# Псих. Тихая жизнь курсанта

Дмитрий Dmitro Серебряков

Говорят, все гении – психи. Или наоборот? Насчет других не знаю, но я-то уж точно псих гениальный. Потому что так с разбега вляпываться в передряги, а потом выходить из них сухим и красивым, аки лебедь белая, – это еще уметь надо. Хотя в этот раз у меня, похоже, действительно серьезные проблемы, и не только с головой. На мир, в котором я получил шанс на новую жизнь, неотвратимо надвигается катастрофа. И помешать этому предстоит именно мне – тихому юному курсанту войск магической поддержки, жадному до денег и охочему до баб, а по совместительству посланнику бога. Вот уж попал так попал. Но ничего, прорвемся!.. Если только не заплутаем в лабиринтах женской хитромудрости.

## Глава 1

Между разными слоями общества всегда существует дистанция. Иногда она больше, а иногда меньше. Все зависит от уровня развития данного общества и того, кто этим обществом управляет. На планете Азрил в большинстве государств основная пропасть, на первый взгляд, располагалась между людьми с магическим даром и обычными людьми без дара. У магов были свои проблемы, а у обычных людей свои. И вряд ли они смогли бы понять друг друга.

Впрочем, маги тоже являлись неоднородной частью общества. Кто-то был богаче, кто-то обладал властью, а кто-то обладал и тем, и другим. Но одно было почти у всех одинаковым — это уровень доступа к технологиям и магии. Если у мага были деньги или же медицинский полис, то он мог получить полный комплект услуг, доступных цивилизации. В то время как обычные люди, за редким исключением, лечились в обычных поликлиниках и не могли себе позволить услуги целителя-мага, а сами маги воспринимали такой доступ как обыденность. И так во всех сферах быта.

Конечно, тот же император или президент, или же любой другой глава государства, а также богатейшие миллиардеры планеты получали особый доступ к самым передовым, по их мнению, технологиям и были довольны. Их мало интересовали беды и нужды обычных людей. И не только простолюдинов, бедные или слабые маги для них недалеко ушли от низшей прослойки человечества. Ведь между ними пролегала не просто пропасть, а можно сказать, бездна, не имеющая, на первый взгляд, пределов.

Сливки общества считали, что они вершители судеб людских и самой планеты. Конечно, они помнили об одной закрытой организации — совете архимагов. Вот только те, как им казалось, были слишком далеко. Правители и толстосумы считали, что у архимагов слишком много обязанностей, чем власти. В элите укоренилась мысль, что архимаги живут своей жизнью, а они своей. Считалось, что объединенный совет правителей мировых государств может контролировать архимагов. И даже приказывать им. По меньшей мере, они были в этом искренне уверены.

Мало кто из элиты задавался вроде как обычными вопросами. Например. А где, собственно, работали архимаги? Где они вроде как жили, известно было всем. У архимагов было множество особняков, разбросанных по всему миру. У них даже был отдельный остров-государство посреди океана. По меркам любого из правителей, довольно маленький остров. Любая крупная столица по площади превосходила этот самый остров. Потому сливки общества были уверены в том, что архимаги работали где-то там же, заодно сутками мотаясь по всему миру, дабы закрыть аномалии в труднодоступных местах. А еще, по мнению всего мира, архимаги частенько путешествовали по другим планетам и мирам. Но так ли все обстояло на самом деле?

Если бы сейчас кто-нибудь из правителей смог увидеть, где именно собрался очередной совет архимагов, то от увиденного он пришел бы в неописуемый ужас. Его спина покрылась бы холодным потом, а мысли стали бы бегать в голове со скоростью света, пытаясь придумать, что именно ему делать дальше. Как жить? Ведь увиденное не просто выходило за рамки обычного. Оно было выше любых рамок. Любой из сливок общества ощутил бы себя в этот момент одним из тех, кого они презирали и не считали за нормальных людей. Тем самым человеком без дара, простолюдином рядом с императором, а возможно даже, рядом с богом.

Но с другой стороны, тот же правитель неожиданно для себя, если бы смог успокоиться и начать мыслить адекватно, сразу же ответил бы сам себе на многие вопросы, что до сих пор скрывались в тени истории. Почему за две тысячи лет цивилизация людей как жила на одной планете, так здесь и оставалась? Почему все программы по изучению соседних планет были свернуты? Почему вполне доступная для строительства база на Луне стала вдруг очень дорогой и неперспективной? Ведь всем известно, что еще до того как люди завоевали Азрил, они уже тогда на своей родной планете вполне успешно осваивали космос. Так почему это так резко остановилось? Где тот самый могучий прогресс цивилизации, что должен был возвысить людей до невиданных высот? Ведь именно на Азриле люди приобрели возможность получать намного больше магической энергии, чем у себя в родном мире. Тогда почему технологии двухтысячелетней давности мало отличались от текущих?

Впрочем, ответы на эти вопросы как были, так и останутся закрытыми для большинства людей. Так как никто и никогда не сможет отправить космический корабль на орбиту планеты без разрешения и одобрения марионеток, послушных архимагам. Но если бы вдруг невероятным образом именно сейчас такой корабль оказался на орбите Азрила в определенной точке, где телескопы с планеты не смогли бы увидеть ничего необычного, он столкнулся бы с невидимым, но при этом материальным препятствием и разлетелся обломками по безжизненному космосу.

Закрытый от посторонних взглядов технологиями маскировки, недоступными жителям Азрила, да еще и под мощным силовым гравитационным полем, которое, несмотря на свою мощность, было умело ограничено магией, спрятался исполинский монстр. Чудо техники, недоступной никому на планете. Сто метров в ширину. Шестьдесят в высоту. И почти километр в длину. Вот он, флагманский космический крейсер совета архимагов. Он постоянно висел, словно космическая база, на орбите планеты. Именно он являлся одним из основных защитников Азрила от посягательств других рас. Ибо его мощь, помноженная на силу дежурного архимага, являлась первым грозным оплотом обороны планеты. Не главным, но очень весомым.

Пока на Азриле гадали, как именно архимаги успевали закрывать все аномалии на планете, и особенно посреди огромных океанских просторов, ответ в это время парил в космосе. Ибо именно этот флагман архимагов занимался тем, что устранял аномалии. Причем делал он это не просто быстро, а практически мгновенно. Ведь кроме архимагов на борту крейсера находились созданные ими послушные до самой малой клеточки искусственные люди со множеством механических частей тела, но при этом обладавшие даром старшего мага пятого или даже четвертого уровня — андроиды-маги. Личное и целиком послушное оружие архимагов.

Конечно, охраной планеты занимался не только флагман. Было еще восемь кораблей поменьше, раз в пять, парящих в других местах над планетой. Но только на флагмане всегда находился один из архимагов. Ибо не всегда даже их послушные андроиды могли справиться с особенно опасной аномалией. Увы. Но пока что архимагам так и не удалось увеличить силу андроидов до более высокого уровня. К их сожалению, абсолютная послушность, превосходящая даже рабскую покорность, шла вразрез с возможностью дальнейшего развития дара.

Можно было, конечно, убрать эту самую послушность, но тогда зачем нужны такие андроиды? Ведь в таком случае они перестанут отличаться от обычных магов с планеты. Так что пока архимаги не спешили и продолжали кропотливо исследовать данный вопрос, пытаясь найти лазейку для развития дара. То, что поможет им раз и навсегда избавиться от тяготившего их груза ответственности за человечество на планете, необходимое лишь для того, чтобы служить целям личного развития архимагов. К сожалению, из-за некоторых условностей, рост силы самих архимагов невозможен без человечества как вида. По крайней мере, пока что.

Впрочем, именно сейчас в центральном зале крейсера, восседая за круглым столом в своих комфортабельных креслах, архимаги обсуждали совсем другие вопросы. Вот только не все кресла были заняты. Из двенадцати мест три пустовали. И если насчет двух отсутствующих архимагов всем все было понятно, так как они сейчас находились в других мирах ради исследования и поиска новых возможностей, то где находился сильнейший из них — Альберт Тесла, — не знал никто.

Уже почти сотню лет назад Тесла послал совет куда подальше и отправился, как он сам заявил, «на заслуженный отдых». С тех пор остальные архимаги ничего о нем не слышали и не знали. Впрочем, большинство архимагов это более чем устраивало. По крайней мере, до сих пор. Все-таки Тесла был слишком эмоционален и обладал своеобразным характером. А главное, он являлся одним из главных противников влияния на прогресс человечества и создание из него послушной биомассы. Тесла считал неправильным ограничивать развитие технологий, так как был убежден в том, что чем выше уровень цивилизации и свободы мышления людей, тем лучше для архимагов. Но большинство было с ним категорически несогласно. Ведь чем выше уровень прогресса, тем сложнее держать в узде людские государства.

—…Как вы можете видеть, — степенно продолжал доклад архимаг Руисар Хоньеро, при этом указывая рукой на зависшую над столом голограмму в форме планеты, — альвы продолжают наращивать свои военные силы. В основном на центральном материке. — При этих словах голограмма изменила ракурс, продемонстрировав материк с множеством красных точек, возле каждой из них повисли в воздухе цифры. — Указанные цифры приблизительны. В последнее время у меня все меньше и меньше остается надежных источников на их планете.

— Хм. Уважаемый Руисар, — задумчиво протянул сидевший почти напротив него архимаг Суин Хурасаки, — эти приблизительные цифры мало что могут нам сказать. Вы и сами понимаете, разница между уровнями магов слишком велика, чтобы вот так измерять их силу одной линейкой. Для понимания уровня опасности нам необходимо больше данных.

— Вы, Хурасаки, видимо опять плохо слушали мой прошлый доклад, — нахмурился в ответ Руисар. — В нем я приводил данные о числе магов альвов различной силы. За прошедшие пять лет вряд ли что-то кардинально изменилось.

— Если ничего «кардинально» не изменилось, то почему вы уверены в наращивании сил для атаки на нас? — с легким сарказмом возразил Хурасаки.

— У меня такое ощущение, что мы с вами, Хурасаки, находимся в разных мирах. Или же вы, как и всегда, не хотите вникнуть в суть проблемы, — довольно резко произнес Руисар.

— Уважаемый Руисар имеет в виду во-о-он то скопление красных точек, — озаренный догадкой, указал на голограмму архимаг Гультиэро Джах. — Если я все верно понял, то там откуда ни возьмись за пять лет появился многочисленный космический флот.

— Именно так, — согласно кивнул Руисар. — Несмотря на то, что я постоянно слежу за альвами, я так и не смог понять, откуда они смогли достать более пяти тысяч боевых малых космических кораблей. И это не считая, что там же находятся еще около десятка средних. Правда, те не боевые, а скорее корабли обслуживания или обеспечения.

— Другими словами, — ухмыляясь, произнес Хурасаки, — вы проморгали огромный флот, а теперь не знаете, что с ним делать?

— Я знаю, что с ним делать, — хмуро уставился на него Руисар. — Потому и прошу разрешения совета на превентивный удар по этому флоту. Я лично исправлю свою ошибку и…

— Запрещаю! — властно прогрохотал сидящий до этого без тени эмоций второй по силе среди архимагов, Пахве де Конти.

— Господин Конти? — удивленно произнес Руисар, озвучив мысли собравшихся. — Почему?

— Мне очень жаль, что вы, как и прежде, не видите очевидных вещей, — строго, словно отчитывая непутевых учеников, произнес Конти. — Любому очевидно, что это ловушка.

— Даже если это ловушка, то они физически не успеют среагировать на мой внезапный удар, — явно оскорбившись, возразил Руисар.

Вот только Конти в этот раз не удосужился ответить. Он лишь укоризненно покачал головой, и не более того.

— Уважаемый Конти имел в виду целый комплекс проблем, которые могут обрушиться на вас, Руисар, после столь недальновидного решения, — вкрадчиво произнес третий по силе в совете, архимаг Вильгейм Окояма.

— Не совсем понимаю, что именно вы имеете в виду? — нахмурился в ответ Руисар. Остальные лишь молча переводили свои взгляды с него на двух самых могущественных после Теслы архимагов.

— В этом и проблема, — театрально вздохнул Окояма. — У вас перед глазами все факты, а вы словно смотрите в сторону. Но я не Конти, — он улыбнулся в сторону недовольно фыркнувшего на эти слова Пахве де Конти. — Я считаю, что вам все еще нужно указывать на ошибки. Хотя вы и являетесь архимагами, но пока что ваша сила затмевает ваш разум. Вы слишком много времени тратите на эфемерные попытки увеличения силы и слишком слабо концентрируетесь на текущих делах.

— Что же, — задумчиво протянул Руисар. — Я готов выслушать ваши замечания, уважаемый Окояма.

— Рад это слышать, — довольно кивнул тот в ответ. — Из-за того, что ваш разум, Руисар, готов признавать ошибки, вы и смогли стать пятым по силе в нашем совете. Остальные, — Вильгейм обвел собравшихся покровительственным взором, — такой гибкостью разума не обладают. А жаль.

— Весьма лестно слышать ваши слова, — поморщился Руисар, — но не могли бы вы перейти к сути?

— О! — высокомерно протянул Окояма. — Это было бы слишком просто. Потому я начну издалека. Я думаю, мало кто забыл о том, что произошло пять сотен лет назад? — Он в очередной раз обвел всех своим строгим, но при этом насмешливым взором. — Именно альвы смогли совершить, казалось бы, невозможное. — Руисар хотел было что-то сказать, но был остановлен жестом руки. — Да. Вы правы. Тогда мы уничтожили всех, кто хоть как-то был причастен к той самой ловушке. Казалось бы, альвы на многие века лишились возможности атаковать наш мир, но что мы видим? Мало того, что они смогли всего за пять веков восстановить свою цивилизацию, так еще и, скорее всего, договорились с кем-то о сотрудничестве.

— Намекаете на форков? — озадаченно произнес Руисар.

— Почему же намекаю? — делано удивился Окояма. — По-моему, очень даже прямо указываю на них. Но и здесь вы правы. Нам что форки, что альвы мало опасны. Ведь мы можем послать в бой Руисара, а сами подготовить засаду на тех, кто появится за ними. В этом случае нам не потребуется даже Тесла. Сами справимся. Но так ли это? На первый взгляд, да. Все верно. Но это лишь на первый взгляд. Теперь же перейдем к докладу Владимира Гурзеева, — он кивнул в сторону сидевшего с хмурым лицом архимага. — Вы разве забыли? Или прослушали? На Азриле вновь появились посланники богов. Одного из них сам Владимир и уничтожил, к сожалению. — В этот раз в сторону архимага был брошен укоризненный взгляд. — А за другими охотятся агенты гальзаров.

— Любой «избранник» богов — это зло, которое нужно уничтожать в зародыше, — хмуро и с абсолютной верой в свои слова пробурчал Гурзеев. — Или вы забыли, как эти прихлебатели богов вздумали диктовать нам свою волю после победы над альвами? Спесивые ублюдки решили, что равны нам по силам.

— Не буду спорить с данным утверждением, — усмехнулся в ответ Окояма. — Посланники действительно могут быть опасны для нас. Но только если смогут достигнуть нашего уровня. До этого их лучше использовать, а не бездарно уничтожать.

— Прошлый раз вы говорили то же самое, — набычился в ответ Гурзеев. — Могу вам напомнить, чем тогда все закончилось. Или думаете, что в этот раз опять все проблемы решит Тесла?

— Согласен, — виновато вздохнул Окояма. — В тот раз я слегка погорячился. Но это не значит, что я не сделал выводов. Впрочем, сейчас я не об этом. Если появились посланники, то значит, нашему миру вновь грозит опасность.

— Вот только тот мелкий ублюдок говорил о нападении гальзаров, а не о союзе альвов с форками. Или вы полагаете, что гальзары решили стать третьими в этом союзе? — иронично произнес Гурзеев.

— Это исключено, — категорично вмешался в разговор самый слабый из всех архимагов совета, Исида ибн Асухрат. — Все их агенты под моим контролем. Как и их контакты с другими расами.

— Не стоит быть столь простодушными и категоричными, — улыбнулся Окояма. — В прошлый раз посланники тоже считали, что угроза исходила от форков, но в итоге сражались против альвов. Боги — не дураки. Они прекрасно понимают, что их перерожденные могут оказаться в руках врага или же сообщат об опасности не тому человеку. — Снова многозначительный взгляд в сторону Гурзеева. — Здесь нужно понимать лишь одно. Опасность точно есть. И ее уровень такой же, как и в прошлые разы. Потому игнорировать подобное предупреждение глупо.

— То есть вы считаете, что боги снова решили вмешаться, дабы предостеречь нас? — задумчиво оформил мысль Руисар. — Но альвы с форками? Не понимаю. Что у них может быть против нас? Я бы еще понял угрозу от ифритов или дварфов, но эти…

— Возможно ли такое, что ифриты или дварфы стоят за альвами, форками и гальзарами? — рассудительно предположил Асухрат.

— Ты еще слишком молод и многого не знаешь, — покровительственно улыбнулся ему Окояма. — Ифриты и дварфы слишком высокомерны. Они считают все остальные расы врагами и недостойными жизни. Они скорее покончат с жизнью, чем заговорят с кем-то не из своей расы. К тому же я и Конти очень тщательно следим за ними. С ними никто на контакт не выходил. Они сами готовятся к нападению на нас. Вот только до их атаки еще очень и очень далеко. Пока они не будут уверены в том, что смогут справиться с Теслой, атаковать нас не будут.

— А если гальзары действительно смогут повлиять на Теслу? — с опаской в голосе произнес еще один, щуплый с виду архимаг Арнольд Норис. — Что, если их план с ребенком Теслы выгорит?

— Это невозможно в принципе, — спокойно прогремел Конти, решивший наконец вмешаться. — Причем физически. После той трагедии Тесла навсегда удалил у себя возможность зародить потомство.

— Он что, отрезал себе… — поежившись, начал было Асухрат, но был прерван насмешливым голосом Окоямы.

— Нет, конечно же. Он просто сделал свое семя бесплодным. Эти опасения вброшены лишь для того, чтобы отвлечь от главной опасности тех, кто поверит в эту чушь.

— Уж простите, что вмешиваюсь, — по-прежнему с опаской в голосе снова произнес Норис. — Но разве он, если захочет, не сможет вернуть своему семени прежнюю суть?

— Без меня не сможет, — впервые улыбнувшись, прогрохотал Конти.

— Эм-м. Боюсь спросить, но почему? — с легкой заискивающей улыбкой поинтересовался шестой по силе архимаг Арнольд Норис.

— Эта тайна навсегда останется между мной и Теслой, — сухо прогремел Конти, погасив свою улыбку. — Если я сказал, что потомства не будет, значит, не будет. Закрыли тему.

— Итак, — хитро улыбнулся Окояма, — вернемся к нашим делам. И сразу перейду к выводу. У альвов с форками есть некий способ, с помощью которого они, возможно, смогут снова поймать нас в ловушку. И если судить по прибытию посланников богов, то способ этот весьма реален. Так что на данный момент самым правильным решением будет — ничего не делать. Кроме одного. Нужно найти Теслу. Как бы нам всем ни хотелось, но без него данную проблему не решить.

— И как именно мы сможем его найти? — насмешливо спросил Хурасаки. — Я вот даже не уверен в том, что он все еще на нашей планете. Или у вас, уважаемый Окояма, появился чудо-метод поиска Теслы?

— Ваш сарказм хоть и неприятен, но, к сожалению, уместен, — театрально вздохнул Окояма. — Увы. Но такого метода у меня нет. Потому предлагаю каждому из присутствующих подумать над решением данной проблемы.

— У меня только одна идея, — азартно сверкнул глазами Гурзеев. — Предлагаю не вмешиваться в дела государств и позволить гальзарам развязать мировую войну. Думаю, что как только полетят ракеты массового уничтожения, Тесла проявит себя.

— Оставим этот вариант на крайний случай, — поморщился в ответ Окояма. — Ваша кровожадность, Владимир, даже меня иногда удивляет. Но главная проблема заключена в другом. Что, если Тесла не на планете? Предлагаете позволить уничтожить всех жителей?

— Ну почему же всех? — зловеще усмехнулся Гурзеев. — Сдохнет максимум пара-тройка миллиардов.

— То есть предлагаете ослабить нас на десять процентов? — задумчиво произнес Руисар, почесав свою короткую бороду. — Это не так уж и много. Но думаю, даже если Тесла и не в нашем мире, то ощутит подобный спад в любом случае.

— Ага, — хмыкнул в ответ Окояма. — Ощутит, а после явится и грохнет умника, который допустил подобное. Кто-то хочет им стать? Может, вы, Владимир?

— Об этом я как-то не подумал, — озадаченно и виновато подергал мочку своего уха Гурзеев.

— Неудивительно, — улыбнулся в ответ Окояма. — Все-таки ваш проект по набору учеников дает о себе знать.

— Эх. Если бы вы только знали, насколько близки к истине, — печально покачал головой Гурзеев. — Эти тупые людишки меня уже достали. Ни одного хоть сколько-нибудь разумного ученика за тридцать лет. Еще лет пять подожду, и если не найду, то закрою набор.

— Не пять, а двадцать, — властно произнес Конти.

— Я столько не выдержу, — вяло попытался возразить Гурзеев.

— Может, тогда я вас заменю? — с явным энтузиазмом предложил Норис.

— Нет уж, спасибо. Я и сам справлюсь. Просто секундная слабость, не более того, — зло зыркнул в его сторону Гурзеев и мечтательно добавил: — Может, повезет, и еще кого-нибудь из посланников встречу.

— Только в этот раз, перед тем как его убить, позовите меня, — насмешливо посмотрел на него Окояма. — Я прозондирую его мозг, а потом он весь ваш.

— Я подумаю, — с легким подозрением покосился на него Гурзеев.

## Глава 2

«…После того как нашим пожарным удалось нейтрализовать возгорание в ночном клубе „Ритм“, к делу приступили эксперты полиции. По предварительным данным пожар произошел из-за стрельбы в ночном клубе. Как утверждают наши источники в правоохранительных органах, данный случай можно отнести к разборкам между криминальными элементами в нашей столице. На данный момент нам известно, что все преступники погибли либо во время стрельбы, либо от последствий пожара. Точно известно уже о пятнадцати погибших…»

Сидя в приемной своего начальника, Стуков дремал вполглаза, невольно слушая то, что вещали по телевизору, висевшему на стене возле секретаря. Его мало интересовали разборки среди обычных людей, но сам факт подобной перестрелки мог породить очень серьезные кадровые перестановки в полиции, а вот этот факт его как раз таки беспокоил. Ибо опять придется «наводить мосты» с новыми начальниками столичного управления полиции.

— Приветствую труженика невидимого фронта, — присаживаясь рядом со Стуковым и пожимая его руку, поздоровался начальник столичного отдела внутренних служебных расследований майор Дмитрий Дмитриевич Куртихин.

— И тебе здоро́во, Дим Димыч, — расслабленно произнес Стуков, открывая глаза. — Ты здесь какими судьбами?

— Да вот этими, — поморщившись, Куртихин недовольно кивнул в сторону телевизора, в котором репортер распинался насчет происшествия в ночном клубе.

— Э? — искренне удивился Стуков. — А ты здесь при чем?

— Среди погибших был один из сотрудников МСиБИ, — тяжело вздохнул он. — Пришлось проводить проверку. — Куртихин кивнул в сторону двери в кабинет начальника. — Потребовал провести полную внутреннюю проверку.

— Есть подозрение на слив информации? — еще больше удивился Стуков.

— Ага, — кивнул Куртихин. — Точнее, были, но мы все проверили. Слива не было. Похоже, оперативник погиб из-за банальной случайности и собственной расслабленности. Кто мог подумать, что при обычной сделке начнется пальба?

— А что он там вообще забыл? — заинтересованно спросил Стуков. — Разве это наш контингент? Хотя меня больше удивляет факт гибели оперативника в банальной перестрелке. Теперь понятно, что Воронцов решил провести проверку. Слишком странное совпадение.

— На первый взгляд, все так и выглядит, — солидно покивал головой Куртихин. — Опытный оперативник погиб в банальной перестрелке, но есть нюансы. Похоже, работал кто-то из залетных профи. Большинство бандитов, как и сам оперативник, погибли от пуль, выпущенных из одного ствола. Причем не простого, а рунного. А такой, как ты сам понимаешь, достать ой как непросто. Я думаю, что наш человек просто неверно оценил опасность и не успел среагировать. По крайней мере, на это указывает предварительное расследование.

— Так, а что он там забыл?

— Пытался выйти на след запрещенного клана «Медведей», — рассудительно начал пояснять Куртихин. — У наших появилась новая информация о том, что главным рынком подпольных артефактов в столице руководит один тип из их клана. Вот и попытался влиться в коллектив одного из таких продавцов. Успел даже стать правой рукой продавца, но как видишь, не повезло парню. Кто-то решил их устранить, наняв киллера.

— Хм, — задумчиво протянул Стуков. — А ты знаешь, я с тобой не согласен. Думаю, Воронцов тебя отправит дальше копать.

— С чего это вдруг? — удивился Куртихин.

— «Медведи» — не те личности, у кого что-то идет не по плану, — продолжил рассуждать Стуков. — Я же правильно понимаю, что одного из их посредников устранили вместе с покупателями во время проведения сделки?

— Ну да, так и есть, — все еще непонимающе протянул Куртихин.

— Значит, это сто процентов операция самих «Медведей», — убежденно произнес Стуков. — Наняли залетного киллера, а после попытались создать иллюзию того, что это бандитские разборки. Уверен, нашего агента пасли. Все это, — он кивнул в сторону телевизора, — лишь прикрытие. Они хотят заставить нас думать, что это случайность.

— Не понимаю, откуда у тебя такая уверенность? — удивленно смерил его взором Куртихин. — Все факты показывают обратное. Наоборот, это скорее кто-то из их конкурентов решил нанести удар. Зачем им ликвидировать одного из своих посредников? Если они спалили агента, то могли по-тихому его продолжить вести. Смысл сливать?

— Зайду с другой стороны, — усмехнулся в ответ Стуков. — Вы труп киллера нашли?

— Не просто нашли, но и получили полное видео его ликвидации, — довольно улыбнулся Куртихин. — Он пытался выбраться из горящего клуба, но был замечен группой оцепления, а дальше сработал «Барс». Бедного паренька разорвало на мелкие части.

— Почему не взяли его живым? — нахмурился Стуков.

— Ну так тот начал пальбу в сторону ребят и нарвался на ответку.

— Не ты ли мне недавно говорил о том, что этот киллер в одно лицо ликвидировал большинство бандитов в клубе? — прищурился в ответ Стуков.

— Ну, я. И что? — безразлично пожал плечами Куртихин. — Ты просто не видел записи. Он реально случайно попался спецназу полиции. Если бы не «Барс», то он вполне смог бы уйти.

— Хм. Ну может быть, — не очень уверенно протянул Стуков. — Но я все равно уверен в том, что все это постановка. «Медведи» слишком хитрые твари. Такие пойдут на все что угодно, чтобы замести следы.

— Если бы мы были точно уверены в том, что за рынком контрабанды стоят именно они, то да. Я бы с тобой, возможно, согласился, но увы. Точного подтверждения нет. Это лишь предположение. Ах да, — словно что-то вспомнив, хлопнул себя по лбу Куртихин. — Ты же не в курсе. На владельцев подпольного аукциона недавно было совершено нападение и не одно. По нашим данным, в городе кто-то ограбил и убил еще одного их посредника, буквально неделю назад, а пару дней назад кто-то устроил полноценную войнушку на пригородной дороге. А дорога эта вела не куда-нибудь, а к особняку известного тебе Смольнова. К сожалению, его бойцы успели все зачистить до прибытия полиции и даже не стали выдвигать обвинения.

— Опять Смольнов, — поморщился Стуков. — Сколько же он крови у меня в свое время попил. Жаль, что этого гада не грохнули.

— Так не на него охотились, — усмехнулся Куртихин. — Точно не известно, но кажется, кто-то хотел устранить тех, кто ехал к нему в гости. Ну или, может, везли деньги. Увы. Но это земля его клана, и мы здесь бессильны.

— Нападение на посредников, а потом и на гостей самого скандального адвоката… — отстраненно произнес Стуков. — Возможно, я неправ. Все-таки не знаю всех деталей дела. Вот только кто решился полезть против настолько влиятельных особ? Хотя, если я в свое время был прав, и Смольнов является не только адвокатом преступного синдиката, но и связан с «Медведями», то возможно…

— Что возможно? — Куртихин прервал затянувшуюся паузу Стукова.

— Да так. Есть одна мысль, — хитро блеснул глазами Стуков. — Что, если этот самый Смольнов решил подмять под себя бизнес контрабанды артефактами? Вот сам рассуди. «Медведи» со своими союзниками повернуты на своей идее эвакуации магов в другой мир. Сейчас почти все они уже свалили с нашей планеты. Здесь остались единицы. Чем не причина воспользоваться моментом и подмять под себя их бизнес? А то, что за созданием артефактов стоят именно они, у меня лично сомнений нет. Они всегда славились изготовлением артов. С чего бы им отказываться от такого жирного куска?

— Володь, ты серьезно? — со скепсисом посмотрел на него Куртихин.

— Более чем, — уверенно произнес Стуков.

— То есть ты считаешь, что киллера наняли «Медведи», а Смольнов, не дожидаясь окончательного их ухода, зачем-то решил пойти на них войной? — иронично произнес Куртихин. — Звучит бредово, тебе не кажется?

— Согласен, пока что это предположение выглядит слишком натянуто, — тяжело вздохнул Стуков. — Но либо так, либо кто-то решил напасть на их бизнес со стороны. Вот только кто? Я лично не знаю, кто мог бы решиться на такое. Ну и нельзя исключать вариант, что если кто-то решил напасть на ослабевших «Медведей» и их союзников, те под шумок решили устранить нашего оперативника.

— А по-моему, ты сейчас натягиваешь сову на глобус, — хмыкнул расслабленно Куртихин. — Лично я думаю, что Дулов и без нас с тобой разберется с этим вопросом. Все-таки именно он отвечает за это направление. Ты просто соскучился по оперативной работе, вот и пытаешься без реальных данных наплодить идей на ровном месте. Сам Дулов считает, что столичный синдикат перешел дорогу кому-то из зарубежных партнеров. Ну а те решили сделать предупреждение, наняв у нас разную мелочь для нападения.

— Я слишком долго занимался «Медведями», чтобы забыть их методы, — недовольно поморщился Стуков. — Если Дулов смог обнаружить их связь с синдикатом, то значит, все не так просто, как выглядит.

— Насколько я помню, ты в свое время тоже так думал, — хмыкнул в ответ Куртихин. — И как? Смог доказать? — В ответ на это Стуков поморщился и отвел взор в сторону. — Вот именно, что не смог. Ты ведь весь синдикат перерыл, а связи с «Медведями» так и не нашел. Я думаю, что Дулов просто решил пойти по твоему пути, получив очередную наводку. Хотя лично я считаю, что вы оба неправы. «Медведи» прекрасно знают о том, что мы в первую очередь будем искать их связи через подпольный рынок артефактов. Им нет смысла так топорно действовать. Сам же всегда говорил, что эти гады — те еще хитрованы.

— Здесь как бы игра по типу «я знаю, что ты знаешь, что я знаю…», — отстраненно произнес Стуков. — С одной стороны, это самый банальный ход, но с другой — они тоже это понимают и потому могут пойти на риск. К тому же, если я не нашел связи, это не значит, что ее нет. Просто я плохо искал. Да и не успел я все до конца проверить. Начальство решило меня снять, — с легкой обидой в голосе покосился на дверь того самого начальства Стуков. — Видите ли, я буду полезен на другом направлении.

— Все еще дуешься по этому поводу? — понятливо хмыкнул Куртихин. — Зря. Ты за восемь лет добился в десять раз большего, чем твой предшественник. Да и направление твое в несколько раз важнее «Медведей».

— Может и так, но от этого не легче, — печально вздохнул Стуков. — Кстати, если не сложно, скинь мне данные по этому делу. Те, что не под грифом. Посмотрю, как будет свободное время.

— Опять хочешь поссориться с Дуловым? — укоризненно покачал головой Куртихин. — Я, конечно, скину, мне несложно, но ты бы прекращал это дело. Пусть парень работает. Зачем мешать?

— Да он так работает, что за восемь лет ни одного «Медведя» так и не нашел, — недовольно нахмурился Стуков. — Плевать мне на его недовольство. Дело важнее. И если он этого не понимает, то это его проблемы.

— Ну-ну, — хмыкнул Куртихин. — Смотри сам, дело твое. Ты лучше расскажи, как там твои подопечные?

— Владимир Иванович, вас ожидают, — неожиданно вмешался в их разговор секретарь.

— Растут потихоньку, — поднимаясь, произнес Стуков. — Так что, скинешь мне данные?

— Скину-скину. Иди уже, а то начальство у нас ждать не любит, — расслабленно махнул рукой Куртихин.

— Благодарю, — кивнул головой Стуков и уверенным шагом направился в кабинет Воронцова.

Войдя, Стуков окинул быстрым взглядом помещение. Пара шкафов, большой т-образный стол, портрет императора на стене и еще одна дверь возле панорамного окна, в данный момент закрытого плотными шторами. Воронцов любил перестраховываться, так что все его посетители заходили через приемную секретаря, а выходили через вторую дверь, ведущую в комнату охраны, и дальше на выход. Как он сам любил говорить, — «Чем меньше люди видят, тем меньше могут рассказать».

— Доброе утро, Сергей Иванович, — поздоровался Стуков, после того как закрыл за собой дверь, и сделал пару шагов в сторону стола.

— И тебе утречка, Володя, — расслабленно произнес хозяин кабинета, развалившись в кресле. — Проходи, присаживайся.

Стуков кивнул головой, подошел ближе и, отодвинув стул, уселся справа от начальника. После чего молча с вопросом в глазах уставился на него, заодно мысленно отметив небольшие изменения во внешности начальника. Седины на висках стало больше. Серые глаза выражали явную усталость, а на немолодом лице пятидесятилетнего полковника застыла маска полного равнодушия. Только одно осталось прежним, крепко сбитая фигура. Было понятно с первого взгляда, Воронцов явно не забывал поддерживать идеальное физическое состояние.

— Я так понимаю, что с Куртихиным ты уже побеседовал? — с легкой усмешкой в глазах спросил Воронцов.

— Да, — спокойно произнес Стуков.

— И что думаешь?

— Если вкратце и без точных данных, то мое мнение…

Стуков повторил свои догадки, которые только что высказывал Куртихину, заодно сжато пересказав весь их разговор.

— Я ему передам, чтобы в этот раз отослал тебе полный комплект всех документов по этому делу. В том числе и секретные данные, — неожиданно удивил он своими словами Стукова. И увидев немое изумление в глазах подчиненного, хмуро продолжил. — Дулов как-то слишком легко смирился с потерей агента. Не нравится мне это. Может, действительно совпадение, а может и нет. Выводы и данные по проверке я тебе тоже передам. Может, что и заметишь.

— Понял, — ободрившись, почти радостно кивнул Стуков.

— Но это не освобождает тебя от текущих дел, — недовольно покосился на него Воронцов. — Что там с нашими ребятками?

— Все как и прежде, — пожал плечами Стуков. — Часть проходит лечение, остальные в строю. Пока особых прорывов нет.

— Родственники первого, десятого, одиннадцатого и четырнадцатого больше не беспокоят?

— Благодаря вашему вмешательству, нет.

— Вот и отлично, — довольно улыбнулся Воронцов. — Ну а теперь к делу, по которому я тебя вызвал. Ты ведь в курсе, что в этом году снизили возрастной порог участия в магическом боевом турнире?

— Да, — сухо произнес Стуков. — Хотите в этот турнир добавить тринадцатого, четырнадцатого и пятнадцатого?

— Угадал, — хмыкнул Воронцов. — Но это еще не все. Я хочу, чтобы все наши номера приняли участие. Обеспечь их всем необходимым. Финансы для этого тебе выдадут.

— Боюсь, многие из них либо откажутся, либо специально сольются на турнире еще на стадии отборочных, — возразил Стуков. — С логикой у них все в порядке. Смысла от турнира для них нет. Особенно если будут участвовать все номера.

— А как же приз? Неужели никто из них не захочет завладеть артефактным духовным мечом? — с легкой иронией произнес Воронцов.

— Я не просто так развивал у них интеллект, — ответно хмыкнул Стуков. — Они прекрасно понимают, что шансов на обладание мечом нет ни у кого. Рассчитывать на чистое везение ребята не привыкли.

— Это понятно. Но тебе придется самому придумать для них что-то важное и ценное. Что-то, ради чего они все начнут рвать на себе рубаху.

— Это несложно, — расслабленно произнес Стуков. — Вот только вряд ли вы согласитесь дать свое разрешение.

— Хм, — задумчиво смерил его взором Воронцов. — Это ты сейчас опять намекаешь на артефакты третьего уровня?

— Нет, — злорадно оскалился Стуков. — Ради третьего уровня они и пальцем не пошевелят. А вот ради второго уровня, да еще и с полным списком, будут биться не на жизнь, а на смерть.

— Второго уровня, говоришь… — насупив брови, протянул Воронцов, постукивая костяшками пальцев по столу.

И вот эта его задумчивость ввергла Стукова в полный шок. Он не раз и не два получал отказы насчет артефактов третьего уровня, а тут вдруг второй. Когда же начальник прервал паузу, у Стукова и вовсе чуть глаза на лоб не полезли от изумления.

— Хорошо. Я дам добро, — решительно, но несильно хлопнул ладонью по столу Воронцов. — Причем с полным списком. Но это еще не все. Если кто-то из номеров войдет в топ-шестнадцать команд, то получит любой артефакт третьего уровня с наших складов. А вот если кто-то займет первое место, то тогда получит любой артефакт из нашего списка второго уровня. Теперь энтузиазма у них хватит?

— Более чем, — растерянно пробормотал Стуков. — Но почему…

— Почему я дал свое добро? — хмыкнул Воронцов.

— Да, — с трудом веря в услышанное, кивнул Стуков. Ведь не каждый действующий оперативник мог рассчитывать получить доступ к полному списку третьего уровня артефактов, а здесь целый второй уровень.

— Если честно, то я сильно сомневаюсь в том, что они смогут войти в топ-шестнадцать по стране, — скептично произнес Воронцов. — Все-таки это командное состязание, и найти на их уровне надежных и сильных напарников будет, мягко говоря, сложно. Особенно за оставшиеся до начала два месяца. Ну а то, что они смогут занять первое место — и вовсе на грани фантастики. Победить сплоченные команды аристократов высших учебных заведений — это звучит слишком фантастически. Ну а если кто-то совершит нереальное и достигнет подобного предела, то тому и не жалко один артефакт выдать. Мы ведь в этом случае окажемся в очень выгодном положении.

— Но почему именно в этом году? — удивился Стуков. — В прошлом можно было сделать все то же самое.

— Потому что я хочу увидеть, на что способен твой тринадцатый номер, — строго произнес Воронцов. — Слишком сильно его хвалят тренеры, да и Пуговкин, на удивление, доволен. Вот и хочу посмотреть, что в итоге получится.

— Но ему только четырнадцать, — удивился Стуков. — Он просто физически не сможет тягаться со студентами академий магии.

— Ты так думаешь? — пристально уставился на него Воронцов.

— Эм… Да, — не очень уверенно произнес Стуков, ощущая, что что-то явно упустил из виду.

— А вот его наставники считают по-другому, — усмехнулся Воронцов. — Геннадий Петрович вообще уверен, что если дать тринадцатому в команду девчонок, с которыми он его гоняет, то твой подопечный спокойно может рассчитывать на проход в лучшие шестнадцать команд.

— Гудков как-то уж слишком оптимистичен, — нахмурился в ответ Стуков.

Ему не понравилось, что Гудков не сообщил ему о таком прогрессе Дмитрия, да и вообще даже не заикнулся о разговоре с Воронцовым.

— Возможно, — согласно кивнул Воронцов. — Но это еще не все. Шнуров тоже согласен с Гудковым. Более того, оба не только одобрили мое решение, но и, я бы даже сказал, обрадовались. А это, как ты понимаешь, как минимум любопытно.

— Да уж. Любопытно, — нахмурился еще больше Стуков.

— Ты не обижайся на них, — усмехнулся Воронцов. — Старики свое дело знают, и для них нет значения, кому сообщить об успехах тринадцатого, мне или тебе. Мы для них оба все еще молодые и неопытные.

— Что есть, то есть, — расслабившись, усмехнулся Стуков.

— Так что готовь тринадцатого к первому его участию в турнире, — довольно подвел итог Воронцов. — Заодно и других проверим. Как одиночки они, конечно, сильные ребята, но вот в команде — совсем другое дело.

— Хорошо. Я понял, — тяжело вздохнул Стуков, но тут же нахмурил брови и с подозрением уставился на начальника. — Мне кажется, или вы решили кое-кому помочь?

— О чем это ты? — вроде как искренне удивился Воронцов.

— Насколько я помню, ваш сын Максимка очень даже дружен с тринадцатым, — понятливо ухмыльнулся Стуков. — Решили сына тоже подтянуть?

— Ты эти свои догадки отбрось и забудь, — строго высказался Воронцов и чуть мягче добавил: — Если тринадцатый выберет в команду Максима, то это его выбор. Я на него влиять не собираюсь.

— Но будете весьма довольны, — хмыкнул Стуков. — Особенно если они пройдут отборочные и попадут в основную сетку турнира страны.

— Стуков! — строго пригрозил пальцем Воронцов. — Прекращай. И вообще, иди работай. А то я смотрю, времени у тебя много, раз всякие глупости в голову лезут.

— Слушаюсь, господин полковник! — четко отдал честь Стуков, вскочив с места, но с ярко выраженным озорным блеском глаз.

— Свободен, — сурово произнес Воронцов, и уже тише добавил: — Тоже мне умник. Воспитал на свою голову.

## Глава 3

Что такое артефакты? Ответ вроде как известен практически любому жителю данного мира. Это предмет с нанесенными на него магическими рунами, которые при активации реализуют заложенное в них заклинание любого типа и структуры. Вроде как все ясно и понятно. Вот только дьявол скрыт в мелочах. А точнее, в их детальном описании.

С предметом все ясно и понятно. Бери что хочешь, наноси руны, и вуаля, вот тебе готовый артефакт. Вот только использовать его никто не сможет. Почему? Потому что нужен кристалл настройки связи между артефактом и носителем. Чем сложнее рунная вязь, и соответственно, выше уровень артефакта, тем сложнее настройка. Вроде бы и что с того? Ведь есть куча артефактов, которые сможет использовать кто угодно. Да. Так и есть. Но это лишь артефакты до пятого уровня. Те, что выше, имеют совершенно другие требования к пользователю. Как я и вспоминал выше, чем сложнее рунная вязь, тем более точная настройка требуется.

Можно ли использовать сложный артефакт без подобной настройки? Можно. Но тогда есть риск получить совершенно не то, что планировалось. Хотя нет. Не так. С учетом встроенных предохранительных рун, подобный артефакт при использовании просто-напросто выйдет из строя. Если только он сделан «чисто». То есть законно и с соблюдением всех правил техники безопасности. Но для этого нужно на артефакт нанести дополнительные рунные контуры, а это занимает место и лишняя работа. У подпольных, так называемых «черных» артефактов, никаких предохранителей нет. За счет этого «черные» артефакты мощнее, но и опаснее.

Если такой использовать без точной настройки, то получишь в лучшем случае магическое истощение, а в худшем может физически пострадать сам пользователь. Например, вместо усиления тела произойдет его «осушение», или, по-простому, превратишься в мумию. Ну а затем, естественно, сдохнешь. Или, например, можешь получить ментальный удар такой силы, что мозги превратятся в фарш. Естественно, подобные угрозы сильным магам нипочем. У них достаточно силы и возможностей для нейтрализации подобного эффекта. В их случае артефакт просто-напросто выйдет из строя.

Почему? Ответ несложный. Обычно в артефактах ниже пятого уровня кроме кристалла настройки есть еще и кристалл энергии. Тот самый, с помощью которого я прокачивал свои силы возле аномалии. Потому пострадать от его применения практически невозможно. Максимум, что может произойти, так это не совсем корректный эффект при применении. Например, без настройки при усилении тела усилится не все тело, а только, допустим, рука или нога. Или же при использовании цепной молнии она вместо цели попадет в небо, землю или в самого носителя. Здесь уж как повезет.

В артефактах пятого и выше уровней кристаллов с энергией нет. Точнее, есть, но они стоят столько, что дешевле танк купить, чем подобный артефакт зарядить. Слишком дорого. Потому данные артефакты используют энергию самого носителя. Так что если у мага достаточно энергии, он вряд ли пострадает. Разве что одежду попортит. Конечно же, не все отделаются так легко, но большинство сможет пережить такую аварию. Впрочем, большинство магов дружат с головой и потому без настройки не будут применять какой-либо артефакт высокого уровня.

Возникает логичный вопрос. А зачем тогда нужен артефакт, если за счет своей энергии маг и сам может намагичить то же самое? Ответов здесь несколько. Во-первых, артефакт обычно «заточен» под использование одного-единственного заклинания. Причем в роли «носителя» правильной стихии. Например, если маг огня захочет сам применить земляной вал, то потратит, допустим, сто тысяч единиц энергии, а вот тот же вал с помощью артефакта обойдется магу всего в тысячу единиц, если не меньше. Зависит от сложности рун и их качества. Но опять-таки, эта формула работает, только если артефакт настроен на носителя. Если нет, то может потребоваться фиг знает сколько энергии. Не больше ста тысяч, но и не меньше тысячи. Вот такие вот пироги. С капустою. Ну или с картошкой. Печеной. Причем в голове глупца, который решит проверить слепую удачу.

Во-вторых. Артефакт позволяет использовать умение мгновенно. Если магу нужно время для применения своей силы и активации заклинания, то артефакт сразу же выдаст результат. Можно задаться вопросом, что в таком случае мешает затариться сотней артефактов и ходить, словно авианосный флот, и всех подряд сметать со своего пути? Но не все так просто. Начиная от безумных цен за подобные артефакты и заканчивая банальным запасом их прочности. Здесь очень хорошо подходит аналогия со стволом танка. Чем чаще стреляешь, тем быстрее износ ствола, и в результате он через определенное время расцветет симпатичным таким металлическим цветком. Или по-простому, разорвется изнутри.

Артефакт действует почти так же. У него тоже есть запас прочности. Причем, чем сложнее артефакт, тем меньше его прочность, или точнее, он становится более «хрупким», что ли. В общем, если артефакт пятого уровня использовать раз в сутки, то он тогда проработает десятки лет. Если два раза в сутки, то всего год. Если три раза, то всего месяц. Ну и так далее. И это я еще самые оптимистичные коэффициенты озвучил. Если рунная вязь не совсем качественная, то и того меньше. Но и это еще не все. У артефакта четвертого уровня все то же самое, но умноженное на два. То есть хороший артефакт подобного уровня можно использовать только раз в двое суток. Ну так, чтобы хватило подольше. Можно и чаще, если готов рисковать и денег много.

В-третьих, и это самое важное. Артефакт может использовать любой маг или даже адепт. Взять, например, «Двойник». Чтобы применить подобную магию, нужно быть как минимум старшим магом восьмого или выше уровня. С меньшим уровнем маг просто физически не сможет активировать настолько сложную магию так, чтобы при этом не поджарить собственные мозги. Но есть артефакт, и есть запас энергии на его запуск. Значит, все отлично! Используй, пока есть энергия. Но сначала настрой!!!

В-четвертых. Многие маги действительно используют артефакты постоянно. Даже архимаги не брезгуют применять артефакты. Это проще и быстрее. Правда, здесь вступает в игру цена подобных «игрушек». Даже для старшего мага пара миллионов за один артефакт — серьезно. Ну а для тех, кому на подобные суммы плевать с высокой колокольни, то есть я сейчас об архимагах, тем подавай самые качественные артефакты с рунной вязью. А такие уже могут стоить десятки или даже сотни миллионов. Слишком кропотливая и длительная ручная работа.

К чему это я так сильно разошелся на тему артефактов? Да потому, что осознал простой факт, что мне звиздец, и я хрен выберусь из ночного клуба без последствий, причем тяжелых. И мне пришла в голову самая дебильная за всю мою не столь длинную жизнь мысль. Я решил активировать артефакт «Двойник» без предварительной настройки. Зачем? Я и сам не смогу внятно и логично ответить на этот вопрос. Просто меня охватили апатия и безразличие. Рука сама потянулась к артефакту, и после секундного раздумья я активировал его.

Глупо? Да. Тупо? Тоже верно. Подобное мог совершить только полностью конченый псих, обкуренный и обдолбанный всем чем только можно? Не-а! Даже у психа хватило бы ума не совершать подобного дебилизма. А вот у меня не хватило. Ну что можно сказать? КрасавчеГ. Причем дико фартовый. Я бы даже сказал, мега-супер-пупер фартовый идиот, выигравший в самую мухлежную лотерею с миллиардами участников. Шанс на то, что я не сварю себе мозги, был не просто мал, его практически невозможно различить за тысячами нулей после запятой. Но мне повезло.

Точнее, не совсем так. Я конечно же выжил, но вот артефакт после моего применения можно было разве что выкинуть на помойку. Как только у меня закончится энергия, примерно через две минуты тридцать секунд и двадцать семь миллисекунд реального времени, он превратится в хлам. Но с другой стороны, он сработал не просто как «Двойник», а еще и добавил эффект одноразового ускорения сознания. Другими словами, я сейчас мыслил со скоростью молнии. Настолько быстро, что мир вокруг словно замер на месте. Десять секунд моих размышлении и действий равны одной миллисекунде в реальности. Ну и да, я стал на порядок умнее. Не, не так. Я превратился на это время в гения. Может, не полного, но где-то рядом и недалеко от него.

Правда, возникла одна проблема. И как ни забавно, но эта проблема выражалась во времени. Мое тело не стало двигаться, словно молния. Нет. Оно реагировало так же, как и раньше. Даже одно моргание длилось дольше трех минут. А что это значит? Верно. Я уже ДИКО ЗАДОЛБАЛСЯ ЖДАТЬ, когда наконец дотянусь до сумки с баблом и оружием. Уф. Аж немного полегчало. Но не сильно. Блин. Как же скучно!!! Хоть бери и стреляйся! Хотя нет. Чтобы застрелиться, нужна уйма времени для моего ускоренного разума. Жесть. Как же меня бесил тот я, что решил активировать этот долбаный артефакт! Если бы мог, то вернулся бы во времени и с явным наслаждением убил бы этого долбоеба, в лице меня прошлого, самой страшной смертью! Р-р-ррр, как я взбешен!

Ладно. Выговорился и хватит. В конце концов, время тикало, и уже через каких-то там двадцать пять часов все вернется в норму. Угу. В норму. Как же. Двадцать пять часов я буду смотреть, как мое тело движется со скоростью улитки. Хотя нет. Улитка явно быстрее меня. Естественно, в абстрактном смысле. Так. Стоп! Опять меня несло не туда. Лучше еще раз обдумаю свой план спасения. Какой там раз по счету? Хм. Как же хорошо быть умным с идеальной памятью! Я всего лишь сто тридцать четыре раза проверил свой план на наличие ошибок. Может, хватит? Но что еще делать?

Хотя… Стоило еще раз просчитать мои выводы насчет того, что произошло, и насколько верны мои расчеты того, что произойдет в дальнейшем. Здесь я только пару десятков раз прошелся. Можно еще разок. Ну или не разок. Что-то мне подсказывало, что пока я достигну выхода из этого клуба, я успею сделать пару сотен проверок. Если не больше. Блин. Как же скучно!!! Ау!!! Люди!!! М-да. Мысленно кричать — это я, конечно, монстр. О! Идея. Поиграю сам с собой в шахматы! Идеальное решение. Или нет? Не попробуешь, не узнаешь. Но сначала пройдемся по плану.

Все началось после того, как я осознал себя после применения «Двойника». Став умнее, я сразу же оценил перспективы полученного бонуса. И хотя я отчетливо понимал, что этот бонус одноразовый и в будущем я его использовать больше никогда не смогу, но на данный момент что есть, то есть. Затем включилась банальная логика и наблюдение. Именно тогда в моей дурной голове возник план. Удивительно, но факт. Когда десятками минут смотришь в одну точку, ибо быстро отвести взгляд не можешь, да и закрыть глаза тоже очень долго, то замечаешь каждую мелочь и каждую деталь. Ну тут как бы мало что зависело от моего желания. Слишком медленно двигалось мое тело.

Так вот. Мой взгляд причудливым образом был направлен на труп главаря тех самых лысых бандитов с татухами, которого я не так давно замочил. Я увидел шанс на свое спасение. Во-первых, это оказался не простой бандит, а адепт первого уровня. Во-вторых, на нем висело ни много ни мало, а целых пять артефактов. Два браслета, амулет и два кольца. Конечно, не такого уровня, как «Двойник», но все равно далеко не дешевых. Причем один из них, «скан местности и конкретного объекта», мне самому был очень нужен, а второй, «наложение иллюзии», поможет мне, в теории, свалить незамеченным из клуба. Остальные пойдут на проверку моей теории и практическое применение моих знаний.

Дело в том, что моих обширных знаний хватит, чтобы настроить любой артефакт на меня. В теории, конечно же. На практике же, я ничего подобного еще не делал. При настройке нужно обладать двумя самыми важными ресурсами: временем и знаниями. С рунами справится мое ускоренное сознание, а значит, проблема времени решена. Ну а знания у меня есть. Главное, это добраться до тела бандоса и приступить к экспериментам. На трех относительно не важных артефактах я потренируюсь, а вот с нужными мне ошибку допускать нельзя. Если испорчу их, то все, гайки.

Сам по себе план прост как две копейки. Сканируем местность и заодно поглощаем силу бандоса, а после под артефактом иллюзии валим из клуба. Что может быть проще? Как по мне, ничего. Осталось только одно. Достичь трупа бандита. А вот это уже отдельная проблема. От настолько медленного продвижения я мог и с ума сойти. Это только кажется, что смотреть в одну точку можно бесконечно. На самом деле картинка надоела уже после десятка минут. О часах я и вовсе промолчу. Ладно. Поиграю пока мысленно в шахматы. Итак, е2—е4… Ваш ход, товарищ шиза, то бишь я с другой стороны. Мне показалось, или я уже начал потихоньку протекать кукухой? Хм. Надеюсь, что только показалось.

Я успел сыграть сам с собой пять партий, пока наконец долбаное тело, — естественно, это я о своем собственном, — достигло тушки главаря. По дороге я прихватил сумку с баблом и оружие. Когда можешь оптимально просчитать каждое свое движение пару сотен раз, то тело само собой будет двигаться идеально. Хотя меня сейчас больше заботило, как максимально быстрее добраться до цели. Впрочем, в моем состоянии сделать это не так уж и сложно. Я бы даже сказал, скучно.

Первым в расход пошел артефакт создания защиты. Естественно, с первого раза у меня не получилось перенастроить его на себя. Это довольно тонкая работа. Одна ошибка, и все, артефакт на моих глазах очень медленно рассыпался на кучу мелких кусочков. Где допустил ошибку, я понял. А значит, приступаем ко второму. Артефакт ночного и теплового зрения. Полезная штука, но увы. Этот подопытный также отправился в утиль. В этот раз я допустил ошибку, уже когда снял настройку с прошлого тела и начал настройку на себя любимого. Но меня радовал прогресс. Еще чуть-чуть, и все будет топчик.

Третий артефакт, на секундочку, защиты разума, «сгорел» уже практически на последней стадии настройки. Обидно, досадно, но ладно. Так. Теперь берем арт иллюзий. С ним уже ошибку допустить нельзя! От этого зависела моя жизнь! Так что действуем очень аккуратно. Ювелирным щупом своей силы отвязал артефакт от прошлого носителя, после этого направил кристалл на опознавание моей собственной тушки, и-и-и-и, вуаля! Есть контакт! Артефакт настроен! Да!!! Я мегамозг! Активируем!

МЛЯТЬ!!! Вашу мать! Чтоб вы все сгорели в аду! Какого хрена? Долбаный артефакт при активации взял и перегорел. Твою ж мать. В чем проблема? Хм. Я говорил, что у меня мозги как у долбоящера? Да? Ну тогда стоит сказать еще раз. Забыл учесть время для окончательной привязки. Я ведь под ускорением, а вот артефакт нет. Что б ему пусто было. Теперь понятно, почему он сгорел. Черт! Тоже мне, гений недоделанный. В банальных вещах ошибку допустил. И что теперь делать? Ладно. Пока настроим последний артефакт. С ним-то у меня точно уже не должно возникнуть проблем. Надеюсь. Или я застрелюсь.

Итак, приступим. Первый этап… ок. Второй этап… прошел отлично. Ждем время привязки. Еще раз все проверяем. Хм. Запускать? Нет. Еще раз все проверим. А пока проверяю, поглощу-ка я силу этого лысого бандита. Лишней не будет. Слава богам, поглощение работало со скоростью моего разума. Хм. А ведь это круто! Надо будет запомнить. Вдруг когда-нибудь я свихнусь и решу снова применить ускорение сознания? Это, конечно, маловероятно, но кто его знает, каким боком судьба повернется.

Все проверил. Бандита поглотил и даже получил прирост сил земли и поглощения. Это приятно радовало. Вот что не радовало, так это отсутствие плана побега из клуба. Ладно. Чего уж переживать? Активируем артефакт.

В тот миг, когда я запустил активацию, мой разум осознал простую истину. Я таки эпический долбоеб! Почему? Да потому, что поглотив бандита, я фактически изменил свои настройки силы, а значит, артефакт теперь настроен неправильно! То, что в моей базе знаний не было примеров использования артефактов теми, у кого есть сила поглощения, меня никак не извиняло. Мозги мне на что? Вот же, вашу мать. Одно хорошо. Я теперь ученый. Получается, что после каждого поглощения кого-либо или чего-либо, перед активацией артефакта придется все арты перенастраивать. А это тот еще гемор. Ну и еще один плюс. Артефакт, перед тем как рассыпаться, все же дал одноразовый эффект. То есть я получил все данные сканирования местности в радиусе двухсот метров. Да и материться на самого себя уже не осталось сил. Надоело. Пора смириться с тем, что я от обезьяны не слишком отличаюсь в способности мыслить и анализировать.

Анализ скана занял у меня пару часов ускорения, но оно стоило того. Хорошо обладать идеальной памятью, а то ведь скан закончился, и все, больше я его уже использовать не смогу. Но зато я снова увидел возможность свалить из клуба. Будет нелегко, но в теории план смотрелся неплохо. Итак. Что мы имеем? Из-за того, что скан оказался артефактом ни много ни мало, а третьего уровня, то информация у меня была практически полная. Эх. Жаль артефакт. Так. Без соплей. В общем, клуб окружили легавые. Да еще кроме них к штурму клуба готовилось самое настоящее спецподразделение полиции. Против них в прямом бою шансов у меня ноль. Все они маги, да еще и в артефактной броне, оружии и увешанные артами по самое не балуйся. Но не все потеряно!

Теперь вернемся к клубу. Как оказалось, внутри, там, где был общий танцевальный зал, еще оставались живые. Два охранника и один из бандитов группировки продавца артов. Каким образом последний выжил, я без понятия. Видимо, у него был артефакт защиты, который после срабатывания превратился в хлам, но жизнь носителю спас. Сейчас все трое попрятались в своих укрытиях и, кажется, выжидали прибытия полиции, видимо рассчитывая сдаться. Но кроме них обнаружилось еще кое-что любопытное. Самое главное — это один из трупов. Как показал скан, это был не простой бандит, а судя по всему, помощник белого пижона, да еще и с артефактом сокрытия силы, который, естественно, после смерти носителя перестал работать. Но еще этот индивидуум был при жизни ментальным магом третьего уровня! Вот он-то и выведет меня из клуба.

Второй по важности момент, это артефакты самого пижона. У него их было четыре. Правда, один уже не работал, так как, видать, был когда-то защитным заклинанием. Видимо, разрядился в ноль, когда спасал носителя. А вот три других было бы неплохо прихватить с собой. Настраивать их сейчас на себя явно опрометчиво. Хватит с меня неудачных экспериментов. Итак. Один артефакт являлся сканом, но не третьего, а всего лишь четвертого уровня, но тоже ничего так. Второй арт тоже мне в будущем пригодится, артефакт отвода взора. Тот самый, который у меня значился в списке. А вот третий артефакт, на первый взгляд, являлся не очень полезным, но после недолгих раздумий я понял, что он вполне может заменить собой земляной разлом. Это был арт огня. Причем не простого, а фактически проявитель заклинания лавы. То есть он мог раз в двое суток превратить небольшой участок земли в самую настоящую лаву температурой в пару тысяч градусов. Но пока лишь в теории. На практике мой скан, хотя и оказался более продвинутым из-за феномена при разрушении, но все-таки информацию о полных характеристиках артефакта дать не мог.

План же у меня был таков. Скрытно приближаемся к трупу ментального мага, после этого забираем у него полезный арт, а затем поглощаем силу трупа. Судя по тому, что я получил в расчетах, в итоге у меня образуется ментальная магия примерно на уровне мага двенадцатого уровня. Против других магов ни о чем, но против обычных людей более чем достаточно. Дальше гасим двух охранников, так как они слишком здоровые и в мой план не вписывались. Одновременно с этим атакуем разум выжившего бандита. Надолго моего влияния на его разум не хватит, но мне и пяти минут с головой. Главное, чтобы он выполнил все, что я ему внушу, и демон с ним.

Дальнейшие действия оказались и вовсе проще простого. Поджигаем клуб изнутри, а после мой оболваненный бандос с моим оружием выскакивает в подворотню и там устраивает полноценную перестрелку с полицией. В ответ его, скорее всего, разберут на запчасти, но это уже не столь важно. Если не разберут, так он сам подорвет себя своей же гранатой. Ну а я в это время тихо, мирно и незаметно проскочу в один из дальних кабинетов, и через скрытый от всех тайный коридор хозяина заведения, ведущий в соседнее здание напротив, покину клуб. Здание, из которого я потом выйду, находилось уже за периметром оцепления и недалеко от подворотни, где меня ждала Оля в машине. Звучало все неплохо. Главное, чтобы в этот раз все прошло без осечек.

План придуман, пора действовать! Вот только вместо быстрой реализации я очень долго и нудно покидал сначала сортир, а потом продвигался по коридору. Это, конечно, для меня долго и нудно, а вот в реальности я двигался все же намного быстрее обычного человека, даже под усилением. Это я понял, когда достиг главного зала и устранил двух охранников. Пока те только поворачивали головы, я уже успел добежать до них и убить обоих. Хм. Мне показалось, или после того как у меня закончится действие ускорения сознания, меня ждет такой себе нехилый откат? Однако, жестко. Ну да ладно. Главное, успеть достичь машины, в которой меня ждала Оля, она медик, и думаю, сможет подлатать мою бедную тушку. Вот только что делать с общагой? Хороший вопрос. И ответа на него нет.

В то время как мое тело продолжало двигаться так, как было запланировано, я размышлял над двумя вопросами. Первый и мегаважный, это каким образом я поясню тот факт, что не ночевал в общаге? И второй, не менее важный. Кто это такой? Это о ментальном маге, из которого в данный момент я поглощал силу. Что он здесь забыл? Если подумать, то вариантов не так уж и много. Первый и самый простой, это агент полиции или МСиБИ. Почему? Да потому, что других причин присутствия мага такого уровня я не видел. Разве что кто-то, как и я, решил грабануть бандитов. Или же некий мститель, решивший внедриться в банду, дабы потом грохнуть главаря. Последнее больше похоже на книжный сценарий, а не на реальность. Ну и последний вариант, этот маг — реальный главарь контрабандистов, а пижон лишь ширма, за которой он скрывался.

В любом случае, непонятно, каким образом он погиб. Почему не воспользовался своей силой? Или же он до последнего думал, что сможет все решить, не раскрывая личности, но тут появился я весь такой модный с артефактным оружием и просто грохнул его до того, как маг сообразил, что пахнет жареным? Последнее, скорее всего. Значит, это все же либо тайный главарь, либо агент под прикрытием. Любой из вариантов мне не нравился. Как бы в итоге на меня не вышли через хитрована Смольнова. Уж он-то точно знает, кому Оля должна была передать его план.

Поглотив силу мага и более-менее освоившись с новым приобретением, я ударил ментальной магией по разуму последнего живого бандита. Тот моментально лишился сознания. Мне это только и надо. Дальше дело техники. Внушить ему, что он супер-пупер крутой киллер, которого поймали в ловушку, и теперь ему нужно срочно валить через черный ход из клуба. Ну и еще добавил тот факт, что если он попадется, то ему кирдык. Маги поджарят его разум до хрустящей корочки. Теперь этот воин будет сражаться до последнего патрона.

Последующие действия были более чем скучны. Оставив оружие заменителю меня самого, я через тайный выход покинул клуб. Пока следовал к машине Оли, все пытался придумать какую-нибудь разумную отмазку для общаги. К сожалению, все варианты пришлось отбросить в сторону, они не вызывали доверия. Единственный более-менее разумный вариант у меня все же был. И он был самым простым. Сбросить все на Олю. Мол, она меня соблазнила, а после решила забрать к себе домой и покувыркаться в постели. У нее, конечно, будут проблемы, но не более того. Все-таки о ее пристрастии знали в руководстве училища и смотрели на ее причуды сквозь пальцы.

Вот только, к сожалению, все пошло не совсем так, как я надеялся. Мои предварительные расчеты оказались слишком верными. Я не добежал до машины пятидесяти метров, так как закончилось ускорение сознания. Примерно понимая, чем все может закончиться, я еще в клубе заранее достал телефон и набрал смс Оле. «Я без сознания лежу на дороге в пятидесяти метрах позади твоей машины. Нужна срочная медицинская помощь». Такого текста более чем достаточно. Нажал «отправить» уже на последней секунде, перед тем как вынырнуть обратно в привычный мир.

Боли не было. Просто вместо постоянного гула, заменяющего звуки нормального времени, у меня резко включился слух с сиренами и другой яркой озвучкой тревожной ночи. А потом я упал. Просто упал, и лежал, уткнувшись мордой в асфальт, причем, на мое «счастье», не на сухую поверхность, а лицом в небольшую лужу. Забавно. Если Оля быстро не среагирует, то я рисковал захлебнуться в луже и сдохнуть. Я не мог не то что повернуться, я вообще ничем двигать не мог. В голове зияла абсолютная пустота. А еще полная апатия и дикая усталость. Ну а после пришла она. Нет, не Оля, а боль!!! Дикая, разрывающая сознание и отдающая в висках. Ощущение, словно меня опустили в кипяток, а мозг дополнительно залили расплавленным свинцом. Не знаю, сколько этот ужас длился, но когда вокруг расцвела темнота, я лишь мысленно с облегчением выдохнул. Пофиг, если сдох, главное, что этот кошмар прекратился.

## Глава 4

Ольга, закусив губу, с беспокойством бросила взгляд на полулежавшего на переднем сиденье Дмитрия и, со злостью вдавив педаль газа в пол, сосредоточилась на дороге. Парень был без сознания, и она ничем не могла ему помочь. Все, на что хватило ее сил, это стабилизировать состояние Дмитрия. Слишком много повреждений внутренних органов, мышц, костей и, главное, мозга. Последнее девушку беспокоило больше всего. Она не понимала, как именно мальчишка умудрился нанести самому себе настолько мощные ментальные повреждения, а после еще и каким-то чудом добраться почти до машины.

Словно профессиональный гонщик, она то на дрифте заходила в повороты, то на максимальной скорости обходила всех подряд, вылетая на встречку, словно пытаясь обогнать само время. Спешила она не просто так. Ольга уже успела выйти на связь с профессором. Выслушав ее сумбурный рассказ, тот согласился помочь. И теперь вся надежда девушки заключалась в мастерстве старинного друга и покровителя. А еще она молилась всем богам, чтобы он смог спасти парня, и о том, чтобы по дороге не нарваться на полицейский патруль. Она, конечно же, старалась избегать улиц и проспектов, на которых могли стоять патрули, но от случайности никто не застрахован.

Судя по всему, одну часть ее молитвы боги услышали. Ольга смогла достичь частного дома профессора без встречи с правоохранительными органами. Припарковавшись у дома, она выскочила наружу. Дмитрия уже достали из машины помощники профессора и быстро, но аккуратно переложили на носилки. Девушка лишь молча последовала за ними в дом. Они прошли по длинному коридору особняка, в конце которого находился спуск в подвальное помещение. Именно там располагались лаборатория профессора и операционная. Когда они спустились и Ольга увидела наставника, то попыталась было что-то сказать, но не успела.

— Все потом, — резким движением руки оборвал ее попытку одетый в медицинский халат седовласый мужчина лет шестидесяти с виду. После чего сверкнул своими ярко-зелеными глазами и добавил: — Садись и жди. Как закончу, поговорим.

— Да, конечно, — растерянно произнесла Оля, присаживаясь на стул у стены.

Впрочем, профессор ее уже не слышал, так как стремительным шагом направил свое худощавое тело в операционную. На его лице читались обеспокоенность вперемежку с любопытством. Мимоходом Ольга отметила, что, судя по всему, профессору весьма интересно разобраться в причинах такого состояния Дмитрия. Но ей было все равно. Главное, чтобы он смог помочь.

Оля с удивлением обнаружила, что у нее тряслись руки, и принялась растерянно рассматривать их. Ее до дрожи в коленках стал интересовать один очень непростой вопрос. Почему она так сильно переживает? Чем вызвано ее волнение? Она взрослая и умная девушка. У нее было множество молодых парней. И да, она прекрасно осознавала свое болезненное влечение именно к подросткам. Но с Дмитрием все было не так. Ее не просто влекло к нему, но и хотелось находиться рядом и оберегать парня. И это сейчас показалось ей очень странным.

— Я что, влюбилась? — ошарашенно пробормотала она, растерянно осмотревшись. Вот только вокруг никого не было.

Только что произнесенная фраза звенела в голове, внося сумбур в мысли. Оля попыталась было отринуть дикое предположение в сторону, но не смогла. Как она ни старалась, но перед ней, словно живое, улыбалось наглой улыбкой лицо Дмитрия. А сердце сжималось в груди от одного только предположения, что ее Дмитрия может не стать. Вся ее логика и мудрость прожитых лет пасовали перед внутренним страхом за жизнь парня. Словно натянутая струна, Оля сверлила загипнотизированным взором дверь, ведущую в операционную. Время исчезло для девушки. В голове звучала молитва к богам, и по нервам била надежда. И так продолжалось полчаса, пока наконец дверь не открылась, и из нее не вышел профессор.

— Что с ним⁈ — неожиданно требовательно и с надрывом вырвалось у Ольги. Одновременно с этим девушка вскочила на ноги, с тревогой глядя в лицо наставника и пытаясь найти в его глазах ответ на свой вопрос.

— Жить будет, — усмехнулся в ответ профессор.

— Слава богам! — с огромным облегчением выдохнула Оля, падая на стул. По ее щекам побежали ручейки слез.

— Хм. Мне кажется, или кто-то слишком сильно сблизился с пареньком? — иронично изогнул брови профессор. В ответ Оля только и смогла, что покраснеть и спрятать лицо в волосах. — Ясно. Значит, все-таки влюбилась. Однако, ты не меняешься. Опять проблемный парень, и опять ты в него влюбляешься.

— Сейчас все по-другому! — резко вскинувшись, возразила она.

— Это я слышал и в прошлый раз, — легкомысленно отмахнулся профессор. — Напомнить, чем все закончилось?

— Нет, — тихо прошептала Оля, опуская голову и обнимая руками свои поникшие плечи.

— Я тебе уже говорил. Ты путаешь свое сексуальное влечение с любовью, — осуждающе покачал головой профессор. — К тому же вряд ли в этот раз твои чувства продлятся долго. У парня очень серьезное повреждение нервных окончаний в теле и критическое повреждение тканей мозга. То, что он до сих пор жив, уже само по себе чудо. Я, конечно, стабилизировал его состояние, но к чему это в итоге приведет, я не знаю. Он будет жить, но в каком состоянии, неясно.

— Что вы имеете в виду? — резко охрипшим голосом выдавила из себя Оля.

— Как минимум он потеряет память, — тяжело вздохнул профессор. — Как максимум — превратится в овощ.

— Неужели ему нельзя никак помочь? — дрожащими губами произнесла Оля.

— Почему же нельзя? — нахмурился в ответ профессор. — Можно. Вот только ни у меня, ни у тебя нет таких денег. Нужные препараты слишком дороги.

— Так вся проблема только в деньгах? — изумленно уставилась она на него. — Сколько?

— Ты сейчас серьезно? — удивился в ответ профессор и, прочитав в ее глазах решимость, обреченно вздохнул. — Восстановление мозга обойдется в четыреста тысяч, а восстановление тела еще в двести пятьдесят. И это без учета моей работы.

— Я сейчас, — выпалила Оля и рванула с места, бросив мельком: — Ждите здесь.

Профессор недоуменно проводил ее взором, но ничего не сказал. Впрочем, еще больше он удивился, когда через пару минут, дыша как загнанная лошадь, Оля ворвалась со спортивной сумкой в руках. Плюхнув сумку на стул, девушка принялась доставать пачки банкнот. И чем больше она их доставала, тем сильнее росло удивление на лице профессора.

— Вот! — со счастливой улыбкой на лице Оля протянула пачки денег профессору. — Здесь шестьсот пятьдесят тысяч.

— Хм. Однако, сильно, — растерянно покачал он головой. — Откуда у тебя эти деньги?

— Смольнов работку подкинул, а я с Димкой ее выполнила, — смутилась в ответ Оля, отводя взор в сторону.

— То есть остальные деньги — это его доля? — кивнув на сумку, спросил профессор.

— Почти, — резко загрустив, ответила еще тише Оля, стараясь не смотреть в глаза наставнику.

— Сколько ты взяла из его доли? — понятливо и тяжело выдохнул профессор.

— Сто пятьдесят, — еще тише пробормотала Оля, но тут же оживилась и резко и требовательно добавила: — Я сама с ним разберусь. Главное, что деньги есть, и Димку можно вылечить.

— Эх, Оля-Оля, — осуждающе покачал головой профессор. — Неужели этот паренек стоит того?

— Да, — решительно сверкнула глазами она.

— Хорошо. Дело твое, — понимая, что спорить бесполезно, уступил профессор. — Я вылечу его. Жди здесь.

Забрав деньги, профессор отправился в операционную. Зачем ему деньги, Оля и так понимала. Профессор и сам серьезно нуждался в средствах как на жизнь, так и на свои исследования. Поэтому кроме своей научной деятельности ему приходилось подрабатывать врачом, обслуживая различные криминальные структуры и не только их. Подпольная медицина, особенно в руках настолько умелого человека, ценилась очень высоко. Платили за нее хорошо, но было одно условие. Обслуживать клиентов приходилось в любое время суток. А значит, у профессора всегда должны были быть лечебные эликсиры на любой случай.

Вот только денег на столь дорогие лекарства у него не было. Так что обычно все эти эликсиры были взяты в долг у тех же самых криминальных структур. Потому профессор, как бы сильно ни хотел кому-либо помочь, но бесплатно сделать этого не мог. Если он не рассчитается за потраченные эликсиры, то виноватым назначат его самого. Хороший он врач или нет, но в криминальном мире на первом месте всегда стояли деньги, а уже потом все остальное.

Впрочем, эти размышления Оли не снимали с повестки дня основную проблему. Она прекрасно понимала, что Смольнов так просто ей сто пятьдесят тысяч не простит. Как отдавать настолько огромные деньги, она не знала. Сам собой взгляд упал на сумку. Восемьсот пятьдесят тысяч. Это очень большие деньги. С ними можно неплохо устроиться в любой стране мира. Вот только покинуть империю будет очень и очень непросто. Вряд ли Смольнов и его прихвостни так просто отпустят ее. К тому же бежать придется не одной, а с Дмитрием. А ему, как ни крути, но всего четырнадцать лет. Придется покупать ему новые документы. Это не такая уж и большая проблема, но она требовала времени. А времени у нее нет.

— Я закончил, — выходя из дверей операционной, произнес профессор, прервав ее размышления.

— Все прошло успешно? — тусклым голосом спросила Оля.

Час ее размышлений так ни к чему и не привел. Как бы ей ни хотелось, но убегать с деньгами — не вариант.

— Более чем, — почему-то очень довольно произнес профессор. — Твой парнишка оказался очень интересным пациентом. Настолько интересным, что я решил вам помочь, — при этих словах он протянул Оле три пачки денег, по пятьдесят тысяч в каждой. — Держи.

— Но… — растерянно принимая деньги, непонимающе протянула девушка.

— Не переживай, — ободряюще подмигнул ей профессор. — Я уверен, что твой Дмитрий сможет без особого труда вернуть мне потраченные деньги.

— Что такого интересного вы в нем увидели? — с подозрением уставилась на него Оля. — Только не говорите, что решили…

— Нет-нет, что ты! — отрицающе замахал руками профессор. — Я не собираюсь проводить на нем эксперименты. А вот что именно я увидел, увы, сказать не могу. Вот если он захочет, то потом сам и расскажет тебе все. Я слишком старомоден в данном вопросе. Тайна моих пациентов — это табу.

— Вот, значит, как, — прищурившись, протянула она задумчиво.

— Можешь даже не пытаться, — улыбнулся в ответ он. — Эта тайна слишком личная. Но зато я могу тебе рассказать, что именно с ним произошло.

— И что же?

— Этот юный балбес, судя по всему, применил артефакт, связанный с ментальным воздействием на свой мозг без предварительной настройки на себя, — хмыкнув, произнес профессор, провожая взглядом вышедших из операционной молчаливых помощников. — Подозреваю, что это мог быть…

— «Двойник»! — блеснув глазами, высказалась Оля, моментально догадавшись, в чем дело.

— Хм. «Двойник», значит? Да. Очень даже похоже на то, — задумчиво пробормотал профессор, поглаживая небольшую седую бородку.

— Вот же мелкий засранец! — в сердцах выругалась Оля. — И как только мозгов хватило?

— Ну уж я-то точно не в курсе, — пожал плечами профессор. — Но ему отчасти повезло. Артефакт не просто сработал как надо, но еще и максимально разогнал его мозговую активность. Судя по поврежденным участкам мозга, скорее всего, у него не только увеличилась активность нейронов, но еще и ускорилась скорость обмена данными между ними. В результате он ускорил свое сознание до кратных величин.

— И это же привело к перезагрузке мозга и всей нервной системы, — закатив глаза от понимания безумности поступка Дмитрия, с горечью добавила Оля.

— Именно так, — одобрительно кивнул профессор. — Более того, это поясняет повреждение мышечных тканей, а также многочисленные мелкие переломы костей.

— Ускорив сознание, он использовал свое тело на запредельных для него нагрузках, — не открывая глаз, словно на зачете произнесла Оля. — Теперь все понятно. Правда, не понятно, каким образом он выжил? У него же тогда и все магические каналы должны были разорваться.

— Так и есть, — согласно покивал головой профессор. — Удивительная безрассудность. Но твоему Дмитрию повезло. У него оказался довольно полезный и редкий талант… — тут профессор прикусил язык и резко закончил. — В общем, ему повезло, и он выжил, хотя и не должен был.

— Редкий талант, значит… — хитро прищурившись, взглянула на него Оля. — Так вот в чем дело. И что же это за талант такой? Что-то я не помню никаких таких крутых талантов, которые бы могли нейтрализовать подобной силы последствия. Или вы намекаете на то, что он тоже сверх?

— Нет, — отрицательно покачал головой профессор. — Но больше я тебе ничего не скажу. Если хочешь узнать правду, то пытай своего паренька. А меня оставь в покое. Я своих принципов не нарушаю.

— Хорошо, — улыбнувшись, легко согласилась Оля. — У него, так у него.

— Вот и отлично, — не очень уверенно произнес профессор, с подозрением покосившись на Олю. — А пока он приходит в себя, может, наконец расскажешь, во что вы умудрились вляпаться?

— Кхм, — от подобного вопроса Оля смутилась и закашлялась. — Ну как бы… тут такое дело… это как бы не наша тайна…

— Оля! — требовательно произнес профессор, с неодобрением посмотрев на нее. — Если ты забыла, то я пока что в сумму долга свою работу не включал, а ведь могу.

Ольга печально вздохнула и, осознав, что профессор так просто от нее не отстанет, принялась за рассказ. Она прекрасно понимала, что потом придется опять выслушивать длиннющую и скучную нотацию о рисках и глупости того или иного ее поступка. Особенно сильно ей достанется за связь со Смольновым. Его профессор больше всего недолюбливал, считая того слишком хитрым и подлым мерзавцем, любящим использовать других как ему вздумается.

## Глава 5

Очнувшись, первым делом я увидел потолок. Такой себе самый обычный потолок коричневого цвета. Хм. Кажется, из натурального дерева. Забавно. И почему моя последняя мысль, перед тем как я потерял сознание, содержала уверенность в серьезных последствиях? Чувствовал я себя отлично. Тело не болело. Мозги вроде как в порядке. Странно. Хотя кое-что меня все же беспокоило. Звенящее ощущение пустоты в голове. Словно я потерял что-то очень важное и ценное. Мысли вяло катались внутри сознания. Создавалось впечатление, что мой мозг — огромный пустой шар, в котором из стороны в сторону на самом дне почти неразличимо болтался мой текущий разум. Не очень приятное ощущение. Я даже сказал бы, очень сильно неприятное чувство.

— Вижу, вы уже очнулись, молодой человек! — раздался мужской голос справа от меня.

Я лениво повернул голову и уставился на седовласого мужика с пронзительными зелеными глазами. И что это за перец передо мной? Хотел было спросить, но передумал. Лень. Уж не знаю почему, но во мне царила апатия. Мне было пофиг, кто он, где я, где Оля и чем все закончилось. Где-то очень глубоко внутри я все же хотел получить ответы на эти вопросы, но это было настолько глубоко, что казалось не важным. Будь что будет, а мне и здесь тепло, уютно, и мухи не кусают.

— Меня зовут Андрей Иванович Спасский, — между тем продолжил мужик, подходя к моей кровати.

На заднем фоне мелькнула очередная ленивая мысль. Так вот каков профессор, спасший Ольгу. Хм. Кстати говоря, кого-то он мне лицом напоминал. Хм-м-м. Сильно напоминал. Вот только кого? А ну и черт с ним. Ломать еще себе голову по этому поводу.

— Как я и предполагал, — усмехнувшись, оценивающе посмотрел он на меня. — У вас, молодой человек, явные признаки психического расстройства на почве учиненной вами глупости, — и довольно потирая руки, добавил: — но это мы сейчас устраним.

В любое другое время я насторожился бы, но сейчас мне было фиолетово. Думаю, даже если бы на нас падал метеорит, то моя реакция не изменилась бы. Между тем профессор протянул руку вперед и остановил ее ладонью вниз точно над моим лицом, сантиметрах в десяти. На меня чуть не упал кулон, который возник из ниоткуда в его руке, словно у профессионального фокусника. Этот кулон в форме монеты с дыркой в середине висел буквально в сантиметре от моего лица, раскачиваясь как маятник на цепочке. Туда-сюда, туда-сюда. Почему-то это завораживало.

В какой момент я отключился, так и не понял. Но когда очнулся, четко осознал, что в этот раз я проснулся по-настоящему. Мои мозги будто взорвались фейерверком эмоций. От такого резкого ощущения я моментально сел в кровати и быстро осмотрелся. Руки сами собой ощупали тело. Уф! Слава богам! Все цело и невредимо. А главное, в этот раз котелок варил вроде как нормально. Апатия исчезла, словно и не было. Только после осознания данного факта я наконец смог сосредоточиться на окружающем. Комната выглядела как самая обычная и явно не медицинская. Моя кровать, пара шкафов у стены, окно, через которое светило дневное солнце, шторы по бокам, скромная люстра сверху и сидящий возле меня на стуле тот самый профессор Спасский.

— Здрасте, — только и смог я сказать на автомате.

— И вам доброго дня, — улыбнулся он мне. — Вижу, в этот раз вы себя чувствуете уже намного лучше.

— Есть такое дело, — пристально всматриваясь в его лицо, произнес я.

— У меня что-то с лицом? — он явно растерялся от моего настойчивого взора.

— Да как бы не то чтобы с ним что-то было не так, — задумчиво произнес я. — Но теперь я понимаю, почему вы спасли Ольгу. Вы ведь ее отец?

— Отец? — недоуменно уставился он на меня. — С чего вдруг вы так решили?

— Насколько я знаю, вам Ольга уже рассказала, что я являюсь подопечным одного из особистов? — прищурившись, произнес я и тут же продолжил, не давая ему ответить. — Так вот. Нас там не только бутеры хавать учат. Мы как бы проходим полное обучение. Правда, не все готовы зубрить материал как я, но для меня любые новые знания — это свет познания истины, — сморозил я первую пришедшую мне в голову глупость, оправдывающую мое утверждение.

Ну не мог же я ему рассказать, что у меня идеальная память и некоторые навыки из прошлой жизни? Один из таких навыков — физиогномика. Метод определения типа личности человека, его душевных качеств и состояния здоровья, исходя из анализа внешних черт лица и его выражения. Правда, большинство людей этот навык считают псевдонаукой, и я даже отчасти с ними согласен. Все же данные, полученные подобным методом, довольно приблизительные. Но как по мне, и таких иногда более чем достаточно. Например, девок в парке я склеил именно благодаря этому навыку.

Вот и здесь. Форма ушей. Овал лица. Мимика. Губы. Нос. Изгибы подбородка. На первый взгляд, эти черты мало напоминали лицо Оли. Но это лишь на первый взгляд. Если же знать некоторые закономерности, то можно увидеть правду. Дело в том, что ушные раковины, некоторые изгибы губ, частичная мимика лицевых мышц, а также форма носа, полная или частичная, очень часто передается по наследству. Иногда практически повторяя ту или иную часть лица. В данном случае Оля не получила полную копию какой-либо части лица от профессора, но ключевые особенности совпали. Уверен на все сто. Он ее отец!

— Хотите сказать, что у МСиБа есть метод определения родственных связей по лицу? — насмешливо смерил он меня взглядом. — Боюсь, в данном предмете вы явно пропустили очень многое. Вы ошибаетесь. Оля — не моя дочь.

— Ну тогда вы будете не против, если я поделюсь с ней своими догадками, и мы, дабы убедительно продемонстрировать мою глупость, сделаем ДНК-тест? Так ведь? — хитро прищурился я.

— Хм. Однако, вы весьма интересный молодой человек, — хмыкнул он в ответ. — Только очнулись и уже начали удивлять. Что же, хорошо. Отчасти вы правы. Оля — моя родственница. А если быть точным, она моя внучка.

— Ух ты! — растерянно вырвалось у меня. — Вот это поворот! И она явно об этом не знает.

— Нет. И я хочу, чтобы так и осталось, — нахмурился он в ответ.

— Да я как бы не против, но позвольте узнать, почему?

— Это личное, — сухо произнес он.

— Хм. Тогда не понимаю, что меня должно сдерживать… — нагло начал я, но был прерван.

— Дар поглощения, о котором знаю пока только я, — победно осадил он меня, сверкнув глазами.

— Эм-м-м… Однако, у вас интересное предположение, — аккуратно произнес я, лихорадочно ища выход из ситуации. Кажется, разговор принимал очень опасный оборот.

— Это не предположение, а факт, — хмыкнул он с превосходством. — Но я не собираюсь о нем сообщать кому-либо. К тому же у вас, молодой человек, хватает и других опасных секретов.

— Эм-м-м… Что? — растерянно вырвалось у меня.

— Вы посланник бога, — уверенно произнес он, твердо глядя прямо мне в глаза. — Тот, кто уже прожил одну жизнь в другом мире и теперь получил второй шанс. А раз вы здесь появились, то значит, нашей планете опять грозит смертельная опасность. И мне бы хотелось узнать, в чем именно она заключается, и как я могу помочь вам ее устранить.

— Вы хотите помочь? — изумленно уставился я на него.

— Верно, — тяжело вздохнул он в ответ. — И я понимаю, что для вас это звучит неожиданно, но в этот раз я не собираюсь совершать ту же ошибку, что и в прошлом.

— Ошибку?

— Да, — печально покачал он головой, отводя взор в сторону. — Когда-то давно, более пяти веков назад, нашему миру тоже грозила опасность. Но тогда я был молод и глуп. Вместо того, чтобы помочь посланнику бога, я отвернулся от него. В итоге наш мир был спасен, но цена его спасения оказалась слишком высока. Вся моя родня погибла. Мать, отец, два брата и младшая сестра, — профессор опять тяжело вздохнул. — А ведь если бы я тогда ему помог, то возможно, этого удалось бы избежать. Но что есть, то есть.

— Пять веков назад? Посланник бога? Смертельная опасность? — удивленно перечислил я. — А можно поподробнее. А то я что-то не припомню подобного в учебниках истории.

— История пишется победителями, — грустно изрек он. — Мало кто из ныне живущих помнит о том, что произошло тогда. А те, кто помнят, либо предпочитают молчать, либо сами причастны к переписыванию истории…

Слушая рассказ профессора, я не знал, что и думать. С одной стороны, ему как бы незачем врать, но с другой, как-то его история слишком сильно отличалась от общеизвестной. С его слов выходило, что когда он был молодым, в этом мире началась мировая война магов, спровоцированная извне. Эта война грозила уничтожением всего живого на планете. Война, в которой никто не остался бы в живых. Более того, в какой-то момент на планету прибыли захватчики другой расы, дабы окончательно поставить точку в вопросе выживания людей как расы.

Именно в этот момент появились так называемые «посланники богов». Они пытались остановить войну и направить все силы людей против настоящего врага, который все это время прятался в тени. И нет, врагами были не гальзары. В тот раз виновниками катастрофы были альвы. Очень похожая на людей раса, но имеющая некоторые существенные отличия по внешности и физиологии. Если коротко обобщить описание профессора, то по своей сути альвы очень похожи внешне на эльфов из фэнтези моего прошлого мира, при этом они имели способность к трансформации. Трансформироваться они могли как в животных, так и в других существ. Все зависело от клана принадлежности этих альвов. Такой себе микс оборотней с эльфами.

Если подумать, то очень опасные кадры. Вот идет себе по улице милая пушистая кошечка. Ты такой к ней подходишь с целью погладить, а в ответ получаешь смертельный удар магией. Однако, жутко. А если добавить тот факт, что в списке трансформации кроме обычных животных: кошек, собак, лисиц, волков, медведей, тигров, оленей и тому подобных, — есть еще и необычные, и очень убойные, то получалась и вовсе нерадостная картина. К убойным относились те кланы альвов, что могли трансформироваться в монстров из аномалий. Всяких там здоровых рогатых демонов, бронированных гидр и тому подобных. Одно хорошо. У каждого клана всего один вид трансформации, и сменить его они не могли.

В общем, именно эти ребятки решили захватить нашу планетку под шумок мировой войны магов. И это у них почти получилось. Ибо некоторые из людских государств пошли на поводу у альвов. Впрочем, все испортили посланники богов. Они смогли консолидировать основные силы человечества за своей спиной, а затем провели мощную контратаку в мир самих альвов. Зачем? Как оказалось, причина была банальна. Совет архимагов. Эти уникумы, вместо того чтобы защищать нашу планету, зачем-то решили напасть всем составом на альвов еще до начала мировой войны магов. Но вместо уничтожения врага попали в ловушку.

Альвы не были дураками. Они понимали, что если нашу планету продолжат защищать архимаги во главе с Теслой, то им не победить. Да и мировая война вряд ли началась бы. Потому они сначала каким-то образом спровоцировали архимагов на десант в свой собственный мир, а уж потом перешли к захвату нашей планеты. Как именно им удалось это сделать и каким образом они смогли обезвредить архимагов, заключив их в некий абсолютный магический барьер, профессор не знал. Он тогда был очень занят, совершал ту самую роковую ошибку своей жизни.

Дело в том, что наш Андрей Иванович Спасский в то время являлся не безродным и никому не известным магом, а на секундочку, наследным принцем великой империи Зуон! Оказывается, зуонцы не такие уж и крутые перцы. Есть определенные пределы их бессмертия. Точнее, не самого бессмертия, а сохранности их памяти о прожитых жизнях. Дело в том, что если после смерти зуонец в течение месяца не найдет тело-сосуд, в который сможет вселиться, то есть новорожденного ребенка человеческой расы, то его память сотрется. Причем полностью.

Казалось бы, секрет мегаважный и серьезный? Но не совсем так. Разве кто-то в здравом уме и рассудке мог допустить даже мысль о том, что на нашей планете рождаемость детей упадет в какой-то момент до нуля? Может, кто-то и мог, но явно не зуонцы. Они считали, что до предельного срока их душа всегда сможет найти сосуд. Но они, как теперь понятно, ошиблись. Мало того, что мировая война, мягко говоря, не располагала к зачатию новой жизни, так еще и альвы умудрились что-то там такое распылить в нашем воздухе, из-за чего примерно на год все бабы стали бесплодными. И да. Они не сами потом восстановились, а только после того, как альвы были разбиты и архимаги смогли найти решение проблемы.

Как несложно догадаться, наш суперодаренный профессор в то время посчитал союз с посланниками богов глупым и бесполезным. И не только он один. Вся верхушка империи Зуон посчитала лишним свое вмешательство в мировую войну и драку против альвов. В итоге, когда все основные силы людей ринулись в мир альвов на священную войну и спасение архимагов и особенно Теслы, бедные зуонцы остались один на один против тех альвов, что находились на нашей планете в союзе с государствами, которые их поддерживали. Несложно догадаться, чем все закончилось. С учетом вируса альвов, зуонцы перестали существовать как бессмертная раса. Точнее, сами-то зуонцы переродились, вот только без сохранения памяти.

Конечно, не все зуонцы погибли. Некоторые, как профессор, смогли выжить и либо спрятаться в других мирах на время, либо чудом спастись на самой планете. Вот только их предательства, или точнее, похеризма, им не простили уже те, кто вернулся с победой на родину. Всех зуонцев выслеживали и убивали. Хотя здесь я был отчасти согласен с профессором. За ними охотились не потому, что не простили предательства, а потому, что до этого империя Зуон по силе могла потягаться с советом архимагов. Здесь проблема не в магической силе зуонцев, а в том, что они фактически бессмертны и знали все слабые места любого архимага. А значит, рано или поздно могли кого-то из них ликвидировать.

Но если всех перебить, то зуонцев, которые будут знать, как именно это сделать, как бы и не останется. В общем, архимаги оставили в живых лишь тех аристократов Зуона, которые были не только лояльны совету архимагов, но и не знали их секретов, а также были готовы к тому, чтобы подменить историю. Возникал вопрос. А зачем менять историю? Ответ банален. Архимаги не хотели, чтобы об их провале помнили потомки. Ведь, по сути, именно из-за их ошибки и завышенного самомнения люди понесли немыслимые потери. Для понимания. До войны численность населения планеты достигала девяти миллиардов людей. После войны с трудом дотягивала до одного ярда. Вот тебе и мировая бойня во всей своей «красе». Нацики во главе с Гитлером нервно курят в сторонке и задыхаются от зависти.

Такую память о себе архимаги, естественно, не желали. Так что теперь в истории записано, что во время вторжения альвов пять веков назад архимаги легко и непринужденно уничтожили всех вторженцев. Ну а то, что населения в то время было меньше миллиарда, в этом они не виноваты. Мол, так было всегда. Мол, люди не очень охотно желали плодиться. Но вот после войны вдруг одумались и как давай сношаться направо и налево. Вот так легко и просто можно полностью подменить причину и следствие. М-да. Однако, страшная сила в руках архимагов. Понятно, что древние роды аристократов знали правду, но молчали. Идти против архимагов дураков нет.

Но вернемся к нашему профессору. Конечно же, Спасский потом осознал свою ошибку, но уже когда прятался по мирам и спасал свою жизнь и, главное, память. Спастись он смог, но в итоге ему теперь приходилось прятаться среди обычных людей и забыть дорогу в свой родной Зуон. Вот такой вот поворот судьбы. Возникал логичный вопрос. Почему он решил мне все рассказать? Собственно, его я и задал профессору. Помощь — это, конечно, хорошо, но что-то мне подсказывало, что не только в этом дело.

— Зачем? — задумчиво повторил он. — То есть желания исправить свою ошибку тебе мало?

— Причина, конечно, веская, но мне кажется, не только в этом дело, — с подозрением уставился я на него.

— Что же. Ты прав, — тяжело вздохнул он. — Есть еще одна очень веская причина. — В этот момент на его лице промелькнула ярость, а кулаки сжались. — Как ты понимаешь, найти всех представителей нашего народа очень непросто, особенно после перерождения. Я даже сказал бы, практически невозможно. Но есть одно исключение. Наш императорский род. Все мы обладаем способностью «видеть» подобных себе. Скрыть себя от подобного взора можно, но только если знаешь как. Я знаю. А вот другие зуонцы не знали.

— Кто-то из твоей родни оказался предателем? — моментально догадался я.

— Да, — сухо высказался он. — Исида ибн Асухрат. Мой дядя. Брат моего отца. Один из архимагов текущего совета. Именно он согласился предать свой народ ради власти. Мы тогда были слепы. Думали, что он смирился с ролью брата императора, но мы оказались неправы. Исида таил свою зависть в себе, а когда возникла возможность, сразу же предал всех нас. Именно он и его дети помогли архимагам найти всех знатных зуонцев. Но на этом он не остановился. Этот подонок даже собственных детей не пожалел. Всех отправил на перерождение без сохранения памяти.

— То есть в итоге ты хочешь убить одного из архимагов? — на всякий случай уточнил я. — Вот только как его убить, если он, по сути, бессмертный? Да и к тому же его сила будет нужна против наших врагов.

— Его не нужно убивать, — зло сверкнул глазами профессор. — Сейчас это невозможно. Но я не зря прожил эти пять веков. Теперь у меня есть способ навсегда избавить наш мир от присутствия мерзкого предателя. После того как смертельная опасность нашему миру будет ликвидирована, ты просто поможешь мне заманить его в одно конкретное место, а дальше я и сам справлюсь.

— Хм. Ясно, — хмыкнул я в ответ. Теперь причины более чем понятны, и можно частично довериться помощи профессора, которая мне совсем не помешает. — А не боитесь, что он обнаружит вас? Ведь если будете мне помогать, то он вас рано или поздно увидит.

— Не переживай, — зловеще улыбнулся он. — Я умею прятать свою сущность. К тому же моя сила сейчас заблокирована. Мною же. Когда придет время, я сниму с себя оковы. Но пока рано. Впрочем, хватит об этом. Если ты согласен мне помочь, то я помогу тебе. Поверь. Моих знаний более чем достаточно для твоего возвышения.

— Я-то согласен, — пожал я плечами. — Вот только времени у нас осталось не так уж и много.

— А поконкретнее? В чем заключается смертельная опасность для людей в этот раз?

Теперь уже пришла моя очередь рассказывать. Что-либо скрывать я смысла не видел. После того, что мне стало известно, профессор, по сути, со мной в одной лодке. Даже если весь его рассказ вранье, что вряд ли, то мои слова мало что изменят. А вот его помощь очень даже не помешает. Ведь, по сути, передо мною один из тех, кто прожил как бы больше пяти веков.

— Значит, гальзары, — глубокомысленно произнес он, после того как я закончил свой пересказ возможного будущего. — Однако, неожиданно.

— Почему? — удивился я.

— Слишком они слабы, — нахмурился в ответ профессор. — Но с другой стороны, в этом их сила. Пока все считают из слабейшими, на них мало кто обращает внимание. Да и их план неплох. Действительно, ради своего ребенка Тесла уничтожит кого угодно. Сам по себе он, конечно, маг неплохой, но этот его пунктик на детях… Ты, наверно, не знаешь, но эта его слабость появилась неспроста. Как и его личная ненависть ко всем зуонцам.

— Давайте, я попробую угадать? — хмыкнул я с превосходством в ответ. — Альвы, пока он был у них в плену, уничтожили всю его семью?

— Да. Ты прав, — тяжело вздохнул профессор. — Более того. Его дочка была женой моего брата. Отправляясь в мир альвов, он доверил нашей империи сохранность своей семьи. А мы, как ты догадался, с этим не справились. Все его близкие погибли. С тех пор он больше никогда не заводил детей.

— Но как же тогда ваш дядя? Разве он тоже не виноват в их гибели? — удивился я.

— Нет, — печально покачал он головой. — Он же не был императором. К тому же Исида как раз был одним из тех, кто предлагал спрятать родню Теслы на одной из других планет. Но мой отец был слишком уверен в нашей силе. Это была его ошибка.

— То есть, если Тесла узнает, кто вы такой, то сделает все возможное, дабы вас уничтожить? — пришел я к логичному выводу.

— Прошло уже пять веков, — не очень уверенно произнес он. — Возможно, его гнев уже иссяк. Но возможно, ты прав. Впрочем, я в любом случае не собирался раскрывать ему свою личность.

— Ну а я уж точно не собираюсь вас выдавать, — решил я слегка успокоить профессора.

— А вот этого я абсолютно не боюсь, — улыбнулся он мне спокойно. — Ты просто не представляешь себе, что с тобой произойдет, если хотя бы кто-нибудь из архимагов узнает, что у тебя есть дар поглощения. Лучшее, что тебя ждет, это быстрая смерть. Ты для них как кость в горле. Никакие гальзары и опасности гибели цивилизации людей даже близко не стоят с тобой рядом. А знаешь почему?

— Ну догадываюсь, но хотелось бы услышать.

— Только один архимаг обладает такой же силой, что и ты, — многообещающе улыбнулся он мне. — И ты прекрасно знаешь, как его зовут.

— Тесла⁈ — изумленно уставился я на него.

— Именно, — довольно кивнул он. — Архимаги сделают все возможное, чтобы не появился еще один такой же неубиваемый, как он.

— А сам Тесла? Он тоже захочет меня убить? — зябко поежившись от подобной перспективы, произнес я.

— Не знаю, — удивил он меня своим нерешительным ответом. — С одной стороны, ему плевать на твою силу. Но с другой, захочет ли он видеть подле себя свою же копию по силе? Не знаю. И советую тебе не испытывать судьбу.

— Хм. Я сейчас правильно понял, что любой из архимагов увидит мой дар при первой же встрече? — озадаченно озвучил я пришедшую мне на ум догадку. Ведь если профессор как-то смог увидеть, то и другие тоже смогут.

— Верно понимаешь, — хмыкнул он в ответ. — Но не переживай. Первым делом мы как раз и займемся твоим умением скрывать свой дар. И то, что ты смог заполучить начальный уровень ментальной магии, нам сильно в этом поможет.

— Уф! — облегченно выдохнул я. — Это, конечно, успокаивает, но у меня тогда другой вопрос. Я тут недавно был в гостях у Смольнова. Знаете такого? — получив в ответ утвердительный кивок, я продолжил. — Он мог увидеть мой дар?

— Сам он вряд ли на такое способен, но у него есть те, кто, скорее всего, смогли увидеть твой дар, — уверенно и со слишком благодушной улыбочкой произнес он. — Но можешь не переживать. Смольнов — это последний, кого стоит опасаться. Его клан интересует только переселение и больше ничего. Конечно же, он был бы не против заполучить тебя в свои союзники, но если ты откажешься, мешать тебе он не будет. Он, конечно, тот еще мерзавец, но определенные пределы дозволенного есть и у него. Тебе сейчас думать нужно не о нем, а о себе. У нас слишком мало времени осталось.

— То, что у нас мало времени, я и сам знаю, — огрызнулся я в ответ. Тоже мне, капитан очевидность.

— Рад, что ты это понимаешь, — задумчиво покачал он головой. — Я, конечно, смогу помочь тебе своими знаниями, но увы, на большее можешь не рассчитывать. Если я пробужу свою силу, то это породит только проблемы, а не помощь. Оставим это на крайний случай. У тебя есть какой-нибудь план?

— Есть, конечно, — победно сверкнул я глазами. — И главное в нем — это бабки. Много бабла. Очень много…

Дальше я рассказал ему о своей затее. Заработать много денег. Создать тайную организацию. Жениться на аристократке. Поднять ее род ввысь, а затем, используя политические рычаги, повлиять на архимагов и их внимание. Заодно самому начать вычислять и уничтожать гальзаров-шпионов, что затесались в высшие эшелоны власти.

— План звучит неплохо, — задумчиво покивал он головой в очередной раз. — Я даже смогу тебе помочь. Как минимум взять на себя руководство тайной организацией. Вот только с деньгами все не так просто. Без серьезной «крыши» среди аристократов тебе никто не позволит получать большие суммы денег. Император Шутин не любит, когда кто-то зарабатывает деньги без его ведома и доли. У тебя же, судя по планам, суммы должны быть очень крупными. И это я молчу о том, что после вашей с Оленькой попытки заработать денег вы в итоге только их потеряли. Ты ведь не в курсе, но сейчас ты лично мне должен сто пятьдесят тысяч.

— Сколько-сколько? — изумленно уставился я на него. — С какого такого перепугу?

— За любую глупость приходится платить, — насмешливо произнес он, глядя на мое негодование. — И это, пожалуй, будет нашим первым уроком…

Когда он рассказал мне об итогах моего с Олей похода к бандитам, то я слегка приуныл. Однако, жестко. Только я обрадовался, что у меня есть стартовое бабло, как тут же пришло похмелье. Кто-то на моем месте мог бы стукнуть себя по лбу и выкрикнуть, что у меня есть неплохие и дорогие арты. И этим кем-то мог быть я, если бы не зануда профессор, опустивший меня ниже плинтуса. Да. Арты я спер дорогие. Вот только был один нюанс. Все они были слишком сильно поюзанные!!! Млять. Вот же гадство. Причем настолько долго их использовали, что даже перенастраивать их не было никакого смысла. Перенастройка обойдется дороже, чем польза от них. Для понимания. У самого «свеженького» арта оставалось всего пять использований! И да. Профессор их от меня не скрывал и сам показал, как смотреть счетчик остатка использований на этих злополучных артах.

Казалось бы, и что с того? Я ведь и сам мог настроить любой артефакт. Угу. Как же. Это когда я был под разгоном «Двойника» с ускоренным сознанием и мегамозгом, то мог легко и просто проследить все нити рун артефактов. Сейчас же я с трудом смог рассчитать лишь первый слой настройки, и то потратив на это около часа. О дикой головной боли от этой нудной работенки я предпочту не вспоминать. В общем, после моего эпического похода кроме денежного долга я получил ментальную магию, что в принципе неплохо, и полный комплект рунной брони. М-да. Не такого хабара я ждал от моего похода. Одно хорошо. Оля действительно смогла прикрыть меня в училище. И да. Теперь я буду жить у нее дома. Этот вопрос она вроде как тоже решила. А вот насколько хорошо, я пойму после встречи со своим куратором. Сейчас же у меня есть сутки отдыха и параллельное нравоучение профессора, который явно решил с ходу заняться моим воспитанием и образованием.

На этом проблемы не заканчивались. Возник еще один довольно неоднозначный пунктик. Ведь любой здравомыслящий человек задастся вопросом. Простите, извините, но где посланники богов? Те самые, что помогли выиграть войну с альвами? Вопрос хороший, но точного ответа на него профессор не знал. Все, что было ему известно, так это то, что они отправились в мир альвов, а вот обратно никто из них не вернулся. Причем было их ни много ни мало, а целых семь человек. Как-то странно это все звучало. Из семерых никто не выжил? Совпадение? Не думаю.

## Глава 6

— Ты что, реально теперь живешь с училкой?

— Ага.

— А не гонишь?

— Не-а.

— Но ведь она же старше тебя!

— У каждого свои недостатки.

— Блин, ну ты и кадр. Жить с такой старухой — это перебор.

— Просто вы ни фига не шарите в колбасных обрезках. И где вы вообще увидели старуху? Оленька та еще бодрая штучка.

— Братан, ты меня извини, но выбрать училку, когда вокруг столько классных телок, это зашквар.

— Пф! Ну вы и дремучие типочки. У какой малолетней шалавы вы найдете такие шикарные буфера? А⁈ Вот именно! Ни у кого! Пятый размер — это вам не хухры-мухры.

— Не, ну пятый размер — это, конечно, сильно, но все равно, как-то…

— Что «как-то»? А? У вас мозгов, как у улитки. Учитесь, пока я жив. Ни одна малолетка не сможет сравниться в постели с опытной бабой. Особенно с такими бомбовыми формами. У моей Оли, с какой стороны не подойди, везде секси.

— Не, ну ты и выдал, конечно.

— По-моему, Димону бесполезно что-то пояснять. Вы же помните? Он и тогда в парке выбрал ту, что постарше. У него, видать, тяга к геронтофилии. Фетиш.

— Максимка, ты говори, да не заговаривайся. Никакой это не фетиш. Вы — три оболтуса с ограниченными умственными способностями, никогда не сможете понять великого полета моей души. Ваши низменные душонки не видят главного.

— Это чего это мы не видим?

— Егорка, твоя кислая физиономия видна за версту. А вот ты сам не видишь дальше носа. Эх, молодежь-молодежь.

— Ты когда это в старики записался? Тоже мне, мудрец «великого полета».

— Блин. Вот же гемор. И зачем мне это нужно? Поясняй вам все. Когда вы уже научитесь своим серым веществом пользоваться? Или вы, как утверждали ученые в старину, в голове вместо мозгов одни сопли храните?

— Да тебе просто нечего нам возразить, вот и пытаешься съехать с темы.

— Ладно. Фиг с вами. Разжую я вам все прелести совместной жизни с училкой. А то ведь так и будете ходить невеждами. Ну или как Егорка, придумаете очередную тупость.

— Ну давай. Попробуй. Умник.

— Пф. Вот зря ты, Максимка, обижаешься. На правду грех обижаться.

— Мы пока так ничего и не услышали.

— Ого. Я слышу в твоем голосе, Егор, нотки сарказма. Решил, что стал умнее? Зря. Вот гляди. Живя с училкой, я получаю секс каждый день. Так? Так. Она знойная красавица, по которой сохнут все курсанты. Тоже факт. Теперь следите за руками. Пока вы тусите в общаге и зависите от благосклонности вахтера, я могу гулять, когда хочу и где хочу. Живу в нормальной хате и жру нормальный хавчик, а не пайку из столовой. Более того. Пока вы строем ползете каждое утро в училище пешкодралом, меня подвозят на машине. Как вам такие бонусы? А?

— М-да. Это, конечно, серьезные аргументы, но…

— Да нет здесь никаких «но», Макс. Все у меня теперь зашибись. И это я еще не упомянул самого главного. Оля — препод, а значит, если у меня какой косяк случится, то она меня сможет прикрыть. Да я с ней в легкую на отлично училище закончу.

— По-моему, ты и без нее училище закончишь без проблем.

— Ага. С твоими знаниями, Димон, ты уже сейчас можешь его закончить. Так что это явно не такой уж важный плюс.

— Ну так-то оно, конечно, да. Но с ней мне будет намного проще. К тому же теперь после тренировок меня и дома могут подлечить, если что.

— А что твой куратор сказал? Неужели вот так просто согласился?

— Ух ты! Макс, а ты, я смотрю, растешь не по дням, а по часам. Неужели научился ловить хоть какие-то полезные мысли в своей пустой башке? Удивлен и немного горд за тебя. Вижу, общение со мной наконец стало приносить плоды.

— Димон, ты опять?

— Ой, ты гляди. Макс надулся и обиделся. Кхм. Смешно.

— Вот возьму и реально обижусь!

— И дальше что? Тоже мне, обидчивые. Если кто забыл, то я напомню. Мне как бы фиолетово, тусите вы со мной или нет. Я и без вас проживу, а вот вы без меня как? Осилите?

— Макс, не обращай внимания. Это же Димон. На него бесполезно обижаться.

— Вот-вот. Послушай не совсем потерянного для общества Егора.

— Так что там насчет твоего куратора?

— Во-о-о! Учитесь у Сереги. Все время молчал, но как услышал важный вопрос, так сразу и ожил. Молодец. Хвалю. Ну а насчет куратора, то там все не так просто.

— Как-то ты слишком печально вздыхаешь.

— Твоя наблюдательность, Егор, очень похвальна. Да. Есть в моем решении ложка дегтя. Меня напрягли с будущим турниром магов. А если быть совсем точным, то меня назначили командиром пятерки от всего первого курса нашего училища. И если моя команда пройдет отбор училища, то и дальше останусь командиром и буду представлять наше славное учебное заведение уже на уровне города. Вот такие вот пироги с капустой. Как говорится, ешьте, не обляпайтесь.

— Ты сейчас серьезно?

— К сожалению, абсолютно серьезно.

— А ты уже решил, кого в команду возьмешь?

— Не-а.

— Ну так, может, того самого…

— Чего? Хотите побыть грушами для битья? Я как бы не против, но вы сами должны осознавать, если даже мы каким-то чудом сможем пройти отбор училища, то потом нас ждет большая и глубокая задница. Я вообще не понимаю, в чем смысл нашего участия? Зачем пускать бедных первокурсников в этот турнир? Из нас же любая нормальная команда фарш сделает и не поморщится.

— Ты не совсем прав. У нас тоже есть шансы.

— Это какие еще шансы? Максик, ты там, часом, белены не объелся? Или опять мозги в шкафчике оставил? Думаешь, что исключение в виде артов нам сильно поможет?

— Ну, как бы да. Думал, что арты помогут.

— Ой, да не мямли ты. Нихера они нам не помогут. Ты на кого собрался с артами идти? На старшекурсников? Или, может, думаешь, что они помогут против студентов магических вузов? А там ведь дальше будут не только представители гражданских вузов, но и военных.

— Ну так мы так далеко и не замахиваемся. Главное — выйти на уровень города, и то это станет огромным успехом.

— Твой энтузиазм, Егор, да в нужное бы русло. Ну да, я как бы не против. Хотите участвовать, вперед. Сейчас сходим и запишем вас в состав. И да. Нам нужен еще один. Есть кандидаты?

— Можно Глеба из параллельного потока взять.

— Че за Глеб такой?

— Это тот, что у тебя постоянно покупает отмазки от дежурств, и даже два раза ты его подтягивал по строевой.

— А-а-а, этот, что ли. Вспомнил. Ну так себе кадр, но в целом подходит. Мозгов, конечно, у него кот наплакал, но здесь других и не найдешь.

— Так что? Мне его позвать?

— Беги, о мой падаван Егор, беги. А мы пока проследуем в приемную директора. Так сказать, оформим ваше добровольное желание превратиться в четыре кучки избитого и униженного мяса.

Пока мы втроем следовали в приемную директора, где его секретарь нас и запишет, я размышлял о превратностях судьбы. Параллельно краем уха слушал банальные рассуждения ребят, наполовину замешенные на мечтах о великом успехе в предстоящем крайне сомнительном мероприятии. Но самое печальное заключалось в том, что если я хочу и дальше жить у Оли, то откосить от данного события у меня не выйдет. Слишком сильно настаивал Стуков. Можно, конечно, было его послать куда подальше, вежливо, естественно, ибо помешать он мне вряд ли сможет, но это будет самое недальновидное из моих решений. Ссориться с куратором — последнее дело.

Что же касаемо турнира курсантов, или точнее, молодежного ежегодного турнира магов империи Шульзар, то здесь все предельно ясно. Мне нужно слиться как можно быстрее, при этом изобразив более-менее правдоподобный проигрыш. Зачем? Да потому, что призы как самого турнира, так и обещанные с барского плеча супер-пупер крутые арты от полковника Воронцова — это бесплатный сыр в смертельной мышеловке. Более того, все эти призы достанутся только тем командам, которые смогут войти в топ-шестнадцать лучших команд империи. Что в нашем случае просто-напросто невозможно в принципе. Но ради сохранения паритета с моим личным хомяком, который уже успел распустить слюни на призы, а также с логикой последствий в исполнении моего разума, можно вспомнить все разложенные по полочкам плюсы и минусы турнира.

Итак. Что у нас из плюсов? Первый и самый нереальный, собственно, сами призы в турнире. За первое место от императора выделялись ни много ни мало, аж пять духовных мечей. А это, на секундочку, одно из самых мощных оружий магов. С ним даже плазменно-магический клинок не сможет сравниться. Вот только есть несколько серьезных «но». И это я сейчас не о первом месте, которого просто невозможно достичь, а о самых банальных вещах. То есть мечах.

Дело в том, что духовный меч — далеко не простая железяка. Как это ни странно звучит, но мечи разумные и обладают различными бонусами для носителей. Бонусов много. От увеличения личной силы и до банального игнорирования практически любого магического щита. Казалось бы, самое идеальное оружие мага. Вот только отчего-то даже старшие маги далеко не все обладали подобным оружием. Во-первых, потому что мечи безумно дорогие. Самый дешевый оценивался примерно от десяти миллионов и выше. Во-вторых, и это, пожалуй, самое главное, совместимость. Меч сам выбирал своего носителя. Ибо он разумен, а значит, хочет, чтобы его хозяин тоже был не идиотом. Ну да это мои догадки. В реальности все проще. Духовные мечи жутко капризные. Для понимания. Только один из ста тысяч магов мог, в теории, подойти мечу.

То есть, даже если я каким-то чудом выиграю турнир, то далеко не факт, что получу в итоге меч. У меня будет только одна попытка, и если у меня ничего не выйдет, то все. Финита ля комедия. Так что если брать в расчет самую обычную статистику, то шансов на совмещение практически нет. За последние тридцать лет только два победителя турнира смогли обзавестись мечами. Остальных ожидаемо ждал провал. В общем, здесь все просто. О мечах можно забыть.

Второй плюс турнира — это бабки. Вот здесь ситуация понятна и звучала, я бы даже сказал, вкусно. Команды с шестнадцатого по девятое место включительно получали двести тысяч призовых, а дальше с каждым местом выше приз умножался на два. То есть занял восьмое место — получи четыреста штук. Седьмое — уже восемьсот. Ну и так далее до первого места, за которое команда кроме мечей получала еще и чуть больше пятидесяти миллионов бабок. Серьезные, однако, суммы. Как по мне, естественно. Правда, начиная лишь с четвертого места. Так как данную сумму придется, к сожалению, делить на пять.

Третий плюс турнира — это признание. Если войдешь в топ-восемь команд, то будет тебе почет и уважение. А кроме него еще и дополнительные бонусы. Если ты до этого момента был безродным магом без титула, то в зависимости от места мог получить от виконта до рыцаря короны. И это не хухры-мухры. Рыцарь короны — это очень уважаемая личность, имеющая обширные права. Но самое главное, любой из этих титулов позволял войти в круг дворцовой знати. Или если быть совсем точным, с титулом намного проще найти себе пассию из аристократок.

Если же ты уже обладал титулом, но не был наследником, то получал от императора возможность занять перспективную офицерскую должность в армии или полиции. Естественно, после окончания обучения, но это уже мелочи. За такими должностями гонялись все аристократы. Слишком прибыльное дело. Как говорится у местных, если имеешь доступ к государственной кормушке, то никогда не будешь бедным. Главное, воруй с умом и не забывай делиться с теми, кто выше тебя по званию. Ну а если не хочешь мараться, то у тебя есть шанс неплохо продвинуться по лесенке армейской карьеры. Старт у тебя уже будет, а это самое главное в этом деле.

Если же в призовые влез кто-то из прямых наследников какого-либо аристократического рода, то приз уже получал не только он, но и весь его род. В основном это касалось налоговых льгот. Чем выше место занял, тем больше льгота. Например, для первого места она и вовсе звучала невероятно. В течение двух лет весь бизнес, принадлежавший только этому роду, получал налоговую скидку в цельных десять процентов! Для серьезной компании это просто баснословные бабки. Собственно, ради этой скидки все аристократы пропихивали своих деток на турнир, несмотря на серьезную опасность лишиться наследника. Но об этом чуть позже. Когда минусы буду вспоминать.

А теперь последний бонус в исполнении Воронцова. Артефакты. Причем не абы какие, а третьего и даже второго уровня! Причем на выбор. Очень вкусная награда, особенно в моем случае. Но и это еще не все. Моя команда, как и другие команды воспитанников особого отдела, получали полную экипировку от конторы. Это и броня, и оружие, и арты, правда лишь пятого и шестого уровней, но и то хлеб. Кроме того, я мог использовать для тренировок полигон особого отдела. Мне готовы выделить даже личного тренера. Звучит вроде как сказочно? Да. Ибо это и есть сказка. А реальность, увы, слишком прозаична. Ведь о минусах не стоит забывать.

Хотя есть еще один пункт. Вот только куда его записывать — непонятно. С одной стороны, это явный плюс, а вот с другой, плюсом и не пахнет. Это я сейчас об артефактах. Дело в том, что «великие умы» империи решили как бы уравнять шансы между четырнадцатилетними подростками и двадцатиоднолетними лбами. И сделали они это с помощью артефактов. Мол, те, кому девятнадцать лет и старше, пользоваться артефактами не имели права, а вот те, кто младше, такое право получали. Со стороны звучало вроде как логично и правильно, но это лишь со стороны.

Здесь надо осознать простой расклад. Те, кому восемнадцать, могут брать по одному артефакту, но не выше шестого уровня. Тем, кому семнадцать, по два, но тоже шестого. Ну и так далее до пятнадцати лет. Пятнадцатилетний мог нацепить на себя три шестого уровня и один пятого, а такие, как я, четырнадцатилетние, — три шестого и два пятого. Мол, такие условия помогут сравнять силу участников. Сомнительное утверждение, учитывая, что артефакты использовали личный магический запас, а какой он у адептов, лучше и не вспоминать. Даже я не смогу использовать каждый из взятых с собой артефактов больше чем четыре раза за бой, то есть с учетом пяти артефактов получалось всего двадцать использований, и точка. А вот тот же Макс так и вовсе по одному разу свои артефакты заюзает и выдохнется.

И это в сравнении с магами восьмого, седьмого или, не дай бог, шестого уровней. А таких в вузах более чем достаточно, особенно на турнире. Для понимания, маг уже девятого уровня швыряется магией более трех десятков раз за одни сутки, а восьмого — больше пятидесяти. Ну и так далее. По сравнению с ними, мы со своими артефактиками — так себе противники. Конечно. Если я пройду еще пару раз прогон, то смогу вполне и сам стать магом одиннадцатого или даже десятого уровня. Вот тогда совсем другой разговор. С пятью артами я и сам легко разберусь с магом шестого уровня. Ну ладно. Не легко, конечно, но думаю, осилю. Вот только их в команде противника могут быть все пятеро! А у меня что? Одни адепты в команде. Они подобным противникам на один зуб.

В общем, с артами разобрались, переходим к минусам. Сюда можно не думая сразу же зачислить тех самых двадцати- и двадцатиоднолетних магов. То есть студентов последних курсов вузов или академий. Это я еще не вспомнил военные академии. Там подготовка и вовсе зашкаливающая. Победить подобную команду невозможно в принципе. Как показывает статистика прошлых лет, за последние пять лет лишь один раз первое место заняла команда девятнадцатилетних магов. При этом в тройку лидеров девятнадцатилетние попадали всего семь раз за те же самые пять лет. Все остальное время первые места занимали последние курсы студентов. Что, в общем-то, понятно и логично. Выиграть у магов седьмого и шестого уровня, мягко говоря, сложно.

На этом пункте вроде как можно и остановиться. Нельзя его пройти, и все тут. Но возникал вопрос. А почему бы не попробовать? Что теряем-то? Вот только потерять на подобном мероприятии можно не только конечность, которую тебе потом, возможно, пришьют назад, если повезет, но и банально сдохнуть. Конечно, система страховки на подобных турнирах присутствовала. Здесь и обязательный для всех контрольный артефакт, который, в теории, сохранял жизнь, а также продвинутая броня и целая группа следящих за турниром магов высокого уровня, готовых в любой момент вмешаться и спасти бедолагу-участника. Но все это теория, а вот статистика практики утверждала обратное. Каждый год на подобных турнирах гибло от десяти до двадцати парней. А еще более сотни оставались калеками на всю жизнь.

Конечно, современная медицина может легко заменить любую конечность протезом, вот только этот протез не сможет заменить реальную часть тела, по которой течет магическая сила. Если, не дайте боги, лишишься руки, и потом ее обратно не смогут пришить, то все, пиши пропало. Магом больше тебе не быть. Разве что рассчитывать на пример Оли, которой повезло с апгрейдом. Как мы понимаем, в нашем случае на это надеяться слишком глупо.

В чем причина такого числа смертей и травм? Все очень просто. Не всегда артефакт успевал сработать и определить опасность. Не всегда противник мог остановиться во время боя и не нанести серьезного урона. Не всегда следящие маги успевали среагировать. Ну и так далее и тому подобное. А если добавить тот факт, что больше девяноста процентов травм и смертей приходилось на самый младший возраст, любому становилось понятно, насколько печальная участь нас ждала.

Можно, конечно, добавить к минусам разницу в опыте между студентами-старшаками и малолетками, как тот же Макс или Егор. Ну или вспомнить о времени на подготовку. Ведь отборочный турнир в нашем училище начнется уже через семь дней, а городской турнир через месяц, ну и общеимперский всего через три месяца. И это по сравнению с теми, кто уже не один год участвовал в подобных турнирах. Но все это мелочи. Для меня и первых двух пунктов хватало с головой. Рисковать своим бесценным телом я не собирался. Так что сольюсь при первой же возможности, и делу конец.

Мог ли я достичь серьезного результата на турнире? Мог, учитывая, что на турнире можно использовать не только магию, но и самое банальное вооружение типа автоматов и пистолетов. Но зачем? Конечно, было ограничение по весу. То есть любой участник не мог взять больше, чем двадцать кг. И если учесть вес еды и другого снаряжения, то оставалось на оружие всего каких-то пять кило. Но мне и этого хватит за глаза. Навьючить на ребят по пять кило патронов, а дальше я и сам разберусь. Вот только это сработает против курсантов из училища. Ну и еще против первого или второго курса вышки. А вот дальше все мои пукалки будут только мешать. Если только не использовать что-то типа снайперской рунной винтовки. Но и здесь есть свои нюансы. Местность-то не всегда будет открытой. Да и сценарий сражения команд предполагал активное перемещение по полю боя.

Конечно, есть еще тактика засад, но ведь с той стороны тоже не идиоты участвовали. Вычислят нас, и все. Кирдык. В общем, как ни крути, а в топы я не попаду, а если не попаду, то какой смысл тратить силы на турнир и рисковать жизнью? Ради опыта сражений? Ну, такое себе. Я на аномалиях и в тренировках со своими мучителями его в разы больше получу. Так что вывод однозначный — нужно сливаться не думая. Собственно, поэтому я и не против участия ребят. Отбегаем один бой, проиграем, и всех делов.

## Глава 7

После регистрации состава нашей «великой и непобедимой» команды мы отправились на следующую пару. Ребята хотели сразу обсудить сетку турнира, которую еще вчера вывесили на доске объявлений у приемной начальника училища, но я категорически возразил. Толку от этой болтовни? Я все равно собирался слить этот бой. К тому же наш первый бой состоится аж через три дня, а до этого нас еще ждал поход во главе с моим куратором Стуковым на склад особистов. Вроде как у нас даже состоится целая одна совместная тренировка завтра после пар. Вряд ли она сможет нам помочь. Но мне даже интересно, а кого поставят нам тренером? Надеюсь, не такого же, как мои садисты-учителя.

Впрочем, меня, как оказалось, ждало кое-что более неприятное, чем тренировка и сам турнир. Я совсем подзабыл, что сейчас у нас пара по целительству. Все бы ничего, но пришлось испытать сразу несколько прожигающих насквозь взглядов. Первый в исполнении Оли, которая как будто собралась прожечь во мне дырку гневом и пылким любопытством, а вот три других завистливых я пережил легче. Видать, на самой паре ребята наконец осознали правду жизни. Особенно учитывая очередной облегающий и сексуально строгий наряд моей Оли.

Что же касаемо самой девушки, то здесь все было просто и понятно. К сожалению, нам так и не удалось пообщаться после того, как я очнулся у профессора. Она моталась и решала вопросы, а я лежал в доме Спасского. Более того. Дабы я быстрее поправился, этот «умник» решил вколоть мне лошадиную дозу целительного эликсира. В итоге я уснул мертвым сном. Разбудили меня утром. Я только и успел умыться, одеться и быстро перекусить под аккомпанемент пояснений профессора, а после меня довез до училища один из его помощников. Из слов профессора я узнал свою легенду о том, что все это время провел дома у Оли, а у него даже не был. Логичнее было бы, чтобы меня забрала и довезла до училища Оля, но увы. Чего не случилось, того не случилось.

По идее, мы могли переговорить вечером, когда она привезла мне форму, кстати говоря, новенькую. Но так как я спал, ей самой пришлось съездить в гости к Самойлову. Деньги-то нужно было отдать. Да и сообщить о ситуации в целом. М-да. Как-то даже вспоминать свой провал не хотелось. Ну или подставу Самойлова. Теперь-то уж и не узнаешь правду. Но итог печален. Артов у меня нет, денег тоже нет. Одно хорошо, теперь на моей стороне какой-никакой союзник. Осталось только понять, чем он может оказаться мне полезен. Здесь как бы ситуация спорная. То ли он правду мне рассказал, и действительно хочет помочь в обмен на месть, то ли меня собрались использовать втемную. Ладно. Поживем — увидим.

Ну а утром Олю тоже ждал облом. Меня перехватил Стуков до того, как она смогла затащить меня в свой кабинет для расспросов. Я уже тогда ощущал, как ее распирало любопытство. Вот только с моим куратором не поспоришь. Ну а сам Стуков с ходу нагрузил меня долбаным турниром. Более получаса мне мозги полоскал. Я чуть на пару не опоздал. С другой стороны, лучше послушать Стукова, чем полчаса на плаце чеканить шаг под бодрые команды Петровича. Естественно, куратор предупредил нашего капитана, и ко мне претензий не появилось.

Затем пошли пары, а на единственной большой перемене я, вместо того чтобы зайти к Оле, отправился регистрировать команду. Неудивительно, что после этого она на меня не просто злилась, а чуть ли не подпрыгивала на месте от негодования. К счастью, это замечал только я. Это для нас, мужиков, туда-сюда пара часов не имеет значения, а вот для женщин любопытство — это их жизненная энергия и заодно великое проклятие. И как только у нее от нетерпения пар из ушей не пошел? А ведь ей придется еще прилично так потерпеть. После ее урока у нас короткий перерыв, потом еще одна пара физики, а затем меня Стуков повезет знакомить с тем самым инструктором, который будет тренировать мою команду для турнира. Так что Оля сможет со мной переговорить, только когда я вечером приеду к ней домой.

Это понимал я, и понимала она. Ведь после того как Стуков промыл мне мозги своей нотацией на темы турнира и отношений с Олей, он отправился побеседовать с ней лично. Уж не знаю, как она выдержала его претензии, если они вообще были, но как минимум о моем обязательном расписании он ей явно сообщил. Так что вечером меня ждал тот еще «горячий» прием. Придется подготовить себя психически. Все-таки в подобных конфликтах интересов внутри пар все и решается. Или мужик становится подкаблучником, идя на поводу желаний своей бабы, или сразу показывает, кто в доме хозяин. Я же и вовсе собирался кое-кому напомнить, что у нас с ней лишь секс и деловые отношения, и я не обязан ей в чем-либо отчитываться. А то я уже ощущал ее явно проснувшийся инстинкт собственницы. Думает, если мы переспали и она мне помогла, то все. Я теперь ее весь и навеки. Посмотрим, чья возьмет.

Исходя из подобных рассуждений, я даже не стал к ней подходить после урока. Хотя прекрасно видел, как она именно этого и ждала, демонстративно делая вид, что не обращает на меня внимания. Видели, знаем, проходили. Меня подобным видом «обиженки» не проймешь. Так что, покинув аудиторию, я отправился к ребятам, которые заняли место у окна в коридоре и бурно обсуждали предстоящий турнир. Участвовать в дискуссии я не собирался. Пусть мечтают о чем хотят.

— Так это вы, мелкие, будете нашими противниками? — оборвал беседу парней подошедший к нам старшекурсник.

Если быть совсем точным, то судя по нашивкам, он был с последнего, третьего курса. За его спиной, вроде как в стороне, но явно неспроста, расположились еще три парня тоже с третьего курса. Один из них выглядел, словно его срисовали с картины «Этот высокомерный сноб-аристократ возомнил себя великим аристо». В каждом его движении так и сквозило презрение к окружающим. Не удивлюсь, если он являлся командиром команды противника.

— А вы что, «Ястребы»? — с явной настороженностью озвучил общее удивление Максим.

— Молодец. Хвалю. Далеко пойдешь, наблюдательный ты наш, — пытаясь изобразить покровительственный тон, произнес представитель обезьяноподобных. — Да, это мы.

— Ну и чего вам от нас нужно? — набычился в ответ Егор.

— Это не нам от вас нужно, а вам от нас, — наставительно произнес старшекурсник, покровительственно похлопав Егора по плечу. — Вы ведь не хотите после боя оказаться в больничке?

— Это что, угроза? — нахмурился в ответ Макс.

— Какая же это угроза, мелкий? — наигранно удивился тот. — Это лишь озвученный мною факт. Но вам повезло. Наш командир сегодня добрый, — нахально улыбнулся этот типочек, еще больше раздражая меня своим поведением. — Если вы сейчас пойдете с нами и зарегистрируете свой отказ от участия в турнире, то никто из вас не пострадает.

— Ага, ща! Разбежались, — дерзко хмыкнул в ответ Егор. И когда он только таким смелым стал?

— Кажется, вы не поняли, — вмешался в разговор тот самый главный сноб. — Я бы и вовсе не стал к вам подходить, но моя семья уважает твоего отца, — многозначительный взгляд в сторону Макса. — Вот только я не собираюсь делать вам скидку на турнире. Уверен, что сможешь выдержать наши атаки? Подумай. Как командир команды, ты должен понимать ответственность.

— Мой отец здесь ни при чем, — отрезал Макс и насмешливо добавил: — К тому же командир нашего отряда не я, а Димон.

При этом он кивнул в сторону скромно стоящего в сторонке меня. От его слов лицо сноба изобразило крайнюю степень удивления и ошеломления.

— Вы согласились стать подчиненными этого… — от растерянности он даже не сразу смог подобрать слова. — Этого… мужлана и быдла? Вы что, совсем забыли, что такое честь? Подчиняться простолюдину?

— Он маг и сирота на попечении МСиБИ, так что называя его простолюдином, вы оскорбляете не только его самого, но и службу безопасности, — с вызовом бросил в ответ Макс.

— С чего это вдруг? — нахально усмехнулся сноб. — Этот расходный материал не заслуживает даже тени уважения. Впрочем, судя по твоим словам, по интеллекту вы не сильно его опередили.

— Ой, да кто бы говорил, — вмешался Егор. — Род Нарузовых вдруг стал считать себя выше других? С каких таких пор? И уж тем более слышать подобное от пятого сына рода, мягко говоря, странно.

— То, что ты — третий сын рода Вязовских, не делает тебя выше меня, — злобно прищурился в ответ сноб. — Ты сам, как и твой род, лишь пыль на подошвах моего отца.

— Смотри, как бы «пыль» не засыпала твой ветхий род с головой, — резко высказался Егор, еще сильнее набычившись.

— Ясно, — насмешливо произнес сноб, явно расслабившись. — Нечего с вами говорить. Вы лишь мелочь, не стоящая внимания. Ярослав, — он повернулся к тому самому типу, который первым подошел к нам. Тот моментально, словно мелкий прихлебатель, поймал взгляд сноба. — Передай этому быдлу, что я, так и быть, разрешаю ему послужить мне. Пусть быстренько сбегает в приемную начальника и все оформит как надо. Нечего тратить наше время на эту мелочь мужланскую.

— Без проблем, — подобострастно улыбнулся Ярослав в ответ, повернулся ко мне и с презрением произнес: — Тебе, быдло, дарован шанс стать слугой великого рода. Метнулся кабанчиком и снял свою жалкую, убогую команду с турнира.

— Макс, скажи-ка мне, дружище, а эти ракообразные, они вообще кто такие? — не обращая на него внимания, повернулся я к своим. — А то, если честно, я так ничего и не понял из их невнятных фраз, наполненных трусостью и боязнью перед вами. Они что, от одного вида нашей команды обоссались? Или же, судя по вони, еще и обосрались?

— Не знаю, — растерялся от подобного поворота беседы Макс.

— Ну как же не знаешь? — театрально удивился я. — Ну вот смотри. От них воняет? Да. У них нет мозгов? Тоже да. Они подошли к вам первыми? Тоже верно. Неужели у аристократов принято унижать прилюдно себя перед всеми, дабы только не сражаться с более сильным противником? Хотя, нет. Не отвечай. К чему эти вопросы, если и так все понятно. Откуда у ракообразных мозги? Там же только одни инстинкты в пустой оболочке, и не более того.

— Эй, быдло, мы вообще-то здесь стоим! — гневно высказался Ярослав, делая шаг в мою сторону и хватая меня за плечо.

— Нарушение устава, пункт пять, подраздел два. Применение силы против другого курсанта училища во время нахождения в стенах заведения карается от двух до трех внеочередных дежурств, — отчеканил я как можно четче и громче, чтобы это услышал проходивший мимо препод, после чего уже тише добавил с угрозой в голосе: — Убери свою поганую клешню, или я буду вынужден применить силу.

— Ты что, быдло, совсем уже страх потерял⁈ — покраснев от злости, прошипел Ярослав.

— Стой! — резко приказал сноб. Видать, у этого имбецила все-таки была капля мозгов, а может, просто сработал инстинкт самосохранения. Последнее, скорее всего. — Ярослав, остановись. Отпусти его, — уже спокойно продолжил он. — В данном случае этот мужлан прав. Это нарушение устава. Пойдем. На турнире я лично разрешу тебе превратить эту мерзость в то, что она и заслуживает.

— Мы еще встретимся, урод, — многообещающе процедил Ярослав, глядя на меня и отступая на шаг.

— Ну если ты так хочешь, то без проблем, — безразлично пожал я плечами. — Главное, не забудь сменить штанишки, а то, знаешь ли, несет от тебя слишком сильно. А лучше носи коричневые брюки, тогда, возможно, сразу твоего позора не заметят.

— У вас какие-то проблемы? — строго вмешался в наш интеллектуальный разговор преподаватель. Видать, среагировал на мой зычный голос.

— Нет, что вы, Николай Павлович, — заискивающе улыбнулся ему сноб. — Мы просто пожелали ребятам удачи на турнире, и не более того.

— Это так? — сурово перевел препод свой взор на нас.

— Проблем уже нет, — улыбнулся я в ответ. — Наши «честные и бесстрашные» соперники действительно весьма своеобразно пожелали нам удачи.

— У вас есть к ним претензии? — уже расслабленно спросил препод.

— Нет, — отрицательно качнул я головой. — Все в порядке.

— Отлично, — кивнул препод, развернулся и пошел дальше.

Старшекурсники, смерив нас презрительными взорами, последовали за ним. Видать, это был препод с их курса. Мои ребята хотели было что-то сказать, но тут прозвенел первый звонок. Стало не до праздных бесед. Опаздывать на пару — плохая идея, мягко говоря. Эх, жаль, на магов не работала моя ментальная магия. Даже адепты для меня неуязвимы. Так-то я с огромным удовольствием кое-кого проучил бы. Хотя… Если подумать, то что помешает мне проиграть не первый бой, а допустим, второй? Да ничего. Не хотелось бы этого признавать, но спесь борзого аристократишки меня слегка задела.

Пока сидел на последней паре и вполуха слушал нудную лекцию, размышлял о ментальной магии. А точнее, о том, что именно она мне давала. С одной стороны, вроде как ничего особенного. С магами я, конечно, ничего сделать не смогу, но с обычными людьми вполне себе неплохо справлюсь. Вот только с практикой сложновато. В теории звучало все просто. Внушил нужные контуры мыслей в разум человека, и всех делов. А вот в реальности не так-то просто осуществить подобное.

Здесь, конечно же, возникало противоречие. Если я уже один раз смог чуть ли не полностью переписать мышление одного из бандитов, то что мешало повторить? А мешал сущий пустяк. Отсутствие у меня времени и того уровня контроля, которое было под разгоном мозгов. Сейчас, чтобы внушить хотя бы одно простое желание человеку, допустим, резко побежать или сесть, мне потребуется минут десять методичной работы с разумом объекта, и то, если он не будет сопротивляться и двигаться. Но и это еще не все. Трудность заключалась в другом. В формулировке мысленного посыла. Причем очень четкого и яркого. Настолько яркого, что навязанное желание будет способно затмить любое другое.

Дело в том, что человеческий разум постоянно меняет свой поток мышления. Например, идет самый обычный мужик по улице и думает о том, как он круто свинтил раньше времени с работы, а уже через мгновение размышляет о своей жене или любовнице, а еще через мгновение вспоминает, что хотел покурить. Ну и так далее и тому подобное. В итоге, всего за минуту мужик успеет подумать о куче вещей, но при этом все это на фоне основной мысли, заключенной в желании побыстрее добраться домой, включить телик, открыть бутылку пива и, развалившись на диване, ждать, когда там жена приготовит или разогреет ужин.

Менталисту же за краткое мгновение нужно подключиться своей силой к разуму мужика и очень быстро «закачать» новый контур мышления. Если не успеешь до того, как у объекта сменится ритм нейронных волн, то все. Пиши пропало. Начинай все сначала. Можно, конечно, подготовить контур заранее, а выбрав объект, сразу же вложить его в голову. Вот только это далеко не всегда сработает. Я бы даже сказал, что на удачное стечение обстоятельств рассчитывать не приходится. К сожалению, чтобы контур встал как надо, нужно его синхронизировать с нейронным потоком объекта. А это опять же время. Другими словами, пока я не научусь самостоятельно ускорять собственное сознание до степени как в клубе под артефактами, да еще и без последствий для собственного мозга, то не видать мне кучи ласковых миловидных дамочек, готовых броситься по моему велению и хотению своей возбужденной амбразурой на нефритовый посох моей похоти. Ну и самых обычных послушных солдатиков мне тоже не видать.

И если на солдат мне фиолетово, то вот неудача с легким доступом к бабам слегка удручала. Эх. А как было бы здорово обладать ментальной магией с ускорением сознания в обыденной жизни. Свою подпольную империю смог бы легко и просто построить, да еще и над женским полом получил бы великую власть. Но увы и ах. Чего нет, того нет. Что на самом деле вполне логично. Если бы ментальные маги могли легко и просто контролировать даже обычных людей без магии, то они бы стали правителями стран и империй. Может, другие маги и круче, но без обычных людей их жизнь превратится в ад. Ведь все бытовые проблемы лежат на плечах обычных людей. От уборки и производства еды до обслуживания кучи техники, важной в современной жизни. Тот же интернет обслуживают не маги, а простой люд.

Но это не означает, что ментальная магия бесполезна. Во-первых, с ее помощью можно связываться на любом расстоянии, даже если объект находится в другом мире и на другой планете. Причем моментально. Во-вторых, ментальные маги — лучшие в мире сенсоры. С помощью своих сил даже я уже сейчас мог контролировать пространство в радиусе сотни метров. Работало это как своеобразный радар. Я пускал легкую, еле заметную ментальную волну вокруг себя, а все животные и люди, обладающие хотя бы зачатками разума, отражали мою волну, показывая мне, кто и где именно находится.

Конечно, постоянно я так делать не мог, но со временем привыкну. Пока для того, чтобы пустить скан и осознать все отражения, приходилось замирать на месте и закрывать глаза. Причем больше всего времени уходило на понимание, где и кто отразил мою волну, и как далеко он находился от меня. По сути, закрыв глаза, я просто видел себя в виде синей точки, а всех остальных точками других цветов в абсолютно черном пространстве. Градация по цвету мне знакома из учебников, которые я заучил наизусть. Белый цвет означал разум без магии. Чем ярче, тем выше активность мозга. Например, в таких точках очень легко спутать тусклый свет спящего человека с яркой точкой разума бегающей по квартире собаки или кошки.

Если цвет синий, то это маг уровня адепта. Причем я не мог определить силу этого мага конкретно. Мне доступна только мозговая активность. Желтым светились маги. Оранжевым — старшие маги, а вот как будут смотреться архимаги, я знал только из книг — красным. Если маг выше меня по уровню владения силы, то он становился как бы закрытым. То есть его цвет не зависел от активности мозга, так как я банально не мог «вычислить» данный параметр.

Казалось, все это вроде как не упрощало задачу, а усложняло. Но это не совсем так. Если постоянно тренироваться, как я сейчас, запуская волны чуть ли не каждые десять минут, то постепенно становилось легче привязывать увиденные точки разумных к реальной местности. Пока что у меня осталась только одна нерешенная проблема — это высота. Если с привязкой местности можно разобраться с помощью запоминания подробной карты, а также выбором ориентиров, то вот с высотой такой финт ушами не прокатывал. Точнее, прокатит, если у меня будет детальный план конкретного, например, здания. Вот только запоминать планировку еще и всех зданий подряд я физически не смогу. Мои мозги не резиновые. Значит, нужно придумать другое решение. М-да. Вывод верный, вот только идей никаких нет. Ладно, с сенсорикой закончили, переходим к следующему пункту.

Третий и фактически последний полезный пункт владения ментальной магией на моем уровне силы — это расшифровка поверхностных эмоциональных волн человека. То есть я мог понять, что именно чувствовал выбранный объект в данный конкретный момент времени. Пока только очень яркие открытые эмоции, но и то хлеб. С помощью тренировок я смогу различать малейшие колебания эмоционального фона. Вот только все это относилось только к магам ниже пятого уровня. Те, кто выше, постоянно держали свою нейронную связь закрытой от любого измерения своего эмоционального фона за пределами собственного тела. Более слабые тоже могли легко защитить свои мозги от менталистов с помощью не очень дорогого артефакта. Но меня лично радовал тот факт, что подобные артефакты большинство не использовало в обычной жизни. А значит, это дарило мне возможность получить некие бонусы в разговоре или даже сражении с не очень сильным магом.

Собственно, размышлять о применении ментальной магии в текущих реалиях я стал после того, как понял, что хочу все-таки один бой выиграть. Ну да, задел меня этот сноб, есть такое дело. Ну так я тоже человек и тоже иногда движим не логикой, а эмоциями. А так как я прекрасно понимал, что фактически в одиночку буду сражаться против команды сноба, то приходилось придумывать применение абсолютно всем моим способностям. Хм. Стоп. Интересно. А что будет, если я у этого сноба во время турнира вытяну силы? Это, конечно, мегасложная задача, учитывая пристальное наблюдение, но зато какая вкусная? А? Решено. Начинаю думать, как провернуть подобный мегакрутой трюк. Я не я буду, если не найду способ незаметно навсегда стереть этого чванливого пятого сына с лица планеты.

## Глава 8

— С вашими личными делами я ознакомился, — многозначительно протянул стоящий перед нами офицер в звании капитана МСиБИ, оценивающе изучая нас. — Сказать, что у вас практически нет шансов на успех в турнире, это ничего не сказать.

Тоже мне, умник лет сорока. Такой вывод и простой ежик смог бы сделать. На что надеялся мой куратор, я без понятия. Капитан Иван Петрович Степашин, конечно, тот еще кадр, и даже, возможно, обладал умом и сообразительностью. Ведь кроме строгого взгляда серых глаз, мужественного лица, словно с плаката идеального военного, и крепко сбитой фигуры этот товарищ имел еще и солидный опыт в подобных турнирах. В качестве обычного участника в далеком прошлом он занимал пару раз призовые места. Но и это еще не все. Каким-то образом данный кадр еще и в качестве тренера нескольких успешных команд засветился. Вот только обычно он готовил более перспективных участников, а не таких аутсайдеров как мы.

— Но это не значит, что вы не сможете достичь как минимум городского отбора, а как максимум, в теории, — он с большим сомнением посмотрел на нас, — пройти дальше. На уровень турнира страны.

— Ого! — не удержался от удивленного возгласа Егор.

— Разговорчики! — строго процедил капитан в его сторону, отчего бедный Егор вытянулся по стойке смирно еще сильнее.

Взгляд у нашего Степашина тот еще по тяжести. Вот только все портила его фамилия. Правда, прикол со Степашкой, кроме меня, никто понять не сможет, но как бы пофиг. Главное, что лично я уже окрестил этого «страшного» и «сурового» наставника повзрослевшим Степашкой. Поэтому с огромным трудом сдерживался от нестерпимого желания натянуть на свою харю довольную лыбу.

— Ваше удивление понятно, — солидно продолжил Степашка. — С вашими силами достичь подобного результата будет непросто. Единственный ваш плюс, это неплохие характеристики Дмитрия. — Благосклонный взгляд в мою сторону. — Прекрасная физическая подготовка, неплохая подготовка в рукопашном бою и с холодным оружием. Ну и главное его преимущество, это отличные показатели владения огнестрельным оружием.

Хм. Странно. Я вроде как не особо старался в тире, да и вообще на проведенной проверке, устроенной Степашкой, не напрягался. Хотя, о чем это я? Скорее всего, они взяли данные у моих мучителей-учителей, а по стрельбе и до этого я не раз показывал неплохие результаты.

— Это позволит вам удержаться в турнире как минимум до отборочных города, а вот дальше одного Дмитрия станет мало. А значит, остальным предстоят очень серьезные тренировки. — Очередной строгий взор в нашу сторону. — Но начнем мы, естественно, с основ и правильно подобранных артефактов. Последние являются вашим основным козырем. Если все будете делать правильно, то сможете достичь неплохих результатов. Все изучили правила турнира?

— Так точно! — бодро рявкнули мы хором. Вот что мои благодатные тренировки с ребятами сделали! Любо-дорого слышать такую слаженность луженых глоток.

— Тогда вопрос. В чем заключается главный подвох начала боя? — хитро прищурился капитан, кивнув вправо от себя.

Так как мы сейчас изображали столбики на краю полигона, выделенного нам для тренировок, то его намек был более чем понятен. Слева от нас и справа от него располагался не просто полигон, а точная копия арены для проведения командных боев турнира. И была арена, кстати говоря, немалого размера. Пять сотен метров в радиусе, это вам не хухры-мухры.

Принцип командного боя был относительно прост. Но только на первый взгляд. Арена делилась на пять секторов. В каждом из секторов располагался обелиск. Любой из участников мог найти этот обелиск и, приложив к нему руку, активировать его. Активация происходила в течение минуты. В эту минуту убирать руку от обелиска нельзя. Если убрать, то отсчет начнется сначала. Чем больше активировать обелисков, тем больше очков получишь. Каждый обелиск давал одно очко в счет команды каждую секунду. Вот только было одно «но».

Если противник завладеет обелиском, то очки капать перестанут. То есть очки капали, только если у команды минимум на один больше обелисков в так называемом владении. С учетом того, что победа зачислялась команде, набравшей сто очков, подсчет прост. Завладел всеми пятью обелисками — и уже через двадцать секунд выиграл. А если получил преимущество в один обелиск, то соответственно, бой продлится сто секунд. Вроде как времени мизер. Вот только кто ж тебе так просто даст захватить обелиск? Особенно если есть и второе условие победы — тупо перебить команду противника. И это я еще молчу о времени, которое потребуется, дабы до обелиска добраться.

— Что молчим? — нахмурился Степашка. — Высказываться могут все.

— Эм. Ну, наверно, дело в том, что если неправильно выбрать стартовые точки, то можно проиграть еще до боя? — не очень уверенно произнес Макс.

Я же мысленно похвалил парня. Молодец. Может иногда мозги включать. Редко, но может.

— Правильно, Воронцов, — согласно кивнул Степашка. — Выбор стартовых позиций очень важен. Но как считает ваш командир? Стоит ли делать самостоятельный выбор или же понадеяться на случайный выбор системы?

— Зависит от уровня противника и его состава, — спокойно произнес я.

Тоже мне, нашел вопрос с подвохом. Здесь же все элементарно. По краю арены расположены тридцать стартовых точек. В каждом секторе по шесть штук. Другими словами, больше шести игроков в одном секторе появиться не может. Выбрать можно любую, но по очереди. То есть сначала кидаем монетку, определяя, кто первый делает выбор, а после погнали расставлять своих. Из моего анализа прошедших турниров вытекало, что особых проблем с тактикой здесь нет. Никто обычно не рисковал. С одной стороны выставлялась одна команда, а с другой другая. Но не всегда.

Дело в том, что если ты против более сильного соперника, то есть смысл рискнуть и заявить случайное распределение. В этом случае противник не будет знать, в каких точках и каком секторе появятся бойцы нашей команды. Причем до самого старта. Да и потом он сможет понять, где находится противник, только если обладает артефактом скана местности или магом с подобным умением. Правда, обычно у всех команд подобный артефакт всегда был в наличии. Без него никто на арену не заходил. Как бы базовый комплект.

С одной стороны, таким образом можно получить преимущество, а с другой стороны, наоборот, потерять все. Если противник на голову сильнее, то он просто раскидает своих бойцов по одному на каждый сектор, и если нам не повезет, то проиграем буквально за считанные минуты. Например, если наша команда окажется всем составом в одном секторе, или максимум в двух. Случайный выбор на то и случайный, что фиг его знает, как бойцов раскидает.

Хотя, я здесь не совсем прав. Все же за долгие годы команды научились очень быстро ориентироваться по ситуации. Даже придумали несколько прилично работающих систем противодействия умникам со случайным выбором. Как один из примеров, это раскидать свой отряд по трем рядом находящимся зонам. Двое в одной, двое в другой, и один в третьей. Эта схема прекрасно работала, если противник равный по силе или чуть слабее. Ну а если сильнее, хотя те, кто сильнее, никогда на случай не полагались, но если вдруг такое произошло, то можно сразу разместить отряд в двух зонах. Трое в одной и двое в другой. В общем, вариантов хватало.

Правда, лишь в теории. Как показывала практика последних лет, все обычно происходило банально. Четверо в одном секторе и один в соседнем, ну и противник так же. Те, кто сильнее, старались занять соседний с противником сектор, рассчитывая закончить сражение простым выяснением, кто сильнее. Ну а если силы равны, или же имели незначительную разницу, то команды предпочитали занять противоположные друг от друга сектора и затем уже действовать в зависимости от обстановки. Те, кто полагались на случай, тоже встречались, но таких мало. Слишком рискованно.

Вот только в нашем случае этот вариант наиболее предпочтительный. Из-за того, что кроме меня, никто особо сражаться не умел. «Соратничков» хоть всех вместе собери, а толку будет ноль. Ибо как команда — мы ни о чем. Слаженности нет. Тренировки только начинались, и чего-то толкового мы показать не сумеем. Более того. В бою мои балбесы мне будут больше мешать, чем помогать. Моя сила — это скрытность и неожиданные атаки. Кто-то может возразить. Ведь у врага есть скан, а значит, противник всегда будет знать, кто где находится. Вот только это не совсем так. Артефакт чаще, чем раз в минуту, не применишь, и даже маг, обладающий сканом, тоже не сможет постоянно его использовать. Даже опытные кадры могли контролить местность не чаще, чем раз в тридцать секунд, а об остальных и вовсе можно промолчать. Исключением являлись ментальные маги, но таких, как я, вряд ли мы встретим раньше турнира города. Да и там — далеко не факт. Подобные маги весьма редки.

На нашем уровне максимум, что смогут противники, так это применить скан один раз. Причем без разницы, с артефакта или с помощью умения мага. Разве что возьмут с собой не один артефакт, а несколько. Но это та еще глупость. Знать, где враг, конечно важно, но если у тебя нечем атаковать, то какой смысл от этого знания? Особенно если принять во внимание еще одно неприятное свойство скана. Тот, кто его применяет, раскрывает себя для остальных. Любой, даже начинающий маг, прекрасно ощутит воздействие скана и направление, откуда пришел сигнал. Все дело в том, как именно работает скан. По сути, все очень просто. Ты запускаешь волну магии, и каждый обладатель магического потенциала отражает этот сигнал. Ну а ты уже по отражению можешь определить, где и кто находится. Другими словами, принцип такой же, как и у радара.

Можно ли «спрятать» себя от подобного скана? Можно. Как с помощью артефакта, так и с помощью умения. Вот только есть и здесь подводный камень. Для того, чтобы спрятать себя от скана, нужно постоянно держать себя в некоем подобии кокона, в котором ты сам ничего не сможешь ощутить. Более того. В активном режиме скрытность жрет прорву энергии, и держать ее долго никто не сможет. Даже архимагам это не под силу, ибо чем больше сил у разумного, тем больше требуется энергии для того, чтобы спрятать эту силу. Так что, если не знать, в какой именно момент враг применит скан, толку от скрытности не будет. Собственно, именно из-за подобного никто обычно со скрытностью не заморачивался. Уникумы, которые считали себя умнее всех, конечно встречались на турнирах, но результаты их были, мягко говоря, печальными.

— Ответ правильный, — довольно кивнул Степашка и, прищурившись, добавил: — Но только если вы хотите вылететь максимум после одного или двух сражений. Запомните. Все, кто надеется на случай, всегда проигрывают.

Я, конечно, мог бы поспорить с ним, но зачем? Смысла в этом не видел.

— Что, не согласен со мной? — видимо, заметив мой скепсис, иронично поинтересовался он. — Думаешь, что если выберешь случайную позицию, то сможешь использовать себя как ударную силу, пока остальные будут отвлекать? Считаешь, что тебе твоя же команда будет в бою только мешать? Так ведь?

— Можно и так сказать, — уклончиво произнес я.

Как-то слишком хорошо он прочитал мои мысли. Может, я не прав? Может, у нашего инструктора котелок варит лучше, чем у других? Хм. Сомнительно, но проверить стоит. Я, конечно, тот еще эгоист и самоуверенный тип, но почему бы не проверить? Мне-то что с того?

— Ну так ты тогда уточни. Не бойся. Можешь высказать все свои идеи, — хмыкнул он в ответ.

Скрывать что-либо смысла не было. Так что я подробно обрисовал ситуацию, как и обдумывал ее только что. В конце концов, это он у нас инструктор, и ему как бы виднее.

— Анализ твой звучит логично, но… — с превосходством улыбнулся он, — это лишь для тех, кто на арене не сражался. Для меня же все прозвучавшее является абсолютным бредом. И я поясню почему.

Ну что же. Послушаем этого «умника». А то критиковать каждый умеет.

— Но чтобы вы смогли понять мою мысль, придется начать с основ, — Степашка жестом руки указал в сторону стола, на котором располагался макет арены. — Подойдите ближе. И да. Вольно.

Получив приказ, мы расслабились и подошли к макету. По сути, это было качественное произведение искусства. Детальность переданной местности находившейся рядом с нами арены поразила даже меня. При этом каждая зона здесь была помечена буквами начала алфавита. Но почему-то первая буква «А» обозначала не зону на час, а ту, что находилась на восемь часов. Если представить циферблат часов, то получалось следующее. С семи часов двенадцати минут до девяти часов тридцати шести минут располагалась зона «А». Затем по ходу до двенадцати шла зона «Б». Дальше до двух часов двадцати четырех минут шла зона «В». До четырех сорока восьми зона «Г». Ну а последняя зона «Д» с тех самых четырех сорока восьми и до семи двенадцати. Почему именно так, я без понятия. Но все арены всегда имели именно такие границы.

— Когда вы смотрите на макет, то какой первый вопрос всплывает у вас в голове? — хитро прищурившись, произнес Степашка.

— Почему зона «А» располагается так странно, — на автомате озвучил я свои мысли.

Не то чтобы у меня не было догадок по данному поводу, но даже для меня они звучали странно. Ну не может же быть такого, что эту зону решили обозначить зоной «А» только потому, что именно на ней в большинстве случаев происходили главные зарубы топовых команд?

— Правильный вопрос, — усмехнулся в ответ Степашка. — Но ответ еще проще. Из-за того, что именно в этой зоне происходят главные сражения, решили перенести именно туда самую созвучную букву. Ну по крайней мере, так решили комментаторы телевидения.

М-да. Кажется, я начинал сомневаться в адекватности не только студентов моего училища, но и всей страны в целом. Серьезно? Тупо из-за удобства комментаторов сместить все обозначения от логичного на удобный? Жесть. Но с другой стороны, все как раз логично. Кто платит бабки, тот и заказывает балет.

— Но это сейчас не столь важно, — продолжил Степашка. — Важно то, почему именно зона «А» стала ключевой в сражении двух команд? И вот на этот вопрос я уже отвечу сам.

«А чего на него отвечать?» — с трудом сдержав саркастическую ухмылку, подумал я. И так все понятно. Это ближайшая зона для обеих команд. Уж не знаю почему, но большинство топовых команд предпочитали располагаться в зонах «Б» и «Д», а значит, быстрее всего выяснить, кто круче, именно в зоне «А». Как бы все просто, как два пальца об асфальт.

— Еще когда только стартовали подобные турниры, то одна из команд придумала данную универсальную начальную тактику, когда четверо игроков в одной зоне и один самый опытный игрок в соседней.

При этих его словах он что-то нажал на столе, и на арене появились голограммы игроков. Одни были красные, а другие синие. Красные расположились вчетвером в зоне «Б» и один в зоне «В», а синие соответственно четверо в зоне «Д» и один в зоне «Г».

— Конечно же, данный расклад применяется, только если обе команды более-менее равны. В остальных случаях, или же когда противник начинает мудрить со стартовым расположением, ситуация может меняться. Вот только уже больше пятидесяти лет никто ничего более конструктивного придумать так и не смог. Многие пытались, но как показала практика, толку от этих попыток было мало.

— Можно вопрос? — решил я вмешаться.

— Дай угадаю, — усмехнулся он в ответ. — Хочешь спросить, а что мешает команде, которая ставит своего игрока последней, поставить его в зоне «А»? Так?

— Эм… Ну да, — слегка удивился я такому его предвиденью.

— Риск потерять его, — хмыкнул в ответ Степашка. — Вот смотри. Допустим, синие решили сделать так, как ты сказал, но что это поменяет? Если он решит начать активацию обелиска, то закончить ее он не успеет, так как трое из красной команды достигнут обелиска в зоне «А» до того, как он закончит. Более того. Атаковать игрока на открытой местности возле обелиска очень просто. Конечно, со стороны синих в то же время тоже прибудут еще двое, но вот в чем фишка. Синие двое сражаются, а третий пытается закончить активацию? Но тогда они просто проиграют. Если же он обрывает захват точки, то тогда какой в этом смысл?

— Ну допустим, может, например, помешать захватить зону «Б», — не сдавался я.

— Не получится, — покачал головой Степашка. — На тридцатой секунде обе команды применят скан. Это как раз таймер, позволяющий четко понять, кто где сейчас находится и куда движется. Так что любая команда успеет среагировать на действия противника. Конечно, можно тогда сказать, что как минимум у синей команды будет игрок, который меньше устанет, но это не совсем так. Ведь ему придется либо стоять у обелиска, либо идти на объединение со своими. И здесь мы опять возвращаемся к началу. В чем тогда смысл? И почему я тогда сказал о риске потерять игрока? Как думаешь?

— Хм, — задумчиво зачесал я затылок. — Честно говоря, не знаю.

— Вот смотри, — с превосходством хмыкнул он. — Обычно в зоны «В» и «Г» команды отравляют самых опытных бойцов. Слишком многое от них зависит. Более того, это самый быстрый, самый умелый и смекалистый игрок. Но что, если красные решат схитрить? Будут втроем, как обычно, двигаться в сторону зоны «А», но как только противник применит скан вместе с ними, то среди этих троих окажется тот самый быстрый и умелый. Что произойдет дальше, говорить или сам догадался?

— Он резко стартанет вперед и попытается не дать синему игроку уйти, — задумавшись над его словами, произнес я.

— Верно, — согласно кивнул он. — Впрочем, об этом мы с тобой еще поговорим отдельно. У тебя будет возможность обсудить со мной различные начальные тактики, а также стартовую расстановку. Но пока что вам это все не нужно. Главное, что вы должны сейчас понять, так это то, что девяносто процентов всех команд-участников предпочитают не думать над вопросом тактики и стратегии. Они все, как обезьянки, повторяют за лучшими командами. То есть просто копируют их реакции на тот или иной момент игры, а после реализуют на поле боя. При этом эти «умники» забывают о том, что командир в команде не просто так назначается. Ведь именно от его реакции зависит результат. Ну да это не важно, — поморщился он. — В нашем случае это шанс на победу. Вашу победу.

Собственно, именно поэтому я и хотел использовать случайную расстановку команд. Ведь в таком случае мы заставим противника, во-первых, потратить свой скан с самого старта, а во-вторых, командир врага вполне может удариться в панику. Не понимаю, почему Степашка против?

— Чем это нам поможет? — довольно улыбнулся он. — Все просто. Из-за того, что ваши враги будут реагировать стандартно, вы сможете без особого труда выиграть первые три боя. А так как в вашем училище всего пять команд решили участвовать, то победа над тремя автоматически продвигает вас в следующий тур, то есть на столичный турнир. Ну а там, конечно же, банальные тактики уже не сработают. Но с другой стороны, я успею с вами поработать, и возможно, даже найти вариант для реализации ваших сильных сторон. Может, даже командную работу подтянем.

— То есть вы уже знаете, как нам победить в трех боях? — искренне удивился Максим.

— Конечно, — хмыкнул он. — Ничего сложного. В первом бою ты ставишь всех по одному в каждой зоне. Противник отреагирует стандартно. То есть размещением два, два, один. Где двое будут уничтожать одного твоего, а там, где будет один на один, то как получится. Как это позволит вам победить? Легко. Дмитрий поставит себя против двоих и устранит их. Судя по уровню его подготовки, это будет не особо сложной для него задачей. Тот, кто окажется один против двоих, должен будет бегать от противника по всей зоне. Его главная задача — выжить и дождаться прибытия Дмитрия. Ну а дальше все и так понятно. Или есть вопросы?

— Да как бы и нет, — отстраненно произнес я.

Как ни досадно это осознавать, но Степашка прав, а я нет. Не подумал я о том, что большинство команд будут реагировать стандартно. Опять забыл, что я буду сражаться на арене не против такого, как я, а против самого обычного малоразумного местного планктона, что по ошибке называется человеком.

— Что же касаемо второго боя, то увидев подобный результат, ваш следующий противник поступит тоже стандартно. Дмитрий, как думаешь, как именно? — прищурившись, посмотрел он на меня.

— Думаю, решит сыграть три плюс два. Где двое будут, если что, бегать от меня, а трое постараются как можно быстрее уничтожить нашего одного, — озвучил я самый напрашивающийся вариант.

— Верно, — довольно кивнул он. — И что сделаешь ты в ответ?

— Отправлюсь ликвидировать троих, — спокойно пожал я плечами. — Это же очевидно.

— Ну вот вам и вторая победа, — хмыкнул он, пока все остальные давили довольные лыбы.

Еще бы. Это ведь мне придется выкладываться по полной, а не им. Тоже мне, нахлебники.

— Ну а теперь перейдем к третьему бою, — продолжил он. — Вот здесь уже могут быть варианты, но чтобы противник поступил стандартно, мы тоже изменим тактику. Теперь ты всех игроков кидаешь в стандарт, причем жесткий и оборонный. То есть всех первых четверых размещаешь в зону «Б» или «Д». В ответ противник тоже решит на всякий случай действовать, как полагается по инструкции, то есть всех кидать в одну зону. Ну а дальше все зависит от того, кто будет последним ставить бойца. Если противник, то придется твоим нахлебничкам поработать и побегать, а если ты, то победа уже в кармане.

Я же только тяжело вздохнул. И так понятно, что он имел в виду. Если я ставлю первым, то по итогу буду бегать против четверых врагов, пытаясь или выжить, или перебить их всех, пока мои «соратнички» будут охотиться за единственным врагом, который, скорее всего, появится в другой зоне. Здесь уж как пойдет. А вот если ставить буду последним, то придется одному против пятерых сражаться. Ну или точнее, быстро бегать и тянуть время, не давая врагу опомниться и отстать от меня. Собственно, именно это Степашка и озвучил. Эх. Тяжела моя доля. Похоже, придется сливаться на городском турнире. Вот там уже тактика Степашки точно не поможет. Ну а пока капитан будет дрючить меня на тактику сражения против пятерки противника, мои «соратнички» будут учиться быстро бегать и реагировать. Для этих целей Степашка, оказывается, позвал помощников. Причем не кого-то там с бугра, а уже хорошо знакомых мне дамочек. С ними я регулярно тренируюсь у садиста-тренера.

## Глава 9

— Ничего не хочешь мне сказать?

— Да вроде бы нет, — равнодушно пожал я плечами, слегка поворачивая голову в сторону сидевшей за рулем Оли.

— То есть будешь делать вид, что все в порядке? — сухо произнесла она, не отрывая взора от дороги.

Так и хотелось сказать: «Ау! Девушка! Прием! Тебе тридцатник с хвостиком, и ты говоришь с подростком в два раза младше себя! Может, хватит изображать истеричную обиженку?» Но толку от этого моего возмущения ноль. Бабы, они такие бабы. Эх.

— А может, тебе лучше перестать говорить загадками и спросить напрямую, что именно не так? — тяжело вздохнул я в ответ.

— Ты прекрасно знаешь, что именно я имею в виду, — многозначительно выделив одно из слов, сердито изрекла она.

Знаю ли я, что она имела в виду? Возможно. Вот только после тренировки со Степашкой думать и гадать абсолютно не хотелось. И нет, я не устал физически. Просто мозгодробительные тактики наставника вынесли мне мозг. У меня до сих пор кипело серое вещество в моей бедной и многострадальной черепной коробке.

Это раньше я думал, что просмотрев кучу сражений на арене, знаю, как и что делать. Вот только столкнувшись с по-настоящему опытным противником, осознал простую вещь: я глупец, возомнивший себя пупом земли. Между нами не просто огромная разница, а можно сказать, пропасть без дна. За всю трехчасовую тренировку я ни разу не смог не то что выиграть у него, а даже свести тактический бой вничью. Он словно всегда наперед знал, что и как я сделаю. И это, если честно, очень сильно раздражало. Я бы даже сказал, иногда дико бесило.

Когда смотришь записи боев, то вроде как все понимаешь и видишь. Но Степашка очень быстро продемонстрировал, что бо́льшую часть событий на арене обычный зритель не то что даже не видит, он о них не подозревает. Битва стратегов начинается еще до начала боя. Но это я, допустим, знал. Оценить слабые и сильные стороны противника. Проанализировать его решения в том или ином случае. Понять, почему он размещает своих бойцов именно так, а никак иначе. Почему выбрал именно эти артефакты, а не другие. Все это я видел и понимал. Вот только оказалось, понимать мало, нужно еще и мыслить, как они. Ну или как тот же Степашка. Впрочем, он сам честно признался, что до топовых тактиков команд чемпионов ему далеко. Ведь уровень стратегий и быстроты принятия решения с каждым годом становился все выше.

Для примера наставник показал мне бои его молодости, а после сравнил с текущими. Если в его времена команды двигались относительно шустро, но крайне осторожно, то сейчас скорости выросли в два, а иногда и в три раза. Как такое возможно? А фиг его знает. Это факт, с которым не поспоришь. Впрочем, я думаю, что виной тому самая банальная конкуренция. Каждое новое поколение стремится переплюнуть предыдущие, вот и рождаются новые скорости и новые рекорды.

Если же вернуться к текущим условиям, то как оказалось, самое главное — не расстановка игроков… Нет, стоп! Не так. Хм. Как бы так сформулировать? Хотя, чего я мучаюсь? Увы и ах, но лучше формулировки самого Степашки мне не придумать. А с его слов получалось следующее. Если смотреть в процентах влияние того или иного аспекта на победу, то распределить их можно так. Десять процентов, это начальная расстановка. Ошибешься в ней, и сразу начнешь отставать. Причем расстановка игроков — это не только игра с противником, типа кто где появится, но и выбор, кто именно из твоей команды где должен зайти на арену. И как оказалось, это тоже очень и очень важно, ибо именно в этот момент происходил поединок умов капитанов. Кто кого перехитрит.

Впрочем, даже если ты ошибся и полностью слил начало, это не значит, что ты проиграл. Ибо, как и сказано выше, это лишь десять процентов победы. Ну а следующими по важности идут личные умения игроков. На это дело Степашка отвел аж целых тридцать процентов успеха. И здесь дело не только в опыте и мастерстве бойцов, но и в личном контроле азарта с эмоциями каждого из участников, а главное заключалось в беспрекословном подчинении командиру. Как сказал Степашка: «Если бойцы выполнили все приказы командира, но команда проиграла, то виноват командир. А если кто-то не выполнил хоть один приказ, то виноват именно этот игрок». Простая и банальная логика.

Конечно, в ней тоже есть исключения. Если противник на голову сильнее, то никакие приказы не помогут. Как бы ни был силен капитан, но выиграть арену, имея в составе адептов, против магов шестого или седьмого уровня практически невозможно. По крайней мере, до сих пор история подобных примеров не знала. Уникумы, конечно, были, но дальше топа тридцати двух команд они не проходили. Зубры топа-шестнадцати не просто так топы. Эти ребятки всегда относятся к бою серьезно, и не важно, кто против них. Если команда прошла до топа тридцати двух, то значит, относиться к ней легкомысленно будет только полный идиот, а таких в топах нет.

Нельзя не вспомнить и еще об одном аспекте. Таком же, как у нас в составе. Когда в команде есть один или два отличных бойца, но вся остальная команда груз на их шее. Такие тоже могут очень даже долго тащить свою команду за собой, словно ледокол, но опять же не выше топа тридцати двух. Дальше ничего не выйдет. Был, конечно, в истории один уникум, который чуть было не попал в топ-шестнадцать, но увы и ах. Противник смог переломить ход боя и выиграть по очкам. Это, конечно, тоже достижение. Все же заставить более сильного врага играть от тактики, а не от силы собственных бойцов, уже многого стоит, но вот только победа есть победа. Не важно, какой ценой, важен итог. Кстати говоря, этот игрок потом все же перешел в один из топовых составов и в итоге помог им занять первое место.

Здесь нужно отметить один примечательный факт. На турнире происходит тот еще бардак с заменами. По правилам турнира после каждого этапа можно чуть ли не весь состав менять. То есть, если мы выиграем отборочные по училищу, то сможем заменить всех четверых игроков на других. Неизменным остается только капитан. Вот только менять капитана можно хоть после каждого сражения на арене. Ну да не суть. Менять, конечно, можно, но на кого? К сожалению, желающих попасть в команду новичков, мягко говоря, мало. Точнее, выбор фактически производился из членов только тех команд, которые участвовали вместе с тобой на отборочных. И то не все игроки из этих команд будут доступны.

Почему? Да потому, что всегда среди тех, кто надеялся достичь серьезных результатов на турнире, была конкуренция. И я сейчас не о топ-шестнадцати, а о банальных вещах. Например, оказаться в составе команды, попавшей на отборочные всей страны, это огромный престиж и почет. Так вот. Среди этих команд всегда находилось слабое звено. И капитаны это слабое звено старались как можно быстрее заменить. Но как это сделать? Сильные игроки к тебе сами не пойдут, ибо надеются попасть в более сильные команды. И что тогда? Ответ есть. Нанять людей, которые будут сутками отсматривать другие отборочные бои в училищах, вузах, институтах, академиях и так далее в поисках тех самых неограненных алмазов. Ну или самому заняться поиском, если с деньгами проблемы. Так что если среди команд нашего училища окажется хоть один более-менее стоящий боец, то его с ходу позовут к себе.

Казалось бы, каким боком это касалось меня? Да как бы самым прямым. Получалось, у меня есть все шансы продолжить участие в турнире, даже если проиграю. Меня банально могут позвать в состав другой команды. Ну да эту проблему я решу. Слава богам, мой характер сам по себе не сахар, а если я еще и специально захочу вывести кого-нибудь из себя, то только полный идиот решит взять такого, как я, в команду. Уж в своем умении бесить людей я уверен на все сто. В конце концов, я эгоист или просто погулять вышел? Вот то-то же и оно.

Ну да вернемся к нашим баранам. То есть к процентам победы. Предпоследний и самый главный фактор победы — это капитан команды. Пятьдесят процентов победы зависят от командира. И главное здесь не только начальная тактика, но и более важные вещи. Такие как: быстрый анализ ситуации, принятие моментально верных решений, сверхчувствительная интуиция, умение морально и психологически контролировать команду, волевой несгибаемый стержень. Это когда, даже если команда проигрывает в хлам, командир борется до последнего вздоха и не просто борется, а придумывает все новые и новые возможности выбраться из ямы проигрыша. Ну и последнее, но не менее важное: уверенность в себе и своей команде. Как сказал Степашка: «Командир должен всегда верить в одну непреложную истину. Нет непобедимых команд, есть только плохая тактика и глупые приказы». Не важно, что это перебор и не всегда отвечает реальности. Важно, что капитан всегда должен видеть путь к победе, даже против сверхсильного противника.

Возникал вопрос. А где еще десять процентов? И вот здесь ответ лично меня удивил. Это удача. Да-да. Самая банальная удача. Ведь никто не сможет убрать из уравнения такое понятие как фарт. Что, если в критический момент твой игрок во время важнейшего удара банально споткнется? Или из вспотевших рук выскользнет меч? Были даже случаи, когда из-за бешеного ритма сражений и после жутко сложного и выматывающего бега друг за другом команда проигрывала лишь из-за того, что их игрок во время активации обелиска, например, засыпал от усталости и обрывал каст, упав на землю. Ну или терял сознание от усталости и потери крови. В общем, ситуаций, в которых главным фактором выступала госпожа Удача, очень и очень много. Так что любая команда должна помнить и об этом факторе победы.

— Так и будем молчать? — с отчетливым холодом арктической стужи процедила Оля, оборвав мои размышления.

— Не вижу смысла реагировать на глупые вопросы, — равнодушно пожал я плечами. — Если у тебя есть нормальный вопрос, то задай его, а не пытайся играть в следователя-особиста. У тебя это плохо получается. Даже до моего куратора не дотягиваешь.

То, что делала Оля, я прекрасно понимал. Это любимый прием любой бабы. Найти за мужиком какой-нибудь косяк, а после начать многозначительно закидывать упреками и вопросами. Мол, а вдруг он не выдержит и выдаст не только один свой косяк, но и какой-нибудь еще. Звучит как бред, но, к сожалению, очень многие мужики не выдерживают такого напора и действительно начинают сливать все подряд. Впрочем, обычно это делают самые банальные подкаблучники.

— Значит, не скажешь? — сердито процедила она сквозь сжатые губы.

— Оля, — резко решил я наехать в ответ. — Ты ничего не путаешь? Ты когда это стала моей матерью или женой? Что за дебильные наезды? Или ты думаешь, что я не смогу легко и просто вернуться жить в общагу? — После чего спокойно закончил: — Прекращай этот цирк и спроси нормально.

— Просто это неправильно, — обиженно надулась она, но уже без наезда.

Вот так всегда с бабами. Стоит только наехать на них в ответ, и они сразу в кусты.

— Что неправильно?

— Ты обо мне знаешь все, а я о тебе нет.

— Блин. Оля. Ты наконец скажешь, что тебя так парит? Или так и будем вести разговор вокруг да около?

— Спасский сказал, что ты выжил только благодаря своему уникальному дару, — с видом великой обиженки произнесла она. — А ты не хочешь говорить, что это за дар.

— Дар⁈ — искренне удивился я.

Точнее, изобразил удивление. Вот же проф — гад! Все-таки проболтался. Ну да ничего. Земля круглая и имеет форму чемодана, на углу встретимся.

— Да. Именно дар, — прищурившись, посмотрели в мою сторону.

— Ух ты. Вот это новость, — изобразил я ошарашенный вид, после чего вроде случайно и еле слышно добавил: — Ну твой дед и выдал. Сразу видно родственничков.

— Чего? — резко высказалась Оля, давя на тормоз и притирая машину к тротуару, полностью игнорируя сигналы тех, кого она таким финтом подрезала. — Чего ты сказал?

— Сказал «вот это новость», — изобразив невинный вид, повторил я.

— Я не про это, — замотала она головой. — Откуда у тебя этот бред? С чего вдруг ты решил, что профессор мой дедушка?

— Да так. Рассуждение вслух, — уклончиво произнес я, мысленно радуясь, что главный вопрос был успешно забыт.

— Думаешь, что озвучив этот бред, сможешь перевести тему разговора? — с угрозой процедила она.

— Ну если это бред, то такому медику, как ты, не составит сложности его опровергнуть, — равнодушно пожал я плечами. — Всего-то и нужно взять на анализ образцы твоего и его ДНК. Или ты уже раньше проводила анализ?

— Нет, — растерянно и задумчиво произнесла Оля.

— Вот и я так думал, — хмыкнул я. — Я вообще удивлен, что ты до сих пор этого не сделала. Ведь не может же быть такого, что ты не заподозрила неладное? Или думала все это время, что профессор по доброте душевной тебя спас, а после приютил? Человек, который не доверяет собственной тени, доверился незнакомой ему девушке, да еще и ни разу не попытался затащить ее в постель? Сомнительно звучит, тебе так не кажется?

— Возможно, — растерянно пробормотала она.

— В любом случае, я тебе ничего не говорил, — на всякий случай решил я подстраховаться. Месть местью, но лучше сделать вид, что она сама догадалась. — Вот сейчас приедем к нему в гости, и пока он будет со мной беседы беседовать, ты прекрасно успеешь у него же в лаборатории провести анализ. Разве нет?

— Смогу, — неожиданно серьезно и сосредоточенно кивнула она, после чего вдавила педаль газа в пол, отчего машина резко стартанула вперед.

Кажется, кое-кого серьезно впечатлила эта новость. Ну да и правильно. Хватит уже профессору скрываться в тени. Одно странно. А где, собственно, родители Оли? Если я прав, и они родственники, а он не соврал, и она его внучка, то как-то это не вязалось с его рассказом. Разве он не утверждал, что все его родные погибли? Или это он уже потом решил обзавестись ребенком? Но тогда почему не сберег его от гибели? Или Олины родители не погибли? Так-то я не помню, чтобы Оля о них хоть что-нибудь рассказывала. О себе, да, говорила, но о родителях, по-моему, ни слова не сказала. Хм. Странно это все. Ох, странно.

Пока мы мчались по дороге, явно нарушая правила движения, я размышлял о профессоре. А точнее, продумывал тактику разговора с ним. Ведь как ни крути, но он явно не дурак, а потому легко догадается, что Оля без моей подсказки вряд ли решила бы провести ДНК-проверку. Месть местью, но терять его поддержку не хотелось бы. Особенно по глупости. С другой стороны, он вроде как и сам нарушил свое же обещание. Вроде как мы квиты. Или нет? В любом случае нужно морально подготовиться к разговору. Я ведь, в конце концов, не рассказывал Оле, кем именно является ее дед, так что аргументы у меня есть.

Вот так молча мы и прибыли к дому профессора. Судя по сосредоточенному виду Оли, она явно серьезно отнеслась к моему предположению. Одно меня выбивало из колеи. Почему она сама раньше об этом не подумала? Вроде неглупая девушка, а в итоге банальную логическую цепочку не сложила. Или просто не хотела видеть? Хм. А ведь вполне может быть. Иногда люди подсознательно видят какой-то ответ, который им не так уж и нравится, и потому старательно задвигают его подальше вглубь сознания, дабы не расстраиваться или не разочаровываться в ком-либо. Как говорится, глаза не видели, душа не болит.

Профессор с добродушной улыбкой встретил нас в холле дома. Оля как-то растерянно и невпопад поздоровалась и, сославшись на плохое самочувствие, ушла искать таблетку от головной боли. Как ни странно, профессор вроде бы ничего не заподозрил. Даже посоветовал конкретное лекарство, а после пригласил уже меня одного к себе в кабинет на втором этаже. При этом его глаза, с одной стороны, блестели азартом и каким-то ожиданием, а с другой стороны, он иногда виновато вздыхал, словно решаясь сказать мне что-то неприятное. Неужели совесть проснулась, и он решил сообщить мне о своем косяке с Олей насчет моего дара? Ну-ну.

— Проходи, — войдя первым в свой кабинет, произнес он, делая приглашающий жест в сторону кресла. — Устраивайся где видишь.

Кабинет у него был типичным, как для профессора. Можно сказать, эталонным. Широкое окно слева от входа. Массивный письменный стол с современным монитором, кожаные кресла вокруг. А вот все стены под самый потолок занимали книжные полки. Свободными от книг были только углы комнаты, в которых стояли манекены людей в полный рост. И это были не простые манекены, а анатомические. Один показывал все внутренние органы человека, второй, похоже, всю нервную систему. Третий очень качественно демонстрировал расположение магических каналов магов. Ну и четвертый выпукло гордился мышцами.

— Что-то пить будешь? Чай или кофе? Может, сок? — присаживаясь в кресло за письменным столом, благожелательно предложил он.

— Спасибо, но пока откажусь. Может, позже, — располагаясь напротив него, расслабленно отказался я.

— Позже, так позже, — пожал он плечами. — Что же. Тогда, думаю, стоит перейти к нашим делам.

— Весь во внимании, — улыбнулся я в ответ, с наслаждением вытягивая ноги, фактически развалившись в удобном кресле.

— Во-первых, я хотел бы сразу извиниться, — виновато улыбнулся он. — К сожалению, я не смог полностью выполнить свое обещание. Ну, думаю, ты уже в курсе. Но сразу хочу сказать. Кроме того, что у тебя есть какой-то уникальный дар, я больше ничего Оленьке не сообщил. Увы. Каюсь, — виновато вздохнул он. — Прости старика за легкую болтливость.

— Да ладно вам. Проехали, — легкомысленно махнул я рукой, отстраненно добавив: — Мы как бы уже в расчете.

— В расчете? — удивился он.

— Ну да. В расчете, — рассматривая пальцы своих рук, произнес я. — Но сразу хочу сказать. Кроме того, что вы ее дед, она ничего не знает. И то я лишь высказал логичное предположение, но не более того, — и с легкой иронией я закончил, — вы уж простите мою подростковую болтливость.

— Дмитрий, — хмуро смерили меня взором.

— Что? — изобразив самый невинный вид, посмотрел я на него.

— Ничего, — тяжело вздохнул он. — Ладно. Узнала, так узнала. Я так понимаю, что она сейчас в моей лаборатории анализ ДНК делает?

— Скорее всего, — беззаботно пожал я плечами.

— Это, конечно, проблема, но думаю, с этим я разберусь, — озабоченно потер он переносицу.

— Вот и отлично, — открыто улыбнулся я в ответ.

Хотя вроде как улыбочка получилась скорее наглой, чем добродушной. Нужно будет еще поработать над мимикой и контролем своих эмоций. В любом случае угроза прошла мимо, так что можно расслабиться. Профессор вроде как несильно обиделся на мою легкую месть.

— Ладно, — тяжело вздохнул он. — Родил ты, конечно, мне проблему, но что уж поделаешь. Хорошо, — явно собираясь с мыслями, отстраненно произнес он. — Вернемся к тебе. И даже не столько к тебе, а к нашему плану. На наше общее счастье, твое руководство решило проверить вашу подготовку, записав вас на турнир.

— На наше счастье? — удивился искренне я. — Вашу? Что за «вас»? Не совсем понимаю, о чем вы.

— Для тебя же не секрет, что не только тебя готовят на роль личного ученика Гурзеева? — профессор с любопытством смерил меня взором. В ответ я лишь согласно и неуверенно кивнул головой. — Участие в турнире, скорее всего, первая проверка ваших сил, — после чего, оживленно потирая руки, добавил: — И это просто отличная новость.

— С чего это вдруг? — непонимающе уставился я на него.

— Приз за первое место, — предвкушающе улыбнулся он. — Разумный духовный магический меч. Да и деньги тебе явно не будут лишними. Как, собственно, и артефакт. Хотя последнее уже не столь важно.

— Приз? Первое место? — словно на сумасшедшего, посмотрел я на него с усмешкой. — Вы серьезно?

— Абсолютно, — азартно блеснул он глазами.

— Эм… — с легкой растерянностью протянул я. — Я, конечно, все понимаю, но кажется, вы, мягко говоря…

—…сошел с ума? — с усмешкой перебил он меня.

— Есть такое подозрение, — не стал я спорить со столь очевидным фактом. — Шансов занять первое место у меня нет от слова совсем. Да и если вдруг случится чудо, и все-таки смогу занять первое место, то надеяться на еще более мизерный шанс, что меч признает меня, так и вовсе полный бред.

— Твои рассуждения логичны, — согласно кивнул он, не став даже обижаться на мое фактически оскорбление. — Вот только кто тебе сказал, что они верные?

— Эм… Как бы… — начал было я, но тут же сам себя оборвал, с подозрением уставившись на слишком довольную морду профессора. — У вас есть план, — озвучил я озарившую меня догадку. — Вы знаете что-то об этих духовных мечах? Но даже если так, то я пока слишком слаб… — и снова я сам себя оборвал, пораженный очередной невероятной догадкой. — Вы каким-то образом хотите меня сделать намного сильнее с помощью моего дара?

— Приятно иметь дело с догадливым молодым человеком, — довольно хмыкнул он в ответ. — Да. Все так и есть. Я не просто «что-то знаю об этих духовных мечах». Я знаю о них все. Ведь это не просто возникшие из ниоткуда мечи. Это разработка моей империи Зуон. Более того. В свое время именно благодаря им мои предки смогли создать Зуон. Слишком серьезным оказался научный прорыв, — оживленно рассказывал он, но после паузы с какой-то потаенной печалью вздохнул. — Вот только цена создания подобных артефактов оказалась слишком высокой. Настолько высокой, что сейчас никто в здравом уме не захочет восстанавливать подобные технологии. Впрочем, это не столь важно. Даже если кто-то и захочет повторить успехи прошлого, у него ничего не выйдет.

— Почему? — поинтересовался я.

— Дело в том, что… — тут профессор замолчал, задумчиво вертя в руках ручку. Но после минутной паузы тяжело вздохнул и продолжил. — Хотя сейчас это уже не такая и великая тайна. Так что можно тебя и просветить. Когда-то давно, более тысячи лет назад, мои предки нашли планету, на которой жили необычные разумные создания. Кто-то их потом назвал феями, а кто-то духами. Но думаю, и те, и другие были далеки от истины. У данной расы было одно забавное свойство. Они рождались в теле небольших созданий, буквально в десять, максимум пятнадцать сантиметров в высоту, и после непродолжительной жизни, примерно в пять — десять лет, их тела умирали. Вот только они сами не погибали, как и их разум. Они переселялись в другой носитель. И носителем этим было любое живое дерево. Можешь себе представить разумное дерево?

— С большим трудом, — офигевая от услышанного, пробормотал я.

— Неудивительно, — хмыкнул он в ответ. — Тогда это открытие вызвало фурор. Впрочем, мало кого интересовал этот народец. Даже несмотря на их специфическую магическую мощь, не уступавшую сильнейшим магам. Я даже больше скажу. Среди ульфирнов, так они себя называли, было огромное количество разумных, обладавших силой наших архимагов. Они могли бы с легкостью завоевать любую планету и разбить в пух и прах нашу цивилизацию. О чем говорить, если даже Тесла боялся их силы. Вот только ульфирны оказались слишком миролюбивой расой. Их интересовал только их собственный мир и священные леса. Но в один из моментов один из моих предков смог додуматься до невероятной идеи. Более того, он смог ее воплотить в жизнь.

— Он что, смог засадить живого ульфирна в меч? — ошарашенно озвучил я свою догадку.

— Если бы, — печально покачал головой профессор. — В таком случае любой ульфирн покинул бы это неудобное вместилище и вернулся бы в свой лес. Остановить его никто не смог бы.

— Хм. И в чем тогда фокус?

— Это я говорил о взрослых особях, а не о новорожденных, — грустно улыбнулся он в ответ. — Их дети не обладали подобной силой и ничего о ней не знали. Мой потомок смог каким-то образом похитить новорожденного ульфирна, а после «помог» тому перенести свой разум в посох. Тогда еще он думал, что посох — это оптимальное жилище для ульфирнов. Ну а дальше начался полнейший кошмар.

— Думаю, я и так уже понял, в чем дело, — хмыкнул я в ответ. — Ваши предки стали воровать детей ульфирнов, а после заключать их разум и души в различное оружие. Жадность, как она есть. И что-то мне подсказывает, что ульфирны рано или поздно узнали об этом.

— Верно, — согласно кивнул профессор. — Но вместо того, чтобы уничтожить мерзавцев, что воровали их детей, они просто взяли и исчезли. Никто до сих пор не знает, как и куда они пропали. Просто в один из дней на их планете не оказалось ни одного ульфирна. Причем в один момент. Сколько потом архимаги их ни искали, но так и не смогли найти. Все же они были уникальной и удивительной расой, с которой человечество умудрилось поссориться из-за банальной глупости и жадности. Деньги и власть очень часто из людей делают обычных подонков и мерзавцев.

— Тоже мне, удивительное открытие, — равнодушно хмыкнул я. — В общем, я так понимаю, что теперь в этих духовных мечах живут только те ульфирны, которых тогда удалось украсть. Вот только я не совсем понимаю, почему они до сих пор не покинули свои «жилища»?

— Во-первых, они банально не знают, как это сделать, — отстраненно пояснил он. — Во-вторых, развитие их разума из-за насильного переноса застряло на одном уровне. Они как были, так и остались обычными детьми. И это, пожалуй, самое страшное. Разум, который никогда не сможет преодолеть планку в десять лет. Ну и в-третьих, они банально уже давно привыкли к подобному существованию. Правда, это отразилось на их характере. Если раньше они принимали любого обладателя меча или посоха, то вот уже шесть сотен лет их выбор становится все более и более привередливым.

— Все это, конечно, интересно, но как это поможет мне? — решил я вернуть профа на землю. А то что-то он слишком увлекся историей.

— Если ты насчет обладания мечом, то здесь все очень просто, — покровительственно улыбнулся он. — С твоей магией разума ты сможешь выйти на связь с любым из них и установить контакт. Конечно, для этого нужно знать и понимать, как именно это сделать, но невелика проблема. Я тебя научу.

— Допустим, — не очень уверенно произнес я. — Но как обладание мечом мне поможет? Он, конечно, весьма сильный артефакт, ну и что с того?

— Разумный меч — это не только полезный артефакт, — насмешливо, словно неразумного ребенка, смерил он меня взором. — Это еще и самый полезный помощник во всех сферах жизни. Например, именно сейчас мою силу и мою сущность скрывает мой духовный меч.

— У вас есть меч? — изумленно уставился я на него.

— Конечно. Или ты забыл, кто я по происхождению? — иронично поддел он меня. — Но ты должен помнить. Каждый духовный меч уникален. У них у всех разная сила и разные возможности. Ну а если ты сможешь развить его и стать ему не просто собеседником, но и другом, то тогда раскроешь весь его далеко не маленький арсенал. Но и это еще не все. Есть уровень раскрытия силы меча, доступный лишь таким, как ты. То есть обладающим даром поглощения. Правда, обладающим дарами благословения и хаоса это тоже доступно, но они настолько же редки, как и твой. Так вот. Если ты достигнешь полного слияния с разумом меча, то сможешь применять не только свою магию, но и магию ульфирнов. Но и это еще не все. Всех их возможностей не знает никто. Одно точно известно. Кто смог достичь подобного уровня, всегда становился архимагом. Вот только, к сожалению, мне сей уровень недоступен, а потому подробнее рассказать о нем я не смогу. Впрочем, кое-что все-таки я добавлю. Тот же самый Тесла всегда путешествует со своим духовным мечом. А вот это уже о чем-то да говорит. Не так ли?

— Звучит жестко, — озадаченно произнес я, ибо большинство озвученных фактов мне были неизвестны. — Я понял, что меч — это круто. Но это не снимает проблемы моей силы. Чтобы получить меч, нужно занять первое место.

— Это тоже не проблема, — став серьезным, произнес профессор. — Правда, решается она сложнее, чем с мечом. Но все же решается.

— И каким же образом, позвольте узнать?

— Да вот таким и решается, — тяжело вздохнув, профессор достал из ящика стола семь артефактов и положил на стол. — Кажется, именно их ты так сильно хотел приобрести?

— Эм… — в шоке переводил я взор с артефактов на профа и обратно. — Как бы да, но…

— Откуда? — многозначительно хмыкнул он. — У меня есть довольно специфичные контакты. Вот только это не отменяет их стоимости. Придется тебе очень сильно постараться, дабы отбить их цену.

— То есть теперь я не с Олей партнер, а с вами? — прищурился я в ответ.

— Нет, — отрицательно покачал он головой. — Оля будет заниматься продажей товара, а ты добычей. Но как ты понимаешь, пока вы не отобьете полную стоимость артефактов, о своей доле можешь забыть. Точнее, она будет выражаться в моем обучении тебя ментальной магии. Да и остальные аспекты магии нужно будет тебе подтянуть.

— Звучит уже не так вкусно, но что поделать, — поморщился я в ответ. — Придется согласиться. Хотя я не уверен, что даже так успею стать сильнее до того, как нам встретятся серьезные противники. Все же аномалии не каждый день появляются.

— А вот с этим я смогу тебе помочь, — хмыкнул профессор, отчего поверг меня в самый настоящий шок.

— Как? — только и смог я вымолвить.

— Как, не важно, — таинственно улыбнулся он. — Но завтра на твоем дежурстве аномалия появится. И возможно, не одна.

— Вы можете призывать аномалии? — с подозрением уставился я на него.

— Не совсем так, — уклончиво покачал он головой. — Да и не важно это. Главное, аномалии будут, и это все, что тебе нужно знать. Это не моя тайна, и раскрывать ее я не имею права. Придется тебе поверить мне на слово.

— Эм… А что… — начал было я, но был прерван.

— Так это правда?!!

С громким грохотом распахнулась дверь, а в ней стояла ошеломленная, возмущенная и гневная Оля. Именно она, сверкая глазами, фактически проорала на всю комнату свой вопрос, отчего и я, и профессор поморщились. Таким звонким голосом можно и барабанные перепонки порвать нахрен. И чего так визжать, спрашивается?

## Глава 10

«…Сегодня утром на пресс-конференции министерства обороны генерал-лейтенант Ивашов официально объявил об окончании учений…»

Расслабленно расположившись в своем законном углу, я лениво листал с помощью интерфейса брони обзоры различных аналитиков по раскладам предстоящего турнира. Нужно же знать, с кем я в итоге буду сражаться? Во то-то же. Новости на заднем фоне немного отвлекали, но что поделать. Команда Пуговкина, по-моему, вообще не выключала телевизор. Хотя, по сути, его никто из расположившихся в комнате особо не смотрел. Девчонки, как всегда, зависали в своей комнате, уткнувшись в смартфоны. Сенцов лениво листал журнал. Самойлов, как обычно, играл с Громовым в шахматы. Ну а Вольнов увлеченно изучал последний выпуск научного журнала по медицине. Между тем картинка в телевизоре сменилась и теперь показывала вырезку из выступления военных.

«…Все поставленные задачи были успешно выполнены, — бодро докладывал тот самый Ивашов. — Личный состав справился на отлично. В течение недели все подразделения, участвующие в учениях, будут возращены в места постоянной дислокации для продолжения несения службы…»

— О-о-о-о! — утвердительно протянул Самойлов, впрочем, не отвлекая взора от шахматной доски. — Я же говорил, что никакой войны не будет.

— Ты? Говорил? — насмешливо посмотрел на него Сенцов.

— Ну да. А кто еще? — удивленно обернулся в его сторону Самойлов.

— Угу, — хмыкнул в ответ Сенцов. — А еще ты говорил, что мы признаем РМГ.

— Ну так еще не вечер, — не очень уверенно заметил Самойлов.

— Никто никого не признает, — хмуро глядя на доску, произнес Громов. — Еще вчера был объявлен очередной раунд переговоров трехсторонней группы. Кроме того, очень многие намекают на возможную встречу на высшем уровне, в которой, в том числе, примет участие наш император. Так что вся эта возня в итоге была нужна лишь для того, чтобы заставить Ильгаз опять сесть за стол переговоров.

— Это если наши действительно отводят войска, — многозначительно протянул Самойлов.

— Отводят, — уверенно заявил Сенцов. — У меня там сейчас очень много знакомых. Например, Леха еще вчера вечером со мной созванивался. Их еще вчера начали грузить на поезда.

— Ну-у-у, тогда, наверно, ты прав, — разочарованно вздохнув, высказался Самойлов, глядя на Громова. — А жаль.

— Почему жаль? — удивился Громов. — Ты чего, хотел, чтобы война началась?

— Да нет, конечно, — отмахнулся Самойлов. — Но попугать Ильгаз еще немного было бы неплохо. Вот когда закончились бы переговоры, тогда да… Можно и отводить.

— Дурак ты, Самойлов, и не лечишься, — иронично покачал головой Сенцов. — Видимо, давно в учениях не участвовал.

— И чего сразу обзываться? — обиженно покосился на него Самойлов. — Чего такого я сказал?

— А то, что наши там уже больше месяца «тренируются», — хмыкнул Сенцов. — Ты вообще представляешь, каково там ребятам? Или думаешь, что жить в палатках без нормального душа, жен, семьи и адекватного питания — это верх их мечтаний? И это я еще молчу о куче других «приятных» моментов, типа той же стирки формы. В походных условиях стиральной машинки как бы нету. Или ты забыл?

— Ну так-то да, конечно, — озадаченно почесал затылок Самойлов. — Об этом я как-то подзабыл.

— Вот и я о том же, — хмыкнул Сенцов. — Надо бы тебя вместо них на пару месяцев забросить на учения, а потом спросить. Как оно? Хочешь еще два или три месяца пожить в таких условиях ради успешных переговоров или нет? Не? Желания нету?

— Все, о чем мечтает любой солдат во время учений, это горячий душ, чистая одежда, теплая постель и горячая еда, а не сухпай, — весомо добавил от себя Вольнов, улыбнувшись, словно вспоминая.

— Ага, — согласно кивнул Громов. — А потом посидеть с нормальной закуской и водочкой. Эх. Были времена, помню, как-то мы после учений так накушались…

Мысленно тяжело вздохнув, я попытался отстраниться от разговора. Слушать очередную армейскую байку мне совершенно не хотелось. Хватит. Я их здесь уже столько наслушался, что скоро уши завянут. И еще. Сигнал профессору я уже подал, а тревоги как не было, так и нет. У него чего-то не получилось? Вроде как уже часа два прошло. Хм. Странно.

Хотя, с другой стороны, чего я жалуюсь? После бурной ночки с Ольгой, которая явно захотела насытиться сексом на неделю вперед, мне отдых не помешает. А то, по сути, я спал всего ничего. Часов пять максимум. Может, сейчас подремать? Все равно делать нечего. Можно, конечно, позаниматься, но чего-то лень. Да и голова как-то вяло работает.

Только я об этом подумал и уже решил закрыть глаза, как к нам в комнату бодро ворвался загорелый мужик лет сорока в военной форме. Армейская выправка, погоны полковника, хитрый прищур серых глаз, но при этом открытое и веселое лицо. Однако, забавный персонаж. Я бы даже сказал, колоритный. Вот на такого посмотришь и сразу понимаешь — вот он, душа компании.

— Здоро́во, бродяги! — с ходу громогласно объявил он, радостно улыбаясь во все тридцать два зуба.

— О-о-о! Какие люди! — обрадованно отвлекся от журнала Сенцов.

— Ек-макарек. Семеныч! Вот это сюрприз, — улыбнулся, вставая, Громов.

Остальные радостно оскалились и повставали явно для того, чтобы поздороваться с колоритным персонажем.

— Вот сразу видно, — пожимая руку и рассматривая полковника, произнес Громов, — человек отлично отдохнул.

— И не говори, — с легкой ноткой зависти протянул Самойлов. — Везет же некоторым.

— Гриша, тебе никто не говорил, что зависть — это плохо? — по-доброму рассмеялся полковник, при этом заглянув в комнату девчонок. — Привет красавицам!

В ответ обе девушки лишь на миг отвлеклись от смартфонов. Оксана лениво помахала рукой, а Лена, натянуто улыбнувшись, приветственно кивнула. Полковник же, хмыкнув и пожав плечами, развернулся к нам.

— Тоже мне, гений-философ, — фыркнул в ответ Самойлов. — Ну, рассказывай. Как отдохнул? Как водичка?

— Да чего там рассказывать-то, — пожал плечами полковник. — Море, песок, жара и много холодного пива. Все-таки «все включено» — это супервещь. Жена, правда, весь отпуск бубнила, но то мелочи. — В этот момент он перевел свой взор на меня. — Я смотрю, у вас здесь новенький?

— Ага. Курсант на «прогон», — легкомысленно отмахнулся Самойлов.

— М-да, — в этот момент лицо офицера стало серьезным, и подойдя ко мне, он произнес: — Полковник Александр Семенович Цаплин. Будем знакомы, боец.

— Курсант первого курса магической поддержки отрядов войск специального назначения Дмитрий Корнеев! — вскочив с места, бодро отрапортовал я со всей присущей мне громкостью и четкостью, то есть строго по уставу.

Кто такой Цаплин, я уже знал. Командир подразделения нашего сопровождения. Именно его бойцы занимались нашим прикрытием и оцеплением места аномалии. До этого ими командовал его зам. По слухам, с которыми я уже немало знаком, Цаплин — крутой тип и даже неплохой и очень опытный маг, но к сожалению, слишком низкого ранга. Все-таки когда твой предел — маг двенадцатой ступени, это в данном мире приговор. По сути, он уже достиг максимума по карьерной лестнице.

— Вольно, боец, — поморщившись от моего вопля, уныло протянул он, и обернувшись к остальным, дополнил: — Он у вас всегда такой громкий?

— А чего ты хотел? — хмыкнул в ответ Сенцов. — Дмитрий у нас отличник строевой и политической подготовки.

— Ага. А еще знатный тролль вышестоящего начальства, — хитро подмигнув мне, добавил от себя Самойлов.

— Так это он меня так подкалывает, что ли? — искренне удивился Цаплин, с подозрением покосившись в мою сторону.

— Никак нет, господин полковник! — бодро рявкнул я в ответ, не моргнув и глазом.

— Вот же засранец, — восхищенно поковырявшись в ухе мизинцем, буркнул Цаплин. — Ну, в общем, ты конечно молодец. Хвалю. Смекалка есть, но больше так не ори, а то обидеться могу.

— Так он же все по уставу делает, — улыбнувшись и присаживаясь в кресло, произнес Сенцов. — Или ты против устава? А, Сашка?

— Че? Сильно умный? — хмыкнул в ответ Цаплин.

— Ну вроде пока глупостей не совершал, — равнодушно пожал плечами Сенцов.

— Ладно. Все это лирика, — присаживаясь и хлопнув по ноге ладонью, вмешался Громов. — Лучше расскажи, как тебе заграница? Понравилось?

— Ну как сказать, — протянул полковник, полностью потеряв интерес к моей персоне. — Все красиво, чисто, культурно, но при этом дико скучно. Нет задора. О чем говорить! Они даже пить не умеют! Я там с одним местным в баре познакомился, так он уже на первой бутылке сдох и сполз под стол.

— Только не говори, что ты весь отпуск в баре просидел, — укоризненно покачал головой Сенцов.

— Ты что, даже в знаменитую Ибессу не съездил? — удивился Самойлов.

— Отчего же не съездил, съездил, — сокрушенно вздохнул полковник. — Вот только лучше бы я не ездил.

— Чего это⁈ — озвучил всеобщее удивление Вольнов, даже отвлекшись от своего чтива. — Когда я там был, то мне город понравился. Архитектура там на уровне, да и много хороших театров. Правда, больше всего мне понравилась опера. М-да-а-а… — с явным наслаждением вспоминая, протянул он. — Акустика там просто потрясающая.

— Данила, ты нашего Семеныча ни с кем не перепутал? — хмыкнул в ответ Самойлов. — Где он, а где искусство?

— А вот сейчас обидно было, — шутливо нахмурился Цаплин. — Я что же, по-твоему, и в театр не хожу, что ли?

— Ходишь, — согласно кивнул Самойлов и хитро добавил: — Когда Лида тебя туда затащит, тогда и ходишь. Вот только почему-то ты предпочитаешь смотреть спектакль, сидя в буфете театра и лакая коньяк литрами. Кстати, всегда хотел спросить. А почему коньяк? Тебе же водка больше нравится.

— Ты что, дремучий? — ни капли не обидевшись, наигранно возмутился Цаплин, после чего вдохновенно протянул, демонстративно постучав указательным пальцем по виску: — Это же теа-а-ат-р-р! Как там можно водку бухать?

— И не говори, — ошарашенно покачал головой Самойлов. — Согласен. Дурак я, как есть дурак.

В этот момент уже все остальные не выдержали и поддержали спектакль двух актеров громким смехом. Ну как все, я не смеялся, ибо смешного ничего не увидел.

— Ну так и почему тебе Ибесса не понравилась? — отсмеявшись, спросил Сенцов.

— Да как тебе сказать, — озадаченно почесал затылок полковник. — Город, конечно, хороший и красивый, но блин! Там же каждый второй житель пытается тебя развести на деньги как лоха. И главное, все такие хитрожопые, что хрен прицепишься. Вроде видишь, что тебя развели, но при этом так лихо, что сам понимаешь, не они виноваты, а ты лох. И это, честно говоря, напрягает.

— Ну да. Что есть, то есть, — улыбнулся Вольнов. — Жители там те еще хитрованы.

— Тебя что, на бабки смогли развести? — Громов изумленно уставился на полковника. — Главного хомяка среди армейских офицеров столицы? Да ну ладно. Не шутишь?

— Не то чтобы развели, — виновато потупился полковник. — Но несколько неприятных моментов было.

— Давай уже, колись. Кто там тебя смог так красиво зацепить? — хмыкнул заинтересованно Сенцов.

— Эх, — тяжело вздохнул Цаплин. — Ладно. Расскажу вам один случай. В общем, пока мои зависали в магазине, решил я пройтись сам и посмотреть на эту их самую известную улицу Иштар. Иду я, значит, по улице. Жара невыносимая. На улице никого. Явно все попрятались. Ну а я как дурак иду себе и тут понимаю, что мой смартфон сел. А спросить дорогу просто не у кого. К тому же там все эти переулки и проулки тесные и похожие друг на друга. В общем, вижу, стоит таксист метрах в пятидесяти от магазина, где я своих оставил. Я к нему. Мол, так и так, подскажите, как пройти на улицу Иштар? А он мне в ответ: «Да тут недалеко. Если хотите, могу подвезти». Ну я и думаю, а почему бы и нет? Спрашиваю: «Сколько?» А он в ответ, мол, можно по счетчику, ну или за полтинник довезу. Это по-нашему двадцатка получается. И черт же меня дернул сказать, что лучше по счетчику, — в этом месте его лицо приняло совсем уж печальное выражение. — Я же привык, что у нас по счетчику всегда чин-чинарем.

— Это ты явно погорячился, — понятливо хмыкнул Вольнов. — В общем, накрутил он тебе по самое не балуй?

— Да если бы только это, — тяжело вздохнул полковник. — В общем, сел я к нему в машину, и мы поехали. Причем вроде нормальный мужик. Много интересного про город рассказал и вообще собеседник оказался отличный. Одно плохо. Я когда увидел, как у него счетчик работает, так у меня чуть волосы на голове дыбом не встали. Прикиньте. Там тупо по секундам тикали ашаны. Одна секунда, один ашан. Жесть. Я в полном шоке спрашиваю, а вы там счетчик не подкрутили случайно? А он мне так спокойно. «Не-а. У нас с этим строго. Все по закону». И главное, лыбится, гад такой, довольно. Ну ладно, думаю. Черт с тобой. Будет мне уроком. В общем, повиляли мы по улицам туда-сюда и в итоге доехали до этой самой улицы Иштар. Заплатил я, значится, ему семьдесят ашанов и хотел было уже идти, как вдруг у меня в голове стрельнуло, — в этом месте Цаплин горестно вздохнул и молчаливо оглядел всех. — Я как бы на память не жалуюсь. И вот смотрю я такой и понимаю. Я лох. Причем в квадрате. Знаете, где он меня высадил? — В ответ ему были лишь недоуменные и явно ожидающие взоры. — На очень знакомой мне улице. И когда я говорю очень знакомой, то это в буквальном смысле. Но больше всего меня добило не это. Просто я уже начал себя успокаивать. Мол, все нормально. Здесь все улицы похожи, так что я, скорее всего, ошибся. Вот только именно в этот момент буквально в семидесяти метрах от меня из магазина вышли жена с дочкой. Вот здесь мне и поплохело. Оказывается, этот гад меня тупо на другом конце той же самой улицы высадил! — Искреннее возмущение так и сквозило в голосе и мимике полковника. — Повозил меня по улочкам, скотина, и высадил фактически там же, где и подобрал!

На этот раз даже я улыбнулся. А уж остальные так и вовсе покатывались от хохота. Сам же Цаплин грустно улыбался, глядя на наше веселье.

— Смешно вам? Да? А вот мне ни капли. Вот что мне стоило пойти не к таксисту, а в другую сторону? Я же фактически возле этой самой долбаной улицы и стоял! Сука.

— Сто метров за семьдесят ашанов, — ржа как конь, с трудом произнес Сенцов. — Ну ты, блин, и выдал! Ой, не могу!

— Пф. Смешно ему, — хмыкнул Цаплин. — У меня, можно сказать, горе приключилось, а они ржут аки кони. Ни капли в вас сострадания нет. А главное, я только тогда и понял его фразочки. Ну те, что он в самом начале сказал, когда я только садился в машину. Сидел такой, лыбился довольный и говорит: «Я смотрю, вы у нас впервые?», а я такой в ответ: «Да, впервые». А он мне: «Ну тогда вам у нас понравится». И лыбу давит довольную на всю свою наглую харю. Прикиньте? Вот же «шутник» нашелся.

— Ну ты не расстраивайся, — наигранно сочувствующим голосом произнес Вольнов, даже встав для этого и похлопав полковника по плечу, и уже явно не выдержав, сквозь смех добавил: — Зато город с хорошим гидом посмотрел. И главное, он же тебе ни разу не соврал. Он же тебе сразу сказал: «Здесь недалеко-о-о». Ха-ха-ха.

— Ага. Во всей его красоте и по льготному тарифу, — сквозь хохот дополнил Громов. — Ну, Семеныч, ну, выдал.

— Эх. Никто меня не понимает в моем горе, — тяжко вздохнул Цаплин, не удержался, улыбнулся и присоединился ко всеобщему веселью.

— М-да. Ну и рассказик, — вытирая слезы, произнес Сенцов. — Боюсь спрашивать об остальных твоих похождениях.

— Ага. Лучше не рассказывай, — хмыкнул Вольнов. — А то я физически не успею спасти отряд от верной гибели. Еще один такой рассказ, и мы просто сдохнем от хохота.

Но не успели они толком повеселиться, как завопила сирена, а на потолке засверкал красный маяк. Вот тебе и отдохнули. Впрочем, данные мысли не помешали мне вскочить с места и устремиться за остальными в коридор. Ну а дальше по привычной схеме. Лифт, крыша, вертолет и полет. Ну и еще инструктаж Пуговкина по рации, который не особо отличался от тех, что звучали раньше. Прибыть на место, десантироваться, занять периметр, ну и так далее и тому подобное. Все как и всегда. Остался только один вопрос. Это профессор постарался, или же аномалия сама по себе появилась?

## Глава 11

Стоя на обочине дороги, Пуговкин со скучающим видом наблюдал, как разворачивалось оцепление из редких бронированных фигур отряда прикрытия, как метрах в трехстах эвакуировали жителей небольшой деревни, принадлежащей клану «Рысей», как танки и БМП, утробно урча двигателями, проезжали мимо, дабы потом как можно быстрее занять огневые позиции. К сожалению, шансов уцелеть у деревеньки, расположенной всего в двух километрах от столицы, практически не было. Разве что разлом окажется стандартным, и его получится закрыть до того, как монстры прорвут оцепление. Впрочем, в подобное везение Пуговкин верил слабо.

— Эх, жалко поля, — тяжело вздохнул стоявший в тяжелой броне рядом с ним полковник Цаплин, с сожалением глядя на обработанную землю, раскинувшуюся перед ними.

— Это не наши проблемы, — равнодушно пожал плечами Пуговкин. — Земля клановая, так что им и восстанавливать.

— Если будет что восстанавливать, — хмыкнул Цаплин, пыхнув сигаретным дымом из открытого пока шлема. — Видел уже уточнения от научников?

— Ты о повышении уровня аномалии с третьей на четвертый уровень угрозы? — спокойно покосился в его сторону Пуговкин.

— Думаешь, справишься? — задумчиво произнес Цаплин. — Может, стоит все-таки вызвать еще один отряд?

— Уже вызвал, — лаконично ответил Пуговкин. — Минут через двадцать должны прибыть.

— Значит, вначале просто сдерживаем? — уточнил полковник.

— Нет, — покачал головой Пуговкин. — Мы справимся с «четверкой» и сами. Подкрепление вызвал на случай, если вдруг уровень угрозы вырастет до пятерки.

— Ясно, — в очередной раз вздохнул полковник, растерянным взором окинув местность. — После отпуска так непривычно.

— Это да, но ничего. Скоро опять привыкнешь. А вот я бы и сам от отпуска не отказался, — усмехнулся Пуговкин. — Как там твои? Слышал, Вику окончательно утвердили в оперативники?

— Эх, Вика, Вика, — покачал сокрушенно головой Цаплин. — Вечно она лезет куда не надо. И чего ей на гражданке не сиделось? Вечно у нее шило в заднице играет.

— Ну так, есть в кого, — с намеком покосился на него Пуговкин, улыбаясь.

— Ха-ха, — иронично изобразил смех Цаплин. — Очень смешно. Это же не твоя дочь решила пойти в контрразведку, а моя.

— Странно, что Лида ей не запретила, — отстраненно произнес Пуговкин. — Уж она-то лучше всех понимает, что такое работа оперативником. Как-никак, почти двадцать лет отдала конторе.

— Понимать понимает, а вот возражать не собирается, — поморщился Цаплин. — Да и характерец у моей малышки тот еще. И кстати говоря, не в меня, а в жену. Ты же помнишь, как сильно изменился характер моей Лидки, после того как ее из клана «Медведи» изгнали? — В ответ Пуговкин поморщился и кивнул головой. — Вот то-то и оно. Викусик как раз тогда еще в садик бегала. Ну а после Лидка удила закусила и поперла буром куда попало. Да так поперла, что ее в итоге пинком под зад из конторы на пенсию отправили. Сразу как смогли. Слишком многим она тогда поперек горла встала со своей принципиальностью. Ну а малышка наша, глядя на мать, тоже стала той еще упрямицей. Так что здесь ты неправ, — вздохнул полковник, сокрушенно покачав головой. — Малышка вся в мать пошла, к сожалению.

— Тоже мне, нашел «малышку», — хмыкнул Пуговкин. — Скоро эта «малышка» принесет в подоле тебе подарок, и станешь ты дедом. Сколько ей уже? Двадцать два?

— Двадцать три, — нахмурился Цаплин. — И типун тебе на язык. Только внуков мне сейчас и не хватало. Жена же тогда точно потребует уйти в отставку. Так что нет. Пусть пока полетает вольной птицей. К тому же на личном фронте у нее одни проблемы.

— Проблемы? — удивился Пуговкин. — У Вики, и проблемы? Насколько я помню, у нее уже как лет пять отбоя от ухажеров нет. Что ни говори, а выросла она у тебя красавицей.

— Ну так ей же не нравятся все эти ухажеры, — сокрушенно покачал головой Цаплин, выдохнув очередное облако дыма. — Как она выразилась, скучные они. Вот и ищет себе кого-то особенного.

— И как? Хоть раз нашла?

— В этом и проблема, — тяжело вздохнул полковник. — Перед тем как мы в отпуск поехали, она кого-то там нашла, кто ей по вкусу пришелся. Вот только контактов своих ему не оставила. Теперь вот ходит и ворчит на всех. Хотя кто ж ей доктор? Решила поиграть в загадочность, а в итоге пшик. Теперь вот ищет его.

— Ищет? Вика? — изумленно уставился на старого друга Пуговкин. — Вот это новость так новость.

— Да я как бы сам в шоке, — хмыкнул Цаплин.

— А как хоть того паренька звали?

— Ну если не соврал, то Дмитрий, — задумчиво пробормотал Цаплин. — Причем парень явно непростой. Далеко не простой.

— М? — вопросительно уставился на него Пуговкин.

— Да там все сложно, — уклончиво произнес Цаплин. — Они там компанией отдыхали, а после того как проводили Вику, пошли провожать других девчонок, а после устроили драку с местными подростками. И все бы ничего. Дело-то обычное. Вот только почему-то вместо обычных оперативников дракой занимались следаки из особистов. Все засекретили, и точка. Все, что я смог узнать, что один из парней оказался младшим сыном Воронцова, видимо вторым или третьим. Хотя, судя по тому, где они познакомились, то скорее третьим. Вроде как из-за этого все и засекретили.

— Того самого Воронцова? — еще больше удивился Пуговкин.

— Ага, — кивнул согласно полковник. — По возрасту как раз подходит, кстати говоря. Ему вроде как двадцать четыре недавно стукнуло, если не путаю чего.

— То есть твоя дочка заинтересовалась сыном Воронцова? — хмыкнул Пуговкин. — Во-о-о дела.

— Да нет. Не им, — с явным облегчением выдохнул Цаплин. — Слава богу, фотки его детей есть в свободном доступе, так что нет, не им, — и тут же задумчиво протянул: — Хотя-я-я… Слишком уж странно среагировала Вика на фото. И как-то совсем уж нерешительно указала на третьего сына. Подозрительно.

— А что ты хотел? Молодежь, она теперь такая — скрытная. Но если что, то ты же в курсе. У меня есть один «должничок» из особистов. Если так сильно приспичило, то я могу позвонить.

— Это ты сейчас на Стукова намекаешь? — хмыкнул Цаплин. — Тоже мне, нашел специалиста. Этот соврет, не моргнув и глазом.

— Тебе, может, и соврет, а мне вот вряд ли, — пожал плечами Пуговкин. — В общем, думай. Если что, обращайся.

— Буду иметь в виду, — кивнул полковник. — Хотя как по мне, эта проблема не стоит того, чтобы ей вообще заниматься и уж тем более беспокоить людей.

— Дело, конечно, твое, но мне тебе напомнить, кому в первую очередь в итоге позвонит Вика, если у нее ничего не выйдет? — насмешливо произнес Пуговкин.

— Ну пока что она твоей Дашке же не звонила, так ведь?

— Ты что, забыл? Дашка только через неделю вернется домой, — укоризненно покосился Пуговкин. — У нее же сейчас командировка. И что-то мне подсказывает, что первым делом по возращении она с твоей Викой встретится. Ну а дальше и сам знаешь.

— Ой, да ладно тебе, — отмахнулся Цаплин. — Тоже мне, проблему нашел. Да и не время все это обсуждать. Или ты забыл, где мы? У нас здесь вообще-то бой намечается.

— Бой никуда не денется, не в первый раз, — пожал плечами равнодушно Пуговкин. — А вот если вокруг нас опять закрутится очередной женский заговор, то будем мы потом с тобой крайними. Или тебе напомнить прошлый раз?

— Хм. Напомнит он мне, — хмыкнул Цаплин. — Вообще-то, он тогда начался из-за твоей Дашки.

— Не важно, из-за кого начался, — твердо произнес Пуговкин. — Важно, что в итоге мы с тобой оказались вдвоем против отряда баб из четырех штук. Все мозги нам тогда вые… кхм… проели.

— Ну что есть, то есть, — поморщился в ответ полковник. — Ладно. Все это лирика. Потом обсудим. Можем, если хочешь, на выходных свалить на рыбалку и там потрещим. Под водочку и без баб, а также монстров обсуждать куда правильнее, чем сейчас.

— Рыбалка, говоришь? — задумчиво пробормотал Пуговкин. — Идею поддерживаю. Заодно и Стукова туда же затащим. Если он че-то знает, то по-любому проболтается. Не напрямую, конечно, но нам и намеков хватит. Главное, напоить его капитально.

— Блин, Колян. Че-то ты этой темой больше меня заморочился, — с легким недоумением покосился на него Цаплин. — С чего это вдруг?

— Да хрен его знает, — пожал плечами Пуговкин. — Может, просто скучно стало? А то одни сплошные аномалии.

— В отпуск тебе надо. Как есть, в отпуск, — уверенно покачал головой Цаплин. — Ну да ничего. Природа, рыбка и водка любого взбодрят. К тому же на выходных начинаются отборочные на ЧМ. Я с собой телек захвачу, так что оттянемся по-настоящему.

— Хм. Соблазнительно рассказываешь. Я бы даже сказал, вкусно, — улыбнулся довольно Пуговкин. — Одно плохо. До выходных еще четыре дня.

— С нашей службой эти деньки вмиг пролетят, — подмигнул в ответ Цаплин.

— Слушай, — с подозрением оценивающе посмотрел Пуговкин на полковника. — Мне тут вот что в голову пришло. А не слишком ли ты озаботился именно этим пареньком? Чай, он не первый у твоей дочурки. Так откуда такой интерес?

— Заметил, глазастый? — нахмурился Цаплин. — Да как бы все остальные ей побоку. А здесь явно дело нечисто. Похоже, запал он моей малышке.

— Ну запал и запал. Ты здесь при чем? — удивился Пуговкин. — Не найдет, да и забудет со временем. Ну и если найдет, а он ей отказ влепит? Ты как бы и сам должен знать, как парни к этому вопросу относятся.

— Что думаешь, поматросил и бросил? — хмуро процедил полковник.

— Ну так дело молодое. Вполне может быть и так, — пожал плечами безразлично Пуговкин. — Или ты ему мстить собрался?

— Я? Мстить? Какому-то пацаненку? — изобразил почти искреннее изумление полковник, после чего злобно оскалился и добавил: — Если этот урод воспользовался моей малышкой и потом ее бросил, то мстить я не буду. Нет. Яйца оторву к ядрене фене, и дело с концом! Так что нет. Ты неправ.

— Ага. Вижу, — хмыкнул понятливо Пуговкин. — Мне уже даже слегка жаль паренька. Чувствую, если он не захочет жениться на Вике, то кое-кто ему «женилку» явно отрежет.

— Ты меня за садиста не держи, — театрально возмутился полковник. — Только яйца, и не более того. Я все же культурный человек.

— Ну-ну, — улыбаясь, покачал головой Пуговкин.

* * *

Кто молодец? Я молодец! Кто красавец? Да конечно же тоже я! Я, блин, гений, мать вашу! Сам себя не похвалишь, никто не похвалит, ходи и чувствуй себя как оплеванный. А все почему? Да потому, что Дима — умница, запустивший все нужные артефакты до того, как меня подвели к точке моей очередной тренировки с прокачкой. Скан, маскировка силы, концентрация, отвод взора и, наконец, двойник. Все работало отлично и, главное, скрытно.

Так почему же я красавец? Да все потому, что Вольнов, видимо по приказу Пуговкина, оказался тем еще затейником. Я-то думал, что в прошлый раз слишком увлекся и потому не заметил течения времени, но все оказалось совершенно не так. Как только Вольнов указал мне место примерно в ста метрах от аномалии, которая уже набирала мощность, он же наложил на меня специфическое заклинание. Довольно мощное, между прочим.

Принудительная концентрация на чем-то одном. По сути, можно сказать, это ментальная закладка. Под этим заклинанием подопытный, в данном случае я, сам того не понимая, концентрировал все свое внимание на одной задаче. Все остальное становилось не важным и происходило на периферии сознания. Более того, если бы не мои артефакты маскировки, концентрации и «двойника», то я и сейчас застыл бы на месте столбом, прилежно выполняя одну-единственную задачу, то есть прогонял свой источник, забив на все остальное.

Но и это еще не все. Здесь нужно осознать одну простую вещь. Не будь у меня хоть одного из трех артов, и мне все равно пришлось бы изображать статую. Ну и о поглощении убитых монстров можно было забыть. Потому как кроме ментальной закладки Вольнов еще и сканирующее заклинание на меня повесил. Оно должно было отслеживать все мои изменения. И да. Оно и сейчас прекрасно работало, и показывало что нужно. То, что мне нужно, а не Вольнову.

Все, что я сделал, так это создал два параллельных течения сознания и одно, которое было базовым, выделил на полный контроль нашему медику. Так что для Вольнова все выглядело вполне стандартно и обыденно. А вот вторым, уже основным собственным «я», я сейчас анализировал ситуацию. Монстры еще не появились, так что времени на подумать у меня было валом.

Первый вопрос, который меня сейчас волновал больше всего, это причина, по которой Вольнов решил мне столь специфично «помочь». С одной стороны, к его действиям не прикопаешься. Я для чего здесь? Для прогона. Его закладка в данном случае наиболее эффективно позволяла использовать прогон, ни на что не отвлекаясь. Казалось бы, и что такого? Ведь я должен, наоборот, радоваться. Так как мне, по сути, помогали становиться сильнее как можно быстрее. Вот только что-то мне подсказывало, что все не так просто. Подобная забота выглядела как минимум подозрительно. Впрочем, ответы на свои вопросы я получу в ближайшее время. Вариантов не так уж и много. Либо отряд Пуговкина применяет что-то такое из магии, что не хотелось бы показывать другим. Либо я действительно обычный параноик, и на самом деле мне просто-напросто хотят помочь. Как говорится, поглядим — увидим.

Второй не менее важный вопрос. Почему еще до того, как появились монстры, меня решили загнать фактически под землю? Да, именно так. В этот раз Вольнов, недолго думая, с помощью магии одним движением руки выкопал одиночный окоп в полный рост, приказал мне в него влезть, а после накрыл еще и уплотненным слоем спрессованной земли. Такое перекрытие не каждый снаряд сможет пробить. Более того, в этой самой земле он разместил некий конструкт из целого комплекса заклинаний. Если я правильно разобрался в деталях, то этот конструкт позволял отклонять в сторону все снаряды и бомбы, летящие в мой окоп. К чему такая забота? Хм. Странно все это.

Конечно же, можно и здесь найти объяснение, и не одно. Во-первых, таким образом я дольше смогу работать с разломом. Во-вторых, мне не страшен огненный вал, который обрушит наша арта и авиация в момент появления монстров. Ну и в-третьих. При всем желании я не смогу не туда влезть или попасть под атаку монстров. То есть одни плюсы? На первый взгляд, так и есть. Но все упиралось в один-единственный момент. Зачем все эти сложности? Что-то я не помнил, чтобы над теми, кого отправляли на прогон, так сильно тряслись. Я, конечно, уникум и гений, каких еще поискать нужно, но почему-то мне это казалось очень и очень подозрительным. Что-то здесь происходило не то.

В любом случае для моих планов задумка Пуговкина шла только в плюс. Я теперь мог, не сильно парясь, поглощать всех подряд убитых отрядом сильных монстров, да так, что никто при всем желании не сможет меня заподозрить в этом. Осталось решить, как мне, мать вашу, наблюдать за местностью⁈ Я же под землей! Нет. Я, конечно же, мог с помощью своих способностей сканировать местность и таким образом определять, где кто находится. Вот только в этом случае Вольнов сто процентов засечет скан. Вот же засада! И что делать? Хороший вопрос.

Ломал я себе мозг ровно до того момента, как начали рваться снаряды. К сожалению, осознание того факта, что мне они не навредят, помогало слабо. Ходящая ходуном земля, воющий звук летящих снарядов, множественные взрывы и тому подобное невольно заставляли мысленно покрываться холодным потом. К счастью, мое текущее сознание никоим образом не влияло на тело, а то я мог бы, как в ролике, опозориться. Это когда чувака, который чудом выжил, спросили: «Вы испугались?», а он в ответ искренне: «Нет. Я обосрался».

С огромным трудом собрав волю в кулак, я успокоил нервы. Итак, что мы имели? Двигаться я не мог. Доступа к дронам и другим системам видеонаблюдения за боем у меня нет. Точнее, есть, но он заблокирован. Да и если бы был разблокирован, то Вольнов это заметил бы. Хм. Стоп. А каким таким образом он сможет это засечь? Особенно если я создам параллельный запрос для ИИ брони? Хороший вопрос. Правильный. В конце концов, я что, зря изучал программирование и взлом различных систем? Пора применить свои знания на практике.

Связаться с ИИ таким образом, чтобы он сам не понял, как именно это произошло, оказалось той еще задачкой, но благодаря концентрации с этой проблемой я справился. Хорошо, что управление моей броней и связь с ИИ по большей части являлись мысленными. Все, что и нужно было сделать, так это составить запрос таким образом, чтобы ИИ как бы сам решил проверить ситуацию вокруг моей тушки на предмет опасности для жизни.

Конечно же, доступ к системам наблюдения ему не дали. Но главный ИИ, который подчинялся отряду поддержки полковника Цаплина, все же ответил на запрос уже моей брони. Мол, все в порядке. Опасности нет. А вот здесь я уже сам вмешался в протоколы обмена данными. Сначала формируя их таким образом, чтобы главный ИИ подробнее пояснил ситуацию, а после, пока он обменивался пакетами данных со мной, я смог пролезть в его базу данных и получил доступ к индикаторам брони других бойцов. Собственно, на этом проблема и закончилась. Дальше дело техники.

Создал дополнительный поток обмена данными, но замаскировал его под дублирующий запрос от одного из вертолетов, которые сейчас зависли над полем боя. Теперь у меня была картинка. Но это временно. Скоро меня засекут. Значит, формируем еще одно маленькое ответвление в трафике главного ИИ. По сути, я в его работу не лез, так как это могло плачевно закончиться, но вот получить доступ к обмену пакетами между главным ИИ и одним из бойцов, который отвечал за наблюдение за ситуацией на поле боя, оказалось не так уж и сложно. Геморройно, но несложно.

И вуаля! Я теперь все видел! Ура, товарищи! Мой план привел к полной победе. Вот только времени на его реализацию ушло слишком много. Честно говоря, я думал, что битва уже закончилась, и рассчитывал успеть поглотить хотя бы одного или двух монстров, но все оказалось не так. Битва была в самом разгаре! И это странно. Ведь я потратил на взлом и проникновение часа четыре, а разлом как стоял, так и стоит. Еще и монстры из него лезли непрерывным потоком. Так-с. Ну-ка, давай, Димка, работай и анализируй. Что здесь, черт побери, происходит?

Судя по тому, что я видел, точнее тому, что видел наблюдатель, ситуация явно нестандартная. Во-первых, потому что с разломом уже разбирался не только отряд Пуговкина, но и еще одна группа сильных магов. Судя по всему, еще один отряд быстрого реагирования. Во-вторых, техника. Несложно заметить сгоревшие остовы сбитых непонятно чем трех боевых вертушек, а также с десяток уничтоженных БТР с БМП и даже застывших на месте четыре подбитых танка. Ни хера себе у нас здесь заруба! Это что за разлом такой?

Переключив внимание на бой, я и вовсе охренел. Количество магии, монстров, стреляющих людей и техники просто зашкаливало. Вот один из монстров, очень сильно похожий на огромного носорога, только размерами с хорошую такую фуру, с разгону влетел в БТР. От удара машина подлетела на пару метров вверх и, завалившись на бок, задымилась. Через мгновение в этого носорога влетело охренительной мощности лезвие ветра в исполнении не кого-нибудь там, а самого Пуговкина! Лезвие, что своим краем подчистую срезало часть брони БТРа, не смогло даже поцарапать шкуру твари! Носорог просто отлетел в сторону метров на десять и все. Не. Было видно, что монстр ошеломлен и явно растерян, но при этом жив и фактически невредим! Капец какой-то.

Казалось, что носорог продолжит атаку и добьет тех, кто сейчас пытался отбежать подальше от подбитой техники, но не тут-то было. Возле твари, словно из воздуха, возникла фигура Громова с магическим мечом. Один удар, и голова твари покатилась по земле, а туша завалилась набок. Сам же Громов снова исчез, как и не было. Я же смотрел на труп монстра и мысленно облизывался. Даже дураку было понятно, что магической силы в нем выше крыши. А главное, сейчас на эту тушу никто не смотрел. К тому же находилась она всего в ста метрах от меня!

Плюнув на остальное, я просчитал дистанцию от меня до трупа. Ну а после применил очередной артефакт. Сейчас в этом бардаке его применение явно никто не заметит. «Удильщик» сработал идеально! Более того, мне каким-то образом удалось зацепить не только тушу твари, но и его башку! Вот это я понимаю, фарт. Ну-с. Приятного мне аппетита! Погнали.

Ух ты ж, вашу мать-перемать, да половником по затылку! Это не просто прорва энергии, это океан! Какой там, нахер, разлом⁈ Дайте мне десяток таких тушек, и я стану архимагом! Ну, не архимагом, конечно, это я слегка загнул, но до старшего мага двенадцатой ступени дотянуться вполне реально. Правда, не за десяток трупов, а за пару сотен, но все равно это в миллионы раз быстрее, чем от разлома и любой другой прокачки.

Но и это еще не все. Я получил магию тела! И это, я вам скажу, тот еще чит. По сути, я теперь мог укреплять свое тело таким образом, что меня танковый снаряд в упор не возьмет. Правда, длительность будет всего секунд пять, и это на всю мою возможную энергию, но все равно бомба. Особенно если развить и увеличить длительность. Хотя и здесь выявилась некая проблема. Поглощать тушу носорога я буду еще минут десять. М-да. Не хватало мне мощности. Явно не хватало. Зато профессор будет доволен, как и Оля. Их кристаллы я заполнил фактически за пару минут. Ох и непростые в этот раз монстры вылезли. Ох непростые. Ладно. Пока поглощал монстра, решил посмотреть, че там в бою творилось. А посмотреть было на что.

Бой продолжался. Вот только зрелище того, как в одного из гигантских монстров, похожего на варана размером с локомотив, врезались ракеты, снаряды, трассера крупнокалиберных пулеметов, а после отлетали в сторону как об стену горох — тот еще шок и явно видок не для слабонервных. А уж скорость этой шустрой на удивление твари и вовсе запредельная. Более того, эта тварюка умудрялась пулять магией не хуже заправского старшего мага. То огненный шар запустит в толпу вояк, которых в итоге спас щит, установленный Сенцовым, то как заправский дракон полыхнет концентрированной струей напалма прямо из пасти.

При этом тварь успешно уворачивалась от атак Громова и даже изредка попадала по нему своим огромным хвостом. От этих ударов Громов в большинстве случаев уклонялся, но один раз принял удар на блок, отчего бедную фигуру мага фактически как гвоздь в доску вбило в землю по самую макушку. Меня этот удар в мгновение ока превратил бы в хороший такой мясной фарш. А Громов выжил, выскочил из земли и продолжил попытки атаковать тварюку мечом.

Возникал вопрос. А почему с подобной тварью не сражался Пуговкин? Ответ очевиден. Он занят тварюкой посильнее. Внешне его противник походил на саблезубого тигра, разве что размером с внедорожник. Пуговкин сосредоточенно разменивался ударами магией и физическими атаками с тигром, но без какого-либо результата. Впрочем, и атаки тигра не могли пробить защиту командира. Они словно два хищника метались из стороны в сторону с огромной скоростью, то сближаясь, дабы нанести серию атак, то наоборот, отдаляясь друг от друга, дабы избежать атаки противника. Честно говоря, я и половины их приемов либо не смог заметить и различить, либо просто банально не знал, что такое вообще возможно.

Но все это лишь малая часть бардака, что творился вокруг. Деревня, лес, поля, дорога, да и вообще все, что только можно разрушить и уничтожить, было разрушено и уничтожено. По сути, в радиусе километра от аномалии все превратилось в полный кошмар наяву. Где-то выжженная земля, где-то небольшое озеро лавы, где-то самая настоящая арктическая зима, что заставила застыть в нелепых позах заледеневшие фигуры не успевших убежать монстров и солдат. И это я еще не упомянул самый натуральный торнадо, который возвышался до самых туч, но при этом вопреки всем законам природы лишь слегка двигался вперед и назад.

Живых монстров было очень и очень много. Более того. Из аномалии постоянно прибывали еще и еще. При этом над самой аномалией, на высоте в пару десятков метров раскинулось радужным сиянием защитное поле, явно поставленное кем-то из монстров. Именно об него разбивались снаряды нашей артиллерии и авиации. Ну а если один из вертолетов пытался зайти в атаку, то в его сторону тут же устремлялись чересчур «умные» сгустки энергии. Они словно по самонаведению преследовали летательные аппараты. Так что наученные горьким опытом, вертолетчики шустро уходили в сторону под защиту армейских магов.

Все это напоминало не простую стычку с монстрами, а самый настоящий бой равных, где твари словно обладали разумом и пониманием, что и как им делать. И я даже понял в итоге, в чем причина. Золдар. М-да. Вот кого-кого, а его я никак не ожидал увидеть. По-хорошему, с этой тварью должны разбираться старшие маги не ниже второй ступени, а еще лучше архимаги. Но что-то никого из них я не видел. Хотя возможно, кто-то из них уже прибыл и просто готовился к атаке на эту сильную и мощную тварь. Все может быть. Но пока что сам золдар в бой не вступал. Лишь держал оборону аномалии и защищал прущую орду тварей от атак дальнобойных орудий и авиации.

Золдар. Уникальный монстр. И хотя их уже полностью изучили вдоль и поперек, но удивлять они не переставали. Внешне это очень похожее на человека существо. Голова, две руки, две ноги, туловище вроде как у людей. Вот только все его тело покрывали сверкающие, как драгоценные черные камни, доспехи, похожие на рыцарские. И все это было частью его тела, а не чем-то надетым. Почему так? Ответ одновременно сложен и прост.

Золдар — это не просто монстр, рожденный в одном из миров, это бывший человек. Причем не простой человек, а весьма сильный маг. Обычно золдары создавались из магов шестого и выше рангов, но не выше десятого уровня старшего мага. И когда я говорю, что они «создавались», то это именно то, что имел в виду. Кто-то или что-то превращало людей-магов в подобную хрень. Вот только кто их создавал, никто так и не смог выяснить. Просто те маги, что пропадали в путешествиях по другим мирам, через сотни лет, а иногда и тысячи, возвращались в форме золдаров.

При этом разум у этих созданий был, но явно не человеческий. По одной из теорий научников, пропавших магов ловили некие разумные твари, а после промывали им разум, создавая из них идеальных бойцов своей армии. А вот по другой теории, маги попадали в некую аномалию, которая ломала их сущность и разум, тем самым трансформируя их в некий новый вид. В любом случае кто из научников прав в своей теории, узнать так и не получилось. Ну или точнее, так утверждали архимаги. Все же кроме них никто так и не смог поймать живым хоть одного золдара. Слишком мощные твари.

На этом сильные стороны этой сущности не заканчивались. Мало им силы магии и мощи практически непробиваемого тела, так еще и все монстры, что встречались на пути, становились их послушными слугами. То есть, по сути, сейчас сражались не обычные твари, а подчиненные этого самого золдара. И да. Ответа на вопрос, каким именно образом золдары умудрялись подчинять себе тварей, у научников тоже нет. Есть только ответ на вопрос, а как они ими управляли? Ответ прост. С помощью мощной магии крови, совмещенной с ментальной магией. Другими словами, золдар неведомым способом установил на всех монстров свою кровавую печать подчинения. М-да. Жесть.

Во всей этой сюрреалистичной картине меня больше всего волновало два факта. Первый, это местонахождение моей бренной тушки. Ведь я находился всего в ста двадцати метрах от золдара, хотя и под землей. А второй, это страдающий жаждой и дико верещащий внутри меня хомяк. Только подумать! Если я каким-то чудом выживу, и этого монстра кто-то уничтожит недалеко от меня, то я могу его поглотить!!! Ух-х-х. Аж дух захватывало. Да. Я понимал, что это дурость, раскрывать свой роток на такой росток, но ведь… Это же такая силища!!! Да я с ходу стану старшим магом! А уж о полученных способностях и вовсе можно промолчать. Стоил ли риск подобной силы? Да какие сомнения, мать вашу? Конечно стоил! Нужно лишь придумать, как все провернуть таким образом, чтобы никто меня не заподозрил. Задача сложная, и можно сказать, нереальная, но здесь как в покере: или пан, или пропал.

Конечно, все может оказаться намного проще. Мою бедную тушку заметят монстры и на этом все. Точка. Гейм овер. Но зачем беспокоиться об этом? Если сдохну, то так и будет. Чего, спрашивается, переживать о том, чего не можешь изменить? Если сейчас я только попробую пошевелиться, то сразу стану не теоретическим трупом, а самым настоящим фактическим. Потому сидим тихо и улыбаемся. Улыбаемся мысленно с предвкушением, а также мысленно дружелюбно машем ручкой. Улыбаемся и машем, товарищи, улыбаемся и машем.

## Глава 12

Старший маг первого ранга Касым-Жомарт Гемелевич Сулимов, словно крейсер, разрезающий волны, шел к своей цели, мимоходом отбрасывая в стороны трупы убитых им монстров. Они не представляли для него никакой угрозы. Это для его учеников, что сражались чуть поодаль, явившиеся твари были опасны, но не для него. Хотя Сулимов и не дотягивал по силе до архимагов, но вот по боевой мощи и огромному опыту превосходил добрую половину совета архимагов.

Впрочем, это не мешало ему с довольной мысленной улыбкой отметить возросший потенциал учеников и немного опечалиться слабому прогрессу своих бывших соратников. Если Пуговкин, Громов и Полякова как истинные лучшие ученики Сулимова наглядно демонстрировали явный рост своих сил, то другие не очень. Его бывшие соратники — старший маг третьего ранга Курузен, старший маг третьего ранга Ганзо и бывшая любовница Сулимова старший маг четвертого ранга Нуе Акумара — мать его первого сына Шицу, который сейчас тоже был здесь, совсем не радовали одного из сильнейших боевых магов континента. Слишком слабые. Слишком расслабленные. Печально, но факт. Его бывшие друзья и соратники топтались на одном месте.

Но эти мысли ушли на второй план, как только Сулимов перевел взор на своего главного противника. Один из золдаров. Причем не абы какой из них, а возможно, сильнейший. И уж кто-кто, а Сулимов прекрасно понимал силу стоящего перед ним. Ведь это был не кто-то там из неизвестных золдаров, а сам Джеймс Садара. Бывший старший маг первой ступени, а также бывший учитель Сулимова. Опытный и сильный противник. Да и умом с хитростью учитель Сулимова обделен не был.

Это для большинства жителей планеты и особенно для магов ниже старших золдары обозначались как некие злобные итоги экспериментов неведомых сил. Вот только правда разительно отличалась от прописанных для посторонних истин. Золдары — это действительно бывшие люди, но вот эксперимент над ними проводил не кто-то неизвестный, а они сами. Все ради того, чтобы стать еще сильнее. Не важно, какой ценой. Не важно, какими методами. Важен только результат. Все ради достижения своих неведомых целей. Хотя почему неведомых?

Сулимов как раз был одним из тех, кто знал реальную цель золдаров. Как странно это ни звучит, но золдары хотели прекратить войны. И не только в одном мире, а везде. Правда, их методы достижения своей цели были очень кровавыми и абсолютно извращенными. Что, впрочем, не мешало им следовать своему пути. Как может привести к миру уничтожение всех разумных на спорной планете Азрил, та еще загадка. Хотя для себя они все поясняли четко и прямолинейно. Если не будет никого на планете Азрил, то и воевать за нее никто не будет. А чтобы другим неповадно было, то их всегда можно приструнить силой.

Впрочем, Сулимову это было не важно. Он считал, что все эти придуманные дебильные цели — лишь оправдание для вседозволенности. Ведь над золдарами не было никакого начальства. Не было долга перед жителями. Золдары творили что хотели, и никто не смел им перечить. Кроме тех, кто сможет их убить. Но таких было не так уж и много. Все же золдары не просто так уходили в неведомые земли и проводили запретные эксперименты над собой, меняя не только свое тело, но и разум.

Сулимов наконец почти достиг стоявшего все это время на одном и том же месте золдара. Остановившись и окинув взором окружающий пейзаж, маг уловил задорную мысль. Ведь он тоже по своей сути не сильно далеко ушел от золдаров. Сулимов обожал сражения с как можно большим риском для жизни, такие, чтобы на кону стояла жизнь. И это возбуждало мага. Сильно возбуждало.

«Ох, что-то настроение больно хорошее. Это к битве. К битве чудовищных разрушительных масштабов, затяжной, тяжелой и смертельно опасной битве».

Сулимов подошел вплотную к Садаре и широко улыбнулся. Да, дело определенно к битве.

Наверное, Садара хотел что-то сказать. Возможно, он ожидал, что Сулимов заговорит первым. Им было о чем поболтать. Но Сулимов не стал тянуть.

Не выходя из «Усиления тела» и не деактивируя «Узор силы», Сулимов смазался, переходя на высочайший уровень скорости, и со всей силы врезал Садаре кулаком в лицо! Золдар не успел выставить блок и был отправлен в полет, но старший маг первого ранга не ограничился одним ударом…

Он догнал летящее тело и врезал еще раз, подбрасывая бывшего учителя! Еще удар, и Садара начал падать. Удар справа отправил тело влево, но там поджидал следующий удар, отбрасывающий в другую сторону. Сулимов на сумасшедшей скорости передвигался и атаковал, бросая тело Садары по полю, на котором только что крушил призванных монстров из аномалии. Он бил ногами, кулаками, коленями и локтями. Без передышки и без пощады. Он вкладывался в каждый удар так, что звуки от его попаданий доносились даже до ушей его бывших учеников, следящих за боем.

«Учитель атакует так? — ошеломленно подумала Полякова, пытаясь уследить за молниеносным магом. — Но это… Он хочет закончить бой быстро? Сулимов⁈ Нет, этого не может быть. Должно быть объяснение. Он…»

Что-то будто щелкнуло в голове, и ошеломляющая мысль вспыхнула в мозгу Лены.

— О! Он на пределе! — воскликнула Лена, чуть ли не подпрыгнув на месте от беспокойства.

— Хочешь сказать, Сулимов считает, что не успеет победить? — недоверчиво уточнил Громов, стоявший рядом с ней. После того как начался бой между двумя Великими монстрами магии, все остальные сражения фактически закончились. — Но это же значит…

— Садаре нужно лишь затянуть бой, так? И тогда учитель ослабнет. Он проиграет!

— И все-таки, вы тупые как пробки, — криво усмехнулся Пуговкин, не отводя взгляда от битвы. — Сулимов ни о чем не волнуется и ни за что не переживает. Он просто сражается. Бьет изо всех сил.

— Но он так раньше никогда не делал! — заявила Лена.

— Раньше ему не противостоял бывший учитель, — поморщился в ответ Пуговкин. Уж он-то прекрасно понимал, к чему идет дело.

* * *

Чуть в стороне Нуе, напрягая свои сенсорные способности и зрение, коротко выдохнула:

— Черт, он так ничего не добьется.

И она была права, Сулимов атаковал своего противника в немыслимой по силе и скорости комбинации, но никакой пользы от этого не получал. Да, он владел инициативой, и это было преимуществом, но урона противнику не наносил.

Садара летал под ударами Старшего мага в разные стороны под разными углами, но всегда успевал подставить под атаку блок. Рука, нога, укрепленная «Магией Силы» часть спины. А также потоки магии, плотно сформированные максимально близко к телу и поглощавшие бо́льшую часть разрушительной силы ударов.

Да, это было очень непросто, в «Усилении тела» Сулимов оказался настоящим мастером, но Садара уже не раз и не два сражался с пользователем такого уровня усилений, и он знал силу своего бывшего ученика. Он использовал все свои возможности для защиты, как использовал все свои силы Сулимов для атаки. Мозг Садары, многократно усиленный магией и разогнанный до предела, просчитывал атаки, тренированное тело отвечало блоком, а могучие потоки магии помогали во всем этом.

«Что же, приветствие затянулось», — подумал Садара, ставя последний блок.

Сулимов в очередной раз ударил, но теперь ладонь Садары, блокировавшая колено противника, была напряжена сильнее обычного. Преодолеть сопротивление возможно, но пришлось замедлиться и сбиться с ритма на долю секунды.

Садара поймал это мгновение, когда Старший маг ослабил напор, и тут же использовал «Узор силы» сверха и свою личную физическую силу.

— Божественная Тяга! — громыхнул он, запуская Старшего мага в полет на огромной скорости.

Маги, наблюдавшие за чудовищной атакой Садары, шумно выдохнули. Садара отбросил своего противника и при этом не получил повреждений! После такого града ударов!

Золдар демонстративно отряхнул пыль с плеча и посмотрел на отброшенного Сулимова.

Тот уже поднялся и теперь встал в низкую стойку, явно намереваясь сократить дистанцию. Потоки магии заряжены и полны, ученики оказались неправы, он все еще готов сражаться в затяжных поединках. Стойка крепка, его опыт и навыки велики и не поддаются критике.

А разноцветные глаза сверкали под стать радостной улыбке. Этот бой прекрасен!

— Пха-ха-ха-ха-ха! — расхохотался Садара, запрокинув голову. — О боги, чудесный день! Какой же чудесный день!

— Потанцуем, учитель? — усмехнулся в ответ Сулимов, небрежно сплевывая сгусток крови вместе с одним выбитым зубом.

— С радостью, — Садара сделал шаг навстречу. — Я могу очень долго с тобой танцевать.

Сулимов кивнул, мазнув взглядом за спину золдара, и тут же смазался, сократив дистанцию. Садара ответил на удар жестким блоком, пнул ногой противника по голени и подпрыгнул, пропуская под собой бешено разогнавшегося молодого парня размером с матерого медведя!

Да, личные помощники Сулимова и по совместительству текущие его ученики, помогавшие ему в бою с монстрами, никуда не делись и не участвовали в первой атаке лишь потому, что просто не могли ничем ее улучшить. Но теперь ученики старшего мага вступили в бой, бесстрашно бросившись на золдара.

«Малыш» Геро разогнался, вовсю используя свои силы сверха по поглощению ничейной магии, разлитой по полю боя, и направил всю свою мощь на черную фигуру в псевдодоспехах, неосторожно повернувшуюся к нему спиной. Масса, скорость и потоки магии Геро создали атаку, которой легко можно было разрушить любой небоскреб или мощную фортификацию, и он даже на миг забеспокоился о Сулимове, которому тоже достанется, после того как уже фактически старший маг второго ранга Геро снесет старого золдара.

Но Садара почувствовал его и, отбив очередную атаку Сулимова, хлопнул себя по спине, активируя узор магического кармана.

Артефакт в форме веера удобно упал в руку в то же мгновение, а мгновением позже принял в себя магию, напитываясь силой. Геро на полной скорости впечатался в веер, удерживаемый одной рукой и прикрывающий спину хозяина…

Простая, но сокрушительная магия Стихии Ветра, заключенная в артефакте Садары, отбросила Геро, как пушинку, а сила магии гравитации продлила и ускорила его полет.

— Дешевые трюки, — презрительно бросил Садара, закрывшись веером уже от кулака Сулимова.

Магический узор в глазах Сулимова вспыхнул ярче, и вокруг них стали возводиться сотни Земляных Стен.

Созданный лабиринт был опасен сам по себе, хотя некоторые стены были обычными и довольно хрупкими, но некоторые обладали великой прочностью, а третьи могли взрываться или даже высасывать из противника магию, тут же запечатывая ее в кристаллы. К счастью, последних было немного, ибо потоки магии Сулимова ими тоже охотно поглощались. Но лабиринт не был атакой, он был лишь ее прикрытием.

Стоя в центре мгновенно возведенной ловушки из простейшей магии земли, Садара отбивался от наседавшего в ближнем бою Сулимова. Старший маг двигался с сумасшедшей скоростью и атаковал подобающе. И золдар видел, Касым улучшил свои навыки, став просто-напросто чудовищем ближнего боя. Но и Садара был мастером, в подметки которому не годилась даже половина архимагов. Он отвечал на грубую силу улучшениями тела и гравитацией своей силы сверха, а скорость компенсировал идеальной точностью, даруемой ускорением сознания.

Но вот старший маг сделал подсечку, заставляя Садару использовать улучшенный боевой прием ухода от подобной атаки с мгновенным подскоком вверх, и тут же сложил узоры магии техники ветра с почти аналогичной магией врага.

«Магия Ветра: Порыв!» — мысленно отдал он приказ на активацию узора.

Мощная воздушная волна подхватила тело золдара и бросила его на одну из Стен. Раскрошившись, препятствие гулко взорвалось, отбрасывая противника еще дальше. Садара прикрыл лицо от обломков и пыли руками, сканируя сознанием в пределах видимости.

Но атака пришла сзади, и это притом, что Сулимов совершенно точно находился спереди.

Массивное тело Прохора, еще одного из текущих учеников старшего мага, на огромной скорости встретилось с телом Садары, когда тот этого не ожидал, и отбросило его, будто снаряд из пушки. На половине пути полета Садару уже встречал второй ученик.

— Вы мешаете, — объявил вдруг Садара, изворачиваясь в полете.

Из его ладони бесшумно выскользнул черный штырь с острым концом. Сара Хонор, третья ученица Сулимова, прыгнувшая на перехват, не успела среагировать на молниеносный выпад… Садара проткнул ее, тут же почувствовав контроль над телом ученицы, и мгновенно отбросил тяжело раненое тело Сары почти на двести метров в сторону, тем самым навсегда выключая ее из боя. К ней тут же подскочил Вольнов. Вот только спасти девушку после такого удара будет непросто даже для него.

— Твои уловки — ничто по сравнению с великой силой золдаров! — воскликнул Садара, все еще находясь в воздухе и сложив новый магический узор. — Магия огня: Величайшее Огненное Уничтожение!

Ревущее пламя, вырвавшееся из его рта, было абсолютно красным. Подобной техники Сулимов не видел ни разу, но сразу понял, это — личное изобретение величайшего золдара всех времен и истинного мастера огненной магии. По мощности этот узор можно было сравнить с артефактом архимага Пахве де Конти, но накрываемая магией площадь была несравнимо больше узконаправленного удара второго по силе архимага.

— Прохор, Геро — ко мне! Остальным — отход! — скомандовал Сулимов, перекрикивая рев пламени.

Самый быстрый из его учеников Геро и самый экономный Прохор подскочили к своему учителю, не тратя время на оглядывание на своих текущих спутников, еще трех его учеников, один за другим быстро убегавших куда подальше с поля боя. Сулимов сосредоточенно формировал узоры, не смущаясь чудовищной волны огня, идущей на него.

* * *

«Мы бы не смогли ее остановить… — ошарашенно подумала Нуе, даже со своего наблюдательного места чувствуя жар техники Садары. — Ни за что. Он уничтожил бы все наши силы одним ударом магии!»

* * *

Но Сулимов не был магом из Сил сдерживания империи, а потому у него был шанс. Он потянулся к своему тайному источнику силы, тоже напряженному и готовому к активному участию в битве. Осибу ответил с радостью. Запертая внутри тела и души сильнейшая тварь запретных земель уже давно стала другом и помощником старшего мага. Но кроме этого она еще и являлась одной из самых страшных тайн практически сильнейшего бойца континента.

«Магия льда: Величественный Ледник!» — мысленно отдал старт узорам Сулимов.

Вода сформировалась прямо у его ног и бросилась вперед на ревущее пламя, на ходу замерзая и становясь гигантским цельным куском льда. Огонь разбился о лед, пожирая его, но даже силы техники Садары не хватило, чтобы пересилить лед Сулимова, старший маг за секунду создал целую ледяную гору!

— Неплохо, Сулимов, — донеслось до ушей перерожденного с другой стороны айсберга. — Очень неплохо…

Лед треснул разом, будто сам Сулимов приказал ему рассыпаться, но старший маг совершенно точно знал, что он этого не делал. А вот Садара совершенно точно знал, что сил и магии, которые он приложил при использовании своей силы сверха, дарующей контроль над самой гравитацией, хватило бы, чтобы разрушить даже столицу империи!

С треском и грохотом техника Сулимова сломалась, открывая его взору сверкавшие узором глаза Садары и его самого, быстро прыгающего с одного куска льда на другой.

— Поехали, — оскалился Сулимов, оборачиваясь синим покровом магии и отращивая сразу два щупальца из магии.

Руки на спины Прохора и Геро, скорость на пределе усиления тела без активации магии Перенаправления. Прыжок! Садара извернулся в воздухе, веером отбивая основную атаку, а ногами отбрасывая от себя учеников. Свободная рука активировала узор, последний из собираемой до этого комбинации, и в грудь Сулимова тут же ударила мощная одиночная молния!

Одно щупальце старшего мага прикрыло грудь, принимая весь урон на себя и оплавляясь под разрушительным действием магии противника. Второе зацепилось за отросшие, словно у ежа, иголки Прохора, превратившиеся в шипы, давая свободу рукам и ногам. Сулимов атаковал ногами, заставляя Садару тратить время и изворачиваться в воздухе, и его руки напряглись перед использованием нового узора…

«Курсанагара!» — мысленно выдохнул Сулимов, обрушивая на Садару сразу сотню огненных ударов, вызванных трением его рук о воздух.

Потоки магии золдара взревели, воздвигая защиту из иллюзорных магических ребер. Садара зарычал и вновь сложил узоры, используя магию огня. Укрывавшие его от Курсанагары ребра срезонировали магией с его узором, усиливая его в несколько раз.

Сулимов оскалился. Новый козырь врага на столе, Садара использовал Призрачный доспех магии тьмы.

— Магия Огня: Великий Огненный Шар!

Наскоро собранный поток пламени врезался в Геро, оплавляя лед вокруг ученика и превращая его в воду. Сулимов тут же воспользовался этим, переместив ученика как можно дальше с поля боя, и еще раз мысленно поблагодарил дурную привычку учителя выкрикивать свои магические приемы до того как их применить. Сулимов понимал, что бывший учитель не просто так от нечего делать выкрикивал названия узоров. Это одна из его любимых тактик. Противник привыкал к подобной «глупости» и потом, сам того не замечая, начинал верить заранее этим выкрикам, что приводило к законному финалу. Смерти.

Ведь в самый критический момент Садара обожал выкрикнуть название одного приема, а применить совершенно другой. Вот только Сулимов считал подобную тактику излишней и глупой. Особенно если противник знаком с подобной хитростью. Однако, судя по всему, эта привычка уж слишком сильно въелась в разум учителя. За что и можно иногда мысленно его поблагодарить. Например, как сейчас. Сам же Сулимов, не отвлекаясь, сложил узор в технике магии воды и мысленно активировал его.

«Магия воды: Водяные Пули!»

Узор получился не очень сильным, но главное — неожиданным. Садара не успел выставить против водяных снарядов достойной защиты, кроме уже активных ребер Призрачного доспеха. И ребра выдержали. Но это было не важно, так как Пули отвлекли внимание, и Прохор успел разогнаться достаточно, чтобы вновь атаковать золдара со спины.

Призрачного доспеха он не пробил, но бросил врага прямо на старшего мага. А Сулимов, широко улыбаясь, активировал магию Направления, посылая всю мощь своего тела в сильнейший удар, на который был способен. Похожий удар в прошлом убил одного из золдаров на месте.

— Магия Природы! — Садара, защищенный Призрачным доспехом, тоже усмехнулся. — Могучий Древесный Щит!

Сулимов выбросил руку вперед, но не успел на мгновение, Садару прикрыла деревянная защита. Сила атаки Сулимова была больше, чем мог бы выдержать щит, но ему и не нужно было держать удар, свою задачу он выполнил, даровав Садаре мгновения, за которые тот успел уйти с линии атаки.

Давя весом и магией, оба противника наконец приземлились на землю. Камень под ногами пошел трещинами, но они даже не обратили на это внимания, безумно улыбаясь друг другу и просчитывая в уме свои действия.

— У меня заканчивается запас магии, учитель, — буркнул Прохор сбоку. — Но мне бы не хотелось оставлять вас с ним одного.

— Я не один, — не сводя глаз с Садары, Сулимов ткнул себя пальцем в грудь. — Осибу поможет мне. Уходи к остальным. Мне как раз нужны природные потоки магии в большом объеме. А ты мне сейчас мешаешь вовсю запустить магический насос.

— Я надеюсь… — Прохор осекся, вздохнул и кивнул своему учителю. — Я верю, что вы выживете. Удачи, учитель.

— Обязательно.

Быстро разогнавшись на всю оставшуюся магию, Прохор словно молния исчез с поля боя.

И противники остались наедине.

— Нет, ну правда, — Садара беззвучно засмеялся, абсолютно довольный. — Это первый раз, когда мы сражаемся на равных. Черт, да я даже рад, что не смог прикончить тебя все разы до этого!

— Мы сражались трижды, — Сулимов показал противнику три пальца. — Первый бой был за мастера Усаги. И тогда я проиграл. Второй бой… я выиграл, а ты «умер» и ушел в подполье. Третий бой… — Сулимов глубоко вздохнул, вспоминая. — Тогда ты убил двух прекрасных девушек из клана «Медведи» и заставил весь клан стать изгоями.

— Я победил в тот раз, — кивнул Садара. — Ну а в этот… думаю, я убью тебя. Как бы весело с тобой ни было.

— А я так не думаю.

Сулимов разом сбросил с себя магию Осибы, давая монстру внутри перевести дух, и тут же с глубоким вдохом вобрал в себя столько природной магии, сколько смог. Шагнул вперед… и тут же оказался рядом с Садарой!

Золдар успел выставить блок, но все равно отшатнулся и отступил на три шага, столь мощным был кулак Сулимова. Старший маг подпрыгнул, переворачиваясь в воздухе и готовя удар ногой, но Садара припал к земле, заставляя противника растянуться в прыжке, и активировал Призрачный доспех. Вынырнувшая из-под земли темно-синяя костяная рука, что силой своего удара была способна превратить танк в бесполезный кусок сплющенного металла, отправила Сулимова в полет.

Перегруппировавшись, Сулимов сложил узоры, посылая в оставшегося на земле врага магию молнии. Но Садара вытянул руку вперед, и заряженные электрические копья развеялись прямо перед ним, путь его силы сверха мог поглотить и не такую атаку.

Но Сулимов не останавливался, сыпя дальнобойными узорами в полете сам и активируя через Узор силы Величайший Контроль Земли, который то и дело посылал в золдара Земляных Драконов. Призрачный доспех Садары вырос по пояс, обзавелся мечами и теперь нещадно рубил узоры старшего мага, пока сам золдар посылал в небо техники, одну за другой.

Но такой обмен не мог длиться вечно, а потому, как только Сулимов приземлился, он покрыл тело силой Осибу, активировал сразу три щупальца и объединил их с силой магии Направления и природной силой, и тут же оказался рядом с Призрачным доспехом. Один чудовищный удар, и потоки магии синего исполина лопнули, теряя целостность. Садара успел среагировать, когда Сулимов, полыхая синим, пронесся у него за спиной и атаковал справа. Золдар выставил в том направлении руку и призвал силу сверха.

Гравитация отрезала обладателя уникального узора от всего мира непробиваемой защитой и отбросила старшего мага на сотню метров назад.

* * *

— Стой, Бодо! — вскрикнула Дарья, заметив, как один из золдаров, верных слуг великого Задара, до этого пристально следящий за битвой под пологом магической маскировки, бросился вперед.

Но Бодо не послушал и на максимальной скорости пронесся за спину великому мастеру боя Сулимову, занося кулак над его головой. Он просто пылал магией и мотивацией и увидел достаточно, чтобы желать битвы с этим величайшим воином в мире! По его субъективному мнению.

Сулимов, не глядя, махнул за спину правой рукой, активировав магию Направления. Золдар успел выставить свою непробиваемую защиту, но слишком рано ее снял, и сила удара по нему не прошла, но вот воздушная волна, вызванная ею, просто-напросто смела Бодо куда подальше.

Сулимов поправил солнцезащитные очки и протянул руки вперед. Магическая сфера силы Осибы начала формироваться на кончиках его пальцев.

— Пф! — прокомментировал Садара, глядя на это.

Взвизгнув, спрессованная под чудовищным давлением смешанных потоков магии Сулимова и Осибу черная точка, по мощи мало уступающая частичке черной дыры, вылетела в Садару на сумасшедшей скорости!

Садара с ленцой выставил руку вперед, чувствуя, как поглощаются потоки магии из сферы Осибы.

Сулимов тут же оказался рядом, пользуясь тем, что у противника занята одна из рук, и резко нанес удар, вспыхнув синим. Его скорость вновь вышла на новый уровень, но Садаре повезло, он успел выставить щит из гравитации.

А потом Сулимов ударил по-настоящему.

Применив магию Направления на Скорость, Сулимов обманул золдара, заставив его активировать защиту гравитацией. Садара попался и потратил свой абсолютный щит. И теперь, когда молниеносная, но относительно слабая атака была остановлена, Сулимов мог, не боясь, ударить в полную силу.

И он врезал, чувствуя, как под кулаком сформировалась и рассыпалась защита Призрачного доспеха, создаваемого с максимальной скоростью. Потом он выдохнул, переместился врагу за спину и врезал снова. Да, Садара успел выставить защиту Призрачного доспеха и даже не стал мелочиться, сразу попытавшись создать его финальную версию. Но Сулимов ударил со всей доступной ему силой, и этот удар прошел, пусть и частично, поразив запасы магии Великого золдара, сжигаемые в попытке Призрачного доспеха защитить хозяина от мгновенной смерти, и слегка задев самого Сулимова ударной волной.

Золдар будто бы оказался в нокауте. Он успевал подставить под очередной удар ребра Призрачного доспеха или выставить обычный блок. Постоянно применял гравитационную защиту, но полностью ушел в оборону. Он не мог ударить в ответ. И пусть эта атака была похожа на ту, которой Сулимов его поприветствовал, она отличалась. Пусть медленно, но Сулимов верно пробивал оборону противника.

— Я не могу проиграть! — воскликнул Садара, в очередной раз отбрасывая Сулимова и сложив печати. — Величественный Лес!

Один из самых разрушительных узоров природной магии взрыхлил землю, яростно направляясь в сторону старшего мага и грозя раздавить и расплющить маленького человечка. Эти деревья не только были практически неразрушимы, так как состояли из смешанной магии земли и воды, но еще и высасывали магию из противника. Если удастся продержать Сулимова в лесу хотя бы пару-тройку минут, его ждал смертный приговор.

— Может, ты и не можешь проиграть, — усмехнулся Сулимов, глядя на разрушительную технику, несущуюся на него. — Но я уж точно могу победить.

Он распаковал свой артефактный меч из магического кармана, напитал его магией и покрыл коркой льда.

## Глава 13

Дарья никогда не никому не верила. Это было у нее в крови. Вера, как она считала, это удел слабых. Сильные не верят, они создают то, что хотят. Поэтому, когда у нее появился выбор — или стать сильнее, но рискнуть всем, что есть, или остаться обычным старшим магом десятой ступени, — она не колебалась даже мгновения.

Ей было плевать на возможные риски. Плевать на то, что она в итоге станет самым настоящим монстром, как мыслями, так и внешним видом. Главное, что она снова станет сильнее. Причем не просто сильнее, а во много раз сильнее. Ее пьянили и возбуждали новые возможности. Вначале она даже думала, что встала на одну ступень с архимагами, но увы. Реальность слишком сурова в отношении таких мечтателей. Что ей в свое время наглядно продемонстрировал Садара.

Он стал для нее новым вектором жизни. Тем, кто являлся не просто учителем и иногда любовником, но и самым уважаемым ею существом во всем мире. Вот только Дарье этого было мало. Она хотела стать еще сильнее. Хотела победить архимага и с особым цинизмом сровнять его с землей, заставив осознать, кто она, и кто он. Стать той, кто будет выше любого из обычных людей. Пока это были лишь мечты, но она была уверена в реальности их воплощения. Главное, следовать за Садарой, а тот уж точно доведет ее до совершенства.

Правда, именно сейчас, когда они в очередной раз проникли на Азрил, она уже была не столь уверена. Слишком сильным оказался старший маг Сулимов. И ведь это даже не архимаг и уж тем более не сам легендарный Тесла. Дарья, конечно же, понимала, что по своей боевой мощи и опыту Сулимов уже давно стоял на одной ступеньке с тем же третьим по силе архимагом Вильгеймом Окоямой. Но одно дело — понимать, а совсем другое — видеть, насколько тяжело давался бой ее учителю Садаре с таким противником.

Сейчас, когда она с остальными слугами/помощниками/последователями стояла под максимальным уровнем маскировки не так далеко от поля боя, ее мысли метались из одной крайности в другую. С одной стороны, ей хотелось побыстрее покинуть эту мерзкую планету с ее продажными государствами и грязью в виде людей, но с другой, ей нравилось наблюдать за сражением сильнейших магов. И если бы не нарушивший приказ ее господина один из золдаров Бодо, то можно было бы и дальше расслабленно наблюдать с безопасной точки. Вот только теперь местные маги настороже и явно начали искать место, откуда так неожиданно явился Бодо.

Впрочем, удивляться его поведению не приходилось. Ведь в этом и есть вся суть золдаров. У них нет правительства и государств. Они сами по себе. В их мире правит тот, кто сильнее. Как и должно быть по мнению Садары, да и Дарьи тоже. Государство — это лишь способ для слабых стать выше сильнейших и помыкать ими, ссылаясь на какие-то там законы и правила. Гнилые условности для гнилого общества.

От размышлений на эту тему Дарью отвлек начавшийся за ее спиной диалог. Наконец-то главный аналитик и стратег их отряда ожил и разродился порцией умозаключений. Собственно, одна из причин их скрытного здесь нахождения — это анализ ситуации Гуном. Именно он должен был отметить все нюансы ситуации и, если что, отдать приказ на их вмешательство в бой. Ну или вмешательство второго сильнейшего в их отряде, младшего брата Садары и, по совместительству, ее текущего любовника Генри. Так что лучше послушать, о чем они рассуждали.

— О наконец-то! — воскликнул Гун, увидев, как сверкает Сулимов, пробиваясь через Величественный Лес Садары. — Все карты на столе. Теперь старший маг может опираться лишь на свои навыки, сильнее он уже не станет.

— Этого недостаточно, по-твоему⁈ — взорвался Озоро, которому Дарья поручила присматривать за их главным аналитиком. — Он! Теснит! САДАРУ! Ты вообще понимаешь, что это значит⁈ Да он даже чудовищный Призрачный доспех снес за секунду!

— Ну и что? — Гун усмехнулся, поигрывая сразу двумя небольшими шарами в своей правой руке. — У Садары еще полно фишек в рукаве.

— Ты и правда считаешь, что Садара победит? — сбился с гневного настроя Озоро.

Теперь он выглядел крайне озадаченным, максимально надеющимся и немножко скептичным.

— Ну… нет, — признался Гун и потер переносицу. — Как бы тебе объяснить… Сулимов определенно сильнее Садары. Пока. Его потоки магии сильнее, пусть ее и меньше, у него есть природные потоки магии, мощные узоры и безупречный рукопашный бой. Просто дури больше. Но у Садары тоже есть кое-что. Он силен, и на его стороне две сильнейших способности сверхов в мире: Ускорение сознания и Гравитация. Признаться честно, на моей родине любой бы отдал полжизни за обладание такими способностями. Но даже во всем этом нет смысла. В их битве один на один скорее победит старший маг, а также вероятна ничья.

— Хочешь сказать, — севшим голосом пробормотал Озоро, — что Сулимов сильнее Садары? Просто… просто сильнее? Без трюков и помощи… Сам по себе?

— Пожалуй, он — сильнейший боевой маг в мире, не считая верхушки архимагов, — Гун пожал плечами. — И не забывай вот еще что: Садара знал об этом.

— Я не верю, что Садара может признать, что он слабее кого-либо!

— А он и не признавал. Он просто знал это. Подумай сам, если бы он считал, что способен справиться с Сулимовым в одиночку, стал бы он брать нас с собой? Да он бы просто пошел и победил его! Но он знал, что противник сильнее и, что скорее всего, сильнее, чем Садара. Вот он и не лез на рожон, дожидаясь этого дня.

— И что ты пообещал ему сегодня, раз он решил выступить, но знал, что не победит? — Озоро почувствовал, как у него задергалась бровь.

Ну да, не каждый день узнаешь, что ты пытался несколько раз набить лицо человеку, который сильнее Садары. Ну и сама новость о том, что кто-то вообще может быть сильнее Садары…

Гун хрипло рассмеялся.

— Я знаю, что Садара планирует что-то глобальное. Что-то такое, что затронет весь мир, включая и мою родину. Я в курсе. И ему очень сильно мешает Сулимов и, отчасти, архимаги. Именно Сулимов тот, кто может все испортить. Единственный, кроме первой тройки архимагов, силу которого Садара признал и которой опасается. И поэтому Садаре нужно его победить. Любым способом, что бы он ни считал со своей раздутой гордыней. И знаешь, — Гун захихикал, — я нашел гениальную идею! Просто гениальную! А знаешь, кто ее автор? Старший маг! Именно так он победил Садару тридцать лет назад, когда весь мир счел его мертвым.

— Но ведь тогда Садару, по слухам, победил Вильгейм Окояма, — пробормотал ничего не понимающий Озоро.

— Именно! А здесь… ну, кто знает. Может быть, славу об убийстве старшего мага заберет себе Генри, хм?

* * *

— Учитель теснит его! — воскликнул Громов ошеломленно.

— Надеюсь, в штабе смогут вовремя разобраться с моим докладом, — пробормотал Пуговкин, посмотрев на солнце.

Он вызвал подмогу из штаба, направив доклад о ситуации не только наверх, своему командованию, но и по закрытому экстренному каналу связи главе архимагов, как единственному боевому командующему. Тот должен осознать всю опасность ситуации лучше кого-либо. Хотя… Пуговкин не был уверен, что подкрепление тут что-то исправит. Если бы сюда отправился кто-то из тройки сильнейших архимагов лично, то от этого могла быть польза, но любой другой маг, даже старший маг первого ранга…

* * *

Сулимов крушил Садару, заставляя того отступать. Старшего мага, выкладывающегося на полную, не останавливал ни Призрачный доспех, ни природная магия, ни мастерство и личная сила Садары. Сулимов, хохоча и веселясь, рубился с таким же азартно скалящимся золдаром в безумной схватке, жернова которой легко могли бы перемолоть даже главу совета архимагов. Садара тоже, по-видимому, наслаждался их танцем, пусть и оставался в роли второго номера.

Но тут потоки магии на поле боя стали куда сильнее. Она начала давить совсем по-новому, и вместе с тем…

— Не может быть… — ошарашенно прошептал командир второго отряда спецподразделения Курузен.

Наблюдая за полем боя, он уже давно потерял счет времени. Но сейчас его удивлению не было предела. Ведь не каждый день видишь призрака прошлого. Того, кто когда-то лишил тебя всего самого ценного, а после вроде как был убит. Но похоже, те, кто сражался тогда, явно слишком плохо проверили итоги боя.

* * *

— Привет, Касим! — Генри, перенесенный магией переноса вместе с лучшим текущим учеником Садары золдаром Мурамой, ослепительно улыбнулся. — Мы присоединимся, ты не против?

— Я против! — тут же взорвался Садара. — Не мешайте мне, вы, оба!

— Учитель, — Мурама пристально смотрел на Сулимова. — Сейчас явно не время…

— Закрой рот! — Садара указал на него пальцем. — Ты должен слушаться приказов!

— А я нет? — невинно уточнил Генри. — Ну и здорово. Тогда не ори. Я не слушаю твоих приказов, а Мурама слушает. Мои. Вот и решили.

— Закончили? — вежливо поинтересовался Сулимов.

— Одну секунду, — Генри вытянул указательный палец. — Я пытаюсь убедить старика-братца не ныть.

— Я прикончу тебя… — прошипел Садара брату.

* * *

Отступить… Сулимов не мог. И не потому, что он хотел биться до конца, или враг придумал бы новый план, или надеялся расправиться с тремя золдарами разом. Просто… Сулимов реально не смог бы сбежать, он выложил все свои карты на стол, и отступление потребовало бы от него отдать остаток сил. Если золдары будут преследовать его (а они будут), то он приведет их прямо в столицу. А сам рухнет в ней без сил.

«Так что либо победа, либо смерть, — Сулимов невесело хмыкнул. — Ну хоть повеселюсь».

«Ты и вправду думаешь, что умрешь здесь?» — голос Осибу зазвучал в голове немного… удивленно.

— Не знаю, — Сулимов пожал плечами, привлекая внимание трех спорящих золдаров. — Но я бы не хотел умирать.

Только теперь он понял, насколько сильно вымотал его этот бой перед предстоящим сражением. Вместо того, чтобы общаться со своим внутренним помощником мысленно, он произнес фразу вслух.

— А придется, — оскалился Мурама.

И тут же отлетел на сотню метров назад.

Сулимов начал без предупреждения, отбросив Мураму и тут же насев на Генри. Веселящийся золдар отскочил, но тут же был догнан. Однако Генри выставил свое отступление так, что, догнав его, Сулимов подставился под атаку активированного Садарой Призрачного доспеха. Собрав всю силу в кулак, Сулимов с надрывом отбросил лезвие огромного меча одной рукой, второй активируя новый узор.

«Ледяной Хват», — выдохнул он морозом, тут же закрываясь от удара вернувшегося Мурамы.

— Забавно… — протянул Генри, отпрыгивая вновь, но спотыкаясь о лед, захвативший его ноги, и активируя узор магии огня.

Как он растопил ловушку, Сулимов следить не стал, полностью сосредоточившись на Мураме в усилении тела и Садаре с Призрачным доспехом. Исполин и молодой золдар действовали слаженно и умело, ограничивая маневренность Сулимова и атакуя в слабые места. Старший маг отбивался, но вечно это продолжаться не могло, два золдара теснили его к тому моменту, когда он будет просто обязан раскрыться.

И Сулимов раскрылся, даже на две секунды раньше, чем должен был. И Мурама, отвлекший его внимание, приготовился к удару, а Садара уже ударил своим огромным мечом, разя прямо в спину.

«Магия Направления: Прочность! Магия Земли: Гранитная глыба».

Сама по себе магия земли по созданию гранитной глыбы, что заключала мага в некий кокон из самого настоящего гранита, хоть и была прочной, но все же не настолько, чтобы выдержать столь мощные атаки, направленные на Сулимова. Даже если напитать ее дополнительной магией прочности. Но вот если применить магию направления, то все резко менялось.

Суть магии направления заключалась в концентрации магической силы в одной точке. Если обычно магия большей своей частью рассеивалась вокруг заклинания и объема применения, то под направлением она становилась концентрированной. Причем таким образом можно было усилить что угодно. От магической атаки до собственного тела и физических атак. В данном же случае она превращала гранитную глыбу в нечто, что по прочности превосходило алмаз в сотни раз.

Комбинация сильнейших защитных техник превратила старшего мага в неуязвимую статую, и весь урон от удара Садары прошел в никуда, в то время как Мурама замешкался. Но вот Сулимов сломал каменную скорлупу, «вылупляясь» и нанося размашистый удар по Мураме. Золдар мигнул, активируя свою способность сверха, и переместился к только-только освободившемуся из ледяной ловушки Генри. Садара остался один, и Сулимов в который раз за день со всей силы ударил по его огромному Призрачному доспеху!

Исполин из концентрированной магии тьмы, совмещенной с силовым полем, не выдержал и задрожал, распадаясь, а сам Садара рухнул с самым мрачным выражением лица. Сулимов бросился к нему, подлавливая в воздухе!..

И тут же был остановлен ярко-красным щитом Призрачного доспеха Генри, прикрывшим его и его брата нерушимым зеркалом тени. Сулимов столкнулся с безупречной защитой, и его тут же подловил Мурама, использовавший смешение внутреннего усиления, способности сверха и собственной природной скорости.

Врезав по упрочнившемуся старшему магу, молодой золдар бросился за ним.

— Я стал сильнее, Касым Сулимов! — выплюнул он, стоя над поднимающимся магом. — И я превзошел тебя, и как ученик, и как воин! И я даже могу активировать твои лучшие усиления! Седьмой уровень усиления!

Лицо парня налилось красным, вены вздулись, а взгляд алых глаз потемнел, не предвещая ничего хорошего. Сулимов видел, техника наносила великий вред телу юного золдара, однако… Сила, даруемая ей, была пропорциональна этому вреду.

— Хочешь потанцевать? Я всегда за.

Сулимов бросился к Мураме на всей скорости, но Мурама не только успевал среагировать, он не отставал! И это притом, что Сулимов был в магическом покрове внутреннего монстра и активно использовал природную магию. Старший маг ускорил себя Направлением и опередил противника в голой скорости, но Мурама все равно видел его движения благодаря силе сверха, и благодаря ей же успевал реагировать и отвечать на атаки.

Они двигались невообразимо быстро даже для старших магов, превысивших уровень нижней планки архимагов. Это сражение было сражением двух мастеров пространственно-временных техник. Даже Садара и Генри оказались не у дел, напрягшись и приготовившись вмешаться, как только кто-нибудь из двоих замедлится.

Но они не замедлялись, взвинчивая темп и летая по всему полю боя. Мурама сверкал красным, оставляя в воздухе алый шлейф от своих сияющих глаз, а Сулимов был синим и светился весь. Они танцевали на бешеной скорости, предпочтя ближний бой всему остальному, и грохот от их ударов глушил магов, наблюдавших за боем.

* * *

— Ставлю сотню на Касима, идет? — усмехнулся Генри хмурому Садаре.

— Я убью тебя. Заткнись, — ответил тот.

А темп Сулимова и Мурамы взвился на совсем уже новую высоту, и теперь даже по разноцветным шлейфам было трудно сказать, где и как они сражались! Грохот усилился до невообразимых пределов!

Земля задрожала, будто от землетрясения, и все закончилось.

Потрепанный Сулимов держал впечатанного лицом в расколотую от удара землю Мураму и мрачно смотрел на Садару с Генри.

— Один готов, — криво усмехнулся Старший маг.

Мурама дернул рукой, и Сулимов тут же поднял его лицо, совершая второй сокрушительный удар головой о землю. Потом снова и снова. И в четвертый раз…

Генри и Садара влетели с разных сторон, заставляя Сулимова блокировать их удары, а Мурама из последних сил пнул противника в грудь, поднимаясь на ноги и отбрасывая.

Садара был потрепан, но готов, как и Сулимов. Мурама был на последнем издыхании, еще чуть-чуть, и старший маг убил бы его. Самым свежим был Генри, что и демонстрировал, открыто улыбаясь врагу.

— Ой, да бросьте! Просто нападайте все разом! — засмеялся Сулимов, бросаясь вперед.

Золдары ответили тем же. Садара по центру, принимая основные удары и нанося такие же в ответ. Тяжело дышащий Мурама оказался слева, больше отвлекая и создавая угрозу, чем реально атакуя. Генри был справа, максимально ограничивал сильную руку Сулимова и выгадывал момент для атаки.

* * *

— Он держится! — не удержавшись, воскликнула Дарья удивленно. — Он… он держится!

* * *

И это было действительно так. Пусть уставший, пусть раненый и вымотанный, но Сулимов сдерживал атаки в ближнем бою от трех обладателей уникальных сил сверхов разом. Он использовал локти, колени и даже голову, ловя удары именно теми местами, где они наносили как можно меньше урона. Он защищался тремя щупальцами и не стеснялся отвлекать золдаров узорами, формируемыми из остатков магии.

О да, у него все еще оставались потоки магии, да и к нахождению в максимальном усилении тела он привык уже настолько, что мог продолжать битву в нем даже спустя столько времени. Но… теперь уже он не мог победить сплоченное трио, начавшее даже использовать руки Призрачного доспеха. Но он не мог выйти из боя, а потому… бой продолжался.

Сулимов схватил Мураму и Генри за руки, не давая им атаковать, и тут же получил мощнейший удар темно-синим кулаком Призрачного доспеха от Садары. Но он не стал закрываться, позволив себе отлететь на максимальное расстояние и складывая по пути узоры.

Сфера Осибы сформировалась почти мгновенно, а Сенсорный Контроль Местности заработал на полную, высвобождая невероятное количество атакующих узоров, чтобы сокрушить врагов Старшего мага. Это была та самая комбинация, которой он когда-то давно закончил спарринг с Пахве де Конти, но если тогда она была просто для красивого финала, то теперь использовалась на полную. Десятки техник устремились к трем золдарам, формирующим свои огненные узоры, а Сферы Осибы вносили еще больше разрушений и хаоса.

Садара не мог прикрыть всех троих поглощением магии, да и сомневался, что справится с таким объемом. Эта атака Сулимова напомнила ему о Тысячерукой Статуе Теслы, такая же непреодолимая и ужасающая мощь. И это было показателем того, как силен стал его бывший ученик.

— Мурама, Генри, ко мне! — выкрикнул Садара, отменив создаваемую им технику. — Генри, вперед, Мурама, за спину. Сосредоточьте магию. И раз!

Держа руки на плечах напарников, Садара вызвал свой Призрачный доспех, но потянул энергию не только из себя. Темно-синий, ярко-красный и бледно-желтый цвета переплелись в одном миксе, закрутились и изменились, разлившись чернотой.

И титанически огромный Черный Призрачный доспех возвысился над полем боя, потрясая всех своим могуществом и размерами.

И пусть сила финальной атаки Сулимова была ужасающа, комбинированный Призрачный доспех трех золдаров, выставив перед собой меч и щит, устоял и даже не потрескался. Земля задрожала, и некоторые из людей, наблюдавших за битвой в километре, даже попадали.

А Сулимов стоял, мрачно глядя разноцветными глазами на монстра перед собой.

«Я могу дать энергию, чтобы стать размером с него, но лишь на малое время, — Осибу пораженно охнул. — Я никогда не видел ничего подобного! Даже у отца!»

«Не нужно, — Сулимов махнул рукой, глядя, как торжественно и неспешно шагал к нему гигант, закрывавший собой небо. — Сосредоточь все в одной точке. Я попробую кое-что».

Применять это сразу было рискованно, Садара просто уйдет. Но если застичь его врасплох, во время его совместной с Генри и Мурамой атаки, может получиться. Нужно лишь не умереть сразу же после начала собственной атаки.

* * *

— Золдары будут править миром, — Нуе Акумара дернулась, услышав, как безвольно оседали на землю солдаты империи.

Она и сама была бы рада, но ей не позволяло ее положение. И сын, все еще упрямо стоящий подле.

— Он будет там, мама, — сказал Шицу. — Он… не отступит.

— И да примет его Создатель в чистом мире, — пробормотала Нуе и скомандовала как можно громче: — Всем держаться! Бой еще не окончен! Помните, за кого бьется наш союзник!

Конечно, Сулимов вряд ли был полноценным союзником империи или какого-либо государства, но… Сейчас она должна сделать для своих людей все, что могла, даже если это означало подбадривать их откровенной ложью.

* * *

А Садара, Генри и Мурама, находящиеся на самой вершине гигантского Призрачного доспеха, без лишних слов направили магический узор, занося для удара исполинский меч. Черный волнистый клинок будто бы всасывал в себя этот мир, искривляя пространство вокруг.

И пусть выглядело это визуально медленно, рубящий удар Черного Призрачного доспеха был по-настоящему чудовищно быстрым!

— Это конец, — выдохнул Громов, чуть не снесенный в лес ударной волной. — Он…

— Он жив! — воскликнул Пуговкин, сам не понимая, чего в его голосе больше: удивления или восхищения.

* * *

Садара нахмурился.

— Р-А-А-А-А-А! Х-Х-А-А-А!

Сулимов стоял. На земле, растрескавшейся и превратившейся из ровной площадки в кратер. Он стоял, прижимаемый к земле весом и мощью удара исполинского оружия, но…

Он стоял.

Пылая красным от перенапряжения и чистой силы магии Направления, он сдерживал чудовищный клинок. Осибу помогал ему, но они оба чувствовали, как с каждым мгновением усиливалось давление. Как ноги Старшего мага входили в землю все глубже и глубже.

— Простите, ученики… — хрипло прошептал окровавленный Сулимов, с трудом отдернув от меча правую руку и удерживая его одной левой. — Но я не вернусь домой… Но… И Садаре не позволю…

Правая ладонь сжала кулак, оттопырив большой палец, и старший маг устремил его в коротком ударе себе под сердце.

«Восьмой… уровень… усиления…»

Это было не простое усиление. За счет концентрации, совмещенной с магией направления и полным использованием всех жизненных сил, маг на непродолжительное время, а именно всего на каких-то тридцать секунд, становился в тысячи раз сильнее. Вот только цена подобного усиления была такой же. Смерть. Полная и безвозвратная. Как только время усиления закончится, поглотив при этом все запасы жизни и магии, Сулимов сначала превратится в усохшую мумию, а после и вовсе развеется пылью по округе. Не зря сам Старший маг называл эту запретную технику — «Техникой последнего вздоха». Но месть стоила того. По крайней мере Сулимов был в этом уверен на все сто процентов.

* * *

Легкий листик одного из чудом уцелевших деревьев качался на ветру, медленно опадая с гибкой ветви. Тихий всплеск, неслышный человеческому уху — это розовая снежинка упала в пруд, созданный из растаявшей воды айсберга старшего мага, в котором отражалась великая битва сильнейших под небесами. Рябь успокоилась, на миг превратив пруд в водное зеркало, в котором промелькнуло задумчивое белокожее лицо с бородой.

И… больше ничего не произошло. В какой-то момент Сулимов подумал, что что-то сломалось. Во всем мире. Что-то, что должно было ему позволить активировать запретное усиление тела.

— Идиота кусок! — усмехнулся голос Вильгейма Окоямы прямо над его ухом. — Руку от сердца убери! Ты знаешь, как тяжело блокировать магию твоего долбаного усиления? Я уже устал.

Давление спало, а на черном лезвии исполинского клинка появилась рука с длинными и цепкими пальцами. А потом еще одна, с мозолистыми и грубыми. И еще — с элегантным маникюром и магией еще одной заключенной где-то внутри твари. И четвертая, совершенно здоровая и пышущая жизнью. И даже пятая — морщинистая и старая.

Сулимов оглянулся и увидел радостно скалящегося Окояму, хмурого Ганзо, недовольную Анжелину Окояму, меланхоличного Арнольда Нориса и спокойного как столб Пуговкина. И хотя Анжелина, жена одного из сильнейших архимагов, не являлась официально архимагом или даже старшим магом, но стоя вне рангов, она ненамного уступала по силе собственному мужу. А уж если брать силу ее внутреннего монстра, так и вовсе могла поспорить за звание одного из сильнейших. За исключением Теслы, естественно.

— Захотел героически умереть, как герой какой-то дешевой книжки, ха? — Окояма хохотнул. — Ну уж извини, старый друг, но эта история не только о тебе, любимом. У тебя еще есть и мы.

— Друзья и союзники, — Норис кивнул и напрягся. — Давайте отбросим этого здоровяка.

Анжелина полыхнула магией заключенного в ней монстра и зарычала. Ганзо активировал сильнейший из своих узоров. Пуговкин вывел пальцем свободной руки узор распечатки силы, направив рисунок на меч. Норис засветился белым и будто бы раздался в плечах. А Окояма просто поддал дурной силы, использовав свой невероятный запас энергии.

И Сулимов, улыбнувшись, почувствовал, как магия исцеления Нориса залечивала его раны, и тоже поддал сил. И Черный Призрачный доспех начал проигрывать.

— Похоже, нас ждет новый раунд, — довольно усмехнулся Генри, глядя вниз. — Брат, ты готов?

— Это будет, как ты говоришь, забавно, — оскалился Садара.

Глава 14

Под объединенным натиском сильнейших боевых магов огромный силуэт черного Призрачного доспеха тяжело отступил на шаг и неохотно отвел свой ужасающий клинок.

— Второй раунд, — провозгласил Садара, и черный исполин вновь занес меч для удара.

— Активация! — Окояма быстро сложил узоры и прокусил нижнюю губу. — Масих, самый большой размер!

Его внутренний монстр, как и всегда, среагировал мгновенно и, поняв своего владельца с полуслова, тут же реализовал в реальности гигантский адамантиевый посох. Окояма взмахнул им легко, будто оружие было в сотни раз меньше видимого размера, и направил свой удар на набирающий скорость черный клинок.

— Маловато будет… — оценил потуги друга Сулимов.

Собрав силы и почувствовав себя лучше благодаря лечению от Нориса, старший маг прыгнул прямо на замедлившийся от столкновения с посохом меч черного Призрачного доспеха. Магия направления активировала силу, а тело сгруппировалось, ожидая столкновения…

Удар! Объединенная мощь двух сильнейших боевых магов оказалась больше могущества объединения трех обладателей Призрачного доспеха! Черный исполин с трудом удержал свой меч, а по его клинку уже бежал на полной скорости Сулимов. Окояма сместил посох, указав другу удобный для разгона путь.

— Врежь им и за меня! — прорычал Масих, материализовавшись из посоха наполовину и вытянув свои лапы навстречу Сулимову.

Маг без промедления прыгнул и приземлился прямо на плавно изогнувшиеся лапы. Масих крякнул от натуги и запустил старшего мага в быстрый полет.

Сулимов влетел в корпус черного Призрачного доспеха молниеносной алой вспышкой.

* * *

— Нам нужно разделиться, — сказал Садара, мрачно глядя на трещины в броне из черной энергии. — Мурама, как ты?

Молодой золдар, тяжело сопевший за спиной, угрюмо кивнул:

— Могу продолжать. Запасы магии частично восполнил…

Черный Призрачный доспех не только был техникой непреодолимого нападения и такой же защиты, он еще и ускорял регенерацию тех, кто находился внутри. Мурама был сильно потрепан Сулимовым в их сверхскоростной дуэли, но часть сил он восстановить успел. Еще и Генри, завидев магию исцеления Нориса внизу, вспомнил о таких же своих способностях и применил их на Мураму.

Ученик Садары благодарно кивнул, и черное тело Призрачного доспеха начало распадаться.

* * *

— Я, конечно, безумно рад вас всех видеть, но что вы тут делаете? — громко спросил Сулимов, приземлившись.

— Пуговкин отправил послание в совет архимагов, а там его принял я лично и связался с остальными, — объяснил Окояма, напряженно следя за золдарами. — И я начал собирать отряд по спасению твоей задницы.

— С Норисом? — выгнул бровь Сулимов.

— Мы синхронизировали мои узоры с его, — Окояма оскалился. — Это было… интересно.

— Мой коллега забыл добавить, что подобное не удавалось даже Тесле, — усмехнулся Норис в ответ. — Да еще и за столь короткий срок. Браво.

— Говорю же, это было интересно. Правда, я не думал, что у нас так мало времени. Когда мои помощники показали, что ты активируешь восьмое усиление, пришлось сразу телепортироваться.

— Помощники? — переспросил Сулимов.

— У нас что, и правда так много времени на болтовню? — вмешалась Анжелина.

— И то верно, — ответил Сулимов, глядя, как разъединялись золдары. — Ладно, я пошел. Прикройте!

С этими словами он буквально выстрелил собою в падающего по центру Садару.

— Этот придурок! — тут же вскинулся Окояма. — Он даже не соизволил послушать план!

— Думаете, у старшего мага есть план, коллега? — легко усмехнулся Норис. — Он — тот, кто идет в битву, не раздумывая, и сражается от души.

— Ох и надавал бы я ему по… душе этой, — второй по силе архимаг сокрушенно выдохнул. — Ганзо… можешь идти.

Всего мгновение назад трясущийся от нетерпения Ганзо ураганом взметнулся в воздух, направившись в сторону Мурамы. Он давно ждал, и Окояма очень надеялся, что месть его свершится и принесет ему облегчение.

— Норис, прикрой его, если что. И я бы рекомендовал вам работать в паре с Анжелиной.

— Мы справимся, — кивнул Норис. — А вы, коллега?

— Я постараюсь помочь Сулимову. В любом случае эта битва выйдет сумбурнее, чем хочется. Держитесь нас.

— И да примут Боги души наших врагов, — по-звериному оскалилась Анжелина, высвобождая сразу три щупальца своей силы и бросаясь вперед.

* * *

Силы магов и сильнейших золдаров вот-вот сойдутся в битве. Дарья смотрела на поле боя, закусив губу.

— Это наш шанс… — прошептала она себе неслышно, а потом перешла на командный тон. — Всем золдарам приготовиться! Именем нашего господина Садары! Приказываю вступить в бой! Давайте, воины, поддержим господина и уничтожим наших врагов! За Садару!

— За Сильнейшего! — вторили ей луженые глотки золдаров.

— Агр-р-р! — утробным рыком монстры отозвались на новый приказ.

Маги рождаются, растут и погибают рука об руку с битвой. И пусть сейчас перед отрядом золдаров с армией монстров с одной стороны, и магами с солдатами империи с другой, сражались самые настоящие чудовища, выходящие даже за рамки архимагов, отборные части обеих сторон не могли вечно смотреть на эту битву безучастно. Они фактически ринулись в бой одновременно. Вот только цели у них были разные.

Дарья ворвалась в бой в первых рядах, заряжая остальных золдаров решимостью и храбростью. На бегу распаковав из узора свое главное оружие, она взмахнула руками, и марионетка-клон Теслы повторила за ней, вкладывая в свое движение магическую энергию Величайшего.

— Дождь Боли! — крикнула Дарья, посылая на врагов ливень из отравленных энергетических стрел, усиленных и разогнанных магией до предела. По своей пробивной силе они превосходили даже самые мощные бронебойные артиллерийские снаряды.

* * *

Окояма, до этого двигавшийся в сторону Генри, отвлекся и посмотрел на ревущее море монстров с отрядом золдаров, возникших словно из ниоткуда, грозящее первой же волной захлестнуть силы сдерживания империи. Его обострившиеся сенсорные способности дали ясно понять: в рядах врага есть несколько магов уровня старшего мага второй или даже первой ступени. Поэтому он задержался на секунду, быстро и четко собрал нужные узоры и выдохнул чудовищной силы пламя.

«Стихия Огня: Огненный Меч Бога Войны!» — мысленно активировал он магический конструкт.

* * *

Столб жара ударил в самое большое скопление монстров, раня, калеча, уничтожая и прорываясь дальше. Твари завыли от страха и боли, сгорая заживо. Даже для их непробиваемых шкур магия такого уровня оказалась смертельной. Дарья стиснула зубы и ускорилась, надеясь добраться до Окоямы раньше, чем потери от его атаки станут невосполнимы.

— Стихия Ветра: Вакуумная Стена! — донеслось из рядов золдаров.

Дарья усмехнулась. Озоро стоял там, среди сгоревших и обожженных, прямо напротив несущейся на него огненной атаки. В его руках сиял магией огромный веер.

* * *

— Артефакт древних — мощное оружие, — выдохнул Окояма, подпрыгнул и посохом, удлинившимся до необходимого уровня, сбил максимальное количество снарядов Дарьи. — Впрочем, нам ли не знать об этом, хе.

* * *

Сулимов уже вступил в очередной размен ударами с Садарой и в очередной же раз давил, несмотря на то что сражался уже не первый час. Генри бросился на помощь брату, посчитав, что Мурама справится со своим противником, но в следующее мгновение дорогу ему преградил Окояма.

— Техника Теслы? — поднял бровь золдар. — Забавно…

— Один раз ты уже должен был умереть, противостоя ей, но каким-то чудом выжил, — Окояма раскрутил свой посох и встал в стойку. — Что мешает истории повториться, а нам довести дело до логичного конца?

— Ха! Да ты, я смотрю, как и раньше, тот еще шутник. К бою! — радостно оскалился младший брат Садары.

* * *

Монстры тем временем оправились от атаки Окоямы и продолжили натиск.

— Нападем на нее, — скомандовал один из золдаров, указывая на красивую красноволосую девушку, пышущую алой энергией. — Она — женщина!

— Только заметил? — фыркнула презрительно Анжелина, складывая печати. — Не самые разумные слова для золдара и будущего трупа. И как вас, таких тупых, Садара только в помощники взял?

С этими словами Анжелина выпустила узоры, а вместе с ними и цепи из-под земли, которые тут же сложили под ногами бросившегося к ней отряда монстров причудливый рисунок, незамедлительно превратившийся в узор запечатывания-распечатывания земли. Анжелина усмехнулась, краем глаза отследив, как земля под ногами монстров поменялась местами с воздухом вокруг них, и это месиво обагрилось кровью, а потом повернулась к добравшейся до нее Дарье.

Дарья взмахнула руками, «оживляя» свою марионетку, и без лишних слов атаковала противницу.

* * *

Норис, ненавязчиво прикрывавший вступившую в бой Анжелину, присматривал и за остальными членами отряда, а потому у четверки золдаров-штурмовиков сложилось впечатление, что «старик-архимаг» слишком отвлекся.

Норис встретил первого золдара, подошедшего слишком близко, столбом пламени из узора, выведенного на земле ногой. Второй противник мгновенно был облеплен листочками-узорами и тут же улетел прочь на невероятной скорости. Третьего Норис, крякнув от натуги, просто отбросил ударом правого кулака, а вот четвертого достать не успел.

Буквально за долю секунды до взрыва под ногами последнего штурмовика в бой вмешался пятый противник, на огромной скорости подхвативший товарища и вытащивший его из опасной зоны.

— Меня зовут Бодо, — поклонился он Норису, поставив спасенного золдара на землю. — И я чувствую, что в бою с тобой я найду то, к чему стремлюсь, архимаг.

— Ты использовал Небесную магию, я угадал? — Норис прищурился, заметив, как дернулся золдар. — Интересно…

* * *

Два рослых мага стояли напротив друг друга, будто бы не замечая вакханалии бушующего вокруг сражения. Мурама пристально следил за руками своего противника, не зная, чего ожидать.

— Сегодня ты умрешь, — яростно прошипел Ганзо, вставая в стойку.

— А? — не понял золдар. — Мы знакомы? — Он просто… не помнил Ганзо. Мурама слишком рано начал сражаться и убивать всерьез, даже по меркам золдаров, а потому не помнил всех, с кем сражался. Конечно, он помнил свою первую встречу с Сулимовым, и даже тот факт, что среди его союзников в тот день был представитель клана Медведей, но вот Ганзо он позабыл. Не так уж силен и важен был тогда для него Ганзо. — Если и знакомы, то знай, я тебя не помню, — насмешливо уточнил золдар, решив вывести противника из себя.

— Да мне плевать, — ответил Ганзо безразлично, чем смутил Мураму. — Запомни одно, и не забывай: ты умрешь от моей руки.

Сказав это, Ганзо бросил в Мураму сразу с десяток узоров и бросился за ними следом, не отставая! Умение сверха золдара на мгновение заметалось, просчитывая траектории полета магических плетений, и этой заминки Ганзо хватило, чтобы добраться до уязвимой точки обладателя техники усиления тела.

Быстрый взмах облаченной в покров магии ветра руки, и по правому бедру золдара веселой струйкой побежала кровь.

На этом Ганзо не остановил атаку и тут же ударил другой рукой и левой ногой. Но противник удивил: мигнул и появился в десятке метров от того места, где был мгновение назад. Ганзо видел это по его проклятому взору, первое нападение стало для Мурамы неожиданностью, но теперь он готов. Молодой и крепкий организм, явно находившийся в пятом усилении и использовавший силу сверха почти на полную. И ученик Садары, конечно.

Мурама вновь мигнул, но на этот раз не отступая, а наоборот, и гигантский костяной кулак желтого цвета впечатался в тело Ганзо справа, а мгновением позже золдар появился слева и вогнал мага в землю ударом руки! Быстрый, ловкий, наделенный сверхреакцией убийца, который не щадил никого…

— Ты точно готов к этому? — усмехнулся еле слышно Мурама, отпрыгнув.

Смутно вспоминаемый мужчина был неплох, но до старшего мага ему было как самому Мураме до Садары. Конечно, он не ранен и не тратил сегодня столько энергии, сколь много ее потратил золдар, но даже так шансов, на взгляд Мурамы, у него было немного…

Раненый мужчина ловко выскочил из земли, и золдар отметил, что его тело совершенно не повреждено! Выбросив руки вперед, Ганзо бросил в него дымовой узор и добавил туда же пяток атакующих плетений. Этому приему его научил Окояма давным-давно.

Не успела в голове Мурамы промелькнуть мысль о бесполезности подобных потугов против обладателя силы сверха, как один из узоров разогрелся до немыслимой температуры, и магическая печать на нем, установленная специально так, чтобы скрыть себя от взора противника, рванула! Мурама успел выставить блок из части Призрачного доспеха, но с противоположной от блока стороны вдруг появилась нога, облаченная в мантию магии ветра, и выбила из головы золдара все мысли, попутно оставив глубокий кровоточащий разрез на левой брови.

— Я уже очень давно готов, — мрачно донеслось из клубов дыма.

* * *

Удар-блок! Обманка-просчет-уворот-парирование-контратака!

Два мастера боя, двигаясь на огромных скоростях, в который раз за эту битву сошлись в рукопашной! Сулимов беспрестанно атаковал, расходуя оставшиеся ресурсы своего организма, надеясь окончательно продавить оборону Садары, и если не убить, то хотя бы заставить капитулировать.

Садара держался, скалясь при этом так, будто битва на волоске от смерти — самое веселое занятие в его жизни. Впрочем, оскал Сулимова, уже изрядно пошатывавшегося под нагрузкой усиления тела, был не грустнее.

— Магия огня! — воскликнул Садара.

«Стихия Льда», — мысленно ответил Сулимов.

И в ближнем бою, и в магии, и даже в силах сверха, где Садара использовал кинжалы из магопроводящего металла, а Сулимов очередной меч, они были почти равны. «Почти», потому что старший маг все же постепенно брал верх.

«Он привык ко мне, как и я к нему, так что для победы придется удивить и надеяться, что удивление противника принесет свои плоды, — размышлял Сулимов в горячке боя. — И он не использует Призрачный доспех… — В этот момент темно-синий костяной кулак попытался достать подпрыгнувшего старшего мага. — Поправка, почти не использует. Энергии у него еще достаточно, но он не хочет тратить ее. Или это откат от использования объединенного Призрачного доспеха. Как бы ни было, этим нужно воспользоваться!»

Сулимов смазался, обходя бывшего учителя со спины, но тот знал о трюке и вовремя выставил гравитационную защиту. Но вместо того чтобы ударить по «незащищенной» спине Садары, Сулимов со всей силы врезал по земле под его ногами! Золдар потерял равновесие, так как ему попросту не было на чем стоять, и уж тогда старший маг атаковал…

«Меня всегда поражала точность его расчетов даже в таком яростном бою… — Время будто замедлилось, и Садара мог вдосталь насладиться зрелищем атаки старшего мага во всю мощь. — Призрачный доспех тут не поможет».

Светящийся красным кулак с диким грохотом врезался в такой же красный щит!

— Фух! Еле успел! — Судя по наигранному веселью в голосе Генри, младший брат и правда жутко волновался. — Окояма все же такая заноза в заднице…

* * *

Раскидав взмахом исполинского посоха неосмотрительно подобравшихся близко монстров и создав пару теневых отражений себя самого, которые тут же принялись поливать врагов иллюзорными магическими ударами, которые хоть и были лишь обманом, но при этом в их атаках скрывались уже настоящие узоры самого мага, Окояма телепортировался прямо к Сулимову.

Неподалеку послышались голоса Анжелины и Нориса, соединивших усилия в общей атаке, а потом грохнуло так, что заложило уши. Чуть дальше прозвучал отчаянный вопль Мурамы. Однако к четверым сильнейшим магам, оставшимся на месте недавней атаки старшего мага, никто не лез. Ни помощники, ни враги.

— Похоже, мешать нам никто не собирается, — подытожил Садара, поудобнее перехватывая артефактные кинжалы. — В таком случае…

Четыре могущественных источника энергии разгорелись одновременно, и это послужило сигналом к началу!

Сулимов и Окояма действовали почти синхронно, иногда на ходу обмениваясь жестами из старого доброго прошлого, времен, когда Тесла еще активно помогал подающим надежды магам. Впрочем, братская слаженность золдаров не уступала и подкреплялась не только кровными узами, но и тысячами боев, пройденных совместно.

Окояма вовсю использовал энергию своего ручного монстра, а Масих, в свою очередь, вовсю работал сам по себе, отбивая атаки и нападая. Основной атакующей силой, конечно, был Сулимов, и братья-золдары уже узнали его мощь на себе, а потому большее внимание уделяли именно ему. Природные потоки магии, Призрачный доспех, потоки магии плененных монстров, силы сверхов — это была битва сильнейших под небом в данный момент!

— Пляска железного ветра! — гаркнул Окояма, запуская в небо россыпь обычных с виду кусков металла.

По мере их приближения к верхней точке они росли на глазах, становясь просто гигантскими, и даже самый захудалый маг из солдат империи мог бы почувствовать буйство стихийной магии в каждом из них. Садара бросился на архимага, пользуясь тем, что Сулимова и его разрушительную мощь придержал Генри с Зеркалом Отражения. Сила сверха ясно видела, давать закончить Окояме эту технику будет огромной ошибкой.

— Божественная Тяга! — вскричал Садара, направив силу гравитации так, чтобы отбросить архимага как можно дальше от зоны действия узора.

Почти получилось, Окояма не успел завершить технику, но и прервать ее полностью не вышло, тот смог затормозить своим посохом в полете. На этот раз сгодилась целая армия разноплановых монстров, по приказу Озоро запустившая в небо сотни различных узоров и сбившая металлические обломки техники архимага.

— Неприятно… — пробормотал Окояма, вставая. — Очень неприятно…

— И это — только начало, — сказал Садара, приземлившись рядом.

Они сошлись в ближнем бою. На этот раз Садара не чувствовал той непреодолимой мощи, какая была у Сулимова. Нет, архимаг двигался, подобно воде. Он жестко и хлестко бил, когда золдар подставлялся, и грамотно уклонялся от любых атак. Стиль боя Окоямы был гибким, текучим. Он использовал колени и локти, изгибаясь в причудливых формах и заставляя теряться даже такого бесконечно опытного бойца как Садара.

«Масих!» — уловив удачный момент, Окояма уменьшил свой посох и тут же атаковал им в брешь в обороне Садары.

Когда Масих, фактически воплощенный в оружие, окажется в нужной позиции, он увеличится, и сила удара им станет сравнима даже с силой ударов Сулимова под полным усилением и магией направления.

Но Садара просчитал трюк и подставил под атаку увеличившегося посоха свой кинжал, защищаясь от урона и отбрасывая оружие архимага подальше. Удар вторым кинжалом, и Окояма выпустил посох из рук, уберегая пальцы. Выполнивший свой долг кинжал Садара выбросил в то же мгновение и, схватив архимага за волосы свободной рукой, впечатал его голову в свое колено, отправляя того в непродолжительный полет.

— Кхм… — кашлянул в кулак довольный золдар.

Рыжая вспышка озарила его лицо, а на грудь тут же обрушилась чудовищной силы атака!

— Хм… — Садара перехватил тонкую руку жены своего врага в последний момент. — Давно не виделись, Анжелина.

— И не говори, Садара!

Анжелина провела подсечку, готовя коварную атаку цепями со спины, но Садара не стал вступать с ней в близкую битву, отшвырнув девушку и ее атаки от себя вакуумной защитой. Высоко подпрыгнувший Норис успел поймать Анжелину в воздухе и помог приземлиться.

— Что с Ганзо? — отрывисто и зло бросила рассвирепевшая от такого пренебрежения Анжелина.

— Вырвал у пацана глаз, — Норис меланхолично пожал плечами, посылая заряд Молнии из Стихии Электричества в какого-то неудачника. — Охотится за вторым…

— Мурама! — вскинулся Генри, услышавший этот диалог издалека.

Сулимов воспользовался заминкой, зашел сбоку и пробил-таки оборону красного Призрачного доспеха. Генри тут же собрался и активировал магию электричества, практически полностью скопированную у Нориса, против которой Сулимов чуть-чуть не успел выставить достойной защиты. Пользуясь кратким замешательством старшего мага, золдар бросился на помощь младшему товарищу, но его перехватила Анжелина.

Одним резким ударом под дых она заставила Генри буквально осесть на ее руку и собралась добить следующим ударом… как Генри галантно поцеловал ей запястье.

— Ты, как всегда, прекрасно выглядишь, о богиня красоты Анжелина, — пропел ублюдочный золдар, отпрыгивая на безопасное расстояние.

— Сукин сын! — рыкнула Анжелина. — Ты используешь мои приемы!

— Это я их придумал, зайчик! — парировал Генри, с неизменной гаденькой улыбкой собирая узоры Стихии Огня. — Скажи, ты скучала?

— О как же я жалела, что тебя убили раньше, чем это сделала я! Одно хорошо. Ты каким-то чудом выжил!

— Скучала, значит! Магия Огня: Великое Огненное Уничтожение!

— Ублюдок!

Анжелина закрылась магией, удивляясь тому, как легко сегодня ей давалось применение своей силы сверха и внутреннего монстра. Да и сам монстр, что раньше яростно боролся за каждую крупицу своей энергии, сегодня был явно не так капризен, как обычно. Хотя учитывая его ненависть к Садаре и его брату…

— Я помогу, — Сулимов вынырнул прямо перед девушкой, активируя узоры магии Льда. — Помоги Норису, Анжелина!

* * *

Тем временем Норис и объединившийся с ним Окояма противостояли целой толпе противников. Дарья, Озоро, Бодо и десяток золдаров наседали на архимагов, пытаясь если и не победить, то ранить. Земля стонала и скрипела от натуги, не в силах выдержать мощь и количество создаваемых магами узоров на квадратный метр. Окояма орудовал Масихом, отбивая сплоченные атаки Озоро и Дарьи и их древних артефактов, а Норис творил поддержку и держал Бодо с монстрами на расстоянии.

* * *

А Садара…

— Ты все еще слабак! — донесся рык золдара со стороны Ганзо.

Тяжело дыша, Ганзо стоял перед Садарой и косился на закрываемого тем Мураму. Молодой золдар выглядел плохо: правая глазница была пуста, а левый глаз все еще заливала кровь.

В погоне за местью Ганзо изобрел, отбросил и отобрал десятки вариантов нападения и техник к ним. Он проанализировал все возможные уязвимые точки Мурамы как золдара, и как владельца уникального по силе усиления, и как ублюдка, лишившего его любви. Любви всей его жизни. Любви, без которой он раньше себя не мыслил. И мести болезненнее, чем лишение Мурамы глаз и части силы сверха, Ганзо придумать не смог. Быстрая смерть для подонка была слишком простым исходом. Сначала он должен был осознать всю боль мира, а лишь потом, когда придет время… возможно… Ганзо подарит ему смерть. И то не факт…

Техника, которую изобрел Ганзо, позволяла почти мгновенно вытащить око из глазницы золдара, при этом потянув за собой существенную часть силы сверха. И она сработала, что самое главное.

* * *

Садара обвел поле битвы взглядом. Победитель в сражении пока не ясен, но как же четко и слаженно действовали враги! Будто сработанный отряд, прошедший через горнило войн (что было не так). Будто актеры в театре, идеально знавшие свои роли (что было невозможно). Будто…

«Семья! — поразила мозг великого золдара догадка. — Хи, но боги… неужели этому бездушному болвану удалось это сделать?»

Да, сила Единства магов. Именно эта сила и диктовала слаженность командной работы «отряда по спасению», собранного на скорую руку. Сулимов, Окояма, Ганзо, Анжелина, Норис и Пуговкин сражались вместе не просто как союзники или даже напарники, а как одна большая семья, готовая в любой момент прийти на помощь друг другу. Генри с Садарой сражались так же. Мурама… выпал из этого определения, и потому был избит.

* * *

— Эй, Сулимов! — позвал Окояма друга, когда они с боем прорывались сквозь орду монстров к перегруппировывающимся золдарам. — Давай попробуем «ту» связку?

— Какую из «тех» сотен твоих дурацких связок? — нетерпеливо бросил старший маг.

— Ту, где я буду твоими ногами! Ту, где у тебя появляется невообразимая скорость, а у противников дыры в стенах! Ту самую!

Запустив четверку Земляных Драконов с узорами-взрывами, Сулимов задумался на мгновение и вспомнил «ту» связку.

— О… это будет забавно, — с предвкушением злорадно оскалился старший маг.

## Глава 15

Садара, Генри и Мурама стояли чуть в отдалении от Дарьи, Озоро и Бодо. К ним прорывался сквозь монстров отряд из магов империи с прикрытием из солдат сопровождения.

Анжелина яростно рвала врагов на части, двигаясь с только ей присущей пластикой и грацией. Норис держался за девушкой, прикрывая ее и изредка доказывая недооценивающим его монстрам и золдарам, что и в ближнем бою архимаг — чудовищно страшный противник. Норис поливал врагов узорами, почти не вступая в ближний бой, и напряженно следил за состоянием здоровья своих союзников. Ганзо проходил сквозь толпы врагов, как ветер сквозь пальцы, оставляя за собой убитых и раненых.

А две главные ударные силы в лице Окоямы и Сулимова, возглавляя атаку, перли напролом, уничтожая противника дурной силой.

— Когда они подойдут на расстояние броска…

Грубый голос Гуна оборвался на полуслове и сменился хрипом и гулким ударом! Тут же началась свалка, в ходе которой, раскидав подручных, как дворовые псы раскидывают щенков, Сулимов и Окояма встали в стойки перед золдарами.

— А вы разве не должны подождать своих? — невинно поинтересовался Генри из-за плеча Садары.

Маги молча бросились вперед, атакуя троицу уже известными комбинациями и приемами. Дуэт Сулимова и Окоямы против трио сильнейших золдаров. Это было равное сражение, учитывая то, что Мурама был почти бесполезен, если не считать его невообразимой скорости даже сейчас. Вся мощь атак Сулимова, которая и могла принести результат, разбивалась об идеальную защиту щита Генри и гравитационные техники Садары.

Однако… маги Азрила явно что-то задумали.

Вот Сулимов взял разбег, полыхая синим и набирая чудовищную скорость! Такую, что даже Мурама побледнел и отступил за спину алого Призрачного доспеха с щитом Абсолюта. Но Садара уже знал, эта скорость достигалась за счет потери физической силы удара — максимум, который Сулимов покажет, приблизившись — свой обычный серьезный удар. И вот, разогнавшись, Сулимов полыхнул красным, и скорость начала было снижаться…

И как только Окояма сложил контрольный узор, Сулимов… исчез.

Чтобы появиться прямо рядом с выведенным у самого Призрачного доспеха Генри заклинанием Контрольная точка и впечатать свой кулак в алого исполина! Чудо! Генри смог-таки подставить Зеркало защиты в самый распоследний момент, закрываясь от чудовищной силы и скорости атаки Старшего мага!

Кряк! Хрустнула рука красного Призрачного доспеха, державшая щит.

Зеркало Абсолютного щита действительно могло выдержать любую атаку, но это не касалось остального Призрачного доспеха Генри. И та невероятная мощь объединенной техники архимага и старшего мага смогла-таки повредить гиганта, защищавшего золдара от всех атак!

Потоки магии взревели, рождая темно-синего исполина, и его клинки тут же вынудили Сулимова отступить. Но повреждения на Призрачном доспехе Генри оставались там, где и появились, и лишь повторное использование техники уберет их. Но даже так возможность пробития оставалась.

— Черт! — после приземления Сулимов оступился и припал на колено.

Окояма моментально среагировал, убрав друга с линии атаки Призрачного доспеха Садары.

— Он устал, — подытожил Садара. — Это — последние минуты боя.

Еще немного, и Старший маг не сможет продолжать поддерживать свои безумные режимы усиления, и тогда поражение сил магов людей станет очевидным. Пусть Окояма и силен, он не справится в одиночку, с поддержкой лишь тех, кто сейчас прорывался к нему сквозь монстров и оставшихся в живых золдаров.

— И именно сейчас подходящее время, — и уже громче сильнейший золдар добавил: — Магия ветра. Лезвия веры!

«Невидимые узы времени. Активация», — мысленно применил совершенно другой узор Садара, решив, что настал тот самый момент для его любимого приема, совмещенного с его самой совершенной и секретной магией, что только недавно была им освоена.

* * *

— У меня мало времени…

Тяжелое дыхание друга говорило Окояме только об одном — дело плохо.

С рождения Сулимов не мог сражаться в затяжных битвах из-за врожденного дефекта, но во время битвы на планете альвов он получил дар от самого Теслы, и его недуг был снят. Потом он стал владельцем одного из сильнейших монстров, что когда-либо встречались на пути магов, так что потоки энергии у него были мощными и объемными, и не сильно уступали текущим архимагам.

Слухи о том, что Джеймс Садара мог сражаться три дня и три ночи — совсем не слухи. Может. Но если поставить Садару в те же условия, в каких оказался сегодня Сулимов, то золдар не продержится и суток. И это без учета повреждений от Усиления тела…

— Но время еще есть, не так ли? — усмехнулся в попытке подбодрить Окояма. — Хватит, чтобы надрать им з…

— В сторону!

Бросок Старшего мага — не шутка, архимаг отлетел на целых двадцать метров и остановился, только когда его поймал прорвавшийся к ним Ганзо.

— Что это?

На том месте, где только что стоял Окояма, зияла дыра. Дыра такая, будто кто-то, силой сравнимый с Сулимовым или Садарой, со всей дури врезал в одну точку на земле, дабы сделать отверстие поглубже и повнушительнее. И если бы Окояма остался стоять там…

Сулимов был готов к бою. Тяжело дыша, он не сводил глаз с изумленного Садары, не убравшего защиту своего Призрачного доспеха.

— Ты… чувствуешь ее? — удивленно спросил Садара.

— Не знаю, что это, но чувствую, — ответил Сулимов. — Чувствую, что ты совсем приперт к стенке, учитель.

«Невидимые узы времени. Активация», — раздраженно подумал Садара, вновь применив свою секретную технику без привычного выкрика вслух.

Ни Окояма, ни Ганзо ничего не почувствовали и уж тем более не ощутили, но вот Сулимов буквально затылком почуял угрозу и успел уйти в сторону в последний момент! Чем бы это ни было, оно напоминало блеклую тень Садары. Те же шаблоны движения, те же внутренние ощущения. Только тень, в отличие от сильнейшего из золдаров, была совершенно невидима. А для остальных, похоже, вообще неосязаема.

— Держимся вместе! — решил Окояма, когда остальные подошли. — Сулимов, защищай нас от… этого! Остальным — атака! Давайте покончим с ними…

«Дайте мне шанс на атаку! Только шанс!» — старыми и уже почти забытыми тайными сигналами пальцами передал сообщение бывшим одноклассникам старший маг, прислушиваясь к своим чувствам.

Битва разгорелась вновь, но теперь уже стало понятно, что силы неравны. Сулимов не мог полноценно атаковать, он был занят тем, что спасал союзников от незримых атак. Конечно, в стане врага был почти бесполезный Мурама, но это не так сильно влияло. Рисунок боя размылся, но постепенно стали проявляться свежие штрихи новой картины. Маги людей вкладывали больше сил и получали от этого меньше пользы. Золдары и их союзники монстры больше оборонялись, чем нападали, заставляя противников выдыхаться под атаками раздвоившегося Садары.

А Садара ликовал, сражаясь в максимально полном контакте с Окоямой и, одновременно, с помощью тайной техники клонирования своей тени души и тела, с Сулимовым.

* * *

— Им шах, — улыбнулся Гун, наблюдая за решающей битвой.

Садара показал свой козырь, и использовал его именно тогда, когда ему подсказал Гун, когда старший маг способен заниматься лишь одним сильнейшим золдаром. Занятно, что он смог заняться именно теневым Садарой, но сути это особо не меняло.

Но тут на поле боя появилась новая громоздкая фигура.

* * *

— Освобождение! Укура! Вперед! — Ганзо сложил узоры и выплюнул из своего тела нечто огромное и грозное.

Его месть так близка… Но она подождет. Перед благом империи она отступит и затаится. Да и не так уж и плохо вышло уже, ублюдок-золдар лишился одной из двух самых ценных вещей в своей жалкой жизни. Пусть поживет с этим, а потом Ганзо выследит его, как зверя, и лишит оставшегося глаза раз и навсегда. Сейчас главное, дать Сулимову шанс атаковать. Свести сражение вничью и отступить — это уже победа, так как армия врага понесла чудовищные потери.

Укура взревел, выпущенный на свободу, и тут же двинулся в сторону Призрачного доспеха Генри. Алый исполин принял вызов, отвечая ему блоком щита и рубящим ударом топора! Тут же громыхнуло, Анжелина и Норис, объединив усилия, создали мощнейшей силы взрыв между Призрачным доспехом Генри и Садарой, разъединяя их. Окояма закрепил успех, применив уже свою секретную магию увеличения частей тела, увеличившись и увеличив свой посох. Норис сверкнул сенсорными всплесками и указал Ганзо за спину Призрачного доспеха Генри.

Там, падая с большой высоты, группировался для приземления Мурама.

Укура взвыл, получив мыслеприказ от текущего владельца, и активировал свое умение. Всепоглощающее ничто в его животе заработало на полную мощь, всасывая в себя все в округе. Осколки земли, редкую траву, технику и трупы, а самое главное, маленькую фигурку молодого золдара.

— Нет! — Генри думал было развернуть свой Призрачный доспех на помощь ученику, но его остановила Анжелина, рискнувшая войти в усиление пятого уровня энергии внутреннего монстра.

И Сулимов прыгнул вперед, видя, как среагировал на происшедшее Садара. Окояма вновь уменьшился до обычного роста, но теперь применил магию тени, спутывая Призрачный доспех Садары невидимыми нитями через его же собственную тень. Ганзо бросился вперед, покрывая тело защитным барьером и ускоряясь предельно.

Пальцы пронеслись перед самым лицом побледневшего Мурамы… исполинский темно-синий клинок, высвободившийся от пут, мелькнул справа.

— А-А-А-А-А! — истошно заорал Мурама, когда Ганзо, просто не успевая вынуть второй глаз золдара, проткнул глазницу пальцем.

— Тварь! — воскликнул Окояма, бросаясь на помощь Ганзо.

Меч Садары отрубил его другу руку.

* * *

«Это будет мой последний шанс… — подумал Сулимов, отстраняясь от криков друзей и врагов. — Величайшая связка магии с усилением. Все, что я могу на данный момент».

Руки ощутили вес клинка. Непривычный, чудовищно громоздкий и совершенно точно нереальный, но он был, Сулимов сжимал его своими пальцами, чувствуя, как слабеет с каждой секундой. Огромный клинок истинного владения мастера древности, подобный которому никто и никогда не делал.

Потоки магии Осибу, тоже отдававшего последние силы, звенели легким морозом, а по щекам скатывались капли от растаявших снежинок. Стихия Льда — вершина техники быстрейшего и точнейшего убийства.

Пальцы на руках готовились изогнуться, используя оружие врага против него же самого. Вакуум, Атмосферное давление. Сулимов использовал эту технику лишь единожды на полигоне, и то случайно. Не было времени опробовать в реальном бою, но что поделать. Если не сработает — хуже не будет.

Призрачный доспех Садары застыл в неудобной позе, оторванный от спасительного щита Генри. Но золдар видел атаку истинным зрением своей силы сверха. Он понял, что именно задумал его бывший ученик. Это будет неприятно, и точно выиграет ему пару секунд, но не смертельно. Меч истинного владения древности не ранит тело, лишь разум. А если разум готов к атаке, то он приобретает броню.

«Это — жест отчаяния, а не атака», — подумал Садара, глядя, как на него обрушивается исполинский (размером с Призрачный доспех) призрачный клинок.

И тут же разум пронзила волна боли! И тело отозвалось в унисон!

* * *

— Меч из снежинок? — выгнул бровь Гун, наблюдавший за сражением в бинокль. Главный стратег золдаров успешно отступил в безопасное место, пока остальные были слишком увлечены сражением. — Он… ударил его сквозь Призрачный доспех снежинками, обратившимися в лед?

* * *

Да, Сулимов создал не один, а целых два меча истинного владения. Но один из них состоял не из желания разрезать, а из мельчайших снежинок, способных слиться с призрачным клинком. Эта атака была столь же разрушительна, сколь и хрупка. Пойми Садара заранее, и все вложенные в контроль синего льда потоки магии потратились бы напрасно. Но золдар попался в ловушку и был ранен даже сквозь броню Призрачного доспеха.

И в довершении этой тройной атаки… техника, мощь которой потребовала всех оставшихся сил.

— Ладонь вперед. Кулак. Давление! — проговаривал вслух действия Сулимов, ибо данная техника была уж очень сложна, а старший маг слишком устал, но все же смог полыхнуть красным в последний раз. — Печать тигра! Х-ха! Осокурай!

Огромное количество Атмосферного давления направилось на раненого золдара, который в последний момент выпустил свою тень. Призрачный доспех затрещал от напряжения сдерживаемой мощи, и тогда Сулимов «подорвал» свой узор Тигра!

— Брат! — воскликнул Генри, успевший подхватить и Мураму, и Садару.

— Сулимо-в-в-в-в! — закричали маги в тот момент, когда обессиленный старший маг пропустил удар невидимого Садары и отправился в полет.

Прямо в толпу все еще прибывающих через аномалию монстров и золдаров.

Тяжело приземлившись, Сулимов со стоном растянулся на земле, не обращая внимания ни на что. Это был его предел. Все усиления спали разом, а энергии осталось процентов примерно восемь. Ужасно мало. Особенно если учитывать тотальное перенапряжение тела. Пусть Норис и пытался подлечить, но его потуги явно не возымели решающего действия, слишком уж быстро полетел Сулимов, и слишком уж мало магии оставалось у него.

Однако Садара не в лучшем положении, разве нет? Теперь осталось поиграть в игру «кто умрет первым».

* * *

— Он… вырубился? — донеслось сомневающееся откуда-то сверху.

— Подойди и ударь, сразу поймешь.

— Спятил⁈ Это же старший маг! Да он даже без сознания опаснее любого из господ!

— Не несите бред! Добейте его, и битве конец!

Сулимов открыл глаза и еле успел отвести голой рукой удар меча, направленный ему прямо в лицо! Вскочив и поморщившись от боли в теле, он осмотрелся.

Золдары вокруг испуганно попятились на три шага. Но даже этого оказалось мало, чтобы понять, где именно он находился. Хотя нет, это как раз было проще простого. Он находился посреди армии врага. Без энергии, Осибу и усилений. С восемью процентами запаса. И пусть аномалия потихоньку восстанавливала его резерв, этого потока было слишком мало, чтобы ощутить себя хоть немного лучше.

* * *

— Его там разорвут, — выдохнула Дарья, испытывая смешанные чувства.

С одной стороны, ее радовал скорый конец Сулимова, но с другой — в голосе сквозило разочарование. Ей хотелось лично прикончить этого слишком сильного и опасного мага.

* * *

— Окояма, вытаскивай его! — рявкнул Норис, сдерживая атаку Бодо.

— Не могу, метка на нем не та! Я поставил ее, чтобы сэкономить узоры… ай-й-й! В общем, если и прыгать, то только всем вместе и только в столицу!

И этого нельзя было допустить. Это означало бы мгновенное поражение. Да, мятежные золдары сильно, очень сильно потрепаны, но не стоит забывать и о наличных силах монстров, а также уцелевших золдарах. Четверка тварей уровня старшего мага, еще двое, сражавшихся сейчас с кучей монстров против отряда Пуговкина… Если старший маг и их отряд покинут сражение сейчас, так и не победив в нем до конца, потери будут чудовищными… И пригороды столицы придется сдать.

* * *

— Шах и уже почти мат, — развел руками довольно улыбнувшийся Гун, глядя на толпу, окружившую Сулимова. — Есть у вас что в запасе?

* * *

Внезапно один из пятерых смельчаков, решивших-таки напасть на Старшего мага, свалился неподалеку от его ног.

* * *

Окояма посмотрел на Сулимова еще раз и усмехнулся:

— Всем в бой! Сулимов справится сам. Ему не впервой.

* * *

И действительно, старший маг все еще держался. Нет, не просто держался, он теснил монстров и рядовых золдаров, что недавно прибыли из аномалии!

Его слава яростного бойца заставляла относиться к нему не только с уважением, но и страхом, и это оказывало психологический эффект, золдары-противники ошибались под давлением ужаса, наводимого на них Богом Сражений. Его уверенные движения были отточены годами битв и тренировок, и пусть боль норовила все испортить, ему ли привыкать ее терпеть? Его мозг лишь разгонялся, просчитывая сотни возможных атак врагов и способы обратить их против своих хозяев.

— Ну давайте, где же ваша сила⁈ — кричал распалившийся Сулимов, выверенными и четкими движениями ломая противникам руки, ноги, шеи и фактически разрывая на части сильнейших монстров.

Вот один из золдаров замахнулся мечом и даже попал в плечо, но тут же был убит ударом в сердце. Сулимов споро вытащил меч и так же споро обратил против оставшихся врагов. Он отбивал и атаковал, принимал удары и наносил. Уловив момент, он даже успел призвать Земляную Стену, в которую, по классике, впечатал одного из самых сильных в ближнем бою врагов.

От радостного хохота старшего мага даже у самых опытных убийц-золдаров волосы встали дыбом.

А он сражался, отдаваясь песне боя и уничтожая армию врага. Да, это было в десятки раз тяжелее, чем с усилением, магией и Осибу, но зато это было ни капли не скучнее! Он отключил боль, оставив телу лишь способность двигаться, и полностью сосредоточился на разуме, просчитывающем, рассчитывающем и подгадывающем. Он дышал за десятерых, помня каждый урок мастера Теслы.

— Нападайте, ушлепки, всех порву, один останусь!

Раненый Дракон — все еще Дракон.

* * *

— О да? — Гун мысленно обставил белого ферзя черными пешками и принялся сметать ферзем одну пешку за другой, пока на другой стороне доски черные делали свои ходы в попытках обратить безнадежную ситуацию вспять. — И что же нам делать в этом случае?

* * *

Тяжело дыша, Садара из последних сил использовал свою тень. Генри, поддерживавший его, вздрогнул и тут же предвкушающе оскалился. Державшийся на одних морально-волевых Мурама, сидя на коленях за их спинами в ярко-красном Призрачном доспехе, казалось, бредил.

А наседавшие на значительно ослабевшие силы противника имперцы даже не подозревали о ловушке.

Тень Садары, держа в руках специально раскрошенный черный приемник, подошла к Окояме со спины. И Норис, некогда бывший носителем частички силы Теслы, наблюдавший за действиями нынешнего носителя воли величайшего архимага в истории, против неизвестной техники Великого Золдара, почувствовал…

Бросившись к архимагу на всей возможной скорости, Норис успел в последний момент.

Он не знал точно, какой именно будет атака, да и не мог знать. Все, что у него было, это смутное подозрение о стороне атаки. И все, что он мог в этой ситуации, это банально прикрыть опасную сторону чем-нибудь, что будет менее ценно, чем жизнь Окоямы в этой битве.

И поэтому он закрыл Окояму собой.

— Н-Е-Е-Е-Е-ЕТ! — одновременно закричали Садара с Окоямой.

А старый архимаг Норис уже заваливался лицом вперед, обагряя своего товарища собственной кровью.

— Господин архимаг! — вдруг донесся до Окоямы искаженный голос престарелого личного помощника через магический канал связи. — В центре столицы открылась аномалия! Нас кто-то предал!

* * *

— Вам шах и мат, — оскалился Гун, получив от шпиона из столицы новые данные. — Если не можешь выиграть на одной доске, сжульничай и ударь врага по голове второй! Это же так в духе старшего мага и совета архимагов! Но не только они так умеют. Я тоже не пальцем деланный!

* * *

А Окояма тем временем, проверив лишь, успели ли отойти ученики Сулимова, выдернул отряд телепортом. Окровавленные Норис и Ганзо рухнули сразу. Анжелина подбежала к ним, готовая помочь.

Сам же архимаг задумчиво смотрел с крыши небоскреба на мельтешащие внизу фигурки людей и монстров. Тяжело вздохнув, он достал из пространственного кармана смартфон и нажал кнопку вызова.

— Пахве? Да. Это я. Твое время настало. Твой выход. Приступай, — и отключив смартфон, расправил плечи и добавил: — Ну а здесь я и сам разберусь. — Затем посмотрел вдаль, где за пригородами столицы, в десятках километрах от него, все еще сражался Сулимов и под маскировкой прятался в тени деревьев Гун. Окояма довольно улыбнулся и произнес: — Это мы еще посмотрим, кто кому мат поставил.

* * *

В тот же миг Гун удивленно моргнул, а после еще раз, застыв словно столб. Еще мгновение назад он находился в безопасном месте, но теперь все резко изменилось. Он оказался практически возле аномалии. Но как?!!!

Рядом стоял Генри и обеспокоенно смотрел вверх. В руках он держал бессознательного Садару, а рядом валялся обессиленный Мурама. Но не это больше всего удивило стратега золдаров. Монстры и остальные золдары застыли. При этом рядом с ними не было ни одного мага людей и солдат империи. Только Дарья, Бодо и Озоро так же, как и он, изумленно осматривалась вокруг.

— Если у тебя нет очередного хитрого плана, то нам крышка, — весело усмехнулся Генри рядом.

Гун перевел взор на небо и ошарашенно снова моргнул. На высоте в пару сотен метров висела маленькая фигурка архимага людей, а вокруг нее расцветал прекрасный и объемный узор великого магического заклинания. Настолько же прекрасного, насколько и чудовищно мощного и ужасающе пугающего.

— У меня только одна идея, — растерянно пробормотал Гун. — Нужно валить. И как можно быстрее. Хорошо, что я и это предусмотрел.

— Другими словами, мы проиграли? — хмыкнул Генри.

— Сейчас да, — спокойно пожал плечами Гун, взяв себя в руки. — Но настоящая партия только начинается. Зато теперь нам известно практически все что нужно.

— А ты, я смотрю, тот еще оптимист, — хмыкнул Генри, активируя сложнейшую цепочку узоров, созданную его братом еще в самом начале их появления здесь.

* * *

В тот момент, когда с неба вот-вот обрушится столб чистой магической энергии, что оставит после себя лишь смерть и огромный кратер в земле, я отстраненно подумал о судьбе своего собственного тела. Кажется, в этот раз выжить мне не поможет даже божественное вмешательство. Уж не знаю, кто там в небе, хотя есть подозрение, что это тот самый архимаг Пахве де Конти, но его сила поражала. Впрочем, какая уже разница? И тут на мое сознание опустилась тьма с абсолютной тишиной. Вот и все. Конец истории.

## Глава 16

— Слева! Я говорю, левее! Ты что, глухой⁈

— Не ори! И без тебя вижу!

— Вижу я, как ты видишь! Глубже давай, режь.

— Куда глубже? Совсем с дуба рухнул? Если глубже, то могу полголовы снести!

— Ты что, реально думаешь, что он еще жив?

— А вдруг?

— Совсем сбрендил?

— Слушай, раз такой умный, то сам и режь.

— Да легко.

— Вот и давай.

— Тихо! Режем осторожно! Мало ли. Шансов нет, но вдруг.

Стоя возле трех спорящих между собой магов-техников, Пуговкин тяжело вздохнул. Вмешиваться он не собирался. Хотя, возможно, и стоило.

— Однако, жестко его расплющило, — сокрушенно покачал головой подошедший Цаплин.

Пуговкин в ответ лишь снова тяжело вздохнул и перевел взор на небо. Смотреть на то, во что превратилась броня, в которой находился курсант Дмитрий Корнеев, ему было тяжело. Если вообще можно назвать этот «блин» покореженного металла броней.

— Опять тебе не повезло, — устало добавил Цаплин. — Очередной курсант, и очередной труп.

— Что есть, то есть, — отстраненно согласился Пуговкин, продолжая рассматривать облака на небе. После чего тихо добавил: — А ведь я Стукова предупреждал.

— Да его предупреждай, не предупреждай, а толку-то… — раздраженно махнул рукой Цаплин. — Только и умеет, что молодых парней гробить.

— Не сыпь мне соль на рану, а? — устало перевел на него взор Пуговкин. — И так на душе хреново. Как чувствовал. Надо было все-таки в этот раз курсанта подальше поставить.

— Да ладно тебе, — тяжело вздохнул Цаплин. — Ты-то здесь при чем? Кто вообще мог знать, что из аномалии появятся золдары?

— Я бы на вашем месте не спешил с выводами, — с загадочным взглядом вмешался в их разговор Вольнов, который все это время сидел на корточках возле техников и пристально наблюдал за тем, как они пытались разрезать кусок металла, дабы добраться до тела курсанта.

— Ты сейчас о чем? — изумленно уставился на него Цаплин.

— Я ощущаю слабое течение жизни, — с очень странной интонацией произнес медик отряда. — Очень слабое, но оно все же есть.

— Да ладно! — в шоке высказался Цаплин. — Как в ТАКОМ можно выжить?

— Не знаю, — отрешенно произнес Вольнов. — Но своим сканам я верю.

Именно в этот момент техникам наконец удалось снять слой металла доспеха, а точнее, отрезать часть от «блина». Как только они подняли эту часть, тут же замерли на месте. Как и все остальные.

— Во-о-о дел-а-а-а… — ошарашенно протянул Цаплин.

— Охренеть не встать, — в сердцах высказался один из техников. Тот, который до этого советовал резать поглубже.

— А ты! «Режь поглубже, режь посильнее…» — довольно передразнил его второй техник. — Хорошо, что не послушал тебя.

— Да этого просто не может быть, — с трудом проглотив ком в горле, просипел перепуганный техник. Что было понятно. Если бы из-за его действий паренек погиб, то технику светил минимум трибунал, а максимум разъяренный Пуговкин, который смерть своих людей не прощал. Особенно из-за халатности.

— Данила?.. — в прострации произнес Пуговкин, непонимающе переводя взгляд с покореженной брони на голое тело курсанта и обратно.

Вольнов, в отличие от остальных, времени не терял. Сразу достал Дмитрия из металла и уложил на носилки рядом. Теперь же медик сосредоточенно водил рукой по телу парня.

— Данила? — чуть громче повторил свой вопрос Пуговкин, уже взяв себя в руки.

В чудеса он не верил, но факты признавал. И сейчас перед ним лежал этот самый факт. То есть его боец-курсант, почему-то полностью голый и без единого волоска на теле. Не было даже бровей и ресниц. Такое ощущение, что парень искупался в огне, но при этом остался без ожогов и, более того, с идеально гладкой кожей, как у младенца. Даже ногтевые пластины на руках и ногах казались только что выросшими и мягкими. Впрочем, выводы Пуговкин делать не спешил. Сначала нужно услышать мнение Вольнова.

— Хм, — глубокомысленно протянул медик. — Однако, любопытно. Я бы даже сказал, уникально. Занятный случай.

— Данила! — возмущенно добавил Пуговкин. — Хватит тянуть кота за яйца! Что с курсантом?

— Жив твой курсант. Жив, — хмыкнул в ответ медик. При этом в его голосе ощущалось явное глубокое облегчение. — Сейчас просто без сознания от перенапряжения своего источника, но в общем и целом жив-здоров.

— Однако, — протянул растерянно Цаплин.

— И каким образом он выжил? — нахмурился вместо радости Пуговкин.

— Вариантов несколько, — спокойно пожал плечами Вольнов, вставая. После чего приказал стоящим недалеко от них двум медикам рангом помладше: — Уносите. Куда везти, узнайте у особистов. Это их подопечный. Поняли?

— Так точно! — хором отозвались оба и бросились выполнять приказ.

— И что это за варианты такие? — еще больше нахмурился Пуговкин.

— Можешь расслабиться, — хмыкнул Вольнов, заметив реакцию командира. — Ничего суперневероятного. Конечно, подобные случаи редки, но не невозможны. И если честно, то у меня всего два варианта. Или у парня спонтанно проснулся наследственный дар сверха, и на это указывает остаточный след в его организме, либо при прокачке источника он смог выйти на новый уровень техники укрепления тела. Но так как обучен он ей слабо, то, как ты видишь, результат получился так себе. Впрочем, я больше уверен в первом варианте, чем во втором.

— Почему? — слегка расслабившись, спокойно спросил Пуговкин с легким любопытством.

— Уж очень все признаки похожи на активацию алмазного доспеха сверхов, — задумчиво почесал подбородок Вольнов. — Уплотнил кожу на инстинктах и поэтому выпали все волосы, а ресурсы на уплотнение взял от материи вокруг. То есть из одежды и части доспеха. Ну и еще именно у этой способности есть подобный эффект, причем очень полезный — частичная регенерация. Ты же видел, что его ногти фактически недавно отросли? Видимо, и их тоже отрезало при активации.

— Хм. Алмазный доспех, значится, — Пуговкин перевел взор в сторону удаляющихся с носилками медиков. — Теперь понятно, почему Стуков так сильно был уверен в выживаемости парня.

— А вот это вряд ли, — насмешливо хмыкнул Вольнов. — Подобные гены выявить до их активации невозможно. Да и сама активация может произойти только в очень экстремальных условиях. И то не факт, что сможет. Здесь же совпало слишком много условий. Специфичная атака архимага, постоянный приток энергии от аномалии, ну и самое главное, наличие хоть и не супермощного, но все же защитного барьера и брони. Последнее подарило те самые мгновения, которые позволили парню на инстинктах защитить свое тело.

— То есть шанс, что Стуков об этом знал, минимальный? — недоверчивым взглядом окинул Пуговкин медика.

— Я бы сказал, даже нулевой, — довольно улыбнулся в ответ Вольнов.

— Однако, этот паренек полон сюрпризов, — озадаченно покачал головой Пуговкин.

* * *

Белый потолок. Бежевые стены. Я в постели и явно больничной. Рядом какие-то датчики, а также ощущение магии. Плюс работающий телевизор на стене, а показывал он имперский телеканал, очень хорошо мне знакомый по бдениям во время вахты. А включил его, видимо, мой сосед по палате, незнакомый взрослый мужик. Вот только надолго его терпения не хватило. В данный момент он бессовестным образом дрых с пультом в руке. Итог. Я каким-то чудом выжил, и по-прежнему в том же самом мире. Печально и забавно одновременно.

Забавно, потому как я не ощущал никого рядом. Да и на окнах нет решеток. Значит, это не тюремный лазарет. То есть можно с уверенностью утверждать, что когда меня спасли или вытащили из брони, артефактов на мне не нашли. Вот только почему? Есть всего два варианта. Первый, этот кто-то эти самые артефакты успешно стырил по-тихому. Второй, артефакты не пережили, в отличие от меня, атаки архимага. Хм. Странно, непонятно, но все же забавно. Мне опять подфартило.

Впрочем, в вариант воровства верилось слабо. Арты, конечно, недешевые, но некоторые из них незаконные. Вряд ли кто-то стал бы их забирать себе. Да и как? Не думаю, что меня спасал кто-то один. Намного проще было бы меня сдать вместе с артами и получить законную премию. Ну а меня после этого упекли бы в тюрягу. И не только из-за наличия незаконных артов, ведь и обычные смотрелись у меня тоже очень подозрительно. Откуда у простого курсанта такие деньжищи? Вот именно, неоткуда. Значит, вариант ровно один. Артам гаплык. Печально, но что поделать. Другой вопрос, каким образом я выжил, если арты в труху? Непоня-я-ятно.

Что же до печальных ощущений, то они больше связаны не с артами, а с тем, что я увидел во время боя. Я, конечно, понимал, что в данном мире индивидуумы не блистали умом и сообразительностью, но чтобы настолько?!! Глядя на Пуговкина, я думал, что чем сильнее маг, тем он умнее. Но реальность разбила мои мечты на мелкие осколки, а после еще и растоптала лаптями идиотизма. Причем клинического. По-другому пояснить тот бред, что я наблюдал в бою, невозможно в принципе.

Слишком умные золдары и архимаги, несмотря на свой супер-пупер огромный опыт и возраст, сражались, словно малые дети, насмотревшиеся мультиков или геройских фильмов. А уж об использовании магии я и вовсе промолчу. Более дебильного применения своих сил я даже мысленно представить не мог. Это же только подумать!!! Архимаг бегал, словно попрыгунчик, и бил противника голыми руками! Капец. Умереть не встать. Было бы очень смешно, если бы не так тупо и дебильно.

Это все равно что наблюдать со стороны бой двух современных танков. Вместо того, чтобы занять выгодные позиции и уничтожить противника на максимальной дистанции, два танка на полном ходу мчатся друг к другу, тормозят впритык, из техники выпрыгивают экипажи, спокойно беседуют, а затем начинает бить друг другу морды. Просто так. Голыми руками. Ну а когда надоедает, ну или синяков становится много, они залезают обратно в танки и начинают маневрировать, отъезжая подальше друг от друга. Ах да. Забыл. Одновременно они стреляют из пулеметов, но не из пушек.

Почему? Да потому, что если, не дай бог, влупить в упор из орудия, то можно же противника подбить, или, не дай бог, уничтожить!!! А это моветон! А как же пафос? Великое противостояние на несколько часов или дней? Превозмогание? Хитрые техники и уловки? Как без этого? Кто-то хочет, чтобы бой превратился в банальное уничтожение? Вы что, с ума сошли? Как так можно? Тьфу на всех невежд. Аж думать об этом противно. Ах да. Забыл. Они же, отъехав, начинают лупить друг по другу из пушек, дабы потом опять съехаться и в паузах снова побить друг другу морды. А почему бы и нет? Зря, что ли, боксом в школе занимались? Тьфу-тьфу. И еще раз тьфу. Бэ-э-э. Меня аж опять передернуло от отвращения. Уф… Ну и долбоебы.

Не знаю, кто создал этот мир, но кажется, боги при создании использовали учебники логики и физики в качестве туалетной бумаги. По-другому весь этот бред пояснить невозможно. И главное заключалось в другом. Этих ушлепков мне нужно не только спасти, но еще и как-то найти с ними общий язык!!! Как?!! Да я же после этого смотреть на них без жалости не смогу. Особенно если учесть один простой факт. Архимаги по силе и боевой мощи — это не танки, а хорошие такие авианосные флотилии. Которые вместо того, чтобы лупить друг по другу за десятки километров, брали врага на абордаж, дабы побить морды. Тьфу ты. Опять меня занесло. И как в этом мире жить? Печально? Однозначно. Нет повести печальнее на свете, чем я среди подобных идиотов. Хоть бери и от отчаянья проверяй стену на прочность своим лбом.

Я и дальше лежал бы так, страдая от безысходности, если бы не обратил внимания на телевизор. А там включили любопытные новости, где какой-то там специалист-маг, гость программы, комментировал то, что происходило на экране. Показывали при этом сьемку того самого боя, в котором я принимал участие. Ну как принимал. Сидел в окопе и делал вид, что все отлично. Ну да это сути дела не меняло. Ибо от только что показанного у меня чуть волосы дыбом не встали. Кстати, а где мои волосы? Ладно. Забыли. Все потом. Сейчас все внимание на экран. Уж очень «радостные» кадры там показывали, но при этом они же вызывали не меньший страх. Причем такого уровня, что поджилки начали трястись, а в горле резко пересохло.

Почему? Да потому, что оказалось, что это я полный кретин, а не архимаги! Да. Это «радовало». Ну, скажем так, отчасти радовало. Но вот их реальная сила, особенно этого самого старшего мага Касыма-Жомарта Гемелевича Сулимова, пугала до коликов в животе. Это что же получается? Все, что я видел, полная туфта? Жесть. Блин, мне реально поплохело. Аж спина взмокла. А главное, почему я сам этого сразу не заметил? Где были мои мозги? Ведь все очевидно. Но отчего-то я совершенно не обратил внимания на многие несостыковки, а зря. М-да. Кажется, я погорячился. Это не маги идиоты, а я сам дебилодиус обыкновениус.

Суть того, что я видел и слышал, оказалась слишком жестокой. Сулимов не сражался врукопашную с золдарами. Да. Он появился на поле боя, как я сам и видел. А вот дальше все пошло не так, как в моей больной фантазии. Старший маг первого ранга накрыл все поле немыслимым по силе узором ментальной магии. Уровень этого магического воздействия был настолько сильным, что все, кто попал под его действие, видели то, что хотел сам Сулимов. То есть больная фантазия была все же не у меня, а у него, ну да ему можно. С такой-то силой!!!

Дальше и вовсе все происходило еще банальнее. Монстры и золдары застыли на месте. Вот только их никто не трогал. Почему? Да потому, что несмотря на суперсилищу Сулимова, вмешиваться в его узор себе дороже. Можно было случайно его нарушить. Так что старший маг держал узор ровно до того момента, когда на поле боя прибыли два архимага с помощниками — Арнольд Норис и Вильгейм Окояма с женой. Кстати говоря, жена и он сам выглядели точно так же, как и в моем видении. Ну да не суть.

В общем, эти трое стали неспеша перемещать всех монстров и золдаров поближе к аномалии. Причем тех золдаров, которые реально сидели под маскировкой чуть в стороне, они тоже не убили, а переместили. Причина та же самая. Смерть или повреждение любого из золдаров могло пробудить всех остальных. А зачем их будить, если можно уничтожить одним ударом всех и сразу? Вот именно.

Ну а когда все враги были собраны на небольшой площади в сотню метров радиусом вокруг аномалии, появился в небе еще один архимаг — Пахве де Конти. И вот он уже закрутил реальный боевой узор на все поле. Этот момент я уже видел и под его воздействием побывал. В общем, один мощный удар, и от золдаров с монстрами ни хрена не осталось. Впрочем, как я помнил, часть золдаров смогли сбежать. Что оказалось тоже правдой. И еще один момент. Аномалия действительно открылась в центре столицы. Вот только ее нейтрализовали и уничтожили всех монстров, кто успел прорваться, практически моментально. И да. Это сделали Окояма и его жена.

Зато теперь я увидел, почему выжил. Удар Пахве пришелся буквально в полуметре от того места, где я прятался. На пятьдесят сантиметров больше радиус атаки, и я труп. А так только слегка подкоптился до хрустящей корочки, и все еще непонятно, как выжил. Вопрос на сто миллионов. Если не больше.

Но вернемся пока к моей логике, точнее, к той ее части, где я успешно о ней забыл. Ведь я и сам мог догадаться, что дело неладно. Во-первых, потому что в момент появления Сулимова я как раз закончил поглощать монстра и переключился на другого. Вот только если внимательно вспомнить все нюансы ощущений и само видение, то трупа, который я как бы поглощал, не было видно. Его просто не было. Но я отчетливо помнил, что приток энергии не прекращался.

Идем дальше. Во-вторых. Хотя. Нафиг считать? И так все ясно. Список слишком большой. Активизация нездорового внимания именно на Сулимове. Я слышал их разговор, хотя физически этого не могло быть. Мое внимание иногда перескакивало на других, хотя опять же я сам хрен бы стал подобным заниматься. Да и не смог бы. Ведь я мог видеть только то, что показывал солдат-наблюдатель. Куча незнакомых мне имен и названий техник, которых я просто не мог знать. А еще самое забавное, это ощущение того, что я якобы понимал, о чем думал тот или иной кадр. Ну и так далее. Слишком большой список.

Конечно, у меня есть оправдашка. Ведь я только недавно пришел в себя, а до этого подумать мне возможности никто не давал. Да и был я под воздействием магии Сулимова. Но все это от лукавого. На реальном поле боя мои оправдашки никого не будут интересовать. Еще раз так ошибусь, и мне крышка. Без вариантов. Даже несмотря на то, что я нехило так прокачался. М-да. В общем, нужно срочно чем-то и как-то защитить свой разум. Как оказалось, моя защита — решето для таких, как Сулимов.

Ладно. С этим разобрались. Теперь нужно срочно думать о том, что сказать Стукову. А то он придет в гости, а я ни бе ни ме ни кукареку. Списать все на воздействие кого-то там, а точнее, на медика отряда Пуговкина, не выйдет. Сомневаюсь, что его воздействие могло хоть как-то посостязаться со старшим магом. На секундочку! Он ведь навеял иллюзию не только моему основному разуму, но и тому, который «якобы» взять под контроль невозможно. А уж что рассказывать насчет моей живучести, так и вовсе не знаю. М-да. Однако, та еще задачка.

Вот только обдумать стратегию разговора с куратором мне не дали. В палату влетел доктор в сопровождении медсестры. Видать, датчики че-то там зафиксировали, вот они и примчались. Ну а дальше началась рутинная проверка моего здоровья. Меня просканировали узором, после успокоили тем, что я здоров как бык, а затем еще и обрадовали. Мол, насчет волос могу не переживать. Частичное восстановление оплачено. Так что уже завтра утром у меня будут новые брови, ресницы и даже короткий ежик на голове.

Правда, во всем остальном я остался в неведенье. То есть каким образом я выжил. Почему у меня нет волос, и отчего моя кожа как у младенца, и так далее. Док только сообщил, что обо всем мне подробно расскажет Стуков, который уже ждал в коридоре. И вот подобный факт меня ни фига не радовал. Я ведь так и не придумал, что именно говорить. Да и доктора задержать не смог. Он закончил осмотр и быстро свалил вместе с медсестрой.

— Привет, курсант, — весело помахав мне рукой, поздоровался Стуков, входя в палату и садясь на стул возле моей кровати.

— Добрый день, Владимир Иванович, — осторожно поздоровался я, судорожно пытаясь придумать хоть что-нибудь.

— Ну и выдал ты, конечно, — усмехнувшись, покачал он головой. — Удивил, так удивил.

— Э? — только и смог я удивленно протянуть.

— Не понимаешь? — посмотрели на меня насмешливо. — Неудивительно. Все же не каждый день после такого выживают.

— Да я как бы и сам в шоке, — ляпнул я первое, что пришло в голову.

— Это да, — солидно покивал он. — Есть от чего. Это же надо было попасть на одну из самых редких аномалий в мире.

— Такое себе везение, — печально вздохнул я. — Я бы предпочел обойтись без таких экстремальных способов прогона. Особенно с учетом силы архимагов. Хотя этот Сулимов со своей ментальной магией по площади удивил не меньше.

— М? — удивленно промычал он. — Откуда уже узнал?

— Да вон по телеку все показали, — тяжело вздохнув, кивнул я в сторону экрана. — И даже пояснили подробно, что произошло.

— А… — с легким разочарованием выдохнул Стуков. Видать, сам хотел меня «обрадовать». — Хотя, если ты уже знаешь правду, будет проще.

— Да я бы так не сказал, — не очень уверенно возразил я. — Каким образом я выжил после удара Пахве де Конти, до сих пор понять не могу.

— А вот это самое простое из всего, — весело подмигнул он мне. — Событие хоть и редкое, но все же случается и такое. У тебя проснулись гены сверха.

— Гены сверха? — в чистосердечном шоке уставился я на него.

— Именно, — утвердительно кивнул он. — Не очень полезные, конечно, но что есть, то есть. Эта сила называется «алмазный доспех». Правда, название лишь номинальное и мало сочетается с реальностью.

— Не очень полезные? — осторожно произнес я, пытаясь при этом прозондировать сам себя и понять, что изменилось. — Алмазный доспех?

— Сейчас все поясню, — хмыкнул он. — В общем, кто-то из твоих предков явно обладал силой сверха. И хотя подобное случается нечасто, но иногда гены сверхов потом просыпаются у их потомков. Правда, условия активации подобных генов довольно специфичные, — в очередной раз хмыкнул он. — Нужно, чтобы обладатель генов оказался на грани смерти. Но и это еще не все. Когда подобные тебе оказываются на волосок от гибели, их гены, можно сказать, «пробуждаются», но чтобы они смогли начать влиять на организм, нужна энергия. Много энергии. И обычно на этом этапе все обладатели подобных генов погибают, так и не сумев применить свои силы. Но тебе повезло. Ты был возле аномалии, и более того, в тот момент как раз занимался выкачиванием энергии из нее. То есть у твоей силы оказалась в распоряжении нужная ей энергия. Именно это и спасло твою жизнь. Сила сверха развернулась и полностью покрыла твое тело, превратив твою кожу в очень крепкую броню, крепче алмаза. Собственно, поэтому и назвали данную силу «алмазным доспехом». Хотя ничего общего с алмазом твоя кожа не имеет.

— Я, может, чего не понимаю, но звучит пока очень круто, — задумчиво произнес я, изучая себя самого.

И да. Выводы я уже сделал. Стуков оказался неправ. Во мне не проснулись гены, а я просто поглотил силу сверха из одного из монстров. Судя по всему, я в тот момент, когда началось «представление» Сулимова, присосался и начал поглощать не труп, а вполне себе живого монстра. Хотя судя по полученному эффекту, возможно, даже не монстра, а золдара. Слишком уж сильно выросли мои возможности. Уже сейчас мой резерв равнялся уровню мага шестого ранга. Кроме того, мои основные стихии тоже существенно подросли. Даже поглощение фактически стало круче раза в два. Ну и вдобавок, у меня теперь действительно есть две силы сверха. Первая — это тот самый доспех. А вторая — это регенерация. Осталось теперь выяснить, какие минусы эти две силы мне принесли.

— Звучит круто, а по факту все не так радужно, — тяжело вздохнул Стуков. — Дело в том, что эта твоя сила требует поистине гигантских объемов энергии. Например, сейчас, даже с учетом изумительного роста твоего источника до мага шестого ранга, ты сможешь покрыть свое тело защитой лишь на пару секунд. Но и это еще не все. Все же даже так сила полезна. Например, для защиты от стопроцентного урона. Так в чем же главная проблема? Ну кроме того, что ты после применения окажешься снова голым и лысым.

— Вы меня спрашиваете? — удивленно уставился я на него.

— Это был риторический вопрос, бездарь, — хмыкнул он в ответ. — Так вот. Главная проблема, это твой вес. Твоя кожа в буквальном смысле этого слова меняет свой состав на другой, но весит она при этом во много раз больше. И если, допустим, ты в этот момент лежишь, то сможешь выжить. Как сейчас. Все же вес будет при этом распределен по всему телу, и тебе не нужно двигаться. А вот если применить силу стоя или даже сидя, то твоя голова, например, станет весить килограммов сто, если не больше. Догадываешься, что случится с твоими костями при таком весе?

— Они все поломаются, — задумчиво протянул я. — Но почему тогда мои ребра целы? Если так, то даже когда я лежу, вес все же тоже давит.

— Давит, — согласно кивнул куратор. — Но так как у тебя был рядом постоянный приток энергии, то твоя сила смогла защитить тебя самого от данной проблемы. Впрочем, если бы ты в тот момент не лежал, а сидел, то даже это не помогло бы.

— Но почему такой огромный прирост в весе?

— Все дело в составе твой кожи в момент пробуждения силы, — менторским тоном принялся он пояснять. — Она становится настолько прочной, что до сих пор ее так и не смогли изучить. Просто не существует инструментов, которые смогли бы ее пробить. Более того, она поглощает тепло и холод. И да. Сразу скажу. Нам неизвестно, откуда подобные тебе сверхи берут материю для создания данного уплотнения, и куда эта излишняя масса потом исчезает. Есть предположение, что вы используете некий пространственный карман, привязанный к силе сверха, но это лишь теория.

— Если я становлюсь настолько крутым и неубиваемым, то разве это плохо? — осторожно удивился я. Кажется, он чего-то недоговаривал. — Вес, конечно, проблема, но если использовать магию уплотнения внутренних органов и скелета, то это уже не станет такой проблемой.

— А энергию на все это ты где возьмешь? — усмехнулся в ответ Стуков. — Да и не настолько доспех непробиваемый, как ты думаешь. Например, попади ты под прямой удар узора архимага Конти, и защита не помогла бы. Хотя есть и более простые способы обхода. Например, против электричества твоя броня бесполезна. Да и маг земли тебя просто замурует и все. Ну или маг воздуха лишит кислорода. И это я еще про ментальных магов не вспомнил. Так что, как видишь, этот доспех сверха обычному адепту покажется неуязвимым, а для любого мага выше пятой ступени — лишь неприятное временное препятствие.

— Однако, печально, — изобразил я огорчение.

На самом деле у меня никакого огорчения не было. Это для всех остальных данная сила сверха лишь геморрой или спасательный круг на крайний случай. Для меня же это супербомба и куча возможностей. Ведь я получил полный контроль над силой сверха благодаря ментальной магии. В общем, теперь я мог контролировать объем и место применения силы сверха. Например, сделать только один палец крепче любого вещества в мире. Ну или покрыть лицо тонким слоем защиты. Кстати, мне теперь и бриться не надо. Создал укрепление, и вуаля, ни единого волоска на морде. Красота. Ну это так, мелочи жизни. Главное, что я теперь кулаками стены могу крушить и ничего себе не поломаю. А если и поломаю, то регенерация быстро все залечит. Но знать об этом Стукову вовсе необязательно. К тому же это только на словах и в теории круто звучало, а вот на практике для подобного использования нужны тренировки, и как можно больше.

— Что поделать, — развел он руками. — У каждой силы сверха есть свои недостатки. У твоей — вес. Слишком большой вес. Да и требования по энергии тоже далеки от идеала.

— Ясно, — в очередной раз изобразил я тяжелый вздох разочарования.

— В общем, с твоей силой сверха мы разобрались, и теперь давай-ка вернемся к бою, — неожиданно серьезно произнес он, с прищуром глядя на меня. — Подробно и во всех деталях расскажи мне, что именно ты видел в иллюзии, которую на тебя повесил Сулимов.

— А вы разве не знаете? — искреннее удивился я.

— Знаю, — кивнул он. — Но лишней информации в таком деле не бывает. Так что докладывай.

Равнодушно пожав плечами, я приступил к подробному рассказу. Скрывать что-либо я не собирался. Пусть Стуков тоже окунется во весь тот бред, что я увидел. Не один же я должен от подобного страдать? Вот именно. К тому же не только он будет изучать мой рассказ. Ибо куратор демонстративно достал и включил диктофон.

— Ясно, — задумчиво и почему-то хмуро произнес он, когда я закончил доклад, выключая и убирая диктофон в карман. После чего строго добавил: — Ты ведь понимаешь, что то, что ты узнал, строго секретно?

— Была такая догадка, — так же серьезно кивнул я в ответ.

О чем намекал Стуков, понятно и тупому. Золдары не тупые монстры и не результат больного эксперимента, а вполне разумные маги. Если только можно назвать разумными тех, кто ради силы искалечил свое тело и разум.

— Ты слишком рано узнал правду, — сокрушенно покачал он головой. — И советую о ней никому не сообщать.

— Упекут в тюрьму? — понятливо хмыкнул я.

— Хуже, — хмуро возразил он. — В психушку. Скажут, что ты придумал бредни, и принудительно положат на лечение. Ну а там ты и так достаточно быстро станешь психом.

— Значит, буду молчать, — лаконично пожал я плечами. — К тому же толку мне от информации о золдарах и их разумности? Но все же странно, что Сулимов вот так легко данную информацию распространяет.

— Он старший маг, — тяжело вздохнул Стуков. — Причем первого ранга. Ему плевать на нас, слухи и мнения других. Он уже выше правителя любого государства. К тому же, чтоб ты знал, Сулимову действительно осталось лишь немного подрасти, и он станет архимагом. Что же касаемо золдаров, то здесь все сложнее. Они, конечно, разумные, если так можно назвать больных на голову террористов, и бывшие официальные маги, но… В общем, с ними не все так просто. Но запомни одно. Лучше держись от них подальше. Если увидишь, то сразу убегай. Жалеть тебя они не станут.

— Это я уже и так понял, — невесело хмыкнул я. — Но у меня есть один вопрос.

— Какой?

— Почему Сулимов отобразил такой странный бой? Разве маги подобной силы так сражаются?

— Нет, конечно же, — усмехнулся он. — В теории то, что ты видел, архимаги, золдары и сам Сулимов действительно могут повторить. Вот только так бездарно использовать свои силы никто не будет. Да ты и видел, что было в реальности, — при этом он кивнул в сторону телека. — Все, что ты видел в видении, это лишь, можно сказать, очень глупая шутка старшего мага.

— Шутка? — удивился я.

— Да, — кивнул он. — Дело в том, что, насколько нам известно, Сулимов очень сильно увлекся в последнее время просмотром аниме и комиксами южан.

— Аниме? Комиксы? — моему изумлению не было предела.

Нет. Я знал, что такое аниме и комиксы. Но это из прошлой жизни. А вот то, что здесь они тоже есть, для меня новость. Не то чтобы я был сильным поклонником подобных мультиков, но иногда и там встречались довольно любопытные сюжеты.

— Ты не знаешь, что это такое? — удивился уже Стуков.

— Знаю, но не понимаю, при чем здесь это, — растерянно ответил я.

— Все очень просто, — иронии в голосе куратора было выше крыши. — Сулимов не придумал ничего лучшего, а просто взял один из боев, который увидел в аниме, и спроецировал на разум всех участников, попавших в его радиус действия. Только героев заменил и, похоже, все. Видимо, решил, что напрягаться и придумывать свое слишком лениво, вот и использовал чужой труд себе во благо.

— То есть можно сказать, что он плагиатор? — все еще пребывая в растерянности, спросил я. Слишком уж новость оказалась неожиданной.

— Забавные у тебя сравнения, — улыбнулся в ответ Стуков. — Хотя отчасти ты прав. Но как ты понимаешь, Сулимову это по барабану. Главное — результат. А он есть, и он сработал. Ведь ты в итоге поверил в реальность происходящего?

— Эм-м… — только и смог я протянуть.

— Вот именно, — откровенно рассмеялся он. — Поверил ты, и поверили другие. Так что не забивай себе голову подобной ерундой. Считай, что увидел практику по магии. Или точнее, получил опыт в сфере «как нельзя применять свою магическую силу». Тоже, как по мне, польза.

— Ну-у-у. Можно и так сказать, — натянуто улыбнулся я в ответ.

Как для меня, подобный опыт больше во вред, чем в пользу. С другой стороны, Сулимов — старший маг первого ранга, и ему виднее, как применять свою силу. Ведь Стуков прав. Главное — результат. И результат вышел весомый. Хотя я-то в курсе, что часть золдаров успела свалить. И вполне возможно, именно из-за того, что кто-то из них смог осознать, какой бред показывал Сулимов.

## Глава 17

Виталий Нарузов с превосходством окинул взором свою команду «Ястребов». После того как «Ястребам» выпал на арене поединок с этим подобием мага из низших, Виталий в победе больше не сомневался. С такой тактикой, как у их противников, выиграть невозможно. Хотя чего еще ожидать от столь примитивного мышления простолюдина?

— Ну что? Готовы порвать эту мелочь? — бодро высказался он, глядя на расслабленные и улыбающиеся лица сокомандников.

— Да чего там рвать-то? — с пренебрежением хмыкнул Ярослав. — Быстро снесем и пойдем отдыхать.

— Не скажи, — отстраненно покачал головой долговязый паренек с прозрачно-голубыми глазами Никита Горнов. — Егор и Максим могут устроить нам неприятности. Маги они неплохие, хотя и новички.

— «Могли бы» устроить, — многозначительно перевел на него взор Виталий. — Но не устроят.

— Почему это? — вмешался самый щуплый из пятерки Семен Пехов. — Или ты решил нас всех в одном квадрате собрать?

— Да нет, — еще загадочнее заулыбался Виталий. — У нас все стандартно. Трое в одном квадрате, двое в другом.

— Двое, это кто? — с интересом во взгляде спросил Семен.

— Ты и Шульгин, — кивнув на молчаливого крепыша с явно накачанными в спортзале руками, пояснил Виталий.

— Мы-то, конечно, с Егором и Максимом справимся, — задумчиво почесал затылок Семен. — Но не думаю, что без потерь.

— А кто сказал, что против вас будут двое? — продолжал играть в таинственность Виталий.

— Да не томи ты уже, — хитро прищурился Никита. — Что там на распределении произошло?

— Да ничего особенного, — хмыкнул самодовольно Виталий. — Просто этот низший полностью доказал свое умственное развитие. Он решил, что если раскидает свою команду по квадратам, то сможет выиграть за счет очков.

— Да ладно⁈ — изумился Семен. — Серьезно?

— Он что, настолько тупой? — откровенно удивился Никита.

— Как видите, да, — самодовольно кивнул Виталий. — Так что план у нас проще некуда. Я с Никитой и Ярославом берем точку и заодно убираем того, кто будет в нашем квадрате, а после следуем по часовой стрелке дальше. Ну а Гена с Семеном берете свою и дальше идете против часовой. Если возникнут проблемы, или же они начнут убегать и пытаться объединиться, то вы встаете в оборону точки, а мы продолжаем движение. Это будет, пожалуй, самый простой бой из всех.

— Жаль, — хмуро пробухтел басом Геннадий Шульгин. — Я был бы не против размяться и хорошо так подраться.

— Если так сильно хочешь, то я могу тебя с тем же Максимом или Егором поставить в бой. Думаю, рано или поздно, но мы с ними столкнемся, — равнодушно пожал плечами Виталий. — Если успеешь победить, то мы даже вмешиваться в твой бой не будем.

— Шансов встретить их один на один мало. Да и времени не хватит, — возразил Никита.

— Я и против двоих не прочь подраться, — кровожадно ухмыльнулся Шульгин.

— Да без проблем, — весело хмыкнул Семен. — Если от нас будут убегать, то не будем мешать, а затем догоним, и будет тебе бой. А я просто в сторонке постою, точку поконтролю. Так пойдет?

— Семеныч! — радостно оскалился Шульгин, хлопнув соратника по плечу, искренне и с чувством добавив: — Ты настоящий друг! Спасибо.

— Да без проблем, — отмахнулся тот лениво, с трудом сдержав гримасу боли от вроде бы легкого хлопка.

— Ладно. Раз все решили, то погнали на арену, — голосом истинного сноба-аристократа произнес Виталий.

Команда, уже привыкшая к своему командиру, спокойно поднялась с мест. Проверив на всякий случай снаряжение еще раз, ребята последовали на выход из комнаты ожидания. Им предстояло переместиться в нужные точки перед стартом арены.

Виталий, презрительно окинув взором команду противника, которая практически одновременно с ними вышла из своей комнаты, и больше не обращая на них внимания, пошел к точке захода на арену. Говорить о чем-либо с этим мелким сбродом он не собирался. Все и так было понятно и предрешено.

Надо отдать должное Виталию. Хотя он и демонстрировал свое пренебрежение к противнику, но все равно на всякий случай попросил помощи у старшего брата. Ему нужна была информация о Дмитрии. Пока «Ястребы» считали самыми сильными Егора и Максима, их командир больше всего опасался того, кто смог выжить в прогоне. Причем не в каком-нибудь, а в одном из самых опасных. В том, который закрывали архимаги.

Вот только информация от брата полностью его успокоила. Дмитрий — не боец. Да. Он явно подготовлен и тренирован для боя. Простых ребят на службу в отряд быстрого реагирования не берут. Вот только он вчера весь день провалялся в больнице, и его только сегодня утром выписали. Причем провалялся он там из-за перенапряжения источника магии и пробуждения силы сверха. А это не те проблемы, которые можно решить быстро. С такими травмами только самоубийца решится применять магию или силу сверха. Значит, Дмитрий сможет использовать только свой ум и тело. То есть расчет, скорее всего, на огнестрел.

Понимая данную угрозу, Виталий моментально среагировал, выдав всей команде амулеты защиты от пуль. Впрочем, не особо поясняя зачем. Показывать свое опасение в отношении низшего, это немыслимый урон для репутации. Так что отряду была высказана другая версия. Мол, противник слаб в магии, а значит, будет рассчитывать либо на пистолеты, либо притащат автомат. Последнее маловероятно из-за веса, но все же исключать такую возможность нельзя, учитывая, кто отец у Максима. Вряд ли он будет помогать, но выдать кое-что автоматическое и компактное вполне мог.

Кроме информации, Виталий еще и очень тщательно обдумал стратегию. Несмотря, опять же, на показное равнодушие, парень не был склонен к недооценке противника. Например, сейчас, после распределения, он прекрасно понимал, что задумал Корнеев. Скорее всего, те, кто появится в их секторах, просто-напросто сразу же убегут в соседние, а там объединятся со своими. По сути, они были просто для отвлечения внимания. На самом же деле противник хочет забрать три точки и после этого успеть объединиться до того, как уже «Ястребы» достигнут их секторов. Вот только у данной стратегии есть проблема. Мало того, что нужно четко понимать, где именно будет точка сбора своих, так еще и успеть до нее раньше противника. Кроме того, учитывая дистанцию, им придется бежать изо всех сил, что тоже не очень хорошо перед боем.

С другой стороны, если противник успеет соединиться и продержаться достаточно времени, то у него есть шанс выиграть по очкам. Шанс небольшой, но все же есть. Вот только Виталий считал, что такой тактический ход слишком слабый и бесперспективный. Вот если бы он не защитил своих от возможного применения огнестрела, то тогда да, бой мог бы закончиться для «Ястребов» не столь радужно. Но в данный момент он был уверен в победе.

Пока Виталий размышлял, закончилось время и прозвучал гонг. Сражение началось.

В его команде все знали, что делать. Так что никакой суматохи не было. Они достигли своей точки, и Ярослав принялся активировать ее. А Виталий постоянно находился на связи со вторым отрядом. Как он и думал, им никто не мешал, но на всякий случай командир применил скан местности. И сразу же ощутил, что противник сделал то же самое. Скан показал, что Виталий оказался прав. Противник действовал строго так, как и предполагалось. Из их зон спешно убегали две метки, а остальные три явно активировали точки.

Понимая, что все идет по плану, Виталий довольно улыбнулся. Когда же фактически одновременно все пять точек засветились захваченными, две за их сторону и три за противника, он ни капли не волновался. Все шло так, как и должно. Они выдвинулись в соседнюю зону. Следовало поторопиться. Сейчас медлить нельзя. Время работало против «Ястребов». Но и излишне спешить тоже не следовало. Вдруг враг решил устроить ловушку? Такой вариант маловероятен, но все же.

Вот только все пошло не совсем так, как рассчитывал Виталий. От неожиданности он даже на мгновение застыл на месте, но затем продолжил движение. Метка Шульгина погасла! Этого не должно было случиться, но случилось.

— Семен! — тут же включил рацию Виталий.

— Семен на связи, — раздалось озадаченно в ответ. — И да, я не знаю, что произошло. Против нас появился Корнеев, и Генка сорвался на него в бой. Я же последовал дальше, как и договаривались. А потом его метка потухла.

— Вот же гадство! — раздраженно выругался в сердцах Виталий на ходу. — Ты сейчас где?

— Следу…

— Семен? — В этот раз Виталий все же остановился и взмахом руки приказал своим сделать то же самое. — Семен⁈

В ответ полная тишина, а буквально через пару секунд метка Семена погасла.

— Что, твари их забери, происходит⁈ — зло выругался Виталий и, недолго думая, применил еще раз скан.

В тот сектор, куда они двигались, перемещались три метки врага. Еще одна из противоположного сектора почему-то двигалась в центр. Ну и последняя, что принадлежала Корнееву, следовала к точке активации сектора, который первым захватили Семен с Геной. Понимая, что если сейчас срочно не придумать решение, «Ястребы» проиграют, Виталий со злостью прикусил губу.

— Значит так. Я остаюсь здесь и обороняю точку, — наконец принял он решение. — Вы же через центр на всех парах мчитесь в пустые сектора. По дороге, возможно, встретите одного из противников. Если это произойдет, то уберите его на ходу. Времени отвлекаться на бой у вас нет. Вам нужно, кровь из носа, достичь их секторов и активировать точки. Если не справитесь, мы проиграем. Понятно?

В ответ оба парня лишь хмуро кивнули. Теперь все трое понимали, насколько серьезная опасность проигрыша нависла над ними. Расслабленность улетучилась из их взоров. Они были собраны и готовы ко всему. По крайней мере, они так считали и были в этом уверены. Так что, не теряя времени, устремились бегом в сторону центра. В то время как Виталий побежал обратно. Ему предстояло выиграть время. Если он даст активировать противнику еще и их точку, то все будет потеряно.

До точки он добежал без каких-либо проблем. А после занял удобную позицию таким образом, чтобы его не было видно, а он сам прекрасно видел точку активации. К его радости, метка Максима погасла. Все же именно он оказался тем, кто бежал в центр. Его ребята справились без особых проблем. Как они сообщили после боя, Максим пытался их задержать, но получил сразу с двух рук и не успел увернуться. В итоге минус один противник, что радовало. Жаль только, остался всего один скан. Виталию очень сильно хотелось применить его сейчас, но он сдержался. Еще рано.

К его удивлению, Ярослав и Никита без проблем добрались до точек активации, и теперь за них стало четыре точки.

«Четыре⁈» — удивленно пересчитал Виталий.

Как так? Дмитрий же должен был уже давно забрать одну из их точек. Почему не забрал? Растерялся и забыл? Вряд ли. Слишком очевидная глупость для того, кто так легко и просто убрал сразу двух его сокомандников.

Абсолютно не понимая, что происходит, Виталий наблюдал, как постепенно счетчик его команды двигался к победной черте. Вот только непонимание продлилось недолго. Уже через десяток секунд та точка, что изначально была их, стала вражеской, и в тот же момент пропала связь с Ярославом. Ну а через секунду погасла его метка.

«Но как⁈» — в мыслях Виталия царил полный сумбур.

Все явно вышло из-под контроля, особенно после того как Никита вышел на связь и доложил, что дерется против двоих. Двоих, а не троих.

«Но почему? Где третий?»

Это окончательно выбило из колеи Виталия. Такой расклад полностью противоречил любой логике. Так действовать могла только абсолютно идиотская команда. А уж отдавать подобные распоряжения мог только полный псих. Ведь по любой логике, самое правильное — это пытаться захватить его точку, а не двигаться наобум в другую сторону. И все же.

«Где еще один?»

Понимая, что больше ждать нельзя, Виталий применил скан. Нужно было понять, что делать дальше. Хотя сам он уже смирился с поражением. Его переиграли. Вот только парень так и не понял, как именно. Но когда он увидел метки противников, то его глаза чуть не выскочили из орбит.

— А ты, однако, полон сюрпризов, — раздался спокойный голос за его спиной. — Надо же. Взял целых три скана. Зря я тебя считал полностью тупым снобом. Оказывается, даже такие имбецилы, как ты, иногда используют мозги в нужном направлении.

Виталий с удовольствием запулил бы всем, что у него есть, в эту наглую харю, как только развернулся и увидел, кто говорил. Вот только нельзя. К сожалению, Корнеев начал говорить уже после того, как проткнул его защиту артефактным кинжалом, обозначив гибель Виталия. Ощущать это Нарузову было безумно обидно. Он моментально понял весь замысел противника. Вот только теперь уже поздно что-либо делать. Он проиграл низшему, и это факт. От подобной мысли Виталий до скрипа стиснул зубы.

— Не скрипи, зубы сломаешь, — насмешливо хмыкнул в ответ Корнеев, поигрывая кинжалом. — А может, ты хочешь применить магию? Ведь обидно, наверное, проигрывать простолюдину? Особенно если твой позор увидели по телику твои родичи?

— Ты… — зашипел, побелев от злости, Виталий. — Ты-ы-ы-ы…

— Я, я, я… — отмахнулся тот лениво. — И дальше что? Решил покосплеить гремучую змеюку? Если что, то получается у тебя зачетно. Если еще и ползать начнешь или свернешься калачиком на земле, так один в один будет.

— Я! — четко проговаривая каждый звук, начал в бешенстве Виталий. — ТЕБЯ! НЕ ПРОЩУ! МЫ ЕЩЕ ВСТРЕТИМСЯ!

— Тьфу, — разочарованно сплюнул Корнеев. — А я-то думал, что ты смелый чувак. А ты засцал. Тоже мне, аристократ, боится того, кто перед ним без магии стоит. Ты же сто процентов был в курсе моей проблемы? Не так ли?

Виталий же молча прошел мимо, с трудом удержав себя в руках. Может, он и сноб для всех, но не идиот. Напасть сейчас на Корнеева, это подписать себе черный билет на всю жизнь. Вот только в глубине души Виталий не напал не из-за этого. Он не хотел признавать, но стоящий перед ним парень внушал животный страх. Такое ощущение, что стоило рыпнуться, и он тут же тебя убьет без тени сомнений. Впервые в жизни Нарузов испугался.

* * *

— Как прошел бой? — Вопрос Оли прозвучал так же холодно и с напряжением в голосе, как и приветствие до того, как мы сели в ее машину.

— Нормально. Выиграли, — расслабленно развалившись на сиденье, произнес я.

Собственно, рассказывать было не о чем. Не жаловаться же ей, что мой план провалился? Я-то хотел вывести из себя этого аристократического сноба, а после грохнуть и поглотить его силу, но в итоге все полетело в тартарары. Сноб оказался крепким орешком и не клюнул на мою провокацию. А жаль.

Наверно, я все-таки перестарался и напугал его сильнее, чем нужно было. Сейчас, после завершения арены, я это понял, но тогда считал, что по-другому не получится. Да и как по-другому? Особенно с учетом того, что мне целые сутки нельзя использовать магический источник и силу сверха. Слишком сильно перенапряг я каналы. В итоге врачи запретили все что можно и нельзя. А у меня бой, который никто переносить не будет. Так что пришлось выкручиваться на ходу.

Впрочем, без помощи Стукова я, наверно, и не справился бы. Мой наставник решил уравнять условия боя. Сообщил о том, что сноб-аристо загодя узнал о моей проблеме и выдал своей команде защитные амулеты от кинетических атак. Хороший ход. На его месте я тоже подумал бы об огнестреле. Ведь на арене, кроме обычного стрелкового оружия, ничего не получится применить.

Здесь надо понимать, что сам по себе амулет защиты против пуль или любых других кинетических атак не особо поможет в реальной жизни. Особенно амуль того уровня, что у них был. Ведь данная защита работала, пока есть энергия, а как только та заканчивалась, то все, защиты больше нет. Ну и чем сильнее кинетический удар, тем быстрее просаживалась энергия амулета. И это я еще не упоминаю всякие хитрые боеприпасы. Ну там с рунами, или даже с сердечником из магического кристалла и узора, увеличивающего бронепробитие пули.

Вот только все это мне на арене недоступно. Либо по весу, как тяжелое оружие, типа снайперки или пулемета, либо по числу разрешенных артефактов. Ведь каждая такая пуля с узором или руной считалась артефактом. Но Стуков предложил разумную альтернативу. Можно же просто взять с собой артефактный кинжал, которому плевать на подобную защиту. Более того, наставник мне его сразу и выдал. Мол, иди и применяй свои умения, полученные в тренировках с садистами, тьфу, то есть с учителями.

И да. Подобная помощь не запрещена правилами турнира. Более того, большинство команд используют все свои связи и возможности, дабы узнать о противнике все, что только можно или нельзя. Ведь чем больше знаешь, тем больше шансов на победу. Так что турнир — это не только сражение на арене, но еще и подготовка к нему. Как я понял, кто лучше всего перед боем сыграет в шпионов, тот получит больше профита в самом сражении. У меня, конечно, есть Стуков и возможности особого отдела. Вот только не у меня одного есть такой доступ. Да и наставник не особо горел желанием помогать. Сейчас помог лишь потому, что у меня проблемы с источником. Если бы не они, хрен бы он что сделал.

Но зато в итоге все прошло, можно сказать, отлично. Мой план сработал на все сто. Да и как ему не сработать? Местные «умники» рассчитывали лишь на сканы и магию. А такие обыденные умения как, например, чтение следов и банальная наблюдательность, ими даже в расчет не принимались. Хотя мое умение следопыта тоже не супер-пупер, но все же оно есть. Да и сложно не прочитать следы тех, кто ходит по местности как слон в посудной лавке. Особенно сильно позабавила «засада» главного сноба. Если бы он возле себя неоновую табличку повесил с надписью «Я здесь!», то, по сути, ничего не изменилось бы. Так безграмотно спрятаться надо еще суметь.

— Я видела бой, — холодно произнесла Оля.

Или точнее, процедила, при этом с напряжением и ощущением обиды смотрела строго на дорогу. А если добавить ее резкие движения, то все становилось понятно. Дамочка обиделась. Одна проблема — хрен его знает, на что она обиделась. Ибо сейчас я попал в самую нелюбимую мной ситуацию. Она ведь могла бы спокойно и нормально высказаться, типа: «Ты сделал то-то и то-то, и это привело к тому-то и тому-то. Проблема вот в этом вот», что сделал бы любой нормальный и адекватный человек, но нет. У баб все не так. Слишком просто. Нужно обязательно долго и театрально показывать свою обиду, дабы «самец» сам додумался до сути проблемы.

Мне вот даже интересно. А они сознательно таким образом пытаются вытянуть из мужиков что-то еще, кроме придуманной ими проблемы, или же это происходит на уровне инстинктов? Ведь если ты не знаешь, на что обиделась твоя баба, то можешь ненароком сболтнуть лишнее. Например, она обиделась, что ты не заметил ее новую стрижку, а ты такой: «Да не смотрел я на ту девушку в мини-юбке, и на вырез блузки тоже не пялился. Просто так случайно вышло». В итоге получаешь и за стрижку, и за «гляделки».

— Тогда зачем спрашивала? — изобразил я легкое удивление.

— Да так. Ничего особенного, — холодно, но при этом многозначительно и рассерженно произнесла она.

— Так. Что-то я не понял. Оля. У тебя что-то случилось? — тяжело вздохнув, я решил-таки подыграть. Если так хочешь, чтобы я спросил, то фиг с тобой, золотая рыбка, спрошу.

— Нет, — сухо ответили мне.

— Хм. Что-то случится? — изо всех сил сохраняя серьезное лицо, продолжил я небольшой троллинг.

— Нет, — совсем холодно процедили мне в ответ.

— Что-то случается? — решил я добить ее окончательно.

— Ты что, издеваешься? — гневно бросили в мою сторону.

— Даже мысли такой не было, — не моргнув и глазом, чистосердечно соврал я.

— Ну тогда можешь успокоиться, — демонстративно фыркнули в мою сторону. — У МЕНЯ все отлично!

О да! Сказано это было так, что только полный долбоеб поверит в данное утверждение. И я даже хотел разразиться гневной тирадой. Типа: «Хватит строить из себя дуру, и наконец скажи нормально, что произошло⁈» Но я вовремя остановился. Ведь ей это только и нужно. Она же ждет этого, дабы потом обрушиться на меня с гневной речью на полчаса, как минимум. Так что нет. В эти игры я не играю.

— Ну и отлично. Значит, мне показалось, — спокойно и с якобы облегчением произнес я. — Я тогда подремлю, пока едем.

— У МЕНЯ-то ничего не случилось, — зло процедили рядом. Вот оно. Начинается.

— Ну я же и сказал. Отлично, — изобразив радость идиота, с тупым видом уставился я на нее.

— Дима, прекрати! — резко вывернув руль и остановившись возле тротуара, высказалась она, полыхая гневным взором в мою сторону. — Хватит устраивать спектакль!

— Эм… и в каком месте… — начал было я. Но кто ж мне даст договорить?

— Как ты мог так поступить со мной? — с праведным гневом в глазах перебила она меня. — Ты… ты… ты… чуть не погиб! Но неужели было так сложно позвонить мне, после того как очнулся? Это так сложно? Может…

Дальше ее путаную и спонтанную речь я не особо слушал. И так все было ясно. И это меня пугало. Да и кого бы не испугало? Тут же и ежу ясно. Оля в меня влюбилась. Причем по уши и бесповоротно. Вот тебе и секс без обязательств. И как так случилось? А главное, когда успела? М-да. Беда, печаль. Я-то ее не люблю. Да. Секс с ней классный, да и жить вместе мне удобнее, чем одному или в общаге. Но что-то большее? Увольте. Однако возникал вопрос. И что, собственно, делать дальше?

—…тебе настолько наплевать на мои чувства?.. — уже перешла на всхлипы и слезы Оля.

Отвечать и перебивать я даже не пытался. Какой в этом смысл? Здесь проблема посерьезнее. Нужно решить, как действовать дальше. По-хорошему, нужно расставаться. Вот только тогда придется обратно в общагу рулить, да и проблемы с учебой и профессором возникнут. Мстительность баб — та еще тема. Особенно на любовной почве. М-да. Вот это я попал так попал.

Когда хоть какие-то разборчивые слова в речи Оли закончились, и она перешла полностью на слезы, я просто взял и вышел из машины. Смотреть, как она плачет, желания не было от слова совсем.

Облокотившись на капот, я достал сигареты и закурил. Как бы мне ни хотелось, но придется серьезно поговорить с Олей. Это нужно прекращать. Обидно, конечно. Все-таки тело у нее классное, да и вообще, в сексе с ней кайфово, но что поделать. Одно дело, когда тебе делают классный отсос, и совсем другое, когда начинают сосать мозги через трубочку. Последний вариант меня уж точно не устраивал.

Затянувшись, я задумчивым взором огляделся. Остановились мы возле какого-то парка. По дорожкам прогуливались парочки и дамочки с колясками. Изредка куда-то спешила очередная стайка молодежи. В общем, жизнь бурлила и кипела. Один я стоял и мозги себе ломал. Оно мне надо? Вот именно. Нафиг не сдалось.

Открылась дверца машины. Оля, явно быстро приведя себя в порядок, выглядела смущенно и виновато, что ли. Но если она думает, что я клюну на этот очередной развод, то фиг ей. Так что когда она подошла, я уже собрался высказать все, что думал, но снова меня опередили.

— Прости, — виновато потупив взор, негромко произнесла она, робко пристроившись рядом. — Что-то меня занесло.

— Эм? — в полном изумлении уставился я на нее.

Вот как так можно? То рыдает и че-то там требует, то выглядит как сама невинность. Не бабы, а одни сплошные актрисы. Хоть сейчас бери и в театр оформляй.

— Я просто перенервничала вчера, — виновато вздохнула она, украдкой стрельнув в меня взглядом. — Вот и сорвалась. Больше этого не повторится.

— Уверена? — со скепсисом смерил я ее сверху вниз взглядом.

— Да, — твердо посмотрели мне в глаза.

— А может, нам лучше расстаться? — задумчиво протянул я. — А то ты что-то совсем забыла, ради чего мы вместе.

— Я все помню, — виновато потупила она взор, но после озорно блеснула глазами. — Мы партнеры, и не только деловые, но и сексуальные, — после этого она приблизилась ко мне вплотную и почти на ухо прошептала: — В качестве извинения я разрешу тебе сегодня все, что ты хочешь. И даже туда.

— Да ты как бы и раньше была не против, — хмыкнул я в ответ. — Но раз ты настаиваешь, то ладно. Но учти. Еще раз случится подобный срыв, и мы расстаемся. Мне эти танцы с бубнами нафиг не сдались.

— Договорились, — довольно улыбнулись мне в ответ. — Так что, поехали? Заодно в магазинчик заглянем, купим что-нибудь выпить.

— А есть повод? — с сомнением посмотрел я на нее.

Не то чтобы я был против, но завтра у меня дел вагон. А послезавтра вахта с Пуговкиным. И кстати говоря, это будет мой последний прогон. Если он будет, конечно же. По крайней мере, так сказал Стуков. Он считал, что я и так уже вышел на пик возможностей прогона. Я как бы с этим категорически не согласен, учитывая поглощение, но меня, естественно, никто не спрашивал.

— Если не брать в расчет твою невероятную удачу в выживании, то есть и другой повод, — усмехнулась уже явно довольная жизнью Оля. — Правда, он не радостный, а печальный.

— Печальный? — недоуменно произнес я.

— Кажется, кто-то забыл про одну очень важную деталь, — тяжело вздохнула она, грустно и с сожалением глядя на меня. — Артефакты и профессор.

— Млять! — только и смог я с чувством и расстановкой высказаться. — Твою ж кочерыжку да через колено! Млять, да и только.

И как я только забыл об этом? Арты взяты в кредит профом, и стоят они охрененных бабок. И тем, кто ему эти арты дал, абсолютно пофигу на наши проблемы. Вот же гадство. И почему у меня вечно так? Только собрался срубить бабла, как тут же бац! — и все наперекосяк. Чем больше я стремлюсь заработать, тем больше в итоге становлюсь должен. Что за херня такая? М-да. Вот здесь Оля права на все сто. Нужно срочно выпить, а после хорошенько так оттрахать эту актрису большого театра. Похер на расставание. Это, в конце концов, ее проблемы. Влюбилась, и хрен с ней. Я предупредил? Предупредил. Так что с меня взятки гладки. Кто не спрятался, я не виноват.

— Поехали? — хмыкнула, глядя на меня, Оля.

— Да, — твердо заявил я, потушив бычок и метко забросив его в урну. — Сегодня мы сто процентов набухаемся!

## Глава 18

Бухнуть и расслабиться, что может быть лучше? Ничего, если только не помешают. Увы и ах, наше с Олей желание оттянуться и забыться было бессовестно нарушено звонком профа. Спасский решил, что вот прямо сейчас и срочно мы должны приехать к нему. А значит, поход в магазин за бухлом придется отложить, и это, если честно, не очень радовало.

С другой стороны, я и сам хотел бы побеседовать с профом. Особенно на тему аномалии. Ведь как я прекрасно помнил, именно он пообещал мне эти самые аномалии. Я, конечно же, понимал, что скорее всего в его планы не входило появление золдаров и архимагов. Но сути дела это не меняло. Да и вообще хотелось бы узнать, как именно у него получилось организовать это мероприятие.

Вот только я недооценил упрямство Оли. Вместо того чтобы просто согласиться и съездить к профу, она встала в позу. Мол, Дмитрий, то есть я, слишком устал и нуждается в отдыхе. Мол, все эти дела и разговоры могут подождать до утра. Она мне даже по телефону поговорить с профом не дала. Но в итоге после получасовых пререканий и споров ей каким-то чудом удалось перенести нашу встречу на завтра.

С одной стороны, это прекрасная новость, но с другой… Что-то глодали меня сомнения насчет моей адекватности завтра. Особенно с учетом безвременной кончины всех артефактов. А еще сомнительная перспектива серьезных разговоров с бодуна меня немного напрягала. Ровно до того момента, как мы приехали в супермаркет и принялись закупаться спиртным с закусками. Прохладные грани пары бутылок водочки, баночка прекрасных соленых огурчиков и аппетитные запахи уже готовой вареной картошечки с изумительными на вид отбивнушками очень быстро заставили меня выбросить из головы все лишнее. Да здравствует расслабон! Как завещал великий кто-то: «Бухать, бухать и еще раз бухать!» Великие слова! И да пребудет сила в наших организмах, и да исчезнет нерешительность с разумом из наших голов.

Вот только посетило меня серьезное сомнение насчет двух бутылок. Не маловато ли? Я, конечно, понимал, что Оля себе набрала всяких там вермутов и вина с ликером. Но как подсказывала практика, очень часто бабы после всей этой туфты очень даже легко и просто переходили на водочку. А если так, то две бутылки, хоть и литровых, это явно мало. Так что, подумав и пораскинув мозгами секунд десять, я все же взял третью. Как говорится, водки много не бывает. Ее либо мало, либо придется бежать еще за одной. Впрочем, потом всегда приходится бежать еще за одной. Мистика, да и только. Хоть ящик бери, а все одно придется бежать.

В общем и целом, мы справились с покупками и довольные жизнью отправились домой к Оле. Она выглядела такой оживленной и довольной, что я даже удивился. Такое ощущение, что Оля уже давно хотела набухаться, но не находила повода, или просто было не с кем. Ну или я не прав, и в ней снова победила актриса театра. Впрочем, ее глаза блестели весьма натурально. Мне даже в какой-то момент показалось, что если бы она не была за рулем, то уже открывала бы одну из бутылок. Может, моя девушка — скрытый алкоголик? Хм. Надеюсь, что я неправ. Хотя. А мне не пофиг? Пофиг. Ее проблемы.

А вот мои проблемы проявились там, где я совершенно этого не ждал. Да и кто бы на моем месте ожидал встретиться в лифте с девушкой из прошлого? Да еще какой девушкой! Хотя в моем случае уточнение странное. Все же в этом мире у меня был секс только с двумя бабами. И вот теперь обе эти дамы встретились вместе со мной в лифте. Но удивило меня не это.

— О! Вика, приветик! — доброжелательно улыбнулась Оля.

Вот эта вот фраза, как гром среди ясного неба, ударила меня прямо в темечко. Аж в глазах потемнело.

— Добрый день, Ольга Николаевна, — вежливо улыбнулась Вика в ответ и добавила в мою сторону, да еще и подмигнув: — Привет, Дима. Давно не виделись.

— Эм-м… Ага. Привет, — отрешенно произнес я, заходя в лифт и судорожно пытаясь понять, что здесь происходит.

— Ух ты! — удивилась Оля, но ее улыбка стала слишком напряженной. — Так вы знакомы?

— Ну да, — скромно потупив взгляд и покраснев, явно специально произнесла Вика, нажимая на кнопку пятнадцатого этажа. Это, кстати, был наш этаж, и других кнопок она не нажимала. Ой, беда.

— Странно. А мне о тебе Димочка не говорил, — с подозрением стрельнули в меня взглядом.

— Так о чем там говорить-то? — нагло усмехнулся я обеим. Мы как бы тоже можем играть в эти ваши игры. Сейчас я вам устрою кордебалет на ледяной арене. — Мы-то и виделись всего один раз. Познакомились в парке, потом бухнули в кафешке, а затем разок перепихнулись. Вот и все знакомство. — И уже обращаясь к Оле, многозначительно добавил: — И да. Это было до того, как мы с тобой решили переспать.

Видеть лица обеих было тем еще удовольствием. Словно рыбы, выброшенные на берег, дамы молча глотали воздух и силились что-то сказать, вот только ни хрена не выходило. Но, к сожалению, молчание длилось недолго.

— Ты переспал с моей соседкой?

— Ты спишь с этой старухой?

Два возмущенных и изумленных голоса хором заглушили тихонько играющую в лифте классическую музыку. Ну а цвет их лиц из красных от стыда перешел в бледно-красный от возмущения. С добавлением убийственных взоров, обращенных друг на друга. Мне показалось, что если можно было бы убить взглядом, то сейчас я бы ехал в лифте с двумя женскими трупами. Напряжение в воздухе можно было, пожалуй, потрогать руками.

— Ты кого старухой назвала, шлюха малолетняя? — чуть ли не прорычала с угрозой Оля.

— А как еще назвать взрослую бабу, соблазнившую малолетнего парня? — ни капли не испугавшись, с вызовом выпалила Вика. — Хотя нет. У таких, как ты, есть конкретное название — педофилка.

— Ах ты ж… Ты… Ну ты, дрянь малолетняя!

— От извращенной шлюхи слышу.

— Ну все, ты нарвалась, сучка.

— А ну ТИХО! — рявкнул я своим командным голосом. А он у меня поставлен идеально. Как-никак, тренировки и все такое. — Заткнулись обе!

На меня уставились две пары возмущенных глаз.

— Устроили тут балаган, как две базарные бабы, — продолжил я, не давая им и слова сказать. — Еще раз повторю. У меня с Викой было один раз и до встречи с тобой, — укоризненный взор в сторону Оли, а после такой же на Вику. — А тебя и вовсе не должно парить, с кем я сплю. Мы встретились, перепихнулись и расстались. К тому же кто-то тогда явно изображал совершенно другого человека. Или тебе напомнить, где именно мы встретились?

— Не надо, — намного тише и отведя виноватый взор в сторону, промямлила Вика.

Оля и вовсе молчала, но было видно, что и ей очень неудобно это слушать.

— Скажите спасибо, что я сразу расставил точки, — продолжал я напирать авторитетом самца. — Я сейчас с тобой, Оля. И с Викой меня ничего не связывает. Все, точка. Закрыли тему.

Гнетущая тишина была мне ответом. Впрочем, не совсем тишина. Музыка в лифте все так же мелодично звучала переливами пианино и скрипки. Одно хорошо. Перепалка между девушками закончилась. Обе демонстративно не смотрели друг на друга.

— Конечно, милый, как скажешь, — приторно слащавым голоском заявила Оля, при этом прижимаясь ко мне с демонстративным поцелуем.

От этой картины Вику аж перекосило. Хм. Странно. Неужели эта дамочка ревновала? С чего бы? У нас же действительно был только один перепихон, и все. Это я молчу о том, что она тогда выглядела как гопница, а сейчас словно другой человек. Хотя «другой» еще мягко сказано. Судя по текущим движениям и нашему дому, в котором у нее квартира, она явно непростого полета птичка. Может, я тогда оказался-таки прав? Может, она действительно человек Стукова? Хм. Да нет. Не может быть. Если бы она работала на Стукова, то тот явно продолжил бы использовать ее, и не допустил бы к моей тушке Олю. Но и на совпадение тоже слабо похоже. Может, я и ошибался, но кажется, раньше она не была соседкой Оли. Странно это все и подозрительно. Случайность исключать нельзя, но и о других вариантах забывать не стоило.

Когда мы наконец достигли нашего этажа, то обе девушки, демонстративно не обращая друг на друга внимания, тем не менее пошли в одну сторону. А именно к двум квартирам, которые были расположены рядом в дальнем конце коридора этажа. По сути, да, мы оказались очень близкими соседями. Обе очень быстро открыли двери и так же быстро попытались скрыться за ними, но предварительно попрощались злобным шипением.

— Дрянь, — процедила Оля.

— Сучка, — так же прошипела Вика.

Кажется, их отношения вышли на новый уровень. Может, мне реально свалить в другое место? А то оказаться в эпицентре соседских войн как-то не хотелось.

* * *

— Наливай! — пьяно изобразила бодрость Оля, размашисто вскинув руку, отчего с нее опять чуть не слетел легкий халатик. А больше ничего на ней и не было.

На часах уже час ночи, а мы до сих пор бухали. Отчего-то меня слабо брал алкоголь, в то время как Оля уже напилась до полного неадеквата. За прошедшее время я успел выслушать кучу стенаний насчет ее прошлого и возраста, на которые я ответил решительным посыланием куда подальше. Ну а после у нас был секс.

Причем в этот раз Оля решила, что лучшее место для этого дела — большая комната, а не спальня, как обычно. И конечно же, стена именно большой комнаты разделяла ее квартиру с квартирой Вики. О демонстративно протяжных и максимально громких стонах можно даже не вспоминать. Правда, они меня так сильно разозлили, что я специально затрахал ее до такой степени, что театральные стоны сменились на реальные.

Ну а после мы слегка отдохнули и продолжили гулянку. Я с желанием напиться, а Оля высказаться. Впрочем, ее сумбурные рассказы я особо не слушал. Ничего нового я и не мог услышать. Обычные пьяные базары и не более того. Одно плохо. Я все никак не мог напиться. А водка-то заканчивалась. О вине, вермутах и ликере я и вовсе промолчу. Они закончились еще часа полтора назад. Да и с закуской тоже возникла напряженка. По сути, у нас сейчас на столе стояла почти пустая последняя бутылка водки и два огурчика на закуску. Вот и все, что осталось. М-да. Печально.

— Давай еще по одной… ик! — требовательно заявила Оля, чуть не свалившись со стула.

— Я бы с радостью, но уже нечего, — грустно вздохнул я, глядя на пустую бутылку.

— Ну так давай закажем еще, — пьяно заявили мне в ответ.

— В час ночи? — скептически изогнул я брови.

— Да-а-а-а? — протянула она, осматриваясь мутным взором. — Маловато мы купили, — и тяжело вздохнула. — Эх. Жаль.

— У тебя точно ничего нигде не завалялось? — я с удивлением отметил свой слегка заплетающийся язык. Эх. Еще бы одна бутылочка, и стало бы вообще кайфово.

— Не-а… — пьяно мотнула она головой. — Ик! Но можно же сходить в круглосуточный. Ик! Во-о-о! — Ее указательный палец победно устремился вверх.

— Да него полчаса пилить, — лениво отмахнулся я. Тащиться черт знает куда мне не хотелось

— Тогда у нас проблема, — многозначительно заявила Оля, закинув ногу на ногу. Отчего ее халатик распахнулся еще сильнее, полностью обнажив шикарные ножки.

— И не говори, — тяжело вздохнул я, размышляя на совсем другую тему.

Хочу ли я ее еще раз или нет? Вот в чем вопрос. С одной стороны, я как бы уже и так доволен жизнью, но с другой стороны, пить-то больше нечего. И тут у меня возникла блестящая идея.

— Слушай. А что, если у соседки выпивку стрельнуть?

— У этой сучки? — осоловелым взором уставились на меня.

— А что? Пускай возмещает моральный ущерб, — логика у меня, конечно, хромала, но идея сама по себе неплохая.

— Ну если в качестве возмещения ущерба… — задумчиво пробормотала она. — Ик! Ладно. Иди и скажи ей, что так и быть. Я ее прощу, если поделится выпивкой.

— Так точно, мой командир! — шутливо отдал я честь и, слегка пошатнувшись, поднялся.

— Молодец. Ик! — пьяно попыталась она отдать честь. — Выполняй!

Почему я решил все-таки обратиться к Вике? А кто его знает. Наверно, просто хотелось выпить. А может, хотел посмотреть на ее реакцию. Хрен его знает. Но тем не менее, я более-менее стройной походкой, но почему-то цепляя углы, отправился на сверхопасную миссию. Требовать выпивку в час ночи у возможно спящей девушки будет только полностью отмороженный тип, ну или псих.

— Чего надо⁈ — гневно раздалось из-за двери Вики после моих настойчивых звонков.

— Открывай, лиса, медведь пришел, — пьяно заявил я.

Все-таки пришлось признать очевидный факт. Алкоголь меня таки достал. Особенно после того, как я еще и перекурил, перед тем как звонить Вике. В ответ же на мою фразу с той стороны почему-то воцарилось странное молчание. Ну а после дверь все-таки открыли.

— С чего это вдруг ты меня лисой назвал? — требовательно спросила она, пристально глядя на меня.

Возможно, мне показалось, но такое ощущение, что она произнесла это как будто с опаской. Но зато я отметил пару важных деталей. Во-первых, она была одета в спортивные штаны и футболку, а значит, еще не ложилась. Во-вторых, у нее был взор явно не совсем трезвого человека. Получается, она что, в одиночку бухала? Или у нее кто-то там еще есть?

— Да так. К слову пришлось. А что? — легкомысленно отмахнулся я. — И да. Прости, если помешал твоей компании. Не думал, что у тебя тоже гулянка.

— Вообще-то я одна, — как будто обидевшись, заявила она.

— То есть ты бухаешь в гордом одиночестве? — изумленно уставился я на нее.

— Тебе-то какая разница, — с вызовом бросили мне.

— Да вообще пофиг. Но зачем бухать одной, когда можно бухать с кем-то? — обозначил я свою железную логику.

— А ты что, решил составить мне компанию? — иронично хмыкнула она в ответ.

— Так-то я вообще-то заглянул, дабы попросить тебя поделиться живительным напитком, желательно максимально крепкого состава, но если так ставить вопрос, то можно и по-другому, — нагло улыбнулся я в ответ. — Бери выпивку и айда к нам в гости. Заодно и замиритесь с Олей. А то было бы из-за чего ругаться. Вы же как-никак соседки.

— Ты думаешь, у меня выйдет помириться с этой старухой? — скептически смерили меня взором.

— Выйдет или нет, это сложный вопрос. Пока не попытаешься, не узнаешь, — наставительно подняв указательный палец вверх, заявил я.

— Боюсь, я вынуждена отказаться, — попытавшись закрыть дверь, лаконично отрезала Вика.

— Стопэ! — моментально пресек я эту попытку. — Вот скажи. Оно тебе надо?

— Что именно? — хмуро уставились на меня. — И убери ногу.

— Ну как что? Я ведь так и буду здесь стоять и звонить, а если отключишь звонок, то буду стучать, — раз не работают уговоры, значит, зайдем с угроз. — Не хочешь с нами пить, не надо, но поделись спиртным, будь человеком.

— А долго ты выдержишь в таком стояния? Я ведь и полицию могу вызвать, — с угрозой заявила она.

— А вызывай, — безразлично мотнул я головой. — Пофиг. Главное, выпить дай, а там вызывай кого хочешь.

— Если я сказала нет, значит нет, — резко заявила она, и неожиданно подлым приемчиком оттолкнула меня назад и захлопнула дверь перед моим носом.

Однако, жестко. Но и мы тоже не пальцем деланные. Хочешь войны? Будет тебе война. Палец в звонок и бог тебе в помощь. Ага. Сразу же отключила? Пф. Тоже мне проблема. Легкое усиление на руки, и в итоге громкие удары в дверь. Ведь уже наступили другие сутки, так? Так. Значит, немного магии мне позволительно. Правда, из-за применения магии меня слегка скрутило, и заныли суставы, но терпимо. Миссия важнее!

— Да ты задолбал уже! — открыв дверь, разъяренно высказалась Вика.

Выдержала она, кстати говоря, минут десять моего стука.

— А что? Я ведь предупреждал, — нагло улыбнулся я в ответ.

— Все! Хорошо, держи свою бутылку и вали отсюда, — мне в руки всучили бутылку коньяка и снова захлопнули дверь.

Довольно улыбнувшись, я уже хотел уйти, но тут мне в голову пришла одна мысль. А закусывать чем? Так что пришлось опять стучать.

— Да что опять не так? — гневно уставились на меня.

— Слушай, — смущенно почесал я затылок. — Тут такое дело. А закусочкой не поделишься?

— Что?.. Да ты… Да… Р-р-р-рр! — только и смогла она произнести от такой беспардонной наглости.

— Ну прости, — виновато потупил я взор. — У нас как бы шаром покати.

— От же, твари тебя раздери. Ну ты и наглый тип, — закатив от возмущения глаза, устало заявила Вика. — Ладно. Сейчас принесу тебе чего-нибудь. Хотя, нет. Заходи и сам неси.

Я, конечно же, тут же воспользовался ее приглашением, но увы. Кажется, переоценил свои силы. Меня конкретно так повело в сторону.

— М-да. Кажется, герой-выпивоха уже не герой, — ехидно заметили со стороны. — И как же ты собрался нести еду?

— А может, ты поможешь страждущим? — просительно произнес я с мольбой в глазах. — Будь человеком, а?

— Ну ты, блин, и наглый, — с восхищением выдохнула она. — Так и хочется прибить чем-нибудь тяжелым.

— Давай ты поможешь, я выпью, а потом прибьешь. Идет? — раз такое дело, предложил я компромисс.

— М-да. Ладно. Помогу, лишь бы ты отстал, — обреченно отмахнулась она.

А закуска у нее оказалась зачетная. Копченая курочка и пюрешка, да еще и салатик. Не знаю, как она согласилась все это отдать нам, но факт есть факт. Я бы такие вкусняшки не отдал бы сто процентов. А она не только отдала, но еще и помогла отнести к нам в квартиру.

— Кажется, даже если бы я согласилась, то примириться все равно не получилось бы, — глубокомысленно произнесла Вика, глядя на открывшуюся ей картину.

Ну да это и ожидаемо. Оля, не дождавшись меня, просто перебралась в кресло и там уснула, поджав под себя ноги и укутавшись в свой легкий халатик.

— Однако, печально, — осуждающе покачал я головой. — И чего теперь делать?

— А я-то откуда знаю? — фыркнула в мою сторону Вика.

— Слушай. Раз такое дело, то, может, посидишь со мной? Как говорится, пить в компании лучше, чем грустить одному.

— А с ней что ты собрался делать? — хмыкнула Вика.

— Да перенесу на кровать и всех делов, — равнодушно пожал я плечами.

— Ну не знаю, — с сомнением протянула она.

— Да чего тут знать-то? — удивился я. — Выпивка твоя, закуска тоже. Так почему бы и нет?

— Пф! — многозначительно фыркнули в ответ, но спешить уходить она не стала.

— Ну вот и отлично, — потирая руки, довольно заявил я.

После чего подхватил Олю и спокойно отнес в спальню, уложил и укрыл одеялом. Пусть спит, а я дальше бухать.

— Ну что? По первой? За встречу? — с ходу разлив коньяк по бокалам, заявил я.

— Эх. Ну давай, за встречу, — тяжело вздохнув, согласилась она.

И да. Как потом оказалось, у нее была не одна бутылка коньяка, но еще и вторая. Так что посидели мы знатно. Причем и общение у нас вышло легким. Никаких тебе соплей. Всякие смешные истории друг другу понарассказывали, да и вообще отлично поболтали. Только в три часа ночи Вика решила отправиться домой.

— Отлично посидели, — довольно заявил я, уже с трудом держась на ногах, если честно.

— Ага, — пьяно согласилась она. — Только ответь мне на один вопрос. Последний.

— Какой?

— Что такого ты нашел в этой старухе?

— Опять ты за свое? — укоризненно посмотрел я в ее сторону. — Но если хочешь, могу показать.

— Показать? — удивленно и пьяно пробормотала она.

— Пошли.

Потянув ее за руку, я затащил Вику в спальню и, откинув одеяло, демонстративно ткнул пальцем в грудь Оли.

— Вот и вся причина, — пьяно хмыкнул я. — Ну и остальное тоже ничего так.

— И это все? — разочарованно произнесла Вика, хотя на грудь Оли она смотрела с явной завистью.

— Ну так я же тот еще кобель, — хмыкнул я. — Мне большего и не надо.

— Да. Все вы, мужики, только на сиськи и ведетесь, — печально вздохнула она. — И что, она во всем лучше меня?

— Не, ну так говорить, конечно, нельзя, — оценивающе окинул я фигурку соседки в обтягивающих штанах. — Как минимум попка у тебя зачетная и очень даже упругая.

При этом я придвинулся к ней, хлопнул по попе, а после показательно помял, демонстрируя ту самую упругость.

— Ничего, что ты руки распускаешь при своей девушке? — ехидно, но при этом довольно и не стремясь от меня отойти, высказалась Вика.

— У меня с ней только секс и кое-какие дела, — безразлично пожал я плечами, при этом продолжая мять ее попку. Что ни говори, но ощущения были приятными.

— Неужели моя попка настолько сексуальная? — игриво произнесла она и как будто специально повертела обозначенной частью тела.

— Ну как сказать, — уклончиво произнес я.

— Можешь и не говорить, и так все видно, — взглядом она указала ниже пояса.

На мне тоже были спортивные штаны. И в районе паха они сейчас конкретно так оттопыривались.

— М-да… — озадаченно почесал я затылок свободной рукой. — Нам, мужикам, сложно скрыть свою реакцию.

— Ну, она мне нравится, — лукаво улыбнулась Вика и, протянув свою ладошку, погладила через штаны моего бойца. Отчего я судорожно сглотнул.

— Пошли в другую комнату, — хрипло заявил я, прижимая к себе Вику и целуя, при этом мои руки уже вовсю гуляли по ее телу.

А вот она свою ладошку так и не убрала. Наоборот. Она уже влезла напрямую к нему в гости и сейчас усиленно двигалась.

— Нет! — резко заявила Вика, бросив мстительный взгляд на мирно спящую Олю. — Если хочешь, то все будет здесь.

— Ну здесь, так здесь, — равнодушно пожал я плечами и повалил ее на постель рядом с Олей.

Это было ну очень возбуждающе. Трахать одну девушку возле другой. Я даже с ходу разошелся не на шутку. Ну а Вика как будто специально старалась стонать как можно сильнее. Хотя почему «как будто»? Она явно хотела, чтобы Оля проснулась и увидела, как я ей изменяю возле нее же. Такая себе изощренная месть. Вот только ей не повезло. Оля так и не проснулась.

Но со временем все пошло как-то не так. В какой-то момент я так сильно разогнался, что Вика, не ожидая подобного напора, кажется, испытала множественный оргазм. Но я-то еще не кончил! Поэтому, несмотря на ее слабые попытки сопротивляться и мольбы «Хватит, я уже все», продолжил свой напор. Она опять как-то слишком быстро кончила. Такое ощущение, что ей тоже добавляла возбуждения спящая рядом Оля. А дальше произошло то, чего я никак не мог ожидать. Вика не просто кончила, а вся затряслась в конвульсиях, да так сильно, что я реально испугался.

— Вика! Ау! С тобой все хорошо⁈ — обеспокоенно затряс я девушку.

— О да-а-а-а… — протянула она с наслаждением, продолжая содрогаться. — Мне не хорошо. Мне просто супе-е-е-ер-р-рр…

После этих слов она еще пару раз дернулась и отключилась. М-да. Жесть. Так вот как по-настоящему выглядит женский оргазм? Однако, жестко. Вот только мне-то что делать? Я-то так и не кончил. Продолжить с Викой явно не вариант. И тут мой пьяный взор уперся в спящую Олю. Однако. Кажется, я точно псих. Ибо, недолго думая, я без затей раздвинул Олины ноги и принялся ее возбуждать пальцами. Без возбуждения у баб мало смазки, а без смазки секс так себе.

Оля долго не реагировала, но затем сквозь сон прорвались стоны. И как только они стали громкими, я пристроил своего стоявшего колом бойца и устремился в бой. Пора было закончить дело. Правда, когда Оля наконец проснулась и уже откровенно принялась двигаться мне навстречу, я мимолетно растерялся. Все-таки она в любой момент могла увидеть Вику. Но нет. Кажется, алкоголь и возбуждение сделали свое дело. Оле было пофиг на всех и вся вокруг.

Но ее надолго не хватило. Правда, она отключилась без конвульсий, как Вика, но все же отключилась. Но мне было все равно мало. Так-с. Че там она обещала? Можно и туда? Отлично. Анал, так анал. В конце концов, она сама его предлагала.

— Ну ты и кобель! — странным тоном раздалось от Вики.

Непонятно, чего было в ее голосе больше. Удивления, восхищения или осуждения? А еще вроде как ощущались нотки обиды.

— А что… делать, если… ты… уже все… — с паузами на вдох, но не останавливаясь, заявил я. — Хочешь… с тобой… продолжу?..

— Нет уж! — моментально укутавшись в одеяло, заявила Вика, но взора от нас не отвела. — Мне уже хватит. И так хорошо. Так что можешь иметь ее задницу дальше. Я сегодня добрая.

В ответ я только кивнул головой. Сил отвечать уже не было. Меня захлестнули любопытные ощущения. Необычные, но приятные. Особенно усиленные бессознательным постаныванием Оли. Кажется, Оле реально нравился анальный секс. И только через полчаса, когда уже даже Вика просто отрубилась, уснув, я наконец кончил. Причем с таким обильным облегчением, как никогда. Более того, со мной одновременно кончила и Оля. Вот уж сюрприз, так сюрприз. Как я потом уснул, уже не помню. Просто вырубился и все.

## Глава 19

Проснувшись, первым делом Оля прогнала через себя слабый импульс магии, избавляясь от негативных последствий алкоголя. Затем, не открывая глаз, девушка «ощупала» окружение. И нет, это не было магическим сканированием. Просто Оля давно научилась ощущать любых живых существ с помощью своей силы сверха на минималках. Есть отзыв — значит, кто-то рядом, нет отзыва — значит, вокруг пусто.

Как она и думала, рядом с ней спокойно спал один человек. Вот только это был не Дмитрий. Его отклик девушка прекрасно знала и перепутать не смогла бы при всем желании. А значит, это Вика. Сделав такой простой вывод и сосредоточившись, Оля направила легкий посыл своей силы сверха. Это не приведет к серьезному возбуждению, но легкое желание, вполне достаточное, чтобы проснуться, у Вики возникнет.

Минут через пять Вика заворочалась и, проснувшись, затихла на месте. А вот дальше уже самой Оле пришлось удивиться. Она ощутила, как Вика применила магию и сняла с себя последствия пьянки. Причем сделала она это явно профессионально. Уж как медик, Оля прекрасно разбиралась в данном вопросе. Кажется, Вика далеко не в первый раз применяла магию подобным способом.

Сама же Оля по-прежнему делала вид, что спит. Уж что-что, а контролировать свое дыхание и движения мышц она умела идеально. Даже смогла незаметно оценить обстановку через ресницы, лишь слегка приоткрыв глаза. Это позволило ей увидеть, как Вика, поднявшись с постели, задумчиво уставилась на Олю. В этот момент девушка даже подумала, что Вика совершит глупость и попробует разбудить ее, но нет. Видимо, что-то для себя решив, Вика тихонько вздохнула, поморщилась и принялась не спеша и без лишнего шума собирать свои вещи, а после одеваться.

Одевшись, Вика вышла из спальни, а уже секунд через тридцать Оля услышала, как открылась и закрылась входная дверь. Только после этого Оля открыла глаза и уставилась безэмоциональным взглядом в потолок. Вставать ей не хотелось. Оля вообще не хотела что-либо делать. Но, к сожалению, ощущения между ног заставили ее поморщиться и сесть на кровати. Все-таки вытекшая и засохшая сперма Дмитрия доставляла некий дискомфорт и желание как можно быстрее принять душ.

Печально вздохнув, девушка осмотрелась и осознала масштаб бардака в спальне. Она наконец встала и накинула халат. Затем последовал еще более тяжкий вздох после увиденного в соседней комнате, где они выпивали. Здесь царил еще больший бардак. Осознание того, что все это придется ей убирать, только ухудшило и без того не очень хорошее настроение.

Впрочем, сначала Оля все же дошла до входной двери и заперла ее на замок, а уже потом отправилась в душ. Всегда, когда на душе было неспокойно, она предпочитала старое и доброе лекарство. Теплый, почти горячий душ, а после понежиться полчасика в ванной, вдыхая аромат специально купленных для этой цели растительных масел, добавленных в воду.

Только после того, как Оля осуществила задуманное и расслабленно улеглась в горячей водичке, она наконец вернулась к тем самым не очень приятным мыслям. Слишком неожиданной была ее реакция на измену Дмитрия и пребывание в квартире Вики. Но тот факт, что Дмитрий сбежал как последний трус, если честно, ее не сильно заботил. Оля по данному поводу не особо переживала. Она уже давно привыкла к тому, что все мужики, попав в нестандартные и неудобные для них ситуации, предпочитали сбежать от проблемы, а не решить ее.

Хотя в данный момент Оля на Дмитрия не сердилась. Ее больше беспокоил совершенно другой момент. Ведь ночью, когда она отрубилась, а Дмитрий привел Вику в спальню, Оля проснулась раньше, чем предполагал парень. Точнее, ее разбудили громкие стоны Вики. На автомате она тогда очистила разум от влияния алкоголя, а потому прекрасно слышала и видела все, что происходило с ней рядом.

Раньше она тут же вскочила бы и устроила скандал, но не этой ночью. Отчего-то вид того, как Дмитрий занимался сексом с Викой, ее не разозлил, а наоборот. Ей понравилось смотреть на их буйство в постели. Более того, очень скоро она и сама возбудилась от этого зрелища. Только ценой очень больших усилий воли она смогла удержаться от того, чтобы перестать контролировать свое дыхание и изображать спящую. В тот момент ей дико хотелось во все глаза смотреть, как изгибалась от возбуждения Вика. Как Дима, словно секс-идол, с напором, которому позавидовал бы любой порно-актер, неутолимо двигал телом все быстрее и быстрее, входя в свою партнершу.

Вот этот момент и беспокоил больше всего Олю. Ведь тогда она чуть не сорвалась. Если бы они продолжили еще хотя бы пару минут, то она не выдержала бы и, распахнув глаза, принялась мастурбировать. Слишком уж сильно увиденное возбудило ее тело и разум. Особенно когда Вика так сексуально и соблазнительно затряслась в оргазме. В тот момент больше всего на свете Оле захотелось ощутить член Димы в себе и самой как можно быстрее достичь пика. Вот только она все же смогла сдержаться.

Да, потом Дмитрий все исправил. Он прошелся своими пальцами там, где надо, а после настырно занялся уже ею самой. Но это было уже не то. Не тот кайф. Да. Ей было приятно. Да. Она раз десять кончила. Вот только пика так и не достигла. Было приятно, но не более того. Ну а после, когда ощутила, что больше ее промежность не выдержит, изобразила потерю сознания.

Впрочем, это не помогло. Этот неугомонный самец решил использовать другую ей дырочку. Здесь тоже случился неожиданный результат. Вместо болезненных и неприятных ощущений Оле понравился анальный секс. Почему-то в исполнении Дмитрия это было не просто приятно, но и возбуждающе. Причем настолько, что в итоге Оля, с огромным удовольствием дотерпев до финиша парня, испытала легкий оргазм вместе с ним.

Вроде бы нужно радоваться? Вот только радости у Оли не было. Ибо она прекрасно осознала, отчего по-настоящему кончила, и почему именно анал ей понравился даже больше, чем обычный секс. Все дело в Вике. Когда Оля осознала, что та наблюдала за ними и видела, как ее попу терзал Дима, это так сильно ударило по нервам и так сильно возбудило, что она даже сама стала еще сильнее насаживать себя на стоящий колом орган Дмитрия. А уж когда она услышала голос Вики, так и вовсе чуть не кончила раньше времени.

И вот эти ее ощущения Оле очень сильно не понравились. Осознавать, что она превращается в озабоченную извращенную самку, ей не хотелось. Но, к сожалению, против правды не попрешь. Ей даже сейчас хотелось еще раз испытать то, что произошло ночью. И нет. Она не хотела Вику. Уж кем-кем, но лесбиянкой она не была. Ей хотелось именно смотреть, и еще больше хотелось, чтобы именно Вика смотрела на то, как Олю имеют во все дырочки.

«Но почему именно она? — сокрушенно и растерянно подумала Оля. — Почему не кто-то другой? Что такого есть в этой стервочке, чего нет у других? Блин. Да я даже уже не могу ее грубо обозвать. Вот же гадство».

Оля злилась на себя, на свое тело и на свой дурацкий разум, который не мог быть как у всех. Вечно ей нужны какие-то нестандартные ситуации. Но были и плюсы в том, что произошло. Именно ночью, а затем и сейчас утром Оля наконец избавилась от своей слишком сильной влюбленности в Дмитрия. Сейчас она отчетливо поняла, что вела себя с парнем как влюбленная дура.

Нет. Оля не стала ненавидеть парня. Просто он превратился для нее в настоящего секс-партнера, и не более того. Но если она встретит сейчас кого-нибудь посимпатичнее Дмитрия, то не задумываясь попробует соблазнить. Впрочем, Оля прекрасно понимала, что в ближайшее время найти кого-то столь же выносливого и изобретательного в сексе ей не светит. Так что можно расслабиться и получать удовольствие еще годик. Максимум. А после лучше расстаться и найти другого.

А вот насчет Вики и зрителей Оля была настроена решительно против. Она прекрасно понимала, что если перейдет и эту грань, то неясно, где потом остановится. Превращаться в озабоченную нимфоманку ей не хотелось абсолютно. Так что именно в ванной девушка решительно отвергла любые мысли насчет хоть разок еще попробовать. Нельзя, и точка!

Наконец приведя свои мысли в порядок, Оля покинула ванну. Следовало побыстрее попить кофе, одеться и съездить к Андрею Ивановичу. Хоть тот и просил его называть дедушкой или как-то так, но Оля пока еще не привыкла к новым реалиям. Слишком уж неожиданным оказалось это известие. Принять его девушка смогла и даже частично осознала, но вот перестроиться пока что не могла при всем желании.

Что же до Дмитрия, то Оля решила все пока оставить как есть. То есть сделать вид, что она действительно ничего не заметила.

«Пусть изворачивается. Да и Вика явно решила его соблазнить. Думаю, у меня будет куча возможностей испортить им жизнь. Разыграю „глупую блондинку“, пусть побегают», — мстительно подумала Оля, решив обязательно довести их обоих до полного облома, а еще лучше ссоры. Ибо чем дальше от нее будет эта парочка, тем лучше для ее психики.

'Впрочем, Дмитрий пусть остается. Секс с ним приятный и даже классный, а вот Вику нужно отправить подальше. Слишком уж соблазнительно влияет на меня эта стервочка.

Так. Стоп. Остановись. Не думай о ней и уж тем более не вспоминай ночь'.

Как говорится, если хочешь о чем-то только и думать, то попробуй об этом не думать. Так и с Олей. Чем больше она пыталась, тем чаще всплывали в ее памяти события ночи. Девушка смогла переключиться, только когда включила телевизор на кухне и приготовила себе кофе. Юмористическое шоу помогло ей отвлечься, а крепкий кофе закрепил успех. Так что когда Оля покинула квартиру, она уже полностью и окончательно выкинула из головы события ночи. По крайней мере, она была в этом уверена.

* * *

Больше всего в своей жизни Стуков не любил, когда начальство начинало на ходу менять планы. Но еще больше он не переваривал, когда эти самые планы менялись по вине научников. Еще никогда в его жизни ничем хорошим вмешательство научного отдела не заканчивалось. Всегда в итоге проявлялась целая куча проблем, а главное, после них приходилось неделями писать отчеты, и все это под пристальным вниманием начальства.

Вот и сейчас ему абсолютно не понравилась новая идея научников, поддержанная сверху. Причем не просто сверху, а с самого верху. Здесь даже его прямой начальник Воронцов ничего не мог изменить. Впрочем, надо честно отметить, Воронцов был обеими руками за реализацию данной идеи. Один только Стуков высказался против. Но его, естественно, не послушали.

Так что пришлось Стукову срочно вызванивать Корнеева и самому лично за ним ехать. Время поджимало. Хотя подобная аномалия очень часто могла стоять несколько суток, но это не означало, что так будет и в этот раз. Иногда она закрывалась намного раньше. Уникальная аномалия фиолетового цвета держалась открытой от десяти до сорока семи часов. И именно сегодня утром в десять часов возле города Ямполь, что располагался почти в четырехстах километрах от столицы, открылась подобная аномалия.

Чем она была настолько примечательна? Ответ на этот вопрос Стукову был очень хорошо известен. Уникальность фиолетовой аномалии проявлялась фактически во всем. Начиная от сильнейшего потока магической энергии и заканчивая полным отсутствием монстров, желающих через нее пройти. Более того. Ни один зонд, что научники пытались запустить в эту аномалию, обратно не вернулся. И это касалось абсолютно любого зонда. Как чисто технического, так и техно-магического. Те просто исчезли раз и навсегда.

При чем тогда здесь его подопечный курсант Дмитрий Корнеев? А вот тут уже пришлось перейти на зыбкую почву предположений и догадок. Дело в том, что последние исследования данной аномалии, которая, кстати говоря, возникла впервые на их планете всего каких-то восемьдесят лет назад, показывали довольно неоднозначные результаты влияния на магов и сверхов. Особенно интересовали ученых результаты этого влияния на магов-сверхов.

С простыми магами или чистыми сверхами все было предельно ясно. Они могли относительно безопасно «прокачивать» свой источник магии или силы на протяжении всего времени. А учитывая, что фиолетовая аномалия фонила энергией, словно три обычных аномалии, то скорость прогона увеличивалась кратно. Естественно, возникал вопрос. А что мешало расположить целую армию низкого уровня магов или сверхов для их прокачки? Вот только любые плюсы несли в себе и такие же минусы.

Дело в том, что у аномалии был один серьезный минус. Любой разумный, что расположился в радиусе фона аномалии, мог в любой момент получить неизвестный науке удар по разуму. Откуда этот удар происходил и каким именно способом он воздействовал на человека, ученые так и не смогли выяснить. Но точно известно одно. Тот, кто получал подобный удар, полностью терял любые воспоминания. Его даже говорить и ходить приходилось учить заново. Причем никакая известная ментальная защита не помогала. Даже исполненная лично архимагами.

Казалось бы, при таких рисках ни в коем случае нельзя никого подпускать к аномалии. Но и тут ученые смогли найти лазейку. Конечно, не бесплатно и после ощутимых потерь среди подопытных и добровольцев, но все же. Если расположить в определенной точке возле аномалии всего одного человека с силой сверха, и при этом мага, то шансы пережить без потерь аномалию практически равнялись девяноста процентам. Ну а если человек являлся «естественным» или, по-другому, «природным» сверхом, то эти шансы увеличивались до девяноста пяти процентов. При этом, чем более «свежим», то есть пробудившимся недавно, сверхом являлся маг, тем больше шансов на успех.

Так что когда научники узнали, что есть курсант-маг, да еще и пробудивший силы сверха буквально только что, то моментально насели на руководство. Ведь это уникальный шанс не только «прокачать» молодого мага сразу до максимально возможного уровня, но и тщательно изучить воздействие аномалии на его организм. Как удержаться от подобного соблазна? Для научников никак. А вот для Стукова это стало головной болью.

Да. Сразу закончить прогон Дмитрия — это хорошо. Особенно на такой уникальной аномалии. Вот только шанс, что тот потом превратится в младенца, все же оставался. И да. Стуков прекрасно понимал, что учитывая возраст Дмитрия, руководство посчитало подобный риск приемлемым, так как, по сути, можно получить чистый «лист» разума, в который можно внести все что угодно. Но все же неприятное ощущение мерзости такого поступка терзало совесть Стукова.

Парень уже давно перестал являться для Стукова рядовым курсантом. Слишком много времени они провели вместе. Слишком долго занимался куратор его подготовкой и воспитанием. По сути, Дмитрий стал ему кем-то ближе, чем просто ученик. Не сын, но уже недалеко от подобного понятия. Впрочем, сам Стуков прекрасно видел, что характер у Дмитрия своеобразный. Но в отличие от других, это, наоборот, наставнику нравилось. Ведь парень рос амбициозным и талантливым. Такой сможет добиться в жизни многого.

Но увы. В данном случае Стуков ничего не решал. Так что пришлось ему заехать за Дмитрием и отвезти его на военный аэродром. По дороге он рассказал вкратце о предстоящем прогоне, но при этом не стал упоминать о том, что даже в этом случае есть шанс неудачного исхода. И это была не его личная инициатива, а прямой приказ Воронцова. Нарушить его он не мог. Просто потому, что зная его характер, Воронцов разместил на нем самую обычную прослушку. И хотя Дмитрий был ему близок, рисковать своей карьерой Стуков не стал.

Ну а дальше последовал перелет на боевом вертолете к зоне аномалии. Затем научники нацепили на парня кучу датчиков, и только после этого Дмитрий был отправлен в нужную точку аномалии. Именно там он должен был провести все время, пока аномалия будет открыта. Ему не только выдали с собой еды, но и снабдили специальным костюмом, который позволял справлять нужду, не отвлекаясь от дела. Вдобавок выдали целый набор очень дорогих артефактов высшего ранга. Все для максимальной эффективности.

Если с парнем все обойдется хорошо, то после закрытия аномалии он превратится в одного из самых молодых в истории магов первой ступени. Вот только это пресловутое «если» не давало покоя Стукову. Особенно когда через пять часов пребывания Дмитрия в аномалии его показатели начали прыгать, словно бешеные. И на этом странности не закончились.

Научники носились туда-сюда. Спецгруппа пыталась вытащить парня с помощью изначально закрепленного на нем троса. Причем не простого троса, а сделанного из самых прочных материалов и усиленного рунами. Но все было тщетно. Даже два танка в связке не смогли сдвинуть Дмитрия с места. Он словно врос в землю. Более того, в какой-то момент все показания датчиков исчезли, потому как парень применил свою силу сверха, превратившись в неразрушимую натуральную статую.

Сам же Стуков наблюдал за этим с тихой грустью. Он отчетливо понимал, что все пошло по худшему сценарию. Было обидно до глубины души, но с другой стороны, он уже решил, что обязательно сам займется воспитанием Дмитрия с нуля. Это его грех и его крест. И только ему нести его, дабы хоть как-то погасить пылающий пожар совести.

Аномалия исчезла через тринадцать часов после появления. До этого момента вытащить Дмитрия не вышло. Дело в том, что когда парень использовал свою силу сверха, то в отличие от первого раза, в этот раз его костюм и все, что было на нем, был просто поглощен его силой. Те же смельчаки, что пытались сами дойти до него, заканчивали одним и тем же — потерей сознания. Пытались довести технику с дистанционным управлением, но ничего не вышло. Аномалия глушила любые сигналы.

Так что пришлось ждать, пока аномалия сама не исчезнет. Ну а после все ученые рванули с места очень и очень резво. Сам же Стуков остался сидеть, смысл теперь было спешить? И так ясно, что все закончилось печально. Что же. Раз так, значит так.

Но тут его мысли прервали странные возгласы слишком сильно возбужденных ученых. Когда же он поинтересовался у старшего научного сотрудника, что происходит, то в изумлении замер. Со слов научников, случилось невероятное и уникальное за всю историю событие. Дмитрий находился в полной коме. Но не простой. В нем не осталось даже капли активной энергии, как мага, так и сверха, все оказалось словно замороженным, но больше всего Стукова, как и научников, поразил другой момент. Душа парня была как бы в нем, но при этом не в нем. Как такое возможно, естественно, никто не понимал и объяснить не мог. С подобным ученые столкнулись впервые. Кажется, даже здесь Дмитрий опять умудрился удивить всех без исключения.


Конец книги