exG+Jft/Sjg0H5N1Eb+Tcejvynu3dm7/ALbPiqJs8N6tI7Cug3a5qPO+Tm4ntZr3
kpfr/vtmPO2xMm9tTSj9o/ulXrE4yKGQ9iwX2Cpj0fty1Vy+hwdOC/8AziXje/you3cCjP8A
zG/uuVQwBl6l3d8Quh/acw3iTiP2JcX4OwjIJquIJ52TVLSqphDIWG5ptxfeWQkWSknU9I89
7KYpSYZj0NVVO3Y271zYnVpAyHarjXU0k9K6NgzPzXK8dkbtE9cAtX/49lP9JHqIflG2V/45
/wALvkqAcBr+DR5hV/jHhXxA4U40wlL4+oSKG/VJtDkglE81McxLT7YX+jUctitO+94nqPaP
Cseo6g0L97cbnkRqDbXuTOTDqmjmj6UalfocRU0+mjX/AAg6+ceEel6q1no81+auu97H2Izc
XNYmzf8A5wuPorh39Ah+630CxOp/pD+8+qbU2J1NvbEnomgyXb/sWUNOF/k+cJvON5JuuzMz
WHtLFQdcKW/+jbR8Y8Sbd4gKraacA5R2YPAZ+8la1hUHRUDO3PzVbcQO33ScDcccW4Ml+Gc7
iBuh1NyRNRar7TKJhTdgpQQWlFICrixJ2iz4V+TusxTDoqz6QGdIAbFpNr9two6oxmGnndEW
E27VpbgRxwkOOPAs40lKI7htSKo/IP05+bTMKbU1lIVnSlIIUlaTa2l4zzaDB5dnsR+hyPD8
g4EC179mfJTVHO2sg6VosuZXb7w6mldtmn4jZbysYjw4w8tQGinpZSmF+/JyjHon8mVd0+Cv
pzrG8+Tsx77qmY9DuVLZOY9Fov5OV8N8COKCSbXxQx/miYof5UHWxaD7h/eUtgLb0ru/4Jo+
UgeDmBeD4BvarVDr/vduHX5LSHV1V91vqUTHhanZ3rD3ZrxvLcPO3Tw4xNPviWpfzkafUXVG
yUMTSCwpR8gpaFH2Rsu1+HuxHZ6eJgu4DeHe3NVjDJhDWNJORy813rxvQWMZ8G8W4OmnQwzW
qPM05blrhvmtKQFediQfdHiyirPodZFUtz3HB3kbrTpIukYWHiLLkx2dOypxdovbgwpVcd4T
doOHMKVET81Unnm1MTzjIPJTLlKiXApeVV7CyQb2Okek9p9tMGqtn3w0cm9JKLWzuAdb8rDL
vVLoMLqYqsPkFg33rqZxcx5J8OuzHjnGk26lHzZRn1y4J/SPqSW2UDxKnFIFo89YRRvxLE4a
VmZe4eWpPgLq31DxBA6R3ALiT2PQpv5SbhEXFZ3PTZjmKv6yvQ3rn43j1ptw0M2WqAOTf3gq
BhTi6ubftXZjtEOBXYJ4xAf/AGPnf5Ix5W2eI/PtL/aN9VfKofyZ/cV+dlP6JNtNB90e8eCy
W2d17bSOAKG6NQi5BA0hQBIk5WR1gCLXB8YPZER6bhFr2No5IPsMyiysZbbneAulOKLzkpAF
gYC5R7ISDrqPjAgrkaATsNCNoMg716W834aQNijXAKM5eVPv66wNl29dFq3AgEsAi/67QCNv
FOS5xISdybwqXhQYpzxSRyfCU6dekJOkATplNdIFzqi7qrztDYzC6kG05DcgvjN9wi/nHGVq
EQuuknNGutoQ6ROjELLznG51t7YL0hQ9E1FF66rA387QmXkpfcAXn1R4wFska6+N7eN/CAOi
7JBtffUWgECDsSenSCo5X2x8o5FQN7FPvgDkjlfA6gn3xyKFuDgpx74eYG7NtAwxiCpzstVZ
RyYLzbVMddSM761pspIsdFCPIe2mw202MbST1tHEHRu3bEvaNGgHI9q1TCcYw6loGRSus4X4
HmrWHan4RH/56qNzt/aR/wDmih//ABntn/wG/wDUapk4/hP2z5FMVb7XeApOkunD9OrGIZ/L
9E0uU9Eav+0tZuB7EkxOYf8Ako2mqJQKtzImcTvbx8AMvMhMZ9pcOjbeO7j3W9VhbGWMK7j3
iPUMUYjeS9UZohIbaFmpdpOiGmwdkpHvJJJ1MevcCwSi2fw5lDSjqt1J1cTqT2n5BZbW1ktd
OZpOPuCmvB/i9WeEuNZmZl2FVXDtQKRVKYHMqlZdEutk6BxIJGuihoehFV2y2Pp9qqMAO3Jm
ew7v1a79k+YOYUnhOKPw2XMXYdR8R2rd9M7TfCOo01D7mKxSnSLqlqhJutOo8jZJB9oJjyRU
/k92yppTGKUvHNpaQfeD5habHjeEyN3ukA7wQoBxB7V9DlMPTMhw5U7Wq26gpRU3pdTUrKX+
uAsBTqh0Fgm+56RftmPyVYvV1LZcYAiiGZbcF7uzLJo5m9+QVfxPaijgjLaTrvOhtkO3PVYH
eU7MOzD77y5iafUtx551eZbq1ElSlHqSSSY9pxQxwRNiiFmtAAA0AGgWLve+R5e7MkroHgPt
McMsO8EMIUCo1CqN1CnUWWlJlDdGdWlLjbSUqAUNCLjcR4ixv8nG11bjNTUwwtLHyPcOu0ZF
xIy4ZLa6PaHCIqSON7zdrQDkdQFj7i1imlYz7SmLMU0Vbr1KqD7Kpdb7JaWQmXbbN0HUd5Jj
1FsRhddguzUFFWNDZGb1wCCM3EjMdhWY43UwVuIvmhN2m1uHBV4VpAA840K6r+6eCLKrdLe3
rBbowF0DNvHXulLclsbs5ccsDcMODlaoeKJufl56Zra5tpMrTHJhJbLTaQcydAboOkeYPyh7
HbQ7QY2yqw+NrmBgbcuDcwSdD3rSsBxbD6GiMdQ6zr30vlYKF9ozizR+KeP8MvYanpuaoFMp
7iS1NSa5fLMOOd5WVWpuhKBfytFx/JtstiGztLOcQjDZXuFiHB3VA5jtuofaLEqavkYKd12g
HhbNJOzrxGw3ww40ViuYomJmXkZmiGUaVKya31FwvIXYpTqBZJ1h7+UfZ/FdocLhgw9gc5r9
43cG5bpGp7SkNna+loah76g2BFtL8VaPaG45YE4ocGqTQsLTk/MT8tW25txM1THJdIbS24kk
KVoTdQ0ii/k82N2hwDHHVVfG1rCwtuHB2ZIOg7lNY/i2H1tEIoHXdcHQjmoh2buK2EuFWJ8Z
zWK5iblmqnKyrcqZSRXMFRbWsqvl20UItH5StmcZ2iZSjDmB24XXu4N1AtrroozZzEaOgEn0
h1r2tlfRNXaN4kYY4pcWqDWMMPzUxIytEMo+ZuSXLqCy8pdglW4sRrEj+TfZ7FtnsOnhxFga
577izg7LdA4dqbbRV9LXzMdTm4AscrcVpDht2qMBYd7O+EqLiCdqYxLS6QiVfbapTrjaltAp
RZwaG4SjXpeMYx78m+0lXj1RLSRtMMjyQd8A2dmcuy5VwotoMNioo2yuO+BYixOYWOeFuKpP
DHajwnjjEbrqJWVqrs9UXGWS84C4lwkhI1V3l9I9I7TYNU1uykuG0TQXlga0XsMrcT2BZ3ht
fFFiraiY2bck8dbrZ/EvtPcLsV9nbG2GKVUaq5VKpRn5WVQ7RXm0KcWmwBUdEjzMebcA/J9t
XQY5TVU8TQxj2knfacgeXFaJW49hU1HJGx5JLSBkVk7s+48oPDPtKSuK8TzExL0lFHm5UrlZ
VT6w44EZRlTrbunWN82/wXEcdwEUtC0OfvtNiQMhe+Z71RsCrKairjJObNsRpdaa42dprhjj
vsr4zwfQahVH6zU5RDUq2/RnmUKUH21m6zoNEHeMR2V2E2nwvaGmrKqJojY65Ie0m1iNB3q5
4ljOG1FBJHG+7iMsjzCzD2eeIWHeGfadl8WYmfmZekopM1LKclpRT687mTKMqdbd069I23b3
BsRxzAvotC0OfvtNiQMhe+ZVNwKrgo6wyTmwsRzWnuOfab4YY/7KWMcHYeqFUfrNSl2kSzcx
RXWm1FL7azdatBok7xiuymwu02F7QU9XVRNEbCSSHgnQjQK5YjjOG1FFJHG67iMsiFmrs08S
MN8Ku0fO4nxZMTUvTHaA/JIXKSa5hfMW60pIyp1tZCtY1/b/AAPEsdwhlPQNDnh4cbkNyAI1
PeFVcDraajqXPmNgRbnncLen9mlwUA1q1b//ALdfjzj/APG+2H/Bb/1Gq9/n3Cft+4oX9mrw
RB1q9b//ALdfjv8A442vH+5b/wBRqEY3hR0efIrHfaj404J4t464a1LB83PTUtQ0v+nGbprk
sU532FpyhXraNq2/GNo2E2ZxnBKWsjrWBpkA3bOBvYOHDTUKr4vX0lTJEYnX3Tnl3LZyO21w
O9JB+eK5bPf/ALnJjxjGf/jna+1uhb/1GqzHG8L13z5FckKhMNTeJqrNs3UzMT77zZULEpW6
pSbjobEaR7aoY3xUccb9WtAPeAFkFQ5r5nOboSUkdaWqTcCVWWpJCTbUE9YeuuBkmwIvmute
Fe15wHwrw2w5h2TqdaEvSKZLybSRhx8AhptKftKftjxXWbA7Y1lZLO6Jt3ucfbbxJK1yLGsI
jja0PyAA0PBcqKrPzFbxdWK5NlSpqo1B+cezb5nXVOG/8aPZFDStpKKKnGjGgeQAWU1EvSzO
fzJWyuyj2gsGcH8B4yoGN5yflJeeqjM9TjJ01yZBJa5boOT1dUo33v5Rhf5QNk8XxyvhqMPY
HWaWuu4N43GveVcsExKlpKd0c7rZ3GV0n7WXGrhfxlwngpzB09UJmvUaffDonKQ7LJMs82M1
lr0JC0IOXzJgfyf7ObQYBWzfTow2ORo0cD1geQ7CV2NV1DWQNELruB5WyS3sm8fOHnBrhrjS
k40nqhKTdSrTU1KiSpTsylTaWAgklGxuNoLt/stjeO4jDNQMDmtYQbuAzvfihwXEaOkpnMmd
Yk8r8Ei7WvHXAHGbDWApbBU5UJt2kT009OCdpbkqEpcaQlNiv1tUnQbQv+T7ZjGcCqp5K9ga
HtaBZwOYJvoiY1X0dXC1sLrkHPJYoUyFpKVC6DcERvhaDkqWHELpPwG7bkhSMB07B/GJU4l+
QZSxJ4ml2FTAfaSLJEyhPfC0iw5iQQoC5ANyfL+1P5Oat1S6qwgAtcblhNrE67pORHYbW4LQ
8OxyExiOpyI4/Nabm+2H2f5KlLmxxFl52wuGJKQmXXlnwCeWNfbaMxi2K2slk3PopHaS0Dzu
p92JYc0X6QLnT2le07VOOE3KYdocpMUHh5ITImES0wQJmovpuEvPhJISlIJytgmxNySbW9H7
HbFt2fBqapwfO4Wy0aOQ5k8T4WsqLimK/S/0cQsz1VV8BcaUPh12w8B42xK6/L0KlTby5xyW
llPuJCpdxsWQnVXeWNotG1uHVeK4DNS0ovI61gTbQg6pjhk0UFY18hyzXQji12yeCeMey5xB
wlRavWnqxWKBMyUkh7Dr7SFOuIskKWdEi/Ux57wbYbaajxenqJomhjHtJ64OQOautRilBJA5
rXZkHguS6UnIB4CPW4HBZrexRiUnW4+yDjJFKPAIG1xbWDpNCN7eyBQL4L74J6QS+aTewOaR
zXjgAURrpHFBE4ujBQcoNtbiBslb3RiW1XvbXzgQF10qQg5BfaD2RC5G5QE+3pClskne5XhH
dAv1gLJRut0SpBKjaAtdLhwshck29WA3Sg6UJrU6VX10hqXIwYk6jcX3ho9xJT5otkkp3uNQ
d/OG9k4ubIJOtunnHFcvL9228BqjBBNwoxyNYLzUov1EchShKri+kHCTIshAHP49TBgikoCh
3b9OsARlcIRmgKsIISjIJI0G58YKgXh2McUJQO8Uqt3Sb2guZXXVtUng1inEHAui46wnNSeI
ZebmXJKapJmkMTzE036yEIWQHQU2UMpvY7Rnsu1VJh2Iuoa+7CMw612kHmRp4qfGGPngE0Gf
Mcb/ABVc1Sl1ag1JUlXKPP0SbTopmfknGVD+MIulPX0VUwPhkDh2EFRElPPGbPaQU3B9kqH0
gMP+kZzSG4+2iGH2bghwEmO6SPmg3H8kclQUApJBT0tCwIIyRSLIxBOW979IUbmUi/kjQo31
6dYWDjxTdzBwQgs5bXEcHlEMbRmk5m2w4pGfUbixsDCRqGNNiUuKclt7L70lq/6RMG6dnMIv
QEcCjRMMndwfbCnTRfaCQMbwcgUcyHJucRKyMu/PTKzZDUswtxR8rJBhCWrpom3e8Ad6Ujp5
5Dk0qXYk4e4swjgSl13FtOcwuanMBuk0yeTknJtI9d0t7ttp0F1WJJsBvFTg2koq/ExQ0Tt8
jNxGgHK/EnsUy/DZaelM84tyHFRdLZTdQ++L4Aq1e4sjLHLcCDWQIellXsBbWOXLxL7I0Lo1
hPpYvtBGMbznZC58vlBDoBG0D0sX2gu6OS+iEl9kqB5ibeNjAiWL7QRHMeBojxMS42dHibCD
dNEPrBNzHKdWlKQLi+58ocBN8uCAUk3gLJVpARfLJ6W90BZL3ACWMYfxDO4RViCWoE9N0RL6
pdU7LS6nm23E6lK8t8htqL7jaK67GMPjqTTSyBrxwJtccxfVSjKKpfCJWNu08QmAqaSspUoo
UOikFJHxESgnhcMnBNjFKNWowGXUbhwDy1hQSRfaCTLZB9Uo9LcupJUXE39hg2/D9oJu50m9
YAr1TSFJKkG9twmDXa4XaUUPcDYpveSebpsISenzCLZoglKUXUrKB1MJXFs0vmTkivSGQQS5
t5QkJo/tBHMT+SNTMsEj6UA9DComj+0m5ikHBK0TLB/woOughQTRfaCTMcnIo/nsE6OX66Am
BM0Q+sEn0cpPsoQeaDaVhwZFbHxg/SRgXvki7rybWzXnPYIF3Ui/tgvSxfaCHo5fslec9nLb
mA+MB0sX2gjbj76e5SDDuE8U4tqAlcMYdn606SAXGJYhpHmpxVkJHmTEJX45hWGxl9TM1vj8
NVJU+H1lS60bCfRDxjhd/BmOWcMz9Slp+vMtc2qtyLnMYk1KAyMcwaLWBqojQE21iDwHHTj8
0k0AIhbkCdXHibcBy5p/iFA3D4msebvOZ7OxR9SdLH74vqrgRZQMxsLRyMvsgANrk+cBYILo
WQ6HLcmBsg3ghFpKW7rsBvfwjjkLlF37nJEOBgn9IkWhEyRH6wS7Q86gpNzWAb80C0E6WLmE
r0cnIoQeYt+kT7fGDdNF9oLujk5I5C2yLoVnNvshRr2v9k3SLmuacwhEC/Sx3g6KvQgAk36Q
CISeCGpGfXcddOsDZN43Oa8sd4IYbJV7d7wNk4JASlDYvobDrCgCRc6yNCRc2EGskt7iUY22
VKNxcD7YOBdFc8AZI8Mp07tzBw1IGUofKSOgJg26kukJQsg/UHwjrdiNvKFEgtn7ogi4EK0t
aQkyl7WOnUXhsXck5DbIFxffSCI6+666awK4oNtCbaQFkbivgm/S46xy69l7l7x3NtoFDdeW
yq+3aAsi6ozN5aQa6DVAUv6PzgpKHik6lK1v98JklDkULONOmu0dddZF5gVG2wMFQ2yRiSc2
kGCJwzVisIMx2J8RJUpQVTMeSL8qtKiktF+VcQuxG1+Wk+6M0xCJg2qp7i4fG8Ec7EFWWne7
82vt9UgqwOF1O7WWO+EMrifhzOTlVwe7Mvy8t844qlTmUy4ppf0L6VFIzJNvERnWLYnsPRVr
4pqdzXjUsy94srVQ4ZjtVA2WN4LTzPzUjr1O7ZmGqS7O1WnSjcs2nMtTVQpThtYnYM36RXht
FsE54ZaW5/ad81PxbM7Tzex0fmFTGEu1DxHluP1FoGIp5l6XVNJE6y9IyL7S2g4lLqe60CFW
USD5Rc4cOwLE4HtpWyNcWktJe7W1xxVbrIsTwuZrakt1zsAeKbcaUReGuOWNcOrUV/N9bmGk
qItnQVlSVe9JBjWdmas1mCQSHXdF+8ZFUnEY+iq3hR9Oo0Nrxbr5KINr5oe6vD8YPmSkgLBe
e829sdfkUNuatjgtjuewRxpkZVtUuqiV99NPqDU1JNzKWlO/RtzCAsGym1qSdNwCDGd7XYQ3
EMMfLGS2RguCCRe2ZBtwOisOFVZgnEbs2uyRkrxA7QlV441jh7h+opruIqamadmk8iQlWw3L
vBlSgVtanMoWA6RnE0GzNJQQVc7JLSgHJ7sieGqssP5zqah8MJbdvMD5LzEmOu05hOnqma1K
chkJKszb1Mc23tZryhiyfY+Q2ayX/qH5qS/N20B03fJUpUO1LxQVPMU6oVmv05mafQwr0Gal
5cEqIGvKSkkaiJ2lptlJJWg07n3P1n7w95Ki6qHG6eMl7g23ZZWljQLVw34PKnpyZqVTnqPN
1KamZuYW66rPNrQ2CpRJsEt/bFs2dp6du0dZ0LQ1jNxoAFhpfh3quYnJIcNi3jcm5Kh4HeuN
fGNiVJCM3GljeOXWUgwnh9WKuKeHcMhXKaqE6hEy6R+iYT33lnyS2lR90V7HK9uGYXLUn6oP
nwHmpKgg+lVbIxxKnDPF3i3xE7RWIcL8KZVn0aUlDOydMl25KVZk5BLgZZALjZKlEZSdbm5M
efqiDAsJo4pMWEj5XgFxDyMzna18lpNOMSxCd7KItDW5C44DLVSiYHa4l0ZnaShIy5tKhTDp
/iYgX43sDH7TZv8AG75qzQbN7WVBszo/cFW2MeLfH7AFBdqWKmHpCSaJzqQ7TXFaAE2SGrq0
N9IeUWI7DYhL0cDJifvu+aLX7NbW4dCZp3RAC5yIJy7FL6rjjFmLexq7OVesM1Bh3FjEklbV
OYadUyqWU93nEJBKSbaeUXmHBcPo9rKWGn3twsL83OIJuLantWdyYhUS4PLJJbeB3cgAq5Eu
dBuALCPRIjWTGoZYoYZSANNYUDE3dVE6Zr70dJ6CwgejKSdWEDIqx8A1jEFOwPxTw/h6tTtE
fncP/Osu7JPltXOk3ErUAR+s2Vg+wRh232GUjpqOsmjD2tkDXA6Wfl7jYrStlq+V8U0DTZ27
cd4TRhHHHaFx1VsSyeDH5/FaqAmW+cXpmckkKHPQpaModbKlaJNzFNxim2NwSrFNPFI0nTde
QPXLVWrDTj+KwGeBzSBzbn+MkzYq4q9oDBQKsSU+dkQnNcD0BVinf/AxHRO2NmNmMlP/APN/
/uUq6g2n3bgs/wAB+SiGGe1ZxAqfEKn0lE1MsvOvEJVNSki6yrKMxCkhoEi0TVNhezFbL0MU
cocQTcyHgOwqBqn4/Qs6WZ8ZbcDJufvU54koLPaYx2y+4lahUzYpQEJsUpNgBYAa2sPCND2D
udno94k5uGZvoTxVV2jDvzk4tHAeiryoJSHAUkEHwjRJByUFTFxbZwTYkAzcsDqDMtjUftiI
msP8mf3FTVOP0ze9X3jbiRxeqnboxFw1wJMyfpi5ybFLpyWZKTZQzKpTmSlTjZurKc1tzZRj
zNTwYJTYHDXYi2Rxfe5D3c7aXWoE11RXOp6YtFuYHJPczQu2VJySpl+itCXSm5WJ+mWt/iYh
pMb2Bh/WNm/xO+asEGz+09U4NiMdzzICo3FvHjjPgaoMy2J3nJF1x8M5WlU51QUVhGyWr7/c
YnsPl2OxMgU8cxvb67hr4pnieDbS4RH0lS6MDssT7laeLuIGNpzs44JplWrDL07iF+bmnXpe
mMMPpk2lhlCVOISCcyg4T7BFnw3Z6gl2okgj3uigAuC9xBcc+J4Cyp1ViVRHhTZHW3n34DRM
vCibdofEKtVKntMGbp+EanMSpmWEvIQ4lm6VZVAgkHUXG8XHblgbhMcbCQC9gyNjYuAOYUHg
Dyat7zmd0n3J4wHWe0xxKwnWK3grk1ak0ypqp01MTE9TZVfOS2hw2bW1my2cTY+3wjK8Wfsb
g1aaWpjm3hye4j1V3w+lx/EoOmgczd7QAUgxPijtL4SbvW5dDAI3ZqVMWRrbo1EXFiWw0rt1
sc1/vu+atEOyu2NQ0uj6MgdypI8VMacQOIsrg7ElUry5h4gModqyHJdI5iWyAhqyR62mkaDg
0ezDy59JTWeAXbzrE5C/G5VHxalxugkbFVyDM2s3vtwVkY/blf7JDHiJJpLEpLVRUoy0B3Up
ZAb+0pJ98XDYWItwFkp1eS4+JJVTx9968t4Ny9yjWQWvaNNsqpvcF8W9AY7dQb1l8GyTbz0j
rIpdxSrkEp21HhClrpuJRdJZpoplRcf4VF9P2hDGsFqV/cntK9rqhtuavnFmMeMNb7ZmIOH3
D1Uu6+1z3JORQJGSYYl5ZDQUc7rZur6QHxOpjytBDgFJgUOIYmJHOkLhdr3a7xGl1sf851eI
vpaMtG6AcwOXNFV2m9rjDtMcnapTJdqVQASpusUpenS1mtYixjOwLnboZNf7zvmrPBs1tbUW
EfRm/cs/VntF8WqAp0VN2YaLSM7mQ09dhe2wa38osETdkZ7bkUuf/Md80xrcF2nw8EzmMWF+
BU3xpUqtX3cHYgrM4ibn6jh/muFuXQwlJTMut+qgAXIQCdI1PZKlioayvpYb7rHttcknNgOp
WZ4xM+eGCV+rmnQdqhRR0tpfeNQVURgQQn2+IgbJO6OQ3vrcHQEQYBImRpdYixR4QAYUtZFL
iQjEpsjxHlBrJNxuUehF0g+Ohg4CbudY5pQhFkAWAhdrbJnJIL3uhm1/D3QeyTaTovbAEneB
txSLpL9UL2x8oHJJ7w5quSsk3vFPutLsiSrTui+sEJSluJXg0V5wCCyGCSQb6eEGCEhGW7p6
wKJxQwDa2oPsg4XEr21l239kCgXgSCbn7oBBvckG1jsfdBbI10UpBO2ntgtkKKWnU6ECEyjX
QOUco0uPujrFdcoJQq5BF/bBbEI1wjUghNxoYMAiZKd1qa+YPk95udcNnK1jVx5rzakZOxP8
d8D3Rl9fJv7TB3/BicfFxy9FZYG2w+32nD3LpF2T2E4H7J3DHDaZNylPqoTL9Sk5jNzEzUxd
51SgrUHmOKJHTbpHlfGz9LrJpSb5mx7Bkt3w6LoKSKO1shfvOay52yuLGNKFi+o0JuqopgWC
ltqUVZwi3eUeoAukg9b6bGHOC4PQzuEzm73forWMTnpaJ0bLAnLTPvXK2Unnm+JlEqClnMZr
lqWVXUA4Cm9/bYxuuEvENYzleyxbHA6aAvPD8eq3lxhWmc4s0HFDd+VifCVOqd/1nQyGHj7c
7KovOyR6COooj/upHDwJ3h7is+xXrlkv2mj5Ktbd7X4RpdlXNEL63n0hSxCTJGqCfWEF0KPw
TrQBfiLhn/jqT/l0RG4kP5vl+6fROaY2qGd6vjhfOt035YPiGtYulUrWGwB1vUGtPsjy7tD/
ALL0PcPitg2eZv4vOOw/BXl2qZylU7skVbEiOUl1shDJtZfMc7oAHXfbpvGdYYx8tYxl1qcM
zaXfe4aA+fD3rifNTL07iimTD6ytZqTFgVE2+kGgjaaFobUMA5hZnjMjpaV73arf3EZtKZLg
4lI7o4eyxSPDM++TGlbL54tiB/5n/iFlOKn+SQfd+KgwTZNhc6WjVxkqcEelJFvvtBkUkKwM
JuGg8KOImN1LyPok0YepC+omJy5fWk+KJdC/44jK9qXfTq6lwsaOdvu+6zP3mytuEgU9NLVH
UCw7yrm7FOEuVwlxPj95S25vGNU/MCh3RElKZmWCNAUKUvnKIuQRkMedNr8QFbirgM2t/HpZ
bRs5Rmmw8POrvx63Vjcdpit0TBc/MJxFNoU2zmaSH1BZK15RYjcHYn6trmKZTwwSSAFg8lot
C+bfsCVxx4oYkq1RxV6JO1KcnkS7igozD61A30sMx8NI1Ogp4oo7saBfkAqttBVySTBhJIb8
Vqjs31T8tuyjjjABd9Iq0nJioU3qVTFPJUUjzXLrX/Fi+y1ToWUOKD/cv6N/3H5A+BssNfTg
zVNDwkG83vGqfJRxMxIMvJNwpIMel4XCSMOHFef6reilLc0fa4uYcWTRsuRAKPZbzE9INayb
Sv33AqwOG8sn922Rlj3kTdHqbCx0UDJO/wA0ZP8AlCAOzr3DVpafJwWjbFyP/O4aTqCPclfY
9qaKfxY4vNuPKYcdNIKFoNlAiXe2+Medfygu3sQjJzu34NXozYaInD5N3g74uVgdrviXP0fB
NGp2Zt9c404lalIBzAAZbX8TuPCMww/CoJpxM3h+CtppcUlpaSaJw6xsAVy4wepT3aBwe4o3
ceEy4s/tGPQGzeWI2HAH91YLte4/Qw7mR6hbV4sSjjnab4glI1FV0v1+jRGn7CRl2zrCObv3
isl2iq2Q4wWO4geiq15DiUFK0lJB8I0FwIyKj43seN5pukyEH0yVAGnpLX/bERtYP5K/uKkK
c/p2d6tCYnBTfluETZKgGp6uqujdP5rvHlysF9kaQHj/AO61/DQXY1JbgD+6uhvEzjFI0rsX
V/EdZW7NJkpMJQpgnOVK7qUq6ZVHTN0vGFVGEmoq2wx5Eu48uK2XDao05M5bcBpJ+a4A4ixR
U8Xzrtcq0wp992tSqEBSiQhIWNNfiY3bDqWKknjiiFgPms5xirkrKWSV54hbrxqLYM4LHYfk
k/p/z56Ni2e/2kxH7zf3QsexP+q6fuPqlfD1N8R4tP8A9yKr/IQ426/q2L+0j/eCb7P/ANJf
90+ivjsLVlErgPifTl6H8q3ZhIIulVpaXBHwjzV+UIAY2XHuW57IRufhdxwPyTZ25sRYcodO
ptMYkAxX1pS6Fskhl1twK1A8ep6ApA6xS8Cpppazfa67LeIIK1MV8lNhjm2Fybdui5x8GnlT
Pa7wotZzEvJvfzmmo9DYILGcD/hv/dWCbRvMkkJP2h+8FpzFySePfETr/dPO/wAuqNX2LH+r
dN90eiyjHHfzlJfmmZKCdAN4v9lWXOslAl8xF9/GFAwlNHVDWcUemWSD10hYQlR8ley1r6o3
laDT4Qp0Sa/S4wc0knW7yo8A6jT+EIj6+O1K/uUph9U11S1t87q/cGziad8tJPPLHcMpWUK9
hal9/hHjHHAf9B6X7zv3l6YwAb+00zf2R6LTvGrEVIpvZGxLWFasBgpbaSTdtZBsAf1TuPMW
G8Y5HTunqo2t9q48lu+DzGlqC53sgOPcQFwzxXUHpulTr0woqmn2Sp252G4EbTSMaJWhugIs
s8xSpkq4ZZX8QVsavovg3hn4fkwv3fnz8eg9nh/O+Jf2jP8A82rzniZtR033T+8VGigWtl1j
RbKtA5arwI6bWjt0oSSBcJShJyKAgwCZPALw48EMNkrNxaDhpXb4ASkNkW0+2FA0pqZBzShI
skQ6azJQ8tRZ57EK2m0KFtkxbO2SwJ1XvQiAtmlRJldfAax1gudJut0QtPH7I6yQMluKq3N3
NNYo62BeGw1MchF0IfV0jl1kNA7t7dYMEB1ShIBGh9sKABJkow+G5g9kmSvOg8I6wug4LwA7
/GAQ3BQSm6r6giOKNfJAKbjw8fKE7XRwbL0I010gbILr0IsLW1846yDeX2S51tfwjrXXXyQF
WQ2VbZRfaCmwCEXJUp40SJc4RcCeG7b3ob1QpTDkwf8AanqtPXKj5hpKDGHTTgSYjW8iGD+6
Ln3q7wRGR9PT8/ibLphRmXpF9p1iZSGZbujmqIQEpsBcnQ3Guh8Y8yym8ZvxXoqNoMzQAubn
bFm265xmqdalJhmYNmJebmmEtlLrmVYW2lYIUsIyIQTltcEaZbRcdl95tIGu43Ppbz1S2PQ7
sZMYsBlfiddeKwdULokS8LlbNnUZd7oIUPujSonFsgIWT1jN+ncOxdAqzMIr3Yu4OYnbUFuU
6dqFCmFDohRRNsD4OuRoWFyCHaWZvCZjHjvGR+CzOpaX0DT9gkKvwAALbfdGqAKskoWl/adx
CmiTtzXw1NoHVFvYJ2oA/wDjGwuP/Hcn/LoiMxMWw+X7p9E4pT/Kmd4VnURP/wAqxxHSbWLd
XBBJH/zg14GPLm0P+zNB3D4rcNlDbGqjuPqE7dq5cwrsstlFQWiX+ckIdZbzOcw20QrLdKQN
yTYnTeKTgdvpunBadiPVo38P8/Rcy0/7LUo/+M2P+2I1mk/pTO8LKMU/oLl0N4lJtL8GvPh3
K/y78aVsuP51r/7X/wAQstxb+iQfdUDAG3h1vGrqnC6UNhKWVuKNkpBUbjpBtBcpvK+ykXGF
idpnBzhtwqpikNYiqqW5mYQ45kHzhVVpQyFHoW5YIPlmMYFPXNdU1+LO0Z+iZ4ZuPn6LRqam
cfotA3V3Wd8F0Uwdh+Rwzw1pOH5BeanUinsSTC3nO+ptpAQklabakJBva1+keYp5HSyF7uJJ
816MhYImNjbwFvJYb4zV+o4r4tVCTptVVNpaPLTLyzillZSMwzqALLTaSlOYqI7wF9SYsVEx
kUQc8a8/hxJPBWFrXtiDWdvmM+4eK50Y8lWWMVPql5tibacAcQph3mA3FySrxKr76+MaFSuJ
YLiyzbFmASHMZ8lY/Zjx0rAfago8+pWaVcdS64zm/SBvuuot4KZWoe6Ldh8La+nnw5+krSB9
4ZtPmsrxf+TPhrW/UOfdoVszE+FkYV4wYmw4yoLkZWbLtPcGzss6A4yoeRQpMbNsdiJxDAon
P9tnVd95uRWHbVUn0TFX7vsu6w7imkSS8xsL36ERoG8qNum+qXtymVAsOkEJzRrDipzw4bP9
kFQAf/oNR2/8idjKvygf7OS+H7wWi7GX/PDe4+irvs5pd/dl4nNsvFBKKYSnUA/m7mpNiABH
nPb/APpkf3R6NXqP8nlvoUt/tfFyi/a5m0P49wa2ueRMzTMs4CyzZaWEkfWV9VSiLhPUAm50
itYGD9Gfyur5iIDagC34sss4G73aMwUi1/oHzGs7Of1jfv8A3Vj+139DA7R6hb64kNA9p7iG
lSbj510/xaI1r8n/APs8z7zv3ivP+2t/zxf9keihTlJTMJBUgJVa+sac5rHaqlU9VUQCzDkk
D9AaaclVpN7TLV7D9tMRFfEz6HIRyKs2HYpO6qY19jcj1XmPpfL8rpMki4M3XiLKym4lx1jy
ZWjd2Soz+PbC9LYK8Px+ZvIH9wqXcZ33l9hzF7KZtx9hTDbipdkLKVZXR9IpQBQkIP1bi584
z+AD87xn9r4Fa42xwma4v1PLMea5lSq74ZYT412X0/hCNNhH8sZ+OKyypN8Pk710dxq2fyI4
JaXvhF//AD5+NU2eH+smI/eb+6FmOKOAwyn7j6pbw8b/ALpMW/8A4Hq38hDnbkfzbF/aR/vB
NNnnA1Ug/ZPonnsku8is49BUEc2uvtnM5lCvzZiw8vaNY82flFG9ib+whejfyfn+bx4+irrt
0OzJ41YZcceefY+ZmmkrWClN0j1UhQB0zEE6gnziJ2VANK49pVhxpxbNugWHLLlqsy8CElXa
4wkFf7a2f+stRtGDaz/2b/3Vi+0Li0wH9oeoWscVsJPH3iJ54nnv5dUa1sS2+zdN90eiyDaK
o3MUkHamtLSc4OXURozYxfNUaetLWdU6pWhqxHdv4Q6a0NVWmqHyG90YGrkfzQdNS8r0s3N7
eUG1RC480im2ryyQP9tRr/CER2If0KTuKlsMkIr4rcwrKmlcj5XOcVt3atY3t/gmI8VY2L7D
0n3nfvL2Xsq8/wCl045Nb6KZcakTy+xZipTE4pxlpbEw42hR5eTmZSsqIy6gkBKSDfaMtod3
84x3HMLdJ95tLJbI21y8R5ea5RVWZMzK1FZ1HLNvKNcgaGOaO0LM6s/ySQDg0+i3zXWAcGcN
E2/8F12/9Ofj0Ds4y+L4l/aM/wDzC824vOWUNI7m0/vFRsyqQDYm9+saOY7KpisJKDyO7YpC
iYS3SlxOAcjZHIaCB5QqGcSmr5y51uKNCRfbrC7WAqOlqDGO1e7fzw5EYChJKxziQChWubXh
QNsEzfLvSXJQukEcClIHNK++2E9U+Lg3IL47GxjswhBa61+a80847NFLQDb4qrRpex38Yoi2
grz61xYe2ACDVGpAyjYaQYBBdGpsN/YIOLIpuhCwNxtAoDmjBBhmkyvbwZAMtV77NI5BoF9q
do6yHQ5oVjB7JO4uvQNtLeUBZcXa2QSLnWOshvZeWsbjceMAQj3ysvBJuz8yxTpYEzM48iWa
A3KnFBA+0w0qXtigc88AUtEC+QBXPXZD8qvljMP0KSYE3S8Lz5S4Ae40zS5IS6V26jnZdPEx
5nxWfoNk98mzpnOd/id8lq+CQ9Pjrcrhg9B87LfUtLlVGcUhJccDZbSqXfOYA6aAC999LEaG
+kYDUybrCt8oo9+pbfIX4rmN2i1MVLjXjeRZcam0SrEqUzJyj1WVBCMzaUpKlHNcBJ7xV+0q
NCwAOjoonHK5OXj3n1TTEXtnLmg36t+0nO2fbnzWI3UZ2bHqLXt4xoV7LNHNuLLZPBycViL5
NTiFRlHnTOHKlTa00OtkOLkniPc42TFtjl3MQoKrnvRn1HosykZ+jnh5G/wTSixQDbcRtzdF
SzmhAG8Ki6TJGqENrwcJIk3UgwnKuTvGDBkmykrdfxBJNoSOpMwiIfF3hmGTOOgafQpzRguq
mNHMeqmdEnWpn5UHHk606gMPCqlCyqwINRbAjzRtDGW7OULT9kehW17KvH54qD2fEKVdq0uj
sokNzMsyz84sKmGULLbijqEgNlNiLm9wobXsYz7AyPp4B1sVrOIj+QPf3eq5jN/7IUY9TVGD
/liNbo/6WzvHqskxP+gOXRfiWn814Maanh1K/wAu/Gm7Lj+da/8AtP8AxCyrFj/JYPuqAtsK
uTYgeMawGqlukaFN8E4aRiri3hvDkwoMyM1NhyouqHdalGgXX1E9AG0K+MV/aCuGGYRLPxAy
7ScgPOyPhsQrq9kY0vn3BPHDxU5xb+UxqGNFNOIpFAbfqxshKkNvTAMvIsm+2VkLULDTJ0jz
TtO/82YFT4dfruG87vdmfx2rcNmIfpmKS1pHVbkO4ZD4+S1vxPxW3g/gvVJ9uYlJWcVKqDHp
CyhDivDTRRG+W2viIxyGPpZg211t1LE58l+Az7lzAqnEJqenOSt3mSTUu5LqMv8AQ50BR5dk
LSMuqlrJBNswITeLuykLRfjkc8+/Ty0Tl9dGXboI3fI+/wA8jkOCrPidTpiZolPmnUKVUHC6
66i11HuJutXdChffveJ2iWoJGhxA0/GSgMchdJC3I72Zt4a6X8/cqTo9RdpdblKox+lknkTI
ANswSe8PekqEW2mndS1LJm6tIKyapgbV0ckJ4hdXqzOIxPwJ4XcQJdfOWmVVh2qOJN7qZAdl
HFfvmVhI/wCDMaZs/K3DtpaikH6ucCVnj7Q8/VYnjsTqzA4qg+3CSx3homdKDG1rJL52S9DQ
5XW1raGE0roFL+HSD/ZAUAW7voNRsf8AmL0Zft9/s9J4fvBaDsbf87tJ5H0VV9nYAcbOJQIB
0pdhny6+juf13jznt9/TGfdHo1epPyd/0KUj7Xxcon2x1qbx/gRK3uYr0GYVZSU57XSBnISC
dBYZyTYeEVnALmnk7wr7igAnYQOB/H+Sy1w6Vn7WeE2dw3KOC3mUExrWzwtWg8970WMbWn9B
blu+q6G8RpZau1LxDIByiq6W/wCDRGs7AG2z7e93qVg22Ld7Fyeweij4aASNLWjT1nxB0SKe
BysAD/vlr/tiI+vzopO4qRw7+nR94TLj9pTnyvLjYy39KxBbNsfzcfGPI+Ind2Qoz+PbC9Yb
PC+01R3f+BRvH51LPYaxGgutnM9KpbQ0sBSSXUkgoUm6dBuFHTS0UWh62LN8fRarUBzMJkty
HqFzZkTeWZbvp88Syv8ALAjSYQPpTFmlRlQS966e42YP5HcEvLCL3+fPRrezjL7TYiP2m/uh
YzjdSI8FpnniCl/D6TKcRYuWdvyHq2n/ACEOdvWBuGxf2kf7wUfslWmorJBa1mO9EHsvtpl3
+IMy6tpppnED5W4sHuWlmNbgaC3WPM35QrnGXtHEhepvyeODsHbIe34Kgu1rV2MSdo+TqDNi
hympAUl5K0kIUUixABOwNyNiBrBMEpzSUIjOvHxUtXzCqqnPbpw7gqo4CfS9szC6ANEuN3/9
JajU8EGc39m/91ZHtS4Awffb+8tcYsbJ4/8AEUDpiie/l1xsewzf9Wab7o9FgW1su5jEoskT
Umo77GNGuAs9c57jmlamAlsX3A3EcDdN3CyIS3qM17bQZJXXqk2BCTBrItzxTdNm0sBax5qP
+2IjsQ/ocncVKYZ/T4x2hT2vqyfK2PgBJJeqaSFC4IKJfS3X2R4vxkf6kUve/wDeXsvZY22v
n+6z0Ui7SM5LM9kLEkldDrzT7IQW5gJLZLgBKkkBWhsLAm9x7Yy7B2l9ex3et9rnBlNIOzu7
j2rlI64RITaFblk3Ea6wddvePVZVUOtTSA/ZPoui+IBbBXDE+OFl/wCfPx6G2ZZfGcTH/MZ/
+YXlLH6jo8Pojf6rv3io3fW24tGmdHkqGKt2nv8A4L7eEXNspOKYyOvovraamwgoaSbJaSVj
G7+qPbZU4Rba+8PmtDQqjPUvlcbnJKDKANp171/CD3TEE2siSwvNbQ6wU2snTJC05L4srCfV
2hMjknjJmi99TxXgSTsNITsOCW6Y2JcUJLZVsCR98DZJGYgXBQ/R3berA2CQ6cqoQNTvaM8G
i9DnQIXTzgURHJ9UQcIEaBcG4gyKhDQ6ajrBgikoWm9767QYICvh62+kcUX1RqRt9kLNCbvP
uQwkWvCgakC83svbW9kDurt668/qPKAyXXQTtt8YIQlQbFAIvqNIIlb8CrK4NU9mpdq7AiZp
IXT5GfNUnQRccmUbVMLv7m4p+09QafBZnN1IsO85D1UvhrN+rbfgnjss+k4s7evETFU7KrmA
zh9VpxSVFtt+bmw6pGb1c6kJBsdbAmPO+3LxTUVNSA+yG5eHzK2TY6PpKqaex0OfeR8AugdY
nzJ0NiVelXHFTrol2khGdLhsScqFEAnKk3vYaWJsRfCKnNi3HDY7yOeD7IJ7Vy04lzcrVOLm
IJ+nyL7svOMKDTTlnuet1BSHnVtKKnVWbVa/cSRZPdFlajhTHQ0MbHnMeFrHTPTXv5quVdn1
A3b5jPjqOY/HJY+mZb0eoTMoVJcUy4UFSU5QSPAGL0DcB3NUeSPckczkVqDsfuio4+4g8PnF
gjEWHqlIstk2BcXL+ksn28xkWiekefzP0o1hkY/wvY+5Z1VR7mIuZwcD80VIuFdJYWTdWXve
0bxvsDhJC1w4rO5QRIW6JaASkeEOxzTY7oNkdk0GuvhCwBTUvzVn8JG26Xj+f4iVJv8AtFgm
TXUnVq1Q7OqSUSUuD1Ut1QVb9VCj0jPdq6k/QhQRH9JMd0DsOp8ArFhUQ6Yzu9lmahfC1Ew/
2nluvjmzS8MPvOlaFKBUqdYJKgNbG+sZrt7C2lo6WIfVFvcVouxT+mrpn8x8Qru7UsxNMdix
6QZllLlXZ9oKcYuENpHeJVaySLgADUnqOsYfgpDsTBJ4FblXxk4dKRyHlfvXLpDf5/Rj0FSl
/wCUEbDRH+Vs7x6rIsUH83uK6P8AEhr834MADX9zmU/l341TZYfzrX/2n/iFjeNPtSQH9lQt
LYsLRroas9dLfIlT/Dzww5wE4kY0WrkzM003hikuHQhcwObNrH71hBSf+EjKdp3iuxSlw36t
+kf91mefirhgjTT0M1ZbM9VveclaHY+w8Zfs61LGk/IFmZxbW3p5lbiEgrkmwGJWxv6tkLUL
29Yx5e2uxA12MPcDk3Lu/AsvSOzFD9Dwlo4nP8e9Z77XvEV2c40zOCac9MegSEqgOoKkpbzu
AKv3FHOoJ0usX18hBcGpQYundz9FcKio6KHoGjM6/j4aLFDVBnsS/lBNScy8x+T9MD7KGzYO
vlWbKfG6En7I1nCcKdXUs8v2G37+zyusex/FzRV8EbTa5t55/JWxwppzeO20yj8ktaHyjP6O
2lbuQlKi22SrMm+U5ii6jc6HQRnmIyfQ+sD5+py9VteCsbidOXuFrD3ZEgZ34cNTqqExXQZz
CXFqq0aek1STrEwopYW2pBShRukZVajQjeLJTytqKZsjTe6zWtpjQ4i+IjK9xysVvTsrVj8s
+zZj/hc85zai3ImbpKVG6vSZG77VvNcup1HuEW6SpdHS0mJt9qmfuu+4/LyB9Fk9TSNbXVNC
fZmbvD7w/gpzIOJnKXLTAF+YgH2R6XikEkQeOK85SxujlLHagp/allrAQk2GWBLrI7WXKmXD
+W5faAoNvVEjUR/1J6Mv28N9n5PD94LQtkW2xZufA+iqDs8pLfGjigcilJT805iD3f73c0Me
dNvj/LY/u/Bq9Q/k9b/IZfvfFyjnbUlGZOSwNWUyZZHLmWXHVqSrMRZYSmyiUDqRYXJuekVT
Zt++6SMHktExlphp2yvOhPDs5rGPBd92d7VGHZp7RTnOFvABvSNpwVoZXNaOR9CsA2gkdNQm
V3Ej1C6hY9ZzdpniN4/PHht9GiNN2D/qBve71Kxva7+tfAeiiq2gLjL3RGog5LPzkLJsnGSo
NWGa0y2Tp+2mI+vP8jk7ipHDxesjvzCaMcyxd+WN5WVtWebxDo6klP8Aew3tHkPF3bmxtIfx
7YXq7Zgb21M47P8AwKVdpeXmm+w3V5YMONSyKhJlTzZUlo2WSEKsQkqJ1AsrXwigYS8OxJp4
2K1zEIgMNeO71XMWUQUzLCf/ABnK/wAqI1SDOoZ3rK61u7RS+HxXVTEraHeD/BSpeukSFSpp
NtEramyux9zojXcDeIdsK+I/WDHe63wWAYyDPs1Sya2uE54Gb/t9i3/8D1bb/gYc7ff1bF/a
M/eCZ7F/0yX7h9FFuB7ipHhbxdnWw0HhiJ5ttSk3UCWJbrY6ezWPOG2bRJtUGHS4PqvVGxLj
Hsg541sR6LOPaHbX+6xQ5h5p5h1dEKQ0+4oqSlKzYhKiSlJzXGwOukdSuvvjtHoptrQI2c7H
1UK7NzZmO27h5ItcBs/9YajQ8FyM39m/91ZRtP1nQ/fb6raOJJMq478RlgWviee9p+nXGx7E
G2zVP90Lz9tcAcblRLMoRfS53AMaCSqOWkJUKU4uxAsNxcaCCmQNS7Kd8gsNU3vU5aV2X3bG
x0hYOTRzQHWtmiFyYSCQN9do7eKHo2DU2UXqd0pSki45yNbftiG1dnRSdxTrDhu4jEO0Kf4i
YLnyvT6QlCgmaqCjzE3FgmW+B8L6R4vxs7uxFN3yfvL2XsoN7a6f7rPRJ+1DPLV2csT8xh0M
NTTRStKylpSuYEpFj3VKGa+g0FyDGe4Iy1RH3fBbPiUrY45ieXxC5kzCgunPOjfJZUafHk9v
eFnVUQ6lkd+yfRdL69LBWDOGIy3Awqvc/wC/n49E7MG2M4n/AGjP/wAwvHm0hJwvD/uO/eKh
rzKml2sq3jGoZLO2u4EosA3Btp1gu4Cngq9zQIRbWFC47vjAtYGpOWrklG6Mgn+Vl7oRrm01
ttBC6ybNF05iUS4kEgwiXWS/RgoTcmjMSU9PbBS4pZrGpS3SkqbJKNDt4QnvpXobhNz9LKFk
touNiIWBJCYOkYwgE6ocrSlhvMpJ8LGAOqVdK2wJzulvoGvqJ+BgM0jvxdqzakmwG0Z6CV6U
KHqLawe6KUcB9GLn2CD2Rbo4GwHWD8EFkMEakHaBGiIvdL3PU7QZdnwXoGu0CEmUMEA/hCgR
XZiyO7pF7aw4FjmmRuvcoKbj326QZE0X1rmw8dYAhCMtUEjuaH2wQjJHDrG5QMp6QTdS28rR
4Z3pmFeMGLQCldKwU5JSjn++J95EsAPPIpz4Rm+1H6Z1NRj/AHkjb9zesfRWHDXbrJJTwBVt
9iCit/uX4/xO1NOLXWcUuS5ZCBlYTJtpaQU9Tmzkna1ha8eZdvKr6RjJbbJo9T/BegdjYBFh
Rkv7R9B/FXFxr4iUjAeAUTtUq7FJbmJxLClZlpmFWBKuVbw7pV3SDexy5ozinppsQqOhiaXb
ov2ePetNLm0VGZnuDd7ny5jjf4LKE5xFwRiPB03KSjcvUJNxSSuamJFovKHozhWoP5LoQ2o2
bQi10tkkKKlRPx0NfSzBzrgjhc21HC/1uJOhPCwTWGoZWsO4648LWsSc+zhbMgdpWJcXUZdJ
4gTTSi4424c7S3GshUhXeSbdO6U31O+8ajSTianDvxfiqPW074akh2v4I91uak/Z0xInBvbs
whV1HIx84Srr5UbApQ8ELH+LWbxcqBv0mkqKb7bHeYF1l2MN6KqZKOY+SvTGlAOF+O+OsMhG
RumV+aYaFt2w6ooPsKSDGt7N1Bq8HhkOu6L941Wd4i0RVLgmVLZJFhb2xcA1V1z8syjQ2cwK
U3G/thSySuFduFHTxB7L9d4Rhtqn1mgrfxTQDKtBHzwptH5xLzH+2OJauptXQBQjJMcgfhGM
xYsetG6zHA57tzk5vLPVXKhlbWUbqbQjMdveq84NIM92oX3G0k2wY+5byE7LRTfymSgxUzhx
PwKv2wDP5VM08B8Qrh7WgS12NZeWUlTsw/WGFNZgpBQlIUpR00I2ABuLquDfSMFwA72J35NP
vW8Ymx35vdYZG1/DNcvyjK/SR/40lv5QRslCf5azvCyPFxbDH+C6N8SU2Y4LH/8A1xKfy78a
9sqP51r/AO0/8QsJxwj6FT3+z8VBHCGZZbq/VQkkxrrrNaXFZm6Tek6MZkp841SdTRgnhXwQ
oYX+UU+yz6U20RzPnCrKS4s6kC7UqG9yLWMecavEGj6fi7zl+rZ3N9o+JuttoqEvfS4e0Z+0
7vOi3yZei8MOz2ZGmBmWo1AooZl22gWrhpFrgJBCSpQzHSwKiY8sF76qcvdq4+vyXqCnp2Mc
yFugsPJcOcSVt+vY3ruJajNPzL07NOzTz80oKcIJKu8RpoNNBawjXIoxFE2IDQAZKCmka+R0
vDXPl4di1p2aeFtPqPYX4v8AEDEEu2qcelG26IhxVlOzrzqVhLY3UUy7ajboFGNCdXOwWKji
b/vHbz/uaZ9mawipZ+dKmomdwFm/e1yVW9n+SRSONWIcOq9eTfWZYLl0ujkuDMiwUCNiRfpb
pGb7Z0rqR7mjQH3aj3L0N+TGuZWU7o3HO3+fvSHtVYOfl8YyGLW5dSW5pJadcS0AlSkHUkge
CkjWx9u8RGzVWHwmC+ikNs6DrMqWjMZH1ufRQbs1Y8mMBdqugVZDlm1utuhJ2Utk3KLdczZW
mNcwpjKtstA/SZpHjqPevOu0DXQiKubrGRfu0PuzW+8WUJjCnHLFFBke9SPSRPUld9FykwkP
MkeICVge0Rr2xdc+twVjZfbjux3e3JYVtVStpcVL2ey/rDxXspMNh8JtYlOvl5xfXMNlTmyj
esVNsBkK7QdAAIsZKpH/AKi9GXbdA/6PyeH7wWh7IuBxYdx9FUvZrRfjZxYczpSUCkarJA/v
dzXTrHmz8oZtWxfd+DV6s/Jw0OoJrj63xco7275YO0Ph+LTJU6maQOeolDVshKW9BcKJzG+o
0G29S2UdaWXw+K0XaFofRNFhmTnx048FiXgzLqY7R2Fhay+Y+P8Aoo3PBDfEG9x9FgW0cfR4
YB+0PULqPjltR7TPEYEafPPh/uaI03YT+om97vUrE9rAPzoe4eijJZVcpI9pG8aeqDnoETOS
xRKM2SLmYa2P7aYjK8/yOTuKkaC/0yO3MJnxeyB8s9StLlc5iO9v/JxHkHHTbYum/H1wvV+y
QvtZL3f+BUh7VEi1/YMV11CULmGZ2VuXTZSUleW9iQL62GhOlhfcZlgTycVaOwrcsUaG4ZI6
2tlyg5PLnJRXRVSlP5QRs1Mb1LO9Y5ijN2hkPd8V1clksT3ZUxRJTaVMrwxX5ap0qaKLtrVN
jkvSt/1lBAcHkgxrOMH817W0tZFn0oLHNGthmHdw49688YYw4js5NSyZbh3gTp3JwwTLEVDF
LqkZM2B6qbEa6sQ927dvYbF/aM/eCbbHxllZLf7J9FCuEcq6rgnxZDAXdONljugG49Hlrg6b
ff5R5w2ukDNr7nl816m2Nj39jt0cTb0VE9pSTDNTws+0qWUyqnukctRLuq9Cq5Pd7pCb+BAu
BeGeGyb7335juVqni3Kdh5XVZ9l1Bc7dFEIFwGgr3CYajUcJIHTH/lv9Fi+0jd58X32+q6V1
3hdjNPGnHjzWFZ6py7mJJxxqYkwlxtxKnlKBBB8CItuy21GC0OBwQTTta4NFxfRZdjuA4hWY
m+eKO4JRSeHWOBa2Baxp09HT/wC9Fv8A9Mtnv/st81XBszixGcGaVDAWOBtgOs2A25CdftgR
tls7xqG+abybMY2SD0emih+KaBiTC0qzN4mwrUqFLPuBuXcnmg2HVHom5ur3RJ0W0uC1s4gp
5g9x4A3TCtwXGKeB008YAHGwUPmE52zYZfDSL40ArO3yytFjn+PxZQmrMWCXM2pebv598Q1r
8qJ/cVIYW/fr4/vBWZUmA58sJUxa+VNVWbC50RLdI8TbRHd2HpPvP/eXtrYwb22VT9xvoov2
irr7J2PZ1LrAeccZZV6QoheroNkC476gDqBcgG+gvFHwnKsiZyv6cVruItvTTvBtcZfJcwWF
hdOmwdTyo05v6xveFnEjr0kn3T6Lq5U5UHCnDUKFyMKqt/6dMR6E2aNsYxP+0Z/+YXkHaLPD
MP8AuO/eKYnJRJbN2wddR4xqAus0c9o1TaqlZT3E2ufCDglE32XyK9bpq0uC4BF9NNo7eCMb
8QnlEiiwOUJI6gWgu8DqmjxLH1mHJKwycl7XIEJbl0v9MDAHOXrbRLoBScvQQmWmykWVcTjk
U+Mt5lCyLab9PZDYhSHSnMAcEMS6CbLQVa7AaEwbMaJs1zHjP0X3owacCb5QYLe6VAIy0CDy
2x9YwPWQh0QyJWPxoIoq9CIYN9hrAouiOQRlH2wcIDdHJt4j2woECM92/lCiIvdTqYFBkhge
W/SDgJJx1QwADYiFLJIk2QwO4L6iFRomxzcjEgZhpmuYNZEJySgMeOlzBt1IF4OYRyZcZhcX
IMH3UmZMl96MlacpFjA7t0R0xZmp/VZprC3yd2I6m79GrEGMEouN1MU2UU6r3cx9PvEZNisg
k2lYDpDG53icgrhRXGFk/bcAtkdl7DUxhjshYDpFQVLomU0NqamXJZNmluTBVMlSlad7K4i6
j1SekeNcdqPpGISyc3H3Zet160waAwYdHHYXDR78/jmuX3bM4npxt2mH6LTJt+apFHf9GYU6
4SlfjZKtQLk7k3OwAjRNl6H6NRGZ46z8/koDaqv3nx0jLAMIvbiT2evNUPgemO0yq4Wqxn3p
RdV9NZskrIWoaNoCE75hcW2IveL5ilL0eFMqN2+8T7iM81Sdmqm2OmIutYEDXMkGwsNb8lee
PsMLb4RUnEq3ptx9leSaEwlSUt8ywRfUjOrISRe+o2A1zvD6lprHQgCx0t2a8shdbXjdAWUk
dSSb2zv4W55niL8tFQFNmTKcUMPzaXMqfSywbbnmJsPtAjUcHkEVcy+hNvPJYRjzC+lLhw/H
wXQzjY0J7jxTsVpTZnFeFKZWTYaFxUulp738xpV40jZC8UM9If8AdSOHgTceqyzGXAlko+sA
qyS0Up67xpoCqG+CUaBbW/tg1kF1OOF9XGH+05w9qyDZDVfl2HtdFNPL5LiT4gpWoRVNpaZt
Xgs8ZH1T5jMKZwuV0Ncw81JODdBTSPlG8eYaSVBqmYarEqnIkkhLVQZAsOuw0jzRt5VOnwDD
5jqd30K3nYWMNxmpZ2H1CmPa7mJRnsrSsgqaWXXKi2tLJdKWyRrcDUFVr2AIOpvtY5fs6Ca4
vHJbNihtSuabfHUfjkuWa02mqUTt86y38oI2egP8tj71kGNf1ZIukHElv834K/8A8uJT+Xfj
Z9km3xav/tP/ABC857SyuZh9OR9lIsAYclsT8bMOUaoqyUYPmcqzl9EScskvvkn94gj2mLht
PX/mzB5ZR7VrDvOQ96qOz0H0/E2NIyBue4J34PNv8WvlKcS8SqowldNw3LvVSzjGZtM9Okty
raVXslbTKVKHgLbaGPLG2cv5twimwlh6xF3d5zd8AvTex8P0yvmxFw6oNm+GQ+JVp9rjF7dB
7L7tHammXZ7EEwmWbZcN3OWnvLXY2N02AG++sZVhcPSVreTcz8FtW90dNJIdT1R4628PJcka
pKKnRI0Rg2eqU0iX0VYpRe61e5IPxjXMMp3VlYyMcSs6xuqbS4c9x4/5/jvXSafqx4Vr4F4Y
lGgWsKss4krsoU912YnMqi0tO3dlA2jX9Yxp1Jhbcelr5PqBvRM7mjUf3vRYXV1/5rZTNPtE
7zvH+CpfiRh9jhP8p5JuyKkfMNTmjKyb5ByuS74ExJqFvFK8t/KM4x6N+J7OR1Dh12gsd95m
Xote2Erm4ZtR0N+q83Hc/wDira4z4dlsU9m7EKnHpl2blGfSGW+WtJcDZC1BWuqQO8FEWva+
oAjD8GqDT1zBzy816ix+lE1HI0jIi+R5afjguWbDkxRq7L1CWuZiQmUzLOUXKshuQPam4jea
acwzNlbqDdeXcQo2zU0kLhfJdY56qMYs7LXDHiJKrDzkgFYbqbgN7t5fSJJZP/BrWi/7Eavg
U7aHaaWBv6uqaJW8r6OC89Y3C+qwJkh9uncWO7uCZmXFKyqSbEePhG1ELHQd7Iqe8MlKc7R2
HUqvb0Gpb/8AkL0Zdt7b/R+Tw/eC0bY3e/PAvyPooL2ZEBfF/i730o1owuo/72d+Pxjy7+UY
2r4fu/Bq9e/k1BOHT/e+Lkxdumn5WeGsyp1KjaYbabQ2kBIukm5vfXoLHa5I0io7Kv68w7vi
tMxuNrqSN1s963u/GmSx1wyl0s9p7B5A0W4+f+ijbdnn71eO4+hWGbXtDcOFvtD4Lp5jCSLv
aT4kq2SKyRf/AJNEalsQ8NwNo7XepWC7Uxl2JX7AmJUiG3UhSRmI6xpgfdUVzSMkROSo9Cbu
NBMN/wDbERte7+RydxTyhB+mR94UXxe3l+Wjw/qpIVPYlFwnNb83HTwjyJj5tsXB+Prhertk
BfayTu/8CpB2qbDsF1hhDqXHDU5UFt4rukZ9SgbHbU3sLX1O2ZYHb87tPYfRbliDXOw6QAcv
UarlDNNZHaT4qq0oP+kEbNRuvUt/HFZNjLbYe7w+K611KmPN8HOHNAbQB861eoVuoJSPX5Sk
yrF/HKEuW/fGNYpX/TdsJZX5iFjWjvOZ+C891EbaXZ5kTDbpCSfBSOhU8y89icFJH9xNVH/Q
w422kD6CK3/EZ+8E22YhdHVSE/ZPooTwFk238NcUae4paELx2+CEg3/vSW2I667CPMm3Ty3a
NzxwaPUr1bsGy+zgZzcfQKCdpjBaalhOluNTrBmWlqZbSblVrKcU44SQEmwtciwuQCoq0g8K
q9yYm2X4H4/gr9LSdNSGE5G+V9Bln2eN9OCyhwpwTxBpXaEZmMFS8nNVh2VcleXUJZxbZCjc
qHLN02yX1I8N40ePaWnwaM1TwCLWse1ZziWxNTix3BJuBud8+HK1/f3LYc9wq44yB5s/W8Ay
xc75Ilp85id9QrXXS/jEND+UrDpjusoQf7rfmo8/ksrJW9IK+w73D4KOTWFOKslLKWvE+BXQ
m+fLIVEkf5W/lEu3bmnf/wD0LfJvzTL/AOM6kO3fp583fJUTjHiRjvCMk65NOYbnlIUQlmWl
ZxtToH6pUvr0JiyUm0cdScqSMf3R8FG4r+T2fDIOkfXOceQLgfeFrhqoSuNOx5w6xnLPPTrd
KqbsnNJfmFO8pucQl+XULk2AKHUe0CL1hRpaLaxr2sAZURgtsALFvtD3rC8VZUVGzz4y4l8L
yHdoOh8k2uoIHeEb+DyWDkZ2Ki9cZSqRCgD+lbtb9+IbVxvRP7inWHtMeJR2+0FYc83b5XzE
KiSkCQrRva+zUtv/ADx4k2l/2Joh/wAx37y9wbE57Y1f9mPRMPaClA/2G8RFubaSee0tfpBP
MsHAcrdzbU26nqADe4oOGyBuKMB7fRbbUQmTD5je2V+/PTxXKUNhpyaF7BTdwI1lp6ze8LJZ
2hsMva0+i6+1eWthrh4m1yMLq2Gp/PZiN/2av+d8S++z9wLyBtI5rcMoLn6jv3imluT7wKgL
Xta0aYXELN42Mc3LNLfmoONEEka32gnSWKUbC4s3Uj+bHQ7kUNN7wbpBquEch6p1S5qmnU6A
dATBDKLofokpbbX8c0vbkEoZCe6ddCRcwmZM8kuKVm6A4DJBFPbSokIT56QPSuORQNoYmHqh
KhLIbSMqQB5dISLiU9ZE1uQSZwEAgXJHh1gbXRbkcUmIW40FDeBGSHeuifRFHUq1O+sGuF3R
lY6Frm5ii8V6HXySQuOQEJQg+XthQZIh1R4O1zB7ouqHcj7oPey7Iowap3tBxokjqhDx1hRq
ScjRYGFeKbnRCT0O4MH4pIo9sfSZh7IOLpBxysnBFi1rYwuMwmLr3RyE3d1H4QYDNNpXWYjw
lKG1KOwBNz0g9rBR5lLnWBT3xzkZtXZ74H8OJKVXOVCp0pMw7KNGy3narPGwHgeQ2nXwjz9W
1IEmJVpNgLMB7hc+9bHQQF7qOlAvfNdD0Tchgbsw4lq8rIqTJU2nLak5YOpbu02gNNozr0Iy
hIubn3x5DqQ6pq2xk5nU9pzOi9eULGsDd32Rp3AZemq/OtiSpzFY4hVys1KYU9NTM6+/MOEl
V1FRJ3udzHoqnjbFTtjYMgAFgVXKZ6p8rzqXErQNSw5VsOcCOE2IV05Bk0VJn0RTl/pSlxLT
1wNdC4Iu+MCOXA/ow9qNuf8AeBKrOAzPp8dinGd3iwOmRAW4sT4Pl6r2R+IUu9KNNzrVOem2
XJgl50BslSltpSpKQspv3jm0udTpHlKhqjHicLgciQOXh3L2ztJC2Sjkba1rnn49/rxXKpyY
Xyy+3YuslMw0VdCghf3AxvMbujkDhwK8tVTBPTvZzC6a4iWjEHY34F4qbPMMmajQH1+SXEzT
IJ/ePkD2Rq2DPEW0s8Y0mYx48rFYjiLr4Sx51YS0qvUS53UO6PGNdDFnjqvOzeKCttI2Gp6Q
QgJ3G52pS3DyLcTMLePz5J/5wiIPFB/N8v3T6KdoXE1TO8K8MAZWvlgOLqyNBSK+f/8AoMx5
B2zH+q2H/wB34r0bsQf59qe75KL9quoS09wqZlyZZM7LPDMHlFbhC/8AawCEhRA1NjoB4xU8
CgfGd8g2JWp4jO1z3RNIPVPrw7VzqfbtM0k/+NpX+VEajhxvXx96zHHRbCpF0h4kN3/cXFtP
3OJT+Xfjb9kv62r/AO0/8QvL+1Lz+baX7qJp0y3hXswcScZOLDMzWFt4WpbhOobIExPLHsbQ
2i/+6EQXaaUV+NU1B9Rl5H9zdL95RtnIXUmFTVn1n2Y3vKtvsr4ZXQuydK4helwqtY3n14gm
U6pUJZQ5co0rN+qygK0FvpL6x5L2lrzieNyzHRuQ+Py8F6z2eoW4dg8UQ1cLn4fPxWUO19jJ
Vc7R7eHZaYZXTKDKhvlMhVxMOarLhJIUsAJFxaw03vB8DhAgdMRm8+4aW7FbMQJjEcF9Bc97
v4KpezvgxniN21KFITxy0KmfSVF46paaCS9MKP71ltX8aNdwf+Q0c+IEew07va45NWJbSzCo
q4qFvE3PcMz8Ar6xJX3MacUMU4tmUcv54qDj7bf+1s3ytNjySgJT7o9D7LYZ+b8Giid7RFz3
nM+8rzVtLiBqcSe5vstyHgh8d6M5jrsH4Hxq00Ziu4dz0GoG/fU5Jn0iSUT0zMlTY/eRkFdR
fRsUrcO4SDpWd4ycPitQw2uMlLSV41Ydx3dw99lc+DpuVxdwzprszJsuU+qUxpYS9MFTKkuI
Cwg5CCpIvrqBoI8c1YdR1bt05tJ78ivo9E4V+HMm132g89QDrx5LmfxRw0rDXHPEdHUFZpec
UUlUvyQq/eulBJsk30FzpbWNrw2pFTRMkHEc7+/nzXnzGKXoK97Ldultc9OXLsWs+yHVVYu4
KcQ+Dcw5zJyakHFUhCjtNyl5qVt4Zm+a3GimpLcOpsQb7VK8X+47I+S8911GIsUqKN3sztNv
vD+FlO6YedIyr6dUrSCodQesemYJhNC17dCF5snpzDOWHUGytnhzLIT2isNKR/8AQakNev5i
9GZbdEnAJPD1C0PZBrRirbC1gfRQbsry4c4y8YUlGa3zMe7fN/ezu1o8r/lLfu10J/Z+DV67
/Jm0nD5wPtD1co/26HVs0vhuyEyyZQPzKkqbdS646QlNyo2BbCQbZDuST0io7JAOfMeNh6rT
ceJbTR3J9o5WsNNb6FYr4WTAmu1Bg5I6Ov29nJjdsAbuVw7j6FYFta8Pw8W+0PgurmI0D+yH
4lHc/PhuP+TRGl7Gf1M3vd6lYltJ/TzbkPRMb0q68+nKkkeA6xpAeGjNUl8T5TkhT1PWiji4
sQ62TcftiIuteDSv7ipKiic2pYLcVX2Lmv8A5avCtrkmfxNsbHRgR5N2iNtiofx9cL05sdb/
AErf3f8AgVIO060212OMSqfQmWLbzdylJW8CXAAkHMAlCrjNofxjLsFJdiMdvxkt9rC2Ojmu
Tax00zI1XKCrISl3DhTqHKvKkH/lBGz4ef5SByWM427eoHd/zXZyoSQVVuFbSRonCL67DxM8
9f7o1jBD/rBXHtb+6F56xNwGEU47CndqV5T2JSQL/kZVfb+hhXbI3oY/7Rn7wSWzbj9JeL/V
Poqs4BNlU7xKAbLif3Q5jPZdrD0SV19vsjzLt87dx6T7o9SvV35PAXbOs+8fQKR9o/D1OmcF
U6SclWB6Y4UFbk+ZOXbOZIBzEKBJUoZiSmwvbU3ih4PWGKTe4jgBclapUQNkgdvaXGdwDf0A
/F1i5viTgzB1XU2mvVBycDrgnW6U22lm/NS2pLRFroyhZSbkkW2J0u/0KrrW7xiFsrb2ul8+
3n2qMdiVJSRCJ0zjzsBzt49menerXwz2meHUphYSdSXVJ6YaaQlhEy7zgsd0oQpdgE5DmSsg
G/SIafZ+udLvMDW35BPmY3hzmBheTproL66D+APMKzxxmwLXMOz7lMl/RXOWuYZal1ofUUc1
AUpZQSU658ot6iSTYqAiJdhlTG8B7jrbO4zt2/i6laWpiuHMLSALmxByGWnP8aLl/wARMSv4
n4m1GZWhaGUuKS2helgDb1ekbJQUzaana0LJsdxF+JVznOFgOHcti9jGrpxPw8xvwcm3QXZ6
Rcl6aFH1Xk3m5Ijw76XG7/tRdZJ3HCo6xnt0rw7+47Jy8911I2DF5KZ3sTtI/vDT3eiuKnSy
6nhiXmV/Ru5Mq0kbKGhHxEel6KpZUU7JG6ELzJX0r6epdGcrFNlQpL6qcvOAMriLn+GIGve0
Ub+5BhzJHVsfYQpjVZYp+VurqkpJUum1+wB8GpXxjxXtMf8AUqj/ALQ/vL2psSLbX1R5xj0T
LxpXJf2BmMkTbSkKdZaS2Ze6lhznpIStV7BvS+ifEaRnNEHfneItPE+Vit6eAcPlDrkWPqLH
Q+PYuS04kJXcad0iNij9od4WRVwtA/7p9F2gnpEvUXAv6yMMmx/57MRvWzTwMWxG/F7P3AvH
O0sUhw+gcwaNd+8ml2SU19IBmA3BjThZwsFmfSPhfvOGX4zQ0AFrMTr0AhsSQbKba0EbyEUa
FQAt4QF+CULRa4QkNDQpt56QBN0a1u0IZa3UTbwjrhdZ2uiBlSEqFrj74C5XbrbWK8yKWBYC
w69I4lGaSc0UW20OWUbm/XYQZE3eKRPWzm4g4CS3uCT5leXwgbBDvt5LGNrkEf1MUjJeg7ry
+2mscjIxGlh90GCIeaPTqLmDomd0YAQBBwguCjW9R1EKNzSbiAjBooaf0wqMkibEIxIKjtfT
pBxe+SQeQ0ZpaiXujVWtukOQ26j3Sm/YvcpbFiYNouDt9GIc6A+220CCky22YSxpZNrgQqCm
ErBwSktOziW5SXQXZiZcSw0lO6lLUEgfEwlUytip3PPAFM4Kd0k4YOasXiU0xX/lZsIYWk5n
JJ4bqKG2cv126RIhsIHkXB98eWcVnMWyvSEZzuc7/EbBehMBg6baIAHKMD3C60x2oayMLdhd
6mJk+c5UVsybhUV5UhwFRJsQLi2huddLR5/wmP6Tim/fTPyXpCd3Q0TuPVt55d64Ssyvp+On
JRPe9IqIZA8czov9gMeh6VhlkjZzsvP1ZIIoppOV/VdQ+03glNK+Td4EU5kBueewnUak60PW
aU9Mc1v2GyARE7HOKrF6+AaboA/uKkdaClppTrfP+8rWwE8a5w3pMk2r8yrOFw2HUPmzvOlA
ASkhaCbnQq672jyzVM+jyufxY+/k5e4pJhW00bb3D42597RxyPr4rjVMSz9LxnP0KoNFt6Vm
nJZ5tRNwQopUm51PXX3xv1w+MPboc15mjcWzOgk4EhdFeDE8rEnyWuJ5BXenMNVinVVtB3Qi
7ki/f4sxfqWcx4jh1V9oOjPhmFklbBeCtpiNCHBIDqm46iN91Cx2PI3KIKbnSE7FSnSBtuKd
cPM34k4WP/jyS/zhEQ2Ks/m2U/sn0T/D6kuro29oVlUybVTflRuNU42guOpoVf5aQogkmosg
WjyTtTEJtn8LYeJb8V6U2PlMWLVzx9Vp+CgHFqmvT3Aqt1F9lKVyqA7czjupKwk3aGZBVY6K
JFtdoh2lsRjYzS9vcr1SOdJPK9+u78QsQTQsuk/8bSv8qItOGf0+PvVcx/8AqqXuXVTFOAqz
i7B/B2pYbm6NUHWsAMMTUq/XpaVdl3EPvaKS4sbhQIjT8IxygwbFq76WSN6TLIngOQXnnFcI
q8Ww+mFPbqtzuVRXHJtdSovDHgThWoMzdQdLdKmZyTJmGTUZ97POugt3zoZbASVp0s2Te2sQ
9TiIFNW4w+/6Q7jL5HcbmdefxVioaC9VSYa36g3nct45Dy1W+5lVHwBwydclKahqhYepzbMp
KtHI0lplAQ02Myha9gkG5OvWPLspe8Ek9Zx17SvUtFCJahkTMgPQfjjkuHeNMWPVfHddr9Se
Lk9PTj008VOldipRNsytSALAX6ARqlJTBkLWDQABV+sqmiR0h7StVdnulO4K7CmPsezCSzW8
TLRQqatXrZps82ZIP7Ms2lH/ACsaxT0fTGiwwfXd0r/ut9m/jmvPNdW2kqsQd9Ubje85n5eC
VyrSUNtNjRKU2Aj0yxoYwNC80zyGSUvPFXXw7p/5QYK4jcOXEB1deo3znSm1a/n8hd1IHmtr
mo87iMb20h+i1FNirR+rdZ33XZH5rU9k5+np5sPcc3C7e8KB9n2rty+F65gZ50NVHDtRWmTc
VOrS6uTePOY9XUJGZTYFrWRv0jx/t3hbsPxp72DqPz0/GosV9BPyZ40zE9m2U8h68RtY55dx
5G4Hcqx7WGGW14lo2N5YOq+cEmWmDkGULbuU97T6ugTkFgnUkmO2WqHCJ1M/hmO4/jmldq6W
MubMw56H3nPPw8FR3AjGk3w+7YeGK3Jqy+kONrSCbJLzCs6Un98nOn3xt+Cls5kopPZlaW+J
GXvXmrauAx9HWsGbCD5ZH3LodjChStB4/YjkacAaHOuorNEUNlyk2kPIt5DMU/wY13YyufUY
QKeU9eIlju9pssC2opGwYh08Y6sg3h4qW8PWQO0Bh1fX0Opf5i9DTbk/zFIO71CebJuBxRtu
R9FCOyYkI43caAb2IogACvGWd8rR5R/KfnXQfd+DV65/JkLYfUfeHq5RTt/ykyaHgGcDJEtL
uzCHHHFWJWsJsEgm52v3b+ZGgisbGub0sreJAWi4+3+QseODjy5efuWEOB45vapwYne6pg/9
EY3/AAfKuHcfRefdpLnDx3hdlsUYVqLnHfHM5SJyh1iSnagiYQ4MRSjJTmZRdKkrWCCDcH2R
L7O7R4dhuGiCckOBd9U8z2LN8XwmrrazpYgLWHFFSuGsQNJGeTou/wD9qZH/AEkWd22WDn6x
/wALvkoduAYi32QB4o6dw1XJmnqZLFEYSVoKnF4pksqAFAkn6Ta14Y1G1mESwuYHHMH6p+Sd
wYNiTJGl1rA8wqML8hib5abh1UKY76bTqg9ip6Wdb2dR6PooeRtcRi20jXDY2Jp/HXC2HZSQ
M2me7s/8SpZ2zkfMHY+qedHKFQqcqxlzqWlXfubJKVJSdNwoG2x6RlOzjHS17f2QT7lvOITt
FHJnqANBxI8fcuQ1daDUzhVCDdCavLWPlzRaNpw471VcrHsYzoH9/wA12nm7DEXCvzwc9a//
AJc/GtYJ/X1b3t/dC89Ysf5ppr8inVw/nGJbgaYMqv8AIwttj/QI/vs/eCS2aP8AKX/dKqjs
+rQyeJ806yFNp4gzV1FWVI/MpTS99PdePMH5QGudtA9o+yPUr1x+TxzWbNtcTlvH0Crvtl46
dbwrSJRuZfbbVMZEBMwsjRJuCCEk3CrlSs47qALG5iB2dob1BuLkC/vyz+GSvOJTtZQmS9gX
WFuOWeQPw1y7VzQlpCfxNiv0PD1NnsQVJbbj5k5FguqQhJ7yiLiwF42enp55epG25CyCvxGi
pj0krsinNzAGPEK+kwFXmz/5Hb/2okhhledIz5KC/wBIMIGr/wAeamXD1icovExEhVabOUqq
S3LeckpxtTbjqVKCkEWucpynXX42iqYzTTwxmORtiefDLtWl7KV1JiE94TvAa9ufZdSbjdw6
dw5V6XiunUldPoNXRy7OOhay+LrJPfUolSSFkkJ3GmsQ2B4gKmJ0D3Xez005cNOKlcdwt1JM
Jms3Wuy7zz4nP8apj4GYsmcB9q7CdZlHuQicUJfNsA+2oOslR9oKffGm4M9j530svsygtPj/
ABWHbW0xFPHWRjOM38jn7l1FxBSJST41V1NOAbotZbartItsGZpPMKB+9WVp/gxqOxlY84ca
SX24SWHw09ywPamkBqxUx+zIA5NdYkkpwu+rJrdGv8MRdK95+jPHYVWMOjaKlp7Qi6syFfK4
zTeXPzJLESSP+SlY8fbTm2xdL2PP7y9dbFD/AFrqO1g9FAOPC3ZbsLYlYPMaK51lPLQ8pSVD
P3r5kkJFtwlQJsBrciKJh4visZ7CtvkJNBLbgD2cePPyXKaobII6j8Y1uL2h3hZPiFugd90r
uLLhLLGCHVsNzIbwzfI6LpV+eTA1EbRgjTJiOINDi2725jX2AvLGLujZSUb3sDwGuyN7G5PL
zTRNyw16X1HtjV43rI54SG9yjlilQsNzaFHDNKwSNdGCE5Myxc9b4CG5eAVJCMubmnJFPQhs
lZsPMwiZCTklBFYL5TUqGzcBZG4jt510PRM3bpIsNDupQPKwhUE63SDmsGQCQu33B7sKgApu
XubqU3OEZyr36way4uzTTMzBCSlI1vofxhcBNHyW0GYTcZpec93r4wrupm6UXKyUBdVyIoOp
Xpe6+CNDcwNka69A0H3wKLdGpAsNIGyKUcAkpHW29hCg0SRuj0J72/xhVozTd7l9bveUGsbo
bgi6Xy4yjNbXpDtgsLqLmIcUrSVFB7vsMLJrkHapI8o3Av8A0QmU7aAvUXy679RHBdZLW0g3
6HxhUJm87qszhDTW6r2qMAS0zb0OXqoqM1fblSqVTC7+Vmvtip7UVJpcEmcNS0gd5y+KksHj
Ete3szQ+z8qcxj26seYymkNuMokA0XnSCtMxOzSphSU3B3bb1OnQR5r23e2lo6ejH1GDLw+Z
W+7FQmaonqban4/IKU9u3EiBS8J0duYbLbDjsyplIGZGVGhJSqw22UkHTSM22agzc7ifiVr2
KyFtG6+m8OfAE/jVcyuEtEfxHxywvT2mi4/MzinQbXOb1U/5TgjfsIaPzg1x0YCfIXXnbGZC
3DLcZDbzP8V1t4rJksZMdoKkKaS+MEmkStHCNQmVlLSEwE+RKgo+cJ4ex0T6KrdpO6QHt37k
KvVUgkbUQtOcYaR4KvuztOzTvCfhwlx8pnJFLtNWACvMZeYcbSlR2T3Ak6jbSMB2jp+grqqP
tv5j5r19sxUiqwSjldn1beRI9LLnDx5pCaF2scZS7ToeKqk4+pxJJutS1KVuAdz11sRGqYY/
pcPiP7I9FiOLMEOIybuXWPqtadjCdFaRxT4fuKKxXcM1BtgE/XLCZxkf4xhVotJlIwYSDWCV
rvAmxVDxCMDGXcpWEfH4p0kLv0qWdIIzIFx4R6ap3iSBrxxC861W9DK6M8CUpUxa6ht4w5sE
i2VxNiU5YfRbiRhfX/58k7H/AJdEQ+LC2GzfdPopfC372IREcwpFVXEt/KO8Z0qy5XaXWmyF
bHNU2BbQj7I8o463ewbC/A+QcvTezDt3EMQ7v/VPlVoq65gut09lbi/S5F5gS6LqQ64E3Qlx
zUNpSQFFWW/melBqpdyFjz9Ug+HHv7lr2Ex3r3Mt7QI8SMvesMVTAlSeel00+bLrjRamm3W0
ApQW7qUtQVYABYtY62v4RZaPEGwvEtrEHLv4I+I7PurITBvZOAvb3nhlfIcVfmEuFmP8VstO
TGPJOQC7A3w42sIJ23c2vpfx0icqPyhYhG89Rp8B8lQ3/krwyGMfp3d1z/7LYXBns3ymEuK9
M4hYrxm9i+s0iWeRRpVFLbkWJJb6OWt5QQtSlrCSpABOUBZ0vYxScc2ur8egbTyNDWjlbv5B
K4XspRYFO6WJxc48Tfu4k8FBO2PxNkMOcE3cPShadqdSfDDbjS7ql0oCVuXsbXIUkWI+sffB
YXSmqrmn6rMz43A+Kvom/N2HSTG4dJ1W+4k/BcjpOUmMR4yplJBJXPzSW12+q3us+zKDGz4f
SOqqtkDPrEBY9i9d9GonzPPArqDjZhug8KODWAmEcluTw8quzjSdjMTzhKD7mGmQPbGw7Mwt
qtoKuqtlHaNvc0Z+9YJtHOafBoYb5vu4+KhUq1neRYGx6jpGzE2WLdl1ZmFatM4Vx3h7Fkpd
b9Gn2pwI/XQlXfT53TmHvipY7RMxHDJqZ31gQrVg1WaOvjlbwIv3KteNFFTws7faZykzJlMO
1x30aWfCrNlp8elSLhA9burU2B4mPK+MQHEsBhnkF3x3Y7nduXvHovXmxmI/mnHZIGmzJesM
8s8/XLxTzxOk3q5w2mKfVZ9TclNSqpqUaSgF5yYbTdDYBQVEm57qSBZWY3tGSULegfvxjNps
e46lehq+VlTLuPvuvadPtAXAXPSbVMSbkpUZM2n6dMompe2t1IOa3ncAj3xq1NMYJmyNOhWN
YpSiqpHRkc112odSY4k9kbCuMKWPSKzhCUSJptOq36PMKztuefIdUpCvAKHhGo0tSMKx9tRp
BWAHsElsx4+q86VdOa/CnQHOWnJHaW/5KR8Olh3jvh1SLFBkakUkG4I9AeiwbcEHAn27PUKB
2SDhigv2qrezLPCV7RfFWV5mRUwqjADKbWEo7rfpHlz8o8RkqonDg34NXrb8m8jWUkzSNXf+
ysrtgYccxb2daetpxp1ymTq3nXVKZTyE8sgJuoJIzKtoDc6HXpmOzlUKauz+sLcefYtoq6L6
TTPZYDjnxt3nw1C5q4dwXiqhcQKXVsJvt02s05Tgbddkw/zVLCkKSW1G2uqU66nTcGNppsb+
gydODn+PwVm9dsecWi+j3sBe/afPLTLPPzWiKVh3jhVW872KaWhwmziRhaVWUlQzIvdfX7IW
ft29hyDfIfJQb/yVRs1lP4/vKcNcOOMJSpD2OZRDifqowTJq9o/S3v5eRhkdv5uDW/j+6m//
AMZ0+V5XW/H7SmNJ4NcS6gtsL4syks4v1Anh/JrCja4t9N1H26Q2d+UGsGkTT+PupCT8nFGw
ZzO9/wD7K3OHPATEWHO1HhPiPifiKcXjD9OnJemSyMMtUpCFTSA2taihxWbS4AIGpHhYwWM7
US43QdBMwNz4HtvyCXwvZuPBqzpInF3f3W5lVN298SsznDTDlJYmFPNvVHmqZaau0CNlqXew
v3gkC18qvOIfZuMCre4aALQ6xrm4d+kbmSPx2cPRcvKysOT9BR+pVpP+VEanhwtUBZljLbYc
/v8Amu0lVUG69wqUemDntAP9/vxrmB/19W/eb+6F52xe35pp+4p3QUuHEqkiyfyLqvX/AHGF
dsf6FH99n7wSGzQH0l9vslUVwqfalOHfFpSlJQ47xHfYSSrKTmk5Sw36+Vj5x5s2zaX7Vu+4
D7yvVmwz9zZNv3z6BZ67ZfpyJXBLC33XJJXpDlnU5Cpacg0Qde6CU5idbwjs7udPK7jYeWat
GNOd9AjblbeJt22Gfkqq7G4Q726aC2pIU25TXUOJOygX2gQfHSNewwlrpSPsO9Fg20Qa6KEf
tD1XV2r45x2niDjCsSJw+aZScQTLDVIVheTW0WWnlJCLlvN6qd73vrElhGz8WI4WyodLIHOb
fJ51VAxLF3UVaYRG0tB5LFHaXw3KYY7YeGsYMrS3h2sOJZMxlShv0WeRz5ZSthZDmdvQjXTy
ipYjHNV4EHOzlhJY7n1dPMLXdh8QgwzahrXWEUw7h1ss+42S3iBhRmvdledo0u2VO05ImZJq
WaW856yVHIkHQqsoXVmCRfbeMWw2pMOKdKT7WRv8f4ar1ltDRGWgMQFiMx4cBzPALnPNKmZe
RD8seVPSUwh9kjXI4g5knTzFvfGyQvMcweF5uxGDp6N8TguxGGMQMY57IPDfHsmrO9R300+c
11TKziS6zf8AePJeb8riNLw+oFJtGJPqVTAf77cj7l5zxCm6fCHRfWgcR/dOikdcaJwa93eq
Cf44jUa0/wAlf3LOqLdFSwdqYa9la+V1aWoApCK/ubfUlR+MeRNqf9iqf75/eK9bbDXO1k4/
YHooDxzZmR2T+Jrco+vLKBL6hYhtLZdSkqzG+a9ynKLa+EUTDi11bTudx+RW0zufHBUNbkQD
5cR5Lk1NKzPJb6pbJPxjX4x1h3rJa03hcP2Su6zDBcpuD7EAfkxa/wDz2YjaMBIGKV/32/uB
eWsaDjQUlvsn95erk2So5syrC2ptGhh5GioboWv9oplmpFhqYJCLFQvvDjpXOGabRU8cRcB3
oltxphKlHVVvCC2c4p5drW5ptfnFOvWzZU+EOGsAUe+Uk5FJfSsupI26QcsQNkyXpmUgG5uf
btABqEuy1SZbxVoNB59YOBZIF1xYJqmVm2oO+3QQs0Ju52V0xuuhbhyaDqT1hcC2qZudvaLz
S26v4wg1l2XM+5ZVKO6eh6RQ7L0ncXXhT3bjYx1kI7UXb3nxtBUa4RoSoDUb9bwpYotwjkix
HUwcBJEo8C5HwhcBNXEBKUN2UCUgW8oXa0BMnvuErTlAAURrrC4TV29mQjgoJBGh8IPdE3ST
dI1WUu976wnqnYuBZfJSQBb744CyMTzSqXIDltT5AQduqZVAJarc4bufNeH+LeKyoA0jBD8q
wo/UmJ9xEqgjzyrcjONr3dL9Gowf1kjb9wzPopvAGFglqSNGmymvY1pTasNYixGGFMPVXEky
FzCtUvsSiUMN2F7WCg753JjzBt5VmfFJBfJth+PABemNiaUQ4awkZuJPl+Csuduivl7tK1KT
SA2GJBqXZSkAXzkqKtPf57aCD7NRD6KD238lK7RTGOnAvmR6lRrsTYfZqHbboU7MgKkqOlqa
mQrYIZCppz/JaEalTuMOG1dQNd3dHe42WLYvZ1bTU/I3PgL/ABC15wkfexHxWxbIzjud/G2H
axLkK+u+4hUy1787Yi5Y5RfQtmaaRusJY7yIus6wyq+k47URnR4cFUfAqpCUxZjShlggytea
qSCpdgpM0ykkDTSy2VX9t7GMM27pg3FDINJG/wAfivUv5NqsvwYwnWN3rl/4rPPa2oXoPaGe
qwdTlqCyoMkkrToLG5JJTa2/l7lcAl38NjHIW8lGbSRBuJS5/WPvF0p7IWK0YT7aeCqhMOZJ
Rb0vzwT6yEv8twf4t0xfaJgqKaqpftsNu8ZhZnjN43UtRyIB7tPiFpTEFGXhnihi/DLujlIr
czK22slLqgn7LRu+zFV9MwSGS+e6FgO0NOYMVkAGRKbc4Cbq6+Bi4WVYbvONkroBvxKwv4fP
kn/nCIhMW/q2b7p9FZMMyroedwlGKXLfKXcSGg5yucaqi5O39s2j+EeWsXA/MmHu5NJ9zl6Q
2dJ/OVY0cS31arbqEkyjh5iKemWm35OUpr0xMtd5leVCFHTu2y7kkE/vdbjIJJjdjBqSAPFb
3RwgSmU6AEnu4rGVQ444epsnT20Up+ZeQlZUlQFlXYLKFkFRNyi253Uoka2ixRYRUEk7wA/j
cjzT6o2kw9kYG44u7fcc765e9PtC7V9EoMtUENYSmZhbqcrJVMgC6cuRZIG9wSRYDQDzgJMB
nkI648lDv2ioXixa/I5aWtl/HuVssdtai1aRqDQo1QpCEyi0MOKKHXVqLRSoXCgAF2T3dbaa
neI52AVUdrOafNdBieFSkueHC3dnnl7lmTjjiz90nHklOhxTEqWEraYU1kUhORICiPEga6nV
N7C4ET+F07qKN29mSfwPBNsZfHWCOKMkMaMgdc/n3qu+H9NkqdxxyTCit1yivmnk2/S6Zx7c
u3vjZNjJIpcT6/tWdu99vldee9vYZoMPG57F237r5++y6A8ZUlPaMpi06yqsD0Iy46FHoDQ0
9940HYTNtTfXpX381j22rrNgtpuj0UQk0gvC2nj5RrztFkrRchTiSW2wy7zRmbKDmv003hhI
LtKfMk6M3AuVFe1O/ML4D8Kqapsu43Zw7ICR5SQXec5OqXTkHNpnDRTe/RQjzNUNg/nJ/wDu
d8W+9bre5ek8PfU9PQtb+t3bnu4eN7LTeP8ABtMw92JsWVVbL1O9GoDswtC3A4oOFu3duRlV
dRTdNtCdxHlakqp34o2O4ILgPC69kTNgNHvEZtF+42XFUVQTlQaDUvbN3nVLVoABqY3ARlrc
yst+k9K8Bo7+5dIOxROV+m8OaLXFTLFNoFI9Mm5+am2y5LiileVbLiD+k5pJbQjcqUmNJqDA
dk2xVbS5znWjA9re4W5Z53XnyVj/APSl8lKbMA6/K3+VlfXDMh7j7TZ1in/NFNmk1Z2nyJWV
GXZVJvlCLnwFhDnGo6+PZLcrXbzxa58R70ww19G/Hy6lFmm6zxwYmeR2qMcGwUkPUdVsxTc+
irEY7tyzflA/Y+AW97BP3IHG/wBb5rYnHCdlG+CpTUCw4txCkpdfYC1S7VhzFBV7ghAIubnY
a3tHn6gD/pTQ3/PkPNeloGR7rnkZD8EjwzyXOaa7Q+DsPKq8pJUZurzTk7zW3kgpCFIdWEOh
VgVEoUV2OXVQHdtppzMArJt1z37otp3gXHZnl4cVXZtqsNpbtaN51+WWpsb8Tbre7mntXbRw
9LtVISnDlQ5gWJTNPALAVa4WQLEXSDoNMyhBBsnOQN6fvyUY/bKkIv0ZJGguOF/JNkz24qzM
4gaflMByScqlG3pS1XJV1FtsvTXXW8SUeylM1vXlPuVWl2pqnu3IYhbxUhpfbMrqWpRE1gen
tM81zmoLqlBDRVdtCCLHMkBPeNtenim/ZulF917k6jxeslsZGtHh/FWGz2wcYVjDM2iQoElL
Mh5WVai7rdxJUvY3sm5t3fVtrtEY/A6WNwD3n3KUgqHOJewNy7+H8FnjjnjSs44pVKqNYCWJ
yVUGH5ZKVoU2tF0IC0qA1ShPQqsV6W1iewqmhpXFseYOYOWY7LfjJBinSyUgkeACHWLRfI56
38fNZnm3c9dpGY//ADrJn/pRF0ohaZvesxxp38geO5ds60tPz9wpO6Dg57/P341XA/6+rfvN
/dC874qHHCae3Ipzl3kl3ErYAsMFVYj2cmFdsf6FH99nqEls21zal9/sn0WbOHL/AD2scU0O
ZVO8VVqIylVh6FLa6bDSPP8AtYzd2hnlOgiPqvS+x7r7OwRDUyj0VN9sptH7quEJVUvy+dR3
FpeS4Shf0pTZIsNrDXfUCwtEJs6bwyPvoR6K/wCMZsjiI+1n/Ds+Kq7satLY7fVBQ4LESrmn
/OGY17DTfpSPsO9FgO0TSxsQP2h6hdU5WzuLOIUuUhQViuoAjx/OF6RpGyjf5lhP7IWNbQP/
AJxeFTnH7Bb2N+w4qWYSTWsOzDtJStI7yUqJm5BY9jiXUA+YioVtN9HxqemPs1Dd4febr5hW
rD6tzqGGpYetC6xPYfkVDuF9aYxZwKohLodnJiUbdaU8mzi8yLOoJt3lghQNyLm4uRpHlPEo
nUWJOdawuQezPJfRPDqgYtg8UwN7tBuc87Z38b3XO7HuHncM8aKxSVyxlJObWp+SGYqGRSjY
BRAzZVBSSbAXBsLRsFJOKila8G5GR/HaM1guI0z6atdG4WD8x4/I5LbHYaxIiv4PxvwYnnUI
M6w7LyGZR+jW7+cShF+qZhsov05kXGSVz8KbO326dwePu6O8FhWI0rYMXcw+xM0jx4LTQm3K
hwkLricj6MiHkHdC0rAUD53EbcZ2VOG9K05FqxMQOp8RERGYcmDGp5XyqRcuElLVfVte+kpp
brHlvaMB2x9M39s/vFeotiDu7VVB/YHoof2lJP0Ts1cTZlcsiYl3xKpbdDik8krcT31C1yQc
oA2Nxc6WjOMFf0lRTtvmCfGwOS3OuYWMqXHRzePeMxbUrkkzLuc6cdWDlSzcH3xsgcA5o7Qs
glY7opSfsn0Xd1BKZLCF9B+TPh/v2YjZsC/rOv8Avt/cC8xYt/QqS/2T+8hl1F82YW6xoF1T
CwgpoqEw2hSSVXA29kLtBITUkBxJUOm5zmrsNfZEixm7qoqWQP0TeXCR1A9uhhZMzfiUUpzu
330gQLpMv3Rkg8w83Nm7o312gLJZrs7nRe+kJIN9ICyG4OqRTDmc906/EwoBZIPJJTXkSF5n
CLBV7k7QtfKyatZmCV4ZtkEgBFo7dclw1lll4iw0EUvdXocOBF0Hl6iw6bR26jB+WaMS1ZQO
iReDiM6pB8o70JTfdNjYeEGLMkRsovmvAgwAaUd0g4JYw1zNNBbeHTW3UdLJu5pxbllZQeo0
hyGGyiHVQBshqlyiyjHFtkLJt9EPC0sSnQjzgpGSdx+3ZJUn3G3hCYKeWyQxoN9BptAoEa0S
XR9sGGqRkGSsKbnBh7sAYtqq+47iDFzMsLn15eQllPL93Mdb+EZRi0vTbSxjhCx7z36D4q2U
UZjwsj7bgFo7sj0iQovZb4fobcdmFT1FNVdcey3D02tT60jS2UKXYXubDUx5I2hlfUVkrnDP
et5ZL1JgUQgoYgw/Vv55rkxx5xIjGnbDxjPSz/pEmusOIZUkIy2ScmmTu27p233jTcLhNNh7
ARY2VQxmb6XiXRg3aLDy81qHsky/zRwY4247WgNOy9AmpaUdH68wtuSbA88qnPti7ti3sOgp
xrNK0eDcyspxCbexWaY6RsPvy+CtrAVZRhfjHw+rCLIZkK1KrdJ/2orCHP8AJUY3HHKL6VgU
0A4sPosRwmqEOMRyX1d6qBzMovAnyjeLMKOPluUnGpyTZl7EB5yUmStsnTcMrVvoQeseYtqG
fS8Go622e6AT3ZH32Xq/YKo+j4vVUZdYEkgczk4e66rjtSyMrV8KyOIZWUbQ9LzDbcxMaD1k
lIQL6nUX8fYLRXMBcY4+iParhtHHvzmTsHyWYsDza6PxHwjUEKKHFTa5bNewAcSSL/wgI0nB
pejxRg4HLzy+Ky7H6fewfe4t+GfwXSzjSpL/AGjF19oDkYnw/Tq2lf6zjsulLv8A0iFxqOxM
hjpZqM/7p7h4XuPcsY2mpxLLFUDRzQqwC9CQbRqO+qd0DgQCnigEfui4W11+fJP+XREXixBw
ub7p9E4w+J7cSi717ijMr5UbHCUWz8+r2u2Vj+/2909RHlvGP9nqI/sfNekdnR/O1SOZHwVu
cd5p2gfJ6Yjy08PNVRTbCnEFSENIzBRUojRSSQAEkG5tcaRjGG/p8aY2/s5+K32qa2HDHvOp
yXJCWW2mrtLmKcapz18pEsh0Nla1nKnvHbUxsIjlmIjjNiVklRM2CIyuUoTw7xyo5kYMmnWy
dFIm0G49trGLCcDxMGxaL94+arI2iw8tuB6/JJzhyt0XFUhK1zD7tNVNlQlQ66hzMpIuQdLC
w11Foja7D6uihD5hYHT8C6nsIxWjxKr6CL2hw/zCn+JKBNucOk1yVCWF067pUGiVTIcV3kpU
k5AAMpCQB1Op0iqQyt6boznf3fFaFXU0gg6WPVmfeDrplbRQNmslDdMxFLXEzSptDzqARq36
rg9mUmJ7Dqh+HYiyVvAqi4zTx4rhEjOz8fNdJ8YvNYk7PvBfiDLqS8BS3cM1Jwa/Syq+YwT+
+YdTb97G3bNzNo9pauk+rKBK3ucM/evMe0ULqrAoJ7daIljvDJQmSSQ4mxzC+nkI2hyxxuSs
XDFDViriRhzDAcDKKnPtszLh2bYHeeWfABtKjeKnj1e3DMKlqD9UG3fwVpwSiNficcNsic+5
NEpLfu8/KlyD6ZLnYYocyquuy5bCm0toPo9NYIuMtkIzg+KPOPKe01ScJ2cipSf0jwXO+8/P
3D1XqrZWkGIY5JVW6jDujub8z6K2e3bj2Xwp2UxgqXkg9VcQvJlyCMyUNpGclQPrK0FvPUnS
MY2ZounrPpDsgxbvi1Y6KndE03LhZcb26RPIlGpNsZalUn25OXF7EFaraewEn3Rs0A+lVDY2
c1nNXJ9AoHzPNjb/ADXXam4fZwn2cOHfDOntFlypyrdcrltFGWbu1Isq8iEuPEdStJ6CNTw2
Btfj2ecVKAxvLe+sV5+xCV9LhRI/WTnePdwCsLBCFI48YcTYhCZGpADw/MHomNtiPzG/w9Qo
bZZhGJjx9FknhipbHH3iK8WS4hBpBJubA+irIuBe/wAIwfbEB1W0fs/AL0dsTdtI773zU77b
2Ngx2RMIS9LcUyqr1FLbiU8tJc5ac5Ga3MABAHdUAb3Vc2tl2y9EDisjnj2B6+5a9tBXvhwg
bjjd5AsPiuaeH8MVCqYlkKJRqIrEeIp3OWpfnpaT3UlazdWmgEbDDDPWS9HEsoq5qbCacTTj
eJ1KslPBni/luOFCiPH01qHZwms+17x81FDaXD/+H6/JHJ4TcZGR3OFriP3s61BTg1WePvHz
RxtRQt0Zbz+SH+5bxp1I4YuA+c81HfmSp5+8fND/AKVUZ+qff8k7YepuK8K8RaVSMdUJGEVV
RKnZSbmXUzTWWXUFuAtJ+tqCCoHa3WK7jGFVFJTiQtJvewFrm+WvYrxsvj9FiFaaewBtqcwL
Z2tbU8zdTrjHWX8RYWTUZChvU3DiX5dDay2W0pCEFKOZl7inF3J00Fz1Jis4TTfRQGPfvPsb
8dc8uNh71dsVqvpLXbjbNuD5ZZjtWV55BaxbRUE71SVt/jkxfaI3kae1ZRjeVI5dvqwhJrvC
pI/+xz3+fvxqOB/19W/eb+6FgGKG2FU57Esl5ZTU7iZRN74Jq2nh9DC+2B/kMf32eoTfZy5q
Hj9k+izlwQYVMcc8dghC0MY2mZjVu5SUycvr5jXYax5725f0dfNbiAPevTOwMRkw2EO4OJ9y
pbtro5XHXBU+qU9FdepLjZzLUVLSly4Njsk57gA230BiH2YJdTStPMHzCvWO7jTA5uftC/iM
vBQfsnIy/KC4cUNAqnrP/WGY1fBzcSg/Yd6LEtrhYwkfaHqF1Ap6bY54gqO35WVD/OFxqWyn
9SQ/dCwjaAfzk8pxkpJur1itYYCkj8p6QuWlr7emsfTyqvaVIKP4UR21sLooY69g60Lgf7uj
vcnWzsgdI+kfpICPHgsRcJEzGH+LmOsFMyzmSRnxWKW0AUkSkzdZQlQsRkc5wPhfTwjzbt3S
MgqxO32JBl46fBe3PyV4l9Mwl1HK7rQn3HX3g+aqXtH4eYm0U2tUqmFp2R5gmXGGwlttm6Qi
5sNSrN0AtsDcmEsBnc0bj3e1bz4+5Tm09G5x3mi5Zc3/AGSb+4qp+CuLpjA3avwhX5aY9Fbq
D3oDqwbFDpUHGVeGjiB/GjVcGkZ9INPJ7LwWnuOS877VUrnUzalntNN/LP5rq5jgy8pjzEC5
FIbo2IpeXr1NSn1UiYILqB+9dDifdF62dncMKlopD1oSW+A09yxnGIW/nCKpZpJY/NQfiCSP
lO5o92wlsQE5k30tJ/D2xjG0H+ydL98+pW47Gf7TVP8AZj0R3amlBMdiyuTEzIB1pr0XlvKJ
SErKgkWFiFKGbwGhNiLmMgwB5GJNaDbMr0ZiDYxRyF2d26ZcbZrkDNNlvD85mTlVYD7RG3xm
8zVkFaLUMvcV2ymZtDFFwe4VWvhnQeP57MRuez7S7FK777f3AvJGNO3aGlP7J9VEXqurnkkn
ID0MaaIRayz81I4qOT1YWqYJBSsDxVtD1kY3eSinyv6Qm1wkbc3zjckAnexg5FkiM/ZXqptp
CwM4ufCOsSEcFoOa9LwWm6dUjW8cBzSTyBmAvCVX9bfzgyTG8BYIhSza5vlGuvSBAQlxt2JE
7OXshtN/FR6QoGWFym7n75s0JsedOtzre8KBBu2y0STmDy+yD2XZclQqGVKcCSLHxioBpJW+
OlDW3Tg3ItkG9wekLiJqi5Kx7TrkvvQiLpJ08bamO6O2qIawOPVSF5GV0ZRf2Q3eLaKUifvN
zSqXlitk5tSfqnaFmMJGaZTVDWPsE4syqEWsNPbDprBdRU1Q5zSl+QIRtC9t0KNbJ0r9UmXq
k+I8ISKlIxukBNyz3V5jvDcqYaNLJFrmNoT7E6RvUfb5wZFsjEkIQVXsALkiAJsEmRc2Ug44
sOtdlbgrw+YmUys9VqYqbWtd7NvVae5SFKA10abQdNbRg1VUgVGI1hz3d1g8BcrQ6aAvNLTD
jn55Bbpnn2MGcGK281lalaVRVpbEk56OlAaYygABJTlVlsU2GnhHl+xqZWg8T6lenmbtONBk
OXIcsrdi4HomHXp6frU0ouOHO+6q2pUq6j9pjbyAGhgWUMJLnzu7SuifCyn/AJMfJbNNm6X8
TYok5Y+JblmVzLg8++83f2RolBD0uNUNP/w2Oee9xsFjeISFuH1cvFzg0eCJmsyqa+hJIUEX
SRvcaiN8mYHxOaeSxGF25K14PFPHaKm3JTtj8NOIck0y4K+1S55a3/UAnZQS75vcahaVHe19
48nV1MH7PT0ztYJXjwvvBeqdnqkwbSQTN0la35H3FRziJRvnvhfW5d+YmSptpbyc61PMmySq
4SU5kKJAvY623EZtRSiNwsOS3Csh3pSDpn6LEVS/tdhZmZQotuS77Uwmw/UUFRdKaRwqmvHB
UjE4Wuw57CukeKn0V3swcCsWI7xYk5+gPq3tyXg+zf2omNPIRsmBvEO01VHwlayQeIsfRees
RYZMHiI1YS0+BVaFX01rk662jWL3KrLWgMT3QV24i4W/48k+v++ERFYqf5tlH7J9E5oowa2M
9o9UurQU58qzjNISSPSav9W//f6I8uY462zdF9z5rfdmWA4zP3/JTrtpTTUj2R6DRFS7ry/S
23UqfSscq4JJBAyeAAJv4AkxkmzDS+vfKttx0htDui2VrrlbLd7EWH1eFSYH/SCNqov6WzvH
qsZxX+gP7l13xlxO4jYTwLwToWEMXTeGqYMBS80WJJttIcdW+9mWvukqPdA1voIv2EYDh+N4
tXfS27xbJYZnIWHasYxfF6vCsPp3QG1255BUr2pUVTG3AfAnG1DvpWInJZTFYWEBCTPyJyOg
pQAAHWFpVYWvrEJLh7aYVmDnSMiRnHqnUZ8irDh2KPFRSYrHq7qu7xmPPTxUBw2zLVqjSlnJ
ubpVRlk39BZsp5lSRdN8pNlDTQZtbxi0pdE88wePNeuHviqIGyM9lwHkVkCoSKsL8TazQpmy
mGZpyWcASsJKLkaBYCiBtqOkXBpE8DXjXVZRu/RKt0LvZ08Ct79meouY37HPEjhe+4X6vTZY
VikpX6ypin3KwB/ukqtR88gjQo6zoYqHFRrC/o3/AHX6eRWJV9BaqrMMcMpG77e8a/A+KkFM
SmZk2HkC6VoBzFMel2yB7A4aFeanRljyw6hWfhsigcMuIeNFrDEwzIJw/SHCbZZmdBDyx+8l
0Om/TMIx3a+f6ZWU2Fg5PdvO+63P1stZ2Vp/olLPXuGYFm95U47HWG2qbwcxLxYqEtlnMZVh
YpOaXKVpp8v9BL3VqSklC3Adu/HknbfEXYpjTomHqs8vxay9c7HYeMNwdr3DrO8+3zN1kDtf
Y8OKO07M0wzxnZLD6eUA26S0X1AZxkuUhSTcEg9ToIe4PT9FSCwtven8VN1dnPVTcCMETHEv
ti4UobV/RpJSXZhZF0tuPKyIUf3qOYv2CNKwQMpjJWv0jBPjw96yvaqUyCOiYc3nPu/y9V0f
TMs4j4q4pxRKNZKY/NeiUlFrBuSYSGWEjyyISfeY17ZWmdT4W2ST25LuPe7NYXtBOJa4sb7L
Mh4KWYbY5fHDDqsuokql/mL0M9sz/Mb/AA9Ql9mr/nIeKxrw+Ry+N/FFaFpbca+ZTmVfQGVW
NNtb+d/bGG7XH+XRjm34BehNjM8OkPJw9Sqz7W7r01+55JLMwoGaeWpL00XW0ZQnRsKSkoBJ
Kik31I1iv4IAwyuHIK64peVkMY03r+QVW8DMp7ZGCUb/AEk1f/EGNCwe/wBLHcfRZ7tZY0AH
7XyXaKu1vHtX41Y3ZlMd1SiU+nVMScpKSC0tMtNobQEgJA+J3JiVwHAsOxGgE87buJNzc8z2
rLsWxWroqro4zYWHAJseVxFTfLxTr+g1/Oh/NFpbsjg5/wB37z81AnaKuH1h5BNLmJOJdCmm
ai3xKrM0tl5s8mYcS42sFYBCkqTYjXrBp9kcHZTueI9AeJ+aJBtHXyTtYXCxPILFfaXp65/5
RzDtPddcmlprFe75SCogBJGlraey2kZZWuLNmqc9/wC8tn2aIG0kn4+qVHuLVAl5bsx1N9bQ
XOSJZKHJq4cSlbgQSnMAm5uR3bq0sBbUZ/RSO+mNHA307BdbjLZ1NI7kPiPesNzxK6/h1Z9b
50l0n/HJjQaIWnA7VmuN50JK7c1lakYh4TkC/wDcc8PZ+fvxqmBj+fq77zf3QvOmKkjB6Yjk
n9JN8SE7/kXVb/4mFNsf6FH99nqEjsyb1L/un0WeOA7a08RuME2gOgs4omMpbTfUy8sLaC/w
jzjt8b4vucyPivVn5Oh/Moce332Wfe2o/mxzgFhpyX9HFOefS22BzAVvWJUT37d2wCgLWNr7
w12ab1Zj2gdmitmOkmOIE6E5eWahfZQ//b2wkre9OX/nDMapg2s33HeixPa45QfeHqF07kHU
jH3EBKzZJxXUNCP98LjUtlQfzHD90LCsf/rKTNJalPuyEyxUJFRRN059E5KqBt321BQH2Wi1
V1Kyro3xP0cCFX6OofT1TZBwKz5xolJLA/yg2D8cyKAzhuq1JFNnggJsJSqtpmJYquQEobfV
Ym+148v47RSYhskRrJAS3/AcvcvUGxmKjCdq252ZMAT/AHsvcbFEcTsGu1zhRiiQmXJtcxLA
hotTazLgpX3VqZykHKkqCVpUQL7GMjw2pET2Pb39vbmvVGIxCqcYtL3GmfYb/MLmNUGJlqmP
ty6ymbZcD0ssd2zrasyT5aiNhhktI14WD19N0tM+I58u8LrlhfEaOJPYDwbjeU+mnsPzCGps
D1kyc4QogjwbmEOD+HF+ZN9Hxdso9mqZ/wB7fmF59kg36R0J1hf/ANpRnEAFXyns0kZu9LYg
Ayi51EnGZbQf7J0v3z6lazsWP9Zqj+z+CkXaYW7L9hetFt9uXeeQzLrMwklx0FQORGaxCiAd
U3Nr3sBeMUwMA4q24vYn/NejsQdu0Umdur8ssufauOdZbKKC8Fetl/ERulMQZm96xyuINDLb
7JXXKvToTQMADNYuYWUR5/n8xHorZtn86V9/tt/cC8a7QvLaCjt9k/vKup6oOFw2WQLnS+ka
vHGLZrJp5i7Lgo+7NOlYy6w5ICbR7wPWXzU66HMubQb6wkWjVPRpYJwYfKu8r1oK4BEFwck8
MzWQBKhYXhEtRxJcgFHqmBygrQJ303jrZ2XbwA3k2vvqfWQk5Wxa+u8KgBuqRO/M7LRJSoJJ
AOnXWAzKcNDWA2SNxRI8r+MKAAJMuLkRn1/1QZEzUA+bswzKGUxXrDVaGyqlGQSlmVaQ1YG6
ul+kDdJXc513FJZlpaFhJ3I36QUp3FILXKblS1ld5PW8E3c086clupzSptCQjQbQsBZRsjiX
ZIDriG1g5hfreOLgE+hhfI2ztPx+LIozIKL5u77YKX3TxlKG5AWSRx45zY6QkXG6k2RABNy1
FTilXsL2hE5lPxlkg2sSbWBju1DmjUoJFhodoMi3CUJlXJhlUs0LvPENNpA1K1nKPtIhKZwj
hc86AJvcmVrRxKtLiHLNV35VDAmEmpIVGj0Cfl5V1nJnSy1TJEILhHgl+x9to8u4lOYtlXSk
2M73O8zYe5bTgsQm2gYy1xGAPdf5K4e1PXHcN9inFK2JtuXnJtpqQutQzqS64AoIzG5Nr90X
0udtYx/BoxNXM5DPyW1V7+jpnk8rea42rlVKw/KyTRCXp6abZSPEKUAR8DGvwtMtQGj8XWb1
jhBh7jzXTLFDIpHAjgbhVpIbKKRN1uabvoFTMwW2z/i2E/GNd2fZ020lVMNIw2MeAufeVhON
Ho8HijOryXeZUQKsyCnb3xsRdvCyysQODr2ug8epb8oPk/8AhrXUFTr9Il6hR31A94rlJlM2
0L9Dy3iB7I88VcPR4riNL9trZB4ZH0W6Uch+jUk5+qS0qWyqWa9gCjV+VQhbE9JtvNyby2kh
BeQFIDt1AHUjzuPZHndpMcz4ScxceXJetZQJYYqsAgHdPn+O5c+cbsJkscVagJc5yJWYelit
SCnMUqKb2Oo26xfqTrQtkI1AKz/ErCd8LTcC4W3eE1SOJ/ktK00tfMm8M12nVPe5QhxK5J63
lmS0Y0+nqBFiuH1N/ba6M94zCwmaBxp6qC3suDh46+9N2hSFDY638Y3UZi6zwXBsnShKB4i4
X0vauSf8uiInFSPzdL90+ikqEEVbO8KVplzNfK44xbBcH0tYUeULqsJ9vYXjyltI/c2Xoj+y
PivQGyLQ/HZx+OCP7Y89LOdn6dbW89zl1JlDSS6tLainXRKe4VAam+ovGfbOMLZm2HArVsae
XQSX7PVcx6eb16jdbVOX/lBGu0X9Mj7x6rI8T/q9/cuoXEzVrgt//LiU/l342TY/+uMQ/tP/
ABC87bWEjDKX7qXYVk0Yr7OnFPh28nnPNyycT0dsjUuywLc0gea2Fk2/YhHa6AUGLUuJW6pP
Rv8Auv8AkUGytQazDZqH6zeu3vCzNw+mgMHPUKbdUHaJNqknAkXHKTZTS1FWiSWyCLDpvePO
WN0bqHEnxHmvamy+IDFMBjk4tFj8Px2KsuPVClmMZU6uSKV8ucliX+a64tzODsrOSQbW0v8A
0K4ZITGWHgo3GoOs2UcMk8dlbiGcBdr+g1J1QMo64hcy0dnUo7jyT45mVqFv2Y0HDIxWU9Rh
ztJWm3Y4ZhY3tEDBLBiDfqHrdxyPw8lt+vYdawbxbxbhlawuTps6tyScv+klFjmsrv4FCkmN
p2VxQ1+BRvf7TRZ3e3Irz/tHh/0XGHNYOq/MdxUY4/T85hzsyYNwDTeYmv1NgTrzTaCtz06q
qDbAyjVRblglVt++YyirrWy1ldibjkz9E31d8lrFBRFsNJQAZnru+C2pKu0Xh1wQkZBDq2MP
YRoTclLqCFJAbl2gguEJ1sopKvDvR5ZDHzzF59qQ3PidPBeqmNaxrYW+y0AeA4riPi2tzOK+
J9crs24kqnag9NOLBVlGZRI9Y3sBbfXxjU4YxBEGjgAFESv6SQuOi2t2SaCvDvZkx7xSW2Wq
tV80lRlq9YLmryzJT+9ZTMOaeIi8inJoqehHtTvBP3W5nzKwzEK3psSnqz7MQsO8/wAFqim0
1ul4fkpRtsJbZaSkjx0jf4mCOMMHBYRLK6SQvPFPlDsnjLh225kqif8AqL0ULbP+pJPD1Ct2
zJJxIePosccLE87jrxbZLmVSpajZe8b6Sy/Df3xhO2Z3a2I9nwC9G7Ct3sPmb2/EqvO1Rh56
X/IGtOzaH2wZmWaaayAMkZVnMATYm+gAHnqYrmEVDXOkiGuR+Cv9VTuDGSkZAke7zVHcB1Ad
sHBTh/22a/kDGnYOP5aB2H0WUbVuth4P7XyXZlcwE8ceJiDoTX1W/wAWiL/sgwnB2ntd6lYd
tI/dxG3YECdmlNOEX0I1JjSGMBCojiC5Q2uvrdoy1KOnOb/7YhvWi1I/uKe0P9LZfmFnTi/J
LqfyumGpNsLLjlUxGE5EZjflJ6eEeX8WkEWycDzwv++vTWzLC/aWRo1t/wCJTh2jcKTWG+xj
X0OKVznZ2SStta12CebdRQAclum3S++2YYTVx1OIs3eG96LepqeWChlJ4gfvDyXMKqJDWLKK
yNMtVlT8XUxrNAd6Rp7VleNkGhcu2VW/7oOFPW2D3f8AP341fAs8frvvN/dC844sd3B6buKd
2nVKdxOFWt+RdV08PoYV2yFqGP77P3gibL2NQ/7pVMcEWUJpPF6aWXbqx+833BuPRJU6He+u
w1jzPt06+0hb+zf3les/yfN3dmt4a71vcFmntthY4pcPLvpdYXh1amxdZV/fCrklRPloNB74
T2YIMc/3h6KyY3fchvydl49mqgfZXOTt24PPT0Ff+csxq+C+1P8Acd6LEdr9IPvN9V0laeyc
SOIRJ2xXUNzt+cLjWNkx/MUH3QsD2jNsUkTfXX0fNsxM5r5GVE62FraxfBbcIKp1yJAWqiu1
SRM8OmcNGnqqdXqGFsPUeRk0H6R2oOZVtAX+sApMYHHJDFhmITSewZHW8NT4WK3SGOaXE6OG
P2twX+XitLcWKFLU/gtW36i82uZVTSqdQlxtpThS3YFRUQD4HqQdNY8mYa4mcFvsg5ea9tma
72tIz58LD8fNcSKxOpanEN8vmOrOZahoEqOug8I3OBhIvwWRTVBDrkaro32L597CnYr4iYox
C2JrC87KuyclTHLlM05OTCRLt5t9FNuveQEXSWKR1HRwA9dzy5p5NaMz46LDqiWJ2I1MwHUA
se0k5KwMTJmW/lKGmJ1wrmhLV5Lym05gb+iWGvSxAvFE2hI/0Tpvvn1K0HYr/aif7g9FPO1S
puX7BL0uib5BW4wtwOOKBICxYD6tibDbyFrmMSwEF2KtIF9V6IrhvUtRvG3V7Ozx+a47YjCT
h15fVKbExuFJ+vb3hY3U5Uco/ZK6e4jeUrCnDJTarlWFFm//AD+Yj07syB+dcRv9tn7gXina
d7hh1Fu/Zd+8oG+VFarxqlwstDSAkS8wSTextv4QCXF0S0bPAKVe/wAIBL3T1LrBN9NIRKVG
m8lyihZCiTYb3gASBZJPiDnXvkgvPpIyXulJ7scAhJDgOxJi6OWADtt5R1s0pnYAZIpS8yhc
2FukGvZFDc7olXrA7gmBBQkZZorMfFEHzSVuxR9ZsjvAW6Wisgq9DsTcpeV4WOl9BeDpXdu3
NBmnUqRmKgYIClY2E5JqdmQWykaK2t4R28nzILOudEQZkIYUSftgd+wSzaYvkTBMPqdVmve5
2hi991aYIQ3JeNOqKSBt5mAa8nJHkja03R5cWoZc1/whfNIAALy2W1739scEOqMAupOXXXpA
2RDkM0uSkqsm39MKgJu5wbmrH4VUlmqdpLAklNgLkkVVE5OE9GZcF9wn3NxUtqKn6FgU8g13
SB3nIeqeYTH9JxNgOgN/JfcCSrG3yiGMMYTjyy9T6Q4+pFgUqcqEypZKifBLY063jzZtq76J
htLQj6rW+dr/ABW87GRCatnqjzPrb4JT28MRNt8McNYabaShydqnpDoyqSQGwbZdCkpuSNwf
LSKNs3F+mc/kFo+MH+Sd7gPiueFCkzUeMGEqYhsuctwvkDxSk2+0pjYsEjEmINLtAb+Wayva
KTo6IMHH4/5rolxcUhrtKVGjNG7GG6RIUNq2w9HlkBf+WV++NQ2Kb0lHLVnWV7neF7D3LI9o
QOlZANGgBQErAAN9I1AqnNZlYqYGWTXuwnxHorieYqi4kkqmyj/cpppyVeP8YNXjHccj6Daa
nfbKVj2HyuPitBw12/hb28WEFP3Z/otRrvYwwy/MPKqU2iTdlnglxCnLsPONpQUqBSLJQgbG
4A9seR8bqW0WNyRkWsR7wPivaeAU35w2Xhkc65LSM+wkDTsAHYsBcbqaikdpnEjDMsmUZLzb
7baUJSAFtpUdEgAd4q2AHkI0vC3mShYSb6+qzDGGdHXuytp6BaH7H84arhni1w9I0q2GagiV
bHV1tCZ1m38Jpfxi6ySEYRHONYJWu8HZFZTUwhuJSMtk9p/gnWTfDlKl1g+s2DePR8MgfE13
NZBKwteRyT/h9YPEPC99/nuT/l0RH4qf5tm+6fROaMH6ZH3hWBQkoc+WBxgFpCxatHvDY+nN
6x5L2qP+qVF90fFeiNiwTtDUfjkmbtgNpHZ7fddDaZlusNtoU4kOLUlV/VUD3TYEk2IsNwTa
KZs/nUN7lpOMHcp5AOJ+K5q07TENIH/jKX/lRGs0f9Mj7x6rKMT/AKuk7l1A4kqs3wZJOg4d
Sn8u/GybH/1xiP8Aaf8AiF502t/quk+6kWBMVDCHGPDGJnm+ZKSM6E1Bvfmyro5T6CPAtrVF
42owwYrgs1PxIy7CMwfNUXZvEDh+LRyHQmx7jkqnx/hpzhn26cQYbSvNTagHGJZZmOW06Wjz
ZdYH1i4wsWtrZPWPLOO3xDC6fEbdYjddlo5uRXsrYapFHilRhrj1XZtzyscxYc9QmfiRRG6x
wOdLMmXJynPl9JaaUlBQUHOtakkgrygAEgACKNRTdHUi5yP48lreI0/SQHLMfj00WNZSedw/
i2mVtgkLkJpD4sNSi9lj3pJjQqOodTVDJW6tIWM4pSNqaN8TtCF2ikKGrijg/gzjRhQXTZhp
vDmKJwKuGW5YF5t5Z85W+p/UtFtjxJuA1VfG32Ht6Vn97Igf3reayV9CcVhpHv8AbY7cd/d/
gqtlpp/ip8ptKVr0dKqRh9L2I3GiVpEu44fRqchJGmZtsZsijbKDoYz7aF5oMChoSes/rO7S
7M38MlpWzMP0vFpazg3Jvc3Ie/NT3tV4nTQOyo/R2uQfneYRLcl1dypNjmCUjwHe10FhveMy
wyPpKsHlmtnuGxvcc8rea5WqYmaiuTodOBNSqs03IsWtcF1Vir3JuY0ilgdPUtYOaqOKVTaS
gfJddh6Vh2Xw7gHhnw9kW0sy0hI/Pk8hIsApxIYlEnzDLZXb/dY1PB4m1mPSzD2IAI29+riv
OmKyugwljD7UpLj8FOX2xyL2tptGsBZmQkNDUE8asPpGoElUtf8AmL0Z/tp/Ucnh6hXPZjPF
Aew+iyDwkyp7RnE4Lb5iVNUcd1JKv72XpcG9jGEbbf0qP7vwC9J7B/0OX73xKW9sRh1rhzwy
kFKYS08qamGw2Sta1AJF1EgFASCE5Lakk9Nc72fdvVcz+Vh+AtaxazKGMZ33jcW7NbrG/BMq
a7VmDjsQ9NA/4kxueCZ147j6FYTtWP5uA/a+S69z80pHaG4kpGwrij/0aI0jYwXwRve71Kwb
aqwxPwHohzMyHfWOpPUxogFlSrlMFZWgUC+cC7rY/wAsQxrQfoj+4p/RH+Vs7wqjxUUK+W5w
WXQChuq4lXvbZgHePJe0dxsRFb8dcL1VscN7ayQdn/gVZva+WzN9hGo1EpDSlVSWQS22C4SV
2Cc99Em4uLG/s1GNbNgtxVoPI+i9DYiQ2ilFza3x5fjJcYq2q/EGl/8AGsr/ACqY9AYeOs1Y
ZjP9CPcu1dVdzVnhURrfBz3+fvxrGBf7QV33m/uhedsYt+ZqY9hTmyr6bEvT+4uq/wAjCu2f
9Aj++z94JLZcAVT7fZPoqo4IX/c84sOEZrcSHgvv5dPQpXWPMe3J/wBanD9j4let/wAn+eyz
fvH0Czv27Uss8UuFsqgKS6jDC1KQhvIykKcFikAnvGxKj109sI7J3MVQf2h6KxY7pBr9b4Kq
ey2o/wBnJgw3sfQVf5yzGv4L7dR9x3osQ2uvu05/ab6hdCpubKeK/EJpBOb8qJ82B/3wuNg2
OZfAICeQXnjaiUtxaRoRsjIHEeMKJhvmctqpTiW5lxRNm2E995Z9jaVG8TeOVjMOwuWod9UH
z4KJwanNdiMcQ559yrXDyjxh+VNk6muV52HcOomMSPMuSgeZDix6LTmVEmyFpaBdSdTdvTxH
lvayd2GbOQ0N7Pkzdnnd2Z92XivUWx9MK3HJawjqsybll1ch78/BWl2w8UfMHZmrhlXpZt6o
NtyRQ86pLqgs2IQgiyiRfvA90JPjaMdwODfq2MI4k+S36d4FNLLfQWHecte664tzMtMVOclq
fKnNUanNolJcAkG6yEkj2Ak+6NxpYnSzNiaNVlGKVDaakfKTb8fJdZqjRpbCHZ34ZcOpNvlo
alk16ooAse/ZiUSr2NIWv/lY0ehhFXi08o9inZ0be+13FYDVzOgoomn2pnbx7r5I3Gzih8qt
O62PLrVrKtYn0OMk2gH+qFL993qVsuxRP+lVQD9gJ/7Xz7Z7I1Ql3G3ClqWZSUsN3Jc5iFAL
UD6gte1txr4xj2zI/loPb8FvuKj9A8ajM+RFjZciZ95T+Dajn1yJFj742eFobUstzWV1pvSS
H9k+i6e1w3wTwtt0wkv/ANYTEemdm/63xH77P3AvEe0l/wA2UJ/Yd+8olNrSgd326xpozWeW
zyTK64paiQbeMGQgWQW0kG6jp4xy4lODM22ganMYKQjDSyNXPoFhm09sBbNGsCET6UHLk6AD
QX3gbIQbaIC31BQsnW19TBd1G3l76TZGZZsb63/CO3c1xNwkz06R6psYUDUTPikfpavBMDZB
km56aCiLaeIMV/cA1V2F+CQLeBBAvvpCZTkNtqm94qUCc22txvCRspOI52tqo+7MLTMEZjaG
DnkOsrVHC0svZEuzKlJyjfxgjpTaydR0zQ7eKIQklOpv5GEmgu1Tpzg05I9Ga3qkjaF2XCay
WS1tq6ST63hbaHQCZkrxKSdDHIbpS2g3B2sYOAUk8iycQUZrgDbSFslHdaysLh9MmmSvErFF
8jlGwXNNy6vB6cUiURbzs4s+6Mw2yf00VPRD/eyNHgOsfRW3AIxG6Wf7LT71W3DDiE3w84RY
yrhmGnJqv111Mo0FlKm2pVCZe5UDcd4LI9see9qWuxTaBzG+zHl56DyXqnYjDoaTZsVlQ4Dp
CbDj1cj71njifjqp8TuIT1Tq0446WSEyIccKkIQN0jwB323hWhpW0MIa0d6Ji08dbOeiFmjT
4+akvZjw+MT9vHC8q+3ml2Ztj0hKhoGw4HF/9G0r3RdaGT6NRVNV9hjrd5yCybGv01XFCeY9
2aviqVhWIMf4mxEtYWuqVeZm9egW6pQ+AIjcdmqYUeCwRcQ0edlj+LP6aue7tSTNuRa5HjFr
UNu8FYXDNIqM3xHwne/z/gidQynoXpXLNt28/olW9sZVtq3ooaesGsUjT4E7p9VdcC6xkh+0
0py7JFcSzTMSYaW0lMvIYkdW2peUZ2pptDwFiRfvFd/aI8o/lGohDjDpW6OF/wAea9ffk4rH
VGzjqc6xuPvAPuN1m/tp4Sdw92qlz6ZREtKVKUS40UuZlKyAJ1BJKdLAXA2MS2ylT0+GhpOb
SoLaaDdqWyAZOGvaFC+ydidOF+23hWZmHMso9Ny4eBOhbKyy5/kOmNTpo/pOH1VL9phI725h
Y5iX6Orhl7QPgrwq9KXhziFifDa05VUmrzMnY+CHVJB+AEbbs9V/TcHhm5tHostxODoqx7e1
LaAq/ELDBtb+3cp/LoiRxU/zbL90+iY0QtWM7wrLwqkr+WHxecmfWsAC9t59sbx5J2rP+qVF
90fFeiNiwP8ASGoP44Jt7YMuHuz9OzRaaShmsIS2rOvNmN0kZBdBNr942trtfWm7PXbO0cwt
Hxch0Enh6+a5l04f3RUv9moy38qI1uj/AKXH3j1WT4n/AECXuXTfiUbt8HB4cO5T+XfjZtjs
8YxH+1/8QvO+1pAw2k4dVQI5VMrQpOYKTY+wxtTmgtIWKB1nAhOvH5qYxH2ZeGvFWRSXa5Rm
hTKipABUqYpxBRe/VyVXl1/VjyxXUAiq8QwpwyP6Znjk4DxzXqjBsUcz6DirDmOo7w0+XilG
CabL4xZmKQhszDVUpqpuVbQoOoWoI5gRcmyiU3HUC3ujz1VyupLS/ZNjwyOV/NezG9HUR7zf
rAEZ+PDXl2rAOJKI/I4sqtLmJNcq408sclfrISdr+FwQbG24jR4ZA6Nrwb3WSVdORM+O3PyW
7uzVxSqLfYdxhw9emXW1PTEtJzpF/o22XM+a/QKZNieoBi4uoW4zFSS69C4h33dR5LFKiR2E
1dTGcukF2/e0PmtH9mfDbkxwervEqaaInMbVdc+wjMqwkGczEmgoNrEoStXd3zpMZHtRX/Tc
UeRo3IfjyWu7NUYosOY3icz+PNY+7XGNzXu0F8yIQhuSw+wZdJSu6nFrspRVroR0G+sGwiDd
g3vtfBW6qcGMa2/b5/wUG7LOB14/7Z1IQ+PzGktBxa1Duode7ua/TI0HFe6NIw0spY5ax+kb
SfHh71km0sr53R0bTm4i/jmfcun1In04gxjiXGCU5JepzpTIN7FuVaAbYT7m0I+2NQ2Won0u
FNL/AG39Z3ec1iO0NUJ68tb7Lch4J/mFZ2lA6k/ZF4bkqe6xTRRwWuM1BH1fQqjqf/IXooO2
v9RSeHqFctlv6zHj6LJHCBpbvaI4kWCzmVRW+4T1lXPcPfGDbbkCqZ934Bek9gv6HJ974uTl
220vtzfDnKwGpVht9BWoISVrsi4GuY2AGlrC+pvpGb7MbpM3M2+PgthxppNMzPIHTw8/Lx4L
HHClsN9rrB9h3VOTKh/iY3LZ83rB3H0KwTa3LDx3j4LqxWHbdoriSdv7dq1/5NEajsVngbe9
3qVg21J/nQ9w9EjmJ0FIUT7I0tjFn0jwFHanNrcpaSo2PPbsP4YhtXMDaOS3IpfD5C+sjvlm
FX+LFlXy12GglJUfT8TAAGxN5cR5C2hF9iaf8fXC9cbHn/W6Xu/8CrQ7Tq3U/J21tDgcQo1a
UQlTKCoEF4etuEDTUg66DWMawQAYy09h9F6CxE3w+TsHxHmFxmqywvHlOIO1Wlh/0qY32gFn
sWJY1/Q3eC7RVV3+3HCYXsTg57U/+XPxrOBD/WGv+8390Lzti+eDUvcfVPbKgH8S2OpwXVf5
GDbaf0GP+0Z+8EXZcEVT/un0VecAZdya4W8ZkobDi2+ILq+8dP7zlr7G490eXtvHBu1efFvx
K9a/k/H+q4+8fQLMXbwcWnj1w9aUZgJZwcg5HLlsEuq9UnVR8TboNTrY+yYH0Wb7/jopzHCd
6I3yse7Xlw7VWPZdTl7cOC7/AP0An/rLUa1gub6j7jv3Vim1vs0/3m+oW/51wJ4s8QTbX8qZ
++m/5wuNk2NBOz0H3QvOu1JAxmREKqponDPiBi1boadRKIw9TV3tZ+cuX1DzRLoc16ZxEPtX
J9MrabDAcnO3nfdbn62UvszEaaknr3DMDdb3lOnZHoyG+zbiriu7LpFTxpXHVSS+SpLiZNhR
lpZH7SAlDjg0t9KbXjyltlXHEsfLAeqz8elh4L1rsjRNw7BGn6z/AMetyss9trFqKjxVoWEW
i4tFKlTNvrc/XdSAlKSD3hlTmv4qt0g+z8JG/PwPVHhr71ba+QCnjh45uPjkPd6rPPZwwS7x
A7ZOF6aklMvKKSpayLpbW6rIFn96gOL90bFhO5T9LWP0iaXePAeawzaiZ0vRUbDm8+7ifIe9
b5xHXmMT4wxdieXTaRmqghimI/2uUZKWmEjyyIT8Y1HZ+gdSbPF8ntyAuPe7NYfjFa2ox1sb
PZYQB4L7GRLnysM0jLnv87jfzk/62jz/ALQf7HUp/ad6leh9jD/rXUD9hqkXbBaeY7LOJilD
4Ls1KpAZUeWpIWL5ydAm31Qe8cuh1IxzZo/yxgPb6cF6BxIF1K8gXy7uPvXI6fby4GqRA0sB
eNmhdepYspr8qWQfsn0XTCuv2wTwtKeuEV/+sJiPTezQ/nfEvvs/cC8S7R/1bQ/cd+8VDZhy
572tz46RpyzhoAGSQKdANkj7LxyVCLUsqR1Fvtg2iBFZVXABFgdNd4HJCjUN9TrpuYBAlKG7
EEabEwVDmlAbuL3J8zvAEo1rpI6leffQA21gUUnmkZbUsWSCNdT0tBggRvobdtQq8chyUTcm
QUGxsdhFbL7rVIaJ1xy+KKS8nQ2uYTulZKN1rg5ImZmG0NkA3V4AQRzrBLQUry7eco85dbl+
nSIx43jdWyOzW2QUIt11Mc1ueaM990aAEixPwhUCwTdzi45JW0lPLBV3fC8OG2smx1Q0uaLs
N9IMCg3c18D6uuvjeORjzShKkBIsbny1g+SQIK+z5Van2+Udddu3Vs4Yw7O13sd43bpFSprN
arOLJCTZlp2osyynGJdtx1ZBcUNAtaL+yMT2ixKng2kpunJDI2udcAnM5DQd6vuG0rzhzwzV
xA1ss9Pdj3iw80WTiujty4WtaWk4hp2UFSis/wCG6kkxTXT4C55eZzc/8t/yVqZV4vHA2FuT
W6DeFufqkyexpxUTtiqjD/8AqGm/6aA6bAP+Of8Apv8Akg+mYuNB/wBwV98A+BeI+EfFCo4k
xhXKH6E5SZ9s1M4hklKlnFybjTJCG3CpRzKtoL6wnW12FNwmWnpZC9zi3LccLgOBIzCbgVk9
Y2acDIHO45KrKcrl05MvbK4yMjib7GPR+HVENRSMfCbiwWY1cL45yHjNOHpCki172iV3rKP6
ME3U24XVpqkdpbAc+8oNyhrDctOZjuy/dlwHyyrMU3amnNZgU8Y13SR3jMe9TuEuEVcwnmk3
CJp/B/b3xng5x9xh12VVymrgN8ySmVNLUbggKyLT4XHWPMu3DBW4ZTVoHtsb7xb1C9Hfk7qx
SYjUUrjkc7dx+RU17fmGG18LsBYwlWWUuOOLbnVNI+kcOVICl2vZKSLXvYlQ0vrGcbFzbk8t
Oe8K/bTMdJSb2dmOt2WOi5nYRn3KZxSw/ONL5S/SC0Fg6glNx/lJEegsJeGVzAdDl5rBMXYX
Uu8OBXRPjAG5jtKz9cY/vbElJkK4zbY+kSyCs/xwuNB2IeWUElI7WJ72+RuPcVneOt/TNlGj
gCo7Qcice4Z8fnqT/l0RfcVA/Nk33T6KqUW86uj7wrNwkwqY+VU4nuIAU5L06svgFNwctSZ8
xHkTapwGy2HA6EAed16O2MuMeqiNQPkmHtJ01ytcA5p1l2YcPpRdUiWaKxmA0S4vYIHsuSRq
YqWEyCGobpy/y7Vo2I3+jvDr5/Pj2c1zYp7dqtIrIsfnOVGvjzRGsUZ/lsY7R6rLMUFsNmPY
ulvEix/ceBNiOHsp5/4Z+Nn2N/rnEv7X/wAQvN21/wDVVHb7KgwTmJGtrX2jbNFi+dslZeCp
QYj4UcTOHr7fNXNU5NepLZF7zMmDzUj9+wpwW65RGHbbRCgxCkxYDJrtx/3H5Z+Nls2yExq6
Gow8nO283vbmqM4O1moYTRLrYmFNzmD65kYLrdkKZBDzAATfNdtRBJHTrHmnaXD2w18tMRk8
H35X9LL23sdXjFdn4ydWdU6ccx5ZhWZ2l+DlMXx2lOIuHXWl4MxXJoq1PUl5KitKm0rdGWwK
bOFYBJOhB6xVsBxJ/wBCNLL+sjO6fh7lJmmZPOHTZFuR8LW8xms+UxrGVLxhjPD+DsMT1XZx
fREUwzFNRmblF8/lc+50QkNLWnNsFDU6GNTwnGBh9DMx7rbwtn5/NZZtXgYr8Whkhbex4dmX
hw8l04xFj/DvCrgYqnUp5lEtR6WiXp6HXhdLbTGVtOvrLu3YpuDuSRvGQsZJVy3Orjc+Kv8A
FSiMWOQHw/guKuI6u7Xcazcy8sFUxMKffVlyjU3Olzb4mNOhj6KMWUNUy9NPYafALf8A2VMP
vYT7IGLseLZUxWcTLEnTSdFBU3dlFv3ksh5X8MRa3U5fDTYe3WZ2877rf4rFqysElbUVp0jF
h3n+FlrmjJkZOkMUuVdQpcq0EqbSrVNhaN6h3GsDG8Fhk2895kcNU6KylRuLGHKbEckjkSn9
1ig5TqJKo3/9CdjO9tf6ik8PUK67LD+c2+Posx8CqW7O8c+JbzSlJLdSoKFWBtYyLx1I16Rg
G3b92rYP2D6NXpLYAgU77/a+JSTtuzDK6ZgeXLq35xiYfD2UWbYBR3UG4BKletppYX3MUDZg
HpJO4eq2LGC76I2zbAuvfnksccJzm7VmAidL+lXv/wADG5bPZVx7j6FYHtf/AFePvfJdSK9f
93fiQoda4q3+LRGqbDH+ZG97vUrAdrR/OJ7h6JqWkLRroQOpjUQbLOXAlMtXdR6AkA3POaG2
3fEMq4H6HJ3H0TygcDWx25j1Vf4qcaT8tXhpbuXImo4jKsx0H0A+EeQNoQTsPTgfjrheutjj
ba+Xu/8AAq7O01IpV2JsTPtlUwwS3MpAGVrurvnUu476TayRv4GMLwV5/OsefZ7tF6Urmg4f
M2wybxOYzGn47FxJmSV4lpDh3VWGD/0yY9IUeUrR3Lz/AI1nRuK7PVYk1LhPYbYPe/z5+NVw
H/aKv+8390LzxjFhgtL3H1T5KqJmMTKJ/wDAuqD/AKGD7a5UMX9oz94Imy2dVJ90+ij/AGYU
MOULi8xMFARMY9fZXm6gycra/iL/AOuPKH5RyW7SEjg0epXr/wDJyC7ZgZaOPoFljt905clx
zwAyVrcSKHyCpxVlHlr/AFL6AZiArrfrDrZB+9SzH9q/uUttCbthAOWeXiM/mql7Nag123cF
KPWQI/6y1Gv4ELvqPuP/AHVh+15t0H32+oW4q3VWZDidxHddXZCMTz5UP+XWY2jYwf6uQH9k
LzltW62NSDtVUdoar1OR4JYE4b0kL/KKsMpmXmm0FTnp1VWlDIyp1Jblgg2GveMZxVVgfU12
KvOTP0TPDNx+C0qgoiGUeGsGZ/SO+Hv9FvZymyHD3gth7CMkSJDC1GakwmRZKyS00ErWlJPq
903udL3vHkoSOnmkqHavJPvyXrqGDdEdONBYdmWq4m8SK5MYv4t4jxFMzC3lzkytTa3nc5S0
NEAqub5UAD3RqdBGKenZHb/Pj71X6icSyvdfK5t3DT3LRnZYpbmFezVxD4ouI5VTnpb5to6y
e8l6duw3bxyyyH1+WYRqwpC+ipcPb7VQ/ed9xmfvK88V1eJMSqa13swN3W/ed8hZWq8luQwR
LyqBZKOWnf8AaEegKmIRUDmDQBYLSyOkxFsjuJ+KkGJFB/5Xt9tWUpS5Uym563lPhHj/AGiy
2JpT+0/1K9dbFE/6X1Q/Yb6Kw+1tJOu9mXFqpeYUjlqbcOpbbUnmJB1v3lEEpy+ewjE9nHNb
WNvn/kvReIF30M2y6p/iMuxcfqm+w1QJ+nZgtapRbiv2SCLRtkDXGZj+0LHa9xdBJ2NPlZdD
a9MWwHwmUNCcIuW8/wC2ExHqLZofzviY/wCYz9wLxXtGD+baA/sO/eUSXMKcVZS9N9I0yyzz
tXwspOiutwQY5CjUpTqfV8oKgRyWkZCTc+ccgXuYJOgvbqdo5ChIWVd0WtfeORglQuO6FC/9
esERgCg5cwse8BpaDDRJkhALCSrvKt5AQKLfkhZEW2+JjkN1VClE6i8VK91vQACKD9kkqFh4
iA3hqlN0k2CRuu3Vobw2c8cE7ZCbZotKio7GEt43ThzQBZKANPC8LtFwmLjmgHuo31jnGwR2
Ded2IKVqCdtD0MA1xslHMBdkvC6u5AVr90AZCEcRAoxvM4uylHQQo0lySkAbopLhXD8xifif
hzC8tMplHKtUESxmCnMGUE3W4R+ykKPuiJxevbheHSVR+oCUvSQfS6lsWl1JZtPAuWrM2wzj
3G00yy8pDUwjDcolLyQbBYBevY7i8Z9Hje1kkbXiljFwDnJY5+CsLqDCWuLekdl2JuVJcAph
R5mLsarJ3vh2T/08Iur9pXu3nUcRP9p/BLCDDmiwldbuQ00js/BI/umxnb/8OSf+njvpm0n/
ANOL/qfwQGLDv+M7yXyqX2fwb/lPjMezDkn/AKeONbtJ/wDTi/6n8EAhw8/75/kvPmzs/pNx
inGYNtxhyT/08B9N2k/+nF/1P4Iehw//AIz/ACShlHAiXSpLWMMbIB3/ALnZP/TwvHim1MQs
ykiH/wDM/gkn0eGPN3SuPgvVL4Gk642xwP8A+nZP/Twp+eNrf/rR/wDU/gi/QcKH+8d5LxC+
Bjc0y8nG+OQtp1LiCMOyYIKVAj/D+IEJSYptVLGWPpY7H/mfwSjKXDGODmyOuOxG0LFbeK/l
VcK4po0iliRxRXZqQfZmEBbiWpmXUpRABHfzspVcaXJjNMewyam2QZHU2DoidDfK9x4cFetn
q5rNog+LR+R8v8lsbtaYamHvkzcSSs44Fpk5hp+XaQ0slxSVAhPdOYD650Ke7rGA4JI2LHIy
3jccOS3yrLaqjlDhc7l/I5aLhG4r0OSbnBcPyk626E2sbBQJPu1j0FBIY52uHDNYnWx79K9p
XShrF3CzFHC3hwziipYhpGJKLR106Zm6TIMTLT7HOU5Liy1pN0pWRp7IvUIx3DMSqJ6CNkkc
xa4XfukG2fA6rN5RQ1VMyOocWuZcZDtRlbotAw9xq4ct4WrlRxFRKuJGpMTdTp6ZRyypoJyh
CVHYpI33iaosbr8Uo62GsiEb4rggG/1b65KMmoKekqIJIXEhxBzy4qdcNZtiV+Vx4jLmVANO
U2stm4Ot6kyI8+bYNc/ZHD7ch8VtexFv9Iaru+Sfu05T0SmEUBqZCZMP2fbSw4Co2yp7wu3l
BVc3sfCx1jPcElMjc9fx4rTdoItyke5otoff5rllWacmmY/lpdIs2usyqkewuAxtOEyGSeIn
mPVZDirg/B5H810Tx8024/wmSoaDh/KD2fTPRt+xrj+ecS/tf/ELzbtcP5qo/uKJplkpWSBl
A20vG2XJWNhtlIsL1leE+JmHMUtjOKbPIdmGzqHGD3HUEdQUKULRUdpMNbi2DTUp1c027+Hv
Vp2frjh2KxTcL59x1UCx1hkcPO3HP0aTUUUmttuS8o+ghN1tj0iUczXBGZhak6HUgaG0eTMa
Jr8Fp8QcOu3qP729U/Ar2vsJUijxqfDCepKN5v7w+I8VsTh9JNcaexhiTho9NMIxlhZTlQw3
NzTBUlxC0/SMkjU21Frb5Ywqqf8AmrFW1Vv0cmTh2j8X81sFczoJGzj2TYO7OTvgVlmXxm1h
irzSnmUelUaRdlX2npZxtSAF5UJWtIWgWSor01ssC99RdOgM7BunJxvkfhkexAXxkXAFxx/i
qJ4247qFVakJedmFZkqecclVvlVnFpQkulOdWUqyA2va4N7xPYdTtaTbsz+Cr+JSiJgNrE3y
/HuWcaXSZqu1qQo8ukqna1OtyTZy3ypWbKUfIJzGLhTwmeobE3ms/wAQqBSYfJM7iF2fapUl
QMOYDwbKoS1T6DR/neeQNAHXkBEug/vWG0H/AJQxoOCsbWY5PV/UhAjb4e0fNYRi0jqfC4oD
7cpL3eOifa1W8KYeNAoU9I1KSrkpTvSqzV6ctlS+bNHnIl1NOFIXkQU65gRmtaIanxDHZcQq
ayhDXxb26GuNvZyJB78rKRmosLZSQ0tVdr93euBfXgUzuY4wOkEqr+KrW1/tVIn/APPxN/nf
av8A+tH/ANT+CivzVgP/ABX/AOFNjnETBVLm1Vemz2IqvVmJWYak5Wek5OXYUt5lTV1rS6pQ
AC72A1taIvFH7S4vRupZoGNDrZh9yLG+llJ0EWC4dUCaOVxI4bqbuypKyM5xU44yL623Z1up
4dWwm4UDlk5gKNxcdRGSflCje2tjHJpB8mrX9hJd2Bz9AT8Sqj7d1QR+6ZgrDq5ha/RZJ+YS
246VcoLUlNtSbXy7AnQe6Kjs3EWxPkHGwWsYlLvRsAGdydOyyx7wrdR/ZY4HyHuI9JH/AEUb
Ps8D9O8D6LGtr8sOae35LqZWFA8c+JBJBUK2qw/gJjT9hgTgbO93qVgu1ZDcTN+Q9EzPupDd
ysedxGqta48FmUkkTRdzgFFqw8hcmkNqv+cNdf2xDeva4UUlxwPolcOmidXx7rr5j1Vc49fL
HywtIeDgRlnsRWKth9AI8iYw3f2NpR3/AL69d7KuLNq5z2D9wq5e0bV0z3yc2I0O3fU25KlC
ghSSgl1O5KVJtp0KT0uNjieEwlmOR20z9F6RqiH4bIeO7zHMeK41ug/PFCPT5zlz/wBMmN/p
f17e9YXjP9BcuzlTJFW4Ug6j8kHbn/nz0apgOe0eIfeb+6F52xk/zJSdx9U8S9xMYmtt+RtU
/koPtvb83xf2jP3gibKZ1cn3T6Jl7KriSvjCypxKP7uHFgZbn+9JbXf7o8pflKb/AD/fs+JX
r38nH+zgFvrH0Czh8oBTs/HrB1QSwhK1UkpW6M11jOR1SCANLXUom5tYJMG2Qf8AyORvarDj
sZc2JwGl/fwPD49nFZ04LVOXovavwnU33MktK0xTrigRcpRMNqVbxNgdI2zZmN01RPGNSxwF
8syMl5922kEMUMjtA9t7Z5XC2ziDFPBSscSMUVw1XGEtKVKsvT3zW1T5RSHErczlvmly6QrU
XsbA9YtmGT7WYZhTaCOnjIa21+k99rLLK6l2dxDETWyTPuTe24bd2iScIafOcb/lQ3sd1OX5
VEwc0vELrTeflNzbg5EhLpWnT6NAzZSRdKdt4y3bKV2D4FDhO9d7rl+hzdm4+WXitZ2PiGI4
rLiRHVFg29xk3T35qx+2nj9ODuzBWqdK1FtFarDiKalgZuYW3LqdXdKrCwGXvDW5EZRgtMJ6
xjSMh1j4aLb6iV0NJJN/dHedfcuOxeqFSmpKky7hTNVN5MokjdIWbKV7k3jYaWkFRUtjaMyV
nmK130TD3PceC6gT8hLYW4M8LeHko2GEsSJxBU20m1nH0huWSR+yw2Db/dDGxbPwCv2inqRn
HTgRN7xm4jxXmrHZzR4JHC7J85L3eOgUXq8+oyYbSDbmt63374jW65g+hP7iswoHk18Y7QrG
mRzPll5y6gMhqi9R4CVNvsjxTtMbbD0v3n/vFe0Nix/rfVfcb6Kye1+5LK7G1drBaamWy40W
3F5k8tS1gAi6SCq9rBKk36kgWjE9nWu/ObY7/gL0JWuDcPeXDLd4+FiLZ+YXEdTy3qnVlKVd
SpRV49AMaAWAcwsWneXNn+4fRdMMQDNgLhKkf/ZFzX/zhMR6S2a/rjE/7Rn/AOYXjnaP+rKD
7jv3lHOUMo6jbeNNWc2CJVmBASnTx6xyC9kckKSTr8YBAlKQSg3UUi8AbBDqUblRlFrm+kFQ
Z3ShDClouSUgfbAhAXWStLYQnQG3tgEXeJQFA3J1PSOXDmg3SBuBr4RyPZElWp7xEcuVM8wl
RykxRt9y9F9GLXK8UsEEWsYFzgRayFkZab3RRGo31GsI2TvesF96o+6O0RfazQ8x110g93JE
taOF16ASd4MATqikhuQXyhsIEoWG9ygEaeUJnNLAm6MQcp0hVptZISC9yrN4euppM/j3F235
OYWmTLKP/wBJmrSjNvMc1Sh7IznbOTpqeCgbrNI1vgDc+4KcwFpAdUu+q2/iQrE7KPBHBnET
g7jzGOOMH0XFSZjERkqC7UWQ8401Ksht5NvqAum48d48+7Z4xPHjZhp5C0NFjb3LYtmsOgfh
3SzsDiTlf3qS4r4H8G5SuGUZ4dUamPnJ3BT06lRKRl111in/AJwxVov0ziO9aHR4fg02ToWg
9oTGOAuAJlpt6n4JwxMtvo7rfoYC07bD9YgjTY79YbHGqxhs+R48VO/mDDnZMhjy5gBJn+AG
FUS6HE8NaCVl1tAU3IpcbJWNBcHbQ/EecKNxuZ2k7vOybSYBRsNjTM48EyOcGMLtSrq2+GmH
3A2nnEGld5QHQX3Bsdvb42eNxSZ+s7v8SYSYNTxnKmZ/hTQjh1gxVRMt+53hqXeU9kSldDTu
U5ri+6dDY/iIfioqN2/TPI+8ol1NSA7pp2A/cTcOGWEZwsH8isNtF1pJSE0ZCE2UFEEkDQ2Q
rX3wsK6Vmr3n+8Ui7DaeTSNg7mhSehcCcEvvpamMF0dwoKkKW5TUAKIzb9L6aW3setoB2MvZ
9Y/4imxwKN2jR5BaSwTwj4eYFr8niSnYDodJr0ipDshPsUxKZiXdcSq2RXiU3Tp4+cRFTirq
qMxucbHUXNrLocIMEgexouNDYJ77QXENvEfZSq2HXlpl6tVZRaWqZLtgzC0JKSLJBF1rOSxK
gAArfSKhQwlmKMkZmxp14Dx4rS6akeKR7nts6xGupPAcu5cVsb4WVRgmZmGEtul8IeRcqQtS
khZCVH1wAcpPjbfWNwppxLkCs0xOjEQ3y2xvYjvz/gVF5WkSQpDdZYbcl1pqku00jmGyQXE5
vvsBEtTTy/To4iVRsQp6dtM97GWyXRWsk/lF2d/LDkj/AOsnYv8Ahv8ASMX7/wDwCzmr9mi8
PVK8PFf/AOlZxcW/WKKqdEBX/wA4Nbg7+yMk2lF9kqD7o+K1jYw/6w1P45K2u1VOTj3DCZZl
UIck+dd90KKUtgJSehGYk6BJB/myXAQ1pBJzWv44y9K/mLX8/wAfJct8Vq52IsKTJ3XUZdKv
aHBG0YIbVbW9o9ViWLDcwqVvL5Lf+NSVVHhUBp/cDK/yr0bpsabYziX9r/4hec9rBfC6L7ij
wbWrpcDraNqvZY8GOOgTpLsJcbU2pNwRY6b3hB5DhZO2NLSDxRHHamTde7L+D8c08BzEOHgJ
RxS05iqYp55rBI655dRT55Y8u1lC2HEsQwp3syDpWeOTwPVel8KxKSOOhxRntRkMd4Ztuprw
QxCk8a8EVyitZpKspbSth1ht9KZeYSCUuNXGYC4JuVbR5oxWI/Q5GPNizj2he15xHW0fSN9m
Ru9n2i47Fcfaqw3Q56eqFRnMPImKjRGkqcqEseQ3OsNKDoacCVJDjilgkANk2N792K3s9Wzs
tG1+Tja2ticrjLLtuVXaSnaHMfI28ZF7ciBewPInhzXGDF9WOIOIc/OKShpguZuW0gJSD+qA
ALW2t5bnePQNLF0EAaqNiNQa2tc85Dw+Cvrsn4JRjXtfyr00nlUyhy+Z54jRCnRdavDuMpWY
stDI2ip5q93+7aSO/Qe9ZntE81U0VA36xz7tT7l0fozzWLMWKqj9mGsS1hT7gI0YkW9cvkEs
NgRcab+YNkjK/wBstLj2udn6lZXP/O20Qjb7LSB4BVjw4wXTO0v8oniNnEdMlaxQMP4cm8ST
NOn0Z2HJibeSxKNrb2UEMpNrnQ2MZNtHUS4LgtNSMcQ85uIyN3ZlangLIavEpamQAtvutBz0
yHxVuYo7N2AJORcfp3BXA0w2ltSyEyJbVYC5G+8ZEcXqr2NVI3xutypcOpHm30aN3gmuicC+
HS5hDVQ7OeEXVqIQoobsnUBVwSbXsRvBRi1VfKuf4pafCaQNuKNg7ld2FMJ4G4X0+p1ejYNo
vD2SdQHpiQpkulpUwtvupKgNVKso2udj7YbVWIyVLBH0hkdzPam9HhIEt2sDAToPVcqu2Fi3
8qO1JUZhhltuVlgJZDoUFLeypTrcJAy3NwkXAubm5jQNn4OipM9Tn3JTFSWxMA7e/Xt/GaoX
hQsjtH4Ncvc86YH/AEUavgA/nIDsPoViu15vhTfvD1C6h4jqKZbj/wAR8y9BWScvU/RpjUdg
Y9/AWd7vUrzztrMIsWN/sj0UOqNVLyglK7JTsP6Y15kZashmkbMetbLTL480xGc/RIWq95hq
1/34hlibScPkPYU6wmzMTiDR9Ydls1FeJa1H5WulZSEqNRr4upvONWk7jwjxziX+x9Ke/wDf
XtXZrPayoHd+4VafaXbcPYZqjK0pEuzNSqQ+Ta6wcyUaEZibnXLofDrj2DuvizSON16Qq2MF
BICbGwy7iPxquT0w1ap0jwTUpQf9MmNopD+nb3rGcabahd2WXZaohAxFwwTa6RhFy2v+/Xo1
TACf9IsQP7Tf3QvOuMNH5lpB2H1TiXUJmMSoTbTBtU/koV22B/N8R/5jP3gk9ld0Vcg/ZPoo
B2bJ92T/AHXZtpYSfy0dKbti/wDesv16+yPMv5Q4w/H908vmvWn5OXD/AEbB7fgEi7XVGcxT
w0o1ZNKJmJFZceXYqBGUpQ2PWsVFQVYbpB2N4q+zkn0apdET7S0evhE9IHtNw0/jhoOOSxvR
uGDFdrkvL1JmTccQ6Wy4UNuBnL6yEDS2qk6ddBfa93lr3QNJjv7xftKJHhGG1TBJUta4DjYG
1uA5cPD362wHwR4Vz0jLPz2CqLNtrQ2SHqakm5ITYX3IuCrwNuhvFSmxXE2vI6Vw/vFN63Bc
E1igZbPRoWtqAnh7wf4eTkrhmgUfBtNm3i5Oppsohlc480oNJKwD3iCsAeRtEU+SorZN6Zzn
uGl87BQUdDHF1YGBoyvZcgu0/wAVJ/iHxpFC9L9Jp1NmVTDuVoNhLyk5eXbchtOlydSpUaVg
tG2CIzkZuFh3D5qHxicOkZRM0Ybk83EfDRRns9YIVj7th0GlOAokZVSEvOK9VvmXLjl+mVlK
zGl4S5tJFNiD9ImkjvOTR5rG9qHuqJoqBv1yAe7V3uyWv69iYYo4sYpxS0gtyU9OqRT0X/Ry
rYDbKPKzaUxuWxuGuocEjMntv6zu92ZXm7a3EBVYs9rPZZ1R4JmnHs0iAq36Vux/hiLhXttR
SdxVZw196+PvHqrebGf5ZqokkW5NXJzIzD1JX4e3pHh/ag22EpD+2795e2tiBfbGqH/Lb6Jy
7QtbNU+TixSzPMc5yTnGkMuXKcxD2TQA65Qq+oGl4y/Cqcx45G4aH5LdaiZn5slBzNrW8dVx
wlFBdSq5UbD0Rfx6Rt2hZ3hYs91xP90rqDXVJTgbhZfphNdv/T5iPRmzX9cYn/aM/cC8h7Sf
1Zh/3HfvFRhSyoZRteNPWbIGoHlfbzjlyMCCSLXN+gjlyUoaN7q08oKSuunFpkZQbZfvgLFJ
l2aUWB2NvKBskg5BJsL7QCOM0jdcP1dYBObc0mU4Qb3J8zAowSXOq+4gEayqfofCKLZei8xb
mvbXIgbBF3iAvtOkFOSNnbNfW8TeB3c12/wXoG5FrwoAkicrIzTLcWPlCqb8UHrfrAEJTTRA
tr+EIkJcG4S6ky7U3iGTl3y4lp10JJbQFKFzbQE6wiSWgu5JtWvLIDY20z7Dlw48u1SSuTiM
M9javTq15F4gxQobWvK05orNvIuvJ96YynEZRU7TR8qeNzz952Q9CrxTximwwt+04N8AluFe
0YrgT2Q8I4VpDEujFC5P0qabSeYgzL5LrjqtwSQpIOo28o89T4bNi2KSVDz1L+nD1XpmGPDs
EwOCOp/WuaDujtzuT3WVH4k7TnGTE9clp5yqS0hZBSCzKpOW9rqAVmsrTQ9Lm1rxPR4PQRA3
ufFQX5xqt1rIo2gHU2uVFF8ZuMTEyG/yum1ISUlpaVAEFIASvb1ha4PQkmFhh2HOF9wIfzji
jHEAgjTT8Zo2c46cbSG3G8XTKWm2w2GZZAZTkCivLZOnrEnXXzggwrCtDGPHNGdi2NMO+xwJ
7giF9qjj01NqdVjyoMu/stNJCe6U2SAiydCdupvAf6PYO7/dD3/NRrtqMYjFnH3D5JwT2teM
0xTDJP4qWlkkWUmUaDiQFZkpCwnMADqADpCQ2awphu2P3n0TgbW1kziZA3P9kIQ7S3Fd2RTL
Jxq6hGdSyRLNJWpSgQbqyXIGbQbCwtBvzFhzTfo/efn5pwMeqH2zbfuCWS3aS4wSswl5nGTi
3QQUqcYaXYg3SQCmwy6hPhc+MFdgeGu1Z7ynAxyt3bXbx4Dimj93fit6WHjjysodSCG1JnVH
lg75QbhN79PdaFvzRh5FujHkkxjFYL9a1+wfjxUVcxTVqlMKcn65OzClLDiufMKVmUAAFHXU
2G5h19GjjFmMA7guOI1MmbpCe8oE9Ms1KSaYm6gtbbSMjKCs5GwCSAlOwFydoBgfG67W6ppP
I+oaA83A07EjLaZfAsuwHkOn54YUChV9OaiH9Id7E4zbkqdikZZRSd3xW+Kx/wB0nZ9G5GHZ
H/1i5GmYZ/SMY7z/APmFk1Z7FCfxqoRibEjmF/lA8ZVZvNnBqie7ufz9s/hGYYzD9I2Yw9nN
vzW07C9H/pLWOfo0XPm1V1xI4h1bFmKCqpzbrzLUyt1Es4c4bKhve29rDTTfxinUFHHTQhrB
wtdaJtBiMde4wwCzb38RoVSFZfamZjDqWlZltVyXBSdxdYi6YQ0sr2X4keqynG2FuHS35LoT
ioF79yabAPIewQ20hR/WamHkrHtBtG27Iu3MexKI69ID4FoXnDagb+D0Ug03bIMrKqW4B5aa
RspKytrVIZaQCHkZrX66QgXJZrSCntLCZzhpxBoDredr5ubrUqD/ALbLLCXQP3zTigfZGK7Y
R/RMUosSHB+477r8vWy1jZh5qaCpojru7w72rG+AsYTfCjEddkHJhTTWFpx4yTaW8oDLv0ss
Qr6yjmUPLKIwLarBQ6vfTW9s+75WsvWmyG0Bn2ZADus0EdwPxvve5VTi3ifjXG+Pn8RVqvTs
zUFvKcbW5MlSmrk2ynTLYaaWAGgtA0uGUVHAIY2C1uWqeurqlwaGuIDdPn3qu5ynDnJn2dGn
FfTo6NnqfYYlmSfUKgpYi2Te5roH2ZMPO4U7EdbxKprlVzF0z6JLFI1Bmj3ik792WbV/jB4x
apIOmFJho1ldvu+63TzNljNRVHp6mvd9QbrfvO1Wjas83QOGuJp5ohgsUxuhyCwbZXZs/TK9
qWEOfGLXtNaoqqTDG6OcHO+6zP1sqlgI6KCorjqBYd7lHezdxRoXBzsV8TOKVUmC3iPiFiFa
qPJrSElNOkx6Ow4FetkV3j7dh1PmLbKsqca2kNLTjqs1PK/DvtZeltjcCZBQx1FUd2MC5PM9
nPNZu4i9rbiHi2bXJU6pim05twqadlQW3FKtbNmGXTfQi2sPKTBoomAy5nlkrVU17Gyn6KwN
HM3JPwHkqpc4y8UX6e3Ly+OavJMtNlDSWpm1gbXJNrqOm5vvEmKCiac4wfBRzsTrN6+8oDUM
e44qM+45WsZVmZmSpShMOTy1rClAgqBOxINrjppEoylpmj9HG3yQuraxzLCQ/j0URnEvT7yn
pmtu1CZKQM84oqWQBYDMfIAQ9YdzIMsOxRrnTSH9I4ntJunnhsHJXj3hUupLakzExf8AxUXP
Z0h+KC32T6FZttiHNwcA/aHqF0Sx7Mqb7SXENJVlvVQr2gtoIjXvyd2OzrfvO/eK817dhxxw
i+W630UNdqAI7pNx4xrVlmYHNJFzKs8vr/3y0R/HTEZiP9Bl7ipjDWh1fF94eqhHHGtqovyn
bNTur6GsVgJy7kqQgWHnHj2tj6XY+kZzDv3l7U2PZH/prMZNOrf/AAFQXifxBq2L5aUpUw+p
Umy4XFIcN1X1Fr2/HbQWGkZ9h9HFTOMg1OS3jHsXhlZ9Fp8he571naqyxlVU1R1zViU1HhzR
F3oHh9UwLJsbcHYa8hdaqtPIRVeGDqjbNhFz/PHo2XZyIv2mxEDg5v7oXmTHanodn6J0gzIO
nO6FJzxequKAdhgyqHf/AHKHe3jN3DIv7SP94JvsZKZK+X7jvRZawdj6aw1JcTKfJPKbmJjF
i3QtKsqUD0dgZlaXI02G+2sed9taQTbRue7QDzXtL8mc1LDsX0sv2vgFBcZ8RsRVLDcqhVWf
l6JKrcLSGFKQXVrFlLcy2zEgdRoDYWGkV2loIWyE7t3O91uSWxDaOasqOhpzuNb4E+PFVEeJ
c3JNS7UrUJppEv8A3ulkABvvhZI03zAG5udIsIw8uuXDVMm4tWxNDRLkOz8e9OLPaBxlIU5+
Vk6nOqQ6lYUtzvOd8AOELOqSqwJI3IEFODwvcCUb/SCqaLE3/ujgo/NccseTkrOsOVSpPJm0
ct9b04VrWgbJzG5A9h31hz+aaW4JAyTIY9WhpYwEDw/zCrmnocdm5mYeQUqccK1FRuQDqdYl
n2AACi6cFznPflc3W3uzrTXMJ9lfiDxIdQWanVWfmqlKIsebO3TceaJVtZ/hiLq2jMsFFhbf
aqH77vuM08ysYra8OravEnezC3db945n3WUhlEKl6eywn1Eptbzj1LDG2KNrBwXleWQyyuee
JR80r8ySbW+mbH+WIY4gP5HJ3FSGGH+Xxd4U3xliFrDHyomJK464W25eVq91A6i6JaPEG0cL
6jYiijZqZHfvFe8vyd9ENuaszeyIwfcsf8Q+JNZrdFmqMag4mWmn1vTDYVdYbKsyG1Ktr4nU
/ZaI+joo43iS2bQAD6laVide3oHU8eQcST3HQLMU6y9KTzlyRm2PiDFuiIcR3rJaxr4g+/EH
0XUyvkKwXwuSf/sov/P5iPQ2zH9c4n/aM/8AzC8nbSf1Xh/3HfvFR1KFLcskEDbWNQWbJWhk
XtqrytBboLpa2wsjYJHjHJMuASxLKUanvK6EwKRc4u7AjLd3xjkXK6CbkDTU7QBKVayxRSgV
G0FTgZDJEqaJWLePSOSl7IC5YlJKjaOXb4CI5J6jX99Ao11Ttjfxij2XofeAC+6fdAFGAXns
/wBcCANUB5IQF/b5wNuSAmwXoFjttCgACSJJXul9toFdYr2wCCY5Evmiz4ff0hIgpdpGqmGB
JZt/ilSi+UpYZUt9ZUrKAG0Fe/8ABiHxWU0+GzSD7J9+SaTMM88MA+vIwHu3rn3BPPFbhdjP
GeHsFcOcPyEyhuQwi1Oz86EJTLsLnnVzDinXFqShFwUJ7yhoIxGmraBz62rq5hGHvDG8SQwA
WA1NzyWq1MM+/HHEzetdx5Zk6lURMdk3F0xUC/NcT8LrmNAc9dkjawsB+ktpa3uiNFVglrNf
Jb+xenzpsVfJ0jy0n7wS1PZdxsGwgcVcKgAW/wBl5H/34T6XAr33pP8ApPTv6djQHtN/xN+S
8/sWsag6cVcLH/zzI/8AvwPTYF9uT/pPQfTsZ+03/E35IY7L+Ob2HFfCwH/HMj/78E6TAftS
f9J6H6fjX2m/4m/JJ19lTGDqiV8UMJuE75qxI/8AvwoKjBBo+T/pPSZrMXdqWnxb8kQOyLiZ
ZuriZhIeYq8j/pIOKrBftyf9J6bmXEuTP8Tfkvf7EPEn/wDk3Cf/AOWJL/SQb6Tgv25P+i9F
6XE+Tf8AE35L0dkTEoFxxPwqD5VmS/0kB9JwX7cn/Seu6bFBpu/4h8kcnskYqB04p4XH/nqS
/wBJAfSME+3J/wBF6H6Ri37P+IfJGDslYs6cU8LH/wA8SX+kjvpGCfbk/wCk9G+lYuPs/wCJ
vyRg7JWKzvxVwtf/AI2kv9JBunwP7cn/AEXoprcZGm5/ib8kpV2SMfyVNNXZxPL4npco4h+a
TQTLTpSEKCu+lpwrSNPWtpEjQSbNy1bWGqMb75b8Zbc8gXEBRldW48aZwMQew67rgbeQur4r
LiG8QcB3XFBKGsNySlqJsEgT7pN/C0WnC2k1WMD9r/8A5hVWueBHQeH7yj/FvgjWMb9oHFNb
wvxLw1S5I1ScS2+avLBT7Tr3M1StQI1t8IoVPW4TUYPSU9X0jXxNsR0Tjn3q3RyYrh+ITz0Z
aRIdd8DLloVXDfZXxty9eMmGQPD5xklf+3BSdnftyf8ARenH5y2hJzaz/G35I5nso4mFakJq
c4tYXnW5aabf5RqMkjOUKCgMwcuNRDinqMAp5myNfJkb/qnppU1WOVUDoXtZZw+2PktYfM9O
Y4GOUzE2J8PylVos8qbw07J1dE2X0PEc+VWG7lKbgLSrYG/jEpLtNT0+0rcUoGSObIN2Vu44
ZDR4uBmNCOKq7MAmnwM4fVubdhuw7wPgU20V6nz6VpZcSZhsXUkEEEeII3j0NQ4nS4jEJIHX
Hl7lildhtTQy7kwspCGilQ0uIk75KOsnShyU1OY+mJSVl1vKfwzVUltIuVD0ZVh8bRkn5QCB
gwPJ7P3gtK2MF8Rdy3Xeiz3jLsy13iTUqbi+nViZwYhylNS829PSLTcvNcu5SrO+4gXFyNAY
rG0NVs5LUNfLUgPAALWjeN/7purjs5Jj1BC5kMJ3SSbkgCxz4hQH+w5rSfW43YdQrw5kjp8H
Yo30jA+DpP8ApPV7/OOO/s/4m/JD/sOqs40uXe44UBcu6MrzaXpNGdJ3Fw7pcXF44T4EHA70
n/SeiyYhjkjC127Y/tt+S19SmqWlzCeFqU9LzdJwtJLXNvSSs7Dk47YEIVssNtIbRmGl81o0
DZqP844rNiW6QwAMZcWNgMzY6XKzPHpPoeHR0dwXOJc6xvmfki+ItJGJuFFBw1SsXUej1Wot
T8/P+l1Btpcot4BlknMQCQ0lRCbg98xXKvFacbR1M1QHhrWiNpDHO1zccvJTdJQytweCOLdJ
J33AuA7gslr7LGNXMN0ykL484fcptOYDElLqmpIpaQLkAfSeZOvjFeDdmxI6QGTecbk9E/NX
L87bRCFsPV3WiwG+3L3JD/Yl4qB7vGzDP/pMj/pIW3tnvtyf9J/zSX5y2gtoz/G35IJ7KmNE
JsjjVhj/ANMkR/8AnIH/AFdP1pP+k/5pE4jtB9ln/UHySFfZQxm4q6+MeFlHzqMj/wC/CoOz
o0fJ/wBF/wA0cYptEMg1n+Nv/qhJ7JmLrC/GXDAPh84SP+kjt7Z77cn/AEX/ADXfnbaT7LP+
o3/1T7QuyrxHo+J5evSmI5PHokWnS1K0aYlHnCpSMvqtuFZ9gBidwet2Yoq0SOqSw8nsc0G+
WpyCreNSbR4jSGIwhw5h4NrZ6AC6urimZqW7R9WdmG3JZ2oUmnzrjDzZQ40tUq2FpUk6ghST
cGNI/JxKw4fPA1wIjkeBY3BBcSCPArLtvYiKuGYi28we4KCh1RAIOt77xtllj909YapqsRcR
KNQxMy8iy5Mtuzk5NvpaZlWEKCnHVqUQLBIOm5OginbS4nBheFSSS3JIIAAuSeAACuGzeHT4
hicYZo0gknQBNXFnhHVuKPHyt40wrxGw1RZf53nlyMy9VZbmOtOqACsjqgUEpSNbX1jzDBU4
TLgtNR1fSNdGDcCNxzJvqOS9Js/OdHic9VShpElgOuAbAW5HVVsOy9xAUbq404XPiTUZA/8A
twj0ezf2pP8ApP8Amnf07HfsM/6g+S9PZPxZNTUp84cYcLTcuxNNv8r5ykUZihQUNQ5cQ4hf
s9BIHsfJcf8AKem89Vjs8Rjcxlj/AMwfJaRxXVJcYpwNSWKhKT89R8Oqlp92QmQ+wl1Uw47l
S4nRVkrTcjS5tGpbGTCsx2uq42kMeWkXBByaBoe1Y9tlTdDgVLSTEFzQQbG/HsT/AIPlahWp
biUmmsqmpqTwNNqCRqVKdWhsJHnYmHP5Q6mNlPSxSEAOlZcngAbk+5M/yf0IZLUyxNuQwjxO
QWaa32Z+IU9iCqTx4i0PB8vUpoTiqXO1GQDrayhKe8C6VbJGhtbwjM8Tn2Yr699SJnvJ+zG5
wHZcZHvWwYVPtJh2GR0bY2ta3gZAM+drGyaU9l7iAlGVPG7DAT1Bqchb+UiI6PZv7Un/AEn/
ADUp9Nxw5ljP8bf/AFSN7so40dN3OL+EXCfGep9/+3CgGzzdJJf+k/5ofp2OjRrP+oPkkK+y
Hi5z1uLGEP4NTkB/7cLB+ADSSX/pP+a76fj32Gf9QfJFDse4sSO7xawoD/xxI/6SDdJgP/Ek
/wCi9CK/Hh9Vn+Mf+qGrse4rdaLTvFrCrjKxlcR89SQzJO4uHNLiOEmAA36ST/ovRXYhj7ml
payx/wCYP/VXxXvm2jcPsDcN6VOSs+zRG3p6rvU94Oy6510hCUIWNFhtpCE3Glyq0apsnEMV
xybEw0iNjWxx7wINhqbHmVj21Mxw7B46AuBkkcXvsb5k80xg94E6mN2WHpPNrPoiQDs8gm/7
4RGYh/QpO4qWwzKviv8AaCk/Hrg1U+JPaNxJWsJ8TMNUqTXNLUH1VmXStxDzbRU2UrULWUi1
xe9o8h0lXhkmDQUlYJGuiL/9252rjmvWTTidDik1XRFpEgaPbANgM+B1VEjsg4x5mb917ChN
73NXkf8ASQpv4B/xJP8AovT7857Q3vus/wCo3/1RbvY4xTNFImeLWE3khQNjV5IX94cg7ZcB
YbiST/ovSE1djs7S17GH/wDmD/1WiMRNssLwlQxOydQm6Lh8ys69ITImGA6qZddypcToqyVp
uRpfSNq2MqWVtZiFXGCGSPaRcEHJgGh7Vgm18DqOloqZ5BcxjgbG49pNTLCnFnKBkG5Ma8sm
c8NGacG2Ut7d5Xiescm7nuOVkYPf7I5BlbNe2uL6RyLvW00Xu3s6WgCjX815ludPfAFGY7LN
fBslRvpb7YCyP0gtkjMiUix2gbJMvLkBRQFWGvsjslzRJfkk90/1IjskuBJZUXb4RSOxektB
dfW8t/GBsuvkvQnvDSxg1gg3jbNe7X8IFJ3J1Qwm6LjW3SBAyRb2K9CTe1tekcAuJ4r1SbWA
Ghjl3aUWoWtrrBCjtNlpfg1gpCuHOJsc1TmNUxuXXKN2QmziCLvK1HROgt1jLNsMRLYhQQ5v
OZH7o8VLbP0f03FDUu9mE2GX1j7XkMu8lVRxMxFirGOP5idxGqakKbMMMuU+kKWUsNywQEs9
0GygEgd7feDbL7K0FDT9PNaSYk7x1seIHJSWJYxNUkdFdsZ04Xtl4hQJEjJpSECVaFtrpEai
IYgNFVDI8m5KN9DlALejNX6dwQPRR8l2+/mlzNEbfw9UKimVaLEo40h7ujdwqCf+yYKWwh4a
RmfggDpi4gaAXPnYJEJGVvcSzZ/gCD9FHyCEyP5o5NPlFEWlWv4ggRBGfqhJOmeBqnBunSaW
/wC9Wv4ghy2CID2QmDppC7UoxNOk8uss1fcdwQboIvshJmeTmjRTZLN/erX+LEGFPFfQJE1M
lvaKOEhJJFzKtfxBDplLEfqhQ9RXuYLBxQTKShGkq1byQIkG0kDfqhVOXFap+jrA9689DlL/
AN7NfxBCn0eEaNCbfTZzq8+acKTMztBxLK1mgTbtGq8usLYmZVWRQI8baEeR0MQmJ4FhmL0z
oKqIOaez05KVocer8NlEkMhB/GRTtivEFRx9xXlq5UpRmWeFPRLvMSzIbZQpG5QkaAKN1W8V
GKBsls1Ps9WVUUhL43EFrnZki2hPMaK57S7QQYzQQSQkNePaA4G+o7CgIociEG8q0CDrpvGq
9HD9keSzISz/AGz5lPEvSJDkJvKMq/5MQ3dDET7ITts0tvaPml6KXIX0k2fD9GLQXoIfshB0
8x+sfNTGmUWQMogqkWRmtqGxDN8UN/ZCkYZZyPaPmpLI0mQlXlvsSzTK1DXImxMNxGxh6gsn
Re+QWebhOYZZA0SLk7mD7xRNxiTLXXZSrvTNDqIpTj0guTVMo0dZQsjOWz0UQMt+gJtFNx7A
48dYyCdxEYIJA424HsVrwjFfzSXSRtu8iwvwTWjDVKeWg1Qv1qZSkDnT8wp5Q9mYm3shzRbP
YTQM3YIWjttn5pKpxvEqp15JD3J5MnSGJfIimy4SlOgLSTE82mi03QoV1VKLkuK8l2aQtFvQ
JcKH+4jWBdSxj6oSTauQ/WKcpeZkpJDgbZbYBNilCbXjhThvshD9J3j1jdROs0+muu+lKk2C
VH6QcsXJh1HBEBYtCZTVEhN2uKjxkqdZR+b2FC2yWxpDn6PF9kJmambXePmkS5SmqCssmx/i
xCv0eEfVHkkfpMx0cfNR+elpBIKUyzBOXfljSHDaeH7I8k1fUz6bx81H/QZDYyjW+2QWhfoI
fsjySH0ib7R80BUnIJNhKNX62bED0EP2R5LunmP1j5pGqSlW59Eyw36K+n1XmVltQPiCLGGc
+GUFU0tmiDgeYBTyDFMQpTeGUjuKRzXpkxiP5ynKg/PPkWU7MqK3F+1R1MRWF7O4fg9Q6Sib
uNdq0ad4HBSWJbQ1mK0rYas7zm6O4+KO5l0AXGXbWLdZVC5silsNvpJdQlRSdBvCToo3kbwB
70u2aWMEMcR3L30KUJ1l2x/BGkJ9BD9keSU+kzn65814GJNKjllGvEEoED9Hi+yPJAaqf7Z8
0elTCNPQmBbxbF4D6ND9keSL9Jm4uPmlLUyy04FIZQyTpdAEGbCxh6osgdK5/tElKG6vV2qD
VqOxNmVptTdbXPFkkOPobuUNE9EAkqt1NvARTMS2apcYxCOpres2O+63hc8TzPJXDD9op8Kw
91PSDde89Z3G3IJpbp9NbQr82QFHclNz8YtMNDSQN3Y2ADuVdmxCrqHb0khJ70Z6NI2smVb1
/YEL9BF9keSb/SZ/tnzQVSckV3Ms1r4IED0MQ+qPJF+kz/bPmgJkpPUCUa9pQNIHoIfsjyQf
SZ9N4+aEJCUKR+atZupyDWOMEP2Qh+kz/aPmjBISgUAqVaFt+4IL0EP2R5LvpE/2j5pU1KtM
n6JCUeIAhVrGM9kWSbpHv9o3RmhP6vh0g6TXikJUlSSAc31TAEAixXAkG4Sf0GUI/vVsk+KA
Lwh0EP2R5Jx9In+0fNKGadJLSbSjRJNv0YgvQw39keSA1E/2j5pcmjypH94ta9SgCDdBF9ke
SRNZIDbfPmU4S9OYZSQltLf7KBYQo2NjPZFk1kqHv1PmnCwSkADKPAQomYN9V4Re0cuvkh5V
E+AO0ciueAUMNk3N45cHW0CHy8vn+EAi73NfAJSLnUxyNe6KW5tYWH2xyVYy6TKWo6i6oKn4
a0aoIStROoF/CAR7gDJCyJt632RyR66oq2mmxim2XpC+eaEEkmxgQiE2N0YEk6WI1gUmjEsJ
O5NvbA2QXKODYTayQIPayDVHhFtSPZBgEmSki0XcJGp2sITslL2R1OkJip4kkabKjPMzT6GW
U+KlKyj7TDaeRkEbpH6NF/JI1M3QU5k5epyHvK35iOUTh7hxiHBslLqlKXhbC1lqtYPPvMrU
VefU38487GQ1dUysebumkHg0OC1XDYBQUkVENWsL3nm4h2Xbnf3LLHFuXXLY+w9IOd1yVwnT
W1iwGVRZzKHxVG04A8SwzuGnSye4gKgzgsw+jB4xg+bifkqvyeWuxi2KKuvstjc+y8DZGvdW
JhxphXZ34mrdF3A5TAybfWDyj9xMV+oe4YtAwaWcfcpClAMVQ7k1o83H5KBIT38oFh5xYwM1
FOItdOTLQyajUbQ6Y26iZpi065JTkSE7Wh0YjwUKK5hN3FfWSDraBbE48EWWtib9bVe3F97w
r0TiU0NdEG65oO+t9DEg1oAVNqKl8jznkvQAB6w36wrZMr80JIurQaDp4wCFLks6DTMLaiE7
o9k706XCXc2xI6Qi83TqNu6Lp9EmVJKhvCBNk5AunBiVyIzkbQQkI7RxQmglMylax3Adj1ji
DZJhwuppJTTK2gkEAgeO8MHtIKl2SAN7U5+kJS2CSNPA7wla5slOksMwvPTG7bi/TXeO3CuE
zeKTqnTmsmxtrtA7qV6S2SI9KUCTm1O4vtAhqI5/EJM9N5kqsobeMKBtk3ccs0jE4tBUL5Tb
SFNxNw+5TfNVF9TxSHO6kWvvfzhZrAm8khTdN1OYUlKFOnKkaC94VawBIPlcQm1yrO5ANynq
DCgjCRMpITQ7UXcwKHCAdNYWDAkt5yQLeWVOFThOY6awayKgByw0gbIEQpdk3VfewgwCC6Su
upIte8GARSUkUq/S48+kGXBhQAbC9rCBRSM8kNPrEnQeUck173slzrHISvdLWJ16m8cgX3S2
vlpHIUHQJ8Y5AhJcsoG+ltrxxCHNC5gUq4B1EBZcUNIN/AneAKEIzISnUew7QCGyHcEbED60
AhQk3y3SkkCOXJQhleumUdYBclHJSE+ub+yOBXIhxNhlAzCBXIF9RpceMchQtNRrbrrvHIE4
yaCEI0OpuBBOKBxT0m9h4ecHUWdboet/P2RyLvALwp7+3xgwSVzojUoA84AoM+KNsNvxgt0Y
AleE5RHIxBQSu5sNBHJUDPNFqItcmOXADgk6jmB8IKnjGloCDfQbQCWQCsX02Ecj7oQC4bmy
dPbHItgqTSgqAsm8U9eh7o9LdjqLqPug4CISjQgmwtfqbwKC6NCQRrqIEC6Khp9ZPUX0g1kD
r2Xqr5lDaBKAaItSNtBpBLFHCdMNT71G4nUKssNB5+Tn2nm21DRakqBA9+0ROIwmeikjHFpC
aVRj6K7zYAgnwN/Wy6TcVPRMQdmqoY5pAJlqhSUy02kJuoAqytlQ6FClLbPtEecKGJ0Vaymf
9V4I7uK2JtR01E6cZEMcCOWRuPA59xWK+Ove7TFaSNENsS7SfIJaCR90bZsh1sI3ub3nzcqP
jLRGadg4RM9FCWaEwvhHPV5Slpmmqi2w2m/dUgpNzbxB6xZHVZGKNpRoWk+Kq9PE6bp5ycmb
rQOHb71F8vlfwiasUe/FW9h+mo/sUeIEwDmcL8jMK/ZAcKQIp0sh/wBJIm8N0j3AqUoDv4ZW
P/aaPBpt63VWIazk67xdw25UA+TcCcAnI3bpEnEyyptfUbzeWfogRJWBVL6RwJX19NNuvnBr
BI9I4I1KQQD0PjHHJJXKNCE3Fzkt4wF0FhdeFGgzC3Qe2OujJTLyzzirJ96t4K5wCUYxzjYJ
/ZkSGxm184al9zknojaBzUglJRpqXTrmJ3hEuS4YHBOJDaSQNFD3QnmUt+jbkNUSuYKAPuhQ
NCaulPBIHZkKULDSFt2yZb2/2BCamFg+sQPbBS26Va5rQjXKg8E5S4rQ7Xjg0BEcXP1OSB6c
tYzF0m24Jjt1CbX5pcxUVXTqFWBF4SMYKXZM5nDJDNQsTfY7XghjTlk6Jcnsxy7E/ZBgxA6U
nREekKyKPjuBB91Ib9kjW+QkgqObwtBrBEueKaH3xzFZjcgwsAm7jcpuU7dsa/ZCiIk61i99
wINZCUVzE94kW118oFFuguuJSCQSDpbyjgCgJSNS8xPgel4OMknqUUdf5xBTqnTQA3mvLC99
o7VGA3QvusGukS0kZL4eOxPnApEozUKOtk+Uci5ry40IFvCOXLw+oD16xyNldBBt+McjEIRB
BACbaRyIjACUX08zeAOq610agnIQLKIgEISlDbywm4AHiRtBUbNHtsAAg6238BAXRrWSxDaA
LBOnhaC3XWR6UBQGYDz9kAi2sjg23caC9vjHZoCipiWChdshPlB7ojSUiEu9mNkb7kjeBR7h
HNSTmdKlIvboTpAHNEMjeadmWgg5laq6eEdayaveXaJTqDBk2JsjAQASNvKARBYXQie8NPKO
XHMr0qCQLmAR7ElBKyNo5GsBdAKhbvG/jHI4bmiy4LWTAXSgjKJKyok3gLp01gaEHMVWywCU
3bFfZVqO4J20jlwsEYiXWRaxtsLwCAvFkf6C9b1VfCBuETpFSoQE91I0OsVOy9CLy19EnaOR
u9GBOnW8Gsik5o1LZKvLyg1kQvAQg2nML6wfdBKI55shlAKzYR1kG8QF5lGl77fGOsuvcK7u
AuDnMR8aE1J6STMU+mNrcusXSH8vc0621PuEUHayuNHhpax1nPNvDj8kpRQNr8UipnDeY3rv
HA2vuA97he37K1/wxn5SpVDHeAKqgfMVWmptVOQdhkUEupT77LHmIxecOjjhqG+00C/cdFqk
Tg2qkYfZdke/dz8wbLGfHNpTfaSrbS/0qUNpcuPrBO/4xtWxovgbfvO9VVtpGiKvYzkxo8hZ
S1nDSZz5OiVq8tLKenk1Z1xWRN1FCVWUdOgGsR4qS3bARuORbb3KGwuFjsAq5Twk9LfNZ2AB
sdD90ahZQoI4K98FgT3Y24rPKQAphqWbHsQsEH74zCaUs2qhbf2i70VpwmIOwWq7M/8Aucfi
qWa9Y6axq8drqhVQduHdRp1HgYlmELP5wSNdF5qUgQ5JAF1DRxukeRxX1iD98EDwnDqR4Fgh
JVqNSIPe6jyxwzslBdQUgWFreG0BYrs16QCkLUAq53vt5QOei63FOErN5Ug2CRa14Sc1LtcQ
pFLzGZoK3Ps2hoRmnzXDdunFp/KDrrBS26N0m6MkEzF9Ol7Qe1khYkZol5zMgG5BgRqhdayb
S9Zarmx6mFbFNskUuayOb3tsBrBrZIlySvVTBLY11I1vHWQjJfNO2fAKvfAEI90vD2RIA0MJ
gI5KAl5SidR7SY4hc1GcwEamyvGCpQjNecwhG/d8o5dZJH3rKBvYnrCgCSJTJMu/T63Pibws
BkkCc0RzlKQQLD2naDWsi3SfmEXTqfDpA2RSUWtZ3FiT9nlBrLr3RKlFW+oMBxSzW5L76vlH
CxQuBAAsvB5QCPmR2r6OQ3sO4L0pN9oGyS3/APP8cF4NDt/PHDRFNy64XwJuIFJFq98evnAr
t2wXmp1845HsBkjA2oi5GnhAXsiE3RqWxceN4KSu7kNIF7BPd8+kcusj0+r3EjyJH2wCMAlC
AtZAUo2gNEKWISkEX+6Crijge8NdLQC5CTcDTTrHIUYCLb28rRyI5CCtL5QoxyLbJKEkEaC9
4PdN3MBR2lvEwKRsTxQ720tHJLdLtF5fXVUCChLQdF9nGYG+kBdcInBBUskX6QG8lmw5oOc5
SQNfOAulOjtqV4VKI8BBblLBjUDvWGhIjkcNavQhZOpt5RyNkjUsEkDUiOSRe0apexTnHCAE
GCFwCAF7tE+yuH3nVApbKrnoNIRdMAlGU8jjmpVK4Ybb780UoA1tuYZOqCdFIso2t9pOXoFM
GmRZt1yf0QTfelujHD0WNranTT2xH2W1ISU946f0RwGaKTYIy2VJsR74NmEQG+qECN45FIOi
NbSSLwq1IucjUt6kneDgJNz0JSQkakADWBIsig3OS1p2P5tL/Geu0F90huYp6phhu2hWLJJ9
tiIxzb+J30COZo0dbzz+CsGz72x46GE5SM97L/BxU1rDc9gB7C9Tmu5OSFZdfmC3spD0ysKH
8WM+iLKtpjboWAeIF/VX+oY+KN7+IeXDwsB7lSPaVpvofaenJtvWWqVOl5thVtFApKSfimNa
2Hk3sD3OLHuB9VW9piH1MM40cwe4kfJXLweqL9B7O/D2rst89SJ6cb9HUm6XMyhcEbG4vGe7
Rlz8Xm3TYgDPuTrZSKOTDXiQdUyO8bgWVe9p2jYPYx1hTEWEqezS/nyRedqUvLpCGw824kXy
DRKrK1tvoY0LY2srqqjkjqXF24Ruk62I58c1FY7Qw0D29GLEk3A0ytYqKcNgpfZB4usITcF9
CFewNKX+ER1b1drqa/N3wS+CO3sGrRyHxcqWSnLcnSNmjicVllTXRRDMoRVrtEk1m6FS6iqb
JIDbJfHTKLgC3xhQjJR8RtISDY8EIG510hs7qqbhcZRfRe2tvBd43Tswtaw34IBGv9bw8boq
zOG9JYJWhn81vYkE6AGBvmmmq8S2tLl9SL6i8cTdFzTmy4UH1ja+kJ2SwJS4TBSRcn3QSyUu
hpm9L31vaA3UYvKEp9JbJKiCIENsUQuukC3my6brFoPmkiUjK8yzcnXr5fhB1yOLlvKC2XIA
mLLGQG4Nt46yAFDFR2SpRN9wRtHbqHeSpM2kEEEG/Txgu6jh2aUMuqWAVePQbQiRZLhxOqE4
+lGh1tvAgXRSbKPzEytc5dJUlOwEOQBZNHEkpKtxal63IPnB7WRDdFKJJvb2GBQgXNgvsxCt
Tr5GC3BSvROGTsl4dQdbn7YAlKNYBfmvN+nwjtChuXNXw0G0DddY6L3r5eUF4I7gLkHLkvAB
42I8YOEg8kAAo4km/Qjc+Mcm+aApIsVe+BXaL66QbEa32jl2fFeBQAHdvc6GOXZo1Dl7AjUw
BCMNEZfUW8Ba+toC6BejfodLWgEZHIAKhcfA7QCEI+w0sNYBGShBBAB2G5EFQo8Xy6i484BA
hgG53HhHIEYErIt1O+kcuyCNS0rNc7RyISjS2b76eyBRA4I6wFtrwCDIlDubAAQbNJkM1X2o
HjfzjkULwk2v0gEqBcWXmubQQJN1waLIWVW1rQXNKZWRgTcW++BskC8AgBfZDe9io36QCHfu
jEy61C1j5EiOyQF+adJWluOqTdJAJ3IhJzwEo1r5CFLKfhvMlK3bJT4n+aGb5+SfRUmVypOz
IU6VQFLHOctsdjDQukcclIiOJozzKU+lgWbl0obTbQgW98E3TxSu+B7NgphQqNhKutehv4mm
pWrKT3FLk7MZvC5NyPM2imYviuL4U36QKZrogc+t1vS3qrxhOC4ZjQMENURNa4BZZvvzPuPJ
KV8JsXB1QbckXWwTlWJwDMOhtbSGbdt8BLQXFwPLd096bP2K2pDyBCDnqHtz7c8/Nc87XPl5
xdlb9F6O7YaHzgdEFr5rzfzjkAuj0IsE3IJO0KAWSLnZpWlNmwLf0QqAmjjndHJ0P3QoEg7N
eOD6BYCbkjQAbmBdk0pESbp3ybAZnu4rSnBSjVDA9Vf4hrVzZilBJmmGzcGXc0cT7QB8YxTa
jEYa9goGaEnPtGngrbg1HVOn+nu6paLsbxztcu7SOHAZa3Wke0hSGZvguxiqkXmJOZVKl1xG
qQkklDnvzAHzAjLMHkdHXdA/Ii/yWqVRbU0Bnj0Lb+F7+7QrNfFuRm8acd8CYQpyVOT7FBl5
d5ZGrYWc5JPkCI1fZupjwzBairf9aR1vDJZ1jrpJIqOkjzeW3/xEC/hbzstAYWw7K0amSci0
ta8O4dfugJ1VOTagAoj9VCdB5xmldVunkMjvbk9w+ZWg4Xh30KAUzNG2Lj22yA7uJ4m5VQ9o
zAqmkUvGdNzqp4QJebYOoYJJyrv5nun3RpeweJsfv4c/W+83t5j4qv7bUsnQNxEfUG64eNw7
32PgjezNhyUr/DTGNKqDalSU/XEsTFjY5HJZaSQfuMRm01S+lx6KaPVm8R3ghRGyYbUYfO12
kg9x3gs84gw2JXiriyiUfO9I0h6ZKVururksmxUT1NrfGN9oazpcOhqJcjIG6c3LCMTougxa
akhJcGEjPUhouSe6xUPsSr26xNE2CrsTN917Jc/JTMtJST7zK2mZporl1KGjiQopJHjqCIQM
jHOLWm+7r2cU8pmOLd62pIB7Rr32SYbeUNn5nNWOlO42zQvdIKL3S7i0g21QU2CzrYeUSTRc
KkzP65aE6N25Vim5tpeAKRaBovlaIt0vfUbwARjovkkE6bCB0RbhDz3ubXEBZDdElzl9LHce
MGsik2RPpClJIUrXw8o6yJdAU7dFs1+oF9oFcShBViCdthHWQ3svS4DcX6fH2R1l1xoiVrF8
32QYBFuiM55hUBpfW0Ci3zXxUS5cE3vveOR2tLilaJxxDSUFRVbr4wkQLpwGuI7kQ4865opa
rQNwNEcROdqi7qta8F3kqIDwXlt/CDb6D6Lc2HBe26jTWCbxTgQBo6pt25fiy8IF/d4we9wm
5YWuseP4C+vpvAog3rG68OntgNUJu3qjJffZAohuwXK9Pn74HdRDIAAAvgL+yDJF1ivjcpAI
26xyJlZebnU79I5G3hmLL4WJGsDdJ5FekJCgOntjly9CDa41F45clSEWRsTbWEyjgJSlpQSv
u90nW0FRke3LrVqEWHjaOuhuEsTKLItYeVzBUG8j0yayj1RtoDHWRDI1uqPEorLZWW94GyL0
nFHiWUF2v7I6yJ0oSgSyydiT7NoLkgDydAj0yThRmyk+2O3mhcQ93BKEyKtNPbrcwXpAh3Ha
oaZFxSrCwNvAwUvCMI3E9q99AWNwqx65Y7fC7cdpZFqkyL6G48YOHgpAtdfJEKl9R4+2DpLf
cDcIAZsbx2S4ylDDRIAAjtEDnXCVtSrixom/lBS4BcGklObNMJUM6gBf4w3MnJO2wk5HRObU
tJsghRvYbEwkXOKdNZGNU4szKEKysJSLbHrCJHEp2xwvYJciYeIsXCNLWvBbBG33I0LUq1tC
eu8dZDvZZIxOfOdLki3sguWSUuTfLVLKc76HWJaZX3m0rAWD0B0iLxOl+m0EkA1Iy7xop3A6
wYdisNQ49QGx7jkfxzCvdqdqglWwzPnk5RkudbW0jym4RNcQ4WI1717HaZt0WaD28+1cwAkh
Wo8949YgLz+SCvigqtoSBvA2Rg6yNQgA20Ptg4aEi4nVHBF12A02gwzSBdYJXkGWx0EOt2wU
YJg45KV4joaaNT8KuouPnKiNzq79Spa0n7hEdRVP0qSZv/DeW+QB+Kasa5tFDO45y9IfKRzR
4WATTR0SS8aUdFSWUU5U8yJpYNsrZcTmPwvC9a6RlLI5gzDTbvtkmNS8OpHBpzdl4XsbeC2/
NSkvh3h/jSntgJQ/IraaF9FAOhOh691aT7DHl+JzqmaJztd4X/HeF6EkEUAcYvZsbd1rjzBU
qwjiaWapv7mWKssxQJ8pao8w8NEkpzFhRPn6vnp4RH11M4v+lwe20knw4o9DUCGHo3+w4DwJ
uD4H1Ueq1IfpHbLamppttJdYT6O8hPrsttKCtehBGoh1STiTBywHQkkdpKUradoxKndujRjQ
e43I8reqvTAGGWHaG0xU7mXIVNTI2N1m6U+21or9XJ+muOGStlO530feGrybdwyunfiVgOj4
gwG/RnGHG6ZOshLiEqspFlA5knobgQOGYjUYZXsq4T1m89E3qqenxOhko6g3bICDz7x2g5hU
LwNYp9L/AHUXJRsStPksRnlJvo2202tI+ASdYsWMTyzfR5ZDdzmknvdmq1hVHDR1c1LALMZu
tHc2w8+JVYV3ADFC4ccQ8fGbTNJr2GWnJNoAhTJfyLdKvG9hb2mNZoMbdUVNFhQbYxu6x57o
NgPis0rME3HV2Ml3Vcx+6P2nXaSewAZdpWQrEqsNfxjbsiQFhA3mRuc7Sy0TxTwuqi9l3hBN
utBEwhualXCB+sQ8L+8qjM8HrhVY7Wtaeqd0jwu1aR9CNPs1Tvfk4Od/3gO+Czzexi/EEqvs
k3L+qCTeFmt5qOmmuSGhACgXOsOgLKBleHFL21WTa+nXXeAOqKNEeD1O/wDXeCoyIUoAEA2B
212gUVCzWTltcDXWOQX4JMpz6RRJub6eUH4ImZOSKvc/0QW9ks2MuF0H2+yCk5p42I2vbJeh
RAAvp7No65ROiZxOS9C1DS/SDbyJ0PmvBqkg3MFJN0vHE0NJOZQbdOkcHIr4jdehMAXWS0UG
8LHL3fi69y6ecE3+aX+jkDqjNegdRAXsjtZfOy+A093jAbyOIc19p16CAuUputsRxC9016wU
3ASlmvdrr+PxyXht8doMN5IydFfranx/HevPrabwoBlmmznjfuBmEHoTCiZk5XOq80vv7YME
g8tIAByX2+gg2iScWWyX2tz1A6RyTOZuvQk5trnwgUAKFy139Un3QC7NDTLuqGiOvWAvZDmU
obknyodzXw/pgLhFsnBmmP5xon36wF7oN5rU4N0l0G9gT4WgqIZm8BdLW6WtI1sBaAyROlcd
Aljcm2iwUu3WA7kQvcdUsRKtEiwN7bmC7xRt0nQpW3Jtrb0FjsIIXkFHEYIuj009AuoAm3S3
WCGRKCIapUmWaQLkb+UJFxKdsjYEcJdlIUQkqANx4wTecUtuxgEo9DTea4Av8YC5QgMGgR4a
vewsfZBQUc2R4SCggCwvuYKhuDkEUtIAsN/ODhJOTU+gquEkKt6wttDhtgoyQknJI/RjmNiM
o3JMK7ybiPyQ/Rmk2Cl5SdwYDfKExt4lGZGkJOVPMt16CAu4oxawdqUoeUU9xIRbwHlCZHNL
B5+qjUhxRub+y1rGCmyVG8lAZUsFJBGvjuYJeyW3SRZK5eV8dx4QUm6VawBOrbAOg0J6wmTZ
LBt08vU7k0+Smk6szCVZVbWUk2Un7vjDJlQ2SR8fFpF/EXB/HJPX0zotxw0e248yCO8EW7iE
lUkACydTe42hze6T3ezVAUUjfQ21038oALnWzViyM/UfmSTsU25CLd79kRk9XS4YauS4F94+
q9OYXW40cNgIaT1G/uhc/dAL7eVt40/RZ8M1518AI5cdENI2vBkQ9iWsoSnXqTDhgso2dxcL
I/qLdd4clRTSWjuVycQ5IPdn/hDiFFjnpDsi4R4tuKKfsvFIwOS2N4hTH7Yd5gAp5Jf/AEVp
Zx9R8zP+8uCrE0mZVi+WpASUzLzjSEg+Kwkg/bFwkkhfTSSOzaA73Xuqk6SaOnhDfacGkf3i
C1brwrhw4v4SVrB82+pvFlKdQ2wXfrlCbtk/srQMvuEeUpKj6PVNqWDqO/B+a9SRUlmOpJDm
0AX79COwG47ioNXJluclKLIT7C5aZl6621Py6tHGyqzZt94PkIlQ3rb7DcFpt6qJk34IXxvF
nN3cu4+hCsOjTU5V+LDErWU+k1DDcouWLrh/vlSlXLhHm3lv5kxCFrIaV0keQkN+7s81NgGa
sipicm3cDzvkzyF1pPCS+dR51xQHMVMIKgOgN4q0mqt89mizcgB6KwK9KpXQmja4SLWhkTYq
EY8jRYpw0yii8C+Os6TkSJioOk+BCXgPvEXCqcZjSMHJvwTakIZic0h03iU38Q0KY7CEisix
cwjJAm+5CGhF+wYh214HJ7vQqlVZJ2NkPHoz7ysGyKmkVqSU9fkiYQXepyhQv9keknhxaba2
NvJeYJT/ACdzRrx/gtvdpyXQnsycOXmBaXM85a3mg2+yMK2IJdi04dru+hW9bVbkeAsMQ6u+
PItyWGBqkeEbvZYaJW7obfJeWzAgAk26CDWskC5pJufJHNpIVcpVc+UGKZWS1KTrbbxtBLpW
y8B1v4bCOXICu7r1v00AgUByRDjnu1gwCTOZRBJKiTr4wQkqSbG0OsF5oLQW5KX3Q0jd0Oq9
F8vlBTmUqy4bc6civr79ICxCG4fwtbj+NF90g3FJbt2gg5r7ZQFoDXO6VaQwhtsl7qdOsFuN
QlgH33Xfj+C9FrdLwBBKPE5gta3x7fBfE6+MFDSUs+UNOuq8vtrCm7kmnSkOGfK68zA+fhHB
pCKZWSHPhz4r3PpHBiB1RlkglRIGultYUDOxNX1LnAAFBubAf1EKAZpoZbgDkvQFHbWBsEn0
jt0owN6XKtugjskkXuKMQyCNBcRxKKC7UI1MotSgAkeXjeOugslrdOWo75T8IKSguBmljdJJ
SCDa+9hAJIzNBtZKUUlOYbnW8ciGbO1k4M0pNzdNvFRgpIARRLI4pciSZQO8QPIQG9yRbE6l
HJDCdQgr8iIA7yBu6NEZzSB3UhPugN1H3uSIJWq2ukDwRCbrwJ1tv4mDXRO5LGim2/uAhJyd
NsnaXAUgBIt57fCGxTxhBFgnZqXSWymw3vpCBcnjI94aL1TAGpsAN/69I4FC5gGZSfRA9W2b
Y33g+aJvbqKDqQL6WOxg1khvAIJmkoOpUNdYEMJQGYA5oap4ZDlTex1jujzQGcWySZU2s3JV
oehF7QcMCbmdxRJcUq+W1h1Jg9gNUlckZcEFKlLJusi+3hHWARWuLuKMQwVkLAuL/dBS62SV
awnMJS3JjLcqBJPTpBS9KNhFu9LW5IanUk6HwhIvKdtiGqWtyoCbX08hBC43TgMACUpYCbHp
0JgpKMGpY2wB4anr1ghclBGClAShKfWIA+2CklLgAcVY+BWaZX3ZjBlXXykzqFO02ZA7zMwk
XIHjmTfTraMy2mq6vCJ4sTpsx7L28HDUeWdjwWm7P4dS49h0uHzHdkj68buIvk8do0JHeRmo
7irCNYwrPFufaS9LZ8rc2xq2o9AeqTbWx914s2DY/h+NM/QOs8Zlp1HzHaPGypOKYTX4O8Mq
2WByDhm09x59hsQM8wokhL0xOy8lJtqfnJhwNMNJNytR2Hs6nyh9imJRYVSGeTXgOZSuC4TP
jVe2miyb9Y8gtRSWC6FL0eUl5lanZhplKHVgmylAAE/GPKc1VNNK6RzjdxJ155r2dFOaeJsM
TOo0ADuGQ9y5Rixj14vN5QkgA6jppBkVxuEegXXprBgkHGwS1IFhr0h2wKEqHgZIV7Jh21l1
AzzhriBqtM4Vw/PcQuxUuiS0v6VUaPWELkgFAHIpf0g1/ZUrTyjHKqvhwba908h3WPaQ7/Dl
71csNpZ8R2SqqOIbz7l7AOLieHfmmLE9ORTe28y2hhQkJWak1uLCTlbQEITmJGwuLXMTFJVG
XY973HrOa/zJOSb4tQspcepYG6NEIP3WWDj4ak8FseoUxxyZkMcYaZL9ZkmBLVeQa9edlgbp
WgdXG+niNPCPOsUoYXU8uTXG4PI/I8V6PqYuuJWi5F/EHVvfxB5plxxhiQxpQpDG1CcS9OMr
bdmS3/h0pUD3ut9CLnUHQxJ0dQ6kkMMuh911H1dK2sp7xnrWyPYNWnu9y8oks0njdil9leZ1
9iVmmFkbJU3Y3HgbWIhCRzhRNb9kkJWkia+tDncYx4EEjzCuzDD6UVR1CEZUuISSi+1l7RX3
jNTsxJhJOouPcrcrRSMMhd7C418NYZuGarjT1VjGdpbrvAfjXKSqc5m6ZMvtpHUqS8Db+LFu
bbep3H6paP3SkIyfpL/2r+eYTbxTlyPk9KGtCbJOF5U330Aa0i9YMN3bAE8Xn0KqdQL7ITjl
GueMslKqrLJVoC6kK9mYR6acbMJC8qy+wQRwPouiPaOo3pXYJw3Umk2+bqm3fySsqR+Ijzls
XPubQuafrtd56r0ntTAHbNP3fqFh8Buj4rnYlClLta/4x6PK823yySllKcwskk3FyYBFACVK
SDZNza0FR7IXLKQL7W8doBGGSCECwKhcmBKDVFutBQ06ereBBQEXSFTTgBJSffA3ujAkEFFl
Cxfun220gLXTjpQNF8QoWuLX6R1rozZd055rz6vj7oCxujCRgaRe69sQdRHEXRA8B3zXhN9u
kFDU6dLvAkG3Jeg2PjeAIuFzZA03715mufPa8duITUu3s+IsvMxt4EQbdCRFQ8/BfFWvnBw2
yQfMXZ8UHUj8BBrBIF5tmV7090DZF3+AX1iVW1McgvnmhhpZ3FvbHXQXRyGQVE7+3SCk2Qap
U1LrWsHKSPZAXXaapezTnjf6MDxJjs0i6WNoTg1S1Zhe0dZIGoHAJY3IjKOpOo0jsgm5ne4Z
Jwbp6UpzLVbQadYJvi+SUs5wsUcWmmxuVqHSOuSkiN1eB0J9RAGmsdbmuDxwQcy12uo+2OsA
u3idUKwJ3Fz1gMwjZcULKLm+njHI+SMCRoBvbSAQi10PL3bjXwA1gq7XNBKepHXU2gyKUJKb
KvbQ62EAuBITnJk3sADbcH8IbvCewklEzL9Ub4p0dCKg0xS1S+VySWRmfUoqzK8boCRb2mKb
NWVLcbjpQOo5pJ8P45BbvR4Jhcn5Pp8XJvOyZrO4EC3gRe/bZSmYIDR0A8RFmasjlAATA84s
rygH2eMPGgcVCvkdeyTgKUVAJVmAva2sGySFydOC85Lih1I8DA3AQWeUciTcPey3G3+uCl7U
qInnOyNTJuEHTXxOkAXhc2JxRzckspuoWPUBUEL80s2G4zS5EmkaW6k7wmXFORG1uVksTLAK
zJSPMwmSU5a0HQI4NhNtIC6PYIyyE2sdbdIDMoQA3ihBadABe/jAWKEEaBfczvbjfcGBtwQA
8boxDoCdrwXdRt8ALzmKVfoLQYAICbot+fnaU5LVeRcWJuRmm5ltQO2U/jt74pm0ghkom07/
AK5t7jmtB2Rknp8RdVszEdr9tza3iLrRmLsR0rEnZyViqT+kkp1vK61mGZpd9W1eaV7eRvHn
TDvpOHYs1oNnsNx+ORC3PG6SmrMPMTutHIBY/unscNO8W0TJw0wiuQprWJKm1/bebR+atKFv
RWlbG3RSt/IRJY1i1RiM93uvby8Oz1UngmC02E025E2xOvPuPx8lcJlWASFu2WPWHgYrwheR
dTJr42my4+iwNxqfIx7BC8/G5QwCViw1gyISLJU0jTXU+MKtCZyvsEoOgiRjZwVQrKhtiTog
XvD0NFrKrOlke7eOQWssMYt/cn7IlBqzcg3UKtXai4uWl3VFKeWjRS1Ea28B4xgcuGN2n2kn
ZvFsbBmR26ALZcKrxs9s0ax7d5znhjRpc+07TgAfOyka8SUrH/Zsx3jVim/NtcEqxJzzXMzp
AQu6Sk2BynMd+oiExGgqsFrKfDy/ei3i9ptY55G/aLK24RiFLjramtMe7NHH0ZzuN09e445k
2N+QTzwwxrUZBqRp1RdUZnkIek3VHV9qw08yn7oq+KUUby57B2HsP8VbMGrHGJtNOciOqedu
HhwWhpihPzNPm8W4JSDMupUaxRkjuTWnecbGyXLbjZftisRSi3QT6DQ8uzuVl3XMk3m+16/x
7eOhULozcvM47Yq0mrPLTVOCAdrBKzp5WJIsYey7zacsdqDf3JSns6dsg5Ed2YuPNWxRgGcb
ttWsFhLg9+/2iIN2bbpWd1mHt+GStHE6SjBToBtdskfzw3+sFCAWAWa+Hi0VfCWJWl/SB+ml
CwRvmLwP3xZ6obkJ7CPQJtFlM13af3kw8YJMy3ye1HZQMpThpps+YHLFvsi94G4P2piceLj6
Ku17dzZarHJjvUrmyy2ludYPq/TJ3/fCPTbiS0ryQ/2D3H0XUXjNJpmvkyKov1+SZd32WfTc
/bHlrZaQs2niHMuHuK9YY3GJNm6r7gPlun4LmA5LpQtVvW6dBHqUG68qluaC2hQXtmPh7I4r
rJalo87van7IKjWujlNlSTl6dILeyOAUTySbDcHTeBvZDurzlBV7pOnibQF11gESWe6Rrm+4
QKG10DlEaBGY+UcV1rIJZUqySk3O4g1wkiCUcJU5SctvZAFwRw1fFtOVBOvibRyMAgGVbJuU
EC/Tzjg4oCwFIXZVbazYkeGkKB103LSCkuXe2p6wfgg3nA5L0JSQLE36xyC+d0clltWmYnp5
wW5Q6lGejJuAc3stHXQ2Rno6QR3FLURokwF0NsktRIvLsEtBHgTBboMgEtRScw76iT+wIC6I
SRonJmjpFjygD+1rAbzRxSBMrsmhOaJFCG9QSRr4QG+DokCxwGaVIZSlNstgRfUQBddcGFBU
AgqIHXwjgUDm2CSF85rju2MLbqblzrIrnq2vp90G3RZJb5va68LqlKAOkdYBBfeQk2OpNvIQ
BXBKEhOXa/sgqMDZKEtCySEix0BtCZKcBvEBLEsKBFkBJ3AtCe8EsGkJWiRdUi4aN72hPfAT
gROIuAlKac8VAFrL7gIIXhKCEpR81rUSSm+moI98F30r0AKEijqKzdn4jaAMp5o30cckOdTL
0XDc5VJxsiVl0hRsBcknKlIv1JIERtZXQ0VM+omNmtFyrBheEVGKVsdHTNu+Q2H8TyAzVBUu
VcxBxlrFXbqzVNQ8qXmUiaHNQ2QQsJac0KfVANraEjaPJ2I7VPdjAxOJjrh1w3fIyGVjbgeS
9/YPsdDFsw/A5ZA5rmWcQwam53m349p17FpCkvt1ulPTCAyHGXi0/wAlRKM2UKBSTrYhQPiN
ukelMExmHGcPZVxjdvkRyI1HyPJeKtp9m6rZvFpMPnO9u5td9pp0cOV+I5o5ynIQDdCcx3sI
s4kuqO6Dd4ZogSLYJska7iDbyS6LkgiWRYAoBt18INcpLdHJGBpAAGXXpaC9qMADkhhtOayh
eOulN3mhhCQnppuY43XAtC87gJuco3vaOQcM9F7nSE6DUdICyMHXQS4CSAAevkYCyEvsbORZ
SrNp7YMgvyXuRZCdwT1gUQnkh+jKVooe++8BdBu80rblipQ3AgDYIQ5xOScmZLKhOgVfc3hB
0gsnLYnXAPH3pwFN5+GpwrRoOWq3gkuJAHvjH3Vv50x9l/YBsB2D5rdZaAYHswWt/WEguPae
HhomTDEwulVZ7DM45noc7UENzLKj3AtDqVtrA80ZknxsIr+OUX0areW+00Gx7CFZ9nK4V1HA
1+hII7HsNnDuI3T3ha3p7iX64wm4B9ICVDw12+FozEizlqLbiIE8vx71R1aquIEYxqyUzb6E
icdASlVgBnOken6TBsJNJGTECd0Z+C8QVWN4t9Jk/TvHWOQOQzXPdI72t7dItIWoOOSXNpTb
aFgAmL3FHgWGghzGLlQ9XKWRniSgm9zfU3iXaBZZ7KXkkE/jsQ0NlSwAm8IVLxFTvfyB9EnG
d+Rre1aR47SiaVS+FeHEDKiRww2tQ/acIUT8YynYT9IKyoOrpLeQWm7UjocFw2DmHvPeSEZw
hlXJ3s6cZaei6lmlsTKEfvHTmPwtEXtq9rcTpHcjbzUzsCXSNqwfrMIH90D5pzdeLnZ8w7V5
RRaqUnNIZQ8Dq2Qoj4EdIpbm7uIOjdm1w+CvTHF2Hjdyc05HlnqtI8GeISJgS63TygtfKmm7
6NL8fYdx7Yp+JURikuO8K7UVWK2nJd7bcj8+46qxMUUFvD/GKlVWVQG6BWS4l1CR3WpkkKJH
gFgE+0Qxhf0tM6M6tzHdy8E+Dix7ZG6E2d4jI+OhT4lHo2OaE4D3VhTYUOtlXH2GIz6hS1R+
rPf65q08VJC8LqR1UybD2i0NnGzkyYAd1ZZ4MtBvDladWrMlaFNZvHLMOpEWivd+hcOe7+6E
zY39I0Dg5w8inbjhJqR2ImWLFSkUjlpSkXJIUmwA6mLds68HaKB3b8FA4qA3ZytB+w74rAtF
4e1qX43YfwzX6W5LTD/Im3Jd2xIYV9J3rbaA3HTaNuxPH6YYQ+qo5L5loI5jI2Xn3Ctn6mbE
o6esjLQ5odY6kOyAPK+dxrZdCOKrJR8nhjJt1wNSzMioAKNgSVoKQPHX7o8+7Nue7aOnc3Pr
fO69E4w1n5lqho3cd5btvkFy4UnmlItc6x650XkHWyUNy4zDTXxHWCkpQNulXKAHq67QmSbp
YNFl6WVX7otf3wUlHDM9EQWHUm1ra9IMHArixwQA3dRvvbfrA3Se6CUdLyUxMvhpiWW+pQ0C
UXgj5GNF3Gycw008rrRsJ8FKZDA2IJ5SbSRaBFrr0iPfXQM0N1OR4PUO/WWapWjg9X1ygUHG
dTp3tPfEecXiBsRZSo2d3mXbICnWT4KVPnZp2oS7SANQkk6Qi7Go9GNKVGzgZm+QWTujhFRi
4Q7PKLYHrJEJHEam12jNCyhwoOs85cwvH+D1HSbtVJ1Zvf2xzMTqies1Gmw3CAP0ZJPYU2zX
BuUW0nkzzgUdTm2EOG4nKDmE1dheHOA9oKNzPBqaSV+jTqXSDqDpDxuJv+s1MX4RQuO7HKb9
oUYmeFuIpRCz6Ol1A2ynUw7biMLtbpg/BJmi7XtKavyRqkuLvyS27bkpvDsVULtHKMfh9ZHm
WJWjDSjq424tVtim0G6YcEzMUl7WToxh8gWCEs3GhtcwQztC5tNI7VL0YfYCAVuKUPJNoTM5
ThtK22Zulwp7DVglvIRvaEukcUfoGNGQsvlS+WwQkAnygQ66K9hGQSZ2XSQLC6rC58IVDkyf
GNEnVLkJyi5JH1fGD73FI9EQN26SLlHlIJyKttsYUDgE1cwkXCTikTi1WDR08dIV6VgTcU8p
OiPGH5sjUWPUJF4Dp2hG+iPOV0YnDz4Nym5G42tAGcFGFI5vFKW6CoalBPjrtBDMUb6KLpwa
oYzW5FyISMp5pyKZttE7S9GHRpA01vtCLpANSnbYCdAnNFLyW0FumnSETICnTYCCjkygSgXt
cDpBd9KCEL5TYSqwHvjgULgAvMoAA69LbwN7oC2yRVOr0+h0d2oT8wmXl2RmWs6nyAHUnoOs
NaieGmgdNO7dY3UlPKWmnrKplNTNLpHaAa/w7SfFZxxnxImMSMKoJCZGmTawn0BoAzLoSQoL
ec2bFwDlTr5x5/2g2rnrYJIaZu7EciSLl3y9V692P2ApcLqYqmveXTjMBps1p+PjlyCk+AOF
UhVZaVqlRpTb1OWwp4ocU4vOLkC/e02J94jzziGMzQv6OM2PgvUtJhtA6VofENy2ebr59t1f
zmDqTg2kyU1hhtUhRagkLcYSsqbbeFkqVlVc2tbYjQRYMB24xvC7RxuDmEk7rgMz3ixGip+0
n5Otntopy2dro5QLNe1xyGoBBuCM+KSpm0uLdl320sTrRyrQCSCR1TfcEax6x2a2notoof0X
UkAu5pNz3g8Rw5jivDu2uw+J7HTj6RaSF56rwMu5w+q7s0PApM4tATb4iNAAKx90jTokynRk
I+6FRmm7jbVB5oF+h8Lx1lwdZBL+UXubjYmOAQF9szqvC+c+9vEx1l29mg5ypRJN/DSBtbRc
HE65o4JUQRsIKAjONtUpalySD74AkBA0OJTo3JhaMts3W9oRL808EeVylSKeoo0BV4EwTpAN
UfoyRlqjxIFLgvob66QXpEJiB8EtZpriimyAB9YkQk6QJwyI8k5KkkNM5joTonpqYgMVqXRU
EhbqRbzVpwKkZPisQfoM/IXUlw7S26tTK5LKughEuEkbp75sfiBGHNqpKKpZNHq25W+V9JHX
0Zgfo53v3Tb3qmqlKzbOLp0z7QlnWKvLNloL1UClYzDyMWXFK+PEXiVgtdvpZVfAqB+HNZC8
367/AAu2489VpTCE/wClU1p1ZImkLSlw/r5fVV7bb+yMrqG7sllssby5gv2/x+asqZwBT5+o
PzxSAZhxTp0/WN/xjR4No5I4GM5ADyC861myBkq5HjQuJ9644ttgHzjfgLJi+QpQkJ2A1vre
FQmbydUfaw1h4wWVenfvCy8QgqXYC/uh+05KoVVt9OjDYQ42oi6QQbD2wwr2l1FKB9kpCF4Z
O1x5haJ7SJK+MOHwB3BhuWyjw0MZr+T7+qpj/wAxy1HbjqsoG8Oi/wDJKezpU5OS4kGSqRvT
atzKTPZtkpmEXaUf4aLe+ITbmB8k2Wu6CO9pz9yebCVDad5efquF/uuG6fgklZkZnCsljfA0
+FBym1Jt5kHqkLtce1KkmKlFIKoQ1I4gg+XzWlVMJpJpqfhqO7Ue5O2HJpWHqhh2pouJWebW
3Oi+n6UhC/cfsMNqlv0gPi4ixHklaOU0rhUDTeId93L0Oa6K02TRjPgEhsgLm0IC2Fn6ryPV
+63vigEGJ++OB/zVzjLWzOiOhy+R8FHj+cUulzYFnGJtGYDoSLEfEQ3kycU8nBEJB1tn3gqw
sRLvQJdzoWiPHWGb00p83MWU+GS3JTArMoElLr1TcZcB3ATMPKV90WSu6zstLNPkwfEpOmbZ
zidQ5/vcFpGZkmJuSw/LuNpcQkLVkULjRBOx84RZI4Mc8HgUk9oaxzToSPVUPUaLKs8T63j2
ZbSt1qkJlZQn9VsqKz7zYeyJhlRIcKgo28yT4phJTMOK/SCNGAeOfoD70x4vm3cY/JtPTBOa
YTN86ZTa/qOXFx7Isuz7RQ7TxjhmPMKu4u41+ztUBxF/AG/wWBG5RKcwOmu2149NXXlrdPBe
ZLKykWgEqAhJbKlC2wO3SASluCVNMOvuhLLS3HD0Sm5MIOc1ouU/jikkcGtFyplTMAVuoLQX
mhKsq6uaH4RHSV0Tcm5qZjwqUWMrt31VkyHDWh01lD8609U3uiEjQxCvrp5jYODQrAynoqRo
LIjI73fwUulqXIMZfRKY3Ikfs94w3y1c7eSUtXUu6gYGd3zUklZLuDucs+J0hnJLnqnENK9w
6wPeV5MPy8smy1bdE31gzI3yZpOSWKE7rcyOSTc9c3LqTJnOsbhRsIXEbYjdyaumkqOo0kHt
RvorjksG31JYWRfuneA3wDvMF0Tdu3clIB7Esbk7oAF9rX8YI6RGjY0CyUegKKE2UQbdRCAl
HJLmNxAzIX3oCAQCLqI1t4QbpDwRS0HUpufYbDpSW8yfAw7a47t7psQN7mkKpZl3MkspI8kw
rayFsz72GiaH6BIPpVnaGuxELB726FF32OBDxdRydwkpP96LJ8odsqXfWTKWlgcbxmyj79Hm
GrJdQfcDrDtszXKOfTPZ2oKKTMu5uW0okmwNtBCnSs4pp0MvBKm8NTS3CV5Wx4E3ghnYEcU0
pN9EpRhUBF1KOp8IKao8kb6EOJS9OFpZK05knztYQn9JelfocXFKk4ek0kgNJPmVQQzyc0f6
NCOCGaLKpQSUD+CmA6V/Nd0UXJI3ZCWQ0e6BYwcPekyyIaBNjyJdCu6hOgN9N4cN3ymkjoW8
EhVMIbV+jF99ocBhPFMjO0G1kWZ1ActyydfER3RZarnVOd0E1FCTcNkA9b7Qbo+ZSf0i5yCE
aq3qcndt1VeC9F2oRU8wiFVZNrZAn3wIiQmpySZdSKl+slMKbmVkj05vmiFT9wbruBrpA7q7
pQ7is+8Tq6t+fcQ2sr9EXkYZKrDmWBW4fEgEJHhZXjGHbZV0k9a2iYepHYn7xz9w07SvUv5N
8KhpsNOJyD9JMTu34Mabf9zrk9gVfYalqa/isrmZqXZshSpt+YmEpDYzEXFzr3bbXjGa5r9w
ADJenKKWATFznDQ3JIy1/gtL4B4jfN2FKtITbrTtOZp7iZJQUnNLKIultQuDfXqDqQIznE8M
jdMxw9rj29qu9HXh9M7eNiBlp5HtUip/FDDdQwJTGZ2osIcac5E3Ll8KcQe938m4G3nDB+F1
bJHbgNibg2NlOvraeoa0g53z7Dbjx7ke9VsN16bnH6fWpYvSzaClan0tnmZeiVEFQ0sbDqYt
WD11dgdeyrjBBab8cxxB7wqvtDhNHtJhM9BPm198+Rtk4dxzCbkz6JmSaebOjqApI8Lx79pZ
mVdMyoj9l4Dh3EXXyXxCnlw2vlopvbjcWnvabH+HevQ7de9gNodWTAPBX3NOUC902tcR1kBd
dCSq6L3NybW3jrZoA4W70pSlRIvvfa+0FNglW3dklbaCLj60FyR+sAlrSAVpA2GptBSbIQLu
z4J9Yk3HEDKnueOwho54Cko43HUKQy9Py5QElSieg0hkZFJtiGie2qW4T3+6PC14QMgThsJK
XIprKNchWb6kwQvJSwiDSjvR20ElRTppbrBbkrtwBIashpNGK0n1FhRJ8L2P3xD4nG+WjcBw
sfJWLBJWQYiwniCPPT0T1w0fYVxEqNGm9UVCnqSjX1ilWaw87XI9kYliLHRtD+RW8wkTwPaD
mN13lx8DZRbjBh51nE0nPKQRMtPtJeWkWEwgnur9t9D5+2E6OYdGWcCLhIljXVTJW5dazhyN
jbwOdvLgpTgZ4IU2pViC5ax8QL/deIKrHXurfA7q7vYfx71plmZT6I1YaZB90AGkhQrnO3iu
JAQU/hHsTdIXnnpWOtZGJBHthUBNXyNdkvelvxh6xhVZqaqMA9nzSyXaJUCdLw7AsqxI8vN0
7NNcx9DdyQpQBI66wxrpGxUcj3cGn0QQRmedkQ+sQFfnaM7/ABgw+lOoGHJbfzF4zP8AJ6D+
aZv7R3wWrbdkD6Bb/hH94pXws4f1pWCncTT5EhRa5mkKYpSrOLmEd9l9I6JDqQm/Uq8Iidt8
SpTOyliN5o+sewcWntIubI+w1BUl0mIPFoBZh7d67XEdjTbPnpopdxabVi3hpgviVLNlqqzK
RR8QtpG7rSwEqI8dCPhGd0D2wVElOPZPXb4hbLWxmagD3e3ESw9rfx6pLJ09qewVRGCO583T
xBHil0qB+IhN8hjmc7sYkYYxJGYz9tw9wW2+zvUnZ7g/KLeVmLqUrBv1KR+IMV+oa1tY6Pgp
SJznwMkPIe64UkrdOEhiPEEslOVlbjU0yP1cx1HxvEPMLGysDndJTb3Me8JwqbnMwITewS3e
32QycmtEOvYrO+HW0t4snGG7BLFWmStI8VZlD/tGJ0m9KHn7I93+SePbuVBaPtX87K463Wk0
TBUtUVDmqlKTMzGTxJAQke9SgINSRGSMt52HmUyq7BxPDe9ASVmPi1iCfo/A6jyDZKZl19yV
m1g72SFKA9pMXjZGjhrsTfv5tbYjzsqptdVy4bhgkZk52XmCf4J34S2r3ZixlhxRzn0YuNp9
39MOMRb9Axxkn2XD1sonBZRW4ZufaaR5i/qsSzEktupPILZSErIII849GMeCwFec5oSyZzeR
SQyjjs0lCEFSidgLkwfeAFyiiNz3WAuVYeHOH03U5hBnbyLG5zesYhKmvDB+jFyrVSYUwEfS
XbvZxV40nCFEoUslLLKXHDrzVpBMVeWonqDdytLfo9KzchFgeKkExMol2kpbZQRsmwv9kIsh
3zdxQTVpaA2NoJSJLk08oqCzk8L2tDzchYLKFM1VM7M27F8yy6FcxYsN7mBcWnIIjWyN6xKI
XNzCXSgotv3jsIVEMZF1zpagauyQGZiTCyt+7rpFr20g7mSEWbkEmyVjc3AkpcEsAKWy3kG6
iN4Ss4ZOKUJD8wLI5nlLUFnNnO0EcHNyGiFoafaCdGWyElL6sg3GUaw0cc7tT1jQ0WfolgbR
lHfWqx3VCWeqV3Y9AvHSkN96wBOhAg7QbpN5AGeiaJhlHNzqItbQw8YXWso94AN0i5BUbtj3
2hxe2qQtfRC9FXYHKV+QEcHBDuOOiNRJZ1pTylG8EMltClBG6+YSoUdC02U0L9b9IRM5TpsJ
4JO7RWmkkoQnXQiDtncUm6BoCbXJcoBSlKW7fsw7a66YuBabWTY8VJURfu9DaF2ps9xTct4g
+va3iIWATYkpEqd27xB66QpuFJF/C6SuTQOq13Htg4YUmXtsmx6ZbJ7qrnpbaHDWFNHzAcUz
TMwnWwyj63gYdsao2R3HRNS3u8bKPvOsK2SJcbWCSmYSNL2vvbcQaxSG8DxSNcx3tDoRsOvl
BgEmXjgkTk4NRewvqIVDCmzpwdEkVNrKjrmNtCekKBgCbulfdEc9We2a5t4QfdFkjvOvrmm2
u1WcpmCalUZRlE1MS7BcQ0tRANrfz3t1tEHi1TLQ0ElRC0FzeeluJ8OSuuy1BTY1jtPQVby1
khtdut7XA7L2te2SyBiF+bqWK3354NzzzjhdcUh05SVamw2AEebqiV9ZO+ok9p5ucl7zpsJp
aKnipqWMmNjQBc3NvH1TSiRM1V0MNllYQErbQ6qwA8kgWNjodYhKiZsIvZTNJhb6yp6NhbYW
Ivy7ABY20OatCmSNOplVYmZqaQsgAlPJQVLB0un6w8tYrry+cENFvx5LQYqWkpJQ5x0ytYef
NTxxxtlbmWYVLFKhkU6s2N9goHY+8w2ZGcr5+H4upl3Qs42N+0379LeZSaZmltIS6l9tt4qF
vSGEutW8RmFx8YcshDjY5jy9FzTGXC9vH+KmuCKnOzc3U6fUFIdmmQ28hTCcrPKVdICU9DdJ
v43EejNhKpr6B9MS4lhyubgA6Acu5eFfy24P9DxuCtjaxrZQQd0WJcMy5x43HlZWOhJKwojb
+u8aoSvMbATmUsQ3dPnCSdAEhHpZCemhPjHXuhDQClSGVKsAPshMpwDfIJzl6e64RcAX632h
IvASzY3O1UskKOBlyN3IPrEbQwklJUxFCLXAUol5BpvVw3PkbQzLyU/bGOKcOdLMpCQRfwSI
SsSl7tCJcqbaEkDKmw6m5g24SimQBInKoVaAqUPPSDBnNFc82SNc9MEAJOQeKRCgaEiSdCmG
u1b5qw3Nz0wFOpSnK2m2rilaJT7zDeoljghMjhcDhz7PFOqWGWpqWxMNiTry4k+ACaMNYnmp
GelKitITWqHNocmmUHdB9YDyKSfhGS4pTF7XRuFiFvGD1cW8yUG7HZHuOR+a1jxOpstWeDZr
UonnhllE2ypOpUySlRHu390ZtSksqOjPFWSoBp5gXcHNa7/FkfD0JVXUSVckqeHR6om2ynX6
qiU/jBKg7xPcp1gLJWtPaPd/BXK1VCmWbSV2ISAR7obB5A1TgxNJvZcg/fHtt4zXjallAbde
i5IABJg7GXzSFRWBgsdUpYZJWc/tMO7WGSq8jy91ynplpIRmGo63jrlNiSVNcGURmq44p5nW
yaWibbbeI05i1qslu/ifuvGY7XYoYac0sJ61rns5fPyWh7K4b0830uTJrch4kDLtN90dpJ4K
wO0KQ/x0YabTlDVJZZbA2AFwAIafk8ywN73HV5J8grD+Utraerpo2CwZEbf4nWWoK7JTdV4b
U51lKZWTp9NZZpbKbIKOUhPfCRtdSd4wJ1R/OMk7jcveSe4k2HkvQ2EYfDFgUOH2t+iAP3i0
X8QSoxNCVc4FcS2lICWWai1UEIP1FOJQ4be8mHQDhURAcnN8Afko2l68b9/iwE94bn7wq8w3
UJdjDshKPO3mpagTTy/atSiB8Ilahhc8kc2jyCiaUhuvF5PotocAZf0DgvTFq0Ho7evtT/TF
XrX2rnO4AqXpm3oox2X8zdTPFtQRNYufbaNyaalJH7QcvDCR7ZDvBTbYyykse1Jak/lwbyUm
6lG2+9oj3FI0OTrniqBwPz3xWq9ODlOz8+45LM3/AEaFEtoJ8ylCj74sVZuw0zIm8gD3nrH4
BKwudPXOcdN73Ny95Vw1aSaqVKkpZ8jkzNMlCbfqCbQpQ9+UQrTv6Fruwj0KjKo9IzLiXjzy
WVeNwVM8Mpd02Ck4kcTbwCkE/hGh/k/Fq59/+H8VTvyjn+awBwewe4hOPZ7qyZLGhlXz+bzT
BbWk7Hp+MO9rorVJf2+qrGych+iBvL4H5FQniRgt2T7RlUpErJKTLzEwp6XUkdwoOpUDta8X
3AsRbNg7JHuuWix53CrmP4afz0Wxts2SxB4aZ+RT3hzAtLpqFTM20HXresR9wjqmtlmNgUrS
U1LSNJaM+fyUtWmWQxklgEJOmZUN2teXXcmss0LgQzzKIK2CwsKcv0zeBhwGvvkEx6SPdIv+
OxJUTSWHLS6Sok6rVqTCxiLx10Vs3Q/qha6VMvZ3DolI38ITdGAEZsri7MpW4pKUXJFzsE63
hFoN05c4cPckLpbS0AtpQzeEOm3OhTV12jNuqLbkUOklKA22nbNuTBjLu5cVwjLs9AlLUpMF
YJUkIvawGsEMrRwSrYCc7p1alWmUZyCk23V0hm57nFOwwNGaXtoSUJuM48bfbCJKVB6uWi9C
EZvoxmA63vHd6SNz7KJWwSO+Mo3AB3hQOtokyCRmgejsZiSkk9dPug2+7mgDGjghJZaQo5Gw
PHNA7zjqUG40G9kqbAzWT03hI5owIGiVJQSmwGfS20J3TkZjJALakpsNL6QNwkyxJ3GiR4+R
hRrgk3NKa3pQqJB2vDlslkzcy6Z5immxN7i/hDxsoKZvhyyTG/T9SdgNiDrDsPTF0WabnqYk
mySlKt7nWFRIUkY7psepi0qt9GfG6YWEibOhyTHOScwhOmUXOlj0h4yRpUdLC4ZhR2YamQkl
Z+yHbSFHuabJgmwsJUTfQaX2hdqZSB2aZVPOFWqzfyhyA1RTnPJvfNAJUVdQq+wg2STNyV5l
NwbCx845GAsvMtiBa4++OXZNNkJKCFkbD2XgLozRY5qvuJFepVGwIuSn6iiRM+sIBWNS2NV2
NtNgPfGfbX1wp8M6Bp68htbsBzW5fkuwtk+0Ir57CKAE3J+uRZo5nUlZlqGIcNLkSimzEzOl
JuSxLKUgW33sDeMAfLKcmheznYphzBnKXfdafjZQ6axjSpVCPRqZUn3OaEZ3EttlKvJIUSYj
+imcesR6op2gwyFo6KN7nXvckNz8CVofgNh/HXGXiIxhbCWHG52amJdbzTtQmA1lSgjMUFKS
VEXvaI+aGNt912YtcDPXTJWBmPzyUX0t1K4x6b1wM+w27Fr/ABv2S+NuB+DtTxlVWKPN0WQD
XpqRPOB9ttTiW85SWvURnzEk6JBNoSp4I6mTdY6zu4hIU20z62sjpWQEmQ2F3N1tkMhx0HaQ
qg4pcBeK3CmjTFUxthWXmqMwltapim1oOtlLhskgFKTr7YLA9kp3YpM+1qSh2ljq3PYad12t
c4i4vZou6w7BnbsVccFMRUau1KYcoLVQVLOJU0+mal9ZVQOdKVLGmt1WvG2bDOqo6uZj29Ug
dYaXB0PK4KwL8rNXhuLYFSzxSWkieeq628WuGo52PLmtLts6gBNxG3leQBkl7MsSsJI0N+us
ENgnLATknOXphWkFSfdDd0oGidRwOd7SkEvSPVJFk23hm6YqTZA0EJ5QxKyditWo38fhDYuc
5PWsa0ow1IhGVpISOqiLnSC7nNK79tEQucW4TmWV2Glto7dQ76KLzmXU3voRBgEF7oAQTvcC
+pO0chsF99GhRKnLeJAjrEopc0BJHJ5KTZH2a3hXcSBlCheKH/S3qLKOrICp4OZD1ypNr+8i
Krj0zYadgGu8D4BXDZyB01RLJwDHDxP8AoyufMnxnmn2QVS8wlKn0EXu2pvX4W+yKpXvEtQ6
Tg7PzV4whvQ03RHRpI9FvDg3Nt4j4Av0CaIfcpby5Mk6lbCxds/A290ZZicRgn32960d/wDK
qVpdq4Fp+83K/iLFRWUpzzGDqjIPAiYkHFNm+/0awR9lj74jpnAvuOPxUs2TpIYqg69W/fmD
8U6lxdzYpt01EMVMC1lyyWjKbjb8Y93Fu8vBUU/RE7yXSrBWkhKc61Eajf2Qa1hZMpJC51yn
FlgZBcZbHUeEckCU6yMg/P1eUkJRGeZmHQ20kbEk7n2bwxrKuOipnTyaNHn2JWCCSqnbBF7T
jYd605gPCkpXcaS6qesDDuD30ITk3np5Ysp1XiE6ge2PPu0M0tJQF04/TVPWP7LdGj4r0DgN
JDVYk3D4D+hogC8/blNz5NsfE5LzFuF5nEnbDpSvRlu02+Rx0NkoCmVG6SdgdjrC2FYpHh+x
UrGuAkJsBfOz+I8LqV2iweTFdrKB7mEwgdY2y6hL908t4kBavNKYecSHVhTZl+QkAeoDb+aM
VDyAbalbOXFlnAezn38ys44snX8PcMuIdLfARMPTErKqB3UALA+wgbxcqPdlqIn8LOPiqpO1
0DJw3g3L7ribe42WfpWrPPYrfU0bLmWeShHke7b7YsXRjcseBVZkeW3I4BdQsEIFH4OSMuhO
UNtgHTcgWAEZbVSGWcgcTdX+lhDWtaeAA9wuheiuJUavNHV50M6/UB9X7dPfBX5NACk3jfY4
cgkNbfW00Uq0y6jzhqBe6YU7bPaqqcmZeiYKnZx9QbaamHXPY2hkJSP4yj7zEu4unMbBqfUm
3oE/Y0Q1Ezz7IA+ZVq4e9IqfDan1RxtSE+gSkozmvclIClG3tMPKwdE54H1nH3KrwESRxjsJ
8ys68bZa2BUoygpFbQpRA/3NYv8AZGibBOH06T7nxVb2/bfC2H9pqrzha4uWxrTylSkoLqki
4te4vp7xFk2tZvE9wKoOybujIHDeI8wtAYzbbcxRLKygKRLqF+tiraIbZuPdpnv5uU3tFJvS
Rx8gbqJufoiW7hAH2Rdmi5zVJdJdtmJuKUm5V77jQQ9HIKOvfVEpljOuhCboZSdVDS/sg7n9
EO1HZGZdcgE5+hplx3GrvEWBNjDXpC85nJPzGIxZozSBNNmXXCp5VzfQJNrQ46dgGSZ/RyXZ
m6XpkJtBGRGY26DQQgZWHVORA9ps1K26fOl3N3Fk6kGE3Sx2tolmwyXuHJyl6cmZ7ilcgJOp
tvDV0hbmE7bDvGzwn35os0hLYQkW0KhDTpxfNPuhNsjkk4pbpWQVpWegI2hXpRZN+jINgUNV
OLTYXYE26neBEgdok3MIzRYlCG9G+WTrpBt9I7uWaRKZSHL6Eg9YWDrpuWLzkhSrrueukdvI
d22qEWgF6m3ujrlAQEIN2SLg+0CBRMgckoRbJcWAgtkJcEAqSV739sdZDvIpRGW4IUfLpBgE
G+m55acxsQV22hw1pTV0jSbcU1OFSgoQ6aAE0c8lNL8uoJzDbzh2HBIFt8wmlxDmUEA6dTCo
SDgUhdYUuwWrQbGFQQEg5jimt6VUNb2PXTeFQ5NiwpqmZXNopNwRDlryE0fGHZFReblWgpWZ
IsfGJFjiQoOUNBI4Jhep7JVfllKj1B2hYPcE0dC0i9rJH82sDQFfxg/SOSQpmaIpUihN+8rT
rA9IUH0ZvFeeiITb61jsT6vvjjIV30dg7UcJQZrAECCF5TkU7dFlztBVEP1yg4XZVduWbVNz
SR+svuoH8UE++Mg2yri6SOkbw6x8ch8St32Bw0RxS1h49UdwzPvI8lm2cWZVv0VuyQhsZyFb
+MZNmtsNgEHDlHFcxFJ0x4ha5h5SmytsrTnS2cgUkEEpzKSCLjSDtte5RoojKdwGxz5fHJX/
AMEe2I5w5xZSZbH/AAup3KpE0PQsV4KkU0ivUV1F0FQI/N5pIF0qZfRZaSRmF4bFpa/esL9w
/wA0+hxvHKeAwvmM0RFnMkta3AAgDdI4HgV2jw38oD2fuKvAGuYbq1eexFP1GlTFPcRKYamm
HJta2VANql1hQQtVwMqHFjNsbQ0e6SM7zm5cCD63+aiqaonbWRyU0TxZwIJAs0gg3LgbWGt+
QuQFh7tCds7hTibhfROF0orEGN2KdISqKtKst/NwbmmJUBbbs24lRyhxJshCCpSr94AWJaKk
DH5i1xmOdxnpn5FTQxepjxiqqqGIXcZA0yA7ga4m5DQd47wuG33QAb53FsQdlHEDZ461yiIa
EnK1uVVMS8sVlQbWhRWEhR1VZKiLnU2jWNkKvoq58J0ePeP4LF9taI1eEia3WjcDllk7I2HA
Xt3LozL0dxRyhJNz8Y2J04WDx0hT4xRkoCS4oJI3sfxho6YlSDKcN7EsK5KVvlspQ3y/zwlZ
7tU46jdEkdqiLCysgPQaEQcRlEdIBkkCppK1d0qsdPbCm4QElvhxsjG0qcV4+ZgqWSpAShBz
rA16CEzfglCQBYr1TzaQMiQdNyd47dPFdvZdVI1vvKISDl12G8KABEJcdSkxzqVlJJPgOkHC
SPegLbUEXuEjxJ1gwSRKY2aI9ifE1WkZVwqnWZG8kTp9IhPMA950jLccqo2172y6AADxt81s
2BUsrcDbUQ5uBLz2gajyCgFMmE1XiX6QG8gclzdtQ9QhpWYfG4iv1BLacA8MvIqchY0MmLdD
vEd1gR7lrfsx1QjEs9Tn12MxT0BSSdy2bA/xVD4RW8VYHNa7wVypjvUzxycD7iPgFdmJaSJL
iPUmgkBmoSqnQLbqCcqv/ZinOBDQDwyUnA7eo5WfZII8SPiCocGDkHd6Q2uFI9J2rluJdZsk
aJJ08zHvS4XgrVT/AAHSJSpcVsL0ScztydQqbbDy0aqQk3uRfSIHGK59BQPnYLuGl0/wykjr
sRip5HWaTnbWwz/gk+IKYqj44rVLXbPJzzrHtyLKQffaJGkmFTSxzD6zQfMJPEqUUWITUw0Y
4gdw091lYXCaQTP4oqqkS3pVQlZJM1LoA1WEOjOgHoVJNopG10/0eliJ9neN+/dNj4FWzYqn
+l426O9ndG7dPIhzCe64u2/atDdnWlTqcGYgE5IzMgiaroVL+lMqbU4hFrqAIB0OkZDtrXwV
0kT4TcNYAtX2MoKqgqq8ztI335X7j81Y2EGUFyvzmXOs1R5TX8ICM/qf1cTeTQthgfYSE6X9
BZWUqScRT1ZrnuXWfOIPe66XjlbbPUqieNOFXq7w0na3Tm89SlG0+ntpGrraTdK7eWt/6Ys+
F1IhnDHaHTvTOrpungdEPaAO72jUt7wcws18I8P/AD12gKS04nPKyiFTTw6ZUJuPttFyrJei
o3vVDij6Woii+0R5aldLWGlMYdpUgbBam+YoW8T/AExlLOtKXclpcZ1cON1M61Sm1cPmW02T
zLAG2x6GDvNkdrva7FT9fccVTHSsK53JKrHo4j1k+8XgGgbybxtLXgfjsVQYhmG38FT8wECZ
lmmFOBvosJUFEe/LaJOl6lQwHmFNVLOkoZLauB9FpjDE2mqcBcLVBLPID0uy9y8tikKN/uMO
6+PcqHM5KiU8gc3pALA39bKouJ+G26jR6jLPJPLanWnlEb2BULf5UWbZCodBiGXFpCb7WRsm
wsl+gsfeFSstLolOI1KLDYZZQ6yAlIsLXtF7xwXYb53BWY4S8uINrWI9Va2MkqFfdCb5gkAW
MJ4G0NoR3lK46SavLkFClvnKpDaSpWw8ItzWDUqkF5uQF7LU+ZmXRzTZu+lhAvmjaOqnEdK9
+bipM1TGm5fWwIHdA0ERhlLjdTYjDRmiFyKycqBdR8NxCgfbVJmIOyC+Zp77K89uYb7K/mjn
Sgiy5tNu8k6lx1vMCgJJFjDazSl82iyOlwQkKcUlKCd/GAeb5Bc0AG90+MPElKGkJUnqra0M
nNtm4p6JH5BpySnnN8zLcE21AEE3Da67phdFkAgFKNCL3hQCyI55cMl964IKAoQa1kkCbJM4
2gAnKc19QnaFWkpB3dmm91CVqzJa18xpDgG3FIOJKRlhw966UC3UwsCkS3mvQwMvfWE9NoNc
pIiyGJdpLZBVnIg1yUk4t4BFBLK1rQm5IOoKoNwTckoGVorICQT1vAoN4oCylJy5QoeIEdYo
d4JIvloKlBFzeDi9tV12nO2aTuKcDoASkJ8ALwqALJJ28Ci0rQtJQUJSu/WBLSM0UPGhTbNM
IBzBIB6i0LscUDgCmdzlgqBSCPIQ8F01O7ZNkxylDRIJ8oUF03dZME0looIFt9AFQ6bdMn2K
hVQYCF5kXI+PWJaJ1xmq7OyzrtTCpKio6G/h4wvdNtyxsijbXfU9I5KWRK0b391o5JOAtcoO
Q2BI1JvHIQCju6hCnHCG20AlSibZQBqfhBSRxSwB0WBsX1hGI+Jdcrd7sTEwoM+PLSMqP8kR
5uxWpNbXyT8Ccu4ZD3L1pg1F+b8OhpuIGfecz71W1RaCkKVay3VWNxpEE7IKxaqS4KlFDEzL
4p7k+EMrU4hpakrCVKAJFj+zDWQ2bkbLQdkqSOoxAumg6ZjR1gL3Fza+XEK0JvD1FnMZpq5l
XJ0rB5heCXUrUerrZAzKHiq5hFtRKMzYkc1qs2z2CmqDqdj9zS4LXW72uB6w4XvZXDgx5MhW
6dPUrE8xRahJKUZQywalUpXa1xZGQKtpciIypcZWkSN3geeattJsbs3NHY7zydd5xue8WA9y
jeOME4bna585VhDs3W3EqS9OOTA5j+YHRZSmyzZSrHcdCNIWhnfugNyAQVGw+z1O1pY0x6gd
Y53FrZ9nLMcCssYamxgXtJUuuUxAlmqXVkANt7Bq4BRv1SSNfGLRRTupqmOZvAjy4+5eRMZo
YTVVFHu2YS5tuXLyyXXV3FcuW0qp0tdtacyFKO4Oo0j0g2nuLkrx2+p3HFjRmMvFM8xWp+ZJ
zOaE6JCbWh22GNqYPqJXHJI1LmFrRnWpafC+kKANAyRC6Quu5KEIWSnRR8z7YSNgl23dZOjX
cRYJsRupR0EIFOmgjRK0rJJCnbX3SIIjjtXoXLp9ZalKO1tYKQ4o4cwFHIKl2DTJP7/QQW3M
owfxCEmVeLhCjYAbDSOuOCE3OqGppDTRLiwB4J1gRdxySTi1ozTe4/LZ1DIVC3uhYNcmpc3k
mumVNdB4rSVRZ0afcT02Um1x7wAfjGW7VUDt7pho8W7iFuOwmJsew0j8i0nxa75HXvTfXaDL
ULtM1RMqgIlptxU0wANAh1lS7e4kiKrGTNQtc7UCx7wVL7ppjPT/AGd8eFhb3FWTwOeEl2h6
W0i4C6RmVrv9Gf8A3RETiOVLfkSrbQG8lS3kB/4lbKxsWFytEqAtzkuKbv1IUg6fYIp0ou0E
KSpriSRo4scPKxVYNuNql0KOa5SDEeRmnQY9cw2mFPuCxGXpbrHvO68LONm3Vm8O5Ufu8YMG
hy1JKreYSoxVNpLfmp6e4G55xqn7XH0RXFVoNdpPG7dgAmruqFh+tZX4w9wJ29g8B/ZCmNqG
bmP1A5kHza0qc9npbX7rtWZUQFu0V3l3/WSpKrD4RUduW3wth5O+BUvsK7d2mjJ0LHjzstfy
NUmmO0fh2hOLPozuEpifKdTZYmEAH+KTHnqoja/D5ZPslg8w5elZJi2ohaPrl4/whtvik+AV
MCcMus916ourSk7kJCf6IZVYO608mj1KcvlDYXAcXW8sz5q3pstTMl3f73Sq9wbZyPwvFcza
5OIRcgKFOD0acCl5VNqBDgXbKpB9YHytD5rg4WU04F+mvx4LOXAqnyLnF/iJPSaU+jNuIlZV
SDdIQ4+rbyypi7Yk97cMYHam1/JVNrYzj0hZo0PI9w9SVtPITi1KQnuNoQgA+y/4xRYf1d+a
t8bQGhWJNj+0sgyLFtae8LbaQnLwRbWue1UhjyVVTpVE4EWCVjm6aHW1/eCRCkHWdZGGQ7iq
Op8pzsO1GnHdp55kpP6qhcfeYkHkiRj+YHuKmgADJH238CFpUPy9G7OUs62kIZlqSkpSNhlI
SPuh5MTLUgHPet7ys7a0tic37IPuCRYzkfSKJXg0MyyyhafsMPsBk6LE2E8yPcUrjMf0jBiO
bL+hWX8QIEjWpF0JspGRWnksRquJ/pGgd/oslw5pja4lWlicJTXp51fQAjS/1QYRwY71EAOZ
TnF8qgOPFoKgzEuHXhlSQkakARaXOsFVWRBxvZSCXSG0ZlC1hppDJ1yVIjqLwzKlLupIUjwJ
3g26LItyTklqDlWklvIDqTCJ0Tht7J0YUyohSkgk7Q0cHjROmvbxCTrZl3HCEoUE31VuBCgc
4DMopYHG9kBDIS+LtqU1bukbQYuuNUiWkOuBdLV83RKQW0+QhIEA3OaULXFDSpAZCchum9xb
eBzLr3SdyOrZFcxbpOQFkAWKTfWFw0DtTJ7yT1hZGA8tN/HcgwBF1wcENLmZeoAPQgwXdsEf
e5pM/nKzyl3X57Qu3TNIOsSm5JdMySoDMem8ObBIE2yuh5is6qsR08IMAkXFErXltuV7A2g4
CQJJPYigkltSlqPkRpaDpPRHHKGACbgaawCLkvC2gm4SSSL6fjA3QpA42FqUArKrW94UCSLu
CKUyuxzC5I06xxOd0qHAiyQvsuEWylKhCrXNSb2PISUhWbvg38xC+XBNxfimSoSykhbqVC3X
TeF2O4IHgHNRSZdWCTa5PQG0PWgKOe4pgm5gIuVJAJG5h2xt1HyPIzKjMzMJeJBBCQdwdLRI
NaWqHkIlFkjCpdTneSR433g/W1CTsz2XaItbaDcjQH7Y6/NHLbDIpOpoDS+4+EGRLc15ksoA
KOml7bQGS43bmq24u1o4f4DVVxh7lTs+UyMqQbKzOGyiPYkKMVrHqwUeGvINnO6o8dfIXVx2
ZoHV+Lxgi7W9Z3cNB4myxEVIDSU9AnNlvpYaCPPrj1V6iYOv3KOTmdcwlQBFjfUaWHSGpNzm
lyCFZWA51ul4zcmHe4wZVtkr/VKk59R7TrDOZu8xbDsJWsw+vklkya4Bt+R1CuILlXpyZfSh
Kl3u6gG19NdYjrEL0FDJRzSPka0HPrD4oaJNicdCJXNnI9QkafHpHFxbqp2Kko6j9SSHcv8A
NSKcpzasG0yTspUw2XJl91Q2uNx4JASLfHrCbXEPJPFOKqgfI1srzcR38Sdf4LEdVdE1jOsh
SChRfKiL7G2kWIaLwVikpmxKaQixLibcl0m4SVQYm7P+Gam88FTAlvR37HXO13dfcAY9F4NW
GrwuKQ6gWPeMl5K2jw9tJjUrW5Bx3h3Oz9bqzkS0slZNivzvpE5vvIVYEcY7UcE/qoyWGmsJ
E3TgNHDJB52VfeXr0A6wO6Sib4avQ4sqA0QPFR/CO3V3SZ8k5oSwUDmO3PQACErHgEcuB1KV
NvSraCG0INtNE7QUtcShDm2yCGJ093lN5x0PSO3BxQdITovFCcdTcJI0tYR3UC4iQ6In0F1a
LuLtY667wbpGg5IvRSWBK+MrLIAKl3VAb7jojFgGZUYxM4ltmksyyMripvmXt0Qk3++Kxjhv
SbruJ9Fd9mGlmJCRugHqbIfECrJ/dWlZvMD6LQmQbndRbI/GMypWWpQ3mT6rTq03rartIHmG
gqa8GHPS+P0k+1YhuloRf+AQfviBxS4pg3mVbcOsZat/C49GrUGMavdNPk0m4EwkkddARFND
i5tuSnKOLeeXdjveFDEIIaSMx0HhDc3ulwSBZc6acQGwo79BHu46rwS8DdsVaHDgf/HlhZau
k5f2HIoRUdpjbB5D3Kc2bYX49AORcfIIzjRLhntPYszf4Z1p0H980gwpsw/fwOHsuPIlTW2T
SzaCQ82sP/aB8E48CJZUz2iqYykZbtLvbwuB/PEDttM1mGMYdS6/kP4pxsZE84wZRoxp8yQR
6Las82232qqnVE2CKZgbkJPgp19R+5uPPwH82SMP1nN9zT816MfnV0v7O+fMtCprCVemJ/tY
tUCXGSSkJJ51Z/WWttv+YfbDqqha3DHTHU2H/cUzkmd9KhgHElx/w2WsXltymFmwo6BsJ09k
Z6+5fkrXTg5LNvFXEU5MMt4SozhFWqiFGYWk96WlkpJUfIqtb2Xiz4dA1t55B1We8/wTiqld
FE2OM9d5sOzm7wGQ7T2KM9mYpcVi4aZ0zkkSB0SCsffE/joP0Np7T6Kq4aQ2vkb+xb/uC2vK
N58bL13cuR5WFoo0X6oK/t9lT9zvSgat32zcXHibwhLqEVw17VBOIVNE9gWYSBdSkGw633H3
QELt2UFcwbwss6UXkTOJZ5to5kTDSHkEdbpP80ScwLI234EhSnS7xDxxA9xIKtjGUyiT7L5l
7arpygR4ajT4mHtMekrIwOY91yqbNYdO4cL+8FSBTiKnhKYdQc4mKS2tHn3BBqV3QYgDyePV
OzH02Exjmy3/AGrJOKVOKq8mlW6kAW/hiNmxGwaCO30WIYeCd4FXBjBkprir6Bcs0oe9sRE4
BJeJ7OR9VL41H+igfzbbyKYZRgCXQlJtpvaLS92d1WYmi1kvRJANnmHOo9PGETISckvuBuqG
JVNh9COYNh0gC+3FGDCeCVIk1LZKnFhAPQawkZLGwS4YLIpxTiCA0zntoD4wI3TqUDmv4I9D
7qkhpaQ3fe4trCbms1Ga4OeMnIYUppvKXgf2vCC5ON7IT1RqkvpCkXJmStX6ttIX3bj2U0Lx
fIleIfccSQHAgEesRCu6BwTa99SgNzD7kxlz3NtwIOQ1oSRaXHVKC29kK0m53y3ggc26PuZZ
HNeobNtXUq8trGDEoLtRb6lpvmWLWsPbB2pJxHFNV3OabKPjcQ5FgEgQCjyczdwD5m20DdI2
KTO3AFgor3BtCgSRCCokuIBsCobGDWuLol7JUGVAixSP3wMAEUowNC4C3Ck+CRHdyISBqiZq
SFuc0u5tpBmuIyKE7pCTIcBTZ1BS6NDcwqW8k2BLciF46+DYKOZNtDbWCdGUoJrZXTZMJbcA
U2SkefSF2gjIoHua4XTY+lXIUFePQaQ5bqm5cALqDVhhbKy4hF0K09kP4yNCmsw3hvtULnku
KQolGYna0SUVrqFqAd3q5qNrYczXIItcb6Q+BBUVbdOiB6OStJvYDcgg2jtEBN8yNEZdKkls
aq6kb+yAtnco5e7dsi8iQ6QEXsdlCBzRLi9tV8ULFzYIUod2408h7IA3IO7qjRhokaZPYuL2
1tfMDhppdc8ce4vruKeLL7FXqBdlqdmSzLNn6BpZJQShPsSdTrrHnLFK6prJyZnXtw4DuH4P
Ne4qnCsGweRlJhcW6xrRdxze82vd54nO1tBwCh6ssxNqKdMqbZfGK899+5NmM3SiXWQsoGoI
c187iEgUs4ZKc4XYbeqtQlHUXSVpVl6/oxY/ZCEpsLhadsmGyMkidz+Cm9KqYlHVy0+kLQhz
Kl1Q748wOqYaubvC7Vq2E4lFSy9DVDK+R4/xBU8ojDZxCmaQouyzSS4m+gNwbe7xhpIeqtUp
Y2MlM28NwC4PD8BTyoNzH7mkxNHV6ds0XVD1GhqLn9oj4JEMYyOmtwCtNcWvpyzeuAL35nmu
edeeaZ4q1TK53UIJJtoSD09sW4aBfO7GHRnFJizS5WsuyjjRKU1/CE8sHPMCYkUqV9Yp7yPe
NfdGnbJVgD30jzrm3v4j4rHNscJnqcN/OcIv0Fmv5hrjk49gdkeVwtvNsuuoOSWI03Eaod0c
Vgu89zcgvF0p5SNUKUCbgqPSBEjQkzHIdc0EUaasUpSU9Rc6QPSsGaHoZLW5JU3QHyAXXBa9
zqdBBDUN4BKCmfxKWIo8q0Rzn83W14SMzzoEqIWNHWKOySDISlCArTz1gnXOqPaNpyRwcJul
mWA08N4LbmUoNMghfnFyVFLPgbawHV70a7uJSVwNpUSt1TnWwMHFzoEV26BmUgVM5QA20SL6
X1vCu7fUpHftoEwTrE1U8TXYRmclKe89kAv01+wGKHtFKyNzIzxB95WkbMRPkpJ5+RA8OPqq
zxjUFTGMp6y+YhUuwm42IDYipU7bQtv2+qvFSQ6pmdrd5PyV9dnZpw1yoVJSTlDYbbV7Bc/f
FTxx261rRwV0wxtqSRx+s70V71PPOVp903IaSeXbraKcBussrVTjci3ivGiFyzawrRSQRdZ8
IRujGMg2XOSQuU3OgB3vHu9fPuW5yCszh68hPGXDiybBM0STbayFH8Ipm1P9TP7x6q37Ix32
giB1zHmnbjUC7x1dnLWTNUyUdSb+tdu1/shDZB4dgrRyc4Kc29jMeNMcNHRt9xcFPuzPRJh3
ibU8QKZIlZRjlpcI0KvL3kRQ9uqneq46cHQD3qzbDUtqSSe2rreQ/HmtKVAr/KHHU2LlZpLL
SSD4JX/70ZST+iLf2vkFrzLfSo3cgf3ifgqq4P09pfFTFtWcTnfVOqZQsnVISAhSfsEL4nIf
okcY0Iv5m6QjjH0p0h4WHk0fNaZqqXJlKZdlSUpSnVShmSk23I6+yKMLNO8VYoXEZhZpqVIX
+6LVBKKcmKo2h5+YmHBdToWAEX9xIAi1xyg0oJybkLed0aSC1UBe7tb9gAsO691F+Dzq8Fdp
Saoc2SmTrMqllhatBzkhLyB7T3h74n68Csw94bqM/L+CrQBpKyOZ2jhY9m9/ELeMurJWpSdG
jS7AnpfzjOoSNzd5K/scCwKzmJZMyhbzeq0i1vEHWAkaSMkm91iAVHcRNBeG5kJF1p7wHshq
z2kdt1k6iSyJDiaplCRlDyAEkbJU6o2+ConJf0kWf4yType2OnfI37JPvB9bp0414mlpHBtE
w8yoCZmQtx0D6rYJAHvI+yJnBqZzniY6Ny8SqFUz9DTlp1efcNfkrA4YzKalwdwxMKUCHKVy
13N9iU6/CGGIjocRlA539CrDh79/CoieBI8iVnDF6S1xBRLFP6Jak6nXRca/XPElGyQcQD7l
jlNGYq6WK2hIV9Y6p5TI0eescqpFtCyfEDQ/bFcwCYNqnxk+0Mu8KexaMyYaxwHsH3H+KgEm
ChJWs96+gJi/PzyVGYAM08hAWEquQrqb3tDUusLJ00ApYjOlQzWyX1v0hsbFO2hwzuli05mr
oUFe3aEb2S5FwvkITkFrE+y0ddE7EinHUWSlQAAOqhC8YN7hN5HZWTE7M5nOWlP0Y3vvD0NA
zOqZFx0QL502Q2EAdb6mB0NyiEnRfBCQsWUVHewg1ykMkqaUkOpT3R+0RrBTmgzCXpPdOQEQ
iTnmlcrWCA4hau9ZKbbwtvAJvbmmucUpKrGxHiIXYkjZFNvLNwCLdL7iF7Js5KUuJS1Y6Hrb
rBrJN3aiXVnS23Q+EKgJuXckBgKDqkPthROqVmDGxzCTu5p7E5BKBe6wQOit/dCea7eaDa6Q
v8pS8wdIAVuBC7d4Ju5zXI5t3l3AVdJ2BgCN5A125oUUv6R1SrXN9QYN7IRTm5J1ytyMqdfH
wgQ7mhSNcu4FAcsaaeRg4IIXbxB0SZbKyLKITc6X2hQW4IjnG2abpymKflVJCUrHXSFmyWOa
S45KtqhRnWppbS3O7YgZolWSAjRRkke47XJRuYpL2VV1ZreA39sPGyN0so50TiSb3CQpkFII
zpuBrbLa388LiQWTN0Dr3RqEo5QSJcpB3BGunWONr6pEb9rbqWJlJe5WUJQbE3JGnnCJeRxT
4R71rDM/jzVQ8QuJmD6Fh6ekaZU26tiF1lTTDUisOJYWRbOtY7qbb2BJNoqOI47TQwujifvP
IIy4X5lb9sZ+TXG8UxWCprYDFTsc1zukFi4Ag2a05m9rEmwtzXNapJqstjCoISplkO5XETMy
qyCnUEa7m+/tjDpXbpIK3PG6OphxaXpBa5JBOQIJ4JwomEcT1medCZ9bDSE5hMtpGVar6pCC
dR5ny0ERktQyIZpOkwmrqrkGw58+xLqjQ8YYdYdnp6VXV6U0oJdm5VHeavtnRuj7oCOohlO6
DYotVh1dRjelbdvMfHkpFQK5LMTzNdlUc2TWAmYbRqbJBTnT520Kd9Lwd7SRuqYwPFGYdVCV
wuw69nb8wrLSqQm5Zmbl1Mz0msXSpCgbA+e4hkd5pW9RS0U4E8dpIzqOIUnl5hEuwwzLhc6F
HLZpNigHdQP3iEjmtBZJC2mZFCekDjbIaA8b8DzHFS3FVZNF4ZTyZ2ZSWUp5i7gXTcAAW31N
gPZDeKIOlFgpTHsSpaDDpJZTYNb/AAC57zz0xV8blbEuX5l13K0ykEhKdk3tub6m0WYkNGa8
A1Mrqurc9rfaOQ1PZ3n4q4KZSpvBGK5OnKfR6a6wmbW4i6XEOhViknoUkjb2dDBKao3nb7OB
y+YWpbLtbRV7qGbdLZW2dcXve7S3PKwvc8+5dTMIYol8R4CptTp60PNuspz6i6Fgd5KvBQN9
DHo6mmiq4BOw3B9x4jvXhDH8IrdnsZmw2qZuujJtfi2/VcOYI4juUqL73L9QAAfbDkNF9VXd
5w1CJDsysDKkAezSDbrQuDnkLwMTDjlluFOtzrtHbzRogDXkZo5FOb3fcuOogDIeCOImj2kY
JaUaR9Gi6h4wXeeUbcYAiVOnPZISlI2IECAky48Eny5z3lKPiIPe2iTsUWtizfgR0tA3XE5Z
pEUguEAH+LpCmdkXK6Kp8z818S6dOrADD7RlyT6oOtgfI3jNtq6d0kbJRoMvitd2KmjtPSnV
2Y7eH471TvESjGj4/mkoQUSj7fMlz1yk2y/wTp8Ir1FN0sAvqMirHURGOZze6y1FwXp3zXwq
YmVJCVrlC6rxJWrT7AIoWMS79TurQ4I+jpWxjsHnmfVWawgOqmANVE2iCcVYy3qW5pGaNUWy
W9Bl0sFDpCGRSH01rciudLf0aQ2gWT0j3cLHVeAHDdzV0UDDaadxdwmmWUrkVChpn2io5iFL
aUlfwUFRme0NcZsNkiPCQt8BmFqOydC2Ctp63nEH/wB4v3D5ajktL1zhZhzGNEoc3U+bLTDE
khpDzCrEgDY+UZPQ4timGOkbSPs1xzBzz5rZaqjwfE6eMYhFvlmhzBsTcjLUX4KTYewzTuH+
GnpakJUpl9TaXXHHCVDvWFhoANTENNUVNZVF9QbuJ1+ak2x0kdOG0zd1rQbACw/GXHNDn5jl
VqqoUP78aU2b+KU3H3GIwEuB/HFOmssGO7vff4qE8J0OtTlTeWMqZ2rTT7YI1ycwgH7IVxEg
sYPstb+PeiMaQJHc5D7mgfBaDnAU0zmJ0uCo+cVOX27KXowHOCqyWZYGMqrPhaVuOFtCgP2B
t9sTIBFM0W5nzUs4MdUPN9AB8VS/ESjzE3id92h5mqvLOonZQt7pU2kE2+EWGim6NgL9ND4q
FxCnbMOi+2B5i61Dwq4gtYtogptUYNOxGy0n0yQcFiu/10eKTuPhFYrqLoJOkiN2n8W70Shq
pWWinyfbXmOfjx5FaBodRMnUUsPOZWXRlQtWgv0HkfIxHA7wU7IA5t+Sfa1Tw7JPONp9ZJzp
t5Qg5tjcJKN98lkFbJlu0yJdYtLqYzouOqVED74mbB1GXcb/AAQVr3GFrRoR6EFVlxsSh1iZ
q2XM83UENII3S2AUAezrGj4ZTtiwaJ/FxufH/JZfW1Bfib4uDWgDwsT53Vx8BZov9nWlHdcs
uZZV5WWT9xil42y2JOPMD0V5wWTfw8t5PPvsVWuOpA/u/PthJ5foyX0nxCyCPxi4urA/B4Tx
tbyyVVNERjUp4G7vT4rTtcEiqgUSQqKkNtTCAyhZ3SvKLe6KW1z2v3mnMKeYAIMxcce5VFVq
Q5S6oth9BACrJOyfdGn4ZiH02Hre23X5rPsToPoku8wdR2nZ2JIlJKO6oJV59YlCbFR7BlZO
bLLDgyqWCeukNnFwTwbuhXziFpPdUABtAAgoSkjiFIJWu4uPGFQQRYJBwtmU3u3XfMnu9PKF
xkmpukymDkGUZSdB4Qff5ohYSgOMIQUtqV3j1TB2uJzCTLQMkUElpyyNT4kwpe4zSLmhKkPq
FkZUq06CEy0JM744pUHHSs5wGx5DQwFm2yRDvA5lfLUv9XM3bpCgskyE2PLUpvKpstgbX2MO
WgJu4FpudEmSUpbCgc3shbNJEtOhSIzDqX7pFhexBPnDhrQQmby45pZ6QgOgrPLUdvAwAaSM
kQkNzKOdSHJW2f6a/dUTonWBbkUR5sO9Nj8qeb9LNFtwaaknSHQebZBNnMiGoTpJvJ5Rl3AL
J0Cj19kIvaT1gjNcGHd4ISnWUrOwV4naBDXFFLmoKJhDa+6pRzbA+MCWkjNED28Ed6UnmFR3
tBN1H37ItyZSpu5BI3ECGWRS4kJCX0O9xbajroDCu6RoUmXcwgFw+qiB70W9zYKO1uRU/Jqc
AstN7aWh3E+xSbmbzbFQBwPNrVZtSugiTBaeKiyCLiyJDTz4yhhQ8el4PvNHFE3ZDkAq0r3E
jBGHMfP4ar9YNIqTTba1qfYWWrLFx3kg9N72iFmxrDqaoMEr91wtwyz7Vd6DYnaPFcObXUcO
+xxIycN7qmxyNvDNSKqYaRxC4YolqHiJpuj1FQ59Qpqg6XGQe82g3sCo2BvsLi0FqyzEqTch
ks12pGdxyHf2+SXwGabZHG/pdZTb00QO6x+QDzo5w1IGZFuNjfJZx4t8LeG/DXAaW2qhUn8X
Ta0/N0s7NJNkhXfcWgJFkWuPM6DYxnuLUGH4fT2Y4mQ6C404m1tPivWGwm121+1mMB00cbaZ
l99waRmR1QHEnrXz+7rqFlyoybb+GnnXUIUU5lN50BQBAuDr8COoMUd+eRW/Y3RQ1OEPdMBk
HOGWhGYPjoeBCFTHp2nJbXIyjdWoQaBnJVtzM5KgaGySLkA308PPeBkax+TjZ3A81i1NJNEA
Y278VswDct55a/wVvUTDsvPvpmKZWy3LPS90yxWHFsfrAAm7jZ0uk6j7IhJpS3Jzc+fP5FXS
Kne25jfvRkaakfEt9FB65gelS1fmUScwzh+fNlvrQC7Ivg/XUlIzN66FQGn1k9YewVcrRd3W
HvHzVZqsHpqh5MFo3+bT8u/TmBqoBWZCvYMrLLs5KOUOadVdicQsOyM8PAOJ7ir+5QiZimhq
G9Q39R4aqsslxTAKsPbeN48Wu+BCnOG+I1Ibq8kK04igzocBCnwfR3v3q03A94hKSB1urmtw
wPbXBpHNFWBBJfM57h8Re3kobxWxu/iqtim0RS3paYfCJRDLZUqZUNCsAXOUbJ6kknwheGMQ
sudVn22W0b8cnEFNnED1bavP2rcuDR3lXrwR4OJwxTBibEsoTWiyXGpZQu5Kja6+iXDewT9Q
G512q+I4h0p6GI5cTz/guwLBRSRmomF5DoPs/wATx5DLW6gvEqWk2+NkiyFIbdWb2SRexSok
fzROYW4vjHJSFJSxf6RU8biASc+7dJ8zwV/8GMLy1XpzdRw1xDFBxaxML9Noc0znZmW83csm
4KwUixIuR5RqmERvJD6abdkGrToffmCOwkKs/lPxNsT5aPF8L6akcP0c7DZ8brZ52IBacwCW
hw1utMzeMcJ4fxxTcNV2qtNV6efQ1KyLAU6oKWbJzkCyAehVaNAnxKkiqGwF3WdlbXXnyXkD
D9kcer8JlxWOA9BGCS8kNBDdd0HN1uNsuF1O3mcjHcQU2PlEgDdU91rXCQAOlR+j08YUySQL
kYJZ1TWZelvAQFxfJduki5RXo61A3c0J6wa9kG6TqvPREHQud3c6x28UHRi+aPTLsjSxPmYI
SUqGsXy2UZCCmx8THAm6AtamxbBKjqAfYNIV3khuWakE1TUzMoptawkkhSVD6ihsRDSrhZV0
zoXaEfgqSw+pkoK1lQw5g+YOo7rKC8UXG5jA9PccAVNJfSAsb95JzD32HwjFqK7JXDgvQWIB
sk8ZHE29CtQYYl0ynDCXl0gICW2GrfvUJJjP6x+/WnxV5DLyMH7RPl/kpXh5kOVV1Sk3y3Vb
zAvDGQ5KTmO7GTy/yUqZpGH5iVamHKlZx1AWoczqRcwyL3ApZsdmgBl1ysYbs8gkaXJt4x74
bmV886jqMJ7/AEWk5N4S2AeBmLU/o+fMUSbV+yV93/tGMZlDav8AOFO7VtpG94yPmtchnfhu
F4bVD2WvEb/uvDXe4i4VpcU8R1HDvZ+kXaW+qWnX3BKF9tVi1+sQfHS14gtmaOCtxUtlF2jr
W5q57Q1U2G4I+WM2e07gPK5tfvAzHaoVwXxjP1Th5VcP1acXNuyk01MSq31FTgbLwzjMdTYk
ey8DtLTMbiZljaBnY2y4G2Shdj6mb81ASOLt9rnZm+ZzcPirYrcwptc26rVTLilAdNEk2+F4
zSAXaRzWyuyYy3Z6qN4YnESYw9OMq+gS2nm22ssnN9pg0zd6Z7D3eX+SEgPw4ObqCXe839ym
fE7iA3hPhI3NS6Q9VJpfIkGv1nD9Y+SRr8IiqOidV1e4cgMz3fx0RW1TaWF0xztkO0k5KicI
1GvUQJna1NKeYqKitRdBAbcOxueh2i4VLYZW7kY9nRN6TpYXGaV2Tj1vn8CrMw0186YjrdWV
d1lrJLNOH62mZZHkdPcIhqg9BG1vE5qdjH0mt1yaPeeXp5qRT9BRWHpWcp8wqkYikznp88wO
8g7lCh9ZB6pPusYi453RE3F2nUKVqaWnqIujk04EatPMfEaFWrg7iKqfWnD2L5Vum4kSnLmB
uzNgfWQev3iG09OAOlgzHvHf81CtdPRvEdQe53A/I9hV40/ECUyaGJpRcYGiXvrI/feI84YN
cHhPd2xu38dypXHFLa/djo87KWuttzmAeFrg/ZD6M2geO71To7r4mg8z6LPfF1OXhzWr6lE8
g3O+q7/jGtUDg/Aojyy8iVjtWwsxqUcxfzaFZXZxChwlrEqo3yzi3EjwC0gX+KYomPG9Ux3Z
b3q5YCbQOHMg+WXyTdi9hf7s8s8sX5tNZbSf3qzf7xCbJv5A1nJxVhmpwK3pebPiVP8AjIzM
u8LqeiUWW55p0vNhOhJQkEiHmGxdPMQO1V2peIaQ3yuGjxTZhfEknj3hbLJmnEIq8ueS8tWh
CrdxZ8r90+4wnHM7DcQDuHHtCKYm11C6M/5EfL07kzGVmG33mZhvkutLyrSdwRGqdIx7Q9hu
Dos86N8b3MkFiEvYCUtCygTfWEHXKXaWgJdnSCMyDodDaEbG2RRiSOCSzYLqNNiNBaFGZFJv
zCZVoUFhLl0neHe9fRMXNI1RixnWha0AhGqO9BLAohNhZJVlK1qKkhJv7YWFxokic80BTSEq
Bvm6iD3KScQjkllNipRzHpaAs5Jl10qyoUgFSx5Dxgud0OQzKLKGklSlKIJ210hUXKaOLW3y
SJ9xlZUk7dLm8OWhwTMm/BMThSnQJOTrD1oumjiRoi0lDl02yHoYPoUG8baISXOQFoWpBBHX
WD2LkUOtoUHmrSjIFjLcWUB9kKAXN03cDbI5JWJxpyWKH0Bza19CPfA7hvdqbCQtFifNJy6h
b5WE5UhOiR087wpYgWRLgneKHzEOoNugsNI6xBQXBSxprYJG4vCTnJdrTySr0JxaRmbA01sI
R3xfJLCMkWIQRTwHAFKsI4yXQiGy+Mo1zbkE93S4gN91kJjZxRXLDdyloEnygwJPFJloGgQX
Gw7LEKbygDe2sCCQckHVtchV1U1tS88tIQFa7jrEvHvFuaYP3GkkBNvpCAyXFlLbI9Za1BKR
7zpChy1QMu9260Xvyz9M1zY45V2m4j7S1dnqRMInJFltqVRMNG6XS0jKpST1F7i/W0ZjijYK
msdIBfQX7l7x2Dwypw7ZmGOpaWvO86x1AcbgHwzt2qI4f4iY4wlhqfo2GMSTlHps8rNMsy6g
O9axUlRF0EjQlJBMRImqaSIsgcWg8vxkpnFMDwjEqqKoqIGyPZkCRftAPAi/A3CQS766jy3J
p96ZVzAlx2YcK1LJ1uVKJO8VyQuLSb3tzWv4JDRmhYyFu6xpscgLk53yy7OwImtsOuYbnWUK
LDmRVv2bWvp7BAEXbfsSm0VNLLgszWZENd7iD6KdUaq0UBipT0rLVqUypL1XpaVNvyoOxdbR
3sumpAPmnrFLlZJmxpLTyOh7isRhqImWlsHj7TciPvAZ27c+5WYzTJafmZf5tclp4utel0So
N2HNsO8nMkWDidwoaLTcKEQ5kdFm+4F7OHLke4+4q2QSid1hYkDeY4ceenEcbZOajKtWME06
WkZ3FriKBWEqStTb8o8VhwaKBSEEOJJ8LggiDMbUSXbEC4cwRb1yS81ThkO7JM4MJ4EOvc8L
AZ+HYpRh6mYGxbKTdNwtiamuS7jf57hqoELlXyd8rL4SpHkAdOnhDOd1VTkPew9jhr5i4Kdx
uw/EGOi3mvaNWn5GxCZax2ZuGVQkiiYm6pw/dmlcsNLV6bSkObDVYC2r+ClJt0Jh5DjdaPqi
QDwcq1U7J4ZISInGMnS/Wb78/fdRrhNwywpw2pHECcxIGfy8o9dFM9EQpSnpKVDfMD7ZPrek
lSUoUNAjNrcmH1dVy1RjEP6twvfmeR+7xHNRGA4dHSh5lH6UOLXDi22jR9/W/FotzV54gqTJ
wjT5elyqpaVeaR6YsWTkVbMWtNj1JGm3nFbjY7pSXm5GnzWjTbkXVA6vqeXh+NFltWBp7iJU
sWVWaSluZoso+5JBAt6S4klYSRroG2zbqDYxcm1DKVsbG/Xtfs/BWbVdLLVRTVj/AGorkWyv
Y5nss0C3EKC0Wr5MKSlVYH5+wtJzXsoEaZgoWKVAj1gb6xbA51w5psRx7Vt+H11NiWyzKqZo
kdbdkacw7UG/ln35hPLNZqCMfSGJphx2o1KWqbc66p14531JWFm697m1rxJxTuEzZ3ZkEHv4
ouJ4LFW4I7DqdojZulgAAs1rmkZDIdW+nFbnwbx3oGMMeLoztNcoAfbCqe9NzCTznLXU0QBZ
J3ym+tuhtGm0eNQ1VR0ZG7fTPXs7+XzXhTab8keObNYG3EmyCfdNnhrSN0cHC9yRwdlkTyzV
uekrWpapWcl30IVlcDbiVFCt7KsdPYYtDHRSX3TeywCaKpgt0jS3e0uCL919fBB5rhJDkz5e
UKdyRzOpQObJtG6l8y37UDZxQb0be1BNVaQqzbII8dzBuiJ1KL0w4BJXas8rRKQkeQ2g4iHF
JGZ3BIlzzykWzknw3g4Y0JMyEotbqy3YquQN77QYALi4lJ20TU5MpYlklbqtAAdoZVtVFQ0r
5pNAPM8ApXC6CbE66OnjGpF+wcT+OOSqXiNOmZxemnsKK5CScTLpWDo48Lcw+69vjGNUzbRF
x1OfyW+mQTYg1w9neAb3AgE+J9wW2KYpIwe3lsU8+9vEBAjL5QfpblpLTaRp7HeqnuFJdCJZ
Ty9Vm4+O8M5ib2TiUg5JS5gyUcfWtLpSlSiQPAGEt9Ng+oaAA7ILl8lm822gfrW9ke8GFeDq
kWaAOKv6RyzHycU4N5ijYhampcndJ5g2+2MBqpZIdp+ibpJdp7sytwwumZW7Jua/PdYHDvaN
fepNxbnEVDs6UiZQpKg5Ws6SPBTeb8YktkGFmMytPBp9UO1kom2YbJ9oxH3ZqsuFREvUaoCq
xVJTCRrbdKSPtAMKbTt3Kx/bun/uCidi3b9GyP7Li3wLHfArStTmmnnMQtXDi02ITbqlCVH4
gmMkiG6QTp/Gy2sEmnbbUADzHzCi2GpPkUuVkE99JS4UDe6Ss5R7haEqhxfIXcclJQM6OBo4
EkqMzdPk8TdpSlUFx1b0hR21FaS5mbQoAFQHvIETMDnQUL5XauUXVMjkq2Qt4dbxN/hZX3P0
KlV/D5pzTCWplpsiX/VcH6p9sV5k72P3lMxgfq3eyfcohhdp2QwrNSa0Fs/ODhyk62AAEKVj
uklB7FK0MQYX94HuUqklLM9L2OpcGxiNIyKkpPYKnNUw9IVmTHpculTqTmbctZSVDqCNQfMR
HsmfC67So8OD49x4u08Cm2mYlqGHcRsUmsLU7JPKCJebWdlHZCz1v0PX2w5exk7eljycNRzT
J8ZpbOabx+9v8PTinaoTqW+MmG7qvLzLa0ISrXKdiPthaAb9M89yWfIAGHt+Sonju43I4Qq8
uFZTMTTRaA9gJ+AEaRhco/MkbOO8R77rOMSid+eXPtluD4hWN2ee7hWaB0BLqCPHLkWP+2Yq
OO/rQpvAj+gB7SPNoPwT7iOnmZ4g4beSLpXMclXn3gr+eIeJ/VcztV9rG2g6QcAfenrH7vpN
ep7CFaNMrVbwJXb8Iu2zg/Sud2FZztCNyjazmR7gs9UeY/IvjouVULU2oXcQm+hST3k+65+y
Oxyj/wB41IYRU77d3ifUfMLQVcSy5LSji1cx83QXOqkgAoJPU2NoXwCZ74XMPBJYxHG0teND
/mmFCUlIOUX+EW0qsNtZKLkJASNht4wS2aUsQiXCVAHT3QIyQElInk3bClaKGt/CFW6pB5uE
0lRJ1OY7i8O7WTAnik5UoOanTreFk3OqPCmwkeQ1sITsbopKNStoud7YDpBrO4JMuAFkYlKX
Hjp3b9d4TOQSgvyRc2y6RY63HU2hWNwSD22N00LlnG1juqUnwtpDwOambmuOgQm5J1xsE2Ki
NL9IN0gCR6M8USunKaQo5Q5p39YOJQUAhNsk3KlVE5k3N90HQiHIlGhTZ0L9bI5iUcSshK7X
GqfCDGQFI9C7uXxkEF3Mt43GukGE5GQCTNM06lKG2mQwQ2orVtqIIXuJRhG0JxYabS0MrViT
r4e2CFxOpR90cAlIW93QUIBv03gtmruvfJK0JdW3crCSRqITySo3iEoDBO5Hxgm8AlA26+5N
0d6wI8OsdvZri3JEOpbSkZ3UoHUk2gwJSZFuKaX5ilctSVz7YJ8FQu1st8gmrjFbMqv8Qmnt
Nc5l8TCwdbG8S0HSHJwso6XogLtN1kDtIz9HVwckETMu47VHp/l09fOU2GgBmdUUg2WMoAsR
uekRGONY2naHC7icvits/JS6qlxuV0TrRMZd9wDfg0AnTPPI6BYmSE/NvMDiCm+hBuPYCIov
Be0BJG6m3mPBueBv4ZJApKs2Y39vhEdM8Wso50XVz0Sph4tTIClKLKv0iQdx4jziDfkbjRSt
LVOp5+sT0bvaA5cbDnxB1yspUtPptOAUrmu25ayPrpKbBQ932wVotdvBak6P6bTGFx3rixI+
s1wIDh4e9I8AB7DuLqrKS6WqlMOtIaaZfc5JdTqpAC9QlSjdIJ0zAA2vEJiEIkaGk2AXmc0T
8AxGakHXta3AkajxOY5XCtWjzMozjaUkqM461Rqkyqepzj7QSZaZSbONqbOhJ2cb8Ukp8Yrk
rS2JxkzLcj2tOn8CnlO8GdvQ5Bw3m8OtxFu3iOd1Ypm8VusPL+YqGhaRkDzLed5aTvkLgKQD
0uesRPRUxIG862ttB42U8KmqbnutB0J1Nuy+iZ0UaTnHVz9Ywg4GGwS1OyxLxaUNShYFyn3w
7LnsAET+8I4jbIN8tztkR6KzMI115DNPpE5PF2RSVypTM+sULSFsXza2sVt2PgIYVEIJL2jP
X5/NS8BLm7jzfIjy+Y94Sap4PqszjaaLsu4/NKpjUlLTqjczLcspTzOc9VhsONk9eWm+8KMq
GCEEaXJI5XyPhex8U3EG7VulPtOAz5lgIv3lrvNpSN6iTs403Ky7K5uozeVLNxmstwkZz4ZE
gaH6yvKCb4vvHQJ02MzNDBq73DU/AefFWbL4GqOEMM1BaRl9FqMsgctIvbld9F7XUcm/mow1
FW2eoYOw+qRnjZHA62e85w8N0i3wXOTkNyVbrEjLo5UutImEI6JJUoLSfAgpjV6d283NReyE
vR0lVR3y3WOHLPJ3/cE9yaSJVa1DOFXIP3CH0eZK2rDA7cke7Ma/JBmS+ylKiVWA0JTpCxJG
aJWmshItfPs88uKsjhBiip4Y4iGrPtzLmHpsiXqsyG1Lbazeq4tQFgUnW56Xiw4LVuoanpXA
9G7Jx4DtPdxXnz8omAx7R4EaIEfTG/pIGkgOdbJzGtyNnjIWFt4BbklahLVFhS5Kel51tFgp
cu+lwAnzSTaNljlhlF43B3cbr5512HYjh0gjrYHwuIuA9paSONg4C9uxHEXSfLXaFlGIPdvc
+HUQKLxXxAAPQ+FrRy7QIAFgDbXoAekCVw1QgFleVCCtR0CU7qMITTRwRGWQ2a0XJTumppqu
dkELbucbAdvy5lScyz9GwTNuy4SipuJyh86hpR8PG32mMLxPFZMVqg52UY9lvxPaf4BejMNw
aHBaHoIjeR9g5/frbkBezfMrPuIaeWKLTWE5lpYmnXHHyLleZYBUfaYNG+5ceYCK1u7NDYWD
QPe64Wu8LVBM7hAAEZkWUq3gUj+YxSKuHcqr8CtCa6+Y4X9bq18Ivh1uxNza9hrEHUjdKdnP
NWRkTb1REciWXJGXs/MkpCU2FyT1j3kOqF4Um65sryw62T2IsWMqByuIQ6PamYtGA4if9b2d
jx6FbvsyCdkr/sPHkAmqvzaprsjYcJN1Iq+U28myPwi1bPR7m0NQP2fiqxjMnSbGRX1D2jy3
rJu4UyyZ7H4py1ZWXEPBa06WCm7D7YZ7XXFQXfsj1RtjHbkRIzu8O91j6qzZGdnU4zxFKzS0
vLbmEtKKdlHl5D9lozKVrTA1wyvf1WwsuJnRA3ADbfD3L6fxIJOsLo1Ll3nahy0NuPtDuy6V
f+0dgPaYa01O6RvSOORUpW1TaUBgF3WyH4/F0TgijpovEP5wVmDU20420t1zMpZUQSVdb3B+
MPKmTpKd0Q1FvcmEUD45vpD+efiLH4K5kz6ZR4rCu+2M2ht7B8Yr+5fNWYWdYcU1yKC3T31q
UVqXMqWo26qFz9sJyu3nBTcDNy/gpLh9rn11sqBCEa2EMpTZi6d3VsFcbrSW1rOxA0iHcc1H
x6CyrfFcqmfw1MMqSCq10rA21/qYdUzyyQEJ02xJacwRZVdiTEk7I0LD086oqmpGcIJvqSlI
JPsOkWSihaZHsGhHqoGqBjgLb6EehsmXi7NylZ7O35QZFCpOlppSlKukJCr6DpfqfIQ+w7fj
quhvkCfRM6pjZKR0zhnbLuJurQ7O6gcMVVFu80+rb9qXQfwhLHfaaed/VMsDFoiP2mnzaQrR
cly7WaWtQvy5lC9vKK0MpD3laBUXNG4c7eqi+IVh7Fi1HcMoFvG5JjSNnBaBzlmW1JtIxnf8
FWuM6eF0hmptspcmJB0OAqGuUmyh8Ista0PpnX4BVCic5k7bG2nmFYUu6ZrB1OdWSVLl0Kv8
U/hFIwJ5FU9vMK5YywGnBHAo1DQSjUA389ovZNyqcBuhBOijbU201gEa6DqUiw1vuTA5IouU
jdGuZzUbawoCNAkHixSVSEEkJSMoOpvCtymxzSN5pAOa9vICFmuKbkAJKMuYgXV4aQvmm9mp
SzyytCeXbTXwgjrgargBdOYVZeZKAlNrG0NbXyKXGZuEldWs7AZRvC7AE1kLgckiSslKi4Sr
9kDaHdk1LiiXVOqQEtbEW7phUABJXJ1TQ44828pClrt5QuN0pJ4ddFOPlSgG8wSq4zQoAEid
8jRNoceadUCsqBNz3odhrSEzJc12SNRNqA3BA8BHGMLhIRqlaZuyroTmJ8NIDo7aoHSkjJHo
npi2UpO+h3gCxvNFDnHgiH5ibSo6lNtPC8KsbGU3e6UFBYm5oPFJctf6t9RCjo2WSTXv3kp9
OfSDZZ06+EIdG0pXpCEjcn55QOVxZNukKiNgRDK9M816Q6CpQcN97kw6bujRNS4nMplclXSk
9w7dTC10TIqreLWPJXhfweexJO05dRecmUyknLIUEhTywojOrogBJJ69IY1lUKSHpLXOgHaV
PYPh4xKubA5263Mk6mw1sNL8r5LAlcoXGDi3RJrEiKTPVGVDJeacmSmXQ43e/KlWidR103A3
JilS0uLYkwzBpI7cr9jQvQNbtFslgVE3B8O/RhxG+bdY/fIv4knuACz0ubqNIzpk1pS6qyHG
VoChmv0HjuIpb5JIrgKeoMQrMOuaZwG9a4IBHYbc/gnun4lE1JvZZbLOtBIebJ+jBN9uvQ6Q
yMrnZrRqfan+TlzI/wBJxB9nvHHw4c06fOcm42HEPJQoi4bIN7+H4QXeUg7GqKRvSxuDXa7p
vry0t2KSUeeSG05ieXbMnxSk/wAx1gjTbLktG2cxVvRFg0b1m8w12o/un0RlZVMU7EEnVW2i
Ul1UpMtp2UlYzJ+CgSPbBZmhzVD7f0xY6HEmDiWOtyPWb772U0kGkYgxcqivkPSdYl0zcg8h
dly882i+ZJ0ylYCh7QIqtReJnSt1bke1p59yziICpmMZza7rNI1Dhy7x7wr24eTNVrtFqtHq
k+tmfpxTecS2ELeaVfKpYN05tCCQOm0Viqjjic18YyPC+h9bK3Uckk8TmyHrNNibWuOBPC/M
2VmSdLXTksOTCn0TXP5LVSkp1UqshSbouUjKQrUagpuNheG3SZEjTla/4sn4BaQ3ncfLzHvR
1Zw1PVovyqZldVq4llro85MgB59xo5lyLygB3lJuUZhcKSbEgw6ilY0h31eNtO/5oknSCNxZ
7Qz7wNR3jUJ+o7rs1wlw1WJSbdZmKdiql5i8dS264plSVC2/fyKHiDeESxrZpWO0LXeYz/yS
ksj3upHsNwZA09oc0haHwtw8k5Di/iiqq1kJFxK1JOmVSkhQbT5C9z7YgXyu6AAJ82fdhtxc
SB3XSGvJC+EUq66yhqsz087MiSX+kIdWpCVEbjupuIBkdqkW0A17kyMjuiPdn2XzPiBdclMb
yCafxHrDuXKZk81BvcKSrrpt3s0bPRH9H4Jts+1sT6p3MDyLnH4qv69iGco80xT6dKCYnHpX
NzFvZEM3uEqOhub3I9kPmPcASOKk8e2pqcA/klKP0j2XDr23eANrZnUjgn3hLLKk+OOElVCa
fqi3qi0iZD7pXzCo21CrjQm9omsJI/OUO8LguGqwTE63ExhNW4VL997HXO+654639LLp63TJ
SXprklKyjEvKrvzWW2UpbXf1rpAsb9Y3dscLY+jDRu8rC3kvHU9bXVVSKqaVzpBazi4lwtpZ
xNxbhmmiVwlRJGuoqVNkkUqYQ2W1pkvoW3k72cQnursTcE6jxhtHR0sEwkibum1rDIHvGisV
ZtTj+JYYcPr5jPHvbwMnXew8dx56zQdCAbHkn0sWF8+g8DEjdUzdQS0BYD26x10Fl7ybDMDf
37x10bdsveWMxR1O8Bfiutc2CMammpBxx+45qWVqav8ArAf1MUfah7zQsjGjnC/cBdaTsYyP
6dNJ9ZrMuzeIBPkhtzjlTlpnnKJl5eTUUDpflnX4xk0vUDAOJWzyAyRyuGtjb3W+CbKzh9P7
lrZ9Z9lhCHT1OYgqPxg8Mp6cjndGroA0t3dMh5cfNOHD6tLlqXLB5WZKPoX79U9D7oGri6Vp
A1GYUhTv32tvo4e9aRwdOJlq82yV3bWooSR1B1TFFnu8XVk3ep2/EK3i6u57sR9k0uuRtPWX
HnAkZEZLm51j3kQvCT8yLcVoujt8jsT1QkaqpaV7/rTR/mjzviDr7V73KQD3Fb7so2+xjb8R
J8lBnCp/styzagbsYjta/QoV8IveE/o9o5RzZ8VUsRbv7JEcpm/FPvA+XDvEauTKxfkS4yi3
Um0V7bJ9qkNHGw9ye7GtLhnycfIgKVvBmnV3E0+64EgzReV52T/PGeEl0TGD8ZrYI2/pnP5g
e5OOHqciV4eS8++i9Rqjiph5xfrAK2A8O7Ye8wSsf0cnRNOTRbxT/CoG1dQ6peL8u5FYlcVK
YVE213X2nUKZyjW4WNIQpLumAKnsSazoHt/Z9/BS9l9x9bjqzYLSg28yQb/18IavsOqEzpgX
O3uxSJi6KOSkbP6ab6RFuzcFZQOsfBTDCLHMn27nvKP4w0mKYVDlakynNNvW/RoRqPdEamzN
G2UJnW0uImW9MuW/s0gWkghOL5grMXEHM5WKTIN93nzNwAdybJMXvDBcOceAUJjXVjbbifT/
ADSfi8+JHg7K0ZHqnkke6Ow09JWvd2lJVzejwtvcr57P7BZp+Ihm7vpKEHXr6Ikw3xp1wzx/
eTLCG7rHd7PQq5JRrm1KytcjalDTawitjN5V6l/Ugc7KuK1m/KbvC2dlOUnyJB/CNL2dP8nc
O5ZhtTnOw9/wUCxxUWpDh3PrdUBnAabAO6lEARaamwp39oVNprmZvZn5KaUoj8jKCLghVOvf
ro4f54z7Bf6a/uV7xbKjb3/AJXuL3sT0MaDoqNYL21xp7rH7YAoATZByqBHhAJYZJM6Mystj
8LwcZJu+5KTBq+qhY+N4OSm4F9UndYChsNvGDtcQiPYi0sIuLkJPlBi48EmA3Uo0pbCCUKB8
hHbxvmuLWEWCNRy0SuiTl3J8I7UoN2wyRajmc/R2A2v1g4FuKScSeCLcY1OVIIPgLw5a5NHt
zuEkXLhF1A2V+qTvCwckHNvkdU3us8yUCxqu9iFCFAbFELTayQejulds9rC1suhhcOFkgWOv
xXi6chTosoFV+9c6woJSBZJuiaTcoaac0LggG+loHpHJJ0bL5JY1IMti1iDY6AwBkcUQMYNA
hhstNkC9jtcbQF76riLJK7KFRzqeKidgka+cKtfbRJuY1wTc42Wn0FKSRso22MOWuuM02cy2
YR1lHoLE9OkFuuLUEpuNLXG1xvA3zXbotZFZQQSdwNrdIPfkkg0ZpumG8t1dLfCHLTdNyLKr
ZjBUrXcZu13FzTNcUw4RRqY8jmSlOb2zhB0W+vdTigbCyU2AJJOhD5N+TO2g4Dt7zz4cE9FW
6GHooOqT7TuJ7Oxo5cTmeCb8dOIouAa7VLBlqVpbyxYWCQls2sBtEiJRHE4ngCVDGB08zABm
4geZXHpSULqUgb5lrVmWT0JufuMeepXguyXrmNtiAm9h2UYrlVEwfRmlrQlBSg2sATckeZhp
fPNPKd0Ic8SG17e5DdelnZuWl5V3mtpeSpagTYnoPcNffHIz3RbzWRm4vcqV0ycCOS3ks4gE
J1BCx4eWkG7eS0fBMSZE6Jgb12X7nN1Lew205qzGpZqu8PKxLhX53LSyH2PFeRQKVe1I0hGQ
2sOB+K3KugZjWzk0DMyGhzT3ZtPePZKd6BTG14ow+5LzCpZ598PMKQm5aVlJJT7CnNbwvFdq
S4Mc48MisRio+idG4Zb9yOwjUeBz7lpOSwfT8VVKXqfz+ML4kR9F6M+wFysy4lQNu93Fgkkh
KiFC/WKp0phBbu7zfePxzUyIGSPD7lruVrjLXXI+5XE3TVYdpBkksuTNMWq0xKvNJWGrm5sk
i2S99OnQxHkh7r6FSfsjdGiT3YD3pUppTnClpxaniFyawsct0E31bOxP1Ta9oO1u7kf8/wDN
AHHIg+PL8aHsR0jQ5uoS1clsy6dUKqV8+SSoJbNYp7rb/MbGwDrYCiBuUn2ws54aWu1A4/su
BGfcUgLAdTLNkgHJzH9cDsIzt3q68F1upzHGjiLLuocdptZmGnZUpN0MLSlvKnX9cOdB9WIq
Zrfo7OYTiGPdJJOTXO177W8rHzTFxUam5GvVB+We5YRKFDqwLqQ3lS2Sk9DZSv40PMPDXkNI
SE9nMJOh18S34Zd11yzx0+uo8VauSnIhLSA2gbJT3iAPdaNTpbCG6U2djMn0pzv2PQlVziFp
tzFMo6UpzClo5niO+qwPu1h2y4CrG2267F476iJl/N1vcpnwoZMz2jMHt2uPnVpVra6an7om
8KBdicI/aCyrFJNzCat50Eb/AHiy6djYkG9zrY+cb2vHg0XxNvIQCBAIFyRa/SDBAizdSQo7
+yBsgPNfJsRcawGYRl6NiLX8bDWA4o+VlHKjNlOMaTI3JZeS4ZhKR6qSLZj7Iz7Gpn1zzTQi
/R5nvGvkFqmzlPHh7RU1Lt3pgAL8AT1fEm3cEo+dJHDeFKs3UVWfL7bCUblaSoXI8gATGdGF
9RM0s0sStQNSynja1+rngHuGZPuUgrVSZdwLMKC0lC27pUDoRuCIQjj3Zrp/VvL4s030Omeh
tSywFfTS6VKSdlHcj7fvhrNUO37jgVL0tOGs3CPxxVs4fnlNZZdSzzGiC0T1Hh7ohaiMF28N
CpVrurfiFerWKZRUq2XEXWUAqIPW2sQZifdEMLTndcyaVJcqTW6U3um2se6HO61l4ODTa/IK
+nVGT7HdVl7Hu0CTN/ErmCr8Y84Vbt/Huk5yn3BehdnGdFstAznE4+brKD04B3szVP62TEDS
xbzSY0WiNtpb841Ta1l9mqhn2ZWeqk/A5aGqnicA/Tgovfe11axUNrg76YL8z6KY2RLdxwH2
P/LPyS7EoW7NMUwAh2pVDle4qCTp7zFUpQHygnQC/wAVo8z+ipyeJVjVXIioMyrI+hZaCUgD
b2e4CK+95kcXHir3hMIgpB+NMlGqgkz1VlZQ2KGhzVi3w/GHsDuiY56Z1jukduc/gp6GkWbS
kCyQk29m0RT3m5TikYBGO1PjzJRSqe0CCHAXDbXUnSGIN3FSoPVLuZ9FYWDZP+2iVhNkI628
IaSnJRNRmrAUzelurOpdUbaawz+qkgev3KIVaUMtTXlAd8tqINvKOZqAnAcC4XWYKygTvGDC
Er6ykvkqH2/hF6o+pTyO7FDYyQeib+18QmfjdJqeVRZVIsHHWUe8kJhDCHWle7vXYuCMOHd8
f4rSXAyXPouIlEXb+e1N6dAJZI/CG2KO3hGOw/vFN6Fu42QdrPRW5RWQ5VJ3yaIHvUBENHxV
tqzZrO/0CqzF87Kp9DqaVAMt1hymPrTs2skpFz07yQIvmByGGboz9YLOtoGdLSOk/wCE4X7j
YX8Li6ztxWqTc3WcO4dk3g5MrnAt9tCrlOyUg29p0i2V7w2O3LNVChZkTzIAWg3ZFdORh6SW
LKTT8qr+Ohij4C69ZIexXTGR/ImH9pGixuOnW8aDwVFKEoED1fbrAIdAgkks5gb+UCAi7yA1
lWv6RYbT1NoEgJO7ronKOYbbwXgjkZop1sqOUk+ZG4g7TupMtuihLgnY3G1hvBt6yLu2yRyJ
VOQ3SCeoAgu8UAAujUtKRdJF09B1gbou6QUJxlxae43dV9lbQYOCKWuIQ1SRupQIFxqOkHEn
BE6MHVJ1yaTqOmm0KCUpMxAotyWSbC1iNiBrBg6yTczLNJFMIEuULSkK2unaFw4k5Jo5u77S
RlhtSjkSNNlCHFyE1JvkjBKIKcyzr1tAb5QCO+qJW0UKSLXTfQmFQ66bujLc0WWrqNjlvsFa
i8KXSPFFql12vmsqDAopARZlAQQPW6woHFE3eaTqlXEhKgUj9bzg4ddJOFgkkwWUC22m4N4V
bcpIkDVNfpDSQoklVj1MOd0lNi5oTc7ONuLun1b6A9YcNbZN3OJSQOC5IGvshSyTueCpvtCT
noXZCx2+iwcVTCwgkX1cWlH4mIvEZDFh8rh9kqwYNEJcTgZ+0Pdn8FyYaaT86MpAGVOx36f6
ow1enGjrJNNUpCVLmisZyokpKyALwFropjaOso++SEKSoWVy86Ck6m29j8IBNiUok6syxklp
mbUZsuHkqUNbHVOo08oG9k/gqTFY71nDMfBXpgqdZRiWUTMKyyz6Sy6fBDqSm/uJvCcoJYQO
9ep9maoPYIzoQPJ4v5B1/NSmhSq10ialFr5c9T5tbTLoVZTKgoEKSfI6iIGqcBJ2H5KmVUcT
XPhfcbrza3A21HfktQcOn5mqLblpt9ubVMy6itSRcF9hIKhbxKM2h/VEUiujDes3KyCDMG+e
V/EZH8di0ZTW5tcsG7rn5VrRTamwpbfmlW9vI3iDa/OxT/deRkvl4bbXUJt6XZQWnWzzWAO6
546eaSfhD5ruB4JDcyKY6ROopWPaRQ6lLPPvGuyplJgqSQ2lLqUKK797MEZUgi902uLpvDl4
u0uB4FIWc4hlu33Eed7evNWhgJqi03i5NzlTU4idal5aalfpVhOZTTkqtOQd1X6BKhe9rk6Q
wkLjAA3t+fxXNY6UPtzH/c1pPoU18RbVdmu2PLD9PeUjKoZm0pTmzK6a5dvOHVFeNzXdoQVD
LUr76gX8rH5Lk1PvIqHEaszFxy1uIQn2BoA/aTGqwjdgspvZOMSR1R+1IB4Bo+agM0szWMqq
+RcqZbyADQC2g+Bh8MgsdxepOIY1VTnO5y7hkB5KxODLRX2nMJDVQTP3tb9hUWHBG72Kw9hv
7is82gcW4BV/cI810qSMpAvpvttG48F5M43QiADoe6RHISgFJA2FrX2gbrrHRBsTqQLeMDdA
BfVehHdISCofbAFGFgvHApuXLrqSlCbk+cM6qYQU75OQKkKKn+lVkcJ+sRdNC5CbcrspVpFt
l9SWFMvtOrCMySbgg208/KMfw7F3UEznvG9vLdsUwNuJRtjY7dsBbst/DxQq9hz5zqNKpaFN
zk+W2+cUi6AvMLD3C/uEQsdVuBzzkCTkrI6mD52tab7trnttmUyuyc9KVxOGX2srBnkttk6c
tBULt29uo8jBHSBzTNfO3v5p3St6WRkThlceIFzbw0KtSqtobfcVK2BllgtADTu6W+AisRm5
seKteYiD7ZjPw4jyTu7L8yWZn5U5A4kONqT9UkQZrwOo/REOTsuH496XJrZCEhcsvNbW194S
MWacAMtkVnWrSCJNiYS0AjKVJ8tLx63p5zI0E8r+5eKMTpGQGRreZHvNlZtXlCvstYkbQCVN
0OnXF/1bKMed6iS2JRu5yPW64REfzLFH/wAj1cSq4w8pL3Znqot3VVdo+GyY0ulkDdoIXHjH
ZUioiL8Dr220kYfRJsDVZWH+Lkm84PzSeSJeYubZbnuq+NoX2upWTQtcPa+SrGyU8sFU86sG
fg7Ij0PgrRn0qe7SmG5BVlNtBb5HmlK1X+JEZFAbUUsg5W87BbxOA6SGP7R/j8FNJhQeqjii
2BYmxA1Nor/FaXGBHTNb2JkpZ9KqMzNlJWHp3koOwKUgD7yYfvyjA7LqsvJc9zhwsPVWI2kF
xXd0z5fcIh3KeibYWHBSx5hPMlwn/BMDu+HWGTTqlCTugc1YWEGeVIPvm+iTpDOY5qNkN5AF
O22CulypSAAE6wjnZNAese9RLFX0UmUp0PKP2wpEOslRqFlmVli92m8NN2JAUpahfplMXWN2
7h8hUbiovUxDtHqjOKEmJrH2EJYgkO1htGnggFX4RF4W8hsruQKc4029CxvMtHm4K9+ACeZg
7EbyhZSsRTF7HwbAg2JZui+78SkKb9bN94egVsUtbcvUagpzuoSwlw2HQKuYiYCN0qx1bS/d
A7fRZsamafP8PuJ8jWnyikzeKXwlxAuWUuALSsfvVC8WlhfG6F7NbKsTbonnuLtNrjsLQD6X
VcYL4bS8nxWpM1Oz6aqQ4HWVouUq10USdTDqsrnyRFoFlEQ4fHHuvDrjgtLYzQG8ZUvJoFBa
bE6bQ1wB38rd3JzjAvQDsIUeWSFgAWHhGmALO3EoK1lDYym/kDHDtSZF25FEBbilHZGvTrBs
giWcSjLKUoNjuqWQAodLm0M5nhsbjyCeQg7w4obbZAKS4XFJWpF7anKoi9vdDejldNTNc7Uh
Oq6FsFW9jdB8kLLmWQq9/E7mHqj0oba7vrWv5bQQnNGsBqlCZUKSkpN7+sLRxJCLYFHplkhe
cJI847eFkBBXxZSCACATr7YG6La68LZQB9ZJ3vBwUQoh1okCxt5iDAoNdUgeBII1vC7SkXg8
k2LzKJFgANwYcggJi9pJQQwQLoT7hB+kHFJ9FfRHBogaadSILv3QmNEqQtSzcaHWFgQAmrmu
J0XolLostWXL4/zQIk5IpiA1QFZUCw36wq0kpq4WyCSOKGW4T74XCSN7Jmm1nLa9ldT4w4Yb
Ju9txmo3MuvaJWAQNRD9u6SmDgQOxMU7UZeWYSqZfal0uOJbQpxYTnWo91Iv1PQQqS1li42X
MY59wwX7kldc5bwUNBb7YdNzCYyEA3QEzYHmYNulJB41Cz92oqjyuyfOyiVWXOVKWat4gKKz
/wBkRWMeduYW+3Gw96vOyjOkxqPsDj7v4rmY4sNmceJsWmyBbpr/AKoxrivRJNgSmZ6ccdeS
la7o6mBTZzidUwzkwtaC8B3Q5kTpsCCPvIgpTcm+aVsSKJrFFNbSoH1VKFtClG9/8mAUhSwG
pq2Rjj8Fa8q5yaowBZKVdw+FoNo4FegaOYUmJxbos13UPdkB5aqw6ZNOy/Et1lZAE8028Uk2
BdT3VA+8fbEFVtBZvckvizCzGn/ttDh94XafQK78CzjzT6abJPCm1dE0h6SUE3KHkqzAkHfN
3kq8j4RXqlgc0k5gqDpnaNbkRp7/AFF7rWuF8YTjb77FXkGUpslTVRlmVNsPJI0B1ORY2IOn
nFNkgBzZ5KcimeLhw8eatGm+gzIVNMP55d0WBSQpKVeBI23hdrXNbnquO6SSFDsX4YZ/LCg4
hdfIclHmnHG0aczI4k39tgI5s+6ej+1l7kdkQ6TpDwt6/go5c+hiqNzKbvqfZ+hSBe5TzDY9
Tq6NPIwDW3bY8Px8EAG4wtbqQPQAfNGVph3D/Amp/OAC6zOS73NCjdbaFIUqx8yNbdARC0bx
JUjd0FlHVTt2kdGODXX8ATbwyv3rkvOn0OtVIo0yTJRf+AkffeNWgN4Wnmp/ACabDXPHGR/k
LD4KFSQLlUm3Em6UI1sNLAAfhD3QLBIv6RI88Lq4OA0oZ3tQ0JSL/QpeeNja2Vs/iRFs2dbv
YqzsBPuVB2tf0ez87udh5kLos2yQgDc77xsxK8vABKUy5yi19tb6wXeR92y+VL5GVKJJOwjt
4Eodx3DVO9RpjchU0oKQlDjKVoI221+28QuHVwrYXO4tJB88vcprEqH6DVGPgQCO4/IpDdtF
hp74l81EdUJgxJUA1Q8kuOY6olSh+wkXVFdxicRU3RHV+Ss+BQmWr6cezHn55fxSWjOtuc4T
qyxJNt3W6F5CnQm14yKohLRlkQbLcWTMsS7MWujOFc4X6dW608sOuemliUKgAG076DxNxrvD
DEGhpDBxCkqPedQsJ9pxN+4cFNcZtS805hqupCW5wTyGZgbZrG6T+EMKYuMT2nknkYDK2Ij6
1/O1viiycz6lXvcm/wAYjrWVvAG7ZSnC8uqo4WmpBCcz8o6Q2PI6j74NLkd7moz2Wg8rjy/g
vDITAUQrOCNwSdI7eR94clRmJ2w0qtIUiy0zCgDfbfT7RHp+ik/kUbwctz4Lydj0ZbXVLCNH
5ed/eFdkvTkzXDHHcgdQmlst2y7FLF7fZHnfEJN18D/2nH3rbsHisI4eUTB5hZ6wR9L2casg
fUqbZN/3oH4xoU0/Q4rSyfsj1Vcp6Xp8OxOLmAR4C/wTJR5ZM7xFp8qQSjnpBTbfTX74se00
16rcH1G+8lUPZeFzcNfM4e28DwAz+KuWWv8A2RXPeKi9LUx5lCj9YpQhJV98ZVcfm6S3Ej1W
yxRl1dTsP1fiCpXOqU3MzZBIyDQnyEV9oWhvd+gCHQpUsM0SUULLAW+6fEn/AFwvM8HePgoW
CM7gLvrOupxSU85jMr11OFQ8+9ETKd1TcYvfvUzfbBnSBewAGvshk3RFPBWdQpcs4TSkJ7zt
uniYZSG7lFk3kJU6kGLSGQj1SRt5wDimrsnqDY2ZCGmj1Vca+QvCkOpTyMXIWcsMyhmO1FIK
KLhqTcUCel9Pxi1ONsPd2kKPxEb1dEO9fY5li9xtwGjoKjMOHzytGIygdammPZ8U6xgfoIB/
zGq6OATB/IbEuYWtiOYAHh3RCteQej+6fUphDlNN94egUuq8yZGSq7g/+q1qt7BeIyEXAHNW
w2O6eRKybhtwzXDzFku4orWaw2tQPiWhcxdZchGeV1TQbvlB4gfFT7DjZlsa0VF8wMmkp/j2
iMldvhx7Us2xaByurOx2m1apz4+pMpH8ZJEDgbt2uITTE272HlR7IQAb6ncRqRKzYtOqIMse
aFW7ttrwO8LLhHc3QgyCod2wv02MELkbcN80oDBVVZRDd0kzDYBv4qEQ1dJuwP7lMUcTXSBB
ZQlXNHXnuWsP2zB6K7aNnciYiQ6uk70dYI0trEiCdVFG3BfIy8y2w3MC7M3SHshOrCdcttLQ
m43CUaCSjjZSbZTbrfeCDJHIBQQ2EpzK9Xz+yB3kXoze6OcYSGb7i1yR1jmvzRnMsE3uAgGy
dOt9hDkFNk2PNlRuNVW6wu0pMpCZc3PiN4PvJOwRrTeUg73PwgpN0Fs8kpUjukGxJGt9DAXX
EJvWm6hc+yHIdkmZbc2RSyoOWttsTCjSLXST2m9kEsEnvAk+QhQSJIwniiHGciBcXSBC7X3T
V8RGajk8ErUSTqIesKj3aKJzLoSpQChk8LdIkGAlR0js7BZW4vYwkpzEVJw1Rn3Z6q02ppmJ
5llFktkIuBnOhUL3yjx8dIrON1cN2xtObXXOX4zWz7BYHiMzpagwhzZI3NbdwF7/AA7VZ1Gx
nQsWUh5+iTa3/R3A3NIeZLa21kXsUnx1i4UdVBVtLojeyxrGMKxDB5hDVs3TnbQ3tlqE9IfH
L1Hv6CJEhQLTcZrL3asqVuGOFqcFXVMVNbpSD0Q3v/lRSNppAygDPtO9AtQ2KiMmKPk4Nb6k
Ln+84F0mZe9XM6L5fDX+iMjC3dx6l0wOpWpCW0o7zqsuh6dY4ppmUmnGygTDATkaUrueJtsf
iIKgcLEpCzNFVVzJWWi28UhaVZSAtNgR7FW0jlzXlrrtNirNpk2qboMqt1QVMtgJesdbjfSO
N7LV6OudV0MT73kiOfMhWRU5lt+Ww/iOVVcuPKl3xfVLlhe/krQ+8xGytzc3xWlY5PT1jaXE
oDdrnFp7CdR55+KtrA+JUq4kyU20yVTEuWnFlSOpXkt9pB9sV2aK0dr81WIJLVRFtCPebH4r
f9Jkaew47NSqG1ofOdDgczix6EA29+8VXInPVTwG7kNFL2xJzDSpZ1Km1OgpzNHIf3wI69fd
CUxkDd4cEYNa/q81Haw9MTDDLM1MGYcQgNOLOlilQSrTz398JhjXkPC5hdvbvMi/mvKYKfLV
qn1CdeRLy8lmWp131U3OUC3VR2A8TCd3FhA4pWZzIYi88gO25tYDtOnmohxHqrLPDWpzUvmb
TOTQkZVIBWpx18LK3Fn2JKlKOwSEjoId01zNY/VFz8Aq9M1sdMyEayEtHGwALnEnlqSdXOIH
Fcv6w8hycn3swCFTTqgToLZyL/ARq0I3YmjsVsgb0ODM3svaJ7LuJPuUUpxSqhzr4Fg6nu33
spV/uh2eAWBhzXxzSD6xy7ibq+ezasI7SQvc/wBqZmxt5JvFz2azxMfdd8Fmm2hH+jkg/bZ6
ldAkvkX6ADaNdsvNINihB5W59UaGAsj3N0W5MKOlyU+UCGhFLyQpqQMR8LW5tnvVCRKkKCdy
U+sn3ixjLIKg4Rjb43+w42PccwfBatXU352waOpYOuG3Hhk4e5Vo/MZWitxRy7ptrfwjVHyR
wxl7zYBZVDDLUSiJgu4/jNNlUayUtlx/R+ZWlATe5CCb5ffbWMvFQ/FMbjuOqDkOwLWpKWPC
cDka32rZnm46BMdQM7V5WYk5S7coXFCZXb17GxGnTpEHiL2NxGU/tFWzDYZJcOgYRm5rfl/l
3KWYGZbpVFnqatSUuNuh5Rta4tlJ+wRWak9K9rh2hW2D9BGG/Zv704YjnVuSEiU3CWnw6R53
hGEAEt5p0QelbJysPM3KfWTmLlte+evS8RLxZWmM3ap/wtm2GOKEyzM25D5QlRJ0BIsD90Jz
fq2/jimpbvMeBrvfALXZwxSiolck2Vk3Ucg3iOu7moS181zmxdT0KxghgpsmYnmiqw3GhP3R
6GpqktwTtsR71ieO0olxa32t0nuDTf0V4UWXBlMYPLBLUy6lsgdAGdfvjEcRdeOJg4An3rWq
OK1WHj7MY9fgs24JkUI4M40YaSoNMzqFs597FPX4RdKyQvkhdxA+SYYdEwVVTHwePiW/FRDC
60p4uU9wq7pmCpNjuCRaJ7Eqj6VNLL9oD0CoNLTfQ8OjiPAu+KuSvPokO0Zh1koFpxt6XIB6
rV/RFLpW9LQSjlb5q+Pk6CeF/aFLKyykVJ1kKy51AKNtibRDMNhdXDfLoQOyyXSaLVWYc0Ab
Zyp+F4bk3Z3p5uW3ewep/gpTQ0gFpO9kC4PWGM5zTuEWiB71P5OVM3Xksg3Spy1wNAOsMibN
TOV26CQreprSVySCkdzOMoHgNoZHVRpyJClcqgZXE6XKjvHJF/tqA48aHoMsvwLh/wAkwtDq
n8OoHaFn/h60H+0LUnsosxJ5CfC+sWmcbuHjtPzURUu38SA5D1skuKrL7QeBWgAnluTDivYU
EfjEVR3FHMeweqd4ybsgb+2PcCr34JynIw1i1u2pxC8r4pEDUHeZEf2U0GU7+0g+5Dxsgt0+
bGyV010fC8N4hZze8KzMPV8/RZRweB6Di1je080R/i/6IuU/6ph7Sqez9e/uHxVo0EE4yoS1
C6AyEj/GRDuPVenjRYHxVqY3azSvMtqFIc28FQ1w5/R1rT3eqLUt6Skc3sPomVLLSlGyfffU
xrJJCzRtiF641lRomx6wUlKEEJOhjNZVtL9YK51kVrS5LJCWccxJJBpNwy6l95R2Q2m+vxsI
r+JTNbTkE5nJTlDEXTC3BM0uAWFqtu4vf98YlaJ16Rnco7EWltbJ3oy+hIOpESAuVDEpQxKL
eOY91J1sYRfIG5JZkZOZT1KN5PWTfzEM3PJTlrd1KXGEld0jLprAtcQEdzQ4L1Ev9CQoBQPj
HF6BrEa8lsNITbQ7W2jmk3uhcMrJucaSVaAZfGHbXpk6PkkL8sCk5Rfwhdr01e1NxlVFJuco
EK74ukrIBZUkaakdPGDB10FkFOUvIDisrZOqvCDHTJJZXzRMxyhMr5RLjYPdVbeDt3rZ6oHF
tzu6JFqFKKVWJMLgXTYnO695hsbGyeoMG3UUuSCZeum23h5w7Y2yYSP3lGpxPrXPWH7dUweA
RZZd4tcaKfg2ZdpFJQ3UMQ5SFlRBalf39vWV4J+MMa3E2UY3GZu9w/irRguzdRi5Er+pFz4u
7uzt8lgir1eqV2vVCpTDyzOvuF15/NZTijuTb2eyM+lnfLJvuNyV6MoInUFJ9Gp+q1osOwDX
zVoYCrlew7TGp7DlQbQieI58nMDOyXEjQKSrYqF9QRreH9LidTSG0Zy5cCkcU2ZwzaCNj6gd
cggEHdLTyzuM+S1PgfGjWLpZyWm5JFKrkt/fUoCSCL2zovuL6EHUfCNNw3E46+M8HDUfEdi8
v7TbL1mzlSA/rRuyDrWNxqHDgfcRosr9rGeLfETDNHLnelaWuZWBf1nFkD7ExUNqpryRR9hP
wVv2Fg3YJ5jxIHkL/FZB5aTKJllXQm3NcIG1th9sZ2NFq+ose9N7DCn6sjIm912Qnon2QCTY
0ueLJvqrSjUpheWyColu46J2/GAKSkzcbKDSq1NVUhbhczrWlCjt3Tp90E4puNVOpGoIkq81
M5wiXmQlLhOwPT8Rf2QZS1DVGlqA/gdVZso6PyWqshmutATNM/wCCfsMNZG9YFa3SvZ+aami
vdzbSt/u2Pp7lZuBanyX0TKQXOcnkhY/wTnNS4gnyUAR7YgKlvuz91kNK8yfpBnve4gk+8Fb
6wIuUrnDOmlQ5U2wrO1MsnI4gg2PeG46EG4I3iqVAMUpIVkiIkjaSMwrZkph+cpzDrkt6PNt
hK1tfXB20HUeYhmXNPVunLd4OBIzUaq86UmbU56xmummpyqMAxgDLBCz9YD2/FNGIJmnsSEq
3OqsBUOawkHVTgzJbFupurTzgtOHG9uXu4o9U1u60EXN8u85Dxtf3qAcXakuk8JpaTSpBRJs
uzar+tzUtqbBv4d5Xvh1QMD6pxP1iPn8lE15DYw4asa4D+8QPhkuY+KqqJPAvrkTD4LTVtyp
RP4XjVBqk9p68UuARxNyLxuj4+6/mltPZUihrSkFSUFtJSkE7DU+XSFfrWWTwtP0YkDiPcFf
HZybV/ZDldrhNLmCfLRI/GLtswCcTv8Asn4LOdt7N2cdfi9nxW8ubluDciNh3V5i3rL4uG9g
evUwFkfiiysqTY6i1riOshuEowzikYX4jmRnSEUmuLRkcUr9DMJ7l/YoZQYy/aWjDp+mac7Z
+C1rZmpc6j+juH1ju+OZHmhVyVbluM6mFFCJUNqeQ30TbcfGIWTEZpcOaxzibZKVo8PhhrZH
tFuPmmCuuKmsU0qWHcUULfKSNtkp+FzElsu0GtknfoxpTfa5jmUcNEz2nuHmdPJSJUlL06iy
Uuy3lDgLqvE3Jtr7yYz+tm6apkeOJK17CqcMs37DWtHgLKOrcUzxKlW2rqLsi4HR0IzAp+0Q
owXpyTzTWY3qJAOQ8wSnmot58PnPqQ2CfIw0iP6UFSD2BtN5fBOtLeDzAUlW5G58oaTt3XKW
pXbzLhSbDa0yuPTmVZMw363s0P2EH3Q2f1oe5dYte5o45jv0+S1zJ8SpFqkSrUy1mmUMpS6f
FQAv9sR1iifQo5OuHWvn5rJlQo6Z/jDQWjpywtx0W6A7xppq3Q4Y9vC+Xos1r6Js9XC/6xu3
wyN/K48VY9KbIwI48U2M5NvO3PgSQPsAjPazObc+yAPirnEB00rxpvWH92zfgVSGHaYZHhdi
NKrEvyofVrcd1/J9xi09IZJWj8Zt/goNv6KpLhx3vc4FUtQpmXkcSKcclPSXyoBhzNl5Rzan
z00idcHOAN9VXapn6VzQMgXC3bwPgrUm5hFa7RWCH2jmSy4t50jbQFUQ0ANPSTX5fwS8zjK+
AftD0/grBmUrmKwt3RRDtzc6iK6TusstCYBYDuSuUspioqT+qbWPiQB90IngpRw3QPxw/iph
Q0pVMpI8gNdoYTlLMyjA5BWjRG+VMVF82BQjKknxVpDB5yCjJc5APFWtSJflyDKLeqBfzMNr
5qPJzT80lTVTQDqh1Gn74f0Qf6l0R2bQ7ll8lD+IDZ/JUOA+pm910kQtCM05hP6QKm+FdHCa
hi6ulWpmW2Gxv/gyT94iexCXdp42d6iYG9JXyvPAN9T8lTmLKyiS7YEgJjOqXlJUNgNi5ClJ
Kr28Nrw4ooC/C321J9EbGJP5bC3g0X8yVsDhEhCsNVp5o3D86Hgb73QIhpgRZh4BLGziHjiA
knFBDEngmWqEw6W2QpTEwr9VC7DN7iQfZeD04LntaNT8E/6Xcje46NsT3HI+Qz8FkHCqSziz
GMkognntKBB0NgpNwYtkxvTNKg2gNq3AG4sFbNNKm5mmrSbOoazJJGlwbxBONi66kGAbovxu
rQrT4qeEZeZygF1o3TfY21HxER7f0cwtwXbvULTzTPJXclWl7EoGnujYt8OYHcwFl27uOLTw
JCdRLptY+6EC88EuAvTINhSlBVgBfWGZedE5AaRkl2HZJD1LmZpVyuacVnAFglKDlQkfafaY
pWISufUkHgrXRMa1lx3KHS0uXGX0jvZZl0bftmLbQyWp2qv4hGTVvH40CUsyqQ8C7rY2Ata8
SbpCRkofoQ3MpyAPKvlyjwhta70po1KGTlbPd6aGBIRWlKwklABt4gQTIJUoH0uYBOo6iD5W
SdigLaXzLA3NvhAb9kJF80Ay49hO53tBhLwCTLAkpau4bi6BobaQt0mSbmPNEvSoQgKA6bb2
gGym6K6JoFwkak9wC2g113hwCmbgkb7QEuSE2vrDljs0iRkm7li++o6Q43k3tdEqbVm0TpCz
XBIuaUjdz3y5feRvDplkykuE3OJcIPd9XWxh2CEyNwFWfE7EhwhwaxHiNKRzJGSWtsK6rPdT
/lEQpJL0MLpOQStJS/TauOnOQeQD3cfcuR0/P1GtVycn1Sr1QfdJUt9ANiSbkk7f64y2SXed
d5Xq6lpZi3dpYi5oAAsMgApDSMPTiFuTEzKrVzrkJU4lAF+hufshv08d8laIcJrrOLmZnmQP
ipzKUKrIwcqVZkwHVOpLJ5zeQpBvvm0PSFGyxl2eidSYNibaUBrBe9x122t3k6qZ4P8AnSgc
a6FOTCHG5Z2ottOPLdQpIacTkWFFJNtbHXwBiXw6uhgro7OtnY8MiqVtVgGI1eB1PTxF1m7z
bEOO8BcW3Se3wVEdoiutVnthYsYaWHGqWpmnIUNiW2wVW/hKVC2PzifEXAaNAHx+KynZOm+j
4O24sXku99h7gqKmkhKTYfSum17b/wBRFXVzI4I+jSwTUZ6YNskqxkT+/XoPsuY4pzTtALnH
gPef4IFTlm1Um3LGZtJsRppHFFkYNy6qAIU5iR6UbbBcZdCgBqbdbQnxUPY3sE/tSqX5GflF
KuWklTdxYkEXH3/ZB+CUsMwprhGr/OMiw66QJiWe9GmkjZaVghJt56i3iIRdmFpGBziXoZTq
13Rv7WvBDfiPAK0eHz6G5ydoL7mV7KtrMeikHMhX3axC1rHDrKawsdA+Sik9thLf8JyK2hwi
xhKymelTryUPG6nJfmBDilEalF9D5p98VCujc5u8OH4zVwpSz2Sc+WnktRU3EsjUJFDXojoU
jSzqgF28bpuBFSla+I711Phjnts5vxURxE1KmptKky4yl76NxCiSbi2VR87Ei/UeyHNFK4lw
OmvzSZh6w8FHJuWZmsV0Cp1B9KGZJxc0hbpuy0kZgXVADUhIOXzVpraBY95ldGNCNOfZ3Hj3
IZRHFCKl5tug5623gNB9o3DRxzy1VA9onETScKv+g+kobnnESqPSWS0stoBUpWQ6gKPj0i3Y
PETP1rHductLn5KnVrzbeLSBrY2vZgyBtzdY2XP6vZqnxNpVMTdTMgylx4A6Bau99wHxi/MC
oe087psQipeETGg95Fz8FZ8ggt06abTqoIstR6qVqRChzN0aEbsL2Dhl3nUrQHZppyneJGIK
gB3JemJb961/ZomND2UZeplk5ADzP8Fiv5QpQzCYYvtvv/hb/FbQDaCm67Wv4RqlyvOm6Li6
+WgXva94AFBYIjkOLUTZVr7W1J8B7Ya1dXFR05lfw954BP6Gglr6psLcr5k8hxPkoliKQcn6
HMgt53ES4m0AbhKXLWT/AAQfjFCjY+tjnkcbvafhmPktNllZQ1FLEwbsZt4bxyPxKfZObTVM
RS9OnlKeqkm3y5t03+mbzBSF38SgC/mYz+a8UJcPZOnZktBo2CesFxmLb3eCb++yMmWufxiZ
QdCZIBIA2uv+mJbB6rocLqTxLQPMpti9GJtoKYnMNJcf7rT8VKauQa4WwboabSkeWkUi+8br
RqEdHSbx45qH0i05xcnlqVdDTRSjraw/nMS8p3KRo5qv0/6WWR3M/FSKs2bo8wo+qE/0RHQC
8gU3V9WnslFJYVLyLGb67QVYwnUOD3Ep1TsMY3T2KUtSS/Qk1FtJUZZ1Klm/Qm0MmkZt5peX
Jze9WUiZl1MoUqxUUgmG+6VHuiJcSHJBhiVVXsfYprLSrttIMtKLtcaC1x74smJyiCCKI8Tc
quU9n4u3lEP+7UqWVFtMlTZOUT6svKkn3D+iKtvdI9zzxUzFH0UDI+N/4n3lUcxdGC5qVBs4
vCUxNaeU2kxaI79Nfk5o8wVATkdKwn63S+gWalKU1VnHEaEOmxG41i1EXjBUDMbzP71afDlQ
mMfmpPuXZlpZQP6wKiBf4RB1xtBujilqZhkrG2+rc/AfFWgpaUVeZDZK05rNlW5vtFdz3Bda
PGA6QcrJfTxlo1UKQSAUp33IhJ194JyTvOz7VM8Oj6eWSrXNr7dbfhEZOdU7GUd/xorcpABW
+hXqmYzKHknp8YjnaBQ8o657rK26Y0C0gH1jCA1Ue43T5MtkU5a0i7rZ5ifO2494vCzTw5oz
Bd26eOXyUJx0Q9w9fdQnM3yFLH8UmHNPnIAgiBLwFXHCealJ7hHUOQUqfE/zHkA3ICkgJJ+B
iSxVjmOF9Eww2Rr55RxuD4ZqrsZ4LYPbAwjMoupNWlXg+gjZaW1AEe6HmHzH6BLGeAuEviLA
+eKXiMj8FdnZ/fdcwRUpKY/viSnzLrSd7D1fshvVMBma4aOCbQndY6M/VPu4KR8YJD03g3WW
OXohlzpuRYwnT3ZPE7tUkwdJDI3mPgViTBdziyrJWbrVLtX8dFFN4tdV+q8VXaO5eL8virdl
HMrVNcAy6FB9t4gC27ip4XDe4qw5J8PYQl27XLayk6+cRUp3Z0q9t95G0xJEnk3UhRSfcY1K
kk36ON3ZbyyWZ1Y3ayQdt/PNO7bQDVlKKlA3B/CFCbOJCTGYR+imSkXFxrDY6py1Qij4jfoH
Fuaw/Ov/ANq59Rcl1EfonCm4t4A9YqlfFeUlWqm/VNeOOR+aeZZNpuppbGUCdcsPIm/4xO0X
9FaoivNqtx7vRKOSsrTc31+ESgsFDPN0rQ33TfbrCTciSjEXsEYAlOm3uvA74Q7iPSglIUNY
AuC4hfFQCj3SbbG8J767dCJKgkgg6mBvfVDbLJEqdVcG2toMLJNwKFcqFjpf74LvWKCwKJe3
0Av4W+6DMN0R7ck2rSDrci/SHjXkZKOdHc3SdxOU66DoYcNeCkHMI0SFTBD4IuBfa0Ow/JNy
26MMuDqBYwO+i7qIXLBTSk2v7oWa9JuYDkkL0mVAlIJ9kOmy2TF8G8sr9q51cj2dJCUZfLPz
jWEMTDaTq+0GlrKD5BSUn4RB41USNpAGm1zw45FaHsPRQy4w5z2glrCQSL2NwL99r2XOJuWc
lWXUOTDjbR1Sl1eVJ1G/iLX+EZ6wOJ0XpgPMbN1zyBwubBLPTKc3MMIl6kxNOrbBQzLuoClK
6p31Psh42OQ6NPkhfLRss5soN7aEDPlfj8VOaeJ59hDDVFnuZMsLQx3swJFjnbFhcjrCh6Vg
zFlItlppGEOtZwt7bbAnQjSxS0VAU7DlSk52qIysqS7MyyloCxkBvmAJIOnW14bMgeX9YXUh
JXRUlDI3phkAbXbfIG2nb5rH07Ouz+J5ifmFXmJl5Tz5J+sq6vuIHuiRldvPLl55j6v44lCU
3+bmYPfLQ0JOkIlOiOrvJfJsmUoUs2dZh9ZmXr766J+y598ANU9DNyIN4nM/D3JorTjqaY7y
7Aq0KvLrHJpOSI8lBadS5OrTLs6sqlJszJyPtLyq0sLffBU2p4WVDszY3UpnsKTb0wh5qopd
UEFJ9IayqUnoCpO9vZ1gVc59lqlwDong94sfMao7DdDmaROVpM1LXam0IyqYczqCgb3Gx0Ni
IIQn2D4ZU0HTx1MZLXttdtiQQQQQMswcwppRJ1dNx27PzLDwYmGsjiiyrcixUPgIYVLDJGAF
IdJOzFHTvjcA8C53Xa2zOnG11bdInaRPTyn511mXUFWKZwuJl3Mu1nEAlBN7Xt0EQUjJGCzb
+GvkVNhzX9dwt3g2PiBcK8sG8XqJScMp9KFQcnpdwpl2G1iY5zZOiS4og93Ua7ixiuVeFzzP
6pAB1Omfd2qbpsVbFCGlhLuzS3bfO40V9OY8wLirhwmq0iuS7dRQyFOycwrlvtL2yFKtzfQW
JB0tFdioaqimIkBI58FNNr6aoiJBseHO54d6geNce4Pp9EoGHJipIcmEuy655bLqVBLTRS6p
C7XIUpwAZR0Bv0h1SUtZIZJWt1BA8ckzxCqpnSMpzmGODjbO5b7A0zzs48BYZ5rLXGHF9Jxd
N0iXorz06iXW4t91xsoTdWWw11UdDqABF7wWgqKVrjKLXsouWCoq5WhkR3AONhfMG1sznbM5
LND1CLPF6SqqZtZemXSt9sosgJSiyvwAi3AWCzjGqCSnxkVEzrukJccrDIZ2vw0AU8knwimT
ef1lqNhuSSPGAt1lGQTbtO4HUn1WyuytRuZhvFc4sWUZtloX8Eozf+1GobMANppZObgPIfxW
J/lBO/NSw8muPmQPgtYmmsNEqJAt5Re98lYt0bW8US6JVtJTYG/iIMN5EJZovqeGprFMpLIQ
EkturSLbqCe7Ge7UzuZEyO+WR960rZWDfinmAzsQPJR19hxHDyk4lk2FTHokvyZtlO6kahY8
lJUm8RWHYj9BxF8cmjr/ADHmp7FsOGIYfHJEbEBufcB6ZpJR2E/uvVCeKElKqXLO5En10KSU
kA+zbzAinVcgMG7p1neqvOE05E8xvmCPeAbpY/Ltscf6e2hZW0qRU4hQHrAG4/CEaWTdoJEv
UNMle42zDT7zZLZ5f5zOzKjcZyfcIYMF3AKyTkQ0XcFF8FJL1WqE4o2UpBVr0uYk67KNjQoX
D29YjuUkqTa5p+UkkgkvzCQQPAamGURDGufyClZx0kscfM3PcFKJ1hLCmUBNlJAGgiNY691J
3u64Vh4XpoqOCasyUg85gpSPMC8Nyd1wTWrdutB5ZqPInVIZQhYIUlIB16w+3bpuXtJU3wZy
6Q3IURtOaZXLF+ZV+rfb3neDYkTUSOm4DIKr0LTC2Mu9qQk+HH35IzG08adharTqtS3K5UX6
kj+cxGU7d9wbzKsJNmt7ASqjWoLxjMyaRlV+59MDINhd1Kos0XVY53/MZ8VV6q7p6ccbSe9o
WZplJTPPAdDvFrvZllEObeS/d6KyuHC0ehVfbmFbVwfDX8Yga8Gw8U9w6xrHg/Y/8s/grYlr
PVOZeKQLG6UoGlz+EVx5swBaG0buXE+g+admE5cITi9g46o/bb8ISJ64SoHWU2wylK6jJj6+
RN09LXiLnOqcONovNXFS5VQnHE62XMHW3QamI556qipNSVbdKQC82m17+MIszco5+SkrrKUy
x/ekEW3hc5WKK05qrcSpcTgCvyalfoJN1TZ/ZLZtEhTj9M08ynoaPpDHDRxCwpgzGNQwjiyT
qku6sy9uTOsX0cZJudPEbiNEngjnY6Nw1WetfJE8TM1aSe8cQtR1ualah2h+Fs/Kd9hwLCDf
cKbVFQgiMDJozwarhLIJqVkg5j3hSzhRKOUbjPjGmlKksTSUTbWmmYLKVfYYBrxJCw/Z+KaO
BbOXcHD3hXTiakNVbBs/IuAfStqTfzItCDwWgW4J5BJuSX4LnFhySdkOMeI6a8kJdlmFtLHg
UPJ/AxaJ3tlpQ8cbH1UXEzo6ks5AqwkZk06YQPXYmVEH3xDDUFT1rh47VLaLOJWS2VXQ4Mw8
L9REVVsNt4cEsLEA81Kaem9TmEgWzoS4m3wP4Rc8Hn36TdPA+qoGKwbtUHcx6J95QTa2pibL
iVEgIWQ8snxhuTmnVis+42fZmMbTM1LqKgwpIQtO2ZKdT8RFaqXh8xI008lcaWMtpw134vdW
7RyZlyfK1lR5qCr2lpJiZoju047yqxXZ1JvyantCMhAtcgdYf73FRu6UeGlHujci8MjKQck8
DAQveSlLiSdD1v4wdpuLoh5JSllSmiQLAdT0hF0gDrI4Zdt0StISBmVpB73SdmoJTmSEixG4
gN5dZFqYJJTa1/KO37Lt1JihbTep16QqDdJFoTfMTIQ4q+otvbr5Q5Y0pB7gE2qmcykj1fKH
QbZMy66Vu5PRGwARcXOkEaTvIX+yLIKLKULp1Ons9sOA4pDdBQsmTui3lrCrXXSbm20QBLvF
AWEgoJtcnrCwe0GyS6MkXX3ov0dybA7wcSZpMxiyw/22XmJPgfhVkPlqfdrq1tBJsooSyrOb
7gXKNvKGmIFromgi+asOz8k0NU8xuLbtzsbccr/BcnKxldmitRU665M5burKriwve5iBu1pV
0d0k78zcnmfmnTB2J8XYDxy+5Qy1NyKphLqJSdZzsnKbghXrtLSdlIUD7YT+kZkMdl7k/wDz
BXOkJjDo3kWNhdpHJ7c2uHIEX+y4HNbcV2pOJGIcASSp2h0t6t0oLTKJHPK3i80W1KDgsBkA
BubXNvC8R/Wc+xcSNbmx/j3clZaLZPaj6LJCGlwk3R+r6oAN+Lyc9Bc5arJuJMR44n263VKu
6ac3PSvo022ywllt0PO+ooC5cVfMoqUSdN4k2ENYc+FvP+CSxPCcTooGfTi52mbyMraNaBkA
ANALd+qp6WSZiuLctZgXNwNCToB8BDJ3Wcq8wXdmnUBc5VmJNtH5vzBmbJsCBqVK8hrBCpCN
pkkDeHwUlLDjs25NqSb3ukW0t0+AjrhPnguJcoTidapahzbiibAEgjW945RdRlGVHKLLBMnL
pQFJSe8QNwTqYBJUrLuarUZILACVNu6apOioDML0ZSyl0QawtkHI5H5enejEthSrBpaDf9W4
EdvAaqQY2N5sY3NPdce66dpVDiHUBILljcBJufvghLXcVNQxOaRuaqyaIqbmG8iWXm0p+qW9
PZtEZMI255LRMNbWPZ1wfL+ClqacsWzU9Kj4qTDAvb9pWlkAafYHkEnmJVphOZFKbQrcK5XX
oQTBmtjccyiuoKRp32Qt3tb7rdeeigVRp4VOvTC0tMrWo51LIv5xOxFjG2aFDzUce+ZHAAnj
bP0TC+iQZtlmecu9jy06fEw46R54WUBUmliGRuVVuIZ3k8SJANn/ALzcAv0uq34QUE8V5d2z
mtjEYB+p6kqS0Vhc+wUNpUtfMBAG6oAmwVRpmdILdq6C9nOTdpvDeuMvIyPGqELufBtFhGsb
MgHDCf2j8Fh35QH/AM7Rt5MH7xWgHlFTqrH3RdQFkBde6Y5lDocIBujwhZtk2dvJM0+9IVGT
n0euw7mVb9W+sUTaekdPAJWi4AsezkVp2x1ZHHM6lebFxuO3gR8VOZ/0ehNTNalmhO4Qqi/7
YoR/3m6rTmDwSo2v4KAPWMbjmdUN6J+UjNO0cu8ei10QCnf0ZHUccuw9nfr5qE0mX5PFNhLZ
zyxpfJbWNlBLhUnT2KgKl5dTknmpzDoujqZe0N9wt8k9ztPS1xDk542Jl5N9m/tsR98J07/5
M9vOyScwGp3uYt/3D5KLV5RboU/kN15SkHz2hzTi8gTnEXXpgBxsg4OlyzR55VtSpCNR8YVr
nXkA5IuHtAYXcypdRpb0riK3e3LlpdajboTp+MR0zt2m7ynjc53O+yLeafK0m0+BtoNIZRFO
2ZjxVt8OmUqwrcC6itV9fOG8mTkhVZkDsCb5rCjpqcwUo7pdVbTpeHzZBYKubzxwTNguaE/j
Gp1NSwVOvqbSn9RCRoIdVzTHAyPsv4lcLOq3FujLNHcBr4oPEV6VdoDVPmHVJcmngG0oHrEH
NY+WghnRB3Shw4KRbYtO9oclXdP+m7RNeZ1UljBjzVrabpiYvu0G9ze31UBUXOIwDkHe9Z/e
lgt+oi4CkrABJsBvvFolO5JbtKivae4Hl8VK8CyjwqUzMg5ZcpDStbZlDvW9w++IuucNy3FP
cMiL63e4NBv45ge66t6nuDNNrKb93e/q+yK3KLWCvEbi+Ukp+aCjgGXHU7/xjDc/rSnTMx4/
JTXCKb1uUGh+iTeIuc2BS0pHRDxV/SDIQ4pzwuBcbEn+aIl5O6ot46ysaioOYK6AAHyhOI5q
PlUomUgU5ah4eyHTtQiMGahNZpzU42lp0EtTkmphwA2NiCPuMOonFpBHBOg8taHDVpuudWKM
Hz+FeIlcw5M3dTKtc5hw/wCFZPqq+Gh8wY0iCds1O2UdxVPrKYwVRaz2HN3m93Ed7TkfA8Va
GBqpMuVzhCuedLi/nZbKFK3yC6Uj7bRHVEe9NKR9hKU0jm4c25/3lh3WWksIVx6a44vsTUk2
whSXm5N9GhWlKtQr3i8V2EM3bA52ClnNlawF3s+iveaTeXWQPMQpKLtRWHNYOxJSE0/tq4la
SkJRP0tcygeJKUk/amH8Lt7Dj2G3v/ijH+ns/aaV5kAn6igjTm3+IBhs09QKZblI4d3ogU11
bb5RfvtKuPvEdI0OFjxXMGRarDlJvLMS04i6kpPfSP1T6w92/ugmGTimnMchsFCYnTPnh3mi
7hn+O9WE1LocSlaSnIRfOVDKR4xbX1cLRcuCqrKeR2gVY4or70xVVUGiKKl2/OJm1koHt6D7
TEDUVxeCG5N95VhpqJrDvEXPDkO1VRVpJTTyJHNzHVuBIXa2dRNrw1Y4OF1OOaGNV14UlJr5
gmpqYVmD0yeWSNSEJCL/ABSYslPZsLWqj1bd6pcQchYeSlHJyWWTe8GkksLJFkfFL25dBcQl
1wtvrSShA3t5ww6Vu+GnUpz0bizeAyCLMvmdUMpJ6q84e79hkmwaSM0HVCQ2bgHoRrCGrrpQ
izbJHyszijcG1zYnaHG8kAzivmw5nFja0A4hHaDdL7DlXGqrakwgNUcgWTY4nOhVze2sOg7N
NSMlG5wtJcUUA2tqCdYkY7kJhIUyrdUpRCb2316Q8AA1TPevonRoqcSGk7JTc3OkIHdGaMN5
3VCL51ibqAIHjDljCE1MgJXvpA0B3A69YcBqTLkqbmczYBUSka2jixCHr30hOSxFz0g4abpN
z1yx7b1YmJjtEUWnuP5pGQw+2tpq9ghbrqysnzORHuAiCxB5EwHYrzgUTTTOk4k28h/Fc/Z9
TbtalUu6s+kd8A6AHf7ohXuLgrdStiFUwSezcX7k/NyqUrGdwoTpkVvkhlvLaKWjip5d2Q9U
+y7l2XGdlYWEnKgnEbEip8PyTu5VrlHiD006QR77NuFqWBirZWCBx3oyM+zuPOyaOJy10/A9
IYIup+bdetbUpaTkT/lOfZDuKTebks2/KI50MNLA7U7zvQD1VX091EpTWylsOPhNypY0SfIf
jCl1icbt3TVTjDLUmhia9Is/U32iuaKxbloPqj8bQm66nadrWsIJ6xzPyR05T0KbbbDvLS8b
oUhfrDa4EGSb2XyPFU5j1xUg2KRNvEJmlJS06kaFN9bjoY4qAqt5n6MoiUcdk32gweY0ALpv
3h/RApSCV8Egcw6Kcys+l9AAS2VD9dJSoe+ClazQ4yZrAtYSOYLT5gEJ2bXMqILaG0noQ/rC
ZcOKucVTXSewxv8Aj/gneWnK2wE5VtlPTmFLlviIbOZC/MhT9PLjWrw233g71CkcliitS7o5
hbKPBslP3GG7qSF2l1bqWsxBpAksR2X+CkTOPJxtIJbdSsblLxt9sMXYdvaP9ytkeItAG80+
ZQ5niDNTEpyVKmAnoOYISjwt7HbwcE8GL049lhv3qLTlTanQpS2Hljx5th90TUcUzBk4eX8U
xqKuKYXLD/i/gmuzbroQxJuKUdkh0qJ+Ahe0wzLh5KtuiE77RRX/ALxPoFCsW4cmJaqSdamW
zIZVJljLuDvKBJOfXb3wWKQOO6DdYRt5gNRA5mJyDowbM3TrxO9xsOwqXUmdYo85SXJOVDq5
U815SlHK8Lai+uX2nSFSC5pvxWaskEUjejGTR539FtfgNXTUq1iWXbKmmlpYnG2HbAozJKVi
38ERpmychFPJCeBB8/8AJYx+UKnBnhqQLE3afcR46rRT7AVMrINje8aMCsOcw3SUypVcEn4w
a9kXcvqmCvzK5OUEvLJ5s04lSst9koTmUT7hb3wyqyw07mu0cD/FPqIvjq2yMy3CD8h4qb8L
8SS8+x83zKUTNLqDRQtl5N0m4sUke8iPP2KURhl3xqOK9MUs7ayktrkvk0BWGuMDNAUtTrCW
3HKW6vVS5ckEIJ6lBunzFoYygS0pkb49/wDFSOF1JMxjk9po15i+R+faltdYUjEbYFwXEaW6
3Sf/AHYZ05uwp0CPpAPafgVBq+3ZTzQFs7+x+MSEGTrotQ7fY0JxobPLw+RvzJgnTyAEI1B3
pVIUrQIR4qW4PZC52qTB1JCUg/wv6IY1Rya1Ks/Vk8ylFeSpM8rQ2sOkJw6I7D1fFXHwnLMx
Qi3e7jS1JWnzvcH4fdCEwIck6jn2f5q4lSjWc9zr4QlYqI3gsxcOmEMYaDzuYuuuKWix8Tb8
ImsUcXTWboAmlMy0ZcePwCRYqZVUOLlPlt2pVhTitNiSPwEI0zujp3P55KSA/RN8T8PmophW
VfmOO3ESYdSoJaw8pAzD9ZV/wiQlcBh7APtBQcwP5yYeAb6qi35ZRdrbt9ElJ3/CLE94c8d6
jt39O4fs/EqeUAIk+GtHcHdW+XXSfMqt9wERFTd8xHKykcKc1tJJIdXPI8Bl8CpfIOtPSjwZ
aLCQwCrW4UcpuYiZgWkX5qz0RLz22+JUyMuWsIyzKrX5aVE36nX8YYb15CVItF2A8/mpjgps
/lDLgjQNjf2QxqdCjSfqwtCMt2aRb1s1zeIZ+bFHE5lTqh6sAW7wGoMIxnNR0o6yks2f7UOn
wTDwnNBGLuTPMtfQSSyNALXhVhzXatKyjxvMoribR5ZASqpuUeYbWEjvZVLTkB94VaLphYPQ
OJ0uFG1jrRxg63fbuLQD77KmsKTLycYYIZVr811iwsdgXAYln2u9w4tt6qAj3vo/RH6rr+dl
rKnVWXa4vSEqGw27LpbdSr9cOEhf2qikRAtO9yNvcrnv3hMR4i48CtGOi7Sj1CdL9YkXZtUW
NVkfiVIJb7XODpvLYTlOmpZRHUhBI++BpTaCZnKxR5Dapgd2kKGTCAK9NJI1caQr32t+EEYb
s7lOEbsgPYm1tATPtrBsVApXfxGxhXUIgNnp0an3pUKDJSsq+qra8N5IGy5nVHcL6J/TOJkp
Nhl58z1VfTdqSl9S3f8AW8B7Yb7j2k7uQ5qNaxrjd2aUU6mGUknVzQC5t1wuO22BtYDzsIRe
4OOWgTkZKLTEkuZxrL8lF5kqDMlcbvL2Vb9hN1RKUrC8gJCpl6OO54K/JOnMylHl5FkfRMsp
bQVDew39p3iyb1s1UmtvqhmWaZs84LhO1zoPOG0r8roWNud0KLCbU5iFmbzlY5o18rxTTMTU
iS/FW0wNFKYwOBU4Tkuru3HnFveqlGRmElfbQXk2QD7oRDzcpw4dW6Jclm12PqG1jpC7HEhN
3gXzRKwiWuoDMSOvWFc3JuTu6IovBbd8g1g26UnvlNUxmHMyDS29rw6Y0FN3ElQqddK3lIUQ
Dm2vEzGy2YUVK6xsUkdmWZRyVaddbaLzmRAUoAuLsTlHibAn3QRxuigXCUTDxZmlhskAp18w
YcRtDm5prK4h3VSPMoje3SHwsmZujAHOUFgEJJsLGDi10Fri6Vt3y2vr4wU2uuAyTbiTEFMw
tgWq4krb/olKp0sqYmXLXIA2A8STYAeJEc57I2FztAjsZJK8MYLk5BcO+L/EeY4ocdq3iyoN
GWl5khqWk2lZuQwgZW279SANT4kxS55nTyF5WsUVMKOmbFe5GvedfDkqbLDJrcsGkqDLiyLL
1O0NSeqVMUrWmqaCMiphISq0OradRnbQQEkpJNv6IaE3zC2rDJnQx9DUNu29geQ7e5WdgOlr
FVAcISVLUkZhsm2/2wxnfZuS1vZeN8FZaQ/aIHYNPVVtxqmFvcWG6cQA1JSjTKED6uYlxQ+G
WHtJ+pvzWH/lJqDNtIY75RsaPPrH1UHkGm1JenH7ehSaQpVzo659VA8R1PkIerL6dgsZHaN9
54BTWSZ+aMKTExNJCqjONh10nc5vVSPYDc+2CG5dYKfijEcN3e0dVJJFuTnqPLKNkrZF2T0I
6iGxeQbJ90bS3esqO4oMA44oQUjOtK1EpUNLZb3h3wCpmIC0wCbmlIamSS2Fi2oJgxCGMtY+
5F0pVUm0KuhlaTbYuXEBZPnVkTSCxpHjcfNOEtVW3LBaVp8SNbQXdU5R4tGHWkuB5/EKW05+
UcaAVUfR+tnW1AfG0N3gDgtewivwuRoDqkt7HNd8lNqcwpa0mXmpd8+KVE2+yGEluIIW1YdD
FKP0MrSPH5KTMUCrTqgluW5l9yJdZEMd+BmZd7wre2jfbN7fFp+Nk/yvDypPNFTnOYR4hhCB
f2kkwgcQibpn4lD9FgB683g0NHzKap/DUpTpgocDkysXvzHNPgN4laeZ0wvoE+/N1E1oeG73
3iT7tEjSktkplylo/V5abEnp5xJWHFNKlzoo7R5HsyVR8QZqdem5BiZWokTIUArcWSreBjax
p6i8tflJqZpKeGJ5uN4EeRVs8IqQ2/MB59AcWhooOZNxlAsfvhpVvLQswwmIGMkjh/BWzwln
U4X7WkzREkCnVSSIYCk3UCk5gAen1h8IvmytSW1RjP1x7xmFlO3NEJcPc8axEOHccj6rd4pp
UEKLdwRcXO0an0wvqvPRhI4LxNMKnL2Kdd7QBnAC4Q3KridlsnEqstTKVHPTlsy5I8U3v98M
aqbXut5p3TQfydwGt7nwUJwjMzFGxeJMLytOqCmdfVWBe3vEU3EaTpoSBqM/mtOwauEUoB0J
sVqqvs/O+CMPYsYSn02lzKQ8evKWMqwfIHKYzSIFhdERkfUaK8G0Fex4Otwe46e9NGIJBT+I
qU4i3dKXFW/VSvX7CYawODSQeNx7lJvG7I48hf8A7SPkq1qoS/W3CB3QtSj7ofMNmhA1p3AT
wF04U1BGG5EHTM2Vn33MNpDeVynIW2haOwKY4RYUimzZPVSfvMMKpwLwj23YgO34JZiKWyVJ
pJH+CSo289YLCcknEbk9/onbhvUnKZxRlmEkhiYWUuJJ0sRofcYVlF2XSj27zCOxayCQQDZP
xhjdQFis0YfYQxIS7aBZKEi2nQRITuLnElLbgZBujkmqdUl3Fldm0j6RuzKO70AuftMIjqxM
bzzT0Nu0NPAD3qMcOBMTszxOq7wUVGSUylVtwlB2+MSVTusgjaPtBV83NYX8BYfFZ6eSFTFT
aOl0pHtsmLHnYFR9/wCUC/Ie8/xU0oE5TZ/CdNkg604uXYCSgkgoV1uOov1hjOx7ZC7mi4fN
GyAQu1BJIP3ibjmLHwtmprSZNLdLmlpUMvJIPt2iFqXHfarphxG/b8f5KfToAkAnwSB/k2iM
YcypNgtDH4KTYLQRiJob90W08hDSoORQSew0LQbV+Y2kCwtvEWfZUeRqpfQLFTh/ZENYtSmU
uoUqnBeizN9uUT9kPTqkovbCYZ6YBRTJdF8zozaHYCFm80NrROd4Kg1YTGIOKmJMWziuYpx8
ycgCNG2kdy48yQo+UWCWqFPSMiGpzPilW0olqd4/VAA8rn3lZvpco9SaxX33BkTJ1NCArbVL
wv8AZaLE+Rr+ht9YfBVfojE+pPAf5rR7qCMX4VqrfruMqZXbqE6j7oqjTZ0jfHysrUQC2N47
R5rUod5kihy18yAfsiQd1QoMKgOLEmG8d8Oqrkvyq8llavBLiFJ/mhODKaRv2mH3FKyZxtf9
kgqr8QsCWxWLCwupu3vhGE3aQrDIB1SFG5nM06koNk5s49sOL2SDxc96UUuWmK5iNdMpiCpU
vLiYnXnVWS0FKshI9tj7hAuJbHvnTQJsZLPEZ1Iv4KxafRpajyro5gmZ91QU/MHS58BfoIjp
JN+wCNvckVNPBEuooupw6JT4k/iTCAGa7IapwwzRLYwmJ+ZIUZBKpZs9OcqxdPu0T7jFmo27
rN7moGtkuAznmfgFYyVJuLeesPjdRQc3gmPEk6ZHBE/MpOVfLyo6WJ0hvMbRkpxTN352hQmT
WTTJVebvcoHffQGKQ4WcQrg3rMCspKyUNruCCm/tvF13gWAqkbnWKLeJyHW59sNQ7rJ+W9VF
r1bJvlPWHcTkzlGaRLLihYEE+cOwQmRBGiK5ZCxm1FoV3kgQkUwk5CoaJ9sLNckyFDKoxLMJ
cnZiZblpdlJU866oJQ2ka5iToBEtHLutsVFTMa83BWKuJXHijT3EykoobXObw/US+0/zCRNq
tlIypHdSeh3sfOGzySbgaK34fhzjTvEjrb4tpcj3jyV4cPuMmG+IEs3KOuIouJwSlynOkjPb
YtqUBmv4bw+hc0iyqdfR1NE+0zTbg61gfkVbQJz2O520h5bJRXYUOxQkXHtgQUYx2zQ0LXzC
kJJT18IUNknuPKgvFaUwtUuzriil41rbWHcPzcnynqg84EJYXcKbUL72UEnL1AMIyNa+MtOi
lMPEzKtro2b7hwGtuPuXDuYoVPmWJp7nOTtnFFTsse6hN9CB4ddtoos3SNdktrghpZY87k8e
Y8FH5mkzlNmW1ZVzUmO8h0I76PDMnce0XEINma7I5FBJQ1FO8SRdYDPLXy494UooddlzOJS+
yGlqGQrJBbd8r9DBZIiBcLUMAx2KoAjeA2QHj7LhyPLvVr4aXlmZl9xN0IYAQ2k65ibDWGEg
uAt6w8O6R0trdWwHfxus+8VZyXm+M09NyrvMZcS2Ao9VJQEH7UxKU4IhAK8u7bSxTbQyyxG7
XBvuFj6JqpI+dKxS6Q0nLKBzmOftfrEw4KqsJ6V7IxoM1PqqfS6mpAsWgNvLoPgIJewurHuh
xsVIqLSXJaly2cnvkrUDpvsIZP8AaBCetYLbpVL8VZcs47ojyhZKitI065f6IfMN2qkYmLVD
SoulClvBINiq2sHTYNLnAc04fMyVKuZkb9UwW6mm4SHm/SBO0jSWErss5j+taCkkq14ZgEMj
j0rrjsUup8gw24kglVvFOkJnJbBhGF01I8CMZ9qsWRVyGGwgqFhuBDGQNdqtwoZHR2sptTsR
PMNpCpuYTc7XIA8ohZqZjtAFbGmGQdYZ9oUldx7IS9PCJqcS2OttV/AAmI0UEzndVqh6h1DT
Eue8dwufRVZWMUU2anlLYRMzRubKc7g/ExaqanmY2zrD3qKm2hoy3djYTbnkPLVNsjilcpMF
bUqls29Yaq9lzrD2SASNsSoh+J/SQWnQ8slU2MZhc1ianqVot6aGnTYwpGN3IcF5o/KDN0lX
Cwc/gr9wDXGaE4lCJZUwky5DuUag+EMqiLpRrxVOpJ+gaWtbcWsntE8imdofh3iBd2mU1dpl
+/RDhCSD8YmMJlNPVxvHBw+SruO0wqaeSJ312OHuuPRdXcskmTS2RmKEgFQG9haNc64K8vEt
OYSF4sJZAAOu1oUF+KTNr3VY4lYP5QfOCUANsFLSz17ybw3kkDn9H2J3DGWRl/B1x7lSdVS4
xKKm2R9IzOoUgjf1CfwhpK4CQXUrTNPRi2ufusVr/hg6zXcHz1Kd7zU1K50pPmLH7wYy6pYY
6hzRwK1Oo/S00cw5D8eaSlhxb6EOCzzDbjS/EKCSk/aIi5Ghp8U6ml34t8fWCp51HcnHFHUN
m0OSLPaFMH9Q89ieGEBuh05I0/NkD/JvDJ2bnd6moxaw/Gin2GWP7SOgjUupF+u8Rkxu9Gky
a3v+Cfq9Il+sTS8twlqyT7BAQnIBRkTrMJ7fiq8Zfdp9flJ1rRxshQ9oiRsHCykjkStWyOKZ
F+iyb5eKS4whdrbXSDEYQQbWUe6ndvGyrSVliwtQA7gskKG2m8LF+8iPHU8FEFD6WtWN1Lm1
3I6Rzz1WdycstvHuHoEVw9Yca4X42Ssi93W0C2wIvDypIIiPb8lXJerM5vbfzCy7NMPTOI10
+TbS5Nzs4GGmidVE6RbWusy/AKGnIbUFx4Ae8AKe1vhZNYZoTdap06apU5fvzjCW7Iy/WCR1
HjeIiLEWyybjhZp4qYkwt0lN1DaUZjvHLt9U8SFUlX6cwqVUgsTaUJASq/LN7lJ8LWtCM0Ra
TfgnGHVLZt1wyOYIHA8rcBfTgrLqJCZZKegUkRX49SrecoWqYYPbIrLaim2whrPokJM2hX5L
2WtAA0sNYjiMkydkpJhxavnKaaOmUbmG7Ba6ZTCzgpvMArpDyOpaKfshbPIpJhAkCrCv1R+m
4YlqxLy6pyZlae+pEu3qpa0AkADrraH8bWukDSbAkJ82LfBZyd/G3jooRhbEki/wXkKow+Zh
pqWzOk+st76wI8SomHFbDIKwtdpw7uCDDagSUe+fazv33uR4aKlMZ0hykcJ80ynLUp8PVCb8
lKWCB7gBE1TSh9awDRtgmFTCG0kmWbw4+7JXLJNB/CWEpq207lN+gVcfjEZJ1ap7RxBR6Yl1
G2/AA+i0I06W8MMk+sGkg6+AhaV/6K6YNaDJZVlxCabqOBGplBuuTm5ebbUOhQ4L/ZCbJCJG
O8PPJPOiuxzT2/NVFjhoCqTcwj1W5gKNvA/64CnPWt3qT9qnDuwKv6k4RSnCBmWLZYkQLuCT
fpdSrh2zMnHeJWEpB9Lp0s4m5tq0pSSP8q8Jzj+ThvIn3qPnbu1TZDo5lvEG/wAVNZg5XXcx
OcKtvpESEYjPJNjLzktJvVXkh15tQRIMn/DTK+6yjz1OY+AEOoY+llDQiSuDW5nLj3Kw6NSj
RsKSVMLpmHWkXmHzu66Tdaz7VEmLTvNGmgVVfvPcSeKeUMi1vGES+4ujdHbVVZxBqK3ginSq
s7bSC5MZdddgPdqYYTyCwapmiiAO8vqe0XKA0sH1ZdJHwisOHXKnI/ZCsiXHMpEo4LAlpO+v
SLAx94gexV7cHSHvXyG8zCVb9dekA12aVeBmEIM3HesfK0OmOTJ7QvlsZF2Av7oXDimzmW0S
d1lBBGQDwhZriEg4A6plmmVJlVWPeV6oh9G4byYPaQO1c5O17xJqcvjGQ4a0mdVJyqGUTFVL
ZsX1rGZCCf1UpsfaryiUZ1hdSmG0jL9LJ4LHFCl+ehXIcyPtqutxZ3PjeCvcBkSro1hLOrwV
vTz0o46w81OJQ+iWS8h1tyym3E7WI1Bhu14acipaZrJ49yQbzSM8it/8JcXnGnA6m1WcebmK
nLKMrOrBBKnEi4UbdVJIPtvEzG/pG3WJVtIKGqdCNBmO46eWi+4gYznsCYQmMTCmfPlJlwn0
mWZdDb7YKgnOkqulQBIuND4Q4O80XTnDqJuJy9Ax+686X0PZlofxkodS+0fw6nuHbVbTNuoq
bhKTRBlVNJUDaxPq5eua9recAx7XZKTfszi7Kr6PuZfaz3bc76+FrrFfHjHdQ4sTjrAmOXLS
7S26fSpd0qDYJGdROynVJBF/YB5o1D2OaY2nMrW8J2bmw/DZCxt3uGbiNewch/mVRNPpsh6a
47T5lQmm0XU2lsIeUkjqnZdh4axU6mZjWdbT8eSjaaMipLbHfBPf56FP81Rpp6SDU+tMnMS9
nGZhSUoQtBFwQobDzGnWwipOmY5xLeP4sr2KQsYC91rZ3ysb8fnayId4a0/EEiuakwtbiBme
nqWgLUP+GZHdX++QQfGExXy05s7Tkfgfmu/NVLiPXiPWHFhF/wD1d42Kb6lgjHtCw+RTZn53
p0xMNSRXKLGdpTywhvPnAWylRIBJ0F9TD6GvpJn2dkbE58ba24FSr6rG8PonQslLmGzSL2tc
2BdvC7RzIJHBU7xmwyvBfFNmhOHmKZlUBToczcxV1BSrfVFwbDwAPWJSjqPpMAk5rM8fa6Ou
3Sb2At3fDu4d6a8Et2M5PW1tyGjbXXVX2Wh47ki4ay4c893xVgUqV9NxAAdiolR/ZGkJONhZ
WKO1y4qz3JWXVLNBcyloBvRKdVWHhEaZHNcQ1tyn/RxPaC99uzis9caJVXLpTiczfLd1XbVP
UEjziSidvMuqNjMZY5pVdycu4kIdW+twDUZrAH3CF1HRMIs4lLfTHucpKx3b9NxAWTr6RJvW
doniXQ4ptKmnOugtaEuKsdHBPLYwO+Ce5VdTbUOWpS7ftQFxxWhYeNoaYjd6w71JGJysFpIW
2/b9j+iCERalatSVmMFgMkbvX0S3JOuH6Zbqb7Zsx+6BDohoFZGCrlF338brwyryklPpJST4
oUYSMrRw9EL6SeUboeR4OXqKanQh5x0/8HkH2wl0/NdFgridXO8N0e+5TlJ01jmj0l8MJ8iP
vMFdPIR1Ap6nwylgF5327B8zc+SgmOqdLiYoi6apPMbngoum9xob69YPA+TfO+vPX5R6ajfD
A+lYBaS19TmDx8FoHh7Q25TC7zs26mZfcUVJAFgkD/XDOom3ngAKg0VKIYMzclD4gyylYTVO
sJ+nlFpfQRoQUEKH3Q7pX2KjcRaLBx4H4rqnheelq/wzw/XGgFNz9NZmU2/bQCftvGzNmL2B
w4heVayk+jVckX2XEe/JOamEaDL7ocBxUa5gUPrEjneq8sR3JqVDiB4KT/qiNmdu1LHKTjbv
UL2jgb+azw+yXKUwhQuVVBKVA6/4NcIVLiHXH4zUlSgGwHJ37oWgOA7yxJYfcWdVtqaVr7R+
EUfECBXFaNTjewpvdf0Vo1mXZluIlWSgDI5MNr9hWkk/bFfqDYoI2l1IByLh7rrPno5VMzrB
TrzFosR4EiHT3dcdislO0Ppbn6wTsWwPQ2tu4lG3gADDEnUqaZ7SsjDzVqLzEjQvpNvfETIS
XkI1SLbv44KUzbILoB3KdffqYLEVDtGRVQT0vkeeFrZHDbxiVaVJDrNF0WipVJplLSHbIQAl
IvsBCpY0lCKqRo3baK9HAgtABBSsKsVE7xDNuDdMnD9GVXFRcFGqGIS+6gpMyVAg/rAG0O2j
pGMsPxdcS0O3mngPRNvDWuMTKcX0Vakpec/Om07Z0lOVQHjY2MSFVGejY7kqvNIDie6dJG5d
7dR32N/BVZIUUsdp+glYswt5cwyrSxsgm3tvpEsZd6ifbUBMy5szoXH6zmg9hGvoCtFrbSpx
SVpzBSdb9RaKqzIAq9g3IPFYfmUVKi4+qrkkiYElKThLqm0qyoTm0B6beMXxpjkga1xzIVPr
KeVtfJLA0kt62XD+C0m7UvSsKSU/zMzTqELB8doppj6OZzFdoJWT0bZGaEfj5K3MHJC1NOg3
ByWiKnFjZCXBzQexXxJDNMJAGua2kMnCzUwlOSfMNEKxBPjqFWgjW9ZNqnJw7lYJT9CUnqLQ
Lm2TUGxVSVFfo9JScxQ7LTriE+YNjDkWLR2qXAu9/I2PuUFwRSJdisYnmnSDLKngmXkMlmmz
bOXLeJv9kOqqZ3RRtGttfgiwxE1z3XysLjnfj38FCONTqU4TmJgqsPQ1oT7SoWhXCWudWNb2
gpbFbR0jnn7JU1oEyH+BGH5voh9lentSfxhWqbu4iRzUDhjt+j/u/BWriasmm4MDTVw88ciP
K5teEj+ke2NHibm5/JIqjKBzA01JnvWlVoPtFlQiT1SeRPuUjEQ6QX4294VWYklzN0acXbMp
yVC/eAD+Bg0bgJPH1TiIfotzlcKrXmS9K5BoDbpEtezkibOapdw3W5McW6ottJLMrSghZH6x
Ve32R1QR0R71FzkulY3lf4KUzfIRJzk9PPiTpsuM8y+rZI6JHio9BESxrnkAI73tjzKb8Pvv
VnHNNqsxLiRpMrmRS5JzcFSbF5Z/XOg8hpEhBI1koYPNMJ2PMBeePorZS4Ug3Fz5w+3nC4TH
cBF0gqs8mSpOqil508tq2pv4wSV/Qwb3E6JWKPpprcAoO1INuU2qPKQLLZWEaAXVbVR87/dF
cfK5xGan29V4Q6Mn+0qk72lk3sPKCn2ilo9ApvIrAwrKnqGB90SUZ/RBRJF5j3oFOfK3Vskl
QTa2m2m0KRnNDO0BtwnuydSdvZDwaqNvwRajdGnuBhw3NIE5JvdOgFtb++HTbJi64UfnnSgE
klKUi9/CJGJoJTCQlcUsf4hkcXcZsQV3ENRZXNTVRcOd2YS2UNA5UJSOoCUgRGyyyOeQ29vc
tyw6nw+hpGMk3QbDXMlLMIsrqr6afhajGszjzmRCZWVXNkqAvYKGl7dL7QxdHI/grHFiFGA7
ckFm2va1hfS9yLX4X14KcVbD+MqDT6hPV3Ck/KS0ktLc2k01KeUpSQpIKb31CgdITELt7dNr
p6K1kjw2MlziCQAWm4GpGedrZqp3OMWLMO1tumcPsRO4ZZeZ9KnFyrSbukXyJIWDbQknS5uP
CLRSRuYw3JF+Sg5cKwvGLVNXFv8ABurbDjexHH4pBiHizxdxbS10bEuO5udo60AzEu2hplLh
0ICsiQSNtCYkrm9i4nxS9Js9glE8TwwWcNCS427rmyjjE8im08JllOJdeXlWLd5Sutj7BeBd
IWtyyVup6YTzAOF+X8UpadW6yVOJDat0FJt7IYPeC/rq5Q0x6O0XDnqmafmiwJauy6Ms9JuE
vpAFyL+uCeoO/iDfxiKq6UTRlw149o/h71TNp8MdRltfA3Ie0OR59nerIlpmsVTC8q9SG6XW
6U6jOZefSV8hRFyggHWxJ3EUZ/RslIeS13MZX7VXqd1RLEH0zxbkRex7vn719RpKflK05My2
EzJVMJ7q6PO8pV9rlvQFPXS9toUe5r2237jtz96XbDOXb7o273MWafgPJWR88VXEdHqVHmaK
pVZdllS70o+Q2XUKRlcaV7D30+ByERHiNsDw9p6t75cOR+BUiTNPGYpRmRbPTMZjuP8AFYu7
QzFQY4wUxVQY9GcepSFIRmubJcWg3J65krBi4YaR0BA4H+Ky3aIWqmHLNvDsJHwTNhRvLRqc
0kCy2y6o+aj1iTJzStEN2Bo7L+asWgKbYk5+dcvlQNfIC5NoScSpVpAb70gpMzUK/i199JKG
kIJbBVZLVyN7b7XhOVzYY7H/ADR6aN88u9p8FHOKaU1HA808HkvuS2W60bLsfCC0zSwWta6i
8c3ZYd4G9lXUmpl6kSrgR3VNghQOm0PCExh6J8Lbt4JR6EwtYIzA766wNyngo6Z5HWI8LpyZ
ZCEgJtbygllb6CjawDddfuy9U4oJGt7WgQFeYHbmZKfJOdfTo28kEfrQi9reSt9HWytNmPHi
nxqYqribocYI37x1hk5sQKvEFTilv0T2+N0P+3i196YZRfqG7wgWxdqlAdoZNJ2DwujESM46
q8xUFK8cqcsAOjboE6bQVsudTUl3YAAEculS6WbpcUV9VKMKtmdeyQq8NhER3HZ8yq7xStlh
ynLS8FMomAkkHS9/6YeMuV5i22LY2w7r7tDreP4K0bg+rS0rQW3XSpbAtmLYvlCh61vC8REr
STkoKGRu6DqFIcQMomaatq4Wy+za41CgdCfgRDmnKjK1m+1zea3T2bJx6sdibA9/pHpFh2nP
E6kLYdUi3wtGrUEzTSMudBbyXnHaCB7cUe62Tg13usfeCrtXJTGXMRYDe8SomYqk6JwFyqtk
Kmqq40rDoVnlWV8ljXSyQQT7zeGFY79I1SlBHvUEjjxz+SoX0ltpxoL0T85Kc9wSpP4wWpv0
Z7EtS2Dgf2XnzAA9FffBlIYwVQJj1QVhV+mqjGdYjKBVOdyWqU0ZGHRt5sHorAnpwTmP51y9
7vtn3J0iFmkMjb9icww7lJ4n0UaoOHBUeMb7JSl2UEyXV3HdKSom0OJnl0d28U5ondFSt3vq
heY5pjNL4vmUYQltlf0iEJGiQQNB77wRt+iJKeUMpkOeoBUqwqzzsOJbIvZ5J19sQ8uT7qSq
si0/jRSecYyvNAp9YFQgsXsqJbxHJVnOSyHpKoOhJUtt0n3RJ3sU8b7LVCypOY3SL/vTDm5S
26FoF4ZUr1Av4CIlqaOsqD4p+kUydFQbB+b50JS8R9VadAT4XGnuicoQ153DwzCiqhzmxiRv
1cj3XyPh8VRX5TOyOJGZmSIlpxlrJzErIK7ny8vGLJHACCDmLqsVADnhruBJB8MlbOGZt6q1
igVh1GV8zS8hOwGgVYecR0wawvjHJLUzXPZvO13hnzItn35q+VAJzkknTrFWbpZXltyRZVlh
6RlZnDtXUtsOMVCeeUu4BC03yj7okaxzmSsA4AJekcG1E0zOLreQ/ioZINOyVCqOHnFFaabU
FpaUd+UoBSR94heQh7mzcx70zgjbSVNTTM9i7XtHIPBJHg4FaD4ePB+lyYJ9ZtN/cq0V+sFn
lOGWMQPePetASpyvmx2XrDEi7U3l4J9wyE/lTPgDS97e6DNH6RMaj2h3Kxlg+jqUdrQaQWam
4VLYqVy1zoAI/OUqPlcR0eYCmos7dyh2H3nU4uqEq2M63mEvoTf1ik5T9hEOJheEHkfVLMIZ
UAniLeWai3E7A1WxBwyqM4gLTMy45iWCdVJSLmHmGVMdLVBzhkcu5MsUjfWwFjTa3vQeHM6u
f7K1l6uS6wjXe6QD+EO8VaI8RDhofmoLA7mEtPC49VbuI20VLEWFqeVFKZiYbKrdQElZH2Qy
hH8tceQKkAdyjcbakBPyV82Wnz0XNOpT5jIBDcZx353T3d3Xt7mqtJFXpKkNOJJCSplYOx8I
YMcTdSUrOieSOd1WU7T1ydUeZUDZskZvIbfZFgDg5odzTIgNyUt4NtcykYkrKhZt6aDSFHqE
iBqhZrWqGlzkJHBIKrMHGHFR2hytvmOjvXeCR3XJi11E+OUEAeZPhCEjvo8GWrk3iBmnN9B6
p8mT6I8whnuZSQ35EbRHMuFKvDXA30VjtEutMPKASXGkqI8yNYshG88Hmq00lrCDwUNxHMF3
E6GL9yUbQo2/WVc/cBEfiLjdrexSlCwCO54o9lxttIkrgFDP0hPUkXt9sQPFSFvrJPRGxkdQ
kXAZA8IVBzS7RmFIaYr+5NkXvZKhrrpcw/jP6IJiW/piiqeFN1hK7FSVqAUPC4H4waN9nWQz
MvHdSpYIKr6G8SbTkoRws5EXJvppC4KbuSV8E3sD5w4YUzcLqOzgCVuuPpzspTmcB2KRqQfd
Eix1hkmRaS7JfnErzrE/xar0w0gJQqqzC0AW7qS6opSPYLCOabuzV33d+QN4lWPhVVTwrjJy
rULEU9QXXnEl1Es4WwFWBOZJuk63INiQTB3TNcyxF/irO/ZfD6x15Qd+1t7Njh2EtzseWYOq
t7iNxDxdVuFa6zUsXT01LMJSJhDU0CJlwjlouUpSU2TlBF7WBPWGVMf0u7b+Cno9iqKKlEjn
77Y8gLuIFzxBdYkHQkeHFZ64XYExRxT4yN0bDkzKS08W1vOzE49kbQhI71gLlRsb5Rrb2RZI
4y47oUliGLYbglO11QeqMgBmT3fElOXFPh7jDhnxJawpiCpSE27MS6JlD8k4taVtkkAnOAQe
6dIQqB9HdY5lRdPtTDXUoko2kAkjMWtbW+Zv4KHtSD8tOyynJtxakpCkKSs5kH9UdLWhqZSR
aydx4xVNeCxoaOy9/kAn2Rn51a5z0hbTjCXgiXITlWbJ72b3m2kNgDey0nAq6uq4XS1NiL2b
lY5ak888hojJx5S6a4WgebcrSfO1svvF4dDqu7Fc5XialIcL9nPsSXAlTmJHGC5dtcwUIBKm
GklXpDSgTkKepSRcHe14qOJQNFwfx/msCbTSUWKPgYDYZttxaeB7jotfUChP1XDTLjTNPDLq
kuiVecTmUhSd0k6EbHpuRvFHkLo3mxKuMRfugbwF+H4+IUrkKZL0inirLQ0xPSTy0hr0lLy3
GUjMpA6koF1pG5QVDdMPI3l4LSfa8M/46d6ZzyObbdt1eAN8tdPeO24WGu1q5JPdpWX9AWtU
uZNxSbpIGVyYW6kpv0Uly8XHDCXUwJ7PcLfBZVjzd2tta2vvJPoVXOEX+VRpV9ZtkaUlPX6x
A0iTOqXo3H6O09nxKnbryJTh7Nc1YZcmDkQCbXv/AEQTVwUm5wZD1ja6bKVT5qrUh8S889TK
GleV95juvTKh9QK3CR169ITeWh2lz6LmRvqo8iWx9mRd48gmvGmEZencNVTlKQ6tmaZWl1Ze
U4q4Ol7nQi1vfBYpi6QsdqEyxKgjhpN+Ea6/grN9LrVSkh6M2Q6whRSlCjYj2Hwh5ZUqOoli
FmnJS1jFDyVI9JkStJ0Km1i6fdHEKWjxN4N5G39VI5KuU2caCmnVoNtlIPT2QQgqz0uJ0Ts9
4sPd8k5CqyQ1M6g+w3jrnkrJFjNHHm6e/gSnOVr0k3b6VBHnpCDw88FaaLarDGe0/wByfJfF
lFZvmmm06ai+sNXNkdwV6g20wBretMAl/wCWlC5ZKZpJ0vqbffCXRSclKs282dYCRMDbwSRz
G8kpR9Dbcmlno2hS9YMIJDqo+f8AKRhwypgXn9lpP8E2zk7ieoSa3k06YalEjMpTgygDxtDp
kTWHMrOMW2tx2tjLmsLG9pF/8IVMVqpPuVZTbyFpS06lS853yq6AbQ9tYLBqqrlnmLpCTnc3
WmuH+LlCXlkSbLMzLPMqbSHRdIPS8Rk0LXDM6K9UFa57OrxHxVoS8+8ae7JzCA2nMVMZb2Tf
dOu2sc1oBuEtM5xFit1diyoqmeGWPsLrOZUjW0TzKb3siZbGa3h32z8Ys1HKGsIPNZbtHT3M
UgHNvvuPUrYE5TnjJPpRq4WyEgHc20iejnG8Cs2ngc6FwGtisn4RW5IyFXZfJammytakK3BG
a/2w8qgSWlKUzmto5ADnu/BUJUJ3mUlxxKsqkgm48SreHkrAQ4JnA5zQ3uA9y17w4ljJcJ6A
pQ/RSodOnlp9pjG61xfM/tK3TcDA1g0a0D3BOKUqTLrmFGxcWolR3FtYbnM2R5CGQhvirF4a
01a5eo1xSSGi8hltRHrKOp+AsPfDx4AiHgo+R240M4m58B8z6KCcTgP3cJBZvbl5TbrBf909
O8LHXKlWDGiKe0bd1UQU56ynaoXyUnqjWWtSybXCUhJ+6Ai9lRIzJPNVuyhPpc+0sd1bi0m/
tiTPBL6wttyUFdlHUzLieWTZRF8vnB7p0HNIV0peRN0ZqZl1JcStAUDfQi0NXNMby12qjGPE
kYIUaxPQ2MQcPqjT3QMy2iNfqq6H42hWKQxShwSJ3d7raHXuOX8fBYhk6PO1HFbFHQVrnhMF
lLRTcJ1sSYvfTMjj6ThZVGSJ8czozmQbd61FI0OXpUtQZWWVzEU1wMrcP1yoXKv40VfpzK97
j9YKejpmwU/RjVpBPic/JK+Izk4eGs45ITTsq5lu5y1ZSpNtQT4R1C1n0kbwupmSMy0sjQbO
AySDBi0s8G6G65r+aBavEkkmEsQBNa8JLA+thzCeN/VQ6nLNRexLV8oLLk9y0G+5bQAr4FVo
VlHRtjZxt6penf8AScSqHDRrWM8es4+QIV34DWJeVkkpFhyUka+JvELVZuKXhH8laRxv71oe
UcCnHSPEb+yGH1U3foO5SHC6z+W1ST4JTYe6DsHXTCo1b3KzFn80V1NoXkbdpTZUnjpSGqmt
KjYOpQoa+6G0GamISdwFQDDyi7xdpzTThCzIPFSfLMkQ9eL07u8JWRwE8d+bvRaC9DaFLUhw
BQWmy7jcEaxHWuEzdKS9Z8wxTWaLJY7w4LJDE8XW022QtNxEnWSOljimPKx8EWjY2Kse0aHP
zUuWqdmeKuDnG2j83S1PM44/00aKbfEiHNmxmWU629U3N3RtiHF3xUokA4KfSc+7pfdV53sY
Y2sGN/GilH2LpCOBaPcVEaZLJVXJ1kC55pIv4gxF33XJ7VHIHmFEeJ7Kqbh1T0owt+pzxErK
stpupazpYfZExRODzuHh6KLmdaPeCkjEq3w37O0rLTQHpkrKKemMo9d4pKiPj90LTP6eqAGi
hzcMueKjHDeiPUnhEarOgqqU/mmXydTmcJWfvAhhWSiSc20GXkl6NlmXOrsz46e5OVYYUFy7
psAXrj7oSDs09FjGrDle/R5XL6xbSkECLO3rxstyVZNmyOvwVe1IpViedfzZ0rmMxt1ygAD4
CIGsl35zbTRWGnjtCB2JFUZwyNLVNL1mHrhsX2HVR+6GjG7xSx5BPdFIJcI2UyDBhqjMzIT9
S1D8l2zuO9ofaYdx/q03/wB4UnQ4QsLSD0NwYTd1XXS4F22UvUrOlKvFIiajN2quvFnIIAza
7eMLg2SJAXikAIIAvfrCgKQcxZq7U3EccL+yLX6nKLCMQ1RPzZSB1DriSFOW/YRmV7csOoyT
kgih3pAuCNPDiatLhNwhS0i51VvuYehWOH+kNV2Skwt9p9Loa56XDcKF8wsDDNzQ0AjRbBRV
EkjnNJG8PfknybpQnuGktTly5XIz9VaXPAqy5W2++QLdVWA9hgjJOjeXcQMlcGxl9ARa28Rf
wzyR2AcRSuEO2fgmry8uxTaZKVdiSdZYQEIQy8nlL09jlyT4RJ00jwWvJubrB9r29M+dutgP
dn81afbhU0z2osEUdASZiWoJU+QBcBx9RF/HRBtDysk6VwPJUzAGOhhLebvgsuzMmv0Vp0gg
OJBvtqYZ8FoUbnDVRl6kzSnnZiSq70k6o5izopkq9nS/W0JkW0KlIZ6yDrU0zmcbX6pPaDz4
pFIV2aOJJWk1iTDKnXeXz213srpp4X0gN9zdVccF2tnqMQioqyIWcd24Od+GXfqp3heVmpPj
VILkJhcvNOoUy260bEOCykGx0N9rHxiJxUB1PvWyUvtBRdFicU7Da4LbjLMZtK1ay7L1uQkw
/KOSlVC7c6VtlJ2Ituknw2vGetLo35HJM3P+ktDXtu7mPipjIYfnGJZE5OMlvlOtLL62rKVk
WCldh13CvEKIgxlYcm8bpVtNKBd3Dz/AWH+13JsyPGfBfKmm55K8PrQH2kZcyW5pxtF/GyAk
X8BFwwZxdA/K2fqAfVZbtOwMrIwDfq8cuJVN4dKPm6kMrN0KbLjlutlHSJw6lMKYjo429hPv
KXViqrqdbTINLyMpICynp5e774M1oGaJPOZpdy+XFW7QG2JvDEpL8wS8gycqG20lS19CfM/z
wwkuwkjVXSkayWJvLgAgcQJWXlMHSjkiJhplarOtPsFCSbXChfxtqIQpS4yHfsUhjEYjhDmt
Le8WWPvRW5XG9TklpsgOXZJ/VIzD3axMrLCwNlLUCy2plbZ0INzpvaBSehspVhqWUnCvPTbO
Z5aQrrYiEyetZTVNCfovSD7RHuT/ACMi22pxhaEqIJuCN4PfJC2IMcWngnaXYp5cGanpUlJ7
wvHZp0wxh3sBWBKSVBmXWnVSHo6GwM2W2sNnPcGWurNCyN0oeWgWTyil0Iqcl1SaCoKulS2U
nMlWxvDTfecypYtjPVI9E+USjSMg7PvSsw3mVYtoWgAJA3ENnSOcc1JQMigYdw5nNHJV6fNq
MylIZSnvpQnpsYWIs3JEv0hO/ms9YvwkJeqTBU3ZTbi5d4na+6T7wYfRyh471m2I0PRO3gOY
PeFG+Gs89TKhUKI+4pKpZ/O2T1B6f18YM9twmmGS9G8xuXQGl0mQxD2fZWtybLaZpAIeKTcq
UnQk+GljaK4JHxVhjdotPnijmoWyMGf496uHshYiTRO07O0Z9QbZrtMVLgXsC62eYj3+tFng
PWtzWa4xF0lC79kg/ArpfMjvn2bgROx6LKXhZa4tURWG6iMVyCD6NNO8ucbSNAtX/vD7R5xY
onCaLcOqgHE08ocND+CPkslzzKfSVyrJDjTrg5S+hSpWkP8AevEXHgEpDEPpDGA5EgeZW7Ke
wiQwQxK5bZGEtp8glI/ojDpCXz37SVuAO882/HBM9XzIoLCGhmLqggD2mFG5uXFpfM0LUyaG
3hvgtTZJsBKmkoW6fFxWqj8TDuoyp7KEc/pK2/DQdwWaeJCOZxCkJkXtcXI9msIRnejIU7QD
dk8VPcIMZaNLq1ADgI+MQMhu8qXqjndSOrtWqrKrWuEq/wAqDRewott9+yrGeZ5GJKg2Ba0w
SD74k73CWi/VBJ8qTqUi530jkNgmjAk1MSHzlg+pu2clwVSa1HVSekSFaWVEQqox3qEYw0sx
gceqcwexJsI4mmJrEE9Spy7ra8yUTBHqG5slUHqqVphEjcim/TFspacxmO5RfDNEab7RmJ51
ATZEsFpFvVUs2JHnoYLUSfyFoPNBGBJibSfsknwyT9X6zL0erMyy2HXEPj6Sx28CPO8I00HS
tNjmEpWz9C8O3b3uDyI5Ku8d4jrCKYilv8vkTDPMYeQkguJvbUHrE3RRREl41BsU1nrKiGHd
GbXA2JGfce0KOUqo4knsHS+FqWotBaigOoSc4QTc69B5wepZCJ+nk4JtQS1MVOYYzkTl2X1s
rZm6FK4dwxR6NKtqTKNSim1LUL53CQVKPmSbxXDMZ5XPOt/crdhsQpaew5kntJA/A7lLMOqV
JSco2pV1ttJSo/CGc/WddPYmblM1nL+Kv2hTZmJBS763+4QwcLBRhN3WU7oako4l1FtI/wAA
2f8AJhcZPHcmExJEd+XxVgOvZZBxXQJMKONhdItFyqD4jTqC5LrCrZWxfwB3htBkbqapf1dl
GeFKU1TiHWa3m5zWVErKLA7vLT3lEeN1Hfyh9U3ZC2PQ6lIus6Z0nACw8dVpCYcSGbA9Ijna
Jq0ElZjxJPopvaAxMouBDL+HuY4L7qF7H7IeN69Bb9pPAAyqY/8AZU7cq00MF4Zosk0XZ6bp
8ulWUXICkgm/gOphWoHSVTmXyB9ElRtDIendwup2tpLWJ6dKp9VmnkA9NVW/CEJHXmb3FLMN
6YuPF3wUZl2hL4/n2cuocK0nyNoipuq8hPZTvwRu5hK63MS0niPDDrraXHVVBKGwpNyjmAoK
h5jSHFISXkcwomY2p3EcCD5H5FRfjHkHDuTJTzGlz7DK09FJU6kKHvGkP4SPpIHYmM12xE8l
IZ5KWaa3TmEjO44GGkgaEq0sB5D7ohGXe+wUnkwF/JRGoi9Znae6c8xKOFCja2YHVKrey3wi
Rlj6N9xoUSP2d3sB8P4ID9UqTEo3JMPBLagUZQkZtfA7iFoqmVsfRg5JGSkidJ0h1TdLMc6Z
dbKwEtZQpZOlzuYZP0TsHdUSr86JyddUj9An6NkeCR/PvD2Nu6AubkFP8PpvKjXUy6ffrDW/
WK5vBSCnuBjDIUAFFClix8bmHsfsJq/9aQkzdzLhV8tjqOkFfqlmngpTLLD1NQtItbSwiVhN
2hQc7bPKUpB5ZVcadId2CaXQVECx894FFJWBO3vhQ4h4EYSrTU3MtKpVb5Cmk5eSsTCCMxJ+
uC2kC1/WPth1Gd1pKlaBsT3OZJlob3t2W9/guSyaO9IVEuIzTbfMsuzZDjSgRuOvtELNlF88
lNuopI3b8XWtwOvhz9eV1YdInZCbnF+kjlOhdlkkAX6EH7NYF7HBt2q44fiFO+YB4s4fjI8D
3qaiaKaYhDriZdgLzKKjYJ6XPuiPtd2S0Rsghp3PlNgTdVU5KO4m4tegUUkuz1QbDRUbBpII
TzFW2SN7xKt/Rxi6xPEZG1tbI5ns5k9gAzJVs9qWvNYl+UPxO1Ju+lS1FkZOjhaVEguMMAOk
fw1KhS5IzVdwtgDBbRVhU3wxRA0bAlIuCdvARwVoPVF1HFO3k5dVhcqOYjrbygyWD3MOSgy5
ppjiJITcwoqYbmEqWpR23F/iRCL8im2FVUNLjsVRL7LXX+F/BW7Jupl8S0+p5iloPNuFd7EW
OUny0IPuhtUs6SBzeS9EYwBUYe6YcLO8tfctd4SqE89irKmXYU7nSXZhhGXxN1IF9fMaG/SM
xqIQ0ZKq0pmfJ1c+3Q/I960bJSvptGXKPuIdDraiogFN0nrY7EaRGk7puFYBkLOXLLtfs+jc
a8JSRKlFigr7ytzmmlqH2ERoOCOD6dzhxPwWL7XNLK6NvJvxKzzKTvotElFpPfbZKAL/AFio
mLLZVMSbsbbagW96UUxtb1QZlxqtarrVeAJsLoaeMzTBgVpYgxvKYNozVGozInMRONBOYDMm
UB0zKA166J3V5CI5kTpnXdorliGKRUDeggF32t3fjlx4qu8KYhrleqWJaHWapN1YzVJVPyrs
24pQL0s4CoJB9W7alAgbWEKTMbE+N7RYXt5/xVewySSoiqYHkuLm74vzYbn/ALSVAMUs5MXU
2cQLJflSlShsChX8xHwh79ZV2pHWa/mPRN7iXHpwWsV5NdPtgybkElTzBaBNYdqlPCbvy76Z
jL1KSLE/EQ2ed14Kt+EtFRRSQ8WuDvA5KTNShFTDtiAtAVbz2MGDskrJTkTBxGov8CvLlFVy
JAyE2MKXUeL9JuqeSLCpjCU4lAPOQjQ+wbQ1cM1ZY7mK41SyjLXNMMOqupxKAFDy/wBf3w1O
TlKxElm8pi6+wxVVJDeRDjXNykd0jrDWxUiH53Rc2yzyxOSK1AOJzWTtrvr7YcNdcZpORueQ
UUxMyaiy/mbBcmZRJzfrOtaX9pTBo+o7uPuKiK6IzMd2i/iFlbEy5mi4tRVJW7a32FIJA1zD
Y28dj7olAVl829HJvDJWh2fuMdTwVxO+acYVF93BeISJeZdmXCUyj18qJgeAv3Vfsm/SI2rp
+lYHtHWGnyU/guJmlmMU5/Rv58Dz+BWyadPzWCuMFPrEk5lfptQRNMrQd0pVf3gpv8YWgfvA
FTdVEAHRu0+a7ISNWlK3hiQq8osLlJ2XQ+0Qeikg/jFpjBCw2ob0UjmHgVDOIlLl67wfr1Mc
Fi9LXbX+qpJCkn3EQ/a8xDf5KKc3pCG9qwbSpIVLi/h2mBJQVzKC8noCk3XbyOW/vMSVU8xU
UjuwpxhbelxVnIdbyF/VbVnDaTabTf1CdPM/0RjbfaJWuRAlzj3D4/FN6GPS8X4bleXnQqbR
mT46g/gYUBDQSnEVzMTyC1NNOTGIJl+XfATKMoJ5adAVW0+EMp6lzwAFERwtjBkOqzNjSWQ5
WpLUlYKgq/sMO4nEMKm6POQ9ysTB0v8A3LtnoPARDvP6RPqvNPVaRdMrr3gxpp4GFYvZUZ/v
Ce5V5imU5GLOan9HNMpdSfO2sP2G7EtHYbzeRUdymFckrZHYylppMompUllHp7auYSE6uAbo
v5wzw6drJNyX2SkKqEzRWabHge3h56eSpSmOrZnatUwrJygl/Ihdyk8wb/ExdpAA1jO4KnZy
b5ORAJI5EKzsPMyw4tYmfS6FPzEo0vl+Cd/vMVmpLhAGkZAlSFG5j6xj+JYfgicVUo1CiTCi
gJKRmYX1zDWDU0wjeLfgJ5Vw9MxzXaEKtuKKUKxHQkpTZhMikJIGh6qiUw0m0g7VGV1/o8Pj
55KZ4NkZOSw20WAFTS2kLmHet1DMEjwAFvfeGVW9z5DfTQeCfYKY5GOcNR8yPgnPEVRYZwsl
l9RWt6ebbYtqQoaqPsA0hlHGTJcciVPSTMheRzsPEm48l7Qpz0zMhQs826WnQDqLHT7LQWZl
rHml4pQTJEdWG3hqPMFX5hlKmqO2FHc6fCI1yjXAb5U8p820xxSnAtwIUqUaUbnytCpsCExl
/VxHsPqp7MzzDci4FOgEp0130gssjWtzSLBdwKy5xyqCZDhJNzKHcjz7Yl5dKT33HlmyUgdS
YUoGl9Q1vD4KREojp3uPAH33A96mfB+VEthMBdkrTlRp0NgTB5/0khcjG7YmtOthfyVvVOZR
KUx6bWSG20lSx5QyczeyCIwWCxhPM1fiTxvmHaa0tmmzf5sXiNG2EK75J8TYxPxMjpacNfrq
mr3OqJC5ugyWo8FPS081V59iyWRNql2HVD1WmQEAg+GhMRB3nDe4uz80tJcBsY4KRtAPVhyc
CCnmJShkHcIG1/Mm5hEEF4t3J2RuRBvK9+8qOEoXxRqSQLKQhN9b21t+ENKqwfdK3PQMb2XQ
a8wmo8R8J00aJZe9KePkjUD4wam1JTeRv8lceZskvESTFVmqBSbApNUZcc9iVZz9ggxmEcpd
yBTTozI3vT1TpYVDiS2oJHLkm1Pqv+uvRP2awWjbnvFLT5Q25/BQDiCyqmcVpOotDuTbKW3k
jY2IT9xiXIEjC0on+5a8atv80UpvNWmswzZL39toiWnqp07OwCamW1uYTrryNHCCq/gBCj/1
jQgHtqDLSVNJSVXAGxh7dFGRVrYWQldAYdWbfRJT57wyNt4oI+ITg2cuH1pIFzMOCx8rQ7jP
UsknC0xKLbN5Q30s4bi3lHO4Iw1Ke6VMBbL7SU5Ak3Cb7eMSdPooeqHWzQ6pWaXQ6Sqdq9QY
pkrzEN8+aeDbYUo2SCo6C5iQDS7RRbnhjS52ioavdpfhjTKNMTMhWE4jmm3FNtyVNQVKWpJt
cqICQk29a9rQ5FO92gTiKnrp37kcRvzPVHfc/wCa5ldoXi7XeLePaYK02qmyEm0r0CjSb6nG
huVOKvZK3NtdCANIUfG6JuatUNA+gIZKA97uIFv7oJv79VVtKk3p2Q5eVyfkSi4MvdTibeqo
Dc+BG4IiKcd03OSskG5MLDy4/wCYOVvEKQy2G6BWJtKHF1CmVMAJzLky0870sQRkcHkbHzgn
0ieHrNzHmEu6CmnNp43NcNDoe7eFx4OuO5O8vgeWkKiGanMVOuyHJvJMPSxZQt/OE8pepIAS
oKFjYg6HQwb6aZBdoAPHuT8tMEYi6zm8A4iwdw04WzHDUZEKTSuGJuXolRcZk6dRaVKtrM45
LMhCDkBKklepcIItva8NzMXvAuc00DHGIl5AYOAAAPcBr3lZVpc49VcT1WvzpUp2YeU84TqV
KUbge3bWLMBusAVSph1nPtYcAMu4BeV+e/O5ZkKNwbr9pP8ANCjeaWnfZwbySIPFNPcQskKb
USL69IHilrncKr6oqSifKVjOFAk5j0EIu1VaeQx+at2gzCnMIU9L/wBJmabKirX1kW/AQFrh
enMGkdNg0bH53aAfEWWquHFcflKBTplTa5hTLolnnAoEZR6qldQLddbRQKyK7y096rlG58I3
fsm2vAcbLWqJlt+mtuqASvIHGli1jfukfbFRIIeLdxVxycxcxe2W2U9oDDYUAT8xEK/x6o0T
A/6M7v8AgsW2x/p8f3fiVkszAVMNtAXS0m/tP9bRZ1npdnZSnDzzcvMP1B9OeWlWVzDovoUo
GYj3kBPvhGUndsOOSncMLWyOlcLtYC49zc7eJsPFRtpbhWKnNLD1UmZznzKzrmUVglPsFz8I
csaGgAKCc573dI83cTcntKf8Nh+nYww1VlzYMua+8wpsmxLD12V2B3AKhe23WG9Swvgd2KXw
t3QVsLycnOLfB3VPqkGM5Yyq5dt22aVn1tK06EW/9kQYHeAdzUfVsMfUOrSQmVLAQ+HEnQpt
8esHTcNsbhOOG6kaDxbo8y4csk+8JaaHQtu90/BRSYQmbvRkBS+E1H0PE43O9lx3T3Oy9VeE
/TzKVJ9OUhLT2hvulW3wP3wzjfvWPMei0CspujDh9k+4/wAVHZuWLVSC7eqvXTW0PA7Kyqks
dpN5SqklxovICyEaXPjCLlLwiyk9Fk0MYlXJugNslZBUoaW3ENJMlN07W75adFYFWorDdGbU
My1NnLmA3TvDW93d6kXMAFkplqWHsLs5Anl8w20toen3wXesUs5u8A5RCoSKGm3Jd1sDlLK2
le6xEOBcneUbKwbtisvcTaOGZN9aUfRtOJebI3yk6j7YlWHeasxxSDo3nlqoPXafLzTDvIWH
5eYp7Tkvpsc1rg+Z/GHbgCoOQDeJGmS0fwXxk/iLhf8ANFTeLtWoK0y+ZaiVuS5vy7nc5SCm
/haGG6GvuOKtdHUGopQHe03Lw4fJdlezZiVVY7MclKOulb9JmlyawTcpSO8j/JVFnpjvxDsW
bY7F0NZcaOF/gVZmNarLU3AVSVMPhC1MKyAnYdTaHrm9Xd55BVQOs7eGjcz3fM6DtWHMCvGZ
7UFJW4CLreUlKjqglCiBDnFD/NzgOxSWBM3a/ra2Ph2eC2fMIu0COiQL/bGUWsLrVYDfeHan
XCUqiY4kSTiwFcgKVb2JP88NZjaNLsy3j2LSNNZCKe1dNnXApRFtTf8AoiJJubpk8H2VnrFF
JXMGszbaSUyjtzfp3rGJdjsrJ7Rm24ef8VNcGsJGFEBQ1tES83lKk6oJxrLQ9OkWwB+iVp7x
DmJROr3fjmoJiplT1Ao05l0QhTKzbqFQ9jyFkdhtKb8QFBP4UL2KXyTjSKl87cOxNElS0oUF
Hwy6wxrIPotZu9yicJn+l0pH2SR4ZEeQIHgqlT6DMS+KZhAAl5txDCbbA2zKPxizfpWtiYdR
c+SjjK10kj+wA951S6kTyJLjnQFupyNz9HMspfi4nVIPwhtUtMlPLbgbpnAWwPpnHQEtP94W
HvCtSqSrXoRS4Ctsq28LxAwuJcrnNGA05KvMX4dRX6Ahtk8mbl+9Kr2Cjb1T7YmKacwS3Oh1
UVPAyWHonZA2seR+SrTD7GJna0umSjqqaplOWdfH+BbB+sfsHXpE9P0DY+kdmDp2n8aqrU8E
8VS5jDZ3Gx9/jr6KzJ2iibYpku0lwqQ4ESyXDmWbnVSv2lHUxXzNmSrdDB0cd38M+3tPeUmr
EsvCPH5uTVq1Otsju+rzctiPfCjB9Ip7DUJCqk+jOZVv9lwAceWeRPZnbsVxNYkXSZNIVITz
7l7BlmRcWq/uERIjLuI8Sn7o36gE9yc2ajiWuYgVPSWG6ilwshrNMMejIAt1zm8Ecxtus8eG
abOD+ja3dtbmR8LqSLpPEF6RUlLkjIrUNF81Tq0Dyvp9kI2p75glFZA36zwO4FQStcP6u7Ny
1Qqrz9dnZf8AQrefCw0o9UIsAD57wu2Zou1nVB/Gql4aenAs2xPbdWdhKlz1Dw9Kieb5Drs5
m5V7lKLAa/fCrnNB7AEymG/IS3sUrcnWarh9xs96XfQUqHiDpEY5x0TyOMA3Ve0TDU9hvhXX
pWni02qddDK7alKvV198PqiV1QGE8s1GRxMhkc3hwUww3R3MOcGmqaVFcwhCA8v9ZS3AV/fH
OdvNcRyRmAGcE9p9ymbabLSdu9cQ3As5c83ae5VhJ1OWa4xV4zTqWkBKdVHrfb26w1nBcT3p
5Jk2MDkpBh2Wdr/FuZrIBFPkmy2lfRxwi2UeIGt/OFIRuMuUnVWbC2PjqnusyaXcUpmt+Q2q
xPirT7ohp3GxHNdE0boul2D0Iedrcz9YzCEX8gj/AFxP0gswqOqvbA7PmohxRp/Pm6ApCe8Z
hYV7MoP3iHlw25R4jeIjt+aYeV+dtrsL5iCPcIhb9VPbJM/LJpszXJZZDcu5JqWi50uUwqDv
bpRD7TXKtG5V6YOVhpS8oF8o0HtPSH5KENJF1ZtFaek6VKsupU2sIGZJhmc3Js67XJRlCqq5
LKNwXnTofFIMOIjkUeT27jjZGNDJJOoJzLDu1vKFXnJFbqQq/wCJPEBvhrwrnq3LttzVYUw4
ZNh71LoTcrXbXKLj2k2iZoGdKbcOKaSQGeYMva/FcmeIHGripxXpYp+Ma8t6jc9LyaVLyyWJ
bOAcpsPWtc2zExcI6drcwFYKTDqSieZGkl3Mm/kBYDyVcyofYknXETC2ENjPlzEkHwI6iF92
wU0xjLl/FOK0tVajJVkHpaAVJ19VY0IHtGnvgr2CWO3FOi0VcZY/M/FMmHZlbWI8nOcbbXM5
FrQspyukCxIGmVQtfzBit1Ee4MlU4nAvIk4Gx59h+B7rq8aexW5Zg83OptRsleTmDTUWI0v8
IhHSRONj8lZ46d7W3ZmOz8fBWjhiUqtZo5fqbTSnJR1JknUNKaDySQQSFa903F/aOkNZNyPN
uhUjGJCSx/DMXFjr2dqqzi3Pv03hBO02WeUzJmWEtKthVitTrmUuHxuM5Hlr1h5RNEk4KjMR
PRwWHHIeP48FlxOWUkUoSMqQOYbdT0+6LW0XVae4RgAKKTinZqeW7Ynrfy8YUGiZnefJcpbM
vOJlElaSjuBNj1Nt44J3K7cbmq5mnVPVZ9yxLaTkSog2Uev2w2cQSq+4PPXsbc1aGGJpT2Ap
bQl1pCmjre5bXdP2WhRmYW/7M1PTYNGL5tu3/CcvdZaT4cVSV9FdkZpxCWSvmXVfVJF8ptr4
2MU3E43tk3gNUpK0R1rgdHdYccj65rWlIrEmWmWZebTyA2oNlwXGouEk9dfGKDNvtJuM1Y45
GublcfjtzXOntcTJf400B9ZsTRjuf92Vf4Ro2CC1M7v+AWN7YZVkf3fiVkdhZU4lY2Iz2vt4
D+vjFkWbNOakkzNIkOGolysc6qPoYKSbHlpIdc+5CffCJG9IOzNTvSCDDXDjIQPAdY+/dCj5
mH2pKau0VuImFXIIAFje/wBg+MOlAbxHmhz77k5KYfm2SoBitzPIUNLkpbWD7N/bBXDeFkvv
Osxw4E29xU84gJE9IvVFkXRNMtTqR56Zh8bw3iyZY8FMYnZ8hkbo6zvNROVHOlG0g3IHx8DC
yjmdZtkgq7Kl01RVdLqNAoaW8D8Y7gkpg61zqFpunTKazhOj1VwpX6ZS0Z7dVaBR9xF4hbbj
iBwK2lsn0mCOU59KwX79D702TkrzUBTmisuVQt1Ghh4DxVWkjsS06r6mGziFG4J7pF76iBdr
dFjOQ5qyAypczT5y11ONhLhA3UNN4bv0VghPWBCuh6mLqPDxkskB5bXKUf2hoDEVvWep6WPf
ZkdURKSglZFmm3/QMpzE/rdfxgCbm67I3toMlDcWyKWnQQdVJ7pAh1A5MKgC91nzHlOTOYUW
pSLkZm1adFDS/sMS0ZsbKkYtDvRb3LJZqTPE02TbS3y+VLIlSpfq50LUpQv00Ih9fJZ7c28l
M+GdTTQ+0dT1rIZkqsgyr4CtAtXqn+MB8YSeFJ4fJuVO6dHZfL3rsD2W8UJo+IsXUmacIl3K
emcSnxW0rKQPMhQESlC8AuB018kw2jgdJAx7RchwA/vZeqt7F0zPV5Kw4SGHznfOtsoULNJ8
tdYkad5dIZHa8ByVLliZHuwt9lpBJ+069r9w4KtcM01tntTU+cU3kYdceS2bWGYtkAfG8L1l
zhhbxS2FE/T3OPEOt5/K61W7bkZjqCgC5jM7gxrSqcFsjlOOHsiHJqYmSnvLUGgfC+qoiap3
BPW23PxwVz88prCnUasoGVI8EgamI0XLk1cA2EuOuqhFBkBV8O14OoC0zaVEdd1G0ShNnJUA
sia0ai3okuFWFtUVcutOVTR5akne4NoZOF5CpSZ28wO5pXWL/PEsk9GVdNNxDqMWUWB1ie74
pC7RjUOH81KXBeccU6xc6BQ2Hvt9sLg2ciOO6WnkqSWjI6pCxkWkkKSRqD4Q73k61zCacDLU
OD02pVsoLtj4aQrjlvzgLch6qubNNIgkP7X/AIhVjKuJ/JiQZWAkLmnlKsLXIsBEybl5I+yP
eUwc79GQft+5HFblVrtHkZQKVOsPNuoIOiMhJUT4aQVzdwOcdEl+thdGB7WQ773v4K3HsVUi
ZfTKTWeTm1GwCk90nyMQDKORl3NzCtDq4Ehso8UnmaJP1Rlt5z0hiWcF2ZWXcDalJ/WcXYnX
wHSB6dsTrcUsaZ9S0W08vRLZWgIpsmUNyiWApzmO2WVqdXawKlHe3QbCEJKsyZE/wUlT4b0J
33Afjv1U9w1Q2m0N16bGd0JIlW+iNdVnz8Ib7x3SE2qZDJIYhoNVFMY4bksQiZcnmi4VC6nE
mykkbEHpaDQzvidvNTvo45Y+ieLtItY8QoJh17Hn5fU6kS2Naw/IsPJW4l1SSA0nUgqtcgjT
3xMy1FOITI5jb/FVI4S1r+igLmjh1jYLUJmnG5NE3MuqemHTdlClEAedop9za5VtbGxzt1oy
Gqb5zE9No6BNV6t+jHKFJl0qK3SPEITsPbDiKGSU3CZzSQR9RrbnsF0fS+IeDMRVFEnKVVct
Mk/RpnGFNcw+ROhh4+kfbn3FNGVPRj9IxzQeJGXmpVOvTDZUlSQvMk8tXQ6Qzc57TY6KSjZG
RvBNNMa9FY9CTfQFaR5dQIEAONxw9E8dYH8aqZ01szkg6ykBSkrCrXh/E1zsgoKsIjeCeKcl
yeanzLfQAm3jY3/CBZGbEJoH2kB5/HJeTyUtyzKmb5HBe/hHOAFiFzHOcCCsxyVIexb2v6zT
vnAy0jKIS4ttO6hsbQdzQY72UmXiOxPALW0vJStJoAlpNkMS7DdkJT9584ZSndjJCjS50sl3
alRepr5WDpmaSQt9xy1/Z0iK6LeaD4qUAtLu8glWEC2xOzkgoBLrjbbyB42TZX3iJOjde7VG
1QJ3X88vim7HYZcrdKlwQp1CVuqSNwDZI/H4QtUEtFuaNTjqlQYNluoKT05l/ZdMRl+qpG2a
T18IXiSXlFAFT8m2nXxP+qF4x1N7kmwJaLjtUvwxh+Ul8LzEu2EFS1KU8op1VfQQcEu1QPlc
x10yViTTItF0f97WTmHVu/h5bxwHBGeA9lwO0fEJkl1BWJlvk9wJJPvsIVjOqSJDgCEa2pK3
pgE2uq/2w4OYSdwHZquq/wANadjvixLP4udE9hZiVS03SEKUgTKrkq5qgb5L27qbZtLmwtEv
FMYIdxmRPFC2obEd9ubu3QeHE9+QWY+11w8whgmh8Op3C9Ep9ClHpqaYdlpOWCVPKKEKSpSt
zbbXxiw0FU9+8Hm5yRDLPUNLpHk2Php2LAVTfbmcQzq5ouITzAlMuw3bOANCYmxmM1YqaSMR
DfdcntQJGZl0KCWM7QSSUpVa/wAY4EDRSrHjeuBZLJWQlE4tfQ4yHJWcSFqQbhLifrXtqDfU
e+IKvDm5jvTKohAqekaLh/ZfPiCO3VaNw63S5LDUtLsUkzSVApVzplYXmHS40uBsRFLkJkdc
lS0X6NvUaBw0Prfyvn5KypCoPcqSlUSim2kIDYDq1LcKFGxuTvqUn2pJ6wg43G6nUUZa8Otb
s+F8/wAALMXH2bbdrFApLWuRRfXlOlkp7tx4d4WixYa3JzlC4k7ekYzlcrNs59IZgp9W+VOv
gNIsjdFWZTc3TNy188NpJKichSnr5wW9ij7pcRu5lJsSuiTp6EDVaGySfPw89YKHZEouINET
Q3ikVHSU0OXb0V3bqQoXuTqdD7Ya3ubK64Q97aRkOo5KTyIaaaBRLBF1X7qba7HaD5cFaY2M
YLtjt3D5J9kZ8yVQbmGHHGXm02aKVkW/raEpImyt3XZpWQxvAEjfZ01FlYkvxXxawCmXm2su
xSuVQT90Q7sJoXag+acCeS9g53n/AAWcON9fnMQcRpB+fdS+8inIQvKLBIKlKtbp/TElTU7K
dm6wZLKtq3A4g0DPqi/vVNyqc8zZCdVqAT4amHaozBvOsnSap0zX8cMyks+htiSZLZCx3bq1
Ps6fCOa0k3T97XVMojbo0f5ouelESRbmVSXpi+Sp5/MolsWsLhPgLXN9dYUNgmjo3NzAvldS
/FUkum4Ew9UngFo+eGVurFrZVtFOltALWA9kFLrqcq6YQUsbznnn4hOkyhmcwOZNKwsya1Mk
6HuOJzDX2kwmRuyntQSbstIAM9zLwOYVcU6aWiSYQpICsvdPgRoR9kGUNG8gAJ7nQmZpBcAJ
BRewGtx/SI5PpbPjurk4NzTNb4eTFGUrLNUZ1eZB3LThukj36RD1V45N7mtL2ZkZWYd0B9qI
nydofNSmpyqpeqlKwAl5OdJGwOxFvaDCkLt6PuRsTh6Gp7HAH4H3hNMtLlqYcWNcqgoeX9dY
XJyUQ0WzCt+kobdp0um/dJStNxt42ho85EKchNngq5aK4BR3pXWwIXr1iGfrdWMm7LckiShJ
npvTvKVf236Qe+QTfQWUXxGwJkSwc1y3vC8RIum8tjmqjxlTs0rMtJRkDktcW8QSP5oko3cV
Xq2PpGOasTrddpOLKtILI5C3eYpsjRwezbrEs1xWSuvG8tUkZw0+9hxmoypTJzzDapvIE2Ln
K7wKQdiR4bwawIT9tLII+lGRA3vIro32f66Z7G1Fmy4L1CULbhGxJSFW99hAw9VxbzUtiTA+
lL9bWd+PNbgeZLlCw20BYKc+k06XKj9oESUclnSLOTDeaPlY+4XHvUQxbS3pV5h6RX6PNtn0
mWet6iwoEfbv5GHzZAYrOzGhTeONzJju5EZjzKtzDVfYxJgRE4AGZtBCJuXvqy4NSn2HcHqI
z2qhdTTmM5g6HmFodPI2aIPGuhHIq/8ABMr6JguXc05ryi4T4A6D7IrVQ68ilCBYN5KSYinR
TsMuSzagiYeZKnDb1UW0HvgY253UfKekdu8B6qVYCp7LHDySdSkc1xu6iekPgBe6PVuPSbvB
Ms/KtSeMZ9KW+WmYXnT0BULX+I1hF7etdOYXl0IaeCi9aB+dZY2uSlY+6Ds0SY1Pd8VIaZIu
qo8uldwMmvvhQAlIyuDSmh6VlRNuhciytYWcyi2Lk33hWx5psHtIus34AQ1McK/RkqzK+kSs
e3aHeMsd9PJ4WFvBNcAe1tGQDmHEnx0VPPyz68GTKWUKExTqqtCkgbpWL/ZliwROa1zXHRzf
RRUzHEyNA9l1/O4VlcPqS01w0XWVtj0yozDiAs6lDSDaw9p1PsiMrXk1AZfIAHzUjhsRe0yE
aGw8s0kxdTUIw0t8KIWzZQPXeBgkJksntVA1sBK0xhGWlZioSjq0JdbDCCm+oIyC0V4gCqcH
cCVNse/83RlnED0zU9xOnC8nh9709iV9JcaPJbAAWpVtDpr74eTGnay5GaaUT658wDSd2+fJ
UvKVpUnS0yDzHpMsm+VxpWVSetrHeIlr22zUtNQyGcyxm19QUin3Ez7IZlVrQXBblhF3D+Ag
u/unJLRQPB6+SU0ulS9MkeclvKFH6RSdS4R0zdfuhtI9zzdxSp3Qd1mqcHqk9N1Fvu98gpQ2
jwSkkJHwgjGmV26u3GxR3/GaJkqAhvDHp8ytHzjOXeecf0UVHYHyA0AgHve5+6NAmFOGPB3r
gn8e5ND1OYm5VbLyG3X2/wBIwBv5p6wO+5hu1LjeY7cJz9xHjdPlBqz8s0ij1J9bkmTaUfWe
80eiSeohwZelsTk71ROhEJLmDqnUcu75eSlEjOzMriZElPEF5JKpV3/bkfWT7QPjCtgRvtGY
1+aTcSw7rvZdoeR5fJWlR2m2VOPod7qh6ttuu8S1OGDrXUJXOc+zbeKeXFI5LqhbVJJ+EODY
OuFGsDiQE2voKsKMXuVIaTf4RHfUCdt/WOtzWWMFTa2e3at1J+jmpJ9Do21SQRDi9qUgp5MC
6Qdy2JKPek0dxShmzFQ18jEeetDnxBSEjejlAHYoY4kTNGflb6JmVfaIZQZ0x7MlNOFnhx4g
It99+nOyNZYa5hlyErSTYLQpNiPjaG8T3RkOCYGMSMMd8xmPAqPLnZirV+fq02lLanVpbZQg
6IQgWA+JJhzNKZLdgR442sAaDdJuTnqHmcv3Whlfqp3oSolNTvznxLecZF2GXENtXP1UaX9+
sSlujhCZWIFirOoM7yxOAkX5ByX2JvDaM5okzLkd6iuMK7I4fwyzOT4HImp1mSBJ0zOqyg/j
DuNhe7JK5hjnD6ov4DVMUmsIl3sxBWEFCST0T/PB2tF0zybpokjc3aa0AOZJ1iWZHduSi5JD
dCbnViqtOnUIWDaFmt5pFxPBY+7c9RU7iDhJT0LBZBnH1AHqQ2AYlMMzDiphjR9Hce0eixDO
uy5fl0KQFLSoFKrbDreJ/MJs52VlCqgn0TEb6gAELcJFtNDrCrTcKXpKp4m6N5uDonSWm7Ia
dAzPSy83hdJ0hpVAPi7virLICYr8sx8Vp3Bap52blkqpjdVp8xkU8NEG+W+Y3088w31jPZ42
h2RspSmEwIc2xHb+M/K91elYlpD5jp7zLSpOZYfCMl9QFjUnxGxiLaTv2U44N6OxFiPiufnG
N9Su0LXmFEhEmy0ygE/rIz/dli84c3+Sg81Q8RNqt3YB7xdVDkvItXOpRmMTYVf1RlKl20uO
zStSDYE9PZCDznZTdGxrWGQqJ4wQFyBeSBy0bpJvcbiB0aoivG+3fSaQWUyreSwISLDwhuBx
WgYduiIAcApNLOvAIu5ludiN4PwVgY+QZbxUilTzh/f2QJ0Iy6/bCbiRwUpGQ7WQhSOXMsJb
Kl5NyLBVhDc7yl2yQlm7vLJmLJo1HGlUfuFoU+pLZv8AVSbA/ZDsaLzPik/0mvlk1BJt3DIJ
upTCUVFC1eoy2pavhpAphA3r35JrwxUXBTMRzyXguZEw29YbqSSoKPs6fCBa62SCKQhj3Xzu
D6qSSU4j8rvQ5k5pN4XA6FtxNlAQKcQyBs4DvZPodVMa+0qe7KVUlXiHJ2lZW3NNczLgsr3o
N/fBCp6oBfhRa7VmXkfkq64bzi3nK3THHytS2EvtpUbk5DY2+MJ3zCg6C7myR9l/LVCYlwuo
1Ji9uRMKI6aK1++8Kpqxl79ieZQcuVSybkAEnXeOT6LJu6VL+CM+ml9qCVpzq7ylYlHpRxJV
bvWzI+0fbEZXtJpy4ajNWzY2URY8IXaSNc3x1Hor8xlILkaolK0nKzMHvb6K1/r7YaUjw8X5
q+4/Tuic3LJpI880mlKUl95l4asqSULKR47Q8JsVWmxB2amVIaclpVtlR7zCiAbaKT4wi6xK
dRgtA7FcFMs7TkPjRKmug0vERILGynmuu26iU5UphnFbbSe6zodNzbQw4a0Fl00DiZM0pqqQ
5LtuDUoXcpHgYBmRsuJvkq5xW0FNyqhqF5myT4kXEPYuKjJxew5rD+PaYiV4pyrjxLDEw+lt
022GYC/uBiWaeqCstrIQ2sDXZAkLRNDw+zMM4sWgpW1LuM02VO4Vcd8jwsIQIc0sB4ZlX+mb
HMyYgZPO4PutGZUu4BV4UziJP0Va8qqLVWyjXXlXsfsIhdrt1zXBVqAiohkh+zceFsvRdS3K
rIy+JqbSy8FvJluYnXQFWoHwMSYjkAe+2V1nUU8b6hsY1Dc+/kk9eyz+IaTKJuUrKgvySBcw
h0pbTuKkGQNNUO6/kiaIw/h3iKwjUS9QSGXT0Xf1D7QdPYTDKciqoyT7Tc/mpmGI09ZucHfj
+C23h5tpnDjLr/cbatmsNwBe0UGQXkspZ790F3eozXZtU6J2ZUdHNAPAXsBDxoAsm8TbEDtV
z4SITgiUbtYoTqIO03KTqf1ibMSSwW8p4DvoAWn3f1+2AdqlIHWaq9qqkOTdOcBOVSlW94Ec
29k5t+kt2fFWPKtJTT2UgWATDhoUXIbvKZnpZBm3T4rJ+2F8lH2csZ8LnHDW3JROiFsDMD4i
JjFAHXJ4Ee9R+HXiljtxDmnwzHkb+aWVWQ+b6lxGlpdoKWX2XGhbZRQkk/aYjYpC8RNOguPI
2Vnkj/WvGpaD7j8laAo0tRcJ0aist2RKyiQu+6lq7yj8TDCSVz6p7j3eSkKKMNpW245+arjH
PJYwdN8wG6klKQOptEjS2dKAkq6zYiSFamBn5yQ4W4bdfJVNrprO+5JFk/ZaIStkH0x5HP4J
9hkN8MYHcL+VyoxUp2u1uvPT0lMKlKel0oafyguP2Niu52STewHS0KB0UQ3nC7j7v4o5ZU1f
UjO4wcuPig8uotzCXXqouZcG4eaSsHytCDpw8+yE7bhxYMpnjuPwN1J6CxO1Wtll3lMSSEZn
y0yGyseFx4wl1XaBJzukpmXc8u5Xt8ANFK52bpUyFSTVRkklAtk5oGQDp4Qm6nlfmFDxzmN+
86+fYVXNTqVFbqFpOtcqaZVdLqGlZAryXa0OY6d7M2kXUt9I327sjDY8vlqldBxBPP1NNJr8
z84Sc1pJzSiDkX0F/AwMse+03FnD3/jgmrmimInp3XYdfx6oupNOSVdUyoKSpAu0tO9uo933
QwHWZvDxUkQ2dgB8O/khpUKhKKJsp5PrW+sPH2wg5u7mEEEjjdjtQpDTnfnajrpz7lqjK2cl
Xr97TY+7Y+UOInkZ8kV8bbdGfZOn49FOKXiXKhhhyUeC7WmVgd1k7a/fDxr2Ru1y4KPdDM8a
Xt71LWpsidXLrX3Fjum/Qw4bJnYpu+EWEjU5KcvSX0E3ATb4CDXysmjGfpQFmzBVJSrtA13E
Dxys07Oygg6lbhBP2AD3whLKehYwcfgpXowJnN4j4rV8kwuXozCXBZxd1LT4FXSDkbrQFESv
D5iRp8lD6cMuLZuUUO6TmSD4jQxFUZtvxlTs+dK14TtUZUKwNOgAdxwi38H+iBLbQE8nKJY7
+UDtVZS7mWhcy+gf1v4XhLU+CeHK9kpQsfO+UK2A++EgMgldHFV5h9RVipbaVAKUFE3NtjeJ
ifONN3W38+anxn5WmSMzUJ6YErIysqp6YdXoEIGpUYZRNL3ADUoS1xIAF1zh4uca/wB0riJK
rpqn6XQaUpQlWnO+l4hX6ZxNwMx6AbDrFvp6dsLbOzupymp307HPewF2dtMhyN73HNW5w44t
uzaZCgVeYFRlFLS1L1NwZHUZ78sOi5CgSCnMCLaXENZoBvbwFj8khX4SI4HVVI47gs5zCBdo
dxaRYOaDqCAQMwSr+CimbTfoYVgdks/lbZKVJyqVr6vUe2FrZpMG4XOTtSYmXXO1lLUUrJk8
OUZptXhzXRzV++xbHuidoo9yK/MqZbdtO3tzWbnJkuTC3suyTlvEompFymKpzIelQV/pRlJP
j00jgLIN4tItqERSn0qmFS7l7kG+vrJvt7b6wLm77S3mD+PNXqlmbNGtUcO6y6uiSbrN1plX
eSpkC5U39Wx8ReM8qWhpJPFTVIXObYag/gK96rMOpkZK4zNrI71731uPsJEQbN0kkFT7w4MC
5+8c5lP9kXikNgBXpgSqx/UYQmL5h4tSM/HFZ7i7v5U4D8WAVZoWlyncwa5GwAfdErewuoWI
b+SXUkh1hOcAMpOZfidQBDdWMWawA6BR3HskuWkagkE2SAtF/Ai/9ECCXMUZiMW4xw8Uw0pb
a2G1ZcyS2MvmLQmFeMLLehDgL5BSZp1KUpSWjYdbQZWRrwB7KdJV5kud5gq/n84KSlWvF8mo
yvVqWpmDZqaZYQ26lohJP6x0SPibwlZxOaY4tWfRqB8gyNsu85BZhWFLcBVrY7neF15+OZSu
aUafw1rNQVbO8gMskn6y+6PszGE3HMBSMbejpJJT3DvOXoCVV9JqC6fU0TARzGrZHmyfXSdx
Ag2KhAd03Utbm25yWVNSL2dVPOoV3VqZB0WE+QGvshTXRLajeB0U0xFiYU+j1OnLbUHK3SGl
5U2KUrKSgqNvFIHwEcclN1VUWsLLZva2/Yf8rKtMKz7lC4iUiddBbaW5y3Co6FC+6r74RIuL
KKpJvo9S2Thx7jkVPJxtUnxEqTCFfRuoStF+o84UBuE6mb0NU5o0+CcAVFtS03BSnbxgUqL8
Ews1aYw/xFoleZVlMlOoeBTuQFAqHwvCUjOkjLTxRKOrdQ4hFVN+o4Hy1911uuv1amYpbSmW
u2JyUCpdwnuuaZkqB9hEVuCOSn6x0XoasrKXF2mJuRcLtPA2zB8U04Smkofcpc7dEwNuZobj
cRJydZocFSILxvMUgsVY4lUJsUgEDwhre6fkBTHDy70eYl1HvNqukDqDDWZvWDk6id1LFQSt
Es4iK03SpDv2Q4j9myauNnXR5m1B7l5b59LQNkBcd6yjeJCHKApxKbqacCrQrH7SaynIFZU4
z0pLlFaqTVhY3uNAFJP4gxJRHIhULGo7ESBSKQ4i0LCXZppzkv6RPVx5tL93LJQH1Cx81n7B
aFw0Zuccyiz4mIqCOGnFjaxPG5zNh8VA+CeIppvj0zOTL5K6rMKE0dgorOv22+EFcLsUdhL9
yqDTo7/NdveHOCncU8G57Fkw84urtJDEinNuWU3ObxuLARJmsAcyPhYXUDJRNpd94HWc5x7g
D8fgnbDWao4y9JW2oJl5YoAV1Wo6/dEdW/o4ty+pUxRMEhdL2AD1KmTVNVVOIdAlEJulqY57
pI9VKdT90RbXiOB5PHJSTxeoa/g0E/L3rUqkH9zB1aO6AoKUfK8VgAGZIvyDVCKkoCmqvokE
fC8OjqnEWcgursw87yZVto+qWwU/CEGnrWSE4ue5Lqo2HWUq36Ee2FnJKIgEgqn6k0tmmFu2
cyz5y38L3H2GBGZUje5aVacoc1JYPi2DC4UVKLSEJndcAmnBlvZR++AuiiMEXVAcPcCTFBqj
r00oElIAFuo3IherrWVTuqO1JU9E+Bwub2+OSbgGZ/j1iiUXYs+kstL02ugCGrOo1juZd6qZ
1L2fst+IViYkS2muzeRWVLNkZvYIjYnkuJPElTEDC2mb3KoavS2q/X2GJ4uNUphzvNt+vMOW
vlHklJuT4m0SzZjELt1UbOwzvDeCtFgqcpvLSnkjlhtlA05aLZUgewRAvBc65zuc1PxR9HT9
GBZRLF2N6PhEStIblkzc4EBSmUkJSwjYFR8T0HviXpqV8/WOib1lcygaGN9ojyHM/BQCs4kR
WHmm6EtV3EZ31taJZTb1R5+JhyKXorl/D3qJfXfSQN03J17FJKbXFzHDOVl2FKC3/wC+V31W
BoE38OsN5oxHJYd6WpT0rd52dsh800zs1TpGWS5PPoaFr5VGxV7BuYMxjnaJ9vjTiq/ncXvL
S4KfTkpZ2C3rk+20PxAOKUbFO7O4b2WukUljB+SWy64AQlYU9LDRKjf1mz0PlB+gacuHvH8F
HTtnhYXOtc68nDkeR5FaUbr2Hsa4ek5inTQROPN3aCu6VKG4B8R4bxCTUr4JTu6jUdnPtCYU
9UGsHSDqE2vwvyPIqEy8/UpCvutTDeeYYJTY93Ok9D/PCbmRuj3uB9VJyCbfu3MjTu+Kk8vO
FuZlKzKgtpadBdRuUpOigfdrDFgDJd06FL9IZ4CbWc3O3aPmLq65IsuSRW0BkdGYkDQ3hKS4
dYpYO4pK9NpU0060Sl2VUG3R4jYKh44EMa9IMA33RnvHyUqlHkPywP1Xe6seBtvDoODhfmo1
7Sx9+XoqglmE07iLX8OOEsvTLonJRw/4Q6Kt7iIRcSAHfZKdT5Th/wBWQeRGR+a0g08mZpTM
wk+ugH2G2ohy4hzTZV7dLXbpUXqDKJCutVHNZIeCVX2sqIF14qje5lTcLzLAYuz0T5YPSdQl
SMyHUc1HtG4+ESNiQ9n2hvDvGvuUVfdka/wVQIbCXqhTFkcyXmUJVboFpzJMIiMhm+pFz271
xolTzXIrC3hbKloZgk9fKG7RcIxeCLg3VVUdZ/KhxINlZV2v1trEjUD9EEductu9QLtI4mqG
HOyvPKkilt2pTrEoXlm4aTcrPtvktDnDmB0975gFPKdjunucgPiuX8vOOz1TVJyqkzj6vXaY
NyoE/qjziy9FWuzDvd/BWRtVgbSInOBccs32v2ai57Bn2KfJViDDEvzalhOblCw2lZddbeaK
QCchuFWte/SCFlYHWc/Xs1Uk2GgdEHxw3FrXDgcuwg3sF0jwtVnq3w2w7WH0pS7PU1mYUUbE
qQCSPKI6LqyFqxeVrd3qm4581LU5nmcye8S3c+7eHhPFM2jguRnGWd9P7YvEx2VdD6V1osJU
k3vy20II9xSR7otNOLQtUs+zmstwAUQebSmnBlAspI2A9YwvxRONlGqvLplJIh26ph8hKU9U
Aak/bHF1hdKtgdJIIhqUwsZkVJt5u6gk62uL++EhNmDZW2lo3U1xe4VmYUxq7Qq2rKeXLOFJ
XmBNjfW28V6spRMSWhSLDNG/eAy7Px81p+lY/o1Vw6zLv12VS4w+lSOYsA230vvFPNFURS33
DZWP6ZAYrOJHeD8linibNIqXGbGM8FJWFVRzKpOotlTtF7pAWUzAeSz2ucJZ5HDn8lDJWycG
qX1KrDTeHbjkkqNg3d7kpDhmWEwVoUo5QQojqT7ekJvO6MlI0kYqHu3j1UzYsUuek6kHQlXL
aLYFvWSE7n7YM0WFkzmc+Vrg7Pgq5oLi04fkAggpDI/mhFT+EdIKWMtOVlN2HZoMDKUlJHUa
GOV5j6fdFj6qQyBUUZ5gEHyRoITd2KWiDgOvdVpxPqTS0UymsE5XCX3LC3dByp+25g7L8VmO
19W15jp2HI9Y+g+KqZLRXlbFyp1QQLb6wqswDSTYcUZxDcRJ4JoVMR3S6+uYUL65UJ5aftKo
RvdxUpX2ipYohxJd4Dqj4qpmcy1EgFYGpgyryUBopWANibXJtaOXJ3lJd01FtahmaToFHUC2
0GsboQM19X8nLYSlW1zttHFC7VWFU32FP4TmkOcxb9OAdPiehgG3uVM1T2OMLm67oB8E5FKk
NpIO+p6CDo+iitclVO0tsAAkrKgBubCOUdM0hoTxw5xpMymJpak1qsON0xLIZp4eUoplyV3s
D9UXJ+MNZAS3IKYwirbFPuSvsCLA8jfLuC2iaY/MS0opYUmfABlnymxV5E+cQzZmtcSNFtkl
DJUQtjk9u3VPw8U50WvuF52XnkKbdCsiwvQpUIdmMOF2qrCSSNxZILEZFTqnTRTNhxk3I0KQ
ekN3sysU8Y8HMJsxM1eaS4jZxOp6G0Ej5IJOaZ5BfOqMqlV8+cD4dIUOQSbTdwSartkemS6r
pSokp02vB2Wuk3gltlS2M6aJ/h5U5daMy2mw4m3kMqvs+6H7DZwVexKLpKV3ZmsYTTsw5T5R
t9xS0S6i2hKjogeA98OlmqlGFJ00nFNPnELyht8Kv7CDf7IPwTumf0c7Xdo9V+n3hAtg9knh
5MMoShLkqsulAHfVzDcnxJFohgcypvGGk17mnSw9FBaLJJkcV1KWtZfpLh9wUR91od1ri8gp
vh+VIArJ4eSSJziXU0rSCRKBCNNRdQiEqnFsTe9PvqP8PcrqYunBNZlXdS2k21/aiLA/TApn
IbxtPaFXk8pEzT3WL2P1TeHVk6ZcODirIwlVkzmHGUh4KmZfurST3gBDZwLXXRZss+asNsB+
QCzZQIva0OG5i6YHIqr8TsiWnplATdJSCD7bwIFipCN28wXU4p5BocqU7FpNr+yFQmUw/SlN
Trd5lw5frHp5wRcL2Gai8kX5enuTE4tK3C2pQSkWAHQe2IreAbcBSu4el3RmLrO2DlOTnFnH
JKi4+JpEwpXTRdvsiSmO5TQu7/ekm2+nyx82j3WVq18OCqSiVKH53MKWR1UEjMr7oi4AbE9i
npXNZEGjuTRLSSTVlKT3uUMqlW2J7yveSYWe/db3o1NHd1+KkTTRNVl8xsB0hKM7ykXjrCyz
rV6F88Y+rdSnFF5MzUHCgdClJyj3AJAiztqRFE1jeAVUraXpsQkecxcAeAA+acJtiXoeCDLs
JSJ6fBQkgfo2hopXv9Ue+GsbnVE13aBLw07Wnd4cfkoxK16alcPimS6bPtkobctolJ2IHj09
0OHRB8m85PIqfo95l8tR4/JNS5EuIU5MrU8+bnOtZVbzvCpdfRO2hsdgzIKNupfl31JCyUjQ
AdY7eyTvqJG5ldSpJTYq3HjBt4I7mtcLHin7BE2adiY0WafUKTUnLNKzWVLTH1VA9L7e2Cz7
0kd2+23MH1CrUlOyjmLiLxSZOHoVohPOqtGLsyjNXaYrlTelvSGyO6577WPmIgS6N1pGjquy
I5H5cQjxskpnmmJ06zDzHI92h7LKL4YxE5N4jncPVWXRJvPJUJdSFEhfl5G0Enp2iISxnTUI
jKl7ardkGvLj2FX5gWbdfwSll/8ATSzimVH2GGdTYvDh9YXTyNu7dvJLZhHIqzg2Q/mSQet9
R90LMPSQ7vL4JVwAeHlP2HZgTMk4hK7uNnUX1H9TCLN5rrJjVENcotjeSWuakqvLDLPyjmZC
h1trb745z7SX55FP4oxPTOhPeOwqzcKVNFRwmhxo9xaQtIB2B3HuMLC7QWngqw879n8dD3hK
cQsCcwhOJSoJXyCpP75OoiPqRdlx+LJ7Rv3Kht9L+qgi8et0ilycxOrCJgtkIaT3nHtNQE9P
adBHMnka4ObwT6qo2AkNzv7lDMHPflLxXxAJ9K5FM9ldsXrBJTohF/G3v3h615yAOXBIzgQR
A7t+atefwypNIWmRbCJxCDZpSyUP6eJ2VBbB5scio4OYXa2HPl39nbqs30x5aONNFpqkllc1
OOsONuaKT3FafGHs0ZdTOtwTh7+ilBdkQVn3tx4nkqZwMoWCA4XKvPvonHW29VMsMFQLh8lL
UEj2Hwh9gzC4mTlklayUBu6PregsVzAozL6WVTDTimJhCwpDjK8qk7dYue+WiyJRYdSV0LhU
MDweBsR32IPmM/VXw3iHEWKeHyaPM1+rFLQU0bzHeItom/hqfiYi3P6KXeHxyV6w3ZXA20ri
2NwsSbXuL21Gt9OOmoW9eBGIpfEXZZwy0zlTNUZkUyabH1VNCyT70FJ+MQ9a009YTwdmsoga
Cx0X2T7jmD8PBWPi3EqcJcDsWYoURel016Ybv1WlJyD+OUCHUH6VwHakBHeUNPFcgaMl51hd
Un3S9NzC1OOOLPeccUSVqPmVExcBkLJ66w0T0ygPzLd7AZtPO0chiF3gKI4qsa7LpKteUogH
99CbvYUrRX+m3GgBUeaZc5g3AUd99YbEK0Ne0uspHK01zczCSrSyVN/zwmSpVsdhqQnRuSni
6B9GfC7W0JlwsnjInn63oq7xChaa3VgtWZZnF3JFr2SIUbwVEr27s8g7T6KNl4pwyEBWUlRy
/wA8dqU3a/o6XLUqX4ZqMvT2ZeWcCi48QSoHa5skH3a++E3gkXTyknEO7GB395+QSDFCDLy0
8q1s4XcX3tpBmm5IScrdxpPO6rSj2ZlJVCUpCQyAE+GkJEKxYW90cbG5W3QrAklyyme8+GyA
NPCCOvwWgwzQEZmyk8mzLuC3pSlg20I8YQJIUq00xyDib/jms34wn01XibUlsAejMuchiw0y
N92/vNz74eMFmhec8bq212KyyN9kHdb91uQ+aQ05q9cbVlzpYbLlv2thB1FQi0m9y9VCeI80
XuIy5fUokpRuXGt9cuZX2qhEc0OJOvVbn2QB5DP3qOyy0y8l3UZlq3KusHvZRCXy1PbmHs6s
wH1kg6EwayMBdPxYbbY5aTddtugMGR7ACyRUrDr+Jcd0+j5uXzVlT7gOjTKRdavhCMjgxt0+
oKN1dVthBsDmTyAzJ8ApdiEyczxKakaS1y6dTmciAfKBjDt3rapetdDLWEU4sxuQ7gnhtrmS
We2UhOhP3QYnNOmR7zbpgrSFJTKcq4KXRf4HSDJhU5EKv6vJpZqQdbBTLvjMnwSrqIKVGuAB
W0ezZjuYxDhyo4Qrz3pU7SEomKc84q6yyVZFIJ62ukj2xVsSi6N4lZ9bI/AreNiMTfVU0lFO
bmKzm31sTYjuBsVfeLKO01WZeotJypnEWcKf1hofw+MJ0E5LCw6t+Ks20VEG1LZgMpBn3jI/
NIKfMLlHW1WGUaLSDfSJ14DgqE0uYUsqUwh6llClFWVYKFW8dxDQstmlg++SaaRriFgakhy5
08IB2iOwdbzSivKSZoKIyqWLE22gYwheQVW1RlufKzCE6jKRrsR4Q9CjpG7zSCsMV2WMtPz7
JQQluYVYX6X0h+VkrxuuIXrCTykgWy6a2udYFEX6Nuxvi78tPk1MMzilZpmmTzkk9c7KSlN/
5/fEJKNyUhWuud03Qz/bZ7wbFWApnLxTngBYKBXa3ii/3xz3b8YKQp27kRH41VhcM2VJx3PT
KE37qUK+N4jao3YAnJ9jvVl1gJSKy0FFKiv1R1ENA03DkwYQ5gB5pBheiomZwoeaS+4tWyxf
KIVJKlN5rI7p/r+F0YUmZfEtLJ5TZCJ9i2hSrQqEKbvVsUzbOJbscLXUxp8yhUkkhzM2pGZJ
8RCLE0eDbPUKIY3aC6Y28n1grKSPCFRa6ViyNk6UV7PheRVv9CAdfDSAJSkrbvKVqlVKcUcp
1N9oLdNclDKrLrS0pI0CSEC3gN4gJXbuSslJu9LzFvVUJwfkVqxrjGozJN5n0lpF/wBh/wDp
iZr3D6FG0cA0+4qJYP51kd+04einrj6apxinJYXU3SaEVW/bcdSD/ki3vhCL+iF/a0eVz6p9
PJerjj5hx+AT5hSjO1RDhBUlBcLsy8rYFWyE+wQ2l65DRwUg2oEALjqeCSYkqtOpKlJprwm5
p9amJZKVBXeSO8o+CR9p0hdke6Oy106bVtFgRd/LvVVvM+j8qWuEqT66zoE9VKJ8hcwO/frJ
N7SwWOvxKreaqqanVlVAgpl1d2WQfqtJ0T9mvtMWSCPoogDrqe9IwgvjuOP49+qIVLurUZlu
Xv3blKdFW6Qs4XKF0oDd2+f4yRKngZdw2KVo9ZBFiDDUtLTmlI5BIow+fzhSuh+wRyck3SR9
hbTnNCQUqFwbaRyNfiEnebdVI5mTypltSXWljSy0m4hTe3c+SazRCoiMbuK1RS6kw7han4uQ
2pUvPU3LMtpGoO9vaFAxXJGtilfET1SQR6j1UfG6WopmuteSO/jwKrnGEqhDFOxjRHeaznS6
laBb1T18DuCIewh0bzTycfjy702ncyspunjFnDIjiCPl6K2cN4pFGrKJedYPzVUXQ/LziNUp
KwDZXgPOI3o21Ee5ez2ZJ26R7Im1IF43AXtwPb+PJWhXhmpKJxo35RDmnlr914Sp3bjw0p3b
faQOKIwzNFvFIQDZL6TfzNriDPyA7F1c0Ppw/lb3p1xO2ESEwVC6AUqI8r6w1l/WWSdI89Hf
imnA0w7Q8UT2Hn1Eyj6DMSCid0n1k+6HW+HRB3FQ9VHu1Rc32X59x4+afMS4maoWG6hOzHea
ZSbAdVHQD3mIu5kO4nDGWs5ZUmZ2pT2IJd1x5XpE2sLKUaEJ3Cb/AFUgeGuvjDwBjBbkpwB0
guVfOGaOyzIy4aZStYSXOvr73uf9cRsji9+8lnubDFuk2CtxmpzDdHbmJu3dTZ3MfVt1vD5t
SOjFxmqdJHGHu3Tl7lmvFuIaDU+0XhiqUkS8yqXbD83My7iVpX+cJa0t1AULxLASupHNeCCc
s+42SQqBKxrGkOAv7rZetlzN7auJHar24KzIlt8MUqnS0qjM0QCMpWVDxSVLOuxtFmwpjWUQ
7U8rWS77Bum26D53N/xyWZaEh515SWynW5Sk6BSSdCPK/WJl5ACd4XrcHO/mO3u9yvzAcoWa
etSkqIQVOqJTcDpaIae5eAtkw+VkNHKLcCe7JaE7NdTXSOIFew66lSWKvLpmGUpGjbzI7wIG
10q38oDFWh8IfxafcVgm64VVwLgix7OIJ94vzVjdqmr/ADR2N6hIpVy11iqS0kPNOfmr+xuC
4V1nX5IpZaVzuQ9clzs9JSupsyDBsyw0M3mYt6Q1KkUpkTMF0gm3daSPE9YKdE6hIBuq/rbp
msYzKEpBSyQ0k+Y1P2mEpPZClcKbvSvdyyRKmZlBSOYDlIIBTtDe6tfQhSGn1acILU2xLvpA
sFLbIIHjeE3BO4jKzLey7rqTyDUlMupLag14hLxAvDZ1wn7DvDK3lZU5i1QbxLVsuqfTXOt/
qiHLfZCoVcT07yftFQpk+lLlpe9hm39v8whRRYO9Zp0CeGl2Eu6gWUXswA6gaCAcMkswm4Ke
OIigjDbj6LXUFpCjtci4/GGsbuu4KUxDq0wcO35qAUmQcXJ01RcSUOsjKSN9NftgbBS1DMGR
xucLiw9FPGcITS0ocEywUqSCCArQWgLhWfep3gHP8eKTVth3CuG5qdXOJWpDClISlJAKzon7
SI4AOULiFf8AQ4nGIWNsvHJZ4lWrr5iiSVG+Y9fM+0wssmaFKaFLAfnLncS89dRI+ogXP3QB
NgVK0bAXtLtCb+AzKoepzRq2LqhO2UovzK3B7L6fZaCaZKAlf0sjnniSUqlWC4pKVmxSNbQc
aJJSmUbSXUsjQKT16QZKtHBCfaWym50BNgSd45CRZSPCDvzfQMU10pyrCUSDBVpe/fcA+CRD
dw3pAOWam6J/0ahmm4uswd3tO9Ak1Eknn56YmV3u4bqJ+JhfRNKSF0jyVKg2LqYItm9X29IT
KnAz/d80yVFkpmUJOq9b+228HGiiahha+x1UKq4bUGyCC2tdnGt8i/ERxUTJbUKdcB6iKP2o
ZJhbmRcy05LtgfXKrKCR7bRG1rA+A34Zq57JTuhxlrRq8Fo7TqB42W1JmtTtQdqDcwpam0hX
ozY2QQq23jaIyKJke6W+PktTqZ56lrzLe/DszSKm1IKR6I4CHE6i/URMAHVVMu4JzWsmX5ZJ
KgemukIvCMwEodGuivh0kd1tdz5hJhs/2bJ2LAE9i8nlCYqDqv1FW2vpB25BBlY3UYnmktzQ
CfVV794ct9lNXEErF/EKnGW4iVGXGzl1JtpEgMwsvr49yqcFEGCoyzN9NBv5QKjV3n+T8Q9T
/kxlzAOZVWxlNBgb2CUoQT9hiGqCOlceQVnlbelpGc2uJ7i8/Jatm2Ut8Y0IIIDo5YPiCiw+
+GUZvCERmbHjvU64ZyjhrFScsDYoSfcYbTi4CVe8CO6kFRn0KrlQUFAFbqk5b9IKbNCZU9y1
qkeB374wUi4Kcl9ut4IHAuyT6Rv6E+CtWsS6JvDU5LuAKQtsgi28LkmyiW3DslV1CmlowsiW
dV9NLEsKF9dDofhDM3DyFJ2Djvc031xbsxTFIK7pFv5oWaUfdAzTthlwu4UlL65SU/AwBOaN
KOtdTPkot6pgbqMuqMm+JGDH6+xSmp+6F2u8UEJBPQ3iGbh9VJ1inba1sIBsc/x/mohghtDW
JnW5a3InDOZLePOP3jWHUrS+ENOoDUs6Ronc4aFx9Bmn6k05bPaoxJT1DSYpCFC40Iui323g
8eeHPA4O+JSEr3CshedN0+nzU9q6Th7ACadKqyLm5lwrWNDk6i/vA9kRzXl0VzqVO0rBNO6R
2gtZVezR5f8AKNc2E5nlI1WrQIAH2CDdK4R7vBTroo2O6Y66KrMYVGVFOfaknuY5UFKbSb/4
AH6Rf8I90eV4lKSFzpRvaDP5D4qJc4VD91v45/LvVdtS01PToZlE5U6ArtoPZFtiYPacm1VM
79XHkBqfgp/J0VUpTwA6FLJ18z5wLrlyhxGLZlNVYo7ypIzDaQHUixt9YeH80IPbcWKewl0b
gb5KvEBtbhaeBTc7+cMVP3IzTshDSpMNOIzIGnn7YIguQckifp7jLJdbPMZB9Ybj2woEIIOQ
U0whjacpFCaw+Zdp+SadWspdTfmIWb5L/Vsc2vmIZywMkzcNBb5FRjqeRk7pI3Wub+PG/MHV
PrtQkqLzKNMMKcw9VJnmyy7XDIdABHlZX3w0DXTtDb9dlx3jUJu8mnldPu9V9t4ciMigUOac
o2KWsK1B8u06daX6Eh43yOIOqEk9CNQIaSgSx9O32m2v2jt7kpC4UNSG36jyQRwvwPjoVdWG
a4idwxM0mZXmmqe96O8VfWQoXQr3g/ZCMzfZlGh9U7jAgnkp/sWI+6cx5ZjwRspOv0+WYnm0
ZnmWwrKT61ha0KObvEgqQfGJYCzv/gpjV5w1Dh87PJSUc+TKwkn1Yjz+sCiaewBH4zCLkwh6
RodRAAdaygHyUmxgLkBzUm8b+6T2FVzxvxLI03AzFEQ5/bOovJzBI/QshQzOK8PAQtQ0xkl3
zoEznlMQsFCKQpieUJqVs424ottuDW4Btv7oazkxv3XZKz07mviDm5haIpUjJPSLDc0yh8ZL
9646eUMwTvXaUxqnktPJZx44cPa1hTB0/iLD1enpbB8wlSqpJvVFSW2DYn1ifUVtboTbrFtw
2qfKRHMN48DbPuPaqnUU1NM8OZZjicxwPaBz5jxWBcPcZkYcnZtdDoj/AKVMSS2mTMzKeWhw
qSpLhAF7JKfV6+MW+WjM7bSOyBBy7OCkqXCpGTAuc0Djrn/FU9ihWJsS8Zp2s4mrz1Zqc4pJ
cmZ5wkqFrpCTslI1ASNANhBndGxtmNsAnlXTMoanox1W5EakG/G973/FlKqZw+enHkuMsoDy
ReXLEyi6b7ix6eUMTUln+SM2KJ5vvNB53tY876fPmrJpOHMTyNSk6G7Is01mYbW56e5MAp7p
HdCU9Tm0EI9PA4GRtyRbJTbqmsp6cQSOaGOBG9c3va+mQzF+w2OeSsrCSqzw0rc5OUlpuqKd
ARUVLaBC2wSoqCgdMpPQ+2EZHNqxaTLl3qD+g70zBG8kXzIIzB92XBRrtR8SKbijhLgumMyb
8pMS9acmZrmEZFZZYgBNt+8ryh/hlO6B7iTcJSvw+poYSZgOsQO3K+vD3lY/oYW5MzTyweYt
aQpV9STqfwizhVh3JTmWI9Pl9QRqsjw6D7jBSnMYsR5qr5peWtzmv0peUT7zeEZNFJ4Y5wmc
0FCanFIVkVY3GgJ3hsrWCQck6NLL4K78s2+sDrAG6dMLT7RsnNh2alyhTEy1mI8LkfGCkX1T
1rmNHVeqzxEovzcytKr55xYJHjaFG5ZKh4gd6VxH2io62SwVFKrKJKQfLaDqIvuhSGTlvSmc
qfWQ33R52JMEcVIws6Q2T1jSSVO8LF5R3lNNuDy0sfviPabSqbrIjJQeA+ShWHygYYZbVYuM
OCxPUWGg+2FnZFDQf0QNPBW5SEKNCYSpRUATpfUC8JFWGEfogFWXF5zLhcIJKUl5lNvHRRP4
QpGqljp/RjvHxVOtShEkVKNhkvr4QuqeG5XSuvzfzZwzqLrasixKolmhe1lubn+KDBHHMBP3
OEdLI4cg0eOvuCp2lspTTVuqF1OG1z4bQIVb4JzkMi2CpGpCiCIHVGCe2kWm0BScpAuAIG2a
WGqFVXw3TxnUCU3Vr4AQJQPIsn/0ZUvg3DlE2eW16XNDf6R03F/Ym0JN4lS8zbRxU44C573Z
+llMJCQEszMHLpk0tHEqxU1MImOJQ5OVLtVClDuIFzBCbBL0sW/NvHQZpunZFKphTpO97E+J
6xwdkmNRS9beKr2pSaPT05keuopVcdYWVSlZZ6Z6kzNUickK7TnlMzcs+hbbqTZSFpN0KHvE
Ec0OFjoUUGSB7ZozZzSCDyIzBW9cO1pjGOCaTiiRCUmdZS4+lFrNuk5XBbpZYv74rAvA4xHh
6cPcvSEUrMUo2V0eW+AT2OOTvJ2figVS7OLVONpyEKAUBpuNR8YmYHXjBVIrG2qXDtT4C53k
qBugaE/bHSWLbhEjBDrFOdMCS+8u5uEHTrqDDJyej2SkLzlq/NS+axKbg38hCw9m6TBFyFFa
otSCg3JAUQYcsTJ5sVm7i5J8nE1NnkjR1JSojrDth6qpOMx7s4dzCqA91CbJtZatL9Lwoqze
y/Rh2RaB+TfybPBenrZ5UzMSrlTfSRrnmHnFgnzyBMVqpfdziOatlS0xzRxn6kbW+JbvH3uz
V54jbKMeUqaQLLCkk2G9iIIw2jITeDN5CsvBrKZWpV8JGX84Kk+G1/xhJ4vZN5H/AKADvUZn
Gkpni+n1iolY8D5QWdts05pXdWykeCZ5LONClZsXG7J8yDe0NGixT6UXiIV/laHZa3rBSYda
hQGipWdT8342qLB0S+2HWwfHYwm4KWiNwUe1LKnqe6m+U5dL9TADJLutu3ThhFP9rpljXM1M
7e2Bdqm8nshT3lI6jX2xyjrrnvNUN4y8zNEBM62FNNDdQWTbLbbcQVs4BaBobHwT7ob3a76v
rZWHwtcUa/ROQpbrTE7MS5W5uVm5vp0veFJT+kz4tCQ3LRv5tcL8c7cFerkmhntAUibTq45S
35d5zqcpQsfjEJDJnMzgd0++ydvZ+giceDj7x/BSjElHbq1H5YVkfa77S76X6g+2AO624Omq
eUk/Quz0OqobEq5qiYQqiH0FmbeRyGs2/e3PsCbmCNZvSBp7/wAd6m55h0VwbhZykmH52dcm
psk5jlAvolCdEoHu38zF3hYGtCjGn6PH+073D8ZqeU6US1LBSUBN9BptEiNFGkkmyeVCyEo2
0uYTBzuh4L1YS5KLQoXC06+MEOZQXtoqhxFTTJ1nmJTlbc+sNr+ENpGXFwpeCfINdokVPczO
qYdNiR3SdxDRPXDdzGicc65d4tuAZFbjooR10Ft7NqZ5lHImwpHdRfMkiDDNKnrNzTs5U5qq
4Um5N66uQyFM2N7HNfSGroxE9rxrdIviEkb2HiDz1y7UuxFPtV+lu1aRVkmKXLImZXKoZlLQ
oFZt06iCthdTEHg428Cqw2UVTXRH2gD5hWfhubQ7xMnpppf0FRoTb/tINxEa9oFOY/susplr
+mninP1oyCrGlkqTTZJKxqWUFQPshMnrFTUJvCCphNoCOGCWjqPm9XTxuYjfrhQ0Ocju9IW3
1S+AKbluVBbIA94hbdvI4JuXdRp7FTPEOlUeZ4jSj1YkXatMiUfnFMXPLKU2S02rob2Uqx8o
lKcSCD9GbXsEWdzOnAcLgad9lU2G6RiGm0pmpSk8/SJVbxXNS6FFTaCtRUEoSbhIAsm8O5ms
kfuOAceF+z8XTeLdEfSi4zztlxWxMEKfeoEo1OzKnptLY5ylG/wirSMAlJCkJiGRDLVZL478
GcXYrpOPuKeN8YzEjQZKXcNIw3KuKU0xLtaNcy5yla1d4gC4zanSLjQVkcIZBEy9zme0/JPI
fzVE8WZvyAe1pwzsbX9AuZ5+gd5zKDzGl2UXNfbpF3uoN9fOT1AGkeKl02PnfCEtU5UZn2Uj
Mne6B190RsjN1+at89sVwkSR+2zhxIGo7wpxgWnNVlSmy6JR9tVlJVNJSFeFkm1xbwiGne5h
yzCqtM6Bx3JbA95Fxz0I8Mle6MN0REhSWagTUp1EwFoSlZXb6uQgEjQG97wyDzm4ZXUxGxo6
sbARwyHrllbPRNuNZn0Oo0+VYtJslASphsgaFVspA928OIbOuTmnLmbs8Zdrceqznxymi6cO
SKWillLy3eZcWWVITpbfTWJ2izBPFSO1E7pgG7lg1xF765Z5cLc+KqugLu0s/rKKwfDpEzwW
YnVSySmkqqCsmqQjKL9LC0EIyS0brvVdVTmDGEw21otaxr46CD2BbmkRJIyb9GbFOEnKmYnp
NhThbVMA7pzWIBOnwhu9gAuFaaerdZvSHMqWy+Epl1pKk1RpkH6qmztDfJTAmjGt15M4Ie5o
z1ZbjYG7TZFvKCkiyUbJB9k+OSpuotll8slYcKJ94X9l7QoNVVJrHT7RUbW4PSVg7BWUX8tI
MownrKycKtoNyvXOkm/S234QjJ7KnqO/SC2qk9flUO4XLCdbMlAFvAafdEa09cFWqoYDAQPx
xVbUtsMUdtxSULzqKlpKfV8APhDp3tJClu2BpvqrJk1ZVMJIskt5gANLnpBCpS5ByVR8aTkp
NFH+2zneA09VtX88HYqZtBkxnafgqolJtK6cmV9ZxSwkeYvC/BVNjsg1R/iNMqTRaPTwbGZe
cmCnyTZCT9phIm7j2JasuynjH2iXeGg+KhTCks0xSbGyUX0NzB+ChEsw84TMTDOoFgoeRjmp
RmqmrbaSFLsc47unWFE5ATIiXTWMdSVOWLSq3Sp830S0jvLPwEEcUETBLOAdOPcMyrHkmjU8
cOTRRlF+75A6JHuFoE2aLKwUbDU1Zkd3/juUum2i22sACykWTpvDdXCRvUsEKWlOXKuqSk3U
QNfZCTinMMIY024prn2sjptfIddtoM1R9WyxvwUBq8pzFJcQcqwu/vHWF2qkVcfWukc1LJnc
OOoAACk21GqT/rg3YmzmB0Vwrb7NVe5zNZwm8vItpz0hpKj9VfcX8FBJ98QGIN3bSD8cVqew
9SJopaJx06w7jkfI2KvyuyM0Z5E4WyOcMxAGuZOih9kKU0jC3cHBSOJ00jZelcPa9RqnVbxn
wuYQgICkg326awI6g3VHk77t9Fyzj12g2bXUL3ECQLLr9YBEVttTGN5CaQPon2dTfS+gMGZm
whcR+lJUbq1i07fUBYIt0hZhTN6pni1Jl/hlLTyU3XLvAqv0H9TDxhzKrWNMvA1/IqiaTT1V
bE9NpbQzOTs43Ltga3Liggf9qFSbC6qdJF9Iqo4T9ZwHmV+pmk4bGGaJQsOSLJbkqRLMSjKc
ugQ0yGx9oiqvY4tPaVN1E4nqnyniXHwJy9yXOSrlQxi0AnOhDWYLSLiOFw0XTePJrnBWNRGe
RPzZ0+lSSfblg9swmkh6hChtRP5y4n9U7iDVPspzSc0jpoX+ULXLNlA331ER7BvGwUuXAMuV
oSmz3OpbKlaKKdYUN2myiJGdbJRrFMgHi3OoADrRI33B3gEtCQCm6lPjkBJEcnzhdPGHpYNY
oqKEHuPIC0geIOsDa4TSTKLuKmOvW14JmmeSy/XMOKkMYYglWrPodmUzkqtWhAcSSUnzBvEJ
I4sa1p1bcfIq0UzWzlz/ALQB7iMk2cKpFNI7s39EZWsPuOX6Wbv+MPppw4NkHBnxsoswPa+V
nFzm+8K16POrn8RsVB9GV1ZUtr9lChoPhYxBkmKQ314+YUpJG0043dB/HNSqozs18/OyUstD
SDJJeUVIzfWI0h65xDHEaC3omUbI+jDna3Kz1xKfzUOZYQsuvqfEq2o75ld5Z+AA8oXw9hdK
2/f4DT3p8C1xudAFTcjKTPpyilwKZb0Qm3WL2LWUdPvPkLr2Uwl1gMobcBbcG2uhhRNgSMnj
xS4guKV+sPCC6JW2VkUgaZD3TvrAE8UBGaT1Gmy0/Ryw83mUdtPshIpVhINuCqCoyD9MqRbc
BSkK+jWRv5Hzho9lswpeKUFu678fjgniX5dSp/LX+lT6p6w1SgJjd2JnW0ohxtw5VJV3b6wd
psnZA4JbhxgP1V9lawhHL1J9sI1J6lghYOv4FNlCp01ReLiqXMgqQ+tbCtLhSHAQD7NRDkv+
kUhtrb3hUeeM0mI34Xv4FWnheUmJXDdPcdWA4xRnWFW/ZcIH2REygmQ24lp8wpWEhsQH2d8e
9XiENqpso62cyCwm1tthaGJuHEKao5A6laRpYeim9RbDeC8h2TKEEfwYY/Wuoindd5Pao45p
I0CSX6rikKNz+qnMfuh9u5ucmIN2MaPxmopV6QJ+cmqk4q7swVd79RAFgIexPLWhvJBON510
3U6iLmKGmTUgIQ4pIPsSN/fCsrgH7wXQb/RbpOSndAmJduaLSSoPJFlNgagfzRGSQfW4FO3z
9J1CMwq97TFeVIdirGhcWlll+XblWkk95a3HUpA+8+6H+HRONUwDndIRARuLic7HLwsuOfKJ
mpm3fCzmA8I0W2QUW27pDbimiSr05S66hLSgqTzBstX9XWOc0ObmnVLWT0cm/EeOY+I5HkfA
q9MNN8yqy7bMrzJla05227JUAT6ySfCx0iq1V4j2K1SU7ulDchvZ2vYHPO3Ln46LR7Ur6G1J
vBspcVcBxaTnBJ6622vtEKHbx1VgipmRR3tn5nz4qK4tlkvSqp1z6VaFtpz2G+caQ+iNnho4
pSNvSOaDzHqss8XKuZ6n4eZSlIEqXze2t1BOn3RaqWPcuVVsYqDM5w/av7lAcPslUgojT6P4
XMSZOQVStdOdOc/tiFCxurLc+yAOiTj9tRqcQr8vVOaAApN/HSDD2ULW3nvyTgt0y65ScSbG
WmEL3+qDY/YTAHNtlKOF4rjgb+SuKUmG+WUqsVjUeYiNKlt5LprKuWS+s3ZZ7xHjYEwAS7Tu
5rIE3MgU1iZURmdfedv45iT+MKjVV97t2JvbdRxKznQBve5J1v74MmDdQrew23y5Zs2+pqo9
BDaVwAuVbqKNxBDNbKWTK0PU9QJurKCfZe0RwVhP6m3JUtITDypubknrBLDy0FKtLWJEPnWO
agqOR3WY7gSFZtCeccoUkVKBVlCc3n/UQmVPwkmMA5qtOOCD80YcVbUzjo8v0UGjVW2iaejj
PafRUzTsqZ1lebN5ecLqmRnMJBxMZJxtQUpKeQ3QWlp1vmuSSfiT8IZwne3ieZUrjTdyaFg0
EbLeIuffdQZA/tdM23KPDYeEO1WknoTiziRtKQbrGXLBRqjN1Vgvu+j015eugsDfcwqnByaj
cLSh9BnakoEF9XorJ/YFlOH390QUBLwNswu55eHH4K2aBKBCTMWKVq1AI3HSCuzV1w6INZc6
lSSblAZMMkkuXKgN7HwhBWHdBySVNkIbIHt1gicHqpiqikqSu5uCd/CDAKJqnAtIUAm1EPLQ
oG5NiTC4CpEtw4gr2QazNKbOqHNLdQYK4rqdm91eBUVwrXFYJ7R9PqJWpuUE1yZobAsu6Kv7
L390N6iPpYi1KYPWnC8YjmOTb2d905Hy18F0jrfKOGV5bLS81zmlJ1Ga3ft7RrFTpSelF+GR
+C9HYxE00x3cwesD26O89VEaM82mjuoVqpF06+HT7In3jrhZiw2jKJlXlNOELtdKrpF99YWc
Mkg1xul9TfTNUGSdcFil4pCvBVtPiIbtyJThx0PNQyqPWcWDupAvpDluibScVBcXS3zhwprE
uUkkNEp9whwzJ6i8QjElE4Dgqk4CMMT3a94Qys0gOsP4upyHkkXzD0hH80LPNoyVT8Jv+cYi
OBJ8gSv1aT0w384zCg1Y84/C8Q9xdRjA4tGaQqkZb5xVPSqeVNFOVxKe6l8dMw6HwVvBXBrk
u17wN0oSZmqSslnTSA4oA2HpSc1vZCQZndGcC7q7496jQps66+5zGyXF98BP3QEu68WT+Foj
GWdkvpNHe/KBDrjZQ0E6lQ0PlDVjC1yeuddhuVPJFapWcVLOgpaVq2o7AwpI2+YTUZhSBbQf
YWhxAUFCxBhqg0OSg03KLp9SUhGrd+4fL+iOKfsO+Lp3obrwrzLuygCDroYM05okrB0ZU9Lq
CbljX99CtmqIsFmWXdqEwp6drLyXKjMqDjpSLJbFrIQkfqgC3xitVDmyOu3IK9UEfQQ2Op9E
1U2dRUsXV5iQSqZklqHeZT6zqmgjIk9STf3AmFWRlkI3tc/W/wAExmeHT3GQyue6/wAwrAlS
4xiKTl1qSl9uwdSlVwCRcj3Cw90RcvXlJH45+8pw0tbSenoETX8RzDD+IKnTmvSX2EsUmSb6
OzCjmV7hdI9xiVjaHRAE5OPubqolzbWb9kEnx09yqfF8sqVNJkXnvSJltp59179d02ClfEm3
lEph9nSPc0WAAA7ro5uyNrT9Y5+AUQl2w0EhGtjvaLSM02cSdU5uJzJOYX1FrwYow0QmlLaH
v6xxzRbDglhSHEBaN/CEiuvlZeqTqkW0EFXBMlYprNRpDzS2wVBByn3aCCkcUvG6xsdCqkoy
1s8pa1FSs1j5i9oZyAb+SlmNc6GztQnyel0KnuYANbEiEU5Y4llkRR0KRjttoXs4k/deE6ho
dFfklWOLXA81YtbpTYm6RWW0gPofabmFJGup0+6C0jj1mqrYqA8G2rfQqSU6SAoykAH9C+LW
8XLwhq//AA+iK0kN799TyjyqmeHcilYJWkEXJ2GaEKg3luneHHdg3e9WJVj/AHL5dCS2E7b3
IH4xFNFzZNIn7u8RyKhdQmEt1t18+pJyLik+AJIQPxiRaN4W5lIF264dnwCjM/VlUzD7T803
zZZpoKdA3PW3s1EPA0FxshYyV+60dvzT9Lz7Dcy25zEBRFwj2jx2EJiM2KXMrHAD/JHsJDUw
/MN/pHLJBtbKPD2w3vo1OSwe1xWPO2rUVy+FsHYfQ8o+mzzk062T9RlASn3Zl/ZFjwcXc4ng
mr2tEZkGpy+KwnJspbZmptY+jaavcxanHgoiMneuq1cCTUXHE6DmFSb+N7wrwSbzv3K0hQHU
TNYoNRQiyFsfRlG4cSbkfC8VutbkVphk+k00E1rggg/eGfwyWsitl/CVPmW3TkdQMw0OUgi8
VEXDiFPR26G47iqrxk+QwE58vMeKkpGwbQFKPxJBiYpG9e6bNB6dp7zfsAvZYyxq85M0Wiub
rfmJleg3GZKR90XOMWJWdTOMkJdzcvJD83oL5G+UJSPdb+eHB1UfoEZIthtUmo5ipeZZHhpp
A8EizUJknlJGLUK+sUpvAt0R2n9IlpaD1OmBa6b2PvEFvmplg6tipfhqdM5QKe4okupvLPX8
RoD93xhm8WchgceiA+ybeHBOuL51cjwwrTyDl/NSEX6KX3PxhMJ3IbROKyVOPZ5GVbGiUIPX
xP8AMIPwVdlfdoCFT5ZTr7adxcawOgQwM3nAK7aPK8uk5cpUpSbJ9kR0pubLRKKEiMEcfRPj
jKVSyLquvKUBJIFwR/PCCkpY2MbYcfiqkRLFnilU21ISpL6UTCM2oJHdWPsvDoG7FWILx1rx
9oA+IyKnVJaLFRYlAnIlKtLeOpgp0U9GC2bdKr3jwbUXCrabIJmnlEk7/RgQaLiqztIepEO0
+ioeVcORGY3IVvDngqKw2KZ+I6nPTcOzCzf8zyi3gOn2w3blfvKdYgXF0ZP2QoUzNKQ0rKM6
ljLCl1EKSUSQ5c2mdV69+m2u9oMAlWDO6XVNxxxbUoyDzVKCUgdSYMUZ1yd0KeyMmUVOTo7B
7kq0GjbTXdavefugylYo9+YMHDL5q0aTK55pCdkt/wBRCbslfKVlm3TpMgFwPhWt8yRDcqUD
c01P6t3Vpqeu8E0QnRRhxYcmbKsrver4wdQjnb0ttVHaw2hMulSR3lKv7IUaoGva0WsNU3yN
0oWDslWa/hHOTCnuL9igmPJFKauxOBNg4Ckkn3j7CYAaKPxBgbNfmt5cFMSHGfZ5khM/Tzsg
3ynR1Km9P8pMVGtZ9Hqt4aO/HqvSGzFYcYwIB+b4te23zalymhJTs9Lt3U3fOhR3KehHuIiX
Y8yMa4qn1cAp5nxjTUdyRJXnm1KGijcXtpDom4sohuRz4ot+aCqG/LX0S4Fp02hMDrXRy/Ts
UZroUUsvtd5K0X90KtRJBdNKyl+izTJGYrQdN7i0LDIhIOaHxOaq+7L0s2j5RXg/KOJC0s41
lwUqF9lqI09wg0/6l1lQ8L6tc3sD/wB1y/TWqYU6q7ijvpdOpivNktkUPQXsWpcFPIQMrSlr
PQDaFC4InRuvZNp+cnKnkUlRB1VY6W8IMXDRC2C2dlPJNH5q0C3kVYjX+eCEtXOY5Jpll5ta
FNJJBVYgiDAgoWtN05SqQ5LrEwkFJToD0MIOLm5hOSBYc0rS5MJlAhopWRsV728Iab90d0bb
qQt0WXm5QNTaUrOQHMD6ptuIkWwtOqYGd7HXamB+kPSU0oITmSNUqG8MnsLCpNlQ2RuaF6VO
e3+BBbuQ7kSoKpTKjXA+kXbUkAhJ0IA0t4xBOic0FrgrGx1wHg39CjsPIakXJh9SsjEmwpUq
gbc10qKlnxNrJB6C8HLiYs9dPIJlJHvVAaNDn701oxHKSHE+QbmHu6mVc9IIBJC1AZRpubX+
MJQU7nQvPPTwOaGufZ7I2c/cpHJMvN0xU3ONqYceqi6ghpXrIGQpRcdCfCFCdyJrRwB96QIE
kriNDujyVb45WtFcoqr3U7LOot53SqJbDst8d3xRpwOq7k63m0/JNEnIktBbpGa2iQIs7SQo
1zhdLA1cG+48oOTxQXKA8yRKLHhrAAo17lGyZSZUE7jS8c7VcDcobndKraeAgi62aTK26+4R
yPxVPz1NcpNWMqblFyptf6wJhi8EHNWSItfHvDj68U45FvISVE3Sm2kIoAA3JHUlopxhI39f
m2JA1taE5PYK55s247FdCmUKoc9ZOyGVjTqHAAfthvTndcSq9iF3S25g/NPVNZyyLpVson7T
eE72JPd6IrG77gOwnzKm/IUMNMIQnNcE2tDNzruun0DQ1xCVS029NYbUh4DnMOJBNt030MEI
AeCOKhnMdGXN7yEyzcnmk6opy4zNtpJt0z3MLxnrDvSUmbvArAfGvjDU6rxLq+E6RMPSFKkJ
lTPMlAc77g0uojoCNE+8xYYGRwRB79SpymopJpQW9awFrcMu/XtVscF+IlRrK5fC9SLjifR/
zd2absvMlIKkKWfW62O+kIyGGS5bqEFbRT4fuvsWtcbEXuLnlqQCdRpmLW0WnOYEUBllKCt3
1ib21ERbo7uTVrze/gucXaqq71V7RMjSlquij0ptpKc2YJW6ouK+wpi34bHuwFx4lNah4aA0
dp/HkqIYQxL4WdLtyh1KmreJIJJiUNy5MGOs7ftxULotLk5qRWuaZOZSu4odPGOe4jRSdHGH
5Ft7qw6ChVOckUST77jbDvMQ04m4v/UxGz/pGkOVviot2MMiJAvfmLq7JPFVfXSGmGpVpDIV
coS0b+cQX0ONrr3U82nri22/7h81EcUzVSqEuC+07KtIaUgLRYeta9/cIfwMbGciudRPaLvu
ciNba66LPWL0tiu4fkUICWpaVW5lB2Gc2+4xYIbkXKzyta2MiNugKQKCvmeWaRqpScyvadvv
h1xUQ43Fk4TSFszyEg25bVknxsIAaJIixUXn0ZccSPg60d/FJv8AcYEaIb2kbbin6Vaz0h+3
iSPdCbsirAMgjMNviSxQ/Kk2ZmfpGiRpzE9PfCcguLpL2Zex2XjwUm4slpnhlP5DladUwprz
zKCrffDVuYS87v0BPNZSmWzzmG0D1k9OlhCmoUBK3rABSmhSYdnki+VI302EA82apaiiD3i+
itaSeUWQoJt5g3yi+0MC3PNXKOZ5bZtkqm5iXZpbs5M/RtNJKzrtoYLbOyNU1DWQlzuH4/yV
RSOIHKxixyeTJGTlmLoacWq61hXQjp6tx7YcbtgqtSVM1TMZHN3QNOefPyVsU5kOO098pGdx
sKOvW0IHQq7NzLCeSqPjwTysLJGoDjx/yRCkWhVP2jN+i8VREta7gJFwRew0hwFR26pl4hqB
pmGUjYMr93ehEce9Oa03bF934lRenyySwhatU3OlvjCgUUpuwtLUglSfVCc2nhB+CcggNRNB
Ul/Fy553vNybanzfbNskf18I4ZlDD7e9yVkYRaUqTmp93Vx1Vhc731P4QKn8Pb1S88VbNJl8
lFU5axIJAN4Qer1C2zAEGYP5m0BqrLoNtoSOad8VGqg4rJyxa4GtjsYDikJnWBAUcSrLMBSt
hqkjTpBlAtO6+5TVVCXZULBBTfbqIUaM1GVZ32bwTTIH88IUNFJNwIF2ijqf9ZmEz43lw9hp
t0J1QbgkeEEbxRcSbdjXKfdmXGPzDxXcosy4UyFTskJJACXBoD7x90RWJU/TUxI1bmrjsHi3
5vxcQPPUly8eC1TieVXS8XuHX0Z43R4AbFPuMNKJ4mg7VfsfpHUtcfsuzHy8EwAluaUkEgDx
iSCppFjmm91WSYeSQSkp0tvApOySPIC8NNBxVi2VJT4xw1SjvYF1FmFqRMJY/XR11hfJNxnk
o92d0iQ+VJ4XoI0TjqUUBtfMv+mF5M4yqLTDdxFzfv8A7rl+oJMslC7KaAIJ1KdohHAW0UbG
Xm1ihJbcS7dKlfCGJdnopVrQ4ZlODEtdWY2KvHLrHXRj1QpFKyDZRdRvAXTZzzwTh82sKQAR
pvHXKKHkZptmadyTnB+jKrC3SC3ITljw7JKJZhttYUBmN9zCQFzdA97iLJ2Qctim6YVBIKbF
KhleTkXYmHIIeLFJZtzCD6C34H4R3RlD0pWGcN1VT1G+anXOY419JKLVuPFPstDGobvt3zqN
e0c/BTFHN0UvRX6rtO9SqSfTNyqxk5ZQotrQTfpcGIx7Ny3G6sEUl3EO1FvEFMUrKvJ42yc+
Egt+i81dx1Cco997Q4hc0QOb2+qYVzHOlY4HX4K1KiouTkwDoAlBP3kQzLRvHvRIb7gtqVW/
EKSDOG6TVXLpRIzSC4o9EK7pJ9htEhREMmseKGcl1LKALloDrfdOf/bdMjbyFWykEEd0jrFq
UWCHtDmm4KOAAUQDrbeOXdqLJJBuMxgEoEQyeTOFIOi/V8oMcwja2KMfI9YffBCjHtScfpPO
OXKP4hkmZhmWeUi6m1lIPtF/vEN5hkFJUchbvN4ZFMjbCizZIOS9iYap8SAnOj09LuMqelu4
WFKWo3vYAfzw3mNoyi71258wrglJYFxxk6hVkn2I7x/CGsY6hJ45fNQ1U69SA3gPXJPzUsoS
su0EfSKAUpI8T0+6EHu6vvT6lYAXPOmnkp+mVSiRabsO6kJOnxiOLjdNd47xKRNS6UzUyhOm
ZgaDxubQuDvAd6SnIIaT2rxbLZbc55AaIu4TsANST7IctGd1HZ7wtquHE6BU+OmJKvITr8vL
OVqYfly0rUt85RSNfLWLeA0RAOF8lYoGMq66Ub27fIWO6fMK/wDAtZl5HtA4CxXUn32qNL1F
Eu/nIyJU8FNhR8sxB10EN4WNcXMsLlSGPUUtPgX0npHSdGWk3N+qDYnIAZA5nsXTlEoFupQE
2uqxMR5ACpQffiuOHE6pP1rtG45qTqyVO1l9KQeiULKEj3JSBFxp2hsDR2IlYA2Ut5fwURqc
2hqk2S3zEsyqw0OgUR3nD79B5wqAkGF2VkjoiUfkvLlOq0Hve+EJDZysdJD0tO0tNiFZ2HEM
ofBeQ2+lfRZCcphjI4HRWmkEsD+s/LtzVx0xciqWOdLDItckvC0R7lYm1BH1goXjCpSnod2m
k2QblYXe4HgIVjBuizSySRkbyyxUCqoY+qLyu6022llsHokan4kqiwRZMCy+sv8ASXA8Etp7
HNqbeZQLQNx5AbQqo3K10tnGg7ME+LagLjbSOXDMqKVdq1Uo8ykC6JoIUbbhQy/faBBRD9U8
iPknuTCWpJQPUwm4qfv1UwTWeXmmHGzZbTwLZv7xBx2pnPnHlwS/iZOib4V0h9JUpDk0ggeW
RWkNLWJCUkeJKdrhxKosJBe5pOgTob7QZRziDmnejvvuNqbYJQpZ1UOgPhCTjxKe0xcRutyV
rU4Ny9IIWoNMtJzKWo2ygC5JPhpDZ2ZVpjeyKIucbNCrTF+LkVeT+bqdmbp4Vdx5ScvOI2sP
1evnB2stmqlWVz6vIAhnDme/l2Dz5KSUmgtymBKWHWvzp9C3pg9bkCyfcLQJNyVZ6SERwMZb
Pj3n5aKaSD6Uz9Mbv3OVrcbWTCBbkVOh25I2+ipXjhOIXWKJJgXWhpbt79CbffCrBYKlY/Lv
SMb2X+CpGWsmadbuCARCvBVFvtJjx+D81UBV7g84fAj+eEuJTiqH6OM9h9U0yKbUtGpygeMH
GijE5NOlOH0JVovLl+GkGSl+qnmkMlvBk2oJ+lm5sNaDXKka/fAjROGD9CbcSreoMulugSjR
sM6iom3S/wDRAlXChY1sbbq0WSkUn6MWQGyEg+ENirazNt1GppzKwzYG+UkG/nBUcnNR54F2
YJcVvqo+MATZNizeOaY5tRbdI62FvL2QYKBqCWOsm5wpclHGyABa4g6jnHeYWlNMoQmeSFaX
VY6eMGdomFOd2UXQsRM87CbydLpSbD3Qk32k4rm71N3Km6DVHaPiVicYWQ4w4FJUDqCk3EHy
Kq8cjopA9uozXS9Faaxpwjo1aZUHBNyIdQrqHUCy0/ZFUiZ9FqHNGgPuOi9SzVLcawaOoGr2
3H3m5OHioupwrZYdJ79rK08P6Im7cFnJ1RU0Ry0OfV9W/hBgkHdUpLOKT+TTadzzDcgeQjgM
0LzdoA7VFHQWp6XWdLKH3wfUIrRZyrSm11eAu2lhjFyfUpdZkqkfAhp5KlD3pBh1beZZUWUi
DFbnS48jkV+sqUmJWoU6XnpVSXpSaaS8wsahSFpCkn4ERGajNQbmujcWHgbeSXol2yq+XLCZ
Y0owe4aJUiSQbhNtr7QkYQlRM7ilrbTqB3TpCRhKESApUl11NsyPshMxkI28EJbiXEFBQq0J
7p4pQHivG2k3BOsAGo28SlYYSU6b9IV3LpPesgKQpB1GkJlrm6pQEFfcxX+2H4mC3PNdYLmw
t1VExMl1C1BLDyS4D4E7/fBz1mWKcVcJjJMQzGY8FbVPeSipB9tYU2+2VC2xt6p+2Il2ce6e
CnqeVk7GTt0I+F/cVIvRy1ixhQA7qQgn2Ef0whGd2Qj8aJxUDfpQ7iPipHMKz1WZSDrdKSYK
Mz4ptGLRtSXEdPaqmDpymOgFEy0po36XSbfbaFmndcHI0Mgima86Xz7jkfcVlCm1OpSMg0Oa
orYu260rVJKSQfuizb9nXGhSDKBjonRtO7IwltxxscrjQgi3byKtWUm0TUi2+2vMhSQQfdDy
4IuFGRu32B2nPsPEeBR61A7iOTgDJFpTzJ1gHQlYGnnA8EJNmlOExLFJIvc32tCYKNvJuLSk
94i2vxgeK5N9TAXR1i2mYH33hOX2U6p8pUxttktoSB3j0hin55pzS2qmTTFUTmUtogvJBtmR
fUQk4B7bFJ5yt3Brw7/46FXrS5JCmlzFrtrGZPmlXe+0WHvhiQW9U8PiomO0rukb9b4Ze43U
ho9PL0+uadF0tq7vmr+iI+RylpniOMRt4+ikL1kJUTci2gG8INBcckwAJUbdqbDTqyhHMcWb
LJO3gBDi4bolXwveOQCr/ihiiWo3Z5xfN/OktRJtdLeZlJieUUo5q0EAC2pVvYDrDym/SSgJ
pGyOKoZ0xs0nUDePfbXXXsXHWlJVIqYeWhamlJClOti5QNRcj36xbbtd1dE7pQ+F5e0F4421
Fj7/AAztwVkiqyFYwYzg6mqDtYqjzYlbLCEtqz3ClLVYJtYXv4wSKF7Xl50CteIYvRDDXQS5
Me1wJNwBvZZ3HwXYPDaxO4OpM0iaYnnPRmg69KuhxtSwkBVlDfUGIeTeDzcWWSUr2Gma1rg/
dAFxzAt3jxXHPiZTBJ9pzH9PI7jWIJlIAPi4VD74ucLv0Le5TVeAapzhxsfMBVyvlzrNVzEJ
Cm+UhAPQbfdC/JMm5PUHp9ZnqehzkPJKbgZXE3Bt90A5odqlqaaaFxMbrKYU/E0+6tCC02vM
oBGVIH3w2dC1WKPEp2i7hceStKlzGJnwAiQayDu3eIsD46bwzdGwalTMWJS2uDbxunucw3U6
s22ahUWpVAHqS7Ol/PWEgWN0S7sRcRd4Jt22VAzzDclj2vyuYuCXqK2lKULE2AAPviZjN2BU
ypc51Q9xHb7kqkUZGDbQ5covuIUTR2TbJSWiV5zfKE216mAKBg4qIzq0rr0rKouooWHFj2XI
H4+4Qbghb7YATtLWUlSTYjNpCJKnBomqpMlMvm3W05r5iFm6plKOqQoBiupL/JiRpC13QioF
aNNklBI+FzBJANVG73V3OF1B37oQ2lG6xrYQiukvkApVQWChJbSLnQAna8IuKl6ZhaMk9Y3q
PoeHJahsqKXppIU/lOzQO38I/YISAzuj4jNkIB3n4KI0CkpnJtM9MJHoTKzy0n/CLGoHsG59
0LJtRwhx6V2nDv5+HqrYlXVO0tClG+ZS/tSIK7JW+kF3C6LcUWHpcg99IOlttoIBdL1bj0mS
oni67n4mS7JXdTVMaF/MlR/mgRoqHjBvVAcmhVPLrCZtagB8fOBVfBzRPELXC+F3BYlSpi3n
qmEfrEKSrf6NCfveqYaW4n0TITsNDuYVChwlswhSJcqQe6m6rQKEhTWSkHpKRpUi+LPpSX3E
j6pVqAfdaDjRSQjLN1h7/NWnJN5lsNJSSlCAmBOQVxpm5gKyQnJSwlO+W2kNCrINFD5lKVTa
mym5AsbHQQCHIlM0wchWEjMAdzpBbJKQ2bkmudbSWUG4KxpcwcaqLqWNLBnmExlKkqN9NxaD
qAIIKaUG1VQSLDMLW9sGPspiw2mHeE6TrfNpU40f2gRbbWEG6hStQ0uhe3tPqs6OXRWpmXPd
yrtpCqoq2h2e68uZ4H1SjuO5naRUEzUuCb/RL7rifiQYhquP9M1/2gW/ELa9kawvwiWnJzie
Hjudk5WQ+OVPPsWvZRKb7eP3Q5abtBXTM6KZzORXs42TQs6fq2Ijgc0hKOrcJIGi5STnFrC5
8ekGKTA6uajtWTlbRYAHKDp7YMCk35FVNjCmysziFmdm5gSzLsioC6CorWm9ki3j49IeRW3b
KmYrG1s2+6+YyA5/ADU8eQK/Q32G+KP7qPyc2BJyae5tcoDJoFVubkuSoCW1n980Wz8Yh5j0
cpCjJ2GS032vXQ+8X8VsVDlthCXSJnuJWmYyDva+QjulshDCUcJ5vS+a9ugg3TDiu6JyORPs
hFiTr4iB6ViDo3hHCosXHcO+9oDpW8kbcehoqcpb9GbeyC9Kzkh6N6UoqbB9Vs+8QPTMGgXd
G7iU4Mzcu6Mtsp8FCF2yxuyKTLHBKMrP6qfhCtmIma5p41lQzVluITood4W3EV9hyVurQcnD
VSHDDzi8H0zKTmbcW22o9Ba9vdDaYdYns9Cuw1gMbhw3vUZ+qtWTKp5+RnQ19IUkLSBsoDU+
8wydZ0txqndnspzE83Lcr8xw9ycCg/lHMZVBSeYkWGuttfthQt64suBHQtvyRtSXkpLi9i2t
KvtsYKBlmmzhke5ZQq7bbeNcSJZAS0iquWF+igD95MTrCTG3uUpFc1EvbuHxLBf0TzhSaUHZ
mTUru2zoHQeIh7C7Vqi62PcqA8fXGfePmPRTQ+qRDpNhoglwtlLg1ykK+BjtckFi4EJ3nHrs
IUk2zdYRvmisFxcprKiTrqeohTRKZcE2T7T7kuEtN3QDdRH3Q1lcdCnsG7e5K+lJMpCVuJ76
dAn3bw0JSznXyCUVFIFDmif9rPmILdKQ/rGq8cFSzsxweoM0sFZ+bgVE790kD7oaytu6/Yo6
JzWTvZp1iPM3+KsOTl25WjMp6ZAonxJ1MQ8gJ0Sb3l8pPamqZm0FhbTerzg1tuB4QuAGNsNU
s2Ml1zoFkrjbxDxbhqfqdEwbheYqzsjTTMV2r8hapelJcT3BcWHMyd7U6XTprEtSUkL7Pmdb
PIc1Msp554w9hDW562u4DW1zfnoCuemM8Q4lxGw+9WqtOVB1p/ncp18lCSoAkJTew7vhtFtE
MYbZosm8VPQmN0UNt4gZ8T+OKbcLuzM68zLSrSXXgkqQgJUCtOutxvEVMGtvvJhAJDLuF1rH
K4918iD33V8YYprjHOmpmRkJeZfZBDfowddQR9a6r2voYZAkZNzCmw5z3WkkNwCMtO++fd4c
rKIzOIMWYMx25T8N4kn5JLswl9ppieU0zzym+dQGm4udLG0T0Dmyx3cFEPwzCjI4zNBL7dax
J0zzHL7SYuIsviOncfMTIxfOMVDEzqW5qoTEu0ENuOONJWSlI0A7w28IfxlroxuiwUFUNY2V
nRvL2loIJtci2VyNdFWlOTcLJVdKjYAdfE/GHJyTNuZJVVTC+XOzTVsoS8RB7JYDrEFP1Jmi
yWVkghKwQDtYHWE3DJPM902WiaLOzCA5MNOZpZagpKOmUxGPAIUjEwO67DqrEkpkzcjfT1tR
baGpaAn7RfIrOXEORFH40VCYVYSlRSh5RI9VShYn4j7Yk4HXYmde0NLZByz8Mj8EglUkS6QT
cg2vDxQbshZK6jMsU2gTM096qE7eJ8vugupSrj0bFV9JU5OVB+pOLJWtwgWPW1zYeA0Hugzr
WQQNBzOqnMhLqLax1sPZCB1VgaOqgVJhKn8v1XEi99PhCzSmU2QHaqZxe0BOUhBOVYdcC9N7
DT7454USRZ4B5lN8rJGYm2QlN3CbJHh5w1cU+jj3nXVhUanNyyhroO8tah8fshI5qZjswb3J
VTV6g7WMVT0y1dQddCGAeiRokAezX3mFLWCq7nOnlJ4uP48lYclLJl6JLyqSOW2ju2620J95
v8IEBWiJrWtAGgT9LOWp6UAAEqWf8kQWRTdCLk+C+fSVT8sL3BA69bwRuiNWfrQ3ks+8UnC5
xdmcx9SWZTYjplvaOGioOLf0w9wVVrJRzTsoA++OUBoiMXzImcBYHH1yH1EH98kfhCI9olSV
U/epIB2O9UwUttSp7S+XcwoFEjVSyXaExiWnSm6HZhJcN9kp1J+yDgZ2ThgBkAOisBAM9id6
bIyoWsBA/ZGkKcVLxgyzb54qyaVKKUj0ggpIsEgeBgjyrhTsyuVNXTeQCdT3b3vDdTHBQ5ai
5MuWHeKt7bQVGaUyTgIQs7XveBCaTZNUbmHFX0KhcdTBrKuyuIKRuOlSSLa26QeyZufdNqxa
bKut4HgmR9q6eV6mbSNc2o94vDYaBTs2b5AOPxF1m6qLU3jSd81bfbC5WfnVXZwLrJkeLSqW
pzKzU5dTVidL22hrOLxE8s1cdmJzHiYivlIC3zWrqilSX2nbHOWgVDzGh+6G0WbCFo+IMImD
uYB+B9EBlznSzkunUFPURw1Ua4XCWtNJNInP2Ui2vnBuKIfZ8VC6vkS+Uq1IQLAi+t4OE2dq
bdiq/FrHOw008QSlh2xy7pCr6+yHcWRsqzijbxNfyK6tfJXzy5fhdxkpKXi/JM1+RfauLDMu
WUFf9kfCIXETuSt7khDGHYc08nuH/a0rrvLrQWxdKtRuIjw4qLezNKuU2oBSPfrB94FI5hFL
ZsiyfvtA5owN9UW20FPWVrBSlCbDJHejoubJBA8zAXRN4o1LSBsjN4a3gboN4pQgN5cyk6D4
wOSC5SoNpUgFtZSrzgLoBZfZpgaa/GBuhsFhvG8ipTaX+hFifO8NGOCtNQzeiyTrg2RJwdIm
1gl1RGmu8NZXdchM8OP6OT73wCtqlMoZoU4sHJygsXHS4vBYQN7eTyW7qkDnZMUgVemtJBKQ
NbewEwI1TuZo3E4PIVOSM+yBYuNKCfI20gE3sGuaD+LrI7z5erNddVoXKi4Tpvaw/CJwDdY0
diXgBEsgPAtHk0J0w8vLipkD6ySkkfGFIyd8IK5t4AeRHvyVlFtam8yEKKdr20h/cKEGqVlh
CadlI7y1JT7LmCXzQBxzKd3GGF04tpQC5YhCvCExrdJseQexNJp00gJKpdRSdinW8HLgnAIP
FOyJFElQ3X5uxeXYoa/VHnDKZ17WQtO87JMS18yYWsgJJNyALAQhdPReyUylFnsSVSXodOQS
7OKyrdKDkl2/rOKPgBsOpsITJS7XCFpmdo33nl+OC1nS6DJ0rD0rSZRvLJMMBhsHfKBa58zv
74LdVUyOMhedSb+KjbyHxJol1KKSi6CNttIji0DLkp5oaXl3PPzTjTaa21JBwt99ZuCdTaFG
NGqY1Ezi+3AKpeP9Rl8OdkLiBOqQlC5mnqlmxYDmOvENp9p1+yH1M0vqGt7Ueme7pg8n2QfD
I/Ncbqy1LtSxulYeVqopVre2pi7AXTVs/RGxHz8+fcleEWW5uaalMykk2yrQLBJuL3tsD49I
hK0OY7eCsURZUC5zBGd/Ujj2+YWl25SVoVLcS3lCVs2JWvMtZ2ykmIKJ5e/NT80ccEY3Mgfx
x1BVEYp9GlKhNJCRMNBwNm4/ZN7ewkCLTTddqrUxFNuloyzNrXFu5L+PLL0j2oatTyvO9L0a
QZUsnUqTJti598P6b9VfvVYktuw2FhuDLlqfcquk2kNMIZB0CAL/AHn4w4cc1zbBqqSvMrlc
RzyDoQ7c+YOsLDMISLPPmjqWslrKQSCPGClPGK9sBzTkxg6Zac1clnigG3TcRHyjrd6fUlxv
M5H1VyUDIXnWVCy1C6fxhk+9lJsPWz4qteMVJ5mH6bVsuYMumWfPgleqT/GFvfDmB2ZCCpbv
UxI+qb+ByPwKqWjzXOpjSXdXkK5bg6kjYn2iJPVVgjdO7y9OCjGOKp6TPy1KaUeXcFwJ8ekC
BxQO650uleHpVJzDvKDacwuN/MwRxT+EcOSmtPRZ5wWskBPXzhC6mmgCPNEVdjOWgk6tqIPm
OkLMUfPY2HIqmMboSK9RnBf1Hbg+OmsGcSot464PelVNYS0jIgpVMlICra8sb2vDM81LR7tt
0HvR+J6iul4KDDSwmaniW0+Ib+ufw+Mc0cUjWSbsYjGp9P4qsKTmNRW+EAoYsltJG6z19w1h
RMqdpL7juHf/AACsyQ0kLkd0er7ALfzwYZKyNFhknGXV9IyAq3dV+EJvGSlqFwEidF5BUWgk
XATr7YTA6qLUuLp81mbifNBfFmuqSbobWhse5CQYAaLPsTdereq+X3s3XMAdvGBUSU0YgaUK
JhhAUQlpEwkX/wCFJEJ2zSsp/RRjkD6lGUxvJKqcFsyrA3g4TdqfaYnI69UFqITm9GY8bkd8
/h74MEswW63grJokupU20tYui+ibeUKcFYaSMl4Kt6QSG5G9soJGlvCESrczJHzDmWTPglB0
8fCEyVIDRRpsp3NynKdukESjRxTDUVhKTl9bYQI1TGpdZtgoq+MxIOvt6QoqvILpvzaWPq31
1g/cmN80QvVQsCT98BqknZp7ZN3M1rhTaVfhDU6KfY79Jc8QPks74xZMpxInm03Fl6ed9fxh
UZqkVUfRVL2cij6BU3aXiilVZpdnpWZQ4CD4EXgSARYolPM6nnZM3VpB8l0LVNM1bD7NQZN0
OHYdAsBQ+2IhgMbi0/iy9AVbmVUDZmcz5OzCbpHMJpsEbLynxhW6ggL5J7LqWKdOKXY/Rke+
DalN5HbrLBVzPurU264T3tDfw1hYJm7JqZpmU9LwRXgEZ8rNxm+qQb7+doVBs4FRtYzeonro
z8lgAnAfGfLfvVSnqsf+BdiDxU2kZ3JjRi+GD+0d+61dfZN4pICgcvj4RFsktkU0liuLjVPz
WVS83QjoYdgghRZBalQSkgaA384PdJotaUgEhIHgYDJciFK7wHMt4iAyQ2RReCDZS/hHGwXb
pKORMgquHBBdV1krbfFgTa0cgRvNa8R/GgLrlkzFUuhWFXbpzfSJtDWOxKuEhPRPtyTlhOWA
wRSlEWzcw3/hGI6dxEqj6D9S/wC8fh8lM7crCVUsbXcQkC+9/wDVCsP6slSAANW3uKZKei9Y
Z03JH2GDA5hOZv1fl6p2poCqipKgSb9YUHtJlUXaMlkOqSqpHF9dlSUqCam+oHyKrxNkggKV
azdnkcNHEO82j4hOWGWVuYkLn1G2ySfM6D8YUiAL7qPrj1Gt5n0VtywUilpFrak38ocu1Vfd
7RRjUlMzLgLbSuWlQJOU62glwEruOLdE9yskpyaSyvMg5SSSIISLZJM5EXCXO06ZzJQ03mA0
FjBd62qHdukIkX5hSpUpzEghVzYD3w3dmUuzqG4Ta5QXkTRRnSlPQamESnYkbZXLhOWdo+G2
5dp0pUpWdzTQkwNlGSgSP3irLlZpSpFpx4gAjVW1oRcbJju9awSCYlWXphUwAVJUq+kIObfN
PGSua3dS9lKVywyDKlIsLwDQbJq7XNYy7aNWMrwSwzQmrl2oVYvqSPrJZRp/lLES2HNJmLjw
CkKcWieedh8fguVVedd9LmFOJ1a9YXuEmLaBZqj3Nu8gIWEpp+TqsvMKZcVLFRStSEk3HjEZ
WML2Zaq1UlPU9HvtYSAb+FlpKcxBIz1GZaU4q5ZCQ5lHQ/YbCKxBDK15cQrFK8ujazdPI5i4
7wqzmWTVOJ2F6UtCQ1OVaXZ+jOtlvoSQR0sItVKN2MkqmYyXwMdv/ZNh+O9D4/zyal27uI7r
KszTNSVLot/uaEo+8Q9pcqdqhZxaVrfstaPcq4bQlrukXWEgH2wuc0AVb40ZScT81P8AhWEk
+0C34QqzRHOZb3WTZT2lehJVYi6d446p0z2VdPDxafm6qNXsTY6jraGE5OSfU5HSHtV20pQb
nJZxNh3U31+MMSbiyfkEBKMS0lqu4Nq1LX/3wypCSPqq3QfiBARu3XAp83dPVOhyPcVjeXD0
jXpll1JQpSPpAei07xNtOSqcsbmPsddFBgXZutmYcJyqcJBUd4VySLWgC6tmiSfomGHHlkFa
ySNN0gQ2cTeyk4gAFIaY2gosblawCq4hI3Us05AWThVJZtEspQQkhR0PnBozfJJVA6oKz5j1
PJYpEypICfSHEqFrHa/4Q4Kgai7Whx5pBglTs5OTSlG7i1pCSegMN36pai61yVFMSVtNXxfO
TLKs8mz9DKD9hJsD/COvvjhkEyfKZZS/np3cEvpUmtiUabUQpe6lnq4r+YaQbgpqnj3CBy9e
Kmdw1J5E6J0QD1gVJntR8m4oOtk2sDr7xBHaJ7Tm0gTk0ou1JvqcwFvKCHRBJnKspY1mfSce
1h76zs88TfyXb8ILwWc1bt6dx5kpgYSl1DKrbHIb9OscmozRmIGg9hMLSgJXTpzIsj6yXRmB
8tQRCej0/lbv0gIHsG3g7Me8FM7CkopgzjcX32g6jBonps/21otO25LRcd1+uvvH8IMlxm9r
eSuCklLWQnXKgfEwZxVyo2hourAYfvLtthJSogEA6wkVOxgufZHzawJBwa3Cb28YS4qQ4JhB
CWVdTltoNoTN7pdqi1QdJnFjawsDCrVBVL7uKZ8mYkH1YMondDu5IH2OW+PrJIBteBTGSMMd
kgPoCUoWlIO3TyjkSQAAEJZLuIPJv1QBqfMw3dopKB7S5t+SpXiUgy/EJDyQPppRN7i4O6T9
wgzdFXcWbu1p7QFDpRYVKKbVpfQWNvhCihFu/hDUBXeCrbSVAzTTASUlV1ZkdbfCIyo6jw78
ZrccAkFbhXRD2gPe3+ClCCtFTWW1KQMwVeOtmiFoJulNTUVSScg0JuqFBkmkgJKhtQRlkXOi
lAH2awoNUzkvupVh2RmZ6RrLJS56E2ylc1y03ATmsCrwFza+1yIB7t2y4RB0Ti8XtbK9tcrd
vgDbVdFfk1ae3LYQ41/N4fa9HrcknkzCRzENhpzLe299Yh8WN3sPYoiDq4eGPbuu6R9xe4GT
bAGwJy1JtnoF1akJhmYaFiA59ZJOoiCaQUzla5vcnpCLJFvG99rwsCUyJRwvl9b7YNcpMkXS
ZbKlL7yiU+B6QW7tEoCBnZJ1SqT118bwGaVEiI9FzL5aVkX8YOCb6ri4WuQki5V9MwpCHNhv
0MKdbmhBYRchfFqpN+rlUBtlXA3eilsJ1QObVwbco6eyC3kQdHT81murVOoTEjNU6dlhLvIe
CSF6FJvbXwEGADMwlnvnic9jswBoM+3LncK1aVIty2HaWyyczbUv3Vget4n3xCTEl+aeUYaK
YWNwc79+d04zEo4rCcw+AcnpQPtAFr/bDqIHoinrHN+lbv7PxumiRQr50bWlBVkBJIGgAEGF
yQnMwvHb8ap2plPfEwH1oKb66iFgFH1D2EWWT6/RqnL40qjc7KvodVOOHN6Os8wlZPdIGu8T
Az0U48O9pgJadCMxa34CtDA2AKgqmpmKmy5T2315ghbZ5pQNiR9W/nrrtCweGA81WauUGXuy
yt7z/mrmk8N0xhRHovNWkDKXe98BtCDpHFRRkPDJPD0qpEspKGwLD1Ui0Jg53SYNzclM3zTM
uTXMLYQT1J2hUOSu8Oacfm1tlqwacWoDVe0NnyEcELetrZIfmeWuSOYlZOozafCEemKdbt9Q
nViiyb6G0J7qkq1Kk7wYSApJznsFipVLUptpsAjMSb38IPdMzKScky45xfQ+HnDCfrdYm0Sx
DakyTKhmU+9bupSnrra/gIO3M5JWnifUThoBOYvbkluBMb0PHGApaq0h7muBtAnGVDK4y4Ug
kKT08R0gJAWJCSGank6KUWdrrcEcCCPxzUt5h1ShNrjrDIuPBdYcVzl7Ys5Nu8ccMyL+dMnI
0QzCP1VKW6rMfdlAiw4YOo48bqV3AKVh4OLvdb4ZrnbVCuZodUfCdXV5tPMxZtAo5nWlup/g
lt11SUpyONIQE5FKtaI6ciy0fDQ5tg11iLXBv6K4peSpkokLmZZttdiQbj+aIk7zjkrZKJWj
eLm255qv1KkZbtC4RnVlXzbL1hh58tnvBCHkrOvsBiYhDuhI7Fk20d5bNBDiQcud7eXYq1rM
4qs8XsT4gdUXBN1OYmVa7hbilD7xEgxu7GG8gq3K9rp3OCToTzKgpWU5UDXzJgXZBcy5Kh9Y
aRU66eWkkMAoUobEnWw9m0GBsE5j65udAk8tJobkFJvqAQdPOCk5p60Cyk2CH+RU5xPjpbpb
UfjCMwuF0F2yXV809zNIyjoIH1Trv1iLtY2Uza7VKWHUqVlUTc7eEFIsUaM3yWT+L0kMPYsd
mGu6J1kmXOwKybEfaIlISXBR+INALX8/X8FVDRGXFONNpbC7qyoUesPzkFGMabXB+f471doL
aaCywlASEIsnXpDS2d1JMuG5r2Qf/OgQdNhbrAOGSdsIIyS6sTN5PKlWW1tBAxjNJVLrtVR8
TZVLvDuVmkCxZWl1WnTVJ++Fjooye74Peq5o8981YNqs6lZClyP0dt8xBT8dRCLhokIzuQOd
zCg1Jumcle6lwXzEK2skb/G0CmsV94EcM/JWVT2wp9srJJaTnWTtc7QPFWeBu63MZp8nGw0y
ykHxufEwCemxzXku5lQSogjNvAFLRmxunWSWoVRAT0Xpp1hM6JR+cpWQMQLUrEEwFL73OcCi
RrfMT+MFWZz/AKwhEU4gzbaDuVixMAk47XCcq063LYGxGFkB2aqEvLtC3RsKcWfddI98N3XM
o5AFTriyLDZr+097WjuaC4n3gKGySwspQ4btA94fsjc/Z9sLgqujVSGjlUxiRydc9cEq16X6
QYapxDnJdW9QikkPOOkoWQQDsmDFW6iLR1idVZEm2C6DfMUjNp9kJaqyxjdSWbfPLfFjYJsP
OCFO7mySLQkSAWNVKv7ISS5I3VDZo5ptRIt37CFQoCYkuJKRFspaJHVegvaD8UycwhtxzTc6
VKWu6rgWBA+qIMotxJcTdfTKbSDXS6huIKhlFowiGlnMki9wRc26XhM6IkRO8CFWnFhn+3tE
ftl5kqtJ03yr/phFhyIRtoGWmif9pvoSFW0o+63KPtIIUhxIzpKb7G49/mIXByVRWnezpiNM
hjcyD6wWFuXIOndVp99oZ1TC+EgLStjqwQVhjdpr8D8FpmvyaaLiual3EWZWc7Kh+qdR+I90
MoJRJGCrziUBpKpzOBzHcUlCkuNhKrKT7N7+EPFCuUQqaSuccSBZAA38oOEwcCSSU5YYeMlW
pwFZZam5RcushOa4NjYg+JAEJygEJRrbtN+w5ZaeGnMC19L2W+fk9q1MSHHHjDSED6KckpOb
yq1zKQtSD9ioiMS60cZHaFEiG1M8HQPB/wAQN/RdRHkIfc5jYLa730O0VgpNulihofmGCMyl
KCfVsdIDMISxp4JczUQp5RWVJv03EKhwITcxW0zS9qqMpv8AT3SN77CDNdZN3xX4Je3PMPKu
0oKt0JsYVD76Js6JzR1kcvOkpWpKkX200hS9kUWOQN0EgKACTeBuCuzGqLsoA73HXwg4JCEg
EIfpDl9Vm/WDb7kl0bOXqs+cQ6dMDiTV+S2pbs08j0ZtKbqeKkgWSBubwu4hOs7MeRlujPtF
8uxW/ScOzbWG5FmdSpp1DCEKSNxYaj4xHGEE3KTpp+gp2s1IGakCZDJLJZDY5IFspGkLgEaI
pl629fNEfNaG0myUpBOqQmBsUoakuQTKLzaEG0cGkpEyNQ25FWW7jo06EDSHLMgmzpBfq+qC
6yzYkOJF+pVvB7hJNJKKQWEJUnMFAdUjUwXfCMWvPBed1StEqNvEwO+h3SEpQ2kAG1oDeuiX
KNSi4267HpHAoLZo30RLqu8lJ18IIQEcPIXnooZUCEZfYdITLQlOkLhYpY0+sEAC1usBvG6J
uhc++2NxAflOOuCMIyyZablmaUqcnmnU3UgrdskJPQlKSYlqZgMbnEXViw59VBuGmkDHOJ9p
oc0gWtcXB1vmCFJuypXeTxNnJGYeRKMVimumQlUthOdTLgV3j1UEKP2w2dGdxxGospnakPH0
eSSxuXNuBaxLQ4DuyNsyt7JSeusRyoaxl21qFLv8B6HiNLYE5KT6pNSxuW3kk2/jIv7zEzhr
iKi3MKUp3b1LJGeFnDv9k+o8lyvUEijPi90qOhi39ijgc7hOslJrpdVlROLfS9MoUpJKygCw
Ckiw3v5xH7+/cDQKYu6NrBe4dlre1xcWsSBbiDYq0pSkKreHk1BKnlSaX8tlTJN02HS99za/
lDF8wbLucVNU8rZISC8bwtlvZ/4SdEhruHkyLMvPssKYEulWcketYZkqP2iHkEl3EKLr6a7A
61reh/iqfYQkOOrUbJWRcW8NTEsqo65zsvqk/wChUtDTfdnX75E9QTufcILqUtnYMGpTNLtI
YlMpBzA+GpNoA3upCOMCzbJO+3yc6kpujMTAJe3FF0R1UviNTeYoDnd1O/WOcLtTcODXrQNJ
mEPYXKQBmQQr8DEY4WcphhLm2KkaHgilF2+qQFCw90JuGdkrELZlZw49VJuoYpo1HbbSpUlL
GYmFfWCndEp9wF/fElSts0lMKqRzyI+Az8T/AAUCoks2iYbWAUOJaBWkjQK/nh27RIN9kXCl
s4+oSKkg94pAGsJAXTo6IyUcDaEjNYJTrHHVHBFrr2dmC5IK6lRGsHYM00ncXNSHFtN9MwMu
SAzhcmUD22H4wIzRywFgHYsvTbi0cNENqJSecEOe4nT4iEeChzlTW7UmpKk/OKBlJQUpRYdb
quR90CESE9cDnZWpyky8pNPf4MqRa/UAa/bBWm4VyI3W3RqnvSKUHCT4gQZKDRBlyVZRsDpe
AKUjAunynKzVAHcAm3nCZ0Rzm8rF2IZkqxvVWhoETLmU38Ff0QTiszqP17+8+qPo6vzyW6jO
knSOCLF7YReNFcp2nS4PedU9MrH75eUfYmEr3JT6sG4xjed3eZt8FHJO7VK0vzHep6C8HGii
lPcOy1mmysXU4q++4hQKQp281P6ZLPiaU2z3md1An1YMrFSwPc/q6Ky5EPNSSObb1NDfQiES
Fa42lresUhnXFJSn9o7384STg2Fl4+rJRkAm97k2HwgAlX+woipt5RLg1STfzhTJQJjkOfNH
LCRSgFAhYFyD1gEd4DYbEZjNRxQ7igAAVDfxhVV4ghGTI/tWnTUWsfdAHVHl/UhJZI5pgIO3
j4GE3ItMN54CgHFoEyuHl2tYvp19qYbs4o+PG7ID2O9VT7BIdASdT4m0LBU1WFw8qbNJ4k0+
ZmZr0SW2Wtd8trdbdD49IMRvNIUrhtSykrWTP9ka8cjkukNdlRW+FVNrKAHH5RscxYN87RA1
9xsfjFYid0VQWHQ+q9K4nB9Kw1k4zLBrzaePxUGkUFMusTMwllCUEslSSQtX6lxsfbEsCs/d
usbc3z0t8cxYDxSOoNIUM43UbLhUFNngJLIpU2s6BXTUXtHHRHZcLcPYimUynafxOgHI9N0K
wINr5HAYga8kRt7CkJGfoJGnmD6/NdUGJk5rqIPt6xXSbZqJA5J2Q8lYyKAAO0Bk5EIIzKOb
Qlt7O2lJNiBcaCDDq6ICS4JE42tClJWCEq0NxoqCZhKWvYormqSClNxpr5wa6DdaTcpYxVph
m2dZebH1VG8GDnBIOia7hZPzM6xNI+jcur9S/ehfe5piW7qO54sRny+RgQ4IdzPRF89r9YQb
eXbhUqYTKc5L7iW1uo/RrygqFxrY9IeNcOJUUXPALQSAUvS60pIIypvuCdoV3mpCxQVusoSd
CsjolFzHEhDZxTa/NPFJSxILVfqsWhMuPAJUMGrnWUeeZm8+VTRSfACEbOT1vR21SQtOFN1p
Kddj1gc0N23RC2SLbAe20clA4FGtNoSoZnUD33jrgcUi7MZBOCFyqBq4V/vUm0KbzQkCyV3B
G+kypUSVK9mTaO32oohk5I5C2lJHJObzIjg4HRAWEapUguixDWYeQjs0SzeaVoZLibqQq/mI
NYlEyCqriPxdwLwwVLM4lnXV1F9BcbkZJvmv5P11JuMqSdATvDiOlkmzAyTmKKpnNoGbx7wP
eVyb4m4pVxO7UGIcWLk36ezOvoFOQ6+kqSwgBKEnp0uR59Ykt007d0Zq1mGSmexsjRk0WIJ/
vZ2IyPAixtwVt4CqNVwRizCmMqg0p6mUWeLzkvIOJMw+FoKCAfVSm1gQdTc9bQzje0vLRlfV
P8YbPiOG9VwcQWkDPMg63tkbaAX4hdD8FccMAY9qi6fRKg81UU2/NJyWU0s3FwQdU62Nhe+h
0hrPTvhFzZUuoocQonbtTC5umerc+G8MgeGazp24MR+jcFsJUNCv79qbsy4PJpvKP8pyH+FN
3pXO5IWXZA93Mgep+S5mOMrFBCFWK1tKUBe5Ht8ItW+C5IMYbgA8c+zv5JiXMLVOy7yXF2Ci
QkqJ9sGIARtxjSCAActMlduCCFtTLRzFaE3yjbQaRFTZOVkhIvZS7GcwhvhlUVc3mqWEJQgg
90k2hGnaTNa2SQqnNbAS3W3gqLlpU8sl05eW2XHArS1tYmnO5KttjAydko6tp6ZfcqTycynE
2At+jSSbfGB32g7qWjY4M3/xZByEAZhfbQxydx3DboD6ecytAOUHxjuKWAyzUYeCmJvnJzId
bIUDfcDeDcEykA3rFXdhudz0xh1J+jcQD7Lix+2I+RqlIDdod+MslOpZRdDUt9RSglR8hrDc
gJ5yssm4qmhW+JdeqJOZD88vlq8EI7iR8ExNxN3YwFCyuDpSeaHSSBLlQ9bLcm0CboWnJOU4
v6M6eECAl3HqovnFUoCPWNgBeCWzRC4hqdpRtL60labpTY+20deyEC+ZR1TmUpbbZSO9sL9P
CObzQSPtZoWY8dU806cqUm2mzS51DzaQOjgJt/GvCbxmmNQ2zTbiQfNMFOQsViTlA0StpQOg
9Y9YAiwSULXGdrLaK6q5JhElLyTabZpe1x1UO9CEZyV0nZew4KLtzORPKIIuDYQ6CaNcb2Sp
o2Wgg6kaiClOmZFSGlqsQpOu17e2Eilmi9yVht5XpuLqq8pIOabdJt0utUJ8VlspJlcTzPqn
7DiS5iSWZuCQu+vgIFL0rd6do7U0Y7fD/EFTKfVYl22k26m1z/2oRGQS1e8PqMtAAPIImUa5
jjTYGgASDCvBRwFyrHpqUomkNggADQgeEKcFLwgb1lO6cVyr6Xhc/rAdRAEq0QMMeanrTmeW
GUk3TcQkVY2aXTbUUkSrJIFgv46QnolHcEmnyW5FhoixDYPvMcNV0xs2yZUZhkFth0+Eco9t
8l9PuDkhKdgLW84MEnUvuExuywDZJXZQtoNoUChZYmgaoiaCRTQm+oTfaA4pKW3RWSORUTWG
yOvhBH6JKkJ+ktUL4tyq/mqlPW7rc06j+MkKH3Q3ZndL49EWxxu5OcPOxVIpNkix16wuLKkp
zlXLPo71wRYCDLl0B7OOOxXsATWFai5z56mJ0bc1LksrT35Tp7Ir+IQ2IkH4K3/YnFzPTOop
TcxjK/Fh4eHorGn6C3I1Kcpq+/KLHNlXeoB8/Lb3QaGXpGB3HintfR/RJnR/VObe7+Cgcxnb
yhZuEGy7Dbzh8CqwW55ocukFF7947QKECwWmOzJWVUPtgYXcPdYnguSdUdgVp7v2iIbEG3p3
Hlmjlu84j7Q9M12GQ0ts3UFJAFhcRXWvY5VxwcErbWeiswHjBHRgm4yK4PsLFODWUzqHLqKw
nLYHun3QlvyMyIuh3WOz4p9CEFpKrgj9RcC2ZvFNCTomZ+TRzlkKLZzX8QfKFAWk3BS4cbZh
IplC0yaUBsdxVwpIuVe32QfghBu6902uKyKbyuXcIJKRoU2gS023kIe3fLLJSirTrKAouc1u
+mcX18PGAuUQxt4L41+Yv+jQPeYFCGWGqvFptlxnMg3RqNNImmsaRdVIuIOaNQ2hKQMoB8hC
gaAEmSUI+R1jrhdmiFlIST8TBcghTFO1JplKm2crz3U7hP8APDd8obkE7jgc/M5BRxaS6sqW
sqUTc3hra5uVJizRYIDqEhtKUqKVXBzAdIEkAWXNDiUncl23alLOhakrZ1ypOir+MJlzS4Zo
9uoWka8U5pQFG5VYeAhS4Tc3HBKGmGiblsZuoJvHZJMl40KWt8ttWmVPsgweAkHNJSxupSQe
Dan0IJ6FQhcOBTYtcE5szMuu4S8hQ8lXhdrgUkQsM9sCg4SptBotRYpUv+U9ZqTr89PqGd5x
lpjIEkn6oJQEp2HTrErS7xee5Wikrqr6E6Le6rd0AAAcyfEi9zxWA6G63M4klWl2ZSJqzaym
6bkagwtWM6m8pKKpfPTAyn2XDMcL5A+5XnPz7DWG/QyFtFM6jLbQWSnSyRpbUxCRA3FlNPZZ
zmkXvu2ub6nUclpPsuvJHD7H/JCW5RivpQ2lQF84Zuo3676eEDXtO6wnWyqNfUdPibhc2AGV
yRmSbgcLjXms8ds3Eqp/i3QKCl26afTErUL7LeWVn/JQmJbBmfonPPEpnPZsIaOOfw+Cx+3O
NyrT826/nbQDdZFs1xrpFiLb5KN392z2k5eaYG5htqRSoIzuKUsNlX1O9v7QNPfAvaSclJF7
gGnifx4HuVz4CnZZ5bbkuFtuKa5awvW5T1941iJmDgc1KU0m+AC2xGWWakWMqgJfByVNsJcd
CkttpKbgKJve3XaEoWbz7E5Iat0ohO7rpoOPJUrXqm6xSXXS6UPzCrLAGhJ3/ExNMY3TgFVH
b5zN97mo9T511aGgpSFIQn6NJVrvpf2fzwdzbOQt3RYAgHlYePmnNagsOG3lfeE1NtBa2y8l
0Fb7jZGu40jjkji5KZa1KLLoWjQlBBAG3jA3SDmk2PFSnBE6XMP5Fgnk3RY+F9Iby6pxTAgu
CsSaqopuCqtUCbOMyqij98RlT9pEN2tu4J042assOr5Msoq17upPWJwDJV5xu66f6MP7XKGu
awsIKUow52KV1BSkttn9cCOTkHeXjLQ5SFAk+qNYKSbpSw6NSiXQlqUIURYp6QlqUe4DUU7J
lxxt9xJuDcjwHQQa9slzWHU6qkeLIZYFJVlSXXnClXiUoGYH3ZrQQ6JnVvs0M/Fv81X2EkuT
WI/SHVH6FsuH42EJOKSw9u/MXHgFe9VZDz6OXc8vIQD1uIRjOSuclnHyUBqMoWq00pPcSo5w
bbg6KHxh0Co143Xhx/HNDcWhupJZvYJSCNPLeOHNOjIHPACNnazL0PB85UZlWVttOYgbq8Ej
zJsIT1K6aZtNB0j+Hv5LHxIbW88Ry1OLUrL4FRJ/GE1mRJJuU94T/wC7Rx3NdDcspwWHXYCC
HNSFFYT7x4AlRGsgzHEeplStpgg2P6tgfugE0l/Wu71JaU0BOhZ2Qm/v2hULo/aupXT3AZzM
L93Y3g10/iPWurOZSgyTTlsySBcj2QVXyMB0YcM09U55QbLKiTlF02ghT+PSxR88pKpdYGgS
pO0JlLnMJorCr1DJnPdyjfwEAE1qCCbJE2kdwjUpG56QCI1oOYSdervMIulN1EefSDpq4573
JMz61KypG5N7+MKqFlc4myPn2gmRACdS0LwnfNL1Lf0eXJMEmSmqs+G9hHP0UXTXE7V5xWkO
bwxemCLrbdYfQR4G6FfeIYxnr2Vr2giacOc/k5hHiCD8FmRJB9sOwsrTjJKQmZQpwFbYOqQd
YOuVkYGxc9gbi7SsSyYWqXadAfYt+lZVotJ9322hKWNs0ZYeKmMKxGTC8Qjq2fVOY5g6jyXS
ys8io4Qp1Tp6+fJTDSZiRdGoWhQuAD5j7QRFVgJjlLXa8V6cxGNlXSMlhNwRdviL+8e9Vlyk
uTTmZN1qGn+qJwHJZ4YzoilSPoqWl3u2dzf1fKADusiPYGtuFPeHtURReINJrBYMy5T5tt9p
GYpsQod6/l90IVMYljLeYsiNc9nWba+QudAOPjZd3qfUJefoUjUG3AqVmWEOpUkA5kqSCPvj
M/YBHEKHkYWyEBePv0/LmS6Wv4JhyyocMtUj0TjqEnaqUl85IlUTrapi1wkgg2tDoyXbchED
esQAVJU1IJZbRdC76AQ2MhIySHQXcSEbzkONnMgXvfe0E3yM7Lt0tOqQOtKIzK7h6jp8YcNq
QNQjhoIsCm2YlnV3WAkg9RvC4nY42Rt3dCZFslKykgphbRcCCLpPdANjzNNNG7wQyEHQpUNB
C0YZuVZBRzmkHNlSNhfw9sTZnijBubWKpfRyOzsV6olVzmJt0GggxN0RI52oy8jLpU8u1/VQ
NVK90JvkawXKVjidIbNCjMxUX5u7Sbob3yp3PtMNDK5+mikmQsjzOZTetJQkXPehPROAQ7RI
Zp99tnNLp5i7+r5Qg+RwGScRxscesbJPO1SWlJUOTLnLUdEp3UrxsISdIALkoWxkmwF0yoxQ
gKdUZdxYH6MJIFx5w3E2t0u6B2QalaMUICE2lHSRrcqEH6doSf0WQ8QjlYgmHWVclnKrfvH+
aD9Pc2CAUwA6xSFdQnHE3cftY9DaCGR10qImcExPTTZqNlTedW9knUQUS5XKMYxoEulKs0l3
lc8Jcvtn1hdsjtQmzo2hYf7U+Ipip8YZOkMzSjLU6mttrJVolbqysgHzSExccKBMBeeJ9EnM
I4oQNNT8AfcsoSTy25lxt2a5THpalIUFXNxYAj2AROyNuMgnkDId1zfaB1HZ+NFKpjEdZX9I
JxC2woBvuWUbddfZDFsETTop1tNHa5e4AD58lsrst1dCezhU5h0KcfmsQzLjrgFgsgITf7Ih
cVZ+naAcg1UJsjnVcxI0IAPYAso9peqma7VOIF5UqCVMoGt8gQwgWPvJiewtoFKB3peqJIG7
wAvlpqb9mqzJUqsmoYplaUgpRLsuBb+UWClb29g++JxrbBQ5c6R/WN/x2I/nLMg0G0Z1ZnF3
tsnNcn4Qm619VNSh1hb8Zfj4Kx8I1UUmtNoC7JWjOkqFwSNx8Ij5m77EeJ9pGkHXlzGmR8lZ
FWU1UKDONFSgnlKebVfW6e8D5bQ3iJa4XUhMBKxwtk4fjuN1nrFFaacMnLKFnSkuZUC1tLJA
ETTG7qqbXPcBx938EXh5UoiqKemJZYZygOHcgeXgYLLvEdU5p7EXtdvboNtdM+w/MZhSJXo/
owXKrcKColXMtob+IggLr2cpTea4EhtvG/wCIS8WZlh5QJBUUqPkYG18kk8m29yTvMKZVKuo
cZDqXElAINim+x/ohAgm2eiUa8tzFiOR9R2jhw4FMGBnHWsRzci4FJZcSpKfDMD0g8gNrokb
tycHgctVI8bTqpfASZYqsuZeCSPEJ1P4QSEXenNQ8MjVFT5uEMA31SDEooEaqSShclZJtYvl
OoHhYwBThjA9tk71DlvUll9vUWunrAJWJyJkXQpAFwkWBJPTSAOqWda2alVOQp1AWr1AO6PG
EnGyVjYb3TnU3G5WklaylKQMxPgISGZTqRwjYsi4urhxVjZ12WIElK3Ylz+t4n2Xg5N1Vy8z
uJv3JfhKRLFHmpl4WW+5luNwlP8AOYQvmpqhYWRknirZMynmthwWK5VJSR1IhJvYph0ha4X4
hN9Uk236Opfqutqui+1jvDgaoz91zLFRZTPIaM28oJQlvvqWbWAvB9ckkzdiHSONrKj8c4pR
WHW5CVVanS6ioqtbnK8beA6Qk6wyCqNfWuqnAD2R7+1VO+StZVfQaAQmVDKa4NYSV1CcdWGm
US4Li1aBCUm5Jgrzuqaw6IPc4uNgBmTwCg8u2X6xNz60kB51TibjoVEj47wIChid4kqQSoUG
XA2e84QhJg6UbopFKoU13QTom1xHFPWAtVh0KfT6IltViDune0EKuOHzgt3VLWXmSbIGU21M
EurCHXC8UsLeyp1UpxJy+yClc113JpqCwag+tRsOYbW8IAJtMQDcocoELQDc5fARyVhLS1IK
gnlK5YHraqPjBxmo+qG6bBMTiSHBe9raXg97qEeCHJwcaU5Tio373jCZ1T90ZdDc8VGZUWr7
SOoWRp7DAvPUuoakaXVjWjt9CnjiAObwCmnhqQgsq9ziVD8YYsFpbK44s7ewLe7h5OCyYm4U
Rubw8CyNKG9FAajS4PhB1ymMxPU+dwpTJWXkTL1KVUtLsyF39IQbEXH6yTmsf1SB0gSQjOe5
1m2AAHjrx4fH3LWHZ74vMnDDfCvFBQJcu3otQd9dFwT6OSToM11J87jwiDrKYl3TR6jUc1ru
yW0AjaMMrH2jN9w5ZE8D/wCPLRX5WKTkAm2ShwhVnS0ftt08xDaGW/VKv9fStP6Rhvzt69h5
qO1QtszMq239O1MG6EhWpItmBA1HlDsZgnkqfM4dMG8fHLlfT3FL5CbSqdak22fRELvmCVE5
j467EWgxzbdJ7rnG0hBFuVvic11g7NeJzirsxUymzM8tVSoa/Q3CF6lGpbJv5G3ujNsRBpa0
uGjs0k9rXNBtfh4hXc8MqsqphaQOp6weMslaCNUwLSwnLVIvSJJicE064lbwGULJ7xhz0bQ2
xSfSnRvFAOIHEqKQ6rL4pFiIL0bOS6xOqdma6440LzN+hvprHBrbIhaAU7N14tJTmWCCbeta
8FMe9okyGcU5M1uVcV9KyB+0NIRMRGYKKWO5pWWpCZYuyoAXtqNoL0kzDdcCb2I8kjNGaKif
SSP+UEFMrib2Sm83kpqmp09uXEvOuocKbFSst8yr7lPTWJBs7GDced7tyv8AL8aKHMExO9Hx
9O9NNQxBMqcySji1sBwFbuW3w8YSlqSf1dyPxp3J5DRMtd4seSbpP0pyZeenuYs5rh13e19L
wSPpN4ucDZOJmxtAEXkEqbmXpJbhfmW3GFahS9Ck+2HDXlhLg64P48k0eyOW26CCmqYxJJqU
SHu5e1wk6wQ1LHcUu2lkaLWzTM9iZTjgRIS3NUSbKX9lhDX6UHHqhPfocjR1zZN4lVTE16RV
JrM8R6ua1h/XoIRLgTd5slgNwbrBdLnJKSyoSyvmJGq9dYMd0GzUmHO1IsinUpQ0A02m99Ce
hhQM7ETfJ4oTP0aUqWoKAPfAh2GtHVGqRcb9bgopiKsss55ZpeZ8nZJ9UecIzSBrd3ilY495
1xoq6dqk2jmOMqPNOgPRMR5lIT5tO0nrJmbM85UC/wA9xLh1Kgo6RzZJCbgo7mwhtrLJvaWS
/Ta3KTzr60rqLKFOLPrEoOQ2/ggRouBSukgc13A+qhsQZGYWPA4Ftu43Hqe9ZwpFReL6Mq0h
KlkLKhmJBAN4thsdVAwVboBdug9NNfBW1TMMTdWduqqtobN+6hrvdLDXbeGEkjWaBXqKRsjR
1z4AfxWuuzAn0Cn17B88Sl5o+lsNqOnrZXCPb3DFXxZ7pI2zM7iqi6FtFiZifnvg2PdmPNp9
yyTxlnplHGvie8y5J84VN1p1Uw4EhKUqFjc+AGtvC0TVCR9FhJv2WR66RsVVIxswjdugC4OY
LRl256W14LLss9J/lxU5ilIU9IpV9EVLKs4AF9TY943ixtc4RgPOahQ0VMgdC3d3gLABwztw
Drm5P1TnfJTB1ycr0zT3peUcD5bKZnl91K1DU5QNAkAAe7WGUbmQggnJTU0NTUQRmVuYuATf
rAH9oADd0sNNEufmZikOS6JhtTL7RGZKjdWvT4GDtc2QXGiYPa+E7uVxnkb+n45qzVVdSOHs
5MFZADBQhV+hHX7YZBv6YBSkjv5MXDl5LPU/UG5up+lKUEfWCf1UD1f6+Jib0aqwDYWKkaqs
xJU3loyuTDzYzeQtvCNt45p3DI7dBafx38+w5KSUOqOzLoS2UOKKDnBSLG4hN7RbNPI3ua4F
ryDzv6nkjJwLYpykuesengIMMylDYA/j8dy89MK6QlzmBaw3dQA2I6QB1SbHEtDRe/40URXX
3aVWZabzBotTaHHUBNu4TlsfcbwoGiyY1RkDS4k3Fj5fw7k4Y5rfzjjFqUaWFMsIHqnQlVif
stBom7oSr5emzGYVeuzDZragohCAo6XhxdJ+zqphLvockGwTcKSND4eMcjREtK+anTLtvy6x
dlW2vqq8YDRPHsN99uvFCbdLEwkHVWhsD4wOoSV97TNTqQmkNSqAe84oXP8ANDUi6fseGiwV
U8UsWOehLoNOVmmHR9OpKrctH85jtBYKKqpXSO3G+PyVESMsW32Wbkm5UQn6lvvhAlNWxbpA
Pip1ITY+bm0JHLIBSQD62ukFAsVPQuBaAdVJG5txcy0m5KmwBdR26WgzbJ4W9bRArmLZakUh
tuYQt15ae6ykd9zz8h5mFctSkKipbSgDV3AfE8gqPxXjeaqUsZZ1aGUhV0yzJ7o81HqYAuys
FVqirlnPXN+zgFVzr6nHr6AdbdISUYTdFS8lOT8wlmUQVXNrnrBTdHYx0jt1ozTtUZuXksMt
4ckHhMOvO/ncwnZWvqjxG/tgOKdSSNbEIWZ53J58vAe/VFqZDDSBqLAX8vD7IOmtrBLZMfnj
A3CBmUPbAhKM1Cf5ZdpwGwIJsoCOKeMPWT0hS5WcC0aJ6ecAeSkGudE/eap5S3UPS3MNgYTI
srrSzCSO4Qy+Zaq5ldFX0gLcED5OjevZ5tDiErQBZX4wVLSjfai5UZbIAsUje8cUEfVNuSFN
sCYKU3AsfWgQUWRgkGZyUenEj09WUXGyfOD2UHMLy5JxWErlQm4ISbD3QidVJkNc23JQ6XTl
xSxbYu6++8Gfmwqu0QIxGO3NSqsyyZ3gviCUdSSgZlA+HduD8RDPScK5VDC/ApWO4E/NY7y2
eVf4Q+ssdR2pFr6EDW+w8oFcnulvNtzjQVZOuqj9kCFyl7tJS4pD8i6WZtCgpDiLgXGxHh7R
A2Su7xatdcDuJ8tiSqKwPjFAlsULYKZGcNwmoZQbNqG3MtsR62vXeBrYS1vSM4cFs+y+ONq3
/QKsXkdk132uw9vI8dNVZ1fw3NegrcZJRMy7oUhYHeHgLfjDZlQL2PFWTEMNLGX1A80xMqKF
NPkaqF0lV9FePthVj7myg3NIbktj9mDHxoPG9mkzTqGaZXG+S4SbBLu6SfDWK3jVKZ6febqE
3NhcE9viui1Q5BnFtqmQtY9YJVtGfNZLA4i66J7XN0UZmKO688pcpNZla91Y0+MSLamRresU
puwk5iyRmm1VltXNAUTsbgWhVtW+1r3XOiptQbDvST0qalkqVMslATqVC1tIctfKRcpN7IPq
5pI/NtVBtAcecbSld0lJsCfCHDKmQahNTSQ7wJ1UkZrtkJQsgqG36xAjhURnXJENLIDzTq1V
ELBW1MZF9FbQ5a9jtUyfG8NyFkrFafsPzo/GC2j5IN0c1ZrmGZwTcv6S4ktKN1ja/v8AOEfo
kjQCTkmwr4iDujNKpmTlZabdkpeoK9NygZGrXZB6nx6Qdzadj9xpO9bhw7j8EiyWSRokczq9
vFMDlTmqbIrZmp1l99DZS3y1ZlH98DoIbNeYBu79+XPx4Hv1T3oIZnhzGkC/d5HioTMTbzj4
efbIC05fo1WQANdR7ekRxdc78nuyU30eW5HY9+qK9JzoKENoJUk8tdtEnzv+ELCXeHVzTYx9
G4XyHH+CG23MMpSXQElwWC0psgD2Qq2F5dvc/d4cUZ8sZbunQc9SlqEsOZA6UuALvcG9vL7o
dtiiLesQUydLKx1mAi4Qkes4pxxKgom5F9oXY1rXk6pORx3GgDRECZbl2ypTiAlIPecduSPf
BW9FGcrBC8mT+CjNVrQelRLybgcdvq6jupT5DxMMZ6lobutNzz5fNPKeAOddws05WPH5JiZo
czNEqUSQfXUehiODidVJFjWAZp6aw2y2ycxurL3h5wqACQQmpeQCEeKbISzPeSAB0EL7wCZn
euub/amraq3xkZpTaQqTkWxLkJ3zaqV79QI0fAmFlKXHLeN/DQKMxDItYw3tqO/XLkOfBZtw
4wXafUErmUpUHAQBoEAW6/CLUToqweiG803t7loLh+tKOSVOqfb5qVZieihYfbETU55K00L2
sZdg0sfLI5K++Fkz6H2k5CYzhCahLloJcXYrc1BJ/ipiv1tnUpYAj4n0e/BK42Idu+8ttyOT
u9U7x9lZaidqKp1Gfo8jUKK9OB1TSkZnJ3MBzXd9CL5R0uB5wphj/pFJ0cbzcXz5ch80pikt
fSviqaeRrXWaWtLGEGxbcP375kXaHZGxIWYG56l0XE0hWaLTphqRSsvMS07YgK8BbcDSxi1b
r5InRSOF9LhV2ofLIROyDoCTewfvN11bcNIBH1eB0KfJDFNaxb6OpqVl6UzJBwF1hBSlKVHM
rN0AuNPbDPoKekBzuXW17E5YcTxEOdVPL2tO8SGaaAk2zI0vy11UJqNRUmszKpgqcIdC82fc
e076xJstugBRs7RFy3dRqB4Ke1WvSJ4E09vMrmz8z6OmVZVZzlgXU4T5nSGjGSfSjyAvft5J
VtSx1Hu7oLr2tew3eOYvmP8ANU9My06lyYmn5Z1MhcAFQKbJT5xK77Sd2+abSQSxx9KRZp5k
W9RcjkjRVZdZKpdIKMgtmVex8PdAhuWZScdQ1wu2w7s/x+M0506uvSs026kqS0dFJSND7YKR
dKkF1nDXvUxmKx6ZT1AJ5LajcC9720grW2KNvuObvcvDU1ScozLzC0NgtAC1jluL/jHAB1yE
XfDSLO3h2H8EEcQq9xJPSSqRdwE1F1Sbq5mgCbd0jqYFt7okso6MssO/O47O7t+CbqZPF8Kn
X3LlxzMSroNBC/BN2jdZcIioPyhrk8zKv8+X5ywy8DooA6ERzCS0E6pZ0jHOuz2Tpe4PvzB7
CjpSsPSTja1uhQJCfW38DBjnkhaWtAddOCMQ8ybdzthSrEWOgBJ3t4wUDROzK4G1s+1OUrUk
Kmm2kk51DUeJvoB9kHOiK0netbM+9PFZxPJYcoExMTb9qgoZWJVGqiuwyg+AvDcnLLNEnnZD
1CLu5Cwt258BxHkqab5j65iqVJZefdUVqJ6n+j8IbuOdglqSABpkdnbPxQLlMiWWWsxzlXMt
qb9PdBALuulqje3dxoy1RlOebYeQ4pRcWkkKSfqmDWJTOKQRHt7fh8V9UMbSktMKblymYnVi
wZTsk7FSj4DT2wawCVkxAD2M3en8FXtUqM3OrdmXXVvTi0kKdta4A0sOgHhHEqDe5z7k5nmq
7faWJhSlkrczfGCJkRZO1Pok1NrQssqLQIFgNVk7AQF06jgkfY2ySmqzbdNk3adJLQqZIKZp
xk6IH+1pP2E+6ORpHtYDGzxPwHx5pmpUgC8H1J1GoBGg8IFoTZjblOM+ypDIcsQnrrA2Rntt
mgU5RU4sm10p8Y5dHqpEzZpSVi+bcEQCfNyN1KJdLb0tdV7K71x0PjHKXjDXtz4p7kszaw2g
5HBa6b+sPEQBU3TgNO7ex9UumAHG89+8BY38ISBzUlO0Oj3hwXss/wA2RLJNlt6gnqP6IMQm
0E283cPBHydlBQVe5FxaC2TmMgapSpIbaOXvJA1gQEoTYZKPG5dQ5bUKvrBs7KKt1g7kiJp8
NNWTvqYTAzSM0m4LBMMur+3bSyO6FggnrBnC7Co2kduVjHnQEKaVVaWeEuKFqHdTIZ7/AMGI
+36RqvtS8NwefkB6hYyKbO2Ve1hew12iRWJpc45LmnMIRLZH0EhxwHRQ6Ry5FqWkOZ0DKkbJ
zXjlysOmVtuYflGVMBiXbbSgJ5l8yrd5QPnvaD3ulQ8lwvorRawkxU6PN1VmpCmvSUmqakn2
1lD3OQpOVKCPrAnN7iYQLwDulTHQxCEy3O9luhoJO9fU2B3WtFyXGwy1uthcP8YVDGXB2n4h
qSS9iKnL9BryEj9MpI7kwkeC0WV5KChFPqIhDOYhlfNp+H44L0Pg1UcWwZtQ5vWb1ZBz/aH3
hncfWuiqpTTKzrjaVh6Xd+ml3UDRxJ1B/n8DDaOoN7nIjI96j6ii6GTcBu05g8wdP49q8kk1
KUMnUKW+lUxLTKVsN5yi+XUj4Ai8SHSslaWu4qHkhAIdoeZB+C6WYN4jSOKsByFQdcU1OJaA
fF7qzAak28fvjO5CyGpMLx3Ij4ZDF0jSLDw9VNJOrNT0o3MSU+y6l06WcKVC2mogf0ZHUIKZ
Wda0jSOOYS0TD6FpS4tTmYki6iRpC7WbueSS6pya1HMvutlQUeck/UIunKekGIJCMOrpqvRT
pN+aJllcmYWLhKycqT4gQmSYhp4pdsjXjdOR52TNNyFWlZ1cw6hwJURZbdim3s6QF2ym41S4
YyNth6oyWqszLOKTMNLygaXEBu7vYinrDKxTsMQ08AXSu/XSC78vNF6IfZWwJjmu0ltPNCZ5
SCEPHujP0OT3RZt1rot15JOeZyPkOKzdha2TTq8tcu9MzwkWUFt8j0p0cx9baTlUrTMb+Hle
GZc1jQ1+ZOpAyJHE9qetMzjdvsjIX5KuK5OSks84GEMtKA72gJ12+6ImZ9sm2HFWWmY54G+S
QVX89VmHDlUE2B010iKdKH5FTbI3RtuEiRVsqkuIykjYk6iOjksQiSxF4tfJL11tx3lrILmR
Fk9/QadIeOrb/wCaaso+BPuRqcRttS2RSUlR9ZIT/XWC/nF26BdG+gEvLswovXMTOGRu08W0
dAg6fZ90MXTvebKSgpW23lCFV+Y5jaikFJVZRvc/CEQXXT11OCw2Ofdbz4KTv1CXmpCUdb7o
tqANQYcWuLptGXbpDhmE/wAjUFNSQs6tNxc9694dtAAUVIxjnaBAmq48DYuKJV4m1vKDl+6k
BT7wumOqYmTT8OTc9N2EvKMKedcWrQBIv7zpHM3pZAxvHJAIN3O/4/yXJrHmKH6lxNnJxmaQ
uYmVOLcUSSQFd4i/nciNkpmBkIbbRUupcyaUPBIubg2I/jloRoe0Kd4NwdXZrho7804VTP1G
cV3JieVym27gG6dfviIqsRgjnG/JYDgNVYqHDK+WJxa6OMEDN+67Uagbpc0jhe/aNFceG+F9
focifSlyYmnCVLyTCihIJzZUgbAGIaXGopHdUGynKfCoYm9eVridS1lr3tfIkAZj6oCmNDw7
Wadj6g1Rc4wRT31O2aFiFEbg+Rvv4wymxFr43bosSntRQU81P0W8XWN7EZHwGh0IIzBASbiX
wzlOJGM5aq1WqTMqGpYMqbllJHMsSb3Ox1hKlxaWljLGtBuuNDhs7G/SWF5F7dctFjnYgAk5
6G4UGqHBDBcwwhMy/UXFtJKUI9K0QLWsBaDtxarGls04bT4YzIUrT27zz2fat6JVT+F+DaJS
HaRJylQVKPJ+nSJk/S31IVpqPKCur6mR2+SLhN3RUpc0tpGZae1kf8X8EGU4OYFn55PPw0t1
om95h5agkXvteDnE6oaP9yXAYM/osQ/uAn33zUob4T4IkFMpl8MMqDYIbUUqISLdNYbOxOrI
t0hTiM7n6uJjb8mMHusjF8NsFPyXLfw1LLbSk5WnVKUASPC/lCf5xqgb75ugY/cfvNjjB5iN
nyRCMAYMkpMJYwzIttEapRLJNvjAmuq3G5kKXbXVbR1XeVh6BRGtcI+G1SnAsSTlLnPrLlVl
Av8AvTpEjDi9fEPav3plNLS1BvV0zXn7Vt13+JlvfdQaZ7PwNPnfmjEq5jK0pUsxMN5e/wDV
BUOkTEe0TshIxRL8GwOZ149+O/Mh7RyOgdkeFys6YjwdizDVbXJ1enzKVG/04ZKm7DqFDSLf
T4hTVDd5pVXqtm8SphvxMMkf2mWcLdtus024OA8VCvyfnJmpKcdLnKVqvTTvHe/naJDfadCq
19GLDvOFvdf4lPKGaNTsKoZc5y5xSlI7qklCEhVttyYT33h2Wi7pGMG61g794g9wG6R473hd
QapSTjNZCGXXG81nEhQtb3QcPuLnJISxh0gDePbf092ikLGHJypMsLkpCdmdb5hLnl6/1vDZ
9ZSx33nqwQYPiU7Q4UzgOZsL+DrKZU/hfi6dphQKUEEKJL0xMWcJtobeAsdPOId+M0UZycpm
LZ2sLdx7o2jkd5x77jK/IXt2FK/3I8VJcC3ag3IuIcBaeK9EEaggDzhjLtBDazG3UizZGN7f
004A5i/4uozW+B7iFsVV7Fa6lOleZ4rUrRXTQ76dY6nxZ0ziCyyY1GzWD0rWiKZzjxy/Hqmq
fwPPUu6TOidU23n0PttoYmoZ2yFRU1DDAP0bie/L5qLTVUkpSXUiZnEImQMySBuAdfdD/K91
ByVMYG4Tft/j8FBqgzWqy44imOLZlS5q9bQA7/f1gM7KMLJahx3NPxw1Ulp+BZSmyyFqdcmJ
qY/SOEZiV21J8hAXa1SMdJEALXJ45+9Cdw3zZ8tc1wKGhIRsPLxgjngC6XFEXusAbfjQpOrD
NGpt5urTrDdgVJYKwXVEHTTeCXcRkEV0eG0jyJnhzx9UfEi4CjtYxAXWRJUFgrmJhBQl9IyB
kX7wSN83nBg2yYzVjpLhgzItpaw5AcO/VROVw5N+kIdmhlCTq0T1hQBRrYXcU+lLTDRbsC7c
X/mgyWuGiyIU25NpWgCzdrXtpHIm6XJmWyuUmAoAjKbGCpAgtKkEo5zpMi91oHxEdonzDvN7
lIaW+2iUXLuHzQeto7VSdNK1rSxyVzM2mXICzdF7tvIOqD/NAJxJMGdU5jgRqErlar6SktOF
Jeta42WPH2wmW8lIU9cZOo85+v8AFL2kKS7nbVZQHhHEhOhHndpSlBykG5z2ve+g8oKE4At3
r0zL5WvOQUD1SkdPODooMlzvHLgm1yYbacVYlV9beEAmb5WMJsmKamFKmFBB0P2Ryh5ZN5yK
dVy6al0WLhVcaeECM0m87jA4aqX19xP7jmJTcZVUPOfMxH/7wd6v1Y7ewic/sNPosfvG74CR
pl0PhD9Y2rGw/QafUMAPqdb/AD8TRKlldhy8oI08b3gE4aGOjtoed+6wsk0/giqKAmpSSDsq
g5QmXTqU33v4wXfZe10f6NMW7wFwmZymz1PqqEpZccZQ6lKVrbKCbkesNSIOE33XB1rW71em
GarOHEZk0IbbCGVWaQ6F5cps4RpqCL+6EpmBzVMUcrukIacgO3Qcr2tfW2V1p/h6+/SKh6bM
zTBw5PNejzFNlsvPYIUnK5Y2OS6776Xir1n6RoafabofgVqOC4ozCKpzjIJN8AOjJ3WNF7XD
nAtuACd1mmptdaJbplDreLZumy1HcTSZFPNQ4wol5zIfpVJRrlvfMU62sSIqsr3j9J9Y6j+P
xWiU9a6rpukeWPFyWW0sRkHOFtdTu2BJysmCtMU2QkVPU+jrbk/Swpl4vZ15FIzZSkaZgQrv
DcG0JxTuL88lGPiq5LFwbnfJrSPfl1RcAZXyJJKmWE607TGaG1h+TUuZfUpFVlplQS3MJJzN
lN/UVuCdjpeG1bFFUgiQ25H8cE23alk/WAY1jb8buI1LteGmV+auig1ql1ppqboc5ZoA8yTH
ceaULlV0+GlopclHNA/rDxGiftroXi0mTiPZdll42vfsUtar04W1mVnHHGg2ChLllEEdPZAi
rnaMybJE0dI7Voab6D8cU+4dxZIVGZbRNOql3jcIuLJcI8D+ETFNUtLrPyKha2kliZvBuX41
5KXtzS+eM3dSAbnLr5RJiQfWUQYcrtKdpetKSgNvpD7f6qtYQfGx2bTYpRolYbWulMwiRmWl
cllLbn6qibf0QhvTNNnFOwWnOw8kzFh0KI+aXDY7gixhTf8A2iuueTfMKvOHvF7iFSKc41iG
rKqVMICUeld91oHcg9QPDfwiE/OFS0WLyR25/wAU5qNmsMbJ0tJ1Trug9U+B0vwIy5q0FcSp
6o0lLbE83ys1g3fKbe06wh9Ol3d0nJGZh9I15c4EHu+SjUzi59qdbVUZdakr05iXc2sNjOXH
NSzKRm5eJwKWqnpBaStDi1JO4HS8G6SQ8U3tui1tF4moSEus3bVc6W30gHF54oHF1vZCA5XJ
VlpxxKC0CbAqUNYEB1rIpcbXICg+I8WPNIDUsQ2lZ6HvL/ohVgshDS8ZlRhienZxhAW8b5rI
QpVkJuIfs6xsEVzGRAvfpz+SdEzjbZ5boKn0DvpTqb+PvgSQ0pwA8AN5+FxwT7Qq7LCbTJv6
srNkkjUGFWyAdyYSsmY/fb4j4hTdtbDjIXKzCVtKGpQr7IXaWmxaU36SKQkcRw/giXEpdQs3
IWkjS32xxOVkWzQdNVRXGioVeV4SzFOpDCpqcqs8iUbbSbBLQGZxRJ0A0AJ84l8JbF9J6WY2
a0X8UlUQSTQubT+1YC54XPE93is20DhhTmJ9NXrzvzlUi4XF6WZb/ZSDuB4n4RYKrF5JB0cP
Vb7z3oabDaemb0j+s7XePDuHAduqtiVrrQyyNJQ5MZE2AZ0QPf19sVxw+s8p6Hb5G4245n+K
mEgzV5tCHCVII3CiTaEeljGictidaxbn+O5SiXw9NLCVurcAVukkpvfrAGeMIXxl7bWzUhYo
Eue6Qom1upP2wkakcEgKcjUD3Ja3QZFCSktlVjoD098I9I9xySxs0W/yXnzLKpWFBog+F9IP
vvOqKSOSVsyDbTarIAvptvHXKScUhmyhhBcWsJASdVbQKIbAKIzlZprSy2p5kq3JA6weyIHu
1Fz4JkmKtRWZdC3VpbaWo5FhVgq28dco7nuaLuafEWKYZmo0R0cwzYW3fqoWECHOXCZgBO76
oyVxBTEsTLMigPqQ0pYSm5CwnU97pYAmOJde6FvSSnqtt22Fge0a58LBfKqs1VcNsK9AHo7y
VhxpScwCTdOUje5EKguYbg5o8UNQHXBs4Hhce42BHiVDJzhFhWZqiHXKW8kkA/QPHJY20sdr
RJDGa5jN0OSn0Sikd0j4IyedrG/HIG3kM0umOC/D1dUacRh9LxSkKXzVmyVWsbAQicWxC1t/
JO29AbHoWA/dB8cxllkhfuc4Tps5zpPDsmghod91gKUfZeGLsQqZMi8p218sTepZn3QB6BAc
lHe61K0tDbYFuiR8IR3nuzJTVxe43c4X80kn5SfbZb5KG2lfXbTreFGtt7SRuXfW05aJjmaV
NKZWiYm0pIIVy17Anpb3w6a9jexN3DO9yT2XVY4lbq8tJrRKyzTj7YBFxcK8NOv9MTVLNDve
0o2annI6rsuH4081mTEk/W11iZlqzzcjnccQz3Ci53H9dovNMWOaDGVQq6KSKTdmBc08Dl5H
S/coI9h1MxMFTcjdlJuypTlynwuIlQ48VDmjfIbsAse3Me9PUg18108qnXmZFIQOZnXY6b/d
BiS7RH6GKlH8okA7BmfP8XTXN8R8PUdPJZfTUnjq2gKuArwNvdCRYSesUk/EYIsqdl+1ygNV
4h16rOhTC25BGe/LaQb3TsLwoGMbmomSsqpvbf5Zeii0u7U3KlzygPErOZS1XKtcx1MHzTNo
I0U3p2VEoQ79EojRaEXVYnb8IOnzL2sdEum3JhxZQls5T6pt/XWDXCcua8nJR8NttVb89JUg
DvBO94LxTUNax9n5hSRuXQ7KZpZSVJIsLCC3Uw2Nr2XYU3TcreXsW0k298cmkkeWiaJa7Eym
6FAdRApkzqu0Tw4y7kD7J21AHxgE7LDbeavBMcyXINsqhqk9IFAH7wskiSULygka91STqIBJ
C6kklVZgNhDiUrIFs5Nr+2CEBTUFZO0WOfalD1UVmTYC31iFfdBd0Jd1ZITwRfzn3whJtrvf
xgeCD6VwTRMTWVagTdQVa4OloG11GyS2Pam1b6nMgBtrBtEyc8uXk08tMoq6iEkdyBQyOdup
7NU+ceHtVp61lJcpq2Em29kk/hDZ7Mwe1WGmrRNRywSHVlh4Zj0WZ3F3Le5066Qc6qkKx8Nu
PGTShlGfNobddYMlWBxNgruoLNW+bSwlH0atTmG3siOldEDcqy08FS5thorSwlRpOZxVIzNa
k2n5aXdSp9JSMziNlAHxttEPNM5rT0ZVppWmBwkeN4jTt8eCsCZ4L4OrddnKnT0TVLmH3CpD
8sRdelhmA0BI0NvGI1mLTwizsx2px+baOqG9LDdx13XEZ9pINx22umL8g8Q4LwrRpyYpi6xK
sVRz0t9RuXGLANhQF7Ed4E7GwvDl1bTVYIJ3bj3rmYfW0jouhs5rQScjcknU890ZDK4vfPRW
bg7EUzT69zcLzL6JVAAcbmkBtSVXIKAdRa2x90VqsY3T8e5SdOXTi0jOjabDdLrg9uQBsTna
1x2q2sOOisT0zQWJgtzonVAsOnOoKQCboP1gbnu+I0iE/SNk53/HmrPT1FGWtLh0bRfSwaeA
sXEWPfkrEoUrLU/iFKyVWqEq4mXUtvmJIUTdJIGuoB00OoMNXTuJLD7k4NXQGF0tM8kEWAuQ
PA5g+GR7U0zckxIYumahSWec9mLco9MpBMuq9za1gryvcQu2sIbbgeeaSMEk8JaD0ZdqWm7r
cg51yy/ZYptnp/GiK0xPENTvqofYQkMaBNs6PAnqNusJyQ0tUCXdV3P5pKKCWlJtKXjM9fMn
kLj15lSWn4k+esPqKS4ShVnG3W8jjJ/VUPHziAmhlpX7r9OB5qXjaJhexB5H8ZhOKcU4jokm
JtiaXNy6TZSVjMnyvfUe2HMU7uBUfNhkBv0Y3T2Ze7QqY0/ikhdFbfqPo0u8rZu5uden80PR
U2y+Ch5KKWNwYHFx7Bl+PFLWuMFO9MZaQwV/SALUskBQ8tN4HpgeCAUWIXuW2HaP45DtTuri
dQiskyakm+3padPtgOkPZ5/wTboqnkzyPyWcJTG0l9EHXHcg3HKJ0HjFd6B4N1dt2RreozTt
CkspxFpDIUsF3lq0JLRF4P0LgkHfSXDeEZy7R80ZUuIEi622hpLwUCFJHLPu6+EKNitqgbHM
4E7mvaPxdKRxOmEsNiWlmlrSnvZ0EXhUADVIGmmcLEkeRR7HFCozDq7UtpRSO8pKlW+6FLN4
BJtoqpxtvX8M/UJjnMcYinmxkp7TWY905Sqw8dYC45p23DpRmXnyA+aQMN4hmZpucfZemhcB
YNwCm+trbQQyRX1ShpDukM14HXP4qZy9Dr1TqjASlxiVSrMywT+jSdrnqfOOdK36v8EZtOwC
7gATrbIeAzt3K0qfhhQSpyccU4+s95RFz7L/AAgguTqhHRxt3WDJLnaHJyiy6i+cpsSd7ws1
1kDnNe3PJRV+Wfp6luSLr6V5hmKF6fzHaHrOtnZNZqemqB1gDyv8DqgDFtVSeQ+0JhKTYgJs
r3kQqY3HUpgKF7XfonHuNiPfn71Ea7OVGtVpPpCByGk2YaQbISOp8zDphDW5JdlNudYG9+JU
ZXhx+oPBE7MqTJhX97sDKD7fGFN8jQoxp2F13XcR5eStHDeGpCVkmRLyKW0p8Re/thg9xLsz
dLfpNBl3KyZOnoSkEIA9ggt02N+KdkSadFZbHpBkTfIX3o6WwRbLreORC4cUifmZaW/SrF+o
OkKAtaMykiXONmi6aHqqgkhpOYq2sLwbfj5oRBUO0am156sTWZMq0plu9syka/CDh4OiMaN2
sh96Q/ktWJxThnJvuq2A1g1zwRhHSxnI3/HNBTw/lQ6svFb2cWWEm3np744vcnIljAG60eOd
/eiZzhnT6nNc6bZW8rSwW9ZIAFgABAB7holWTxxjJrfEE+pQU8I8PpBSZVrKbXBUpW0FMpSo
rRe4aPBo/in6RwHRqbLrZl0NtIUCFZGhqD7YQMoJ1RH1LpCDnl2gegCc28LU5oABSgm98oSA
L+6B302dJvG5HvuvHcPSaElSCpIt1tpBC48Edr4z7Q96j01ISra1KS4SdthY++CNc46pZxjt
kPeopV5UkpKnU5rXSkH7IcsFk0Ja7QqMuysz6QkDKgeN73hyCUTo2nUpnn6XUnklTTgSUnob
RxuUsyGLRx9VGpunVGXcJmW1uDoUj8YLaydNgH1M00uMJJ+nbNsovf7oLlfJCQ9gzFlGK1hO
g1eRKpunoeJV6w0UPfD+Kqnhza6yIRHIN17QRyKqKp8IKY6F/M9Qck+pSsZ7fbE7DjtSzJ4u
oGbAsKqNGln3QPiFV1T4OJcmstRm3qgcxKiAcp84mG445wyACgX7L0QNxvO7dE2N8GKGmVVz
JZCUqPqJvf49IMcZfewsi/6M0VvZKbnOFDzE0p6nyDiBY8txQAsLWNrw+bjVOB1yEzdsnITe
MbveQoPXsAYhpEmZxqV9Kl2dXGbC6QNyAN9Ifw4tRzP3A6xKha3ZfEKaMyMs8DUAgnwHHu1T
NIPyC8LzDzjq0VQud1nJZIF+nlvExd1+xVeN0fRG9978fjml3pqXES5DQZyoCVG/rH9Y+EGG
qc75da4tbJMFUfksxU48kO20ym5gUzmdHzzUbTX3pWYUJd4J6EJVmv8AhAXCZCV7Tdpslkti
kmZImmQQdyFax1wl21LgetmpCxOU+cQhxLwbUoXKSRpr1gQU7a+F/GyXITkQltDlwrYnaOSo
A0BSVEolLtyvUE3+MckxGAUN9thDVyQkjbXeOR3tjAum9LySr1jaOTUOCPbcW44G2zmUrRKS
N4DJKtcXGwTe9NqS6pvKQoHvabHaBTdzzeyLCn1aBKiT5bRyJ1inGXlJknPyDbz0gLp2yGQ5
2S91pK5QpdQe6NNNjHJd4BbYppbC5FoZxmRzfWHUEaiOIumjSYfNUzKU5U9iD0VpKlNh1QAH
gDCZUYBc2C15w64dvOSrB9DU+kpsTbRPhr8Ir9bWhnVBV9wzDCGdI4C55rTmHeF04602RJLc
JJ0QkWHhrFSlxBoOqu8NC8jqj3gBXXh7hRLSyEvVFIbJGqAAYhJsRLiQxS0dKyIZ5lW3Q8CU
SWeUG2lhSUEpsL69L+XnEDPVyHMlSLI25gMzT61hlHoxDrLfJsdL3F/ZEY+odpdPGR7p3hr4
phksL0ZfOmKnQpVh9pw8oBkDN5m24gslU8Dda42Tlj52AGUgu87DsRy5GlJmQRSZVx1CQUr5
KU633Ch8YadIb2LilXSSvYQTcaZ2I7dR4ImpU3Cyn5OcVTmEqRqtsAi6hrfMOt4EVEg9k5ot
3h28bW4ZCw7uXYvPm+QqNaU6i6Q49nmLLIUegsBt7oM2pnaCXG6QbDFZoblbIDme03ufEo2f
pTomSX5pxVrWTlTmVDhla+2ib/R42u3cye/+HxT1I0ijqm3JmYZmEOW0cQoAn2i2sKmt6Rha
/Tki2fHYhov3nL3pXN4fk3aa6qRdSULSStKtL36QwZdpBByT10++LOFjw+aquewO4Zy7bpSt
CswbBFkn2xKBw4G6MJos94Z8880QW5punsMraQubBypynKpSepsdz5iDDMIjs5d0O7c/mPik
xanwSDRySNz3NYVBAH8UoNPbHv8Akh4P4fS07hll6tKcLyzmLLSrZUX0R++OpMMJJg09UIW1
DWEgAG/P8aKxkcN8MPSK1ZPQ20rGQKfuT7usNPpFrnJOxXSOydG3PkD8NEJrAWFWEO55hxQP
7VwBCJrGA2CUMrw7eDAPcjZDANDn1vIlG3GrNktrdVZJPSCMrmF26427VzpSyzntFr8E60rA
UnKLVclThNsyDf3mGYrJpXlrQivezLLJSSWwfRbttcrOq2pWq9/hCL5HuO7vZpEzFoJspBKS
cmgraZlkJGbKlKRpaCNkDnGwSTnPsCSpPKy0o0jMtHftYBIEWGJpIzUNNLIdElqE82iWKGGw
2obFRvC0jmMGZRYo5Xuu5V3OS87PpUHJkgk6BGloY/SRwU02CIG7s+9J2KI8HGrzDjp+slSi
RYQ4ZM88UBjgaLtbZBNLcbccU23dVrd3wO4MOekyQlocc0NihKcduWLjLYG0D0x5oxFtVIJP
DyAVfQ2UBfRN9eggv0glEL93ipDLUx5jLZoAHa5taCdO5NHPjdxTk0w6LhRbSNyLEwYTvKbO
LO1KOU4W+480fakw4bKftJudy+YKbZqWmi3czKAD+om8cZP20sxsJPskpsNJaU8FuhbyzpdZ
/CEt9t73Txr9wWYAE4y0g1mvkCbbaQ7Y5pTSWRydkSzaG8oIFxD1pHNRjnOcUYUNpTqABtfp
BjIxou4og3jkEUt2W2TqfLWGrqmPgLpZsUp1yRYU6v8ARNhAtuqG5mldoLJYRxj2ivQwsi7i
7ewQSzj7Rujb7Rk0ISWQnW2g6mFm2SbnEpvn56VkpZSirmODdA/ngxkYFzGvecgq+qeJC6tS
EvXR0Q2PxhMVEZThsJ1FyVGnZyfnE/QtlIPQCO+lNGgS4ppH63SZUnUXO+tkJPW56QH0xw0C
XbRkIKZGeXZKJVZtoFBskQYVMp0HuRjSvH4ASpqh1Ny35o8RfdTdhBxUScQu+jAam3ijXMMV
uyMksl0/vxf4QBqXjgu6Fg0f6pIrA1bn5zkiiBQUQkrdslIHjeCmoeeCVD+jz6QD3+5Lf3GJ
dbGafmS05uUSpsB5XMF6aRF+k05OY3u8W9PmvpfgthRlKc8vPKJOp9KNz9kG6WRCahn1Y2e/
/wBkpPA7Bsw0c8hNn9a82fb4QYTO5ov00A5xs8j80zT/AGdMKzN1Sb0/TlfsPBYPuUIP9Ifz
Q/TYT7cY8CR802TfZtkH5VsDEc4222kCwZRfwjhUPCEVVDfOM/4v4KFVbsrNuukymIZhy+3M
aQPxh/HW7vtIDNQv0YR/e/8A7VUNZ7Fa5mbdmGJ1oPde5lCvPumLHFtBNG0NBv3hRE2FYHVv
6SVnWPG+fj7KrKr9kjEkqkttU1yeQE2vLPKB9tiIdDaSYcvJN3bMYLKLNt5kfEhVNWuyLi5T
RW1KVGSWCf07GcG/S4h/HtNHe0jfJQU+wlO/OCYj/C70sVD09kHiqpRWxJtPIPqqDgTf3HWJ
Zu0GHO4keCrsmw9cw26Zn/cPgiprsmcYpdBWKI071NphNx7IcDG8Pd9b3Jg7ZCvbpLGf7xHq
1RSY4BcVaU8efhV9RSdS0sKh6zEqF2jwmT9lcXZo1ru5w+Nk3PYRxxSrpncN1FkDfNLKI+yH
jaqneOq8eabHA8ai1gce6x9LpmmZuakkn0qVdZUN+Ygp++HIcHaFRUrainylYW94I9UxvVUv
PJSCLbwbio8yElDVUECXUUqSSLG6j90ch38kRL1VLVRadK++DovoDHIGvsbp3TUZYguuPoSo
m5J3N45LiRvFKGq7SEOoTzea6ToQNIKl2zxt708itNKQQhpRPtjrJ19LuMgigqamlkoZVY+U
cSAiWllOQRNQpU+9NtsJXYAAkJFztCYkba66eml6TcT3gHht/dnzZhpxwrc7g3JubgACIurq
2xxndKlsOwqR0432k8gOK6vcMuDFMkqBITVRLjQLSXFyuXW56E9IxutxOSR5DdOa2qGjggF3
Nu4cOF/U2WgZbD1Kk2UMSsi0hkDUm5PlECZnm9yntzfKwHclgpkncFDKE2N4TLyV28b3QkIS
ha+4ErGme2trwg8myO11xYpI9dYS0iynC4bBJ0PhDY9iXFri5UeeYcdmVEm6h3UpIsR0Ihs5
50ThrWBMFQlX2UOOBogNtlJST3VefwjmkkgFFeGhpd+LJrVJytQo3Kl1LaKFEFxw3A0Gg8YO
95YQCM+KKzrDeIs3gkXLclqvz5WYbWUKHMSnTKdhHE8wgDmyAhpvbLjqkc7M1R2oZ3s6FJVb
UixA8DAB2VrozYmtF+CfBUXpNht0KRNoebz91WqbaEFPQi0A/owRnf4d676xDMiDncW9+hRr
eIZGZWnO8qXBNtTYQo0FqRe23tBO6H255oGVSl50ueuFalNtvjeHrXuDQLJIAmwv1c/Pv7kj
UzSF1OWmphB56UlKMp2Ou/jrEgJXNbbgUgHWvujP4eCP5NKOuUa/tQl0oSwfNbj5JFJ+jyVN
lwiYU5MLFuUB6t/G3lEZMLtyS8RY4k20OqldFlC4C5M5OWFHuneI5kDQdVIST59VSFxEu7S1
IW2gJbcCcqusD0LGtNsj6pvvO3887obc6huSCEpSgHwRp7ob9DussOPkfihIcXXJTrJKCmu4
SVFXXfzh3BExlyMimkr8815NaVNagkg3y6aA2FtIXqBd+Yv/AJI8fsapbIONMvAKBWFqsEk2
IOkNI2RxyXHHgUnNvubysl05zUF4cwIIbzIQNTEpJ1Hkb1stE3j3XWyTVNsNmnpVnJXlBUDq
RvDKQN6MHj/FO4nHftbmmGYm5aSTd55DVuilWJhGOOR7sglnSsHaezNNjuIjlbEvywm/rFWs
SzISB1imTi997ZeH4CJdrcwt3KHVJUrVtKAAm3iTD4NYkCAcy6/icvBJ2q1MuTSEyk2oGwzZ
yRl8bwcMjSRZGTZwz/Gia3MXVSWmFNrnXCsKy2SrSBMQSb6eDePVv5hK044nS6c024Ep9bXa
AMPYk+iibq31T3J44c5SM86kjzsbiETA5ADT8L+9Pv5UrU0hSJsZVJvcgbQUwuCXb9HOZPvR
BrzzhKvSkG/kIbuY5Ommn4O96PRWXsiVF9BF9usJhrmpYCFxsCljdVmitNnAf4N4HfeOKA08
Ts0rRMTzv+FUE26C0G6VxGbkUwRDglrSVKALiis36m8Ha4HgkiA3RObTYyaJv5Q4aSdE1dqj
87bKDzFhIECZGNGZSW65x6oSF+sSzPdSlTioRdUsGQCXZSyO1yTA9O1epLU1KILaSbdxPTzM
I9JLInYpoYxd5RjOFHXwF1ObOXqgK1/mhUMaPaKTM8LT1G3S5NDw9J6pkkvrHVzWD7zG+yFw
mqXcbItUxKIBRLyzKLbJQkffBd9xRhvvzLiUlLilXBsLKBNhsCILvdqWDeN143OpSAQokJVb
TYa6R2+QUR0YOVkuE+6opBvlAIBMd0p4puYG8E8SqFhCVLNiRqepgTIE2cAMgnZgpSRqT4wI
eE2cM0fZIJOQE33IjjJYoLICkFLoJACgdRaE+kcjCyIIUXldNLm0BvuRrBfa+Hsg4kcusilJ
WWzYA26wbpCuFrpK424EesCLeEGEtkewKSOIVsRcGB6ZGACQuMpKydfdA9LdKADkkpl02PfI
jukCGw5LzktA95AXp+qCYL0lka7xogKYk1K7zCCfEoEB0xGiMOktqgrkacu5Uw2oHcFsfzR3
0gjihBeOJ803zWF8PzssS9LMKWTYjlgaQo2se36y7edexuqnxXwJwRiOUW3MSLIvrfljrElD
jdRAbhyULGTN3Xi4WRsY9iCiTE65N0mdfYJN0oaUlP4Ra6fa9wFpAFXajZbCak7waWnsdYeh
CzxXeyHX5CbcRKLnnRfQLQlV/YRFki2nonjrEKvybDuef0JPm0/JRaX7HPG2rVhEvRMLzC5R
R1mZzLLtoHjcnWHjtpcIYzedJ4DNRLth8VbJZz42N5ueL+Td4+5XRSPk7+JTqEu1PENBkF30
St5x0288otEK/bKgB6kbj5BP27F0rP1taP7sbj+85vop1K/J3VRBHpWP6O2m3e5cg4fvhods
4/qwnzTv/RTBW61Mh/uMH/mVMqT2A5aVeAm+I6FNf7hS7n/KVaGr9sZCOrD5lSEOz+z8RyfK
7xjHwcrTpvYo4YybKBUK1W6mpIsopdbZB+CTEPJtViL/AGQ0eCnGUODMHVp7/ee4+m6FNqZ2
U+C9NmA4cPzVRX1M3UFqB9oFojpMfxSQW6S3cLJ0xlDEbx00YPaC794lO7vZ74dS1Zlp+h0x
zD82wUFKpZwqBym47qidfOGwxasc0te7eB5p0HwE3dE2/No3fT5Kz/RWafIqK3yhObVSm9bx
HNvI6wSEkrWC+6fBCU26UBTWR9PTIrX4GAyBsV2+3u78kgMwvMoLZ5RA+tBiANEfrcV4l08o
rNtN0nqIKQCEN905ppUoifLzacrwNwQdoQLUs1xsU0uTEw5MOotlWXLpI1JG+sN3RtGaM1zi
LEpNNvya3TKOKKHXEZOWFXOsC1jw3e4BJPljMhZ9bu0X1PlGpSU5YdC9b2cHraamCPBkNynA
laywGSK+a5OXmHpmRYW4Zp0elWOjfTMB4QDgXgAnRCHnJrGgA5nmUgnKRNTVYbllgokm++tx
ABUpQ2BgjHMaL8SlGjefvk3A0F7Z8yk9So6FyrjqV5HXDlRbQH49Y4Zi9roxlHVYeKiopE+m
hKlplhqZStWVKm0ZVAgdL6jobQ53xu24XRjmRuuOh19baXTOxKVKRaeSHJuVmEoUWHAPo1kC
9jbUE9CdIeB7GkEn8fjikZY99pAjDvHTO2fC3dmjauZms4To9QA/J+YQ6fT1IWpS3e8Oh0Cv
WJ/CHZnabBzRbsFvx8Ui6nEVQ11S7eaALNADRx1OtgLAc1N0VtTTSWmnW1tIGVClSiSSBsSe
sB9LZzd7lAyuxF0riAbEn6xTLJTFPk6Sk53UOAXuVZh/RFec4vyIVxa3dFy0d+i8e4gsUtX5
qVFV7G4um34wdkL3G+Y7kg9jniwHvzRKuL7zjFl0pt9xXdSpLhSR7iN4k+iys7P8eSYiGta7
qyC3Itv7w74JWeJtPU+0y3LPuhSQVKUQAg9RaG/0bkUa9YG3cxoI1zPu7O/NSeV4h0eXbY58
yWnphRWpCm8xQANFE+ZvpBmwObx17Eg51Q7/AHRNsuqRmONhfOyeJfiNhxyYS7MPrXdKsgSy
q4PjBTES65z8EO9VNG62F2vZ8SPJSKn4roM5LIcYn20zIdugLuCANBp7YaPYWDMZ3Rumfctk
jeMtN34jJPs9iSRcmmeUQ6+UWWlItY+ZMHfKX7u8bELo2SBpG6bX1P8ABMjtRdm2ZfmuOS8q
R9IlhWqvK+/hCjBGALi6OYiQb2cfLjy+aic1TJdplhapoTGdAUoKVdV76iDlwDRYpywsIIY2
1ie5DlpOWMkQ2nOArU2hdrm2OaA7zickcacrMRySkjfMQDAmRoOqN0TiOA/HYlMvIKlaiytt
LayVGyb3JvoBCgnsRuoj4Gubfet+PxyRM3hoNYglpqeZTkKg45L5j303v9sKvnew3IRjG2Rh
s7rc7cfG6KquGpWrTcy6p5UuXF5kJaYSgIudvYBpAOrHcko1jHD9IC7vd6ZZJPLYBkGn0hE9
MFRFu8Bp/UwIrXE5BA6Kmtfc/wC7+Ce0YIpkvKMqdm5qdsrISp3IkeWmsc6rfu5Ju2Kl3jaI
c8yT8bJzaodPZUOXJpsdipRP2GGLp5TqU7G632QB4BOKJFtATlYQkaW7sIFxK7pDpdLm5fK5
pcAHSwtAXsUmTdLm21C3Twjg4BIOslIStOpNiTqAIMXEJLqlKipxoA8wk2vAb5FrJGzXHRJn
eY44rloAB3UYE7zjdLNs0ZlAZkpdCs7t3l9BskQAAC50jzk3JLTMqbbCW8rSB0GkHuSkOjBz
OabZqpBDOqi6egSfheDBpKUaxuoCjc1UlurAUtSkndtOgHvhcNSoaNQPkkqakUMqaaSF3Sco
A/GD7pcbIhdnf1QXKq4ENjk5WUnK5Y6mBA3Silr3C9/x2JWzPuKUXXGUoF9ATY28fbCDnWSw
Y4DrHP8AGSeG6hKoezZU6m/rCGxehILhqpFJ1KXdZBSgqINj5QYElRskb2pwRUWM6hyyBte2
0HzHBNix3H1QX63INM51O31toLwUvaNSubFITkLpE5iCWIUUC9vrKNrwkZm8EuKeTiiRXwUo
sWxc7DWAEqN9Hd2oK62eUpSNT9wg/SIeh4FEt1d1TuqhlAuUgawXpFxhYM7+iNdqegIIHgIE
PBXBjToUjXUFd3vDMTsRCm8EBjsixOlWa4Tcm2XrpAb3JCGX4/JFuTg1CUjNba+8JF7koGkl
ML1YVcgKKfdCJL+aUDeNknFUcU7YP6nQaWhMl6WAbe1ihl8vaGZt+9hI76U34wV8jkoWCHXl
HaySAIT63aj77TySxDjosUS2cHquYJ+4QXfcOCGwOjh5IXpEwTZVOZV5XJgOkdyQ7h+2j0L0
W56Mww8PUKWQftg4lK4tNrbxPilSDOLF3J9YTtlSkCFBIU2MUI+rfxQ/RWVLzOuOvA/rOkwo
JCEUNaPZaB4JQhmW5dg2m/mm8GEiAl4RqES6DZLCQetkwfpCidY8UeFJymybGB30mWlCCtLA
+60CHopajCLtqWbe+DhxRdEjcaacBQtAWk7pIveFmutmEOYzRLkqy6gJKEj3QpvLt48UlVT1
pSUofzI/UeGcfzx2+UYFo0y7vlom9ymv8tXJQgKJvbNoPjqIcMu64CEubxPuTe43NSkqvPKL
W9uFpRmFrbQBkEYsEqGlxAacu/NMs8+21Ol30VxGZAuoNkAqtraGr3te66VbHLYgC/v9FH3Z
mnOT3PeQEvC1nSO9pprBt4WsCgDZQM2+74lKkTkq4kIQ8ltxJsoLTrbrY/CCEAXCJmc87e78
dyUycy2uYXylNrbSm6iF2UN7m3wgjhloiBzRe7svx+LJQl2XCVr9I1X13v74QcCQlQW2sAlT
Dcs+ttDxbXkUVoURqFeIhePW54LjKGGw1tbwXrko0BnDCQgkkpBtr4/CEyHgWv4IS/O5P+SS
rkZUqzJBS2E94E6EHWwJ90JBxvYi6ULt0b5y+fNRKsSaxRag2pTM1Lts5mmVti48ReHDLGzT
5pF0rmXdGTfLXTv5qKM0+tGTaLctLhsoGUBQ2tp1hbpnDL4BO96U5mc+f8FVLtUmqispzKDP
1UjQGFhEyIKRALjcohyRnn3UpYYW4o6WSm5gwljaOsU8bBI8dUKU0jh3W5xCXZ1aaY0rUBeq
z7ukM5cQibkwbyU+jsb+td4DP36KeyHCqjleeann5hd9wQmGD8QqDkAAki2lboy/eVM5TA1F
lnEONy4U4gWStaiTp7YaGrn1uil7Azca0AdycvybYQFBiWZQojKHMtigX3hdlZMPaN0Rz94W
Jy5c0FFAl5KV5rSw68FXUcguTfpAvqXPGpQMDL7oFgUfabeayhtJIRb1Rm+Mc2VxFiV3RtBt
vIktz3JucqU7aI2/pg4lLRdd0MZOpRUvTyAm4uOgUbCEjUEpUtY1OiGghARZAvqBe1vKBEzk
mS297pUUy3o+UvBJHRKtIVa9xyskC4XulzLEsEocU4c6QMqgbWtDtpkLdE0fIwXBIsnWZmJK
aeQuYm0KWlITcuBR0+6DuMjwL/NNI3sibZgSltqSdQFNrCiNwDrBCwnmj9PbK4CVCXuBy0ZU
g7DqY7cceKJ08XFw80JxlxwtHkjupsf9UKFrja/BCyRmdnInlPZ/0RAJ8IIGOvold9nNGhDq
Qn6LLp3dIHdfyRd5vNKOW9sbEk9IBzDwSW+xHpYdy2IHgSTHCN6SMjEoQyEqIW4NOghQRZ2J
SLpL6BfOLaSbW06wbdtwRWhxSZ2ZQhoqUoBIgbEpTIapjer8ii6UuhYG2XqYOI3Fdv3zAPkm
t2uB4rKU3FjZJ006Qq2PmhDzwTE7WUBSkKUFAXAGwg3VBsuLpB1imOcxCnKGWG1OWICyNBA7
/JcBK8diLl52ecacSmWLaFgZXSdRrBC52oS/QvA6xAB4IpypMyywy4/zXUjNYK0vDNzyTqjN
DB7A8UjVWVuTJb5gQs3t1JhsSSlg3K5RvpaSypKplYI8VfzQjqlbMBzavUVOYbzJam30otdX
0pAMF3UV0dOc3MHl8EFNXmrDPOP3I2U8Tb+mC7iDo4G6MHgENurLyoyzCgkg3Oc/CDbtghIY
fq+5KG6y6pZCn1q1se8bARxbZcGM4NR6K0sJzNuKAGliuOsuLGE5gIo1Z5aCS6vLsBnP9fCO
sF3Rs13UneqrwCVLeUkWuSCYHdByXbjPs3SF2vuNPfRPO+ruVHTWDNYER0bXatsvV4xmpdQS
446sDTxHthy1mWSamG2bW+9Ht43caTkdJIUo6g2MK9GTokCCO1eIx2kO95K8yhYXOpg3RFFO
+DkEgONKeHVBxWQp1KSrS8D0Dzmu6Qj8FBbxvT1r5jbySsH9YbbQBgcF3Sm2eS8/LuSbVmGh
vodNI7oXI2/IRl80imeI8gGjzUrCtu4esCKZxKEultmLpuTxcpksW0KTMN2V6wUNoVFC4pu5
8g+qLdhU0pnFfDsyrKqqpbNhfmtkW98Nn0Mjc7IRUEZFrvX0uVNZfETM0krlZxiab6FDgN/t
hoYHDUJds8DtHgHty9xzTimqruPo4RLAnVyc7oXz8Gx9IhKEje67QIYTok3uDc3EBAXimnIU
AXQbj6pBMB0bggD76C6PbxPIlNwrz13tCRdulLCNzkrTiinZtVKHQd2A6VqB0EvJL26xJvJz
NOhYvoYU3wk+idxRhn21JNjr5nSDB4QdE5GpcSsZgvprrCrXhELbL3MMp71zDppJF0nYIZUL
b63g17lJ2X3s38xC7HFpSZX2YZSTqfLwhS4KLovW2W3nEhTvKbGp2Oby1hQNBBuiOfu9bNIn
ZWTUVZ2Wl3vqpsRxFglmzSgZE+aZnaDTzmySbJbUNcqdRCAjF7WTn6U/Qu04JkmMO0tlagm0
u44NQDuLecKOhsN7gh+mN3gw6/jkmKaoEy0y4JR8PtlJNimxvfYdNob6JbeY7PT8c+CjTwqE
jPlR76kXyZfqnrDYzNDrXSvQtcOrn2ob9anmac7MOv5EpTZlChmVc7n4aQsx8JtfPs+aayU5
GTb73YMgO853Ka1Y55lPTJzbTcxcBKkA5FaawfoutvNRHMlDgCbnXrC6VM4soz5SJlhbDi7I
K1C6QDoT7IKY3cChBnbk5osdSP4i5KfkSVE5ScgQpNhYpe0I8tYal0hN05FSLZWt3D5KJUzA
1FpqUrmnFTbiR9Y5U/CIuStqJjYZBXC8UY6o8T+LJ/XPUyQbyNhiUT6qdgYSZBLIeJTOarDf
acovUsdNSUyW5aUVUHUqKf2YnYMPLvaNlDTVTyP0fmvKZiitVE5m5VLNyAkJ1MLy0lPF7RSc
T55ArJp65yyVTblrbgRCv6IGzQn4a62ZTwJ6WYTeYeABuCQrUwkGudoEDiAmSaxFJNsuJbJf
N7WQL6+6HDaWQ5nJFbMwuG7mVGnsZPyoK5dtKb30v0HjC7aYNOqW3t/LjyUemMfTaS5dJUT+
ppb2w4bAy+YRHGQez71EKjxBqctMXcJSi2axPQ7Q+jpYycgkZHSbu9fySKTxsKs6rNW5dh0b
oVMZSANzbr7IlWUIA0UG/EKWN+7M8jtLTbP9rTz0UD/dgm2nHOU284jMbKU5YHwh4MPYkJZZ
t47oFvH36Ip/jTUluIScqUgm4znQwoMPHBNDI8auHgPndNr/ABerzrIbYdQ1dRvlB1+2Fm0L
W5lJvvILGQ+75JypnF+ptOJE8XXEXF1sukEe6DOpWnRMDTyNGQa8cnAA+BGXmFaVK4w0AqZQ
/WJmUA35pXDU0p5Jq5wjzdSn+6Gn4/BX5h3HdCnZFtclXWJm41BmAT7wTDJ9M/SyTbjOEB26
94idycCw+8AKwpeutvMgpcbWSnQp6w1MLhqFNR1MUgDmSBwPEFpHqkpxYyHghbIsNO6oQZ0T
raI3SOB9oHxRicTyq1WKCn3iETE7glxIRqR5ot7FVNZazOPpQLakqEF6J/JD9Iibq4ed1G57
iNQpZP8AfqcxNu4off0gegeUX6ZGdBf3KIzvFORKlJlJlvN5XcUfhCjYLap0x803sNd/db8X
WUfexlPz7qfRpR9wmwJdVkT7bQNo26lPW0VS7N4a3tJ3j7vmiBMVd9CS/MpYST6rKdh11O5h
Iyj6qcfRoG+24vPl7h8SnBBmZVlZbeccUoDUq3+O0Nd4k6pQxQn2Ggeo8l6mTnJ10KVMhhJs
SHDt7oOOj4uRCI2G78ilIYptPccbmJxTr+lkpRdMJOlYMvRKgMtvRtJ7cv8AP3JOuecqMmW+
eZdlF8qQbXAF9TCIdvizl24xjrvzUbDZClqCh39wU3t7IQBITklvijUNBAu4tRGwUqAJKJvC
+SVBSTfVWh0NoDNE3uHxXynxkJU6LbQXNBcNzTa7OtXAaeub6k9IMGlF6RqK9KcLObMCmwsL
QGhSgIJ1Qm591vYZkjeAJBRtxx0PolrVUsshcuDfS8EOfFGtM3MH3JWKrKWCVNlIB1ub9YKA
UG+8ageH8UvTVKYVZWihVxcBR1vA3cETpbdiN58m6BnYSoWAsCIDfI1R2yEnI3QixTHnEhcp
fXYC14VbIuLpb6AohyjUd5QSZcIWOmciHTZSOKQL38WjyRqMH0t9tNgtKv1is2BhUSHmg6Rn
2Qm2Y4dyrqllqykr3zOEGF2zOAQ3iOuXhdR2Y4ZP8/6BtQFrJBcvpDgVB4owjYeI96Z3OGtY
QFBl4s20Skr3g/TsOqN9Hg4nyBUOrGEsU01lS3KcqbbOoU1raHTHRO4rjRyu/VODvcfgqsqM
88y5ypiTcZcvYpcSREmyMagqKljqYj122SBFR9HnlBZ5awL2CusKmPeCbBwuptSMVLZeR1AG
t+vvERctJdOBI85HP3q3qRi6Vm5RDbk4/LqSn1eccoMQEtPMzTNLtMGrox5KYo9EnmEl6bcc
TuOY4SIinmVqkIzA3MNHhmljFGlx323SfaqETM7Qp4OjIyT2yyltFgLACw1hsTcpW2SJdecb
vlIIP2QIsknd6JanXUOgB4t3V1098K25JOwv1gnlnETzD/LdPOQDoqOAdZIlnEJ7YxEw6mwc
yKud4C7wk7c1IJOpJfZKw6kKGhudTDyNxLbkgJs9rQQCnBL9yDpcDpCwfxuky0r70pSVH6VQ
hUOSRYOSEZ3KhKualVzYpItp43hZr7FIlo0XyJhCieY+lk9Be94WDgdSk3AN4XRTvKIITPoA
PjeBG7fI+a7eB+qUiUUhKSKnlsd0pOvvgmQPtIS5hHslCcnZJAbdemEvOJ0SpbNyL+ELiUj2
T7rpPQ2AIvlkRmhvVKmOMqZVuQQlQaOh8YZmSO9zn4I+5M8Foyv2hR2SlqJJ0rkzyvTHwolS
yhXU3tCE0tNI/e3beCfRiaFgji0Hck9SmcJeih1xppKyLJSi6TDcdA82b8ko6atjytcnnbLx
zVeVY0F51tyTkFPOE5SVLSbeHnC7IWm4D7eKM2oric2Nt4/HJReoUSWfcUCiYZSpVyWTt52h
RpqI9DdLAxuPXb71ElYbnUuqCayrKDYXBH4Q6FUbfq0boYTxPkp9PYfx3VpGX9GqTFOcWDzh
bMUm+liYjI6rDoT7Jcnb6WWRtpJd23LiEOV4WzSnGpmq1pc4+n9c6X8hBnYs0DdjZZJtoqdn
EkjipAnA9NZ77z3MA6bCEBiMxyATgwRXuiZquYeoEiUl9tLif8GixV74VZBVVTr2Td9VBCLK
C1DiTMPPraprYZb/AF16xORYYxovJmoWWuc72MhzUVn8XAEqnqrdQHfQFa38LCJBtO1vstTH
6Q2TK5JHLNIm+Iq/Tw5TWci9gtwdIK6mtql2dM8BugHmmBWJZ52aecWtRccN1KJ36mOMDbKR
64OfxSVvE7iZkoc7wPUwDqUFtwlBMWlNlSqrcys5nBYJ1HhC8URYjPljOpVYVeqU9pDyg40F
JWcmZWptFighmeQACq5UVcMRN3AKETuIx6EtCHAvNuU7DyETsVA5zhcWVelxKPcNjdMyK0px
Yuqx3iQdRboUY3EC+wOSe26wlYCnFi6U7iI11M8ZWUkypa7U396emK1LPLbbbutR3039kMnU
0jdU/jq2usAnaTmXJzmGXb5uVJUsD6o84bOjLdU+jk3zYa9qPQ/LJUCStpd/XbOUwnuuS7pI
Xt3ZW3Ce5etVRDfKk8S1FpCRokTSwB9sActQoN+DbOzvu+lZftY35J7kp7ESXA6nEU5e97rm
VG/2w1e5nEJ9Hg+CgdWFo/ugeikKsQ4kZAT87zLqjueYow1/RkJ2MNoWexGPJetTFanlp51Q
fVffO4TpCL3saNFIx0dKzRgHgpHLUZt0pVMzKiNyNxEc+ofwClWNgYNPgp1SkStPUkMoSVFO
hI0HmYYGV7tSl3PuOropU3UuWohvlJBSCb6kQ2vzSZuT7RQ3Kmpblw8hsgWukXJhEvDRqlAC
72iUQJ0oC7PuLJ6qVb7IQc8uSghiGjbe9JVzj7qypThv5q2glhxSoa1uQC+EwskAqPhYm8GA
ASRARgmVNi6n8gsfrQNuSbu3E1zOIZSVUEc1S3Se7aHLIXuF02fI0G1kQjESHHFBxCsmU2se
vSD9FZAN4IhdeWkgrcIv+1AdESjndaLlRWuYqbYbCTPpbKvqlcP4KV7s7XUXPVU7DZxsUxSV
cmXnStua5wUfGHckDWjMIkbmvNwVMZGcmCM615r9Ih5WN0UtGAON0+N1B3IopaT5m5NoZljU
8AkOYPuQ1TsyRYHS/QQG61dZx4ohRcUq61HXzg+gQWajUoRuVwBRrgZWTkyhYKciyPMEwkdU
UhrhopHKvTaDbOSU+OsJEooYCbBOTcwskc1APW4gu/ZDuEHVOkvMZFXQ4WiDfQwoJW8Uk6Le
1Cdmp98WzLC9tbCHDZGnQpqYt1Lm6msHVAVaFwQUTdeNClQqjSm7KQbg+AMGzQXe1D+cpRAA
XLhy41siO6wXb831fVMU/RMKVxpSZiQl1uq3zsi94csmlZoU9ZiNRHkSR4/j3qiMW8GKa467
NSiA3rcFlRBPtES0OIPbk5A90Eo6wDu8WPmFnLEmHZ/DU4tTT6lMhWiVCxH88T0Usc40ULOy
NhuzI8vkU2yWJplkJDpJHiI59K12iQbK9vFWrhvHKEvIS84UJvcm+kV+poTqE9jnIzIVwyNe
W+EPMvJcCtdDvFbkhINnBSLHsdm0qUS9d7qA7pc6giGDohwTkPeBzSmbn0JZZcU0FNr9YhVy
ITERSplJzyTSioNPrKVKLZB6m8Lbjm6JEPA9r3JfnQuYKGlhSQnvZjbW28AAQM0JlaTyHL8c
0FZQQnvErB7wHTzg+6Qjb7XcEW1PzLTvcfUFH1QdoPuhJEBPzGJ59hwZ3S5bcbiADeSQMbeH
mpHLYtbeb77ac97XBtCmY1SJa7mnBmsSrkwlTyRk8gdP54M1wvmhLZAMsynbO8plCG2ZV1ta
c6CAoXHvhe5tlZJEO1LiPAIqZcnWpJLglpVISklRJGscS4C9gkyWXsZPn6KOitPpbS20wwUX
vYt3/rvCRmcRonAgcTk4hJX6hNutEBpgrFiCWtAYJv55pQQEDJ5Hb+Akj1el5dQL/oiLH66g
n8YLuvcMm+5JOnp4zZ0wHiEgOKKU84UIMit1Q1CJmxt/Ggjo5QLlh8iuZV0zjutnaf8AD/BE
zTknN0xSXZS5SLoWHSdYaghrr2Uw3fLLggju+RUU5SHJdSGQEX279rdIcb7QbkIdwyD2vd8i
gS81PNOLk0oU8tnKHS84ADfqNIciZoG9zTV1OScjugHjfP35pZz56+nKt7THdOeSN9Hi+37l
PhOZGyQrbbxiublypwgJmq2K5CkSKn5uZAv9XqfKHsFJJO6zQmc08cLblUTiriyp1h1tE0in
ydz9ay1D8PZF0o8Ja0gkXKqNXil8i7dHL8fBUHVOJssp8tSLbk66T6yr2P4xdIsMk3buyCrD
64vfuxjP8cE1N1nE9ad5ZJl2lEZW0HL7POOeymhGt09hpaiY/pM7/jQKx8P4PS08h6tzoSer
SddfMxW6muJFoR4q3U9CyBoMmduA0VgPt0GmS4bl2UugC/dFz7zEI11RKbuNlKdMxgswKDzm
J3Pnb0eVkG032uB9sTDKQbl3uUZLVz71mlNNcqMqxR3FzvJbeFyA2QVQ6p4nueAy9k0mqYw0
77rqm57E10kSyVlzNfMo7Rb4qE/X0VTlxAWIYFCphDs9OF11WtySTFgjc2BlmqsyxuqH7zyv
UyIWrKlBUegAjjUbouSlG0oJtZeu0CdmUkBtbaB4aRza6FnG6B+GTTZaBOEnRJlsDmH1ehhp
NWsfoE+gw50Ys4p2ap5ZUQ2hS3NwUCI10xdqVJiAHJrbpU1LT8uoqZdLBVoq6rXEE6RhGaM6
ntYnJOUq1MzE0kFaHCLDyhq8saLpwxjnnI37VOqZQXnHQUNF53N0GgiIlqGjU5Kaip3EXGas
qm4Qmkozzacy/qgbCISWsacmqXZSFo5qXN4baaZPOaCUJF81usRpqSdCnIh3dRkltOoss/Np
Ddk2NiLb3hCSctGqVZGXG1lYVOwlLmwKhqnvZk6eyIeSscn7YGtzPqn1GFpJttYdKNU5dPAQ
xNVIdEs1sbe1FnDlLSggry2G5MCJ5igPRDQWSBdBp9+5NWV01EKiWXkkD0SKNClrE+nWHnaD
dK/ki/oraosUCXOgn82m8CZnDUIu7EdCiHcNPOt/QVNLd02vaDtqbatRTFCcrpsOCZtwG9Vz
EwuK0DRiD6PDzTU9wyrKnc7Mylwn6xh82vHFqaOo4Tnvoic4dYplkKXLoDyb6Ag9PMQ7ZUxO
1CQdTC3Ufmq4rmH+IEuh5PzK+og93Ii6fjEtFLRZbzkwkoK51+js7x+BVW1ThpjOvTktMT6X
UKBzFps2IPnE7BjNDStc1lu8qvT7OVlUQZjmOCsyiYErkmltv0B4ADLmJJMVyfEYJLm6n4MK
lhIuArCkqBWG0JQZJwJB3I1iCkqISb3U02llaMgpS1Q6i3JFHK7qtTpEeZ2Epx0MiMFBeU0b
ryLPSCdO1B0T+ISdVFcSbd8nNv02hQTAoNy3BKGqYq91JPncQUyIN0AJ2l5MNqGZpVtxaEHP
ujAX4J6lrMuA5ReEC5GDHcEetKXFKUE2JNyBtBN5KFhOqKygA77X0g29dBu9iPSFAXCyP66Q
F80FgckoQ+6i2ua24hVsj26FIGBp0SwOoeQN0kiHzKgHIpq6FzeGSKWp5oghRUgdbQ7302MY
+qkbsw4WycmY/AiFQQUnuHRNb8+8pFi4sI89YMEj0YvoolXMLU/EtNIdCOd+sRp7xDmOZ8Ry
KeMkZ7Lv4/xVB4j4bLklKLLZQpOth948YnIcQN7PQS0kbxdv4/HIquHqDUJJsuJdU2AbEExM
NqIn5EKGkpdw62KcqdXa5SUpdadXykKtcaiEZIIJsrJHdcOtfy1VkUbir30tT7AUnqtJ+8RC
T4UNWJZlTMw63HkfkrQkMVUWpM9yaFiRoTa0QElJNGdFIx1bXHMfH0Sh2bpoSoh6xGoMJCOR
OulDh7Kb1VWUuFongXwMqQpVusLCOTlkki+IZWt3gqQIqYLSVBwZlC5CdiTDbdIOYSuTj1c+
1K01BvItta21LFjYjU31g26DmEG88ZC6NU+yCps91Qbubbjxgu6UIfcnsQBMt5ki4uTfXr5x
yNfNKxPqT3kO7nYwTJF3BwTxLYvnZGUsmeyNBPqLUCn4HaDDpNAmcjIAd5xsfL+CZKhjuktr
U9M1BsrVry29bewdIVbTTvOiTFTDGLNuT+OKhNS4splW1JprbZXYgKe1t52ESEWHknrpGSpl
cLNdu+8/JVu9xKrs9KlE/Vii983o4yC3TaJg0bGuuxqYtjYW2mcX95v7hYe5RGoVZExnUuZz
qV1KySYdRxOHBK2hbk0W93wUUXMpDilIJSfEbxIhp4oh3SLFKpXFNckWVsy1Wm2m1HZL6tPZ
rBH0sL83NCZ9DDwFu7L0slrOO8TsKHJrsyFW2KgfvEJOw+ldrGEsHOGTXuH94/NPTHFDGDSU
h6qImgBs/LpVce2GbsKonaMt3Epds1S0WErvE39QnAcU6wEAGnyJIG9l6/5UJfmmn5n3JX6V
V/bH+EKYYx43yFBbUwlaJiey6S7RuR++OwhnQbPy1ZuBZvMpSux1lP1QbnkOHisuYj4qYnxH
VFKS6UE6NpTsj2eEaVS4HSUjLvWfz4rWVb7N1KZ5WjT9QyzNUnlu3+o2q5+JhSSshh6sDLdp
Tunw4vG/M6/YPmrLwxgRyecQiSZUt1egyp195ir1mJ7mchV0o8NuLRtsOfDxKvySwrhzBFGb
fqLiZ2sr3yqulq/QfzxSX1lViEhDMmeqtIZT0MeQu7n8kx1DEFHeUSXWm2wq3dWIeR007VHP
rYne0VGavi/DtJk0rXMh1avVQDdSokYKCrndYBMKjEqWnCqWr41TUJw8kBhJJ9UWIi0w4a+J
vWzVbmxMTG11HyqfqbhTLIdeCvWNrj4w9Aih9vJIhs0/sA28gljGEqg6czrZRfolJUfsgjsQ
jaLAp3FhU0mYBPcCVLKTw4q8/lEnRZycP6xZKU/HaImfFoWe1IApqLAqs6REDm6w9bK1aHwJ
qzzzb1VflaQ31SDzHB7hp9sVqo2hiAIjBd7gpqLBY25zSeDRf3nL1VpyvBnCLUkW3lzM491c
U5lv7ANIrz8brS64sApxtHQMbYRA95J+IRTnBTCCkrIW+yo7EO7fGDjHa7sPgkjSYdfOIe8f
FFtcKMHU5pYcnFqWsd5bjg0HlBzi9dIcgkehw+L2W28SVHp7h/w2lnQuaqgCh0L4h7HiOKOy
a33JjJ+agLuaE1oTwopE39G5zgBslV9Yc/zvMM8k3NXh7B1Gi6dZfHmEmXEsUWiLmVDY2hF1
BVHrSvRm1rpTaNillPrtTnnEPKpjcg0NUXTcmI6SKKPIG6et6Y+0nGZVNTy0h9ZKR0tDYWZo
nAYNUtkJRTXfSCi20N3vulAzNSmXmZhCbZrgdT0hiQLpe3JETc3M5rpcIFuhhRjQinRR+bnZ
rKsB8g+F94dNaOSbEXKis/Oz2RRE2pJG9ja0SEbG8kkWtsojN1mtNOHLNqykDLroYkmQwngm
bm8ilFNxZWG5hSXXgpPS4hQ00JGiau32m9ypRJ4weUsB1pBN+hsYRNDEdEXpphxUukMSyayl
SgW1DfvQxfQgZhKfSnkWKnMpiCmuC5dubdFQ3dTlqATuPBSRiuU1YA5pAtteEyyyLvknRPUv
M095Fw+FE9CYKuMhCUFmSWq4QyT45RCTgEqJX8z5ohUnKk3ASD5CESAlRKeaAqTZBzAADppC
RaEfpCeKAJdoK3SCehEBYLt88176C2RflNKPTuwYNBXdM4fWK9TSZZWpl2c3mI4sbyRunkt7
RXzlCkXEhJlmrddxAbgGgXdPIdT7gkqsPy6UmzSAN7BZhN7OISrJ7f5JC9QikEIbAsP19YbE
EBPBM06plfk35dN1NFI8bQlfPNORZ2hSUIKtNvO0DdCWoaQCBcZR4gQN0mctQvVpCXLDvecG
ui2uvElSVW1teBugLUtKgUC+umo8YfxS8CmEsdus1Nb+VkZs/dPQ9IeXc0pkWghMcw4lxlSm
MqlHYXsIXDwktUwifcYeN0lJG4ELb4RnROslK56XnGgzNtgoN8pI0H80AXW0QMMkZuFDMQYN
ZnEOPywDpKdE31h5DUlhtdLfo5RpYqrZ/B76FFlEu60iwzAp0JiYZWjUlIvo3E3tkolOYOm2
VZktEA6XsbxIMrmO4pi+jcOCbXaXWabOJXLPONaaFOgVDlssErbEJnJRu1zCkclWcRJl8i20
vDx2JhhJDTXuEdsVUNHX70N2p1gtpU5TlAj61riAEUF8nI5irQOzxKLka5V2J3OmZcRrqgnS
BfBC5trJuIbG+d1P040ealWlzUnztBdxJymIf6CxziGmyeGWpY3Igjt+YTgnHVOcFsi0K5dj
aEfoEg4oPpUhyc335eiUnGUmeStlpaQlBvm6qgn0NwyJR/pEzrkMA8feo5UeIc6sFuWlwyoA
3UD9sP48Pj1JTJ8lU72nW7hZV9P4lqk68ovPqJKrix2iWjp4mDIJENINybpjVOOrXm5hKrbX
h3uABck63Fm5zEkecGAC5J1OHMbQoALItzdAW739fsgwaguky3V5cvj1hQNCISdEAZlDcXsT
v4QOSDxReubNbXaFOFkGaElR01OkEIXAo4Xyix09sAlFTUtKVGrVTlS0tMVGaWb5WkKWok9T
aNDfJDTx3cQ0DwWa09JV18u5Cxzz2Anz5eKtqlcKqvLUoVPFU9L4VpwGYh9YU+R5IG3vMU2p
x2nkf0VK0yu7NPPir1TbPugj6WulDAM90Zu8T7I8ym2ucTsB4NZVI4ckPnybbRmM5PrOWw3I
QNLQanwXEa49JVO3ByCY1e0uHYeOjoIw483Z+uXuVfL7QmMp5xp2WfYp8uDdCGm8gSOh0/GJ
1mzGGtHWBJ7SqnLtdi05uXZJLNcVcVVxxan6kt9aiQG09IeR4Hh8AG6xNXY/iM5zcnimSOMK
qyh159bDK+gNiYZzy4ZTndDQSFPUtHjFUwPkfutPgU7TVLXLSvOqMyOWwixdedASke2I+Op3
3bsLczwCk5KJkEd5n5N4k6KxOFmGqDjxpx6iPsVaYacKVIW6EpBG+h1PtivYzWVWHWEt2g8s
1P4EzDcRuYXNLh9o28h8Vpqj8GJ5LzbtTU0xKJ/73liMyvK+wjOp8eZa0dyeZWgMwyMOvI7e
7Bp5/JWhK0P5qk0My1NQ0yjQJS0Pv398V91QJnXc65Ur+mY20ZsOQyCWkToaKyytKNrW0hP9
HfVIlsh6x1UXrGKZWlMKLkrNOKBtZtonaJKCkdMciPNNZJJ25iMlVHXONs9JXapuFqjMPEEA
qZIHti0U2ARy5yStA71AVNbiTMo6dx8FTdZ4s8TJyaWpuSfpjStAhLKv5ot9PguERtsXhxVT
qZcde67oi3wUFnMVY4qCyJucnUE9LERMsosMiHVAKjnNxR3thwThR8JYuxC6lQTNPAndajDS
orqCmFhZSlNg9XN1nXV04e4KVBTaHapMFsHUpTvaKdU49He0YVtgweKP9Ybq7KHgGnUZrJKy
4vYXWRcmKrPiEs5u4qcZDG0WYLKYtUlIsFJAT5xGmUlLFoCUpkGG1anUHoIT33Lshoj8jYb7
qRmG5gmZ1XBEqUbEEew9IUyR7EhJXQko7yhodYODminIKPzgZS0vM4lIHUm0PGXTdxA1Kg9Q
nJFF0rnGhbxcESkcch0CZvmhAzcFB5ioUsTIHztLk9brvEs2Ka3sFR7qim+2lsu7SX0d6pNe
ZT0hNzZho1HbLAeKT1Kq4bplNcWifW8/9VKdzB4oquV2lgm8tRTNGQuV9w5q5xJxGTT5pKkS
pQS33tSRpBsTjdSUu+05olA4Tz2e3JaGfwWwG1Kl5t1pftvrFHbiUw9rNW36HTHhZRuboGI5
EqVKzSplA/V3tD9lfC/J2SbOw6P6qaE1bEUm8EqdW2QNcyTDy8LxkmTqNzTml7WMK6woFS84
Ava+vuhIwxuRfoxCeZbiDNoQDMNrymwOuo0hu6lzyKHoyNbKRS2PpVzKlbwQom3rbQ2NPIOC
Dqjgn+WxRKzCbtvpUPDN1hAxvCH9GdSndqtNqtc3G3dO0JEEI243gU5JqKS3opRHt2gtyg6P
NG/Oo0TmVeALjxSnQEoxFTbWuwKz90EL0b6O4cEeJ1LgIGZRP2wkXAoRGQEnfs6MrqFW3FtI
auuUuzq5hJm6fLFN+9f2wTeISxkcjjS2w0bNi463gu+k+lN0zPU5xL5ykZbeMHbKLJe4KTKl
lJSQTYwqHXQ2ACIWhy10k38DCzXJFzQUStoOsZHgDfcHrEnHUDRyj3ROad5ia10dkKKkXQD0
Jh3utfm0pAyfbakb1IaKsqmSrpfNeEyyQaFKtkjHBEilslSfzdR2sLkQiXPac0sAHZgBLWaY
dOWw6B77QbpHFJmHjYJecPOTDKc0is3GhUYHfeuADeSIcwEmYbsZQJueq4UDpholOki428kS
9wvlZttlt9hvI2e4Coi32Qds1Q3QoOlgGZF/D+KPZ4P0mwORIPsMKdNVH6yA1MA+p7gj5nhb
QpenFb00uVsN0ouD5WMCx05Obk2lrYG/7vyNj7lW8/w1oswXCxMrSv6qi0B8bGJNk8zRqmjq
iKT24/ff4KCT2A6vTWl5ZcT0tY3U0c2nmN4dioBzOSFscbj+jd4aH+Pmosugstu3W2pldtoX
FQ4jmk3RBhzbZHt0c5Dy1qcPs2gjp+aBrBwCOThwPvhT7CgOqgN4IardFmlLCIEXc1FzeEZV
biENoCB9Zar6DxMGZWPGuaSdHGTmLBFzeAZfkJ9FBdfKQo9+ySIFmIuv1tFxgicLNCi35OqY
U4XpFactwUq3P+qJL6SHAWcm/QPbmWolVHl3X2WlS6ZZB0LgWbeRg3TOAJvdF6MOPWsB4r4Y
ckW54mYJSw3ZK8irm5628NrR30qQt6upXdHE1x3h4JzmMAtzUlKzVNdyhw5HEunbpmHnDduI
lji2QJY0sMhBHV/HqkFQ4ezEpV/RpdS3lE3GcAC1tr+O8LR4m17N45LnYeze6unalclw+Dtk
zT/KOUKARoo+N7+EJSYnu5tCWbQRDJ+vkm9eEG5esuSTwWl3uctSjYLzHpDgVpdGHhNzSxtf
uWS04IWklPJcNtLggXhH84dyW+iRckdwC/2CmvZBtqv6QFMbP/7OjvUO41/7DzP778Yl9nP6
S1ZxtD+of+OKwdW/9iH/APgj95jaQsHem3/BN/8AB/zQZJKaYG/2a/5UQwrP1JU5hf8ASmra
NM/7npb2f+zGOTfrSvRH/wDTtVDcWf8AuMmv+FH3ResD/WnuWV7TfqfFIeyT/wDrvH8KE9rP
6qPeq/s3/W7V2Ykf9j5f2fjHlmT2yvVQ9kJzc9Ue0w3GiTbqky/7xPsgzfaSn1lFZz9In2GH
zNFIN9kqMzP+yf8AAP3w+b7KdcAofW/0nviYpkU8VWNV/wBkUewRY4fZTF/BXDgz/YRr95FV
rv1ialTz6yfdEUuZxSlPqGOOoXM9lBc/R/CBGqI7RJ17j2wdcfZ8EnX1gwQIk/o/fB+KUOiZ
Z/8ARqh2xMZtFU2Kf7zc9hix0moVdqlnasfp3PYIu0OiqM3tlRVv+/k/vokXeyiR+0pvKf3t
/A/GIWT2lKs9lNlS/TQ8hRp+Csrg9/8ArWkv+DMV/Gv6GU+oP1oW4mP0cZHIr5H7ARyNlfvT
DdOHaKEVr9N8IladGk/VlQaobr90TEaQHsqOu+q57vvh83gkDxSNH9+D3w5PspmNSpFTf74b
9sR8qbP1U8p/rL9sMnpuNQpq1/e6fZDQ6J21LB+kT7TDM6KQj0R7frwmdEo9Ocp+l934Qmmr
9AnM+ufbCaR4L5P6cfvjBHIT7KOP6Ae2GhQhJ2/Uc/ewlwRuKY5z63sP3w/j0CccQm1ew9kP
GpN3FJx6ivaIPxSI0Qm/73P9esOYvaSMvsoKv0qfbEnwUaNCnCV9f3QgVKM0KlrH6NHt/CFm
6KPcnEeqmFOCbjijBsfbBkmjlbpgrtEXmvUeuPZBxqiuUZxX/sWz++g8eqQdqFXP+E9/4w4Q
80pR+lR7I5Af1arfFv6f3fzwX6ytdL/RSodKbn2Qo9Rh9hO7H97o9hhk/VHZqhPf7GL9n4wD
fbCVf7KWU39Aj+FCcuqO32R4puqvrN/v/wD2IWh1SknBVzOfpG/3o++LAzimJ/WhFL/7o3/+
DT94g4/VhNo/aPiniU/2PP8A5R/7UNn+0e5NWe0zvU4qe7vsb++ISJWVn6sJDNf93Ur/AMCq
FW/qD3pR2pUXxD/3Vyn/AAaP+3EjTfqXePomPEd6kx3MMEmv/9k=</binary>
</FictionBook>