# Смертник из рода Валевских. Книга 4

Василий Маханенко

Максимилиан — последний в роду баронов Валевских. Вся его семья казнена из-за ложного обвинения о нападении на влиятельного герцога Одоевского, возжелавшего себе принадлежащие баронам земли. Юноше удалось избежать казни, но не наказания. Отныне он — смертник. Человек, первым встречающий изменённых тварей тёмного бога Скрона. Умри, но сделай — такой девиз смертников, прочно въевшийся в голову последнего из рода Валевских. Герцог лишил Максимилиана всего, кроме чести и жажды мести. Юноша дал себе зарок, что выберется из ямы, куда его загнали, и объявит о своих претензиях на семейный удел. Но вначале нужно разобраться с обучением и выжить. Об ином начинающие смертники и мечтать не могут.

## Глава 1

— Макс, завтра вечером приём у императора. Как твои успехи? — в голове раздался голос моей личной служительницы, матери Алии. Девушке было всего восемнадцать лет, но за последнее время ей пришлось пройти через такое, чем не каждый старик может похвастаться. Один только костёр чего стоит, куда Алия взошла, защищая свои идеалы и меня. Благодаря символу «Слово», дарованному мне серым мастером Мерамом, мы имели возможность общаться без преград, чем периодически и занимались последние три с половиной недели.

— Десятый уровень. Ползу вперёд. Ещё пять, от силы шесть пещер. Через пару часов должен добраться до Хозяина. Если не сдохну раньше.

— Постарайся не задерживаться. Как ни крути, но до столицы почти сутки безудержной гонки. Герцог, конечно, обещал доставить тебя за двенадцать часов, но будем реалистами — на дорогу ты потратишь много времени. Здесь тебя уже будет ждать ванна и две твои знакомые. Лана и Дана.

— Их нашли?! — от новости у меня даже мысли прояснились, а давление тёмных уменьшилось до такой степени, что я смог встать на карачки. Последние три пещеры мне пришлось преодолеть ползком.

— Крепость всегда выполняет взятые на себя обязательства. Практически все, кто работал или служил в поместье Валевских, уже находятся в твоём новом доме. В том числе и близняшки.

— Густав?

— Уже на месте. Сегодня утром я посетила стройку. Судя по тому, что увидела, требуется ещё буквально пару дней, чтобы закончить с косметикой. Люди работают даже ночью, стараясь успеть к твоему прибытию.

— Ползу я, ползу! Лучше расскажи, какие ещё новости?

— Особо никаких. Идёт активное строительство магической академии. По словам Кималя Саренто, обучение студентов начнётся через две недели. Кстати, он просил передать, что помнит о своём обещании и эликсир на дополнительную грань твой. Хочет отдать его тебе лично в руки. Нужно будет подумать, куда его эффективней всего интегрировать. Крепость, наконец, сделала оценку восьмёрки, которую ты закрыл. Тебе причитается семнадцать тысяч золотых, к тому же я выбила пять эликсиров на повышение качества магических камней.

— Сколько золотых?! — ошарашено переспросил я.

— Что тебя изумляет? Разломы крайне выгодная вещь, особенно когда получается добывать такое количество еми. Правда, из этих семнадцати тысяч ты получишь только восемь — Крепость забрала часть в качестве компенсации покупки твоего поместья. Но зато ты закрыл все финансовые обязательства и никому ничего не должен. Отныне поместье официально принадлежит тебе. Пока ещё мне, конечно, но как только ты восстановишь статус, перепишем его на тебя.

— Получается, что с этой десятки…, — я даже побоялся вслух озвучить такие цифры. У моей семьи таких денег никогда не было. Это точно.

— Всё верно, с десятки ты получишь значительно больше. Полагаю, тысяч двадцать пять-тридцать, учитывая, что ты не трогаешь эксклюзивных тварей. Этого вполне хватит, чтобы купить себе небольшую область в любом регионе. Даже в том же центре. Если герцог Турбский сдержит своё обещание, то как виконту тебе нужны будут земли. На безземельных виконтов смотрят достаточно пренебрежительно.

— Есть какие-то сомнения в том, что он сдержит слово?

— Сомнения есть всегда. Самого герцога я не видела, но у меня состоялся приватный разговор с ректором. По его словам, в империи существует некая сила, которая может либо надавить на герцога, либо сделать какой-то свой ход, чтобы не дать ему осуществить задуманное. Одной из целей этой силы являешься ты — человек, умеющий закрывать разломы теперь уже десятого уровня. Если всё делать нелегально, то ты можешь сам прикинуть порядок сумм, которые они получат. Ради такой прибыли многие откроют своё истинное лицо. Ректор выдал мне бумагу на всякий случай — отныне ты официально являешься студентом первого курса его академии. Даже если ты не станешь виконтом, а такое нельзя исключать, пока ты учишься в академии тебя не получится оттуда изъять. Даже навязанному сюзерену. Таков закон.

— Алия, ты не забыла, что я тут пытаюсь с тёмным влиянием совладать, а ты мне рассказываешь, что меня собираются кинуть! — я не смогу удержаться на одной руке вновь рухнул плашмя на камни. Скронов разлом! Он меня доконает!

— Макс, лучше сразу готовиться к худшему и потом радоваться тому, что всё получилось, — Алия явно была из числа пессимистов. — Сейчас герцог полностью выполняет свои обязательства. Твой новый дом восстановлен. Виконт Курпатский постоянно контролирует качество. Но что будет на приёме у императора, одному Свету известно. Может всё будет так, как задумано. Может вмешается некая сила, что желает тебя заполучить. Почему-то я верю ректору — такая сила действительно существует.

— Кому я нужен сейчас? — пробурчал я, продолжая ползти вперёд. — У меня осталось всего два разлома.

— Вот именно! Всего два. Значит они должны быть минимум десятого уровня, желательно вообще тринадцатого. Верховный епископ уже поведал мне, каким образом можно увеличить размеры разломов. Жертвы. Много жертв. Кто будет считать бедняков, бездомных или рабов? Никто! Когда речь идёт о деньгах, о больших деньгах, разум многих затуманивается. Остаётся лишь жажда наживы.

— Верховный епископ…, — в моём голосе явно читалось неуважение.

— Макс, не начинай. Мы уже всё обсудили. Нам нужна Крепость. Тебе в любом случае проходить через контролёров тьмы после каждого разлома или встречи с обращённым. То, что делал отец Ург, он делал во благо Крепости и нашего мира. Пусть даже и настолько спорными способами.

— Больше всего меня печалит то, что ты упорно выгораживаешь его. Алия, да за меньшее зло людей отправляли на плаху! Даже без права стать смертником. Сколько жизней он загубил ради Фарди? Сколько жизней простых жителей империи он загубил своими разломами? Сколько смертников было уничтожено в этим разломах? Да, Крепость растёт и процветает. Только как? На костях своих жертв? Порождая монстров наподобие епископа Цвата?

— Макс, мы уже всё обсудили, я не стану возвращаться к этому вопросу. И мне не нравится, что ты, несмотря на все достигнутые договорённости, постоянно скатываешься к этой теме. Это формирует стойкое нежелание часто с тобой разговаривать.

— Всё, я дополз до гвардов. Скоро начну возвращаться назад.

— Давай, команда сборщиков уже готова. Как и твоя карета.

Я убрал руку с символа и хмуро посмотрел в пещеру. Десять трёхметровых бочонков неподвижно стояли в пещере, готовые броситься на сражение с воинами Света. Вот только я себя к таким не относил. Тело только что судорогой не сводило — всё же ускоренное трёхнедельное погружение сразу на два уровня сказывалось на мне довольно плохо. Кажется, я вновь стал походить на того иссохшего Макса, которого вынесли из восьмёрки. Во всяком случае руки, что постоянно мелькали перед глазами, вновь превратились в обтянутые кожей кости. Организм пожрал мышцы и жировую ткань, чтобы хоть как-то восстановить баланс сил. Несколько рюкзаков еды, что должно было мне хватить едва ли не на месяц, закончились три дня назад. Жрал я как не в себя, при этом практически не требовалось опорожняться. Перерабатывалось всё!

Хозяин, я здесь!

У вас уже есть карта данной локации. В связи с тем, что уровень разлома больше или равен 10, добавлено улучшение карты: места зарождения магических камней. Итого улучшений: 1 из 10.

Получен 1 из 12 осколков «Усилителя». Итого 8 из 12.

Получены 5 из 100 осколков «Поглотителя». Итого 68 из 100.

Перед глазами тут же появилась карта центрального региона. Разломы никуда не делись — разве что тот, что был в Кострище, посерел и появилась информация, что через 3 недели он «схлопнется». Нужно будет уточнить, что это значит. Но не это привлекло моё внимание — на карте появилось огромное количество новых точек! Большая часть этих точек имела белый цвет. Когда я сосредоточил взгляд на одной из них, появились подробности:

Магических камень «Огненный шар». Уровень: 1. Количество граней: 0

Вот только не одними белыми точками была усыпана карта. Разобравшись, как скрыть никому ненужные пустышки без граней, что даже для переработки не годятся, я вновь оценил значительно опустевшую карту. Белые точки не исчезли — остались те обычные камни, что имели одну, а некоторые даже две грани. Зато стали куда заметней десяток синих, тройка золотых и даже одна красная точка! Да, в центральном регионе находился эксклюзивный камень. Пусть и на самой границе, в той области, где я прикончил второго хориба, но имелся!

Эксклюзивный магический камень поддержки «Праксис». Уровень: 1.

Что делает этот камень я не знал — с таким я раньше не встречался. Здесь, наверно, стоит рассказать об одной немаловажной детали, без которой не состоялась бы моя встреча с верховным епископом, герцогом Турбским и ректором магической академии. Через Алию меня обязали подписать бумагу и дать клятву, что я не стану применять «Анализ» ни к ректору, ни к верховному епископу. Пришлось соглашаться, во всяком случае до тех пор, пока я не пойму, каким образом они смогут это проконтролировать. Если все данные, что я получаю, окажутся лишь моей собственностью и никуда не попадут, обязательно воспользуюсь случаем и проверю эту парочку. Правда, нужно будет понять, каким образом действует камень «Истина», о котором говорил Демитр Турбин, бывший Первый. Ведь мне пришлось заключать договор, и тот же ректор может проверить его исполнение.

— Алия, разлом закрыт. У меня появился предмет для торга с ректором. Спроси, что он готов отдать за то, чтобы получить карту магических камней центрального региона?

— Поняла. Что-то ещё кроме обновления карты и осколков?

— Ничего. Этого тоже более чем достаточно. Всё, я пополз обратно. Пора звать собирателей.

Не могу сказать, что выход из разлома дался мне легко. Как и само прохождение. Если бы не кольцо, полученное от метаморфа, даже не знаю, сколько лет мне потребовалось бы для того, чтобы взойти на десятый уровень. Уверен, без кольца я и сейчас не смогу продержаться здесь дольше нескольких секунд. Проходя мимо девятого уровня, на лицо наползла злорадная ухмылка. Здесь я сделал то, о чём не жалею, но чего никому не скажу, кроме, может быть, Алии. Да и то не факт. В стальном миниатюрном ящике, что сделал мне кузнец Кострища, отныне находилась эксклюзивная усли с девятого уровня разлома. С девятого! Мне даже зеркало не нужно будет делать — только убрать заглушку с дырки размерами с наконечник иглы. Такая тварь не только раскроет всех обращённых в огромном радиусе, но и в случае чрезвычайной ситуации всех моих врагов заставит упасть на землю. Этакая ультимативная способность, которую можно применить в крайних случаях. Если бы у меня был такой ящичек во время встречи с Мерамом, уверен — у меня бы получилось хоть что-то ему противопоставить. Не думаю, что отзеркалить такого тёмного в среде аристократов будет хорошей идеей, но и пройти мимо красного мелкого шарика я не смог. Совесть не позволила. Что касается «уличного» усли — как только я его выпустил на волю, в девятом уровне, его просто разорвало на мелкие кусочки. Привыкшая летать под солнцем тёмная тварь оказалась просто не готова к тому, что она окажется на такой глубине разлома.

Наверху меня уже ждали. Церковники натащили сюда кучу народа. Ещё бы — нетронутая десятка! Моя карета, запряжённая сразу четвёркой лошадей, стояла возле ратуши. Мне даже помыть не дали! Забравшись внутрь, я ощутил все прелести привилегированного положения. Вензеля на катере и лошадях указывали, кому принадлежит сие транспортное средство, так что народ разбегался, кто куда. Тревожить герцога не желал никто.

Само путешествие вышло вполне стандартным — мы мчались, один раз остановились, чтобы сменить лошадей, после чего вновь мчались. Всё! Никаких шуток-прибауток, лишь суровая действительность, помноженная на желание кучера поскорей выполнить приказ герцога. Путь, что в спокойном состоянии занимал два дня, мы преодолели за сутки, зацепив немного ночь. В какой-то момент я беззастенчиво уснул, сокращая своё путешествие и с трудом продрал глаза, когда карета остановилась.

Мы подъехали к огромному особняку, освещённому десятком светильников, в которых находились кристаллы разлома. Внешне дом мне нравился — никакой напыщенности, всё строго лаконично и прагматично. Разве что четыре колонны на входе портили общее впечатление. Я выбрался из кареты и тут же раздался наполненный радостью голос:

— Господин! Девоньки, господин приехал!

Что тут началось! Из дверей повалил народ, окружая меня и пытаясь что-то объяснить, наивно полагая, что в общем гуле я могу хоть что-то понять. Знакомые кухарки, прачки, служанки и даже хмурый конюх — выбежали не только «девоньки», но и вполне себе «мальчики».

— Цыц! — гаркнул зычный голос, заставивший всех умолкнуть. В нескольких метрах от общей толпы стоял Густав. — Раскудахтались, как куры! Что вы, Максимилиана не видели? Или у вас своих дел нет? Живо за работу, дармоеды! Управляющей на вас нет! Вам бы, ваше благородие, помыться бы вначале. А то несёт от вас, скажу прямо, как от помойной ямы. Только мы это, раньше вас ждали.

— С каких таких пор я вашим благородием стал? — не сдержался от сарказма. — Ещё два месяца назад было: «бестолочь, бегом отжиматься!».

— То было два месяца назад, — потупился Густав. — Чего встал, как вкопанный? Бегом мыться!

— Так-то лучше, — улыбка против воли наползла на лицо. — Как же мне тебя не хватало, наставник!

— Иди давай, — отмахнулся обладатель пышных усов, и я заметил предательскую слезу, мелькнувшую в его вечно суровых глазах. — Твоя комната на втором этаже, справа по коридору. Не ошибёшься. Вода уже готова. И не только…

Не нужно пояснять, что скрывалось под фразой «не только». Я кивнул наставнику и молнией влетел в дом, кивая собравшимся. Крепость действительно постаралась на славу — вокруг меня были лишь знакомые с детства лица. Я забежал по широкой лестнице на второй этаж и сразу понял, какая из комнат моя. Тяжело не понять, когда на двери приклеенными бутонами роз выложена фраза «С возвращением!». Приятно, Скрон бы их всех побрал!

Комната мне понравилась. Огромная двух, нет, трёхместная кровать с балдахином, несколько шкафов, парочка столов и стульев, огромное затянутое шторами окно и отдельная, моя личная ванная комната, в которой журчала вода. Я вошёл в ванну, прекрасно понимая, что увижу. Мои звёздочки. Лана и Дана. Девочки ничуть не изменились за эти два месяца. Они были такими же прекрасными, манящими и нежными. В четыре руки с меня сняли грязную одежду, что тут же выкинули куда подальше, после чего затащили в огромную ванну, напоминающую, скорее, бассейн, и я на долгое время улетел в страну грёз. Как же я был благодарен судьбе, что у меня появился камень «Лечебная аура» — он помогал мне восстанавливать мужскую силу после очередного яркого финала. Девочки явно истосковались — такими ненасытными и чувственными они ещё никогда не были. Казалось, что бедняжки натерпелись за эти два месяца и сейчас вымещали на мне все свои страхи и переживания, словно боялись, что я вновь внезапно исчезну, а их мир перевернётся.

Начали мы ещё в ванной, где меня тщательно вымыли и растёрли, а закончили уже на кровати. Уже потом, когда всё завершилось, я осознал, почему кровать такая огромная. Потому что отныне спать на ней я буду только втроём! Никто и никогда больше не отнимет у меня моих звёздочек!

— Вставай! — голос Алии возник в голове, пробуждая похлеще будильника. Ощущения были, словно ушат холодной воды на тебя вылили. Вся сонливость мигом слетела, а я резко сел, пытаясь сообразить, что происходит, взглядом выискивая Алию.

— Я на первом этаже. Одевайся и спускайся.

Ланы и Даны уже не было — звёздочки упорхнули заниматься домашними делами. Обидно — я чувствовал в себе силы продолжить знакомство после нашего длительного расставания. Пришлось топать в душ и смывать возбуждение холодной водой.

Я шёл по дому, постоянно озираясь — вчера времени на знакомство со своей новой собственностью как-то не было. Внутренняя обстановка мне нравилась. Достаточно лаконично, при этом вполне на уровне. Ничего золочёного или фарфорового, но мрамор присутствовал и здесь. Лестница, к примеру, была не деревянной, а каменной. Это уже уровень — в нашем прошлом имении такого не было. Алия разместилась в просторной гостиной — огромные окна пропускали много света, а амулеты-светильники давали приятный синий цвет окружению, что красиво гармонировало со шторами и стенами. Тот, кто подбирал обстановку, определённо имел чувство стиля.

Кроме Алии в гостиной оказались все важные для рода персоны. Демитр Турбин, он же Первый, мой торговец. Багратион Рубинский, он же Второй, писарь и законник. Алексий Снор, он же Третий, преподаватель и будущий маг. Густав, мой наставник по боевой подготовке, Графиня и трое бывших смертников из её команды. Склянка, Буравчик и Болтун. Алхимик, маг и глава стражи. Неплохой набор для мелкого аристократа. Коим я ещё, в прочем, не был.

— Всем привет, — я уселся во главе стола и передо мной тут же появилась тарелка с кашей. Девушка, что её принесла, даже дотронулась до меня. Вроде как случайно, а на самом деле не веря, что я живой. Завтракать мне никто мешать не стал — все видели, что выглядел я как дистрофик, а судя по порции, что мне положили, исправить это недоразумение решили за один раз.

— Итак. Народ, скажу, наверно, самые чудовищные слова — меня никогда не учили быть ни бароном, ни виконтом. Отец всегда считал, что это стезя старших братьев, поэтому им достались мозги, мне оружие. Я не стану сейчас кричать о собственной исключительности и образованности — всему этому мне придётся учиться. Надеюсь, под вашим чутким руководством и наблюдая за тем, как вы сохраняете и приумножаете наш капитал. Я его, к примеру, всегда только тратил. Давайте сразу определимся, кто и чем будет заниматься. Графиня… Ой, а я-то имени вашего и не знаю.

— Когда-то меня звали графиня Элеонора Берзонская, — ответила Графиня. — Сейчас приставка в прошлом. Мой город отдан другим, а я нахожусь здесь.

— Я же говорил! — послышался шёпот Алексия. Преподаватель локтем ударил Демитра, словно торговец ему что-то проиграл.

— Госпожа Элеонора, — начал я, но женщина меня поправила, разоружающее улыбнувшись:

— Просто Элеонора. Госпожа и моя светлость остались в прошлом.

Только сейчас я понял, что же меня всё это время так смущало — Графиня, ой, Элеонора была в платье! Открытом, оголяющим плечи, но достаточно скромным, чтобы не посчитать его вульгарным. Я взглянул на женщину совершенно по-иному. Иссиня-чёрные волосы были убраны в замысловатую причёску, с которой в шлем точно не влезешь. Яркие зелёные глаза, на которые я раньше даже внимания не обращал, едва не заставили меня утонуть и только недавнее общение с моими звёздочками помогло остаться на плаву. Элеонора была невероятно красива. Пусть возраст начинал брать своё, как ни крути, ей было около сорока, она всё же могла дать фору большинству мелких писек, как называл молодых девушек Злой Инженер. Вот ещё с кем мне нужно обязательно встретиться.

— Хорошо, Элеонора. С текущего момента вы являетесь управляющей нашего небольшого имения. Пусть рода Валевских ещё нет, так как встреча с императором состоится только вечером, это не значит, что нам стоит расслабляться. Прошу, определите наиболее эффективное применение всех присутствующих и определяйте их на работу. Алия, что у нас по финансам?

— Крепость готова предоставить тебе награду за восьмёрку в любой момент.

— Займись этим. Нужно забрать причитающееся, пока церковники не придумали что-то ещё, что уменьшит эту сумму.

— Я принимаю твоё предложение и согласна стать управляющей этого поместья, — кивнула Элеонора с таким величием, что мне даже встать захотелось. Проклятье! Как же она хороша! — Однако всё это может подождать. Ты правильно заметил, Макс, что сегодня вечером у тебя встреча с императором. Значит, времени у нас совершенно нет. Тебя нужно подготовить. Этим мы сегодня и займёмся. Все остальные дала могут подождать. Мать Алия?

— Полностью согласна и полагаюсь на ваш опыт, — кивнула девушка. — От этой встречи многое зависит.

— Замечательно. Тогда первый вопрос. В чём ты собрался идти на мероприятие?

Я сглотнул. Кажется, мне предстоит пережить не самые приятные часы своей жизни.

(Дворец герцога Одоевского, Одоевск, за сутки до приёма у императора)

— Ваша светлость, к вам посетитель. Тот, о ком предупреждал герцог.

Карина Фарди посмотрела на Тари, помощника отца и с трудом удержалась от брезгливости. Ей никогда не нравился этот прощелыга. Наглый, скользкий, способный пролезть везде, где только можно и где нельзя. Если такие люди находили себе правильных покровителей, они могли достичь многого. Тари являлся лучшим тому примером — безродный горожанин, он сумел добиться расположения графа Фарди и вот уже уйму времени служит ему верой и правдой. Вот только пару лет назад отец рассказывал о том, насколько глубока эта вера и правда — за время своей службы Тари прикупил неплохой домик в Одоевске, чего никак нельзя было сделать на те деньги, что платил ему герцог. Однако граф не стал наказывать нечистого на руку помощника. Наоборот — приблизил его, превратив, по сути, во второго по влиянию человека юго-восточного региона. Тот, кто так грамотно крадёт, заслуживает внимания.

— Пусть войдёт.

Двери отворились, пропуская гостя. Привыкшая к внешнему виду Злого Инженера девушка смогла усидеть на месте, тем не менее даже она дёрнулась, увидев плотные клубы тьмы вокруг мужчины. Они окутывали его как вторая кожа, растворяясь в воздухе в нескольких сантиметрах от одежды.

— Графиня Фарди, — склонил голову вошедший.

— Мастер Эльор, — ответила тем же девушка.

— Сразу к делу или вы предпочитаете вначале поговорить о погоде?

— Какой смысл откладывать неизбежное? Давайте сразу. Мне нужна сила, чтобы прикончить одного человека. Найти эту силу в Свете я не смогла. Останавливаться не собираюсь, поэтому отец свёл меня с вами. Даже спрашивать не буду, откуда вы друг друга знаете. Повторю — мне нужна сила и я готова отдать всё, чтобы добиться своей цели. Скрону нужна моя душа — пусть забирает! Главное, чтобы у меня появилась возможность лично вырвать сердце тёмному Максу!

— У тебя слишком предвзятое отношение к тёмным, Карина. С чего ты взяла, что Скрону нужна твоя душа?

— Как? — нахмурилась девушка. — Разве вы не превратите меня в обращённую?

— Тебя?! — на лице мастера Эльора появилось искреннее изумление. — Ту, кого Крепость пророчила в Чистильщики? Нет, графиня, тебе уготована иная судьба. Безвольной марионеткой ты точно не станешь. Протяни руку.

Девушка безропотно выполнила требование тёмного. В его руке появился нож, которым он полоснул по запястью вначале себя, затем Карину. Объединив раны, смешивая кровь, мужчина произнёс:

— Отныне и впредь я, тёмный мастер Эльор, один из высших иерархов тьмы, беру тебя, Карину Фарди, в свои ученики. Пусть Скрон будет мне свидетелем!

— Пусть Скрон будет мне свидетелем, — словно заворожённая повторила Карина и её глаза широко раскрылись. Прежде чем вспышка боли забрала девушку в страну грёз, она успела понять, что же изменилось в этом мире. У неё появилась строка состояния! Та самая штука, которая делала Макса тёмным!

## Глава 2

— Студент первого курса магической академии Заракской империи, тёмный, признанный Крепостью, человек без определённого статуса и принадлежности, охотник на тёмных Макс!

Недовольство проскользнуло в моей груди, но я погасил его и вошёл в главный зал императорского дворца. Все же рассказали всем о том, что я являюсь тёмным. Взор собравшихся на какое-то время остановился на мне — ещё бы, явился виновник мероприятия. Кто-то смотрел с интересом, кто-то с откровенной брезгливостью, но большинство совершенно безразлично. Высшая аристократия империи не понимала, почему ей приходится тратить своё драгоценное время на какого-то «героя» и скучала. Да, вышел забавный мальчик, на которого можно разик взглянуть, словно на зверушку в зоопарке, но не более. Сколько таких зверушек еженедельно проходит через этот зал? Десятки? Сотни? Скукота…

Спор о том, что мне нужно надеть, длился долго. Элеонора настоятельно рекомендовала двигать к лучшему портному столицы и делать срочный заказ. За три-четыре часа мастера своего дела умели творить настоящие чудеса. Алия напротив, крайне негативно смотрела на костюм для знати. По её мнению, я должен соответствовать тому положению, которое занимаю прямо сейчас. То есть должен выступить как охотник на тёмных. Ко мне прилипло это название — его даже верховные епископ пару раз использовал. Сошлись на моём предложении, устроившим обе стороны. И меня, если честно, тоже. Ибо Элеонора озвучила порядок сумм, которые тратила девять лет назад на срочный заказ платья, так у меня на полном серьёзе возникло желание записаться в портные. Три тысячи золотых! И это только работа, без стоимости материала. Они тут в столице совсем все с ума сошли? Не думаю, что цены резко изменились за восемь лет. Разве что выросли ещё больше. Три тысячи злотых за платье… Бред какой-то!

Так вот, моё предложение — форма студента магической академии. Идеальный нейтральный вариант. Раз Кималь Саренто выдал мне официальную бумагу, показывающую всем заинтересованным, что ближайшие два с половиной года мне доведётся представлять сие учебное заведение, так не воспользоваться таким случаем просто нельзя. Как бы я не оделся, всё равно кто-то останется недовольным — слишком ярко, слишком пышно, слишком скупо, слишком тускло. Придраться можно к любой одежде, так пусть это будет утверждённая в империи форма.

После того, как я побывал в резиденции епископа Цвата, ныне героя и спасителя Кострища, где на полном серьёзе начали размышлять о переименовании несколько улиц в его честь, дворец императора не вызвал особого восторга. Да, красиво. Да, богато. Да, со вкусом. Но на этом всё. Не ощущалась та чрезмерная напыщенность и выпячивание богатства, что была присуща поместью епископа. Попытки, конечно, были — то же обрамление мрамором, повсеместный фарфор и золото где только можно, но всё это было сделано в гораздо меньших масштабах. В общем, можно было считать, что дворец императора походил на загородный домик епископа Цвата. Не больше.

Прошествовав мимо основной толпы, я на какой-то миг остановился неподалёку от трона, встретившись глазами с тем, кто убил всю мою семью. Герцог Одоевский, как и все остальные главы регионов, стоял подле трона, являясь гарантом целостности империи. Глаза графа Фарди ничего не выражали, и мне же с трудом удалось удержать себя в руках. Не время! Если я прямо сейчас нанесу удар, он не только цели не достигнет, но ещё и я распрощаюсь с жизнью. Уверен, у герцога амулетов, блокирующих смертельный урон, как минимум три-четыре штуки. У Графа Никитина, например, их было два. Он мне их лично показал.

Тем не менее я искренне пожалел о том, что у меня изъяли всё оружие, а на шею, руки и ноги нацепили стальные обручи. Ибо как маг я был небезопасен. Мало того, в нескольких шагах за мной следовали два гвардейца с взведёнными арбалетами. Меня уже предупредили — как только я вытяну руку в желании кого-либо атаковать, это будут мои последние действия в этой жизни.

Пришлось отвести взгляд и двигаться дальше. Согласно протоколу, мне нельзя разговаривать до тех пор, пока император не приветствует меня. Тот, кто умер, не имеет права говорить, пока его не оживят. Сделав ещё несколько шагов, оставив герцогов позади, я подошёл к трону. Здесь тоже оказалось людно.

Император Девалон шестой оказался довольно упитанным мужчиной с пальцами-сосисками, обрамлёнными сразу пятью элитными золотыми перстнями. Пухлые щёки свисали, образуя вместе с тройным подбородком единую композицию. Маленькие глазки спрятались за нависающими и подпирающими снизу веками, так что разглядеть цвет радужки можно было только вблизи. Но самым неприятным был рот нашего правителя — он сразу напомнил мне о Зурган Шоре. Толстяк из академии постоянно жевал своими губами, словно у него уже выработался жвачный рефлекс. В целом, если поставить императора без всей его пышной одежды и короны рядом с главным безопасником магической академии, только сведущий человек мог сказать, кто есть кто.

Рядом с императором находилась его семья. Довольно миловидная женщина относительно стройной комплекции, а также двое детей. Наследник трона, двадцатипятилетний молодой человек, явно пошедший в мать своей выправкой, и Миральда Лертан. Вот она точно была папиной дочкой. По комплекции так точно. Если наследник смотрел на меня безразлично, явно занятый собственными мыслями, то принцесса почтила пристальным вниманием своих поросячьих глазок. И этот взгляд мне категорически не нравился.

Я преклонил колено, ожидая реакции на своё появление. Она не заставила себя ждать. Голос у императора оказался таким же неприятным, как и его внешний вид. Настолько пискляво-тонкого голоса я ещё никогда не слышал. Даже у Миральды и то был куда приятней.

— Так-так-так, — произнёс Девалон шестой, начиная шоу под названием «оживи смертника». — Кто же здесь у нас? Герой, спасший всю столицу? Человек, умудрившийся закрыть разлом пятнадцатого уровня в одиночку? Или смертник, жаждущий сбежать из Крепости и избегнуть заслуженного наказания? Пожалуй, ответ очевиден для всех нас. Поднимись, безземельный барон Максимилиан Валевский! Хочу взглянуть на тебя целиком.

— Благодарю, Ваше Величество, — вот и всё! Мне с трудом удалось сдержать улыбку, чтобы не продемонстрировать свои истинные чувства. Я больше не смертник! Проклятье, приятно-то как! Крепость больше не имеет надо мной власти! Как предположила Элеонора, много времени на меня тратить не станут, так что мне следовало сейчас попятиться к герцогу Турбскому и преклонить перед ним колено, чтобы стать виконтом, но что-то пошло не по плану. Император не желал отпускать меня.

— Безземельный барон… Дорогая, тебе не кажется, что такая мелкий титул недостоин нашего героя? Ведь он спас наши жизни! Представляешь, что было бы с твоим любимым садом, если бы сюда явились тёмные твари?

Обращался император к своей безмолвной супруге. Та смотрела строго вперёд, словно всё происходящее совершенно её не касалось. Что ничуть не смутило Девалона шестого.

— Вот и я так думаю. Негоже спасителю моего любимого города оставаться простым безземельным бароном. Соседи не поймут. Полагаю, это недоразумение нужно скорей устранить! Отныне и впредь, я, Девалон шестой, император Заракской империи, дарую безземельному барону Валевскому титул виконта Валевского с прямым вассалитетом перед империей. Ты же не забыл слова присяги, барон Валевский?

Всё складывалось совершенно не так, как мы полагали. Да, я смог избежать герцога Одоевского, но приносить присягу должен был герцогу Турбскому, никак не самому императору. Это, конечно, развязывало мне руки в части отношений со всевозможными графами и виконтами, да даже герцогами, но накладывало огромные ограничения в части выполнения поручений императора. Быть его прямым вассалом не самая хорошая затея. Тем более такого императора.

Однако права отказываться у меня не было. Нет, конечно, я мог сказать, что не принимаю твоё решение и не собираюсь становиться виконтом, да и бароном в целом, но это будут мои последние слова в этой жизни. Прибьют сразу, несмотря на все статусы «героя» и потенциальную прибыль от прохождения разломов. Что такое триста-четыреста тысяч золотых для империи? Пыль под ногами. Самомнение дороже.

Преклонив колено, я вытянул вперёд руки и с трудом удержал каменное лицо, когда император взял их в свои ладони

— Император Девалон шестой, отныне и впредь я становлюсь твоим человеком! — слова вассальной присяги были просты. Император потянул меня за руки, вынуждая подняться.

— Встань же на ноги, виконт Валевский! Отныне и впредь ты мой человек!

Вот и всё! Осталось дело за малым — оформить в канцелярии документы, закрепить за собой поместье и прослыть на всю империю безземельным виконтом. Я склонил голову и собрался уходить, но император не собирался меня отпускать.

— Виконт Валевский, у нас есть информация, что ты укрываешь весьма ценную для империи вещь! Это было позволительно, когда ты являлся рабом Крепости, но сейчас, когда мы взяли на себя обязательства по твоей защите, укрывать такую ценность от своего императора является сущим преступлением.

— Прошу прощения за мою наивность, император, я не понимаю, о чём идёт речь, — ответил я, всеми фибрами души ощущая грядущие неприятности.

— Кольцо, придурок! — фыркнула принцесса. — Эксклюзивное кольцо, что ты получил из разлома!

— Миральда, — осуждающе произнёс император и посмотрел на дочь. На вроде как смутилась, но буквально на несколько мгновений. Девалон шестой перевёл взгляд на меня:

— Принцесса хоть и была излишне эмоциональна, возмущённая творящейся несправедливостью, но общий посыл её слов верен. Мы знаем, что в разломе ты получил эксклюзивное кольцо. Мы знаем, что вместо того, чтобы передать эту ценность империи, ты наглым образом её надел. Что ты скажешь в своё оправдание, виконт Валевский?

— Мне не в чем оправдываться, Ваше Величество, — происходящее начало напоминать театр абсурда. — Это кольцо я получил, будучи представителем Крепости. Право на владение кольцом я заслужил собственной кровью и страданиями. Без этого кольца я не смогу выполнять свою работу — уничтожить разломы.

— Отныне ты виконт, а не раб Крепости. Виконтам нечего делать в разломах, так что кольцо тебе больше не пригодится, — решил император. — Мы считаем, что настала пора проявить твёрдость и напомнить Крепости и магической академии, на чьей территории они находятся. Мы подготовили новый указ! Отныне и впредь все эксклюзивные предметы, независимо от их типа, должны быть переданы в императорскую сокровищницу! Только императоры Заракской империи будут обладать правом передачи эксклюзивных предметов особо отличившимся аристократам, причём предмет должен возвращаться в сокровищницу после смерти оного человека. Закон распространяется как на будущие находки, так и на все прошлые, полученные жителями империи до принятия закона. Я даю неделю на то, чтобы предметы эксклюзивного типа были переданы в императорскую сокровищницу. Будет сформирован специальный отдел, что займётся учётом нашей ценности. Если через неделю у кого-либо будут найдены эксклюзивные предметы, такое правонарушение будет считаться предательством интересов империи. Да будет так!

— Речь идёт только о предметах, или империя хочет наложить свои лапы ещё и на магические камни? — в громовой тишине прозвучал голос Кималя Саренто.

— Эксклюзивные камни нас не интересуют, — после паузы ответил Девалон шестой. — Согласно указа моего уважаемого предка, они остаются за магической академией и Крепостью. Всё остальное вы обязаны сдать в течение недели! Виконт Валевский! В соответствии с законами Заракской империи, с момента повышения титула ты обязан провести три года на Стене, личным примером доказывая остальным, что наше решение было обоснованным. Отправляешься сегодня же!

— Закон не распространяется на действующих студентов академии, Ваше Величество, — Кималь Саренто явно пошёл в открытую конфронтацию с императором. — Виконт Валевский является студентом первого курса магической академии и не может отправиться на Стену.

— Академия разрушена! — выкрикнула Миральда и на этот раз принцессу никто не стал останавливать. — Нельзя быть студентом того, чего ещё нет!

— Принцесса права, академии нет. Учиться сейчас никто не может. По вашим же словам, уважаемый граф, это продлиться ещё месяц, — заявил император, не сводя взгляда с ректора. Напряжение между двумя мужчинами достигло высшей точки. Казалось, ещё чуть-чуть и начнут сверкать молнии. Но то, что ректор является графом, для меня стало сюрпризом. Никогда не думал про Кималя Саренто с этой стороны.

— Что же, в таком случае вы не оставляете мне выбора, Ваше Высочество, — Кималь Саренто вытащил лист бумаги. — Приберёг для вручения после церемонии, но кто же ожидал, что здесь всё так произойдёт. Позволите?

— Что это? — недовольно произнёс император. Вылитый Зурган Шор!

— То, о чём мы давно договаривались с Максом. Прошу прощения — с виконтом Валевским. Приказ о назначении Максимилиана Валевского преподавателем магической академии Заракской империи по дисциплине «Адаптация к влиянию тьмы». Надеюсь, никому не нужно пояснять о том, что в нашей империи, да что там в империи, во всём мире нет иного человека, способного игнорировать тьму на таком высоком уровне?

— Ему всего восемнадцать! — вспылила Миральда. — Он не может быть преподавателем!

— Миральда, — осадил дочь император. — Нам нужны пояснения, ректор!

— Всенепременнейше, Ваше Высочество. Я давно собирался открыть такую дисциплину, но никак не мог найти подходящего человека. Нашёл. Устав академии не ограничивает преподавателей по возрасту. Им может стать хоть младенец, если он обладает достаточными навыками.

— Бумагу! — потребовал император, протянув руку. — Здесь нет его подписи!

— Всё верно, ещё нет. Как было сказано, это предложение должно было стать сюрпризом. Приятным бонусом после того, как закончится встреча. Однако ваши слова не оставили мне иного выбора, кроме как вмешаться. Мои преподаватели не посещают Стену, таков договор между империей и магической академией, заключённый ещё в незапамятные времена. Я уважаю право императора на владение эксклюзивными предметами. Согласен, что только ему разрешено распоряжаться такой ценностью. Но в ответ я хочу, чтобы уважали и права моей академии. Виконт Максимилиан Валевский, согласен ли ты стать преподавателем магической академии Заракской империи, чтобы обучить студентов адаптироваться к тьме? Полагаю, полигона для этих целей будет более чем достаточно. В разлом никому не придётся спускаться.

— Согласен, — подтвердил я. Срываться на Стену прямо сейчас в мои планы не входило.

— Он не может быть одновременно студентом и преподавателем! — только что не закричала Миральда. Интересно, за что принцесса так меня невзлюбила? Вроде мы особо нигде не пересекались? То, что она пыталась меня убить — не в счёт.

— Принцесса желает пройти ещё один экзамен на знание устава академии? — уточнил Кималь Саренто. Невероятно, но принцесса потупилась и промолчала.

— Повышение титула подразумевает службу на Стене, — упрямо твердил император.

— Никто не отказывается от этого, Ваше Величество. Как только виконт Валевский перестанет быть преподавателем и студентом, он исполнит свой долг. У меня нет намерений нарушать вековые законы.

— Да будет так! — провозгласил император. — Виконт Валевский отправиться на Стену и проведёт на ней три года после того, как он прекратит преподавательскую деятельность.

— Или перестанет числиться студентом, — дополнил Кималь Саренто.

— Или перестанет числиться студентом, — нехотя согласился император. — Виконт, ты можешь быть свободен!

— Жду тебя завтра в восемь утра, — Кималь Саренто встретил меня сразу, как только я отошёл от трона. — Обсудим учебный план и твои требования по зарплате. Полагаю, здесь не место обсуждать такие детали.

Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы прочитать между строк о том, что ректор не желает сейчас ничего обсуждать по поводу произошедшего. Н-да, не так я себе представлял возвращение в мир живых. Не так.

— Так значит ты теперь виконт? — послышался неприятно знакомый голос. Обернувшись, я увидел нескольких нарядных юношей моего возраста. Возглавлял процессию барон Далемский. — Настолько беден, что не смог купить себе приличной одежды? Явиться на такое мероприятие в форме академии — полный сюр!

— Правильно ли я услышал, что барон Далемский назвал утверждённую форму магической академии Заракской империи отстойной? — я воспользовался тем же самым приёмом, которым Карина Фарди искала себе противника. Громко, во всеуслышанье, чтобы не оставалось ни единого шанса отвертеться. — Барон Далемский говорит только за себя, за свой род или за гвардейскую академию его императорского величества?

Да, мне определённо нужен хороший педагог в части общения с аристократами. Приходится повторять за той, кого при первом же удобном случае прибью ещё раз. То, как забегали глазки явившегося ко мне барона, и то, как резко отступили от него прихвостни, говорило о многом. Я ударил в нужную точку.

— Кто-то всуе упомянул мою академию? — позади меня вырос Кималь Саренто. — Кому-то не нравится моя форма?

— Допустим, она не нравится многим, — неожиданно у барона Далемского появился защитник. Пышные торжественные одежды не могли скрыть военную выправку подошедшего. По сравнению с Кималь Саренто, новый участник разговора относился к той части мужчин, для которых внешность являлась не самым главным их достоинством. Нет, когда-то, возможно, он был красавцем, но время и тёмные сделали своё дело — лицо исказили страшные шрамы, из-за чего уголок рта стал неестественно загнут, а правый глаз оказался стеклянным муляжом. Тем не менее одного взгляда на этого человека хватало, чтобы осознать — нужно бежать. Опасность буквально сквозила в каждом его движении.

— Граф Рудиус Вервок, какая приятная встреча, — Кималь Саренто был сама вежливость. — Неужели ректор элитной гвардейской академии его императорского величества решил лично поздравить моего студента с получением статуса героя? Право, не стоило. Достаточно было бы отправить поздравительную открытку.

— Ты нарушил договорённости, Кималь, — голос у Рудиуса сразу выдавал в нём военного. Таким только команды отдавать. — Мы чётко обсудили и зафиксировали всё по поводу того, кто и где имеет право появляться в форме. Это нарушение.

— Признаю, — неожиданно легко пошёл Кималь Саренто на уступки. — Моя недоработка. Готов принести официальные извинения и компенсировать ваши моральные терзания.

— Нет, граф, в этот раз ты так легко не отвертишься. Настало время выяснить, кто на самом деле является учебным заведением номер один. Я, Рудиус Вервок, ректор гвардейской академии, бросаю вызов тебе, Кималь Саренто, ректору магической академии. Студенты против студентов. Преподаватели против преподавателей. Ректор против ректора. Тот, кто победит, будет иметь право носить свою форму где угодно и когда угодно.

— Я так понимаю, речь идёт только о стали? Без магии?

— Мы — элита императорской армии! Мы победим, даже если вы станете применять всю доступную вам Скронову магию! Честь и слава! Сталь и кулак!

— Честь и слава! Сталь и кулак! — отозвались многие собравшиеся.

— Что же, видимо, действительно настало время многое нам прояснить, Рудиус. Жди завтра в гости, обсудим условия соревнования. И да, хочу сразу сказать — ни мои студенты, ни преподаватели, ни тем более я не станем применять боевые способности. Защитные — возможно, но точно не боевые. Нет чести победить вас на нашем поле. Но вот щёлкнуть вас по носу на вашем — это уже интересно. Мы принимаем бой!

(Тайная резиденция. Турб. 2 часа после окончания мероприятия)

Человек, метящий на роль будущего императора, хмуро смотрел на пятерых герцогов, пытаясь понять, как действовать дальше. Всё, что он так тщательно готовил последние несколько недель, рухнуло в одночасье действиями одного противного красавца.

— Господин, какие будут указания? — герцог Одоевский, на правах одного из самых влиятельных и близких сподвижников, первым рискнул разорвать затянувшееся молчание.

— Кималь Саренто знатно обвёл нас всех вокруг пальца. Сделал, как детей малолетних, — произнёс хозяин кабинета. — Мне казалось, что переиграть герцога Турбского будет достаточно, чтобы отправить тёмного на Стену, как того хотел мастер Эльор. Но нет, влез этот… Что говорят законники?

— К договору не подкопаться. Преподаватели и студенты действительно имеют отсрочку от службы на Стене.

— Проклятье, всё так удачно складывалось! Вы выяснили, кто надоумил императора издать указ о изъятии эксклюзивных вещей? Кольцо должно было стать моим!

— Да, Господин, выяснили. Неопровержимых доказательств у нас нет, но с большой долей вероятности этим человеком стал верховный епископ. Он встречался с императором незадолго до мероприятия. Протокол этой встречи не составлялся, а сама встреча проходила под пологом защиты.

— Значит, золотой старик тоже решил сыграть в свою игру? Ректор, верховный епископ… Кто ещё? Для полного счастья нам не хватает только активировавшихся тёмных. Герцог Одоевский, расскажите о ваших успехах.

— Разработка разломов идёт полным ходом, как и создание эликсиров. Уже сейчас можно усилить восемь магических камней до двенадцатого уровня. Для поставленной вами цели осталось несколько месяцев.

— Долго. Слишком долго. Даю вам две недели, чтобы увеличить количество камней до двадцати. Этого должно хватить. Герцог Карповский, как ваши успехи?

— Две тысячи наёмников и три сотни магов готовы выступить в любой момент. Этого достаточно, чтобы подавить защиту города и захватить дворец. Осталось решить вопрос с герцогом Турбским, чтобы переправить войска в столицу.

— После Кострища герцог Турбский взлетел слишком высоко. Считаю, что ему нужно подрезать крылышки. Герцог Доргский, нужны ваши связи. Используйте компромат, что был собрал на графа Никитина и выводите его из игры. Если он не с нами, значит он против нас. Господа, настала решающая фаза нашего плана. То, к чему мы шли так долго, должно свершиться в ближайшие две недели. Империя станет нашей!

## Глава 3

— Преподаватель? Ты серьёзно? — Алия смотрела на меня, как на необычное явление природы. На встречу с императором её не пустили, так что основные новости пришлось узнавать от меня. — Чему ты можешь их научить? Как в неприятности попадать?

— Либо так, либо Стена, — заметила Элеонора. — Как мне кажется, он ещё легко отделался. Если я правильно поняла, император по какой-то причине желает отправить нашего виконта на север. Зачем?

— Мы раньше не пересекались. Может, из-за Миральды? По непонятной причине она меня невзлюбила. Даже ночную гильдию привлекла для моего устранения.

— По непонятной причине? — Алия даже усмехнулась. — Макс, ответ очевиден, и я удивлена, что ты его не видел сам. Ты нравишься и Миральде, и Карине. Принцесса даже убить Карину пыталась, видя в ней соперницу. Из-за чего и пришлось накладывать на Фарди символ. После того, как ты выпустил стрелу в лоб Карине, она расстроилась. Видимо, несмотря на ваши вечные споры, она уже на что-то начала рассчитывать. Потому заявила об уходе из Крепости, уехала в Одоевск и отказывается встречаться с тамошним служителем Света. Кстати, верховный епископ просил определиться с ценой на твою работу. Мастер Мерам никогда не говорил о том, что можно удалённо общаться с другим человеком. Крепости со всей её разветвлённой структурой такой механизм пригодился бы как нельзя кстати.

— Не продаётся, — тут же заявил я. — Я не хочу вешать на себя ещё и такую кабалу.

— О чём речь? — заинтересовалась Элеонора и, как только ей рассказали о возможности удалённого общения, красочно приподняла бровь: — Я согласна с Максимилианом.

— Мы же договаривались…

— Хорошо, с Максом. Сейчас информация о том, что есть возможность удалённого общения зависла в стенах Крепости. Среди высших иерархов. Как только об этом узнают в империи, тайная канцелярия приставит к нашему виконту своего человека и будет контролировать каждый его шаг. Потому что удалённое сообщение даёт слишком много преимуществ и существуют определённые люди, которым это преимущество давать никак нельзя. Лидеры преступного мира или ночной гильдии, к примеру. У них у всех есть свои люди, но существует ограничение по доставке информации. Если она будет осуществляться мгновенно, то ни одна облава не принесёт результатов. Я бы не стала широко афишировать тот факт, что у Макса есть такая возможность. Но, тем не менее, прятать её тоже не следует. Нужно придумать способ, с помощью которого нам удастся скрыть твоё участие в этом процессе. Полагаю, можно привлечь герцога Турбского. Алия, вы же прописали штрафные санкции в соглашении о том, что князь Никитин сделает Макса виконтом?

— Конечно. Герцог задолжал нам довольно крупную сумму денег. Почти пять тысяч золотых. Когда он соглашался на такие условия, никто и подумать не мог о том, что император самостоятельно произведёт Макса в виконты.

— Если ты не против, я встречусь с герцогом и обсужу с ним этот момент, — Элеонора посмотрела на меня. — Ещё один момент, которых хотела сразу обсудить — Фрэнку нужны люди.

— Фрэнку?

— Фрэнк Рибери, ты его знал как Баламута. Вместе с Густавом и Алехандро Сервольским, он же Буравчик, будет заниматься охраной поместья. Однако территория нашего поместья слишком огромна, чтобы надеяться только на эту троицу. Нужны ещё люди. Минимум человек десять.

— Маги?

— Работа смертником явно пошла тебе не на пользу. Привык, что большая часть из тех людей, что тебя окружает, маги. Их, Макс, на самом деле в империи не так много. Как ни крути, но купить магический камень не всякий барон может себе позволить. Магическая академия тщательно следит за тем, кому и когда она что отдаёт. Не забывай — достать камень не проблема, проблема его интегрировать, тем более в первый раз. Куда интегрировать, если нет магического поля и маны? Только через академию или Крепость. Если с первыми ещё можно договориться и откупиться, то вторые нелегальных желающих стать магами сразу отправляют на костёр. За семь лет, что я была в Крепости, на моей памяти такая казнь случалась пять или шесть раз. Нет, нужны обычные наёмники.

— А если нам не потребуется помощь академии или Крепости, чтобы вставить камни? — спросил я. — Способы всегда есть. Я, к примеру, свой камень получил без всяких манипуляций с ректором. И тёмным на тот момент мне быть не доводилось.

— Если ты найдёшь способ вставить другому человеку магический камень, и об этом узнает Крепость или академия, проживёшь ты, от силы, минут десять. Пока за тобой прибегут. Потому что эти процессы находятся под строгим контролем, — сразу пояснила Алия. — Если сканирование магического поля покажет у человека незарегистрированные камни, он становится смертником. Мало того, Крепость и академия периодически проводят выборочное сканирование аристократов на предмет их магических камней. Не затесалось ли там что-то лишнее или тёмное. Нас будут гонять на эту процедуру регулярно. Не нужно искать проблемы там, где без них можно прекрасно обойтись. Ректор заинтересован в том, чтобы получить карту магических камней. Условия он оговорит с тобой отдельно. Видимо, уже завтра.

— Хорошо, с камнями вопрос опускаем. По поводу людей согласен — давайте брать. Охрана нужна.

— Ничего мы не опускаем, — Алия была в своём репертуаре. — Ты должен подробно и чётко описать этот процесс. Если можешь ты, значит могут и тёмные. Нужно понимать, с чем мы столкнулись.

— Этот вопрос вы решите позже, — Элеонора правильно поняла выражение моего лица и сменила тему. — По поводу тренировок. Мы построили тренировочный полигон. Не такой, конечно, как в академии, но для общего развития сгодится. Завтра утром Густав и Фрэнк будут тебя ждать, чтобы определиться с направлением развития. Впереди неожиданные соревнования, скорее всего на их подготовку уйдёт неделя, не больше, так что у тебя практически нет времени на раскачку. Готовиться нужно начинать ещё вчера. У меня есть стойкое ощущение, что нашему виконту предстоит участвовать сразу в двух категориях. Как студенту и как преподавателю. И только попробуй он не заявиться хоть в одну из них…

— Это же нонсенс! — опешила Алия. — Как можно одновременно быть и там, и там?

— Хороший вопрос, который Максу нужно решить завтра на встрече с ректором магической академии. Алия, когда Крепость планирует рассчитаться за десятку? Нужно планировать бюджет. Текущих финансов нам хватит от силы на пару месяцев. Жизнь в столице дорогая, тем более в таком доме и с таким набором слуг. Макс, ты уверен, что они тебе нужны все?

— Да, — твёрдо ответил я. — Это всё, что осталось от прежнего рода Валевских. Люди должны остаться.

— Хорошо, не нужно так грозно на меня смотреть. Останутся все, а нам придётся выделить золото на их переподготовку. Слишком много прачек и служанок нам не нужно, зато Любомиру люди в его лаборатории потребуются.

— Любомир — Склянка? — догадался я.

— Всё верно. Это ещё одна статья текущих расходов — нам требуются материалы и аппараты для производства зелий. Отдельное помещение уже под это выделено.

— Разве зелья не являются прерогативой Крепости? Для чего нам ругаться с церковниками?

— Зелья бываю разными. Те, что готовятся в Крепости, создаются из ресурсов разлома. Магические зелья, которые недоступны большинству граждан империи. Но как-то лечиться им нужно? Для этого и нужны алхимики. Им удаётся превратить травы и органические части тел животных в лечебные настойки, что годятся для той, или иной болезни. Когда у семьи встаёт выбор между зельем восстановления за десять золотых или зельем от алхимиков за двадцать серебряный монет, как думаешь, куда будет обращён их взор? Скоро зима, болеют люди часто, а как я выяснила, в городе всего три алхимических мастерских. Мы будем четвёртой. По сравнению с одним походом в разлом, конечно, это не сравниться не сравнится, но и лишние пять-семь тысяч золотых чистой прибыли в год твоему роду не помешают. Плюс люди будут заняты на производстве. Или я ошибаюсь и для тебя отныне это не деньги?

— Деньги. Хорошо, допустим, будем мы делать эликсиры для бедных. Но что со сбытом? Как народ узнает, что мы тоже начали производить лекарство?

— Есть несколько вариантов, я над ними сейчас работаю, но пока не готова озвучить. Прошло слишком мало времени, мне нужна неделя-две, чтобы всё тщательно проработать. Давно я этим не занималась, если честно. Многие навыки растеряла.

— Делай. Получается, прямо сейчас у нас планируется только три источника дохода? Разломы, создание удалённой связи и алхимические лекарства для бедняков?

— Десять процентов от трёх десяток — это порядка ста двадцати тысяч золотых, — напомнила Алия. — Этой суммы достаточно, чтобы содержать поместье?

— Несомненно, — не стала спорить Элеонора. — При условии, что Макс будет стабильно проходить эти десятки. Сейчас, насколько я знаю, таких разломов в Заракской империи не существует. Или у Крепости есть другая информация?

— Нет, десяток нет, — потупилась Алия.

— Значит, прежде чем Крепость уничтожит несколько тысяч смертников, скормив их разломам, нам нужно будет на что-то жить.

— Мне не очень нравится, как ты это говоришь, — Алии была неприятна тема расширения разломов.

— Какой смысл прятать за красивыми фразами то, что происходит на самом деле? — графиня вновь красноречиво подняла бровь. — Хорошо то, что Максу осталось всего два разлома. Умрёт не так много народа. Такова жизнь и за семь лет смертником я привыкла смотреть на неё без розовых очков. Или ты хочешь сказать, что верховный епископ не станет делать в центральном регионе десятки? Что он уже не договорился с герцогом?

— Договорился, — почти шёпотом ответила Алия. — Две десятки будут выращены неподалёку от столицы под пристальным надзором гвардии герцога.

— На это уйдёт какое-то время, а нам нужно будет как-то жить. Алхимия, даже дающая пять тысяч золотых в год, не самая плохая затея. Имейся у нас лесопилка, я бы ещё и мебель начала делать. Всё, что угодно, только чтобы не зависеть от одного источника. Если что-то случится с Максом…

— Этот момент нужно тоже обдумать, — заметил я. — Багратион тебе в помощь.

— Он уже работает над этим вопросом, — огорошила меня Элеонора. — Я не хочу возвращаться в Крепость, поэтому нужно проработать все вопросы. В том числе и те, когда тебя внезапно не станет. События последний недель показывают, что это вполне реальная возможность. Или я влезаю не в своё дело?

— Ты всё делаешь правильно, — на меня нахлынули неприятные воспоминания. — Если бы отец об этом позаботился, может, и не пришлось бы никого собирать по всей империи. Да, людей бы выселили из наших земель, но что-то бы осталось и им бы не пришлось эти полтора месяца скитаться. А так…

— Всё, с этим решили и забыли. Когда будет что-то понятно, я приду с решением.

— Тогда у меня есть ещё один вариант получения прибыли. Тоже, правда, завязан на меня, но другого пока предложить не могу. Алия, уточни у Крепости, сколько они готовы выкладывать мне за каждого выявленного обращённого.

— Что?! — обе особы женского пола воскликнули, утратив спокойствие.

— Что вы так удивились? У меня осталось пятьдесят эликсиров на ману. Это сто пятьдесят проверок, — спокойно отреагировал я. — Сто пятьдесят гарантированных «чистых» или «обращённых» людей. На месте верховного епископа, я первым делом бы проверил всех епископов и их помощников. Если нас будут снабжать эликсирами, цена может быть вполне разумной для Крепости. Что скажешь? Или предлагаешь играть в благородство и работать бесплатно? Так не получится — кольцо у меня забрали и мана сама больше не восстанавливается.

— По поводу кольца, — тут же заметила Элеонора. — Этот вопрос обязательно нужно обсудить с законниками. Причём не с нашим Багратионом, а каким-нибудь достаточно серьёзным, имеющим вес в обществе. Всем известно — закон обратной силы не имеет. Император не имел права изымать кольцо.

— Вон там находится дворец — все претензии туда. Если бы я его не отдал, меня бы просто живым не выпустили. Насколько мне известно, моё кольцо — единственная красная вещь нашей империи, других таких ни у кого нет. Этот указ вообще выдумали сугубо под меня. Камни империи не интересны, с ними возиться нужно, а кольца… Вот они, забирай и наслаждайся владением.

— Тебя предупреждали, — ехидно заметила Алия. — Останься ты в Крепости, никто бы на твоё колечко не позарился. Против церкви император никогда бы не пошёл.

— Итак, Алия идёт к отцу Ургу, Элеонора встречается с герцогом Турбским, я иду к ректору магической академии и выясняю, что он задумал. Преподавателем я точно никогда становиться не планировал. Что ещё есть из критично важного?

Текучкой нагружать меня не стали и вскоре я оказался в объятьях своих красоток. Особого настроение из-за потери кольца не было, так что я улёгся спать, чтобы без пяти минут шесть резко открыть глаза — в нескольких шагах от кровати стоял Густав и, судя по тому, что в руках у него находилось тазик с водой, меня собрались будить самым радикальным способом.

— С ума сошёл! — воскликнул я, вскакивая и экстренно начав натягивать на себя одежду. — А если бы я не разобрался и влепил тебе «Тёмным шипом» между глаз?

— Чем? — Густав даже отступил на пару шагов.

— Магией, наставник, магией! Опасной и смертоубийственной. Я больше не тот Максимилиан, которого ты гонял пару месяцев назад. Мне пришлось немного вырасти.

— Это мы сейчас и проверим, — в дверях показался Баламут. Нет, Фрэнк. Полжизни буду привыкать к новым именам! — Идём, посмотрим на твой прогресс.

За домом обнаружилась простенькая полоса препятствий и несколько открытых площадок для тренировок.

— Это пока тебе ещё рано, — Густав указал на полосу препятствий. — Если через пару месяцев сможешь пройти… Куда?!

Слушать наставника я не стал, ловко запрыгнув на постамент.

— Запускай, — приказал я. Мужчины переглянулись, пожали плечами и Фрэнк пошёл к поворотному механизму. Ухватившись за ручку, он начал её крутить, заставляя конструкцию прийти в движение. Я лишь недовольно засопел — в академии механизмы запускались магическими амулетами, физическую силу никто не применял. Нужно обязательно это исправить. Однако все мысли выветрились, стоило посмотреть на полосу. По сравнению с теми «монстрами», что находились на арене академии, эта выглядела как «бедный родственник». Меньше проходов, меньше маятников, меньше качающихся конструкций. Определившись с траекторией, я пошёл вперёд, ловко проскальзывая мимо маятников. Да здесь даже шипов не было! Что за детский сад?

— Етить-колотить! — только и произнёс Густав, когда я спрыгнул на землю. Полоса препятствий была пройдена с первой попытки за считанные секунды.

— Копьё? — предложил я, кивая на стойку с тренировочным оружием.

— Копьё, — согласился Густав.

— Вы оба. Если и тренироваться, так в полную силу.

— Мальчик, а ты ничего не попутал? — хмыкнул Фрэнк. — Месяц назад я гонял тебя, как сидорову козу.

— Это было месяц назад, — согласился я, окрылённый лёгкой победой над полосой препятствий. — Почти вечность с того времени прошла. Сможете меня достать — выпишу премию. По рукам?

— Что-то мне не нравится его самоуверенность, — нахмурился Фрэнк. — Он всегда таким был?

— Самоуверенности в нём всегда было хоть отбавляй, с мастерством вот только проблемы. Месяц, говоришь, прошёл? Ладно, давай вдвоём. Фрэнк, ты же на Стене был? Построение двойки знаешь?

— Спрашиваешь! Я три года в двойке отработал!

— Отлично! Что же, я не против премии, — злорадно ухмыльнулся Густав. — Давай проверим, чему он научился. Поехали, что ли?

Что могу сказать… Иногда очень полезно бывает падать с небес на землю, особенно когда на этой земле тебя встречают не озлобленные враги, а наставники. Выйди я один на один против любого из них, с вероятностью девяносто процентов обязательно бы победил. Но когда против меня одновременно выступили скорость Фрэнка и мастерство Густава, шансов не было никаких. Коротышка, казалось, был везде, но стоило только нанести удар туда, где он должен появиться в следующий момент, как Густав ловко отклонял моё копьё в сторону, а Фрэнк наносил удар. Причём особо не стесняясь в силе — защита вспыхивала золотыми искрами. Уровень маны с чудовищной скоростью пошёл вниз, а я даже поцарапать никого из своих противников не мог! Они дополняли друг друга, словно всю жизнь работали вместе, став единым целым. Удар! Ещё удар! Я увидел, что Густав открывается и попытался проткнуть наставника, не заботясь о том, что могу его убить, но невесть откуда выросший Фрэнк отбил удар и, в свою очередь, полоснул уже меня. Искр не появилось, зато возникла острая боль в районе плеча. Мана окончательно ушла в ноль и «Золотистый купол защиты» шестого уровня, усиленный кучей камней поддержки и даже целым «Усилителем», предательски поднял лапки кверху, сдаваясь на милость победителя. Через мгновение оба копья упёрлись мне в грудь, выбивая из боевой медитации.

— Что ты там говорил по поводу премии, ваше благородие? — довольно ухмыльнулся Густав, свободной рукой поглаживая свои пышные усы.

— Но как?! — воскликнул я.

— Двойка, — ответил Фрэнк, словно одним этим словом он всё пояснил, после чего повернулся к Густаву. — Ну ты и зверь! И ведь ни одного усиления, верно?

— Откуда у бедного солдата усиления? — наставник явно наслаждался произошедшим.

— Когда во время нашей встречи Макс вошёл в боевую медитацию, я полагал, что это случайность. С кем не бывает со страху? Но вот то, что обычный солдат не только сам умеет входить в боевую медитацию, так ещё и других её учит — это сильно!

— Не совсем обычный. Десять лет я считался мастером Стены.

— Без усилений? — повторил свой вопрос Фрэнк, словно услышал сейчас что-то невероятное.

— Без усилений. Итак, Макс. Ты стал сильнее. Быстрее. Ловчее. Поздравляю. Но, усилившись физически, ты совершенно забыл о развитии мастерства. Полагаешься на силу удара, а не его точность. На скорость, а не на последовательность движений. Мы же всего два месяца назад занимались, когда это ты успел забыть всё, чему я тебя с шести лет учил? Думаешь, Скрона за бороду поймал своими усилителями и можно ничего не делать? Так я тебя разочарую — тебе это не поможет. Нет, против каких-нибудь крестьян и даже разбойников сработает, но стоит только мало-мальски грамотному копейщику за тебя взяться, так от тебя мокрого места не останется. Когда ты должен к академии быть?

— В восемь утра.

— Так у нас всего час остался? И чего ты стоишь? В стойку, боец! А ты чего замер, коротышка? Думаешь, раз быстрый, то учиться не нужно? Скорости уйма, техники ноль! Становись рядом! Начну делать из вас настоящих бойцов, а не вот это вот всё.

Забавно, но Фрэнк спорить не стал, встав рядом со мной. Я приготовился к тому, что сейчас начнётся привычная тренировка, однако Густав сумел удивить:

— Так, раз вы оба доказали, что что-то можете, то и начальный уровень вам уже не нужен. Повторяйте за мной. С текущего момента будем работать над связками.

К моменту, когда мне нужно было ехать к ректору, я походил на выжитый лимон. Да меня Злой Инженер так не гонял, как старый наставник! Он словно с цепи сорвался, требуя порой невозможного. И руку не так закрутил, и остриё не туда смотрит, и шаги у меня слишком меленькие, и дышу я не правильно. Садист усастый! Тело сохранило подвижность, но болела, кажется, каждая связка. Не мышцы — сил было хоть отбавляй. Зато с растяжкой, как оказалось, у меня была беда. И не только у меня — Фрэнк за этот час превратился в мокрый бурчащий комок злости. Бывшего смертника бесило, что он не может повторить то, что с лёгкостью выполнял Густав. И это при том, что коротышка семь лет провёл в разломах, постоянно сражаясь с тёмными монстрами, а Густав попивал пиво, одной левой тренируя бездарность. Это я о себе.

В итоге пришлось заказывать себе повозку — самостоятельно добраться до строящейся академии у меня сил уже не было. Всю дорогу я провёл под «Лечебной аурой», костеря наставника по чём свет стоит. Минус один эликсир маны! Слишком расточительной вышла первая тренировка.

Новая академия располагалась не за городом, как изначально полагал ректор, а в соседнем с предыдущим заведением парке. Ещё ближе к центру, ещё на более дорогой земле, в ещё более престижном районе. Стройка подходила к завершающей стадии — стены и крыша уже были закончены, шли демонтажные работы строительных лесов, несколько бригад укладывали плитку на дорожки, ещё несколько таскали мебель, что безостановочно привозили огромные обозы. Раздался зычный удар башенных часов — их сумели отремонтировать и установить в новом месте. Восемь утра.

— Сожалею, но вам придётся подождать, — огорошила меня секретарша, когда я заявился к ректору на приём. — Вы стоите первым в очереди, но господина ректора ещё нет.

Просидев полчаса в приёмной, я отправился бродить по новой академии. Сейчас, когда стали доступны подробности, стало понятно, что в две недели строители могут и не уложиться. Внутренняя отделка была закончена только в общежитии, куда мебель и завозили. Все остальные корпуса имели голые каменные стены, на которых ещё даже штукатурки не было. Структурно новая академия походила на старую — все те же здания, даже домик для смертников имелся. Его я сразу узнал — единственная деревянная постройка. Ещё не было арены — под неё только начали копать фундамент. В общем, ректор явно оптимистично настроен, если полагает, что через две недели учебный процесс возобновится.

Я добрался до полигона — огромного пустого ангара. Строители разбили его на отдельные комнаты, но никакого внутреннего убранства ещё не было. Да и откуда ему было взяться, если разлома под академией ещё нет? Это потом Злой Инженер натаскает сюда кристаллов, тёмных тварей и прочую важную для развития студентов инфраструктуру. Зайдя внутрь, я какое-то время бродил по пустым залам, пока в последнем не наткнулся на того, кого долгое время искал. Злой Инженер сидел в последней пещере в позе лотоса и медитировал. Тридцать три процента маны улетело в небытие, и в этот момент тёмный открыл глаза.

— Посмотрел?

— Посмотрел.

— Теперь забудь.

— Ты знаешь, что мне нужно. Как ты это открыл? Где взял?

— Там, куда тебя не пустят.

— Всегда можно сторговаться. Где и как?

— Город Одиннадцать-Семь, земли тёмных. Когда я присягнул Скрону, пять лет находился за Стеной. Там есть возможность выбрать любое усиление. Садись. Ректор уехал в гвардейскую академию, договариваться об условиях боя. Я должен тебе две жизни. Пришло время отдавать долги.

Я безропотно сел. То, что показал «Анализ», у нормального человека существовать права не имело. Но кто сказал, что Злой Инженер нормальный человек? Кто сказал, что он вообще человек?

Тёмный ??? «Злой Инженер». Модернизированный человек.

Но даже не закрытое имя и странная раса заставили меня проявить интерес. Даже не то, что магических камней у моего наставника действительно было предостаточно. Одних «Усилителей» только пять штук. Всё дело было в одной из строк усиления:

«Восстановление маны». Уровень 5. Восстанавливает 5% маны в минуту.

Это было именно то, чего мне катастрофически не хватало. Теперь понятно, почему наставник никогда не таскал с собой эликсиров на ману и почему все думали, что камней у тёмного нет. Зачем ему «костыли» в виде хрупких флаконов, если за двадцать минут он полностью восстанавливал всю полоску? Довольно немалую, хочу сказать, полоску.

## Глава 4

— До куда добрался «Анализом»?

— Примерно до туда же, до куда и ты. Два «Усилителя» не просто так стоят, верно?

— Верно, — согласился Злой Инженер. — Это значительно всё упрощает.

— Что о тебе знает отец Нор?

— Всё. В буквальном смысле. Он сам определяет, что доносить до Крепости, а что оставить в тайне.

— Даже так?

— Разве ты ещё не понял? Крепость — сборище погрязших в амбициях и коррупции стариков, плюющих на любые моральные нормы. Свет, тьма, Скрон — всё едино, лишь бы получить прибыль. Разломы, опыты над людьми, торговля с тёмными. О, этого ты, как я вижу, ещё не знаешь. Да, Макс, Крепость торгует с тёмными. Через академию, делая вид, что не при делах, но торгует. Никогда не думал о том, почему магическая академия стоит особняком, а не входит в имперский пул учебных заведений? Потому что у неё есть привилегии, о которых другие только мечтали. Это единственное учебное заведение, где есть представитель Крепости в качестве контролёра.

— Чем торгуют?

— Всем, чем можно. Усилители, эликсиры, просто ресурсы в неограниченных количествах, взамен получают золото, магические камни, драгоценности. Всё, чего в нашей империи даже близко не добывается. В Крепости есть тайная сокровищница, попасть в которую могут только высшие иерархи. Тот, кто говорит, что церковь беднеет и вскоре у неё не будет денег, просто не знаю про это хранилище. Как и про договор с Шурганской епархией, по которому в случае необходимости несколько десятков тысяч шурганских служителей Света ринутся в нашу империю, спасая свои братьев в Свете. Крепость давно ведёт свою игру, являясь государством внутри государства. И наш марионеточный император, который давно развалил бы империю на части, если бы герцоги не объединились в союз, никак не может на это повлиять. Даже его указ об эксклюзивных вещах наш верховный епископ вертел на своём… Мал ты ещё такие слова слышать.

— Твои камни. Откуда они?

— «Анализ» из Крепости, «Усилители» добыл в процессе разломов, «Наставник» заработал на Стене, «Улучшитель» получил с обращённых.

— Я прикончил нескольких обращённых, но ничего похожего на осколки там не было.

— Осколки не падают, если обращённый уже начал свою песнь. Одно из условий получения осколка — убить тварь до того, как Скрон перехватит управление. Осталось дело за малым — научиться находить этих обращённых. Мне камень помогли получить сами тёмные — когда я был у них, мне привели двенадцать человек для казни.

— Всё для того, чтобы усилить твой «Призрак»?

— Да. Меня готовили в высокорангового шпиона. Способного проникнуть туда, куда другим хода нет. Сокровищница Крепости, императорский дворец, академия — передо мной были бы открыты все двери. Благодаря этим камням я могу многое.

— Тёмные всё же умеют их интегрировать?

— «Призрак» я получил через огонь. Все остальные камни — вставил самостоятельно. Точно также, как, скорее всего, можешь и ты. Интегрировать камни мы можем без проблем.

— Значит, параметр «Восстановление маны» ты получил там же? У тёмных?

— Всё верно. Среди них есть несколько… существ, лучше их так назвать. Точно не люди, но и не механизмы. Они выступают в качестве носителей знаний и обладают возможностью проявлять у человека один или несколько усилений. Потому что невозможно усилить то, чего нет в твоём списке.

— Но у тебя уже пятый уровень. Каким образом ты усиливался?

— Универсальные эликсиры усиления. Они позволяют усилить любой доступный параметр. Стоит как десяток обычных, но тёмные не привыкли мелочиться, когда речь заходит о шпионаже. Меня сделали независимым от эликсиров. За два с половиной года этот параметр поднялся до пятого уровня. Изначально он был на нуле.

— Самостоятельно, значит, открыть его нельзя?

— О таком я не слышал. Усиливать можно только то, что открыто. Других способов нет. Знаешь, мы можем долго обсуждать меня и то, какой я замечательный. Но это не приблизит меня к выплате долга. Держи. Найти в Турбе кузнеца, пусть он выплавит из этого материала клинки для твоих катар.

Злой Инженер пододвинул ко мне объёмистый рюкзак. Я подошёл и заглянул внутрь — здесь находилась целая гора каких-то мелких невзрачных камушков. Судя по весу, рюкзак вмешал килограмм двадцать этой непонятной субстанции.

— Этот металл называется вирма, — пояснил Злой Инженер. — Добывается из разломов, начиная с восьмого уровня. Но даже там его крайне мало. Если сделать из него лезвие, оно будет обходить все доступные типы защиты. Даже те, у которых стоит приписка «блокировка стали». Сделаешь катары из этого металла — в разломе у тебя противников не останется. Можешь сделать несколько арбалетных болтов для особых случаев. Но помни — каждый раз нужно подбирать болты. Они уникальны и разбрасываться ими нельзя.

— Церковники про этот металл ничего не говорили.

— Потому что они о нём не знают. Мне о вирме рассказали тёмные. Отец Нор решил, что Крепости знать такую информацию нельзя. Да и не часто их закрывают, восьмёрки-то. Последний раз двенадцать лет назад, но тогда мне удалось весь металл сгрести до того, как туда ринулись сборщики. Отец Нор смог выяснить, что среди добытых материалов как минимум из двух разломов, восьмого и пятнадцатого уровня, вирмы не было. На эти неприметные камушки мало кто обращает внимание. Особенно когда не знаешь, как их искать и что они вообще существуют. В следующий раз, когда ты отправишься в разлом, обращай внимание на все осколки, что валяются на полу. Нужно провести по ним лезвием стального ножа, это обязательное условие. Если не появляются искры — это вирма. Но учти — камней в разломе тьма. Тебе придётся проверять каждый. Вирма и информация по ней — моя первая жизнь. Считаю, что выкупил её. Что скажешь, ученик?

— Принимается, — я ещё раз заглянул внутрь рюкзака. — Просто провести стальным лезвием и, если нет искр, это вирма. Это единственный ресурс разлома, на который стоит обратить внимание? Или есть что-то ещё?

— Из известных мне — всё. Про остальные ты знаешь. Недавно начали добывать трам, с помощью которого можно повышать качество камней. О нём даже тёмные ничего не говорили.

— Тебя послушать, так тёмные гораздо умней и сильней светлых. Почему же они нас до сих пор не захватили?

— Потому что у них самих нет единства. Кроме кланов, тёмные делятся на два, даже, скорее три, больших блока. Первые, так называемые ортодоксальные, мечтают лишь о том, чтобы уничтожить всё, что носит хоть какую-то приставку «Свет». Ярые последователи Скрона. Это они насылают Волны, они штурмуют Стену. Вторые — реформаторы. Те, кто понимает, что Свет является таким же богом, как и Скрон. Да, они могут творить полный беспредел, как тот же мастер Эльор, что недавно навещал нашу столицу. Он считается одним из десяти лидеров реформаторского движения. Тех, кто за вооружённый нейтралитет. Тёмным нужны ресурсы, но самостоятельно их добывать они не могут. Разломы, несмотря на то что являются порождением Скрона, недоступны тёмным. Обращённые в них гибнут начиная с третьего уровня, тварям не выжить, их зеркала не работают. Вот и приходиться использовать нас, людей. Они нам золото, мы им ресурсы. Причём торговля налажена довольно плотно — за Стену ежегодно уходит несколько десятков крупных караванов. И всё, как ты понимаешь, через кого?

— Через Кималя Саренто.

— Не смотри на него, как на доброго дядю. Это опасный человек, умеющий лавировать между молотом и наковальней, оставаясь при этом чистеньким и постоянно при прибыли. Вернёмся к тёмным. Между первыми двумя группировками постоянно вспыхивают стычки, что оттягивает уйму ресурсов. Если бы не это, ортодоксы давно раздавили бы все три империи. Хотя, возможно, Шурганская смогла бы выстоять. Как ни крути, они намного сильней всех остальных.

— Ты говорил, что у тёмных три блока. Кто третьи?

— Исследователи. Те, кому вообще нет дела до мелких дрязг между тёмными и светлыми. Они занимаются поиском истины. Причин, откуда явился Скрон, где происходили основные битвы древних, как и почему Скрона удалось остановить, почему солнце так негативно влияет на тёмные заклинания? Любители знаний, вот кто это. Причём одна из самых уважаемых структур, между прочим. Попасть туда — почёт и слава. Правда, со смертностью там совсем беда. Исследователям приходится посещать древние руины, где водятся крайне неприятные твари. Теперь стой и не дёргайся. Самостоятельно я этого ещё ни разу не делал. Знаю только теорию.

Злой Инженер встал и подошёл ко мне вплотную. Его лоб упёрся в мой и какое-то время мы простояли, как два бодающихся придурка. Ничего не происходило. Я уже собрался спрашивать о том, что же задумал Злой Инженер, как перед глазами пронеслось уведомление:

??? «Злой Инженер» предлагает вам обновление карт.

Сконцентрировавшись на кнопке «Принять», я ощутил острый приступ головокружения. Ноги едва не подкосились и, если бы не наставник, что удерживал меня своим дубовым лбом, я запросто мог бы рухнуть на пол. Когда головокружение закончилось, вышло новое сообщение:

Получены карты локаций:

Заракская империя:регионы восточный, северо-восточный, северо-западный, западный, юго-западный.

Нейтральные земли: регионы 11-7, 11-8, 11-9, 11-10.

Шурганская империя: регионы Ал-Хорезм, Ал-Дамин.

Пиктограмма, отвечающая за карты, только что не разрывалась, привлекая к себе внимание. Пришлось открывать и смотреть на изменения. Да, Злого Инженера знатно судьба помотала — в пяти из девяти регионов нашей империи он закрыл минимум пять разломов, чтобы заполучить в своё пользование карту. Что было смешнее всего — центрального региона у наставника не было.

— Ты же говорил, что у тебя всего несколько обрывков карт, ни одной целой.

— Я много чего говорил. Отец Нор прямо сейчас беседует с матерью Алией, объясняя ей основные принципы того, что стоит доносить до Крепости, а что лучше утаить. Потому что люди всегда остаются людьми, а сам верховный епископ не пожизненная должность. Хотя с нашим отцом Ургом такого не скажешь, верно? Уже прирос задницей к своему золотому трону.

— Почему у тебя не было центрального региона?

— Он считается вотчиной Крепости. Когда я начинал своё путешествие по разломам, центр мне не отдали. Когда пять регионов оказались пройдены, стало понятно, что ничего серьёзного в них нет и настаивать отец Нор не стал. О том, что открывает карта, он никому не сказал — информация о разломах является слишком ценной, чтобы ею делиться со всеми. Тем более с текущим верховным епископом, что в своё время потрошил сразу два разлома. Если он думает, что об этом уже никто не помнит, то глубоко ошибается. Юго-западный регион стал первым, где я закрыл пять разломов. Ты посмотри на земли тёмных. Они, по какой-то причине, называются Нейтральными. Там нет ни одного разлома. Что довольно странно, не находишь?

— Либо их мгновенно закрывают, — предположил я. — Либо карта не полная. Ты как получил свою?

— Таким же способом, как передал тебе. Через тёмный обмен. Потом я обучу тебя, как это делается. Итак, карту я тебе передал. С символами у меня беда — я так до конца и не разобрался, каким образом можно их получать кроме как с пиктограмм. Как не знаю и то, каким образом их передавать. Насколько прошла информация, ты разобрался не только с тем, что это такое, но и начал активно их использовать. Кстати, по поводу удалённой связи — мы с отцом Нором хотели бы её получить. Он обсуждает это с матерью Алией, я ставлю тебя в известность. Про метаморфа ты больше меня знаешь, так что нет смысла даже говорить в эту сторону. Получается, остаётся только туман Фарафо, но он появляется только в руинах древних. Бич исследователей. Собственно, это основа того, что я знаю о тёмных. Может по мелочи что и забыл, но оно несущественно. Полагаю, это всё может являться платой за вторую жизнь. Что скажешь, ученик?

— Принимается, — спорить я не стал. Кроме знаний просить мне у Злого Инженера было нечего, а так он эти знания сам мне и отдал. — Ты мне должен десять тренировок.

— Их будет гораздо больше, чем десять, — хмыкнул наставник. — Думаю, Кималь Саренто сможет выторговать несколько недель до начала соревнований. Меня уже предупредили, что сражения будут вестись только оружием, без магии. Но с возможностью использования амулетов и защитных способностей. То есть твой купол сюда входит. На это и будем ориентироваться, но детали расскажет ректор. Кстати, у Крепости уже выкупили четыре камня поддержки «Сопротивление стали», которые ты нашёл в разломе под академией. Так что как минимум четверо твоих противников окажутся с «сюрпризом». К этому нужно готовиться, так что тебе прямо сегодня стоит навестить кузнеца. Ни в коем случае не пользуйся мастерами академии — придётся объяснять, что за металл и откуда он у тебя. Плюс нельзя забывать о тренировках со шпагой. Если для студентов ещё можно согласовать копьё, ему обучают в обоих школах, то преподаватели должны сражаться только шпагами. С этого, пожалуй, и начнём. Сегодня после обеда у тебя трёхчасовая встреча с Урсулой де-Врат, затем короткий перерыв и дальше я. Сейчас иди в приёмную и жди ректора. Думаю, тебе есть что с ним обсудить. Помни — он не так прост, как кажется.

Ректор действительно был уже на месте. Когда я зашёл в приёмную, здесь уже собрался народ, дабы поскорей зайти в кабинет, но секретарша упорно всем отказывала.

— Наконец-то! — облегчённо произнесла она. — Ректор ожидает вас, виконт Валевский. Прошу, входите!

Какое же это магическое слово: «виконт»! Стоило его произнести, как рабочие, что явились к ректору с отчётами, инстинктивно выпрямили спину. Даже один из преподавателей, с которым я ещё не пересекался, и тот собрался, хотя титулы внутри академии не действовали.

— Виконт Максимилиан Валевский, не могу сказать, что неожиданная, но приятная встреча, — Кималь стоял возле бара, наливая себе вино. — Будешь?

— Не откажусь, — легко согласился я. — Там в приёмной целая толпа сидит.

— Видел, — отмахнулся ректор и предложил мне бокал. — Вместо того, чтобы работать, бегают и отчитываются по каждому чиху. Пусть посидят. Полезно. Встречался со Злым Инженером?

— От вас ничего нельзя утаить, — я пригубил вино и удивлённо спросил: — Что это? Явно не шурганское.

— Право, Максимилиан, не нужно произносить в этом кабинете это название. Если кто-то услышит, ещё могут что не так подумать. Конечно же это не шурганское. Пожалуй, тебе открыть этот секрет можно — это вино было изготовлено на моей личной плантации. В южном регионе есть небольшой городок Чессер, которым, волею Света, управляет род Саренто. Наши плантации нельзя назвать большими, но без излишней скромности могу сказать, что благодаря солнцу и правильной работе агрономов, получается чудеснейший урожай винограда, из которого затем изготавливается этот благородный напиток. На мой взгляд, получилось достаточно неплохо.

— Гораздо лучше шурганского, — заверил я, пытаясь удержать себя от того, чтобы не выпить вино одним большим глотком.

— Максимилиан, я же просил, — наиграно развёл руками ректор и, наконец, сел за стол. — Как наш тёмный?

— Если речь о Злом Инженере, то неплохо. Восстановился и горит желанием превратить меня в кусок мяса на тренировках.

— Разобрались с долгами?

— Разве кто-то кому-то что-то был должен? — я удивлённо поднял брови. — Вроде в академии смертники не работают, а долги жизни есть только среди них. Был как-то у меня случай около месяца назад, когда мне привели Карину Фарди и вручили в руки нож. Вот тогда мне правила чётко в голову вбили. Только что не ногами.

— Да, были весёлые времена. Тебя прочили в Чистильщики, я хотел привязать тебя к себе, чтобы у меня был свой человек в Крепости. Так, сугубо для информации. Но, как мы видим, времена меняются. И наши планы, к сожалению, порой имеют свойство не сбываться. Однако в наших силах создать новые планы и пытаться их реализовать. В этом человек отличается от животного. Тем, что умеет подстраиваться под обстоятельства. Мы с тобой заключили соглашение о том, что ты закроешь разлом под академией. Не будем вдаваться в детали — результат был получен. Разлом закрыт, Волна остановлена, тёмные убиты. На мой взгляд, ты полностью выполнил свою часть сделки, даже несмотря на то, что Крепость ничего ценного, кроме головы одного известного нам персонажа, не получила. Представляешь, кто-то полностью выкачал всех тварей!

— Если бы я этого не сделал, сейчас бы здесь не сидел, — спокойно ответил я. — История, что приключилась со мной в Кострище, уничтожила бы того Макса, что вошёл в разлом под академией. Но не смогла справиться с тем, кто из него вышел. Оно того стоило.

— Твоя грань, — ректор достал из шкафчика стола небольшой флакон стоимостью двадцать тысяч золотых и поставил его на стол. — Камни не предлагаю. Я уже поговорил с матерью Алией и понял, что это бесполезно. Магическими камнями тебя уже не удивить. Особенно в свете последней информации, к которой мы ещё вернёмся.

— Почему же? От камней я бы не отказался. Только от определённых. Мне нужны элитные камни поддержки: «Уменьшение физического урона», «Уменьшение магического урона», «Уменьшение стихийного урона», «Уменьшение урона от яда». В идеале все четыре, но, даже если есть хотя бы один, с удовольствием обсудил бы условия получения.

— Какие интересные названия, — ректор откинулся на спинку кресла. — Расскажешь, откуда ты о них знаешь? В учебниках о таких камнях не пишут.

— Ещё, для полной радости, неплохо было бы получить «Множественные выстрелы». Моему «Тёмному шипу» этот камень лёг бы идеально.

— Где же ты под это всё возьмёшь грани? — ректор понял, что отвечать на его вопрос я не намерен и быстро ушёл от этой темы.

— Для начала предложил бы вам все камни, что рассыпаны по центральному региону. Много из них не имеет граней, но штук пятьдесят простых камней вполне годятся для переработки. Там по одной-две грани точно есть. Десять магических камней куда интересней — каждый по две грани. И даже три элитных где-то валяется. Всё это я готов отдать за ещё один такой элексир. Ничего из представленного мне не интересно. Полный список могу составить в любой удобный момент. Как и точные координаты.

О «Праксисе» говорить я не собирался. Вначале сам посмотрю, что за камушек, а потом уже буду решать, куда его продавать.

— «Множественные выстрелы» не могу советовать. Выглядит, конечно, его применение жутко, но он увеличивает потребление маны в десять раз. Слишком расточительное удовольствие. Да и в бою один на один его применение нерационально, слишком большой разброс снарядов. Может «Скорость заклинания»?

— «Усилитель» и так снизил её до двух секунд, так что сейчас этот момент не критичен. К тому же у меня уже стоит этот камень поддержки, ждёт своей грани. Но, как мне кажется, нет смысла уже. Вряд ли шип будет формироваться чаще, чем раз в секунду.

— Чаще не будет. Существует глобальное время перезарядки умения. Меньше секунды ни одно заклинание невозможно использовать.

— В таком случае с атакой мы разобрались, дело за защитой. У академии есть нужные мне камни?

— Нет, конкретно у академии таких камней нет. Позволь, я кое-что проверю, — Кималь Саренто достал колокольчик и позволил. В кабинет тут же вбежала секретарша.

— Нужна проверка, — улыбнулся ректор. Девушка на секунду прикрыла глаза, после чего сообщила:

— Он выполняет условия договора, господин ректор.

— Отлично. Отправь гостей из приёмной работать. Сегодня до обеда я больше никого не принимаю. С виконтом у нас будет долгий разговор.

— Доверяй, но проверяй? — ухмыльнулся я, когда дверь за секретаршей закрылась. — Значит, это и был камень «Истина»? Смотрели, не проверил ли я вас «Анализом»? Я чту условия заключённых сделок, господин ректор.

— Порой кажется, что ты гораздо старше своих лет, Максимилиан. Ты знаешь о таких вещах, о которых многие даже не задумываются. Да, тебя только что проверили «Истиной» на предмет выполнения заключённого договора. Полезно иметь помощника со столь редким камнем, согласись? Очень рекомендую.

— Выставлю это в условие своего будущего прохождения разлома. Если найдётся «Истина», я её изыму. Вернёмся к моему запросу. Если у академии таких камней нет, то где есть?

— У тёмных, — произнёс ректор и умолк, ожидая моей реакции. Интересно, на что он рассчитывал? Что я начну заламывать руки, бегать по кабинету и стенать о том, что как же это возможно?

— Что необходимо для обмена?

— Злой Инженер? — догадался ректор.

— Не только. О том, что Кималь Саренто имеет преимущественное право торговли с тёмными, знают многие. Не только наш общий знакомый.

— Какой интересный у тебя уровень доступа, — хмыкнул ректор и ещё раз налил вина. — Я не знаю, что они потребуют, такие камни не являются предметом активной торговли. Мой запрос отправится через два дня вместе со следующим караваном, ответ придёт только через две недели. Осталось только понять, что же я получу за посредничество?

— Что же хочет всемогущий ректор? Человек, у которого есть практически всё.

— Вот именно — практически. Но не всё. Мне нужна специфическая помощь, Максимилиан. Очень специфическая. Подпиши это.

— Соглашение о неразглашении? — удивился я, прочитав протянутый лист. — Ещё одна контрольная бумажка для неразглашения?

— В том деле, на которое я тебя хочу подрядить, перестраховка лишней не бывает. Для меня, конечно, последствия будут не смертельными, но вот для того, кто меня предал…

— Здесь не указана Алия, — я отодвинул бумагу. — Чтобы вы не задумали, я не могу это подписать без того, чтобы не указать её.

— То есть ты ей доверяешь даже несмотря на то, что она, по сути, является приёмной дочерью отца Урга? Не говоря о том, что фактически является дочерью отца Нора?

— Всё верно. Мы вместе всего полтора месяца, но за это время пережили столько, сколько хватит на десяток человек. У меня нет и не будет секретов от той, кто ради меня взошла на костёр. Или хотите сказать, что это тоже подстроил верховный епископ?

— Утверждать это не буду, но согласись — дождь был довольно нестандартный. И так вовремя он появился.

— Туча появилась задолго до казни. Она не возникла над Крепостью, не исчезла, как только казнь отменили, она продолжила своё движение и ещё долго поливала окрестности.

— Хорошо, не думаю, что Крепость забудет о нейтралитете и вмешается. Им это не выгодно. Вот, держи.

Кималь Саренто достал из ящика вторую бумагу. Практически точную копию первой, с одним небольшим уточнением — мне разрешалось рассказать о том, что я услышу, своему личному служителю, матери Алие.

— Так вы и к этому приготовились? — удивился я, ставя подпись.

— Всегда нужно прорабатывать несколько вариантов, Максимилиан. Нельзя останавливаться на чём-то одном. Дело, которое я хочу тебе поручить, и простое, и сложное одновременно. Тебе придётся покинуть столицу на какое-то время.

— Как же соревнования между академиями?

— Они состоятся только после официального открытия магической академии и пройдут на нашей арене. Другого места в столице просто нет, где могли бы разместиться достаточное количество зрителей. Полагаю, ты уже видел, что арену только начали строить. Закончат, как мне кажется, только через три-четыре недели. Или через месяц-два. Всё зависит от того, сколько тебе времени понадобится на то, чтобы выполнить задачу.

— О которой вы так ни словом и не обмолвились.

— Разве? Да, действительно. Дело-то, на самом деле, плёвое. Особенно для тебя. Так вот. Через две, максимум через три недели состоится государственный переворот. В империи существует некая сила, что путём шантажа заставила пять довольно влиятельных герцогов плясать под свою дудку. Запудрила им мозги будущими наградами, прибылью, силой и прочими глупостями. Тебе пока не нужно знать истинное имя этой силы, сами участники заговора называют его Господином. Пусть так и будет. Ой, не хмурься — попытки свергнуть императора предпринимаются с завидной регулярностью раз в десять лет. Это как развлечение высшей аристократии. Если бы не такие люди, как герцог Турбский, от Заракской империи давно осталось бы одно воспоминание. И да, он в этом заговоре не участвует. Вернёмся к делу. Один твой знакомый, герцог Одоевский, является активным участником этого мероприятия. Я не знаю откуда, но у него внезапно появились устройства для формирования эликсиров. Как на ману, так и на прокачку магических камней. Одоевский сейчас находится в столице и пробудет здесь ещё две недели. Где находится оборудование, мне не известно. Скорее всего в Одоевске, во дворце Фарди. Но вполне возможно где-то в другом месте. Я не могу отправить туда представителей ночной гильдии — она работает на того, кто носит имя Господин. Не могу отправить Призрака — он нужен мне в другом месте. Зато могу дать это задание тебе. Найди устройства и уничтожь их. Это сильно ослабит заговорщиков. Если узнаешь, откуда они взялись, вообще будет отлично. Как и то, откуда берутся ресурсы для дальнейшей переработки. Сейчас такой информации нет.

— Проникновение в дом герцога — преступление против империи. Меня не только лишат титула, но и в смертники обратно отправят. При самом лучшем раскладе. А так это казнь без права на помилование.

— Только в случае, если тебя поймают. Официально ты, как преподаватель академии, отправишься на поиски магических камней для дальнейшей их переработки. Это будет твоё алиби — если тебя поймают на запрещённой территории, предъявишь бумагу, в которой сказано, что ты имеешь право находиться в любом месте империи. Есть у искателей такое право. Ездят, где хотят. Не думаю, что герцог будет настолько глупо рисковать и прятать механизмы в замке. Скорее всего в одной из своих загородных резиденций. Если ты найдёшь запрещённые механизмы, то у тебя будет полное право, как у преподавателя академии, применять силу для уничтожения устройств, а также всех, кто этими устройствами пользуется. Соответствующую бумагу за подписью императора я тебе предоставлю. Да, Максимилиан, за подписью императора! И ещё одна немаловажная деталь. По имеющейся у меня информации, курирует весь процесс личный помощник герцога Одоевского по имени Тари. Он тебе знаком. Именно он оглашал смертельный приговор твоей семье.

— Мне нужно подумать и обсудить всё с Алией, — даже не знаю, каким образом мне удалось не закричать «я согласен!» прямо сейчас. Неужели речь идёт о том самом противном франте, которого мне не удалось уничтожить «Тёмным шипом»? Скронов амулет спас подонка!

— Не тороплю, но каждый день играет против нас. Две недели, Максимилиан. До переворота осталось всего две недели. Если ты принимаешь моё предложение, ты получишь два камня из тех, кто запросил, а также возможность отомстить. Однако ответ я должен получить уже сегодня до конца дня. Это обязательное условие.

— Карина тоже во дворце?

— Нет. Сегодня утром я получил письмо от графини Фарди. Завтра она прибывает в академию, чтобы приступить к тренировкам со Злым Инженером. Карина Фарди возвращается в Крепость и, как мне кажется, отныне у тебя не будет возможности ей навредить. Верховный епископ не позволит тебе убить её второй раз.

## Глава 5

Перед глазами вспыхнули два символа и, привычно проигнорировав индивидуальную защиту, закрепились на плечах отца Нора и Злого Инженера.

— Проверим? — отец Нор отошёл от нас и положил руку себе на плечо.

— Слышу, — точно также ответил наставник. — Ладно, бездарь, можешь пить зелье. Заслужил.

Две тренировки подряд превратили меня в овощ. Если с Урсулой больше страдала наставница от того, что ей достался такой бездарный ученик, то со Злом Инженером страдал уже я. Из-за того, что мне достался такой злющий наставник. Кажется, скорости возросли на несколько порядков и, несмотря на все мои якобы крутые усиления, противопоставить тёмному я ничего не мог. Когда в академию заявились отец с дочерью, это я про отца Нора и Алию, моих сил хватило ровно на то, чтобы сжать в кулаке пузырёк с красителем, что всунул мне отец Нор, после чего корявым пассом руки сформировать и нацепить символ «Слово». Пусть болтают, может, от меня отстанут.

— Ещё нужно связать и нас, — отец Нор указал на Алию. — Будем обмениваться информацией и советоваться, что можно, а чего нельзя выдавать в Крепость. Не хочу, чтобы мать Алия повторяла мои ошибки.

Вновь передо мной вспыхнул символ и улетел к своим целям.

— Пузырёк всё, — я разжал ладонь на землю упала чистейшая склянка. Навык «Рунописец» выкачал её без остатка.

— Что вы решили ответить ректору? — отец Нор посмотрел на девушку.

— Макс склонен согласиться, — Алия осуждающе посмотрела на меня. Мы около часа обсуждали слова ректора, но прийти к единому мнению не смогли. И, судя по всему, Алия успела нажаловаться отцу на меня. — Образумить его у меня не получилось. Он на своей мести просто зациклился, не видя никто вокруг. Лично я считаю, что ректор его подставить хочет.

— Как ни странно, но с этим телом в пыли я согласен, — Злой Инженер встал на мою сторону. — Если есть возможность отомстить, ей нужно воспользоваться. Воткнуть нож в грудь своего врага и смотреть, как медленно утекает его жизнь. Ради этого иногда стоит рискнуть. Мать Алия, помогите телу выпить зелье. Видно же, что оно само до рта не дотянется. Если бы Кималь Саренто хотел подставить Макса, он сделал бы это раньше. Возможностей была куча. Сейчас хочет поставить под удар. Но понимает, что Макс удар выдержит. Если же сломается, то что с такими слабаками дело иметь?

— Согласен с тем, что нужно принять предложение, — отец Нор тоже решил высказаться. — Если через две недели действительно случиться переворот, Крепость привычно уйдёт в сторону. В дела мирские она якобы не вмешивается. Но, если в деле замешены устройства, нужно разобраться, откуда они появились. Это важно, так как каждый такой механизм находится под контролем. Просто так заявиться к герцогу Одоевскому с проверкой мы не можем. Отпускать Злого Инженера в такую даль у меня права нет. Каждый шаг тёмного контролируется. Призрак, как стало известно, следит за заговорщиками. Остаётся не так много вариантов. К тому же будет правильно, если какое-то время Макс побудет вне столицы. Завтра возвращается Карина Фарди. Не думаю, что будет хорошей идеей дать вам сразу встретиться.

— Какой смысл ей возвращаться? Она же покинула Крепость?

— Карина Фарди явилась с покаянием к служителю Света в Одоевск и взмолилась о прощении. По её словам, она действовала на эмоциях, недостойных графини. Все слова, что были сказаны, все действия, что были совершены, всё было сгоряча. Она сожалеет о своём поведении и просит Крепости дать ей второй шанс. Утверждает, что такого больше не повториться. Что она сумеет справиться с эмоциями. Судя по тому, что я знаю, верховный епископ готов с ней встретиться и обсудить дальнейшую судьбу. Потому что Чистильщика в Крепости не было уже давно, а один чрезмерно ретивый юноша не только сбежал из-под контроля, так ещё и ограничение по количеству прохождений разломов на себя повесил.

— Даже если я уеду, вечно прятать нас друг от друга вы не сможете. Мы всё равно встретимся.

— Крепость к этому моменту придумает, как защитить её от твоего гнева. Или тебя от её, здесь оба варианта нельзя исключать. Мать Алия, вот чего точно нельзя делать, так это отпускать из столицы тебя. Ты должна остаться здесь. Макс должен действовать как преподаватель академии, но никак не виконт или часть Крепости.

— Отец Нор, а можно поговорить с верховным епископом, чтобы разломы-десятки, которые они начали формировать, делались не в центральном регионе, а, например, в западном и юго-западном регионах? — спросил я, желая получить к новым картам дополнительные слои.

— Исключено. То, что у тебя есть карты этих регионов, никто не должен знать. Центральный регион выбран из-за того, что Крепость гарантированно будет знать о том, какой текущий уровень разломов. Если мы используем другие регионы, придётся объяснять причины такого поведения. Этого мы позволить себе не можем. Тёмный, ты идёшь со мной — нужно обсудить строительство полигона. Вы двое направляйтесь к ректору. Две недели, что нам выдели, не такой большой срок, чтобы тратить его на пустые обсуждения.

— И всё равно я против, — пробурчала Алия и спустя пять минут мы вновь оказались в приёмной ректора.

— Вас ожидают, — секретарша на несколько секунд прикрыла глаза и, когда мы вошли в кабинет, произнесла: — Условия обоих соглашений выполняются.

— Прошу присаживайтесь, — улыбка на лице ректора была неизменной. — Вот видишь, Максимилиан, как легко обмануть даже магические проверки? Отец Нор и Злой Инженер уже в курсе твоего задания, но ты своё соглашение выполнил — информация от тебя ушла только Алие. Думаю, это неплохой урок на будущее — любую бумагу и проверку можно обойти, если хорошенько подумать, как это сделать. Надеюсь, ты всё же будешь верен своему слову и не станешь меня сканировать, даже если найдёшь способ извернуться. Я предпочитаю оставаться неисследованным. Как я понимаю, Крепость вы решили не ставить в известность о грядущих событиях?

— Крепость не вмешивается в мирские дела. За всё, что происходит в империи, отвечает она сама. Я здесь для того, чтобы обсудить условия. Мы согласны с вашим предложением.

— Это список всех известных на текущий момент личных резиденций герцога Одоевского, — ректор вытащил очередной лист бумаги, словно подготовил их на все случаи жизни. Но одним листом дело не ограничилось. На свет начали появляться всё новые. — Это приказ о зачислении Максимилиана Валевского преподавателем магической академии. Это приказ о том, что он становится искателем и имеет право беспрепятственного путешествия по всей империи. И, наконец, приказ императора Девалона шестого о том, что искатель имеет право уничтожать любые запрещённые механизмы и обслуживающий их персонал везде, где только он сможет их найти.

— Это…, — Алия ошарашенно смотрела на неожиданно возникший ворох бумаг.

— Это экземпляр Максимилиана, чтобы он предъявлял всем желающим в случае необходимости. Второй останется у меня, третий перейдёт матери Алие. Итого, если что-то произойдёт, всегда найдётся бумажка, чтобы наши действия носили легитимный характер. Я не собираюсь подставлять Максимилиана под удар высшей аристократии.

— Но ведь существует ещё и четвёртый экземпляр документов? — спросил я.

— Существует. Он будет отправлен в императорскую юридическую службу для регистрации. Всё, что мы делаем, должно быть максимально прозрачно и без единого намёка на правонарушения. Твои руки должны быть полностью развязаны.

— Этот ваш Господин, который контролирует, в том числе, ночную гильдию, имеет какую-нибудь связь с императорской юридической службой?

— От вас ничего не скрыть, — на какое-то мгновение Кималь Саренто прекратил улыбаться. — Ещё как имеет. Если он не сообразит, что нужно срочно сворачивать деятельность с производством эликсиров, может потерять одного из союзников. Возможно, он попытается устранить Максимилиана. Это те риски, на которые мы готовы пойти. С той защитой, что сейчас находится у Максимилиана, внезапного нападения можно не опасаться. Стальные болты для арбалета в количестве ста штук, тридцать эликсиров на ману и восстановление, а также лошадь будут готовы к восьми утра. Всё, что осталось — поставить подпись под документами и отправляться в путь. Времени действительно нет. Завтра империя должна знать, что один из искателей отправился в юго-западный регион. У Максимилиана будет два дня, чтобы добраться до цели и начать поиски. Связь будем держать через мать Алию.

— Вот теперь это больше похоже на ректора магической академии. Слишком всё было гладко и приторно, чтобы быть правдой. Давайте бумаги. Раньше начнём, раньше закончим.

— Такой настрой мне нравится, — вечная улыбка вернулась на прекрасное лицо ректора. — Мать Алия, пока Максимилиан подписывает документы, не желаете вина? Почему-то мне кажется, у вас сегодня был тяжёлый день и небольшой бокал чудесного напитка будет как нельзя кстати…

— Домой? — спросила Алия, когда мы вышли от ректора. Я посмотрел на часы — семь часов вечера. Торговцы только начинали собирать товары и готовиться к закрытию магазинов да лавок, так что следовало поспешить.

— Пока нет. Нужно к кузнецу. Лошадь со всем снаряжением доставят только утром, так что он должен успеть.

— Хочешь всё же перековать катары? Отец Нор мне рассказал о подарке Злого Инженера.

— Никогда не знаешь, когда тебе на дороге встретится ещё один Безликий, верно? У меня для тебя будет важное задание — тряси церковников, отца Нора, кого хочешь, но выясни, каким образом у мага можно изъять камни. Я слышал о том, что в Крепости есть какой-то устройство для этого, но мне нужны подробности. А также возможность получения такого устройства, если других способов нет.

— Поняла, — кивнула девушка, забираясь в повозку. — Садись. Я знаю неплохого и недорогого кузнеца из столицы. Как-то пришлось к нему обращаться, чтобы починить треснувший клинок. В Крепости повреждение имущества не прощалось и наказывалось дополнительными работами.

Кузнец долго смотрел на мои камни. Долго думал. Потом ещё дольше смотрел на лезвия катар, что могли разделяться, превращаясь в шип.

— И вы хотите, чтобы я сделал это всё к утру? — уточнил он.

— Всё верно, — кивнула Алия. — Изделие нужно нам утром.

— Из чистой руды клинки не делают. Нужны добавки. Нужно всё высчитывать, измерять…

— Тридцать золотых, — припечатал я, не желая торговаться. — За ночь работы ты получишь тридцать золотых. Примесей не нужно. Плавишь руду, отливаешь из неё клинки, идентичные этим, вставляешь их в устройство. Справишься до восьми утра, получишь десять золотых сверху. Это нормальная цена за ночь работы?

— Коли так, оставляй свои ножики. Утром всё будет.

— Если руда останется, нужны арбалетные болты. Вот для этого, — вслед за катарами я открепил и арбалет. Хорошо, что Алия постоянно ходила в мантии, а то бедного кузнеца удар бы хватил. Ибо все прекрасно знали о том, что такое оружие официально разрешено носить только представителям Крепости. Кстати, нужно бы бумагу какую получить на этот счёт. Как ни крути, виконт Валевский к церкви не имеет никакого отношения. Алия кивнула, обещав заняться этим вопросом.

Утром из славного города Турба в сторону севера выехал всадник. Да, именно в сторону севера, несмотря на то что ждали этого всадника в юго-западном регионе. У меня не было морального права не проверить месторождение эксклюзивного камня «Праксис». Дорогу я продумывал всю ночь — получу камень, въеду в западный регион, доползу до главной дороги и, резко повернув на юг, поеду в юго-западную части империи. Крюк получался довольно внушительным, за два дня мне предстояло преодолеть больше пятисот километров, так что нам с коняшкой придётся основательно поработать. Ей — скакать, как оглашённой, мне — постоянно поддерживать нас «Лечебной аурой». Это, конечно, будет не самая полезная прогулка для животного, да и для меня, но иного способа прихватить с собой камень я не видел. Откладывать путешествие на будущее не хотелось. Никто не знает, когда это будущее наступит. И наступит ли вообще.

Люди шарахались в сторону, едва завидев меня. Паломники разошлись по домам, так что никто не собирался оспаривать право у одного чрезмерно ретивого человека нестись с такой скоростью. Разве что кто-то с болью в глазах смотрел на лошадь, что после получасовой гонки должна была превратиться в безжизненный кусок мяса. Понимал это и я, двигаясь по принципу двадцать-пять. Двадцать минут несёшься, пять минут отдыхаешь, заливая лошадь «Лечебной аурой». Вроде как получилось идеально — пены из рта животного не появлялась, моя задница в тугой комок боли от такой езды не превращалась, а часа через четыре, когда лошадка начала демонстрировать первые признаки усталости, я без всякой жадности скормил ей один из эликсиров восстановления. Как по мне — я первый человек в империи, кто заморачивается настолько, что поит дорогущим зельем свою лошадь. Чего только не сделаешь ради скорости, особенно когда выехал в места, лишённые хоть каких-либо больших населённых пунктов. Кругом были лишь мелкие деревеньки, в которых о запасной лошади даже не слышали. Своих и тех было две на всё село.

Тем не менее, как я не старался, добраться до нужной точки до захода солнца не получилось. Мало того, ещё и завтра предстояло двигать минимум три-четыре часа, в зависимости от состояния земли. Дикая скачка давно закончилась — травмировать животное на неровной поверхности я не собирался. По сути, это был самый слабый пункт моего дерзкого плана путешествия — я лишь приблизительно прикидывал, сколько времени должно занять поездка по пересечённой местности. Может справлюсь за пару часов, а может придётся тратить целый день. Кималь Саренто явно не обрадуется такой задержке, но и поделать я ничего не мог. Внутренняя жадность не простит, если я не присвою камень.

Палатка, что мы купили в Крепости, исчезла во время нападения тёмных тварей на Кострищ, так что пришлось использовать ту, что выдал ректор. С едой оказалась напряжёнка — её выдали лишь на одни сутки. Как и воды. Считалось, что я буду останавливаться в тавернах. Заметив небольшую посадку, я добрался до неё уже в потёмках. Стреножив лошадь и отпустив её восстанавливаться, благо неподалёку обнаружилась небольшая речка, я достал из рюкзака кристалл разлома, освещая пространство синим светом. Радиус свечения зависел от величины кристалла. Моего, что был едва больше кулака, хватало на пятиметровый круг. Большие смысла брать я не видел. Они и тяжелее, и транспортировать их неудобно. Установив специальный держатель для светляка, я пошёл в посадку за ветками. Как ни крути, но кристаллы разлома только дают свет, но никак не тепло. Ночи же в наших краях с каждым днём становились всё холоднее и холоднее. Ещё бы — через месяц должна наступить осень.

Когда сверкнуло, я даже не сразу понял, в чём дело — задремал. Костёр жарил на всю, поглощая толстый сухие ветки. Пригревшись, я перестал следить за окрестностями. Даже палатку не раскладывал. Какой в ней смысл, когда путешествуешь один и погода отличная? Расслабился, за что и поплатился. Следом за первыми искрами сверкнули вторые, третьи, пятые… Однако монстра рядом не наблюдалось. Потому что на меня напало не чудище или дикий зверь, а самый опасный хищник этих земель. Человек!

Светопреставление продолжилось, словно на меня наткнулась целая армия арбалетчиков. Скорость, с которой в меня врезались снаряды, а также их сила, пугали. На всякий случай я проверил, что флакон с маной легко выходит из кармана и вскочил на ноги. Отлежаться не получится — придётся действовать.

Однако, когда в круг света вошёл человек, мой боевой настрой слегка пошатнулся.

Верховый обращённый. Вероятность 100%

В руках противник держал лук. Лук! Оружие, которым даже охотники на дичь постепенно перестают пользоваться, переходя на арбалеты. Это что за древность такая? Судя по тому, что половина колчана оказалась пустой — та очередь из снарядов, что в меня прилетела, выпускалась всё же одним человеком, а не армией. Но кем нужно быть, чтобы работать даже луком с такой скоростью?

Очередная стрела сорвалась в полёт, буквально в упор, чтобы срикошетить и отлететь обратно. И тут случилось то, что бывает только в сказках — верховный обращённый сделал неуловимое движение рукой, выхватывая стрелу в воздухе. Посмотрев на наконечник, противник, сохраняя чудовищное спокойствие, закинул стрелу обратно в колчан, бросил лук на землю и достал саблю. Всё происходило в абсолютной тишине, словно мы играли в игру «не разбуди соседей». Это, конечно, пугало, но не настолько, чтобы я не поверил в реальность происходящего. Сном это никак быть не могло.

Между нами было не больше пяти метров, так что промахнуться из арбалета я никак не мог. Болт сорвался в полёт и я уже видел, как он делает аккуратную дырку во лбу противника, или, в крайнем случае, уничтожает один из его амулетов, но раздался звон, словно две металлические болванки со всей дури ударились друг о друга, сверкнули искры и мой арбалетный болт отлетел в сторону, отбитый саблей. То, чего не смогла сделать Карина Фарди, с лёгкостью вытворил непонятный гад, явившийся ко мне посреди ночи среди абсолютного «ничто». Какого Скрона ты тут забыл, придурок? Я же в такой дали от цивилизации нахожусь, что здесь даже диких животных не водится?

Вот теперь я рассердился окончательно. Мало того, что меня будит непойми кто, лишает маны своими стрелами, так ещё и болты мои отбивает! Судя по беглому просмотру параметров, верховный обращённый явно перекачался усилителями или их заменителями — у него оказалось открыто куча физических параметров и ни одного из них ниже трёхсот процентов найти мне не удалось. Сражаться с таким монстром по его правилам нельзя. Лишит маны и прибьёт, даже не объяснив, с какого перепуга он вообще на меня напал. Раз меня пригласили на поединок, значит, условия должны быть моими. Посмотрим, как ты отобьёшь это!

«Тёмный шип» сорвался и врезался в район груди противника. В последний момент он попробовал уклониться, но расстояние между нами было слишком малым. Привычно громыхнуло и, пока тьма ещё не рассеялась, я был в шаге от врага. Даже не удивился, застав его живым. Тот, кто обладает такими физическими параметрами, не мог не иметь какой-то защиты от магии. Верховный обращённый умудрился отреагировать на моё стремительное появление, встретив меня рубящим ударом, но его клинок отбросило в сторону. Лезвия обновлённых катар пришли в боевое положение и вонзились в противника. На груди верховного обращённого разом вспыхнули три амулета, но уберечь от удара они не смогли. Лезвия из вирмы игнорировали защитную магию, словно её вообще не было. На лице противника успело нарисоваться изумление, прежде чем передо мной высветилось сообщение:

Получены 3 из 12 осколков «Улучшителя». Итого 3 из 12.

Тяжело дыша, я вытащил катары и тело рухнуло на землю. Какое-то время смотрел на своего противника, но тут в голове что-то щёлкнуло, и я бросился к костру, катарами вырезая землю и закидывая ею костёр. Чтобы верховный обращённый здесь не делал, он явно явился сюда не один. Взрыв от «Тёмного шипа» в ночной тишине должен быть слышен на несколько километров, так что есть большая вероятность, что сейчас товарищи этого гада старательно его ищут. Если против меня выйдут сразу двое, не факт, что получится с ними справится. Слишком огромная разница между нами. Как в скорости, так и в силе.

Окружающий мир вновь накрыла тишина, вот только сна у меня больше не было ни в одном глазу. Это что такое только что было?! Откуда здесь, посреди полей, взялся обращённый? Да ещё и верховный, снаряжённый, словно он на войну собрался? Три амулета на избежания смертельного урона — кто в здравом уме вообще такое носит? Ладно герцоги, им по статусу положено, но марионетка Скрона?!

Ладно, а что это было с «Улучшителем»? С какого Скрона осколки вообще появились, да ещё и в количестве трёх штук? Когда Злой Инженер рассказывал мне о том, как он получил свой камень, то я забыл поведать ему о том, что уже убивал обращённых, управлением над которыми Скрон не перехватил. Тех двоих лже-церковников, что стояли на страже поместья епископа Цвата. Никаких осколков с той парочки я не получил, а здесь сразу три штуки? В чём разница? Неужели с того, что тех я пристрелили из арбалета, а этого проткнул катарами? То есть камень получается только в ближнем бою? Проклятье — одни вопросы и ни одного ответа!

Перед глазами вновь появились параметры моего противника. Сейчас, когда он уже был уничтожен, его «личное дело» перекочевало из активного раздела в раздел «убиты», где уже находились несколько «папок». Все те, кого я вначале проверил, а потом убил. Удобно. Через пару сотен «сканирований» у меня могло накопиться слишком много лишнего материала, в котором запросто можно запутаться. Посмотрев на камни своего противника, я осознал, что какое-то время мне придётся таскать его тело с собой. До тех пор, пока Алия не сообщит, каким образом можно извлекать из мага камни. Верховный обращённый оказался не только усилен физически, но ещё и обладал кое-чем полезным. У его защитной способности «Магический доспех» имелось несколько камней поддержки, два из которых были мне крайне интересны. «Отражение стали» и «Уменьшение магического урона». Саму способность, как и первый камень поддержки, я хотел наглым образом всучить Алии. Нехорошо, когда у моей личной служительницы нет даже элементарной защиты. Что касается второго, то от него не отказался бы уже и я. Камень показал свою ценность уже тем, что сумел уберечь обращённого от удара в упор «Тёмного шипа»! Это дорогого стоит, учитывая, что эта способность делала с таркатанами. Нужно срочно увеличивать убойную силу, иначе вскоре против всяких тёмных моя основная магическая атака окажется будет бесполезной.

Ночь по-прежнему оставалось тихой, поэтому я решился на небольшую разведку. Не на своих же двоих обращённый добрался в такую глушь? Значит, где-то должна быть повозка, на крайний случай лошадь. Или отряд таких же сильных тварей, что разорвут меня на мелкие части. Прикинув, откуда прилетела первая стрела, я медленно пошёл вдоль посадки, прислушиваясь к каждому шуму. Мне казалось, что в основном шумлю я, но где-то через километр, когда я уже собирался поворачивать назад, до меня донёсся запах, которому совершенно было не место в безлюдной местности. Запах жаренного мяса! С приправами!

Определив, откуда дует ветер, я пошёл ему навстречу. Взобравшись на очередной холм, я увидел внизу лагерь. Три повозки, куча лошадей, один большой шатёр. Между повозками сновали люди, один в один похожие на того, что мне ужалось прикончить совсем недавно. Я насчитал двенадцать человек, а сколько ещё ходит по окрестностям? Даже думать не стоило о том, чтобы героически бежать вперёд и устраивать побоище. Прибьют ещё на подходе.

Из огромного шатра вышел какой-то пузан. Судя по тому, как вальяжно он ходил между остальными и как ему отчитывались, местный начальник. Из-за большого расстояния у меня не получалось использовать «Анализ», чтобы познакомиться с пузаном поближе, а подкрадываться ближе не хотелось. Чудо, что я до сюда добрался незамеченным.

Итак, что мы имеем? Некий тёмный с тремя обозами и минимум с двенадцатью верховными обращёнными путешествует по центральному региону. Причём не по центральным дорогам. Даже не по просёлочным. Он явился сюда, в глухомань, где нет ни единой души. Ни деревень, ни городов, ни разломов, кроме, разве что…

«Праксис»!

Тёмные явились сюда за моим камнем!

## Глава 6

— Алия, просыпайся! — я связался со своей личной служительницей сразу, как только вернулся к своему угасшему костру.

— Что случилось? — сонный голос девушки ответил не сразу. — Который сейчас час?

— Середина ночи. У меня тут возникли небольшие проблемы.

— На тебя напали люди герцога? — в голосе появилась обеспокоенность. — Ты не пострадал?

— Да, на меня напали, но герцог тут, вроде как, не виноват. Не перебивай. В общем, я случайно оказался неподалёку от Кострища, и тут…

— Где ты оказался?!

— Не ори, — скривился я. Крик девушки воспринимался так, словно мою голову засунули в металлический чан и удалили по нему кувалдой. — Решил схитрить и поехал в обход.

— Какой схитрить, Макс? Ты на севере, в Кострище! В то время как должен был быть на юге, в Одоевске!

— Во-первых — не на севере, а на западе центрального региона. Во-вторых — завтра я уже буду в западном регионе и благополучно отправлюсь вниз по карте. Если меня решат ловить, то будут делать это на границе центрального региона. О том, что я решу сделать такой крюк, никто даже представить не сможет. И вообще, я с тобой связался не для того, чтобы выслушивать лекции о том, как правильно путешествовать по империи. У меня здесь команда обращённых.

Девушка притихла. Даже если она и ругалась, то убрав руку с символа. Меня это более чем устраивало.

— Карта под рукой есть?

— Издеваешься? Только и делаю, что в спальне карту держу! Жди, сейчас спущусь в кабинет… Всё, на месте. Центральный регион, говоришь?

— Кострищ видишь? Примерно в восьмидесяти километрах от него есть деревушка, стоит на излучине рек.

— Гульмарши?

— Понятия не имею, как она называется. Небольшая, домов на двадцать.

— Всё верно, это скорее хутор. Нашла. Ты там? Так далеко от дороги?

— Не совсем. Теперь пальчиком веди вверх. Если двигаться по реке, что на карте справа, то примерно в двадцати километрах севернее находится её исток. Нашла?

— Допустим.

— Вот. Рядом с этим метом разбили свой лагерь минимум тринадцать верховных обращённых, сопровождающих какого-то пузана. Мне удалось прикончить одного обращённого, но связываться со всей толпой я не стану. Они не просто сильны — они чудовищно сильны. Напичканы усилителями похлеще Фарди. Кто такой пузан и что он тут забыл — не знаю.

— Сам-то ты что там забыл? Макс, только не говори, что ты за каким-то камнем полез!

— Не за каким-то, а за эксклюзивным.

— О котором ты мне, конечно же, ничего не сказал! — мне категорически не нравился спокойный голос Алии. Почему-то возникло ощущение грядущей беды.

— Хотел сюрприз сделать. Притащить тебе его на блюдечке. Кто же знал, что тут тёмные внезапно возникнут? Меня вообще похвалить нужно — мне удалось одного прикончить, так что герцогу меньше с ними возиться придётся.

— Герцогу?

— Не мне же! Алия, я в обращённого из арбалета в упор выстрелили, так он болт отбил! У него три амулета на блокирование смертельного урона были! И таких минимум двенадцать тел тут бегает. Я туда не вернусь ни за какие деньги. Плюс пузан — если это какой-то тёмный мастер, что явился за мои камнем…

— Так всё же за твоим камнем? То есть ты всё это заранее спланировал?

— Хватит ругаться — нужно поставить герцога Турбского и Крепость в известность, что отряд верховных обращённых во главе с тёмным мастером путешествуют по их землям на трёх повозках. Места здесь не обжитые, скорость их будет небольшой. Осталось только понять, действительно ли они двигают к камню, или у них здесь какие-то другие дела? Если всё же к камню, откуда они о нём знают? И знают ли точные координаты? Ты выяснила, каким образом можно из мага камни вытащить?

— Когда? Всего день прошёл!

— Целый день! У меня тут на руках труп верховного обращённого, внутри которого находится слишком много чего ценного. Не через огонь же это всё добывать?

— Если камни были добавлены через огонь, достать их не получится. Эксклюзивные камни тоже не вытащить. Только элитные, если они были добавлены стандартным способом. Подожди, тут Элеонора на шум явилась… Так, знающие люди говорят, что извлечь камни из мага легко и просто — достаточно вспороть ему грудь. То, что было добавлено в его магическое поле, должно располагаться возле сердца. Как понимаешь, речь идёт только про обычные камни, не тёмные. К тому же с обращёнными такой способ вряд ли сработает — они получают камни через огонь. Единственный вариант вытащить хоть что-то — сжечь труп. Но в этом случае эти камни прилипнут к твоему полю. Так что как ни крути, получить камни сейчас у тебя не получится.

— Откуда Элеонора знает о том, как доставать камни?

— Говорит, что ей не раз приходилось извлекать их из погибших смертников.

— Так, говоришь, не сработает с верховными обращёнными? Хорошо, давай проверим. Что я теряю, в конце концов? Значит, возле сердца?

Я без всякой брезгливости достал нож и вскрыл грудную клетку. Рёбра у трупа оказались прочными, так что пришлось постараться, чтобы их выломать и просунуть руку к сердцу. Что-то твёрдое обнаружилось сразу — там, где должна быть лишь одна мякоть, находились какие-то уплотнения. Сграбастав парочку, я вытащил руку и, опасливо покосившись в сторону лагеря обращённых, вытащил осветительный кристалл, стараясь максимально прикрыть его курткой. У меня в ладони оказались два элитных камня — золотое свечение не спутать даже под слоем крови и синим светом кристалла. Я понятия не имел, какие камни достал — над определением нужно работать, под это есть отдельная дисциплина, а использовать «Анализ» ради каких-то камней слишком расточительно. Сейчас для меня это были просто два элитных камня. Отложив добычу, я принялся один за другим доставать из верховного обращённого то, что ему уже никогда не понадобится. Итого получилось шесть золотых камней и один синий. Последний я точно мог идентифицировать: «Уменьшение стоимости». У верховного обращённого это был единственный камень магического уровня.

— Алия, у меня для тебя есть две новости. Хорошая и плохая. С какой начинать?

— Ты достал камни? — догадалась девушка.

— Угу. Причём это как хорошая, так и плохая новость одновременно. Тёмные всё же умеют вставлять себе камни также, как и мы. Теперь это доказано на примере. Ещё одно — спроси у отца Нора, каким образом Злой Инженер получил свой «Улучшитель». Прибивал каждого обращённого в ближнем бою? Или из лука-арбалета? Я получил новые осколки и не понимаю, почему. Я убивал обращённых и раньше. Как тех, кого уже захватил Скрон, так и ещё свободных. Осколков не было.

— У тебя хоть день без приключений может быть? — в голосе девушки явно читалось недовольство. — Что тебе стоило поехать обычной дорогой?

— И всё пропустить? Нет, Алия, я бы себе такого не простил. Всё, хватит болтать. Буду, наверно, потихоньку отсюда сваливать. Тело оставлю, оно уже бесполезно. Главное добраться до камня раньше тёмных.

— Не вздумай его вставлять! — на всякий случай предупредила Алия и убрала руку с символа. Я подошёл ближе к убитому. Для того, чтобы добраться до груди, мне пришлось снять его куртку и сейчас я с интересом смотрел на этот предмет гардероба, на полном серьёзе решая, стоит ли мне заняться мародёрством, или нет. Куртка, как и штаны, были сделаны из какого-то мягкого и, при этом, прочного материала. Единственное, что меня смущало — отсутствие широких рукавов, что могли спрятать катары и арбалет. При таком исполнении моё оружие будет находится у всех на виду. Критично? На самом деле да. Тем не менее упускать такую ткань нельзя. Прихвачу с собой, чтобы мастера столицы её подшили под мои требования. Как и брюки. И пояс. И ботинки. Проклятье, да здесь всё было на порядок лучше того, что я мог себе сейчас позволить. Да, в дорогих магазинах столицы, конечно, можно было купить себе много чего интересного, но у нас сейчас слишком мало денег, чтобы тратить их на излишества. Золота, к слову, у обращённого не было. Скорее всего всем заведовал пузан.

Лук с колчаном я тоже прихватил. Выглядело оружие обращённого шикарно, а всей моей силы не хватило, чтобы оттянуть тетиву на достаточное расстояние. Чтобы не было перегруза, пришлось оставлять палатку, а всю еду с водой прятать в свой желудок. Удостоверившись, что ничего ценного я не оставил, я взял коня за поводья и пошёл вперёд, освещая путь кристаллом. Если верить карте, до камня осталось чуть больше двадцати километров. К утру должен быть на месте.

Всё же хорошо, что я не стал излишне паниковать и идти в полной темноте. Местность и в солнечные часы изобиловала рытвинами, а в ночной тьме, казалось, вылезло то, чего здесь даже изначально не было. Яма на яме, бугорок на бугорке, повсюду ветки, камни и трава едва ли не по пояс. Во всяком случае, так казалось. В мертвенно-синем свете пространство выглядело особенно жутко и несколько раз я на полном серьёзе думал о том, чтобы остановиться и дождаться рассвета. Однако жадность упорно толкала меня вперёд. Мало завладеть камнем — ещё нужно постараться его уберечь. Двенадцать верховных обращённых вряд ли просто так отойдут в сторону, как только я первым достигну цели. Представляю картину, бежим мы, значит, с пузаном наперегонки, ползём в горку (камень же обязательно должен быть на вершине горки?), пытаемся друг друга оттолкнуть, у пузана это получается, он взбирается на вершину, но тут я делаю последний прыжок и перед самым носом хватаю камень, победно поднимая его над головой. Пузан расстраивается и вместе со своими обращёнными сваливает за Стену, рассказывать о том, каким шустрые ребята живут в Заракской империи.

Кажется, кому-то всё же нужно отдохнуть. Такой бред уже в голову лезет.

Когда приветливое и тёплое солнышко взошло над горизонтом, пробуждая народ для нового трудового дня, я походил на Злого Инженера. Хмурый, замученный бессонной ночью и уставший от борьбы с травой. Судя по карте, я достиг цели, но ничего похожего на постамент с наградой в округе не наблюдалось. Хотя холм имелся. Оставив лошадь, я вскарабкался на него и осмотрелся — повсюду, куда только глаз доставал, находилось нетронутое пространство. Ни людей, ни тёмных. Девственная земля, прячущая мою прелесть. Я приблизил карту как только мог — судя по ней, камень находился точно под точкой, обозначающей меня. На всякий случай, понимая, что глупо, посмотрел наверх. Пусто. Значит, нужно копать.

Вот только хозяин этого места думал иначе. То, что происходит что-то неправильное, я ощутил, когда взлетел в воздух вверх ногами. Извернувшись, я увидел толстый зелёный отросток, что оплёл мой золотой купол в районе ног и с приличной скоростью начал тащить меня на другую сторону холма. Там к нему присоединился ещё один отросток, что пожелал оплести меня уже в районе груди, но у меня на этот счёт имелись другие планы. Согнувшись, я рубанул катарами по удерживающей ноги зелёнке. Катары не встретили сопротивления, словно это была простая бумага. Во все стороны брызнула зелёная жижа, ноги высвободились, и я полетел вниз. Высота была небольшой, всего метра три. У Злого Инженера мы и не с такой верхотуры прыгали. Сгруппировавшись, я перекатился и ещё раз рубанул катарами по второму отростку. Холм тряхнуло. Не нужно было быть семи пядей во лбу, чтобы понять — камень находится под холмом и его защищает неведомая тварь, что явно огорчена моим поведением. Обрубки начали быстро убегать, но отпускать их я не хотел, устремившись следом. Всего за пару прыжков я обогнал травяных змей и увидел пещеру, куда они втягивались. Ещё раз рубанув по траве, уменьшая длину зелёной верёвки, я остановился возле дыры. Когда-то она была огромной, примерно в мой рост, но сейчас проход был практически полностью законопачен несколькими десятками зелёных змей, расползшихся по окрестности во все направления. Отростки шевелились, дёргались и жили своей жизнью. Лишь двое из них исчезли в глубинах холма, но их место тут же заняли новые, принявшись расти с чудовищной скоростью. В это крохотное окошко я не пролезу, значит, нужно его расширить.

Я обрушил удар сверху вниз, вложив все свои силы. Мне казалось, что разрубить такой тугой комок непросто и потребуется все мои навыки. Каково было моё изумление, когда лезвие прошло сквозь зелёных змей как сквозь воздух, не встретив сопротивления. Мне чудом удалось сохранить равновесие, и, как только я восстановился, на лицо наползла гадкая ухмылка. Холм изрядно трясло, и обрубки скрылись в проходе, увеличив его чуть ли не в два раза. Сделав шаг вперёд, я превратился в повара лучшего ресторана, шинкуя оставшиеся отростки, как капусту. Буквально пара мгновений и проход освободился полностью. Тот, кто засел внутри холма, спрятал все свои отростки. Посыпалась земля, угрожая погрести меня под тоннами земли, но я, достав из сумки световой кристалл, пошёл вперёд. Отдавать «Праксис», какое бы описание у камня не было, я не собирался ни тёмным, ни чудовищной твари.

Всё же походы по разломам наложили свой отпечаток. Никакого страха замкнутых пространств и обязательное зеркало, словно впереди находился тёмный. Несколько раз отростки пытались вырваться на свободу, но каждый раз они позорно уползали обратно. Холм ещё больше трясся, земля ещё больше сыпалась на меня, скатываясь по куполу. Защита воспринимала землю как угрозу и не позволяла добраться до меня.

Наконец, узкий проход закончился, и я вошёл в пещеру, вырытую внутри холма. Красноватое свечение сразу привлекло моё внимание — камень находился здесь, и он не был поглощён чудовищем. Вернее, поглощён-то он как раз был, но не так, как это задумывалось изначально. «Праксис» являлся сердцем огромного травяного чудовища, оставаясь, при этом, на свободе. Бесформенное «нечто» рассредоточилось вокруг камня, пустив в него четыре отростка. Причём, как я понимал, оно даже не касалось камня, каким-то образом умудряясь впитывать его энергию. Я смотрел на тварь, даже не представляя, с какой стороны к нему подступать. Оно было везде. Просто одна огромная травяная масса, с завидной регулярностью выстреливавшее из своего тела отростки. Какое-то время я потратил на то, чтобы обрубать их на подлёте, что каждый раз всё заканчивалось одним и тем же — монстр начинал трястись, из-за чего холм ходил ходуном.

Решение пришло спонтанно. Откуда монстр берёт плоть для отростков? Конечно же из себя. То есть ему приходиться тратить какую-то часть своего огромного тела на длинную травяную змею. Так зачем мне устраивать здесь обрезания, если можно поступить так, как привыкла поступать Крепость? Отойти в сторону, делая вид, что меня здесь нет.

Буквально через пару минут мои действия дали результат — травяной монстр законопатил проход, источившись примерно в три раза и продолжал становиться всё тоньше и тоньше. В какой-то момент показалось что-то плотное и белёсое. Только сейчас я сообразил, что едва не совершил непоправимую глупость и прошёлся по странному чудищу «Анализом». Я же сам себе не прощу, если не пойму, с чем имею дело. Какое-то время ничего не происходило, словно способность не сработала, но тридцать три процента сбежавшей маны говорили об обратном. Наконец, информация была обработана и перед глазами появилось хоть какое-то описание.

Вьюн обыкновенный. Мутировавшее растение.

Появилась целая панель с описанием параметров растения. И полезное оно, и питательное оно, и способно месяц прожить вообще без еды, и способно переварить даже камень, если такая нужна будет. Читая о длине выстреливаемых отростков, я запоздало начал беспокоиться — моя лошадь! Словно назло один из отростков дёрнулся и принялся втягиваться в тело мутанта с огромной скоростью. Я бросился вперёд, позабыв обо всём — удар катары оборвал стремительное сокращение. Холм вновь дёрнулся, но на душе стало как-то нехорошо. Одним прыжком, как учил Злой Инженер, я очутился рядом с «Праксисом», вырвал его с корнем, успев отметить, что отростки мутанта всё же касались камня, после сего помчался на выход, отпихивая разом утратившую подвижность траву. На свободу я буквально выполз и хотел было броситься поскорей к своей лошадке, как замер. Кажется, Алия меня прибьёт. Ибо моя лошадь лежала неподалёку от входа и, судя по тому, что голова у неё находилась вровень с хвостом, никуда она больше не поедет. Вьюн обыкновенный, зараза мутировавшая, раздавила моё транспортное средство пополам.

Как в такой ситуации не поддаться панике? Мало того, что через сутки я должен находиться в нескольких сотнях километрах отсюда, так ещё и группа верховных обращённых уверенно приближается к этой точке. Сейчас, когда «Праксис» попал ко мне в руки и я проверил его «Анализом», сомнений в этом не было ни капли. Потому что ради такого камня я тоже выехал бы за Стену.

«Праксис». Аура. Количество активных граней: 2. Уровень камня: 1. Требуется маны для активации: 50%, мана удерживается на постоянной основе. Уменьшает количество маны, используемой вашими заклинаниями, на 12 единиц.

Минус 50% маны звучит, конечно, жутко. Но, стоит задуматься о реальных цифрах, ценность камня сразу становится понятна. На текущий момент у меня 360 единиц маны. Если я включу камень, останется 180. На один «Анализ» мне приходится использовать треть от доступного резерва. 120 маны сейчас или 48 маны потом. В принципе, особо ничего не изменилось, кроме нескольких немаловажных вещей — с «Праксисом» мои способности «Тёмный шип» и «Лечебная аура» не будут требовать маны от слова совсем! Каким образом будет отрабатывать в этом случае «Золотистый купол защиты» ещё непонятно, нужно смотреть. Потому что логика подсказывает, что мана на восстановление защиты будет братья из остатка, то есть потенциально этой аурой я снижаю свою выживаемость в два раза. Две грани… Скрон бы всех магов побрал с их тайнами и недоговорками! Почему нельзя создать одну большую книгу по всем камням, что существуют в этом мире? Почему приходится до всего доходить своими ногами? Например, что произойдёт, если к ауре подключить «Уменьшение стоимости»? Будет ли она меньше маны удерживать?

В очередной раз выругавшись, я подошёл к трупу лошади и принялся набивать свой рюкзак. Как ни крути, но смысла торчать на одном месте нет. Нужно двигать дальше, желательно на пределе своих способностей. Для этого нужно понять, что из поклажи я могу взять с собой, а что придётся выкинуть…

Итак! Арбалетные болты, что выдал мне Кималь Саренто. Один весил двести пятьдесят грамм, эту цифру я точно знал. Мелочь, вот только у меня их было сто штук! Плюс мои двадцать. Тридцать эликсиров, хорошо, уже двадцать восемь, каждый весом в двести грамм, если брать с учётом веса самого флакона. Одежда обращённого — мне всё ещё не хотелось от неё отказываться, а также его лук и стрелы — ещё десять килограмм. Различные мелочи, включая золото и серебро — минимум пятёрка, а то и десятка. Удобный и вместительный рюкзак у меня имелся. Всё это, кроме лука и колчана, в нём уместилось и мне удалось даже водрузить рюкзак на спину. Какое-то время жадность боролась с логикой и последняя, что неожиданно, победила. Лезвием катары я перерезал тетиву, после чего, напрягшись, сломал пополам сам лук. Теперь пользоваться им будет тяжело. Следом за луком пошли стрелы — их я тоже надломил и выбросил. Жаль, конечно, но ничего не поделать. Скорость сейчас важнее. Ещё раз проверив, что ничего не забыл, я затянул лямки рюкзака, чтобы он не болтался и, сверившись с картой, побежал на запад. Километров через восемьдесят располагалось небольшое село, можно будет попытаться там купить себе транспорт. Чем не план?

(Крепость, Турб. Это же время)

Карина Фарди вышла из кабинета верховного епископа, с трудом сдерживая ликование. Её приняли обратно! Она покаялась в своих деяниях, даже слезу пустила, что вообще было ей не свойственно. Ни слова о том, что во всём виноват проклятый Валевский. Нет! Вина только её и никого больше. Она долго не верила мастеру Эльору, что это сработает, но, как видно, тёмный понимал иерархов Крепости куда лучше её самой. В памяти вновь вспыли слова тёмного:

— Тебе придётся вернуться в академию и закончить последний год обучения. Ты должна получить диплом мага. Кроме того, тебе следует отправиться в Крепость и на коленях вымаливать у них прощение. Важно, чтобы они прониклись и увидели в тебе раскаянье. Ни в коем случае нельзя никого обвинять. Ты должна делать вид, что виновата только ты и никто другой. Тебя будут проверять. Возможно, у Крепости даже найдётся кто-то, кто имеет «Анализ» — неприятный камень, с помощью которого можно увидеть параметры человека. Поэтому сейчас никаких дополнительных усилений или магических камней. Тренируйся, Карина Фарди. Тренируйся так, как никогда до этого не тренировалась. Ты должна стать своей для Крепости. Они должны увидеть в тебе Чистильщика — человека, способного в одиночку закрывать разломы вплоть до третьего уровня включительно. Через год, когда ты придёшь на Стену, мы встретимся ещё раз. И тогда ты получишь такую силу, о которой даже не мечтала. Ты сможешь разорвать своего врага голыми руками.

— Что это? — ошарашенно спросила Карина, когда нажала на новую пиктограмму строки состояний и перед глазами высветилось огромное поле, на котором располагались кружки и линии, связывающие их в определённом порядке. Какая-то часть кружков была активной, но на общем фоне они терялись, словно являли собой нечто несущественное.

— То, что ты видишь, называется модель развития. Здесь указаны все параметры, которые может открыть себе живое существо. Чем шире активное поле, тем сильнее существо. Найди себя. Оцени, насколько ты замкнута на начальном этапе. Да, ты сильна физически, но разве это делает тебя опасной? Изучай поле, думай, что может сделать тебя мощнее. Что будет тебе интересно. Когда ты докажешь свою полезность, ты получишь знания, как правильно пользоваться этой моделью…

Карина Фарди шла по Крепости с каменным лицом, не позволяя посторонним увидеть истинные чувства, обуревавшие девушку. Она станет сильной! Она обязательно станет сильной, и Максимилиан Валевский пожалеет о том дне, когда выпустил арбалетный болт ей в лоб! Он дорого заплатит за все унижения, что ей предстоит испытать.

## Глава 7

Что могу сказать — кажется, я превратился в монстра. Самого натурального. Несмотря на груз за спиной, мне удалось держать такой темп, что через три часа добрался до посёлка в западном регионе. Восемьдесят километров на своих двоих и при этом я не превратился в охрипшего и глотающего воздух бегунка, жаждущего поскорей умереть! Без лошади и под постоянным лечением казавшийся тяжёлым переход превратился, конечно, не в увеселительную прогулку, но во вполне терпимое мероприятие. Правда, мне пришлось выпить эликсир на восстановление, ибо в какой-то момент мышцы едва не заклинило, но это всё мелочи. Главное, что я доказал самому себе, что это реально! Причём не по ровной дороге, а по жуткой пересечённой местности, полной рытвин и колдобин. Тренировки со Злым Инженером даром не прошли.

— Да откуда ш им взяться, лошадкам-то? — развёл руки в сторону беззубый старик, что выступающий в деревне в качестве старосты. — Всю шивность тёмные твари схарчили!

— Всю? — нахмурился я, открыв карту. Благодаря подарку тёмного, западный регион уже был открыт, и я чётко видел, что в округе разломов нет. Откуда здесь тогда взяться тёмным тварям? Неужто ещё один условный епископ Цват со своим поместьем завёлся? Кто там отвечает за западный регион? Проклятье, не помню.

— Конешна! Всю, как есть всю. Да и людям непросто приходится. Ушо десятерых мы недосчитались. Вся деревня, вот, пошла искать пропажу — двух девок, што пошли стирать на речку. Но куда там… Видать, не судьба на земле предков нам помереть. Уходить надобно. Пока твари остальных не схарчили.

— Почему сами пошли искать? Разве это не дело местного властителя?

— Это земли барона Горбунова. Токма нету ему дел до нашего хутора. Мы ушо к нему гонца отправляли, ответа не было.

— Гонца? А сам гонец-то вернулся?

— Куда там! Что ему делать в этом проклятом месте? Сходил до барона и сидит, небось, в кабаке, деньги пропивает. Мы ш ему всем селом скинулись. Кто серебрушку, кто две.

— Когда он уехал?

— Так три дна назад и уехал. Как скотина вся пропала, а потом и люди начали посередь дня исчезать, так и поехал.

— Как же он поехал, если скотина вся пропала.

— Так он на своих двоих поехал. Шамый быштрый из деревни. До поместья барона за сутки должен добраться. Токма нету подмоги никакой. Ты бы, мил человек, не оштанавливался тута. Неровен час беда какая приключится.

— Где люди пропадали?

— Дык везде! По всей округе, как и живность всякая.

— Ладно дед, заинтересовал ты меня. Придётся погостить у вас пару часиков.

Я прекрасно понимал, что время в моём случае — деньги, но слишком «вкусным» показался мне рассказ старика. Вариант с тайным поместьем я не отметал, но перенёс его в самый конец списка. Во-первых — здесь нет дорог, во-вторых — в округе нет ни одного крупного населённого пункта. Посёлок, где проживал барон Горбунов, походил на обычную деревушку центрального региона. Разломов нет, так что из-под земли твари выползти не могли. Оставался только один вариант — монстр, что мутировал на каком-нибудь крайне интересном камне, что наверняка мне срочно нужен и без которого я просто жить не могу! Думаю, ничего страшного не случится, если я пару часиков побегаю по округе, выискивая тварь. Неужели она не заинтересуется одинокой добычей?

— Ма-а-акс? — раздавшийся голос в голове не предвещал ничего хорошего. Алия проснулась.

— Чего? Я бегу к цели не жалея ног. Уже в западном регионе. Сейчас тут одного чудика найду и сразу вниз, в юго-западный.

— Вот об этом я с тобой и хотела поговорить, Макс. Вчера ты так огорошил меня своей новостью про Кострищ, что я даже не обратила на этот момент внимания. Скажи, пожалуйста, сокол ты мой ясный, а зачем ты собрался в юго-западный регион?

— Вот сейчас не понял, — опешил я. — Алия, ты с утра не с той ноги встала? Мы, вроде как, всё согласовали, разве нет? Я отправляюсь в Одоевск, нахожу там устройства и уничтожаю их. Что не так?

— Что не так? Даже не знаю, с чего начать, Макс. Наверно, с того, что в юго-западном регионе нет Одоевска! Ты сам откуда?

У меня внутри всё похолодело. Земли баронов Валевских находились в юго-восточном регионе, и герцог Одоевский был нашим сюзереном! Одоевский, мать его так, из города Одоевска! Столицы юго-востока империи!

— Алия, я…

— Конечно ты! Это не просто крюк, Макс, это крючище! Полагаю, никто и никогда не ездил в юго-восточный регион через западный. Какого Скрона, Макс? Неужели желание заполучить камень оказалось настолько огромным, что у тебя мозги отключились?

Сказать, что я был в шоке — это не сказать ничего. Как можно было так ошибиться?! Однако какая-то часть меня продолжила сопротивляться. Негоже позволять девушке ругать себя, даже если ты тридцать три раза неправ.

— Всё, ошибся и ошибся, прекращай ёрничать. В любом случае считаю, что мой крюк был удачным. Я обнаружил тёмных и получил камень. «Праксис» стоил того, чтобы за ним съездить. Ректор выделил нам две недели. Прошло только полтора дня. Мне нужно трое суток, чтобы добраться до Одоевска. Максимум четверо. Я успею.

Алия ничего не ответила — девушка убрала руку с печати. Словно ожидая какого-нибудь чуда, я открыл карту юго-западного региона. Одоевска здесь действительно не было. От слова совсем. Вот как объяснить, почему я упорно двигался на запад? Что за наваждение?

— Староста, беда! — пока я размышлял о трудностях бытия, в деревню вломились растрёпанные люди. — Уходить нужно! Монстры из-под земли выползи! Ещё десять человек ухандокали!

— Где? — спросил я, отгоняя пасмурные мысли прочь. Может, сам Свет привёл меня сюда, чтобы помочь этим людям.

— Там! — один из мужиков указал рукой куда-то в сторону. — Возле излучины. Как мимо Кривого дуба пройдёшь, так…

— Показывай!

— Что?! — мужик даже пятиться начал. — Не пойду я туда больше! Такие страхолюдины, что душа в пятки уходит. Да и кто ты вообще такой? Неужто от барона?

— Нет, не от барона. Я искатель академии, — ответил я, не желая оглашать своё настоящее имя.

— Маг? — разом выдохнули селяне, словно они находились в дырявой лодке посреди огромного озера, никто плавать не умел, а тут я, на новом корабле да со спасательными кругами.

— Маг, — кивнул я. — Служитель Света где?

— Нету его. Его одним из первых твари разорвали.

— Разорвали или под землю уволокли? — уточнил я.

— Разорвали, — как один закивали селяне. — Твари никого не ловят. Жрут на месте.

Значит, точно не разлом. Неужели кто-то из-за Стены сюда пробрался?

— Всё равно показывай. Сам я буду тут плутать долго. Мне только место укажи, потом может бежать.

— Конечно, господин маг! Всё покажу! Как есть покажу! Народ, айда за нами! Господин маг сейчас всем тварям рога пообломает!

Народ воодушевился. Магов в деревеньке отродясь не видали, так что про их способности наверняка придумали всякие сказки. Например, что мы одним только взглядом можем уничтожить всю нечисть этого мира. Разочаровывать селян я не стал, и побежал за народом. Вскоре мы очутились возле излучины небольшой речки.

— Вот тут было, — начал озираться мужик. Остальные закивали, подтверждая его слова. — Вот, всё помято. Тут их всех пожрали!

— При этом ни капли крови, ни кусочка плоти, — я нагнулся над смятыми листьями. Здесь действительно кто-то катался. Вся трава была примята, на земле виднелись отчётливые отпечатки трёхпалых толстых лап с длинными когтями, вот только ни единой капельки крови заметить я не смог.

— Точно тут всё было, господин маг! Взаправду говорю!

— Верю. Потому и удивляюсь, куда твари подевались. Следопыты в селе есть?

— Больше нет. Всех подрали.

— И куда же они все подевались? — я обошёл участок с примятой травой и окончательно утратил хоть какое-то понимание происходящего. Судя по следам, люди бежали сюда огромной толпой со стороны села, затем внезапно началась заварушка, что не оставила даже намёка на кровь, после чего твари исчезли, словно их никогда и не было. Так же не бывает?

— Монстров кто-нибудь разглядел? Как они выглядели?

— Жутко, господин маг. Овальные, как яйцо. Толстая часть внизу, тонкая сверху. Головы не было — зубастая пасть появлялась прямо на теле. Глаза не заметил. Ног тоже. Были две руки. Большие. Мощные. Как у нашего кузнеца, пусть Свет будет к нему милостив.

Остальные тоже начали наперебой повторять, по сути, одно и тоже. Неведомая тварь, явно неприспособленная для активной жизни в этом мире, умудрялась разрывать десятки людей стоя на одном месте.

— Тварь была одна? — догадался спросить я.

— Большая — да, — кивнул мужик. — Мелкие ещё были, но в тумане не разобрать их.

— В тумане? — услышал я новое слово.

— Да, когда твари появлялись, туман появлялся. Они в нём и бегали.

Туман и твари. Что-то я похожее где-то уже слышал, но где и когда — не помню.

— Алия, нужна консультация.

После того, как я описал картину произошедшего, девушка задумалась.

— Это не может быть ещё одно поместье? Или какой-нибудь массовый психоз?

— Нет. Народ тут, конечно, напуган до смерти, но слишком одинаковые у них показания. Твари появляются внезапно, вместе с туманом, разрывают народ, но после того, как они исчезают, не остаётся даже капли крови. Специально искал. По поводу поместья, конечно, нужно проверить, но тоже вряд ли. Нет, Алия, здесь водится какая-то непонятная штука и я хочу, чтобы ты спросила у отца Нора по поводу тумана и тварей в нём. Может, Злой Инженер что знает?

— Я свяжусь с тобой через пару минут…

— Это вы что, с кем-то разговаривали, господин маг? — селяне, кажется, вообще начали считать меня воплощением Света.

— С епископом, — подтвердил я. — Попросил его узнать, что за твари тут водятся.

— Страхолюдины, господин маг, а не твари. Тварь — это собака, корова, лошадь. А это жуть одна. Да и… Опять туман!

— Все в село! Бегом! — заорал я, прыгая навстречу внезапно появившемуся туману. Он возникал словно из ниоткуда. Вначале он был прозрачным, но с каждой секундой плотность увеличивалась. Вскоре в ней начали мелькать какие-то тени, возникло неприятное давящее чувство, что появляется каждый раз, когда появлялись тёмные твари и мне ничего другого не оставалось, как нацепить на себя зеркало. Дружный «ух» заставил меня подскочить. Обернувшись, я увидел оцепеневших сельчан, что даже не думали убегать. Разинув рты, они смотрели на невиданное представление — маг из академии будет сражаться со страшным монстром. Где ещё такое можно увидеть?

Хотелось ещё раз заорать на глупых людей, но что-то изменилось. Туман достиг моих ног, и я ощутил что-то чужое. То, чего не имело права находится на нашей земле, но по какой-то безумной воле всё же находилось.

— Макс, уходи оттуда! — крик Алии совпал с мерцанием воздуха. — Это туман Фарафо!

— Поздно, — пробурчал я, поворачиваясь к проявляющемуся противнику. Мужик не обманул — чудище действительно походило на яйцо, отрастившее себе две мощные лапы-хваталки. Кожа твари быта похожа на кору — чёрная, ребристая и отвратительная на вид. Глаза всё же были — три маленькие чёрные точки. Нижняя часть скрывалась в тумане, так что сказать, есть ли у этого монстра ноги, или нет, я не мог. Зато точно видел, что явилось чудище не одно — в тумане, словно ёжики, шустро носилось что-то круглое. Сам туман достигал мне до колен и вёл себя как магическое творение — ветер не мог оттяпать ни единого клочка, выше клубы не поднимались, по сторонам не расползались.

Солдат. Порождение Фарафо.

Информативность «Анализа» удручала. Всё, что мне стало доступно — только название чудища, некоторые его особенности строение и, собственно, всё! Ни камней, ни способностей, ни пояснений, что это вообще такое. Складывалось ощущение, что «Анализ» сам ничего не знает про это создание, выдав мне то, что собрал по крупицам со всего мира. И это под хвалёным «Усилителем»!

Руки-хваталки, заканчивающиеся длинными когтями, потянулись в мою сторону, но стоять и ждать, когда до меня доберутся, я не собирался. «Тёмный шип» пришёл в действие, и тёмная сосулька врезалась в порождение Фарафо. На долю секунды, прежде чем тьма заполонила всё вокруг, туман под тварью испарился, и я увидел толстые слоновьи трёхпалы ноги с длинными когтями. Значит, это следы этого монстра я нашёл на месте потенциальной гибели десятка людей. Я пригнулся, чтобы броситься к твари и начать шинковать её катарами, но сделать этого мне не позволили. Едва мой шип впечатался в огромного монстра, как мелкие твари начали выпрыгивать из тумана, словно безумные рыбы, пытаясь в меня вцепиться. Рассмотреть подробно внешность у меня не получалось, мешали искры, но то, что мелькали острые зубы и их было много — это факт.

Катары пришли в движение и, когда очередная зубастая «рыбка» возжелала оттяпать у меня ещё немного маны, нанеся незначительный урон по защите, я ловким движением разделили её на две равные половинки. И на какое-то мгновение завис, наблюдая за тем, как эти самые половинки летят по воздуху и источаются, возвращаясь в туман в виде тёмной дымки. То, что секунду назад было чем-то твёрдым и опасным, внезапно утратило плотность. Да как такое вообще возможно?!

Удар, который нанёс солдат, вынудил меня срочно выпивать зелье маны. Защита справилась, но ей потребовалось почти двадцать процентов моего запаса! Тёмный туман от моего шипа развеялся и я увидел живое и здоровое яйцо, выставившее перед собой обе руки, между которыми зарождалось что-то тёмное, искрящееся и наверняка опасное. Не сумев разорвать меня когтями, тварь решила взять меня магией.

Тёмная сосулька сорвалась в полёт одновременно со сформированным противником шаром. Я нырнул вниз и скрылся в тумане, уходя с траектории полёта. Прямо за мной народ, несколько я помню, не стоял, так что ничего страшного произойти не должно. Два взрыва прозвучали почти одновременно и на этот раз я всё же прыгнул вперёд, переходя в рукопашную.

По всей видимости, магия порождению Фарафо не вредила — как только я приблизился достаточно близко, огромные лапы обхватили мой купол и подтянули ближе к твари. Верхняя часть туловища откинулась, как крышка унитаза, обнажив огромную пасть, что увеличивалась с каждой секундой, пытаясь заглотить меня целиком, как удав кролика. Вот только кроликом я не был, а солдат Фарафо на удава походил слабо. Рубанув катарами по лапам твари, я ожидал многого — что лезвия отскочат, что они увязнут в этой противной ребристой коже, что они пройдут насквозь, не причинив твари никакого вреда. Однако произошло ровно то, что и с травяным монстром — выполненные из вирмы лезвия беспрепятственно разрубили лапы твари, словно тонкую соломинку.

Порождение Фарафо явно прониклось. Оно не орало, но глотать меня как-то расхотело. Откинувшаяся часть головы вернулась назад, но врезалась в купол и заклинила. Меня потянуло вперёд — чудище хотело отбежать подальше, но забрало меня с собой. Силы в этом монстре было немеряно. Обрубки, из которых сочился густой туман, пошли вверх, чтобы оттолкнуть меня, но позволить этого я не мог — раз катары оказались столь действенными против туманных монстров, нужно пользоваться моментом и добивать тварь. Если она убегает, значит чего-то боится. Это не просто порождение тумана, это вполне живое существо, созданное таинственной и чужеродной магией.

Я превратился в мельницу, отрывая от солдата Фарафо своими небольшими лезвиями кусок за куском. Видимых проблем мои действия не наносили, но чудище постепенно становилось всё меньше и меньше. Где-то сзади раздался радостный крик селян, показывающий, что я действую правильно. Ускорившись, я умудрился вырезать в груди монстра большую дыру и увидел какое-то мерцание. Внутри туманного чудища что-то находилось! Моя рука выстрелила вперёд, погружаясь в плоть. Пальцы ощутили что-то твёрдое. Сжав это что-то, я выдернул руку назад и приготовился наносить следующий удар, но этого не потребовалось — монстр, что мгновение назад стоял рядом со мной, бесследно испарился. Как и доходящий до колен туман.

Получен 1 из 300 осколков Туманника. Итого 1 из 300

Однако просто так туман не ушёл — на земле остались дёргаться и источать чёрный дым несколько десятков мелких зубастых шариков. Они действительно походили на рыб, даже хвосты были. Таких страшных, зубастых и безглазых туманных рыб. Решив, что информация никогда лишней не бывает, я использовал «Анализ», чтобы хотя бы название этого монстра узнать:

Мелкий приспешник солдата. Порождение Фарафо.

— Макс, ответь! Макс!

Только сейчас я понял, что жужжало у меня в голове весь бой. Алия! Девушка не переставала меня дёргать, пытаясь докричаться и потребовать, чтобы я как можно скорей убирался прочь. С оглушительным криком селяне бросились на дёргающихся приспешников и начали их добивать дубинками и вилами. Я не останавливал — это было их право. Ведь эти мелкие уродцы сожрали минимум половину села. Крик личной служительницы не унимался, так что я спрятал добычу в карман, решив не светить её перед местными, после чего положил руку на плечо:

— Чего орёшь как резанная? Занят я был, говорить не мог.

— Убирайся оттуда как можно скорее! Монстры из тумана — это твари Фарафо.

— Мне кажется, или ты называешь это слово с большой буквы? Как имя собственное.

— Да! Фарафо, по словам Злого Инженера — это некая сущность, что засела где-то в руинах древних и насылает свои порождения везде, куда только может дотянуться. И дотягиваться она может только через эти самые руины. Уничтожить их обычным способом нельзя. Магия их не берёт, сталь вязнет в плотной коже, в то время как сами порождения опасны! Не спасёт даже твоя защита. Убирайся оттуда немедленно!

— И бросить пятьдесят человек умирать?

Алия какое-то время промолчала, но все же произнесла это:

— Макс, ты ничем не сможешь им помочь. Злой Инженер утверждает, что порождения Фарафо очень тяжело уничтожить. У тёмных для этого существуют специальные команды исследователей. Но и у них чудовищная смертность. Это опасно. Я всё понимаю по поводу людей, но…

— И это говоришь ты, истинная слуга Крепости? — удивился я. — Ты предлагаешь мне бросить людей ради того, чтобы выжить? Алия, я тебя не узнаю. Тебя какая муха укусила?

— Макс…, — было видно, как тяжело Алии дались эти слова, поэтому я не стал и дальше давить ей на нервы.

— В общем, ситуация следующая, моя личная служительница. Волей Света меня закинуло в это область. Здесь я встретил людей, которым нужна помощь. Помощь в защите даже не от тёмной, от туманной твари. Так случилось, что одна из таких тварей, а их, как я понимаю, будет немало, имела наглость на меня напасть. За что и поплатилась. Она называлась «Солдат. Порождение Фарафо». Магия действительно её не берёт — два «Тёмных шипа» в тело оказались бесполезны. В ближнем бою оно чудовищно опасно — много зубов, много силы. Но вот чего точно тварь не планировала, что против неё выйдет человек с лезвиями из вирмы. Она режет тварь как нож масло. Причём не замороженное, а сильно подтаявшее. Я уничтожил солдата, Алия. Гарантированно уничтожил. Теперь давай ты ещё раз скажешь, что мне нужно делать?

На этот раз пауза была долгой. Алия молчала, начерно, минут пять, я даже начал переживать, что с девушкой что-то случилось. Но вскоре раздался её голос:

— Я сообщу Кималь Саренто о том, что у тебя возникли непредвиденные трудности в дороге. Макс, у нас нет права оставлять людей беззащитными. Надеюсь, ты справишься за пару дней.

— Обязательно. И ещё. Ты напомнила мне про исследователей. Кажется, я знаю, что забыли тёмные в этих краях. Они явились сюда не за камнем. Они явились сюда из-за древних руин и тумана Фарафо. И мне очень хочется понять, почему руины появилась только сейчас, три дня назад. Что такого произошло, что внезапно монстры Фарафо начали охотиться на людей? И, что самое главное, как об этом всём узнали тёмные.

(Кабинет ректора строящейся магической академии. Турб, час спустя)

— Все дороги перекрыты. Люди герцога Одоевского стоят по всему периметру, контролируя все три соседних региона. Войска внутри региона приведены в боевую готовность. Усилены отряды стражников. Из столицы выписана сотня гвардейцев, прибудут в Одоевск на днях. Патрули останавливают и проверяют всех поголовно. Только за эти два дня поймано столько преступников, сколько за весь прошлый год. Кималь, ты уверен, что Максимилиан отправился в Одоевск?

— Буквально полчаса назад у меня состоялась встреча с матерью Алией. Она подтвердила — её подопечный в пути. Остановить она его не может, хоть и постоянно пытается. К сожалению, юноша вбил себе в голову, что сейчас самое лучшее время для того, чтобы прикончить семью герцога, пока он сам находится в Турбе.

— Удалённая связь, — понимающе кивнул Зурган Шор и неприятно пожевал губами. — Она нам бы не помешала. Он же понимает, что империя ему не простит убийства семьи герцога? Если он это сделает, его ждёт плаха! И в смертники его уже никто не пустит.

— Как мне кажется, он сейчас вообще мало что понимает. Как узнал, что Карина Фарди возвращается в академию, его словно подменили. Обвинил всех в предательстве, непостоянстве и уехал, громко хлопнув дверью. Очень надеюсь, он разум победит, и Максимилиан не совершит глупостей.

— У него не получится. Герцог экстренно вывозит свою семью из Одоевска в Турб. Уже завтра они будут здесь. Там такая охрана, которой даже у императора нет! Парнишка не сможет до них добраться.

— Остаётся только на это надеяться, — кивнул Кималь Саренто. — Не хотелось бы терять такого интересного студента…

Когда Зурган Шор вышел из кабинета, Кималь Саренто встал и подошёл к окну, наблюдая за стройкой. На лице ректора появилась довольная ухмылка. Всё складывается идеально. Поразительно, как же всё складывается идеально, особенно с незапланированной поездкой Максимилиана в западный регион! Твой ход, Господин. Как ты теперь поступишь с устройствами?

## Глава 8

— Так, наверно, и не надоть нам никуда ехать-то? Страхолюдины больше нету! — беззубый староста посмотрел на меня незамутнённым взглядом, ожидая поддержки.

— Ехать точно надо, — настоял я. — Таких тварей будет много.

— Куда ш мы хозяйство-то бросим? — сделал последнюю попытку старик, но тот мужик, что показывал мне дорогу, образумил старосту:

— Господин маг сказал, что тут опасно оставаться, значит так и есть! Он нас проводит и вернётся, чтобы всех тварей перебить. Ведь так?

— Для начала хочу с бароном Горбуновым поговорить. Интересно же, почему он людей не прислал вам на помощь. Конечно, с тварями они ничего бы поделать не смогли, но хоть помогли бы вам выехать. Уверены, что гонец добрался до города? Твари его по дороге не сцапали?

Староста нахмурился. Поразительно, но такая мысль в его голову даже не приходила. Нахмурив и без того сморщенный лоб, он промямлил:

— Так это… С той стороны и не нападали никогда. Откуда там страхолюдинам взяться-то?

— Это мы сейчас и проверим. Все готовы?

Толпа собралась немалая — человек пятьдесят, не меньше. В основном старики, женщины и малые дети. Этих за калитку не пускали, а порождения Фарафо на посёлок пока нападать не спешили. Им хватало того, что находили вне домов. Из крупных животных в наличии оказалось несколько коров, которых запрягли в телеги вместо лошадей, а также целая толпа собак и кошек. Всю прочую живность крестьяне прибили и уже успели приготовить еды на дорогу. Куриного и утиного мяса было хоть отбавляй. Им, собственно, телеги и забили, усадив между котомками особо мелкую детвору.

Я ещё раз открыл карту, оценивая расстояние — такой толпой двигать нам придётся долго. До ближайшего села было километром двадцать, а до крупного населённого пункта под названием Серетино, где, собственно, и находилось вотчина баронов Горбуновых, было километров пятьдесят. Достаточно приличное расстояние для непривычных к долгим переходам крестьянам.

— Все собираемся в круг! — скомандовал я. Прежде, чем отправляться в долгую дорогу, следовало подготовиться. Народ безропотно подчинился и едва на колени не рухнул, когда я включил «Лечебную ауру». Такой реакции я никак не ожидал, едва не прервав лечение. Местные даже рты открыли, наблюдая за тем, как мелкие порезы на руках бесследно исчезают, не оставляя после себя даже шрамов. Лечебный камень шестого уровня, конечно, не мог вырастить зубы или вернуть глаз, но за три-четыре минуты прекрасно мог восстановить многие внутренние органы, особенно если эти самые органы никогда ранее лечебной магии не подвергались.

— Внимательно смотрим по сторонам! — перед самым выходом я всё же не удержался от инструктажа. — Если кто увидит туман — нужно тут же заорать, чтобы привлечь моё внимание. Если появится что-то странное, то чего тут быть не должно — нужно заорать. Всем всё понятно? Кто промолчит, или испугается меня потревожить — лучше пусть сам тварям на растерзание уходит. Потому что сейчас вы все — одно целое! От каждого зависит жизнь других. Если кто-то один ошибётся, умрут все!

Речь, конечно, вышла не самая воодушевляющая, но народ проникся. Когда мы отправились в путь, по сторонам, кажется, смотрели дале коровы, выискивая чудищ. И именно бдительность спасла народу жизнь. Стоило через километр от посёлка показаться странному туману, что не исчезал даже при ветре, как раздался дружный крик полсотни глоток.

Новая тварь являлась точной копией той, которую я уже прикончил. На всякий случай отбежав в сторону, чтобы тёмный шар, которым плевались порождения Фарафо, не полетел в людей, я зарядил арбалет одной из десяти ценнейших стрел. Хотелось проверить одну теорию. Туман окутал мне ноги, руки твари устремились в мою сторону, чтобы притянуть ближе и сожрать, и, дождавшись, когда расстояние между мной и чудовищем станет минимальным, я выстрелил, целясь в ту область туловища, где мне удалось что-то добыть. Это что-то лежало в кармане и требовало детального изучения, но такого удовольствия я доставить себе не мог. Слишком кругом много любопытных глаз, следящих за каждым движением «господина мага». Объясняться же с владетелем этих земель и доказывать ему, что полученный камень является моей добычей, не хотелось. И барон, и герцог западного региона могли потребовать свою долю со всей добычи, что мне удастся найти на их землях и они были бы в своём праве. То, что они позволили появиться здесь таком чудищам, здесь бы не играло никакой роли.

Арбалетный болт, выпущенный с такого близкого расстояния, беспрепятственно прошил туловище и в этот же момент туман испарился, словно его никогда не было. Раздался звон — на землю рухнул мой снаряд, что застрял в противнике, а вместе с ним какой-то крайне интересный драгоценный камень. Он состоял из небольшого центрального кристалла, размерами с ноготь мизинца, к которому крепились наподобие лучей солнца пять кристаллов помельче. Совсем крохотули, объединённые с центральной частью зелёным металлом. Крестьяне с радостными криками бросились добивать «рыб», что барахтались на земле после исчезновения тумана, я же наклонился за арбалетным болтом и незаметно сграбастал добычу, предварительно пройдясь по ней «Анализом».

«Кристалл развития». 5 гнёзд. Интегрируется в модель развития, добавляя случайные ключевые параметры.

Не удержавшись, я вытащил из кармана предыдущую добычу и ещё раз потратил тридцать три процента маны.

«Камень для огранки кристалла развития». Используется для случайного изменения текущих свойств одного гнезда кристалла развития. Разовое использование.

Всё, что мне оставалось, лишь поднять брови, понимая, что я совершенно ничего не понимаю. Кристалл развития? Модель развития? Ключевые параметры? Ячейки? Это на каком языке сейчас было написано?

— Алия, тут такое дело… Кажется, я окончательно запутался.

Помочь девушка не смогла. Если верить цепочке Злой Инженер — Отец Нор — Алия, то наставник владел информацией не больше моего. Он понятия не имел, что за чудо досталось мне в качестве добычи, что с ним делать и где ячейки искать. В том числе не знал наставник и о том, почему с одного порождения Фарафо выпал осколок Туманника, с другого — нет. Как и то, что это вообще такое — осколки Туманника. Хотя на первый вопрос, как мне кажется, ответ я уже знал. Всё дело в рукопашной. Второго «солдата» я уничтожил арбалетом, первого — разрезал катарами. Вот и весь ответ.

— Навоевались? — спросил я у усталых, но довольных крестьян. — Идём дальше! Все молодцы, что вовремя тварь заметили! Продолжайте в том же духе и все выживут!

Процессия тронулась дальше и до самого конца дня на нас больше никто не нападал. Очень хотелось верить, что у порождений Фарафо есть какой-то ареал, который они не могут покинуть. До ночи до села мы не добрались, так что пришлось устраивать привал. Уставшие люди кое-как развели костёр и, ополовинив запасы мяса, все упали прямо на землю спать. Пришлось заступать на дежурство, постоянно подкидывая дрова. Ночь прошла спокойно — никому не было до нас дел и вскоре мы достигли деревни Каховки.

— Мать честная, откуда же вас столько? — ахнул тамошний староста, выбежав нас встречать одним из первых. Это оказался крепкий мужичок сорока лет, до жути похожий на какого-нибудь кузнеца. Широкоплечий, мощный и с пышной густой бородой. — Случилось что?

Я отошёл в сторону, позволяя двум старостам общаться. Не дело мне тут светиться.

— Борька? — услышал я удивлённый возглас старосты Каховки. — Знаю такого, часто к нам наведывался. Только не было его. У нас в последнее время вообще гостей не часто встретишь.

Моё отношение к барону Горбунову вернулось к прежнему нейтральному положению. Как можно отправить дружину на борьбу с нечистью, когда не знаешь, что эта нечисть вообще явилась?

— Люди барона давно сюда наведывались? — спросил я на всякий случай.

— Так сегодня должны быть. Каждую неделю приезжают, смотрят, чтобы всё в порядке было, — «кузнец» уже знал, кто я такой, так что относился с уважением. Но не так подобострастно, как в предыдущей деревне. Здесь, ближе к торговым путям, о магах не только слышали, но даже пару раз видели. Наверняка кого-нибудь нелёгкая заносила в такую тьмутаракань.

— Когда примерно их ждать?

— Часа через два-три. Ближе к обеду всегда бывают.

— Отлично. Обязательно скажите, что мне нужно с ними поговорить. Нужна баня, — я продемонстрировал несколько серебряных.

— Сделаем, — кивнул староста, от которого не ускользнул размер моего кошеля. — Ещё что? Еда? Ночлег? Ремонт?

— Конь, снаряжение на него, провизия на три дня.

— Серебром тут не отделаться, господин маг. Время собирать урожай, каждая скотина на счету. Пять золотых, да и то не самая лучшая кобылка будет. За хорошими нужно в город ехать, да и цены там будут другими.

Я выдохнул — торговаться мне никогда не нравилось. Понимаю, что неправильно, но не моё это, стоять, словно бедный родственник и сбивать цену, заламывая руки и пытаясь найти хоть какой-то изъян в товаре. Прям воротит от этого всего. Демитра сюда, он бы мигом с этим барыгой разделался.

— Нет, значит нет, — пожал я плечами. — Что с баней?

Видимо, староста настроился на торг, так как на его лице нарисовалось искреннее разочарование. Однако это не повлияло на исполнительность — через двадцать минут я сидел в парилке и потел. Вместо мыла мне выдали какую-то мылящуюся деревяшку, а для ополаскивания два видавших лучшие дни тазика. Последний раз я в такой «купальне» был в далёком детстве, когда мы с Густавом делали марш-бросок и из-за одного слабовольного юноши остановились на ночлег в одном из наших сёл. Староста устроил нам баньку, примерно такого же содержания. И если Густав кряхтел от удовольствия, постоянно «поддавая парку», то я едва там и не остался. Плохо мне тогда было так, что наставнику пришлось даже на руках меня выносить на улицу и окунать головой в ведро с холодной водой. Разомлел. Так мне объяснили моё состояние.

Тем не менее помыться удалось. Мне даже одежду на смену притащили, пока моя сохла. Причём как та, в которой я бегал, так и та, которую я снял с верховного обращённого. До последнего буду страдать, но дотащу её до портных! В местной таверне, являющейся, по сути, одной из комнат дома старосты, мне выделили отдельный столик и даже принесли вполне сносную еду. Я смотрел в окно и старался не думать о том, что шёл уже третий день из четырнадцати, что выдал мне на задание Кималь Саренто. Сколько времени уйдёт на дорогу, одному Свету известно…

— Староста сказал, что ты хотел меня видеть, — я так погрузился в собственные мысли, что не заметил воина, усевшегося напротив меня. Несмотря на то, что герб на груди указывал на принадлежность к знатному роду, внешностью воин походил на наёмника. Много кольчуги, много кожи, мало цельного железа. По сути, только кираса из него сделана и была. Чем-то этот человек мне понравился. Он был старше меня лет на десять, не меньше. Правильное открытое лицо, прямой взгляд, густые брови, от которых наверняка в восторге большая часть женского населения. Почему-то не верилось, что такой человек может совершить подлость. Не было в нём ничего крысиного.

— Я искатель из магической академии, Максимилиан Валевский, — на всякий случай я продемонстрировал документ, что выдал мне ректор. Патрульный внимательно изучил бумагу и вернул обратно. — В поисках камней набрёл на деревню в двадцати километрах на восток, названия не знаю. Там обнаружились странные твари, что вылезают из тумана и сжирают народ. Мне удалось убить парочку, но, как мне кажется, их там гораздо больше. Пришлось помочь людям с эвакуацией и сопровождением.

— Барон Алехандро Горбунов, — представился патрульный. — Младший сын владетеля здешних земель. От лица рода благодарю тебя за помощь нашим людям. Я распорядился, чтобы о них позаботились. Тварей мы уничтожим, можете не сомневаться. Род Горбуновых не допустит, чтобы на его землях селилась всякая нечисть. Приглашаю тебя, искатель Максимилиан Валевский, в наш замок. Моя семья с удовольствием послушает историю о твоих странствиях и о том, как тебе удалось уничтожить тварей.

— Благодарю за приглашение, в любой другой ситуации я обязательно его бы принял, но сейчас у меня нет права оставлять этих монстров на произвол судьбы. Мне нужно вернуться и разобраться, откуда они появились и что нужно сделать, чтобы их уничтожить. Магия на туманных монстров почти не действует, только добрая сталь. Не принижая величия рода Горбуновых, хочу спросить — много у вас воинов с двадцатью усилениями? Без усилений туда идти чистое самоубийство. Не поможет даже отряд арбалетчиков. Туманная тварь просто возникнет среди бойцов и начнёт их сжирать.

— Минимум двадцать усилений? — удивлённо спросил барон Горбунов. — Хочешь сказать, что…

— Что я не просто так искатель-одиночка, барон. Я могу за себя постоять.

— Пусть! Да, у нас нет бойцов с двадцаткой усилений, но мы сильны духом! Честь и слава! Сталь и кулак! — Пылко произнёс барон и ударил себя кулаком по груди, показывая, где проходил учёбу. Гвардейская академия. — Мы защитим эти земли и людей, что на них обитают, даже ценой своих жизней. Потому что для чего тогда нужны владетели, если они бегут от любой опасности?

— Это ваша земля, вы вольны поступать так, как велит вам честь. Мне нужна бумага, пишущие принадлежности и минут десять, чтобы описать всё, что касается боя с туманными тварями. Надеюсь, это поможет вашим людям понять, как правильно действовать.

Барон Горбунов кивнул и буквально через пару минут передо мной появилось всё необходимое. Я не собирался останавливать этих людей или говорить им о том, что бороться с порождениями Фарафо опасно. Это их земли и они принесли клятву, что будут её защищать. Пусть не они — так их предки. Суть этого не меняет. Бароны Горбуновы должны на собственной шкуре ощутить всю силу тварей, обломать зубы, потерять людей и принять решение, как поступать дальше. В няньки я им точно не нанимался.

— Ещё раз благодарю тебя, искатель, — барон ознакомился с моими выкладками и передал документ одному из своих помощников. — Срочно доставить отцу и рассказать о том, что здесь происходит.

— Да, ваше благородие, — кивнул слуга и в селе закипела бурная деятельность. Беженцев в срочном порядке распределяли по домам, кого-то готовили к отправке дальше, в иные сёла. Люди барона не даром ели свой хлеб.

— Вопрос можно? С чего вдруг сын владетеля земель занимается патрулированием?

— Отец считает, что нельзя защищать то, чего ты не знаешь. Он говорил, извини за грубость, но это цитата: «Пока твои яйца не потрясутся над каждым участком земли, ты не имеешь права называть эту землю своей». Каждую неделю мы с братьями объезжаем наши земли, периодически меняя направление. Люди должны знать, кто их защищает и кому они платят налоги.

Проклятье! У меня даже в груди потеплело, когда я услышал младшего Горбунова. Его слова пусть не дословно, но по своей сути повторяли то, что вбивал нам в голову отец. Если ты хочешь чем-то владеть, должен это исследовать. Поэтому мы с Густавом постоянно путешествовали по землям, останавливались у крестьян и ели с ними из одной кастрюли.

— Искатель, я иду с тобой, — безапелляционно заявил барон Горбунов. — Отец мне не простит, если я позволю тебе отправиться сражаться с чудовищами, а сам трусливо спрячусь за стенами. Род Горбуновых привык встречать зло грудью!

— Магические камни есть? — спросил я, уже зная ответ. «Анализ» подсказал, что ничего у Алехандро не было. Ни камней, ни усилителей. Да, параметры физического развития внушали уважения — мужчина явно не гнушался тренировок, но против любого аристократа из магической академии он не выдержал бы и десяти секунд. Скрутили бы в бараний рог и даже не спросили бы, как звать. Интересно, почему существует такая вселенская несправедливость? Тем, кто действительно достоин усилений, как младший Горбунов, усилений не достаётся, а таким тварям, как Карина Фарди, всё даётся на золочёном подносе? И усиления, и обучение, и связи.

— В таком случае, барон, сочту за честь составить тебе компанию осмотра земель рода Горбуновых, — ответил я и протянул руку для рукопожатия. — Можешь называть меня Максимилианом или просто Максом. Второй вариант даже удобней.

— Алехандро или Алекс, — пожал руку барон. — С удовольствием проведу тебе экскурсию по землям моего рода. Нам нужны сопровождающие?

— Два-три человека, больше не нужно. Пойдём налегке. Когда будете готовы?

— Уже, — заверил Алехандро. Спустя пару минут, когда я переоделся в высохшую одежду, трое бойцов, включая самого младшего барона, были готовы к путешествию, оседлав своих коней. Мне тоже выделили живой транспорт, но, подумав, я решил отказаться. Сразу после того, как я разберусь с порождениями Фарафо, мне придётся двигаться по пересечённой местности и, как это не забавно звучало, на своих двоих у меня получится пройти этот участок гораздо быстрее, чем на бедном животном. Барон не разделял моего оптимизма по поводу путешествия пешком, однако, когда я с лёгкостью выдержал заданный им темп, признался, что заблуждался и в очередной раз просит у меня прощения, что сомневался в том, что я делаю. Не человек — один большой комок благородства. Так даже меня с братьями не воспитывали!

— Ческонка, — указал барон на деревушку, из которой мы вышли вчера под вечер. Двадцать километром мы преодолели всего за час. По дороге, пусть и не самой хорошей, бежать было одно удовольствие. Входить в опустевшее село оказалось жутко. Не было ни стука кузнеца, ни кудахтанья кур, ни ругани соседей, ни лая собак. Вообще никаких звуков, кроме, разве что, ставень, что скрипели под порывами ветра.

— Туда, — я сверился с картой и решил вначале проверить излучину реки. Если туманного монстра там не окажется, значит…

— Туман! — послышался предупреждающий крик одного из бойцов Алекса.

— Не спешивайтесь и пока не вмешивайтесь, — попросил я, выходя вперёд. — Вначале вы должны увидеть, что эти твари умеют. Держитесь на расстоянии и приготовьте арбалеты!

Всё же хорошо, что мне взбрело в голову вывести из Ческонки людей. Туман, который обнаружил боец Горбунова, находился прямо в селе. Имелась здесь небольшая площадка, что-то вроде места для всеобщего собрания, как раз рядом с домом старосты. Судя по тому, что туман накрыл село своеобразным кругом, центр находился как раз на этой площадке. Зарядив арбалет стрелой из вирмы, я медленно пошёл навстречу врагу, готовый в любой момент вступить в бой. Туман обволок мне ноги, вызывая чувства жуткого омерзения, и я едва не пропустил удар! Солдат возник рядом со мной настолько быстро, что мне чудом удалось среагировать и пригнуться. Сгусток тёмной магии пролетел буквально в миллиметрах от защитного купола. Прыжком оказавшись рядом с монстром, я активировал катары и принялся вырезать дырку в районе груди. Кристалл развития у меня уже был и, пока я помогал людям добраться до Каховки, для себя решил, что нужно заполучить как можно больше камней для огранки. Как показывает практика — в ближнем бою я получаю гораздо более ценные предметы. Значит, камень для огранки важнее кристалла развития.

Защита искрилась, но держала, пока я не добрался до нужного предмета. Вновь порождение Фарафо хотело сбежать, у него это даже почти получилось, но я не отставал, продолжая кромсать туловище.

Получен 1 из 300 осколков Туманника. Итого 2 из 300

Солдат Фарафо превратился в дым и исчез. Вот только исчез только он — не туман, что по-прежнему доходил мне до колен. Зубастые шарики выпрыгивали с такой частотой, что мне пришлось потратить какое-то время, чтобы избавиться от большей их части. В какой-то момент мимо меня пролетели сразу три тёмных молний, застывшие в виде арбалетных болтов в шустрых «рыбёшках». Тварям такое обращение явно не понравилось — они рухнули в туман и больше не поднимались. Обернувшись к группе, я поднял большой палец вверх, одобряя действия. Чем раньше они придут в себя и начнут уничтожать тварей, тем проще им будет в будущем. Окрылённые успехом, Алехандро с дружинниками хотел героически ворваться в туман, на что я тут же закричал:

— Алекс, двигай на другую улицу! Бейте тварей издали!

Не нравился мне этот туман, совсем не нравился. Он был плотнее и выше, чем предыдущие случаи, когда мне пришлось встречаться с порождениями Фарафо. Складывалось ощущение, что в Ческонку заявилось нечто большее, чем солдат и это настораживало. Ладно бы твари были тупыми безмозглыми созданиями — тогда их уничтожать было просто. Но то, что после уничтожения двух солдат сюда явилось что-то более мощное, говорило о каком-то сознании. Кто бы не управлял туманными созданиями, ему явно не понравилось уменьшения поголовья своих творений. Поэтому я решил действовать осторожно, отъедая туман кусок за кусочком. Вначале один солдат, затем другой и только после того, как я обойду Ческонку по периметру и удостоверюсь, что яйцеобразных монстров больше нет, двинусь в центр.

План выглядел идеально, вот только реальность в очередной раз посмеялась над моей способностью планировать. Я перебрался через пару заборов и, выбравшись на широкую улицу, приготовился встречать очередное порождение Фарафо, но целью туманные монстры выбрали не меня. Один из бойцов Горбунова подъехал к туману слишком близко, выцеливая из арбалета шустрых «рыб» и в этот момент монстры нанесли свой удар. Всё произошло настолько быстро, что никто даже среагировать не успел. Казавшийся стабильным туман внезапно дёрнулся, за долю мгновения увеличивая свою площадь на пять-шесть метров. Лошадь, попавшая в ловушку, дико заржала и принялась неистово прыгать вперёд назад, пытаясь стряхнусь с лап противных «рыб». Боец не сумел удержаться и рухнул в туман и тут прямо перед ним воплотился солдат Фарафо. Прежде чем я успел вскинуть руку с арбалетом, зубастая пасть опустилась на воина и клацнула, откусывая дружинника по грудь. Конь захрипел и тоже рухнул в туман, начав растворяться в нём, словно в кислоте. Мелкие зубастые шарики сжирали дармовую плоть с чудовищной скоростью. Мне всё же удалось выстрелить и даже попасть, но дружинника было уже не спасти. От него остались лишь ноги да торс. Всё остальное сожрало порождение Фарафо. Теперь уже мёртвое.

Тело туманной твари исчезло до того, как я подбежал ближе. Как и верхняя часть тела бедолаги. Алекс хотел было броситься в туман, чтобы покарать всех тварей этого мира, но мой вопль остановил барона.

— Не вздумай!

Нащупав в тумане болт, я ещё какое-то время шарил рукой по земле, пытаясь найти кристалл развития, но ничего похожего здесь не было. Порождение Фарафо на этот рад добычи не оставило. Подхватив останки бойца, я вытащил его из тумана и отнёс барону. Что-либо говорить было лишнее. Алекс был взрослым «мальчиком», прекрасно увидевшим, что близко подъезжать к туману опасно. Правила выживания, как бы это жестоко не звучало, написаны кровью погибших. И тот, кто эти правила игнорирует, лишь становится источником новых правил.

— Они разумны, — произнёс барон Горбунов, с ненавистью глядя на туман. Дымка вернулась к изначальным размерам, словно приглашая всех подойти поближе. На том месте, где погиб человек и лошадь, не осталось ни капли крови. Туманные чудовища вычистили всё до последней крупицы. — Монстр прокусил кирасу из добротной стали, как бумагу!

— Про это я и говорил, — кивнул я. — Эти твари опасны. Чудовищно опасны.

— Откуда они здесь? Где-то разлом?

— Нет, не разлом. Где-то здесь находятся древние развалины. Твари ползут оттуда.

— Древние развалины? — нахмурился Алехандро. — Имеешь в виду Мервал?

— Что за Мервал? — услышал я незнакомое название.

— Руины неподалёку от гор. Даже не руины — просто кучи поросшего травой камня. Когда мы были детьми, отец часто нас туда возил, чтобы показать, как жесток бывает мир к своим обитателям. У этих руин нет названия, Мервал — это название речки, что течёт рядом. С чего вдруг из руин, которым тысячу лет в обед, поползли такие страшные твари? Они всегда были безопасны.

— Очень хороший вопрос, на который у меня нет ответа. Но я сделаю всё, чтобы этот ответ получить. Карта есть?

— Нет, но она и не нужна — видишь горы? — Алехандро показал рукой на несколько пиков, возвышающихся над местностью. — Километров десять до них, не больше. У подножья руины и находятся. Сейчас… Вот, видишь два дуба? Если проложить прямую от нас до гор через эти дубки, то как раз выйдешь к цели.

Перед моими глазами появилась карта, на которой появилась новая точка, рядом с которой действительно протекала речка. Что же, источник найден, осталось разобраться с текущим туманом. Оставлять Ческонку на милость туманных тварей мне не хотелось.

— Ладно, Алекс, схожу-ка я посмотрю, что за тварь решила захватить твоё село. Жди здесь.

Возражений не было и, активировав катары, я двинулся к дому старосты. Монстры вновь проявили разум — пока я шёл, на меня никто не нападал. Даже рыбы. Спустя несколько поворотов стало понятно, почему — меня просто не хотели спугнуть. Хотели, чтобы я своими глазами увидел источник плотного тумана Ческонки:

Сержант. Порождение Фарафо.

Больше всего сержант походил на вставшую на задние лапки двухметровую черепаху, которой в живот врезался осьминог. Мощный костяной нарост, закрывающий голову, спину и бока туманного монстра, выглядел непробиваемым. Длинные щупальца в районе груди жили своей жизнью, изучая воздух наподобие языка змей. Две мощные лапы, заканчивающиеся клешнями, утопали в тумане, а тёмная ребристая кожа покрывала те участки, что не закрывала броня. На голове имелись два глаза и огромная пасть. Сержант не был улучшенной версией солдата. Это было совершенно иное существо. И оно совершенно не было приспособлено к тому, чтобы прожить долгую и счастливую жизнь какого-нибудь землепашца. Такими клешнями можно только уничтожать противников, перекусывая их пополам.

Удостоверившись, что я вдоволь насмотрелся на красоту его тела, сержант поднял лапу. Словно по волшебству рядом с ним появились пятеро солдат. В тумане вновь проснулись «рыбы». Клешня порождения Фарафо направилась в мою сторону и дважды клацнула.

Началась битва за Ческонку.

## Глава 9

Пять тёмных шаров устремились в мою сторону с чудовищной скоростью. Мне прекрасно было известно, сколько маны отнимает одно такое грязное «солнце», так что я не стал героически ловить снаряд грудью, а отпрыгнул в сторону. Из тумана поднялась целая волна «рыб» и набросилась на мою защиту. Засверкали искры и, махнув катарами, разом уничтожив нескольких приспешников, я активировал «Лечебную ауру». Тварям из разлома она не нравилась, может, порождения Фарафо тоже окажутся к ней неравнодушны?

Равнодушными они не остались. Только вместо того, чтобы орать от раздирающего их внутреннего огня, «рыбы» высунули морды из тумана, раскрыли рты и прикрыли глаза. Да, два маленьких глазка у зубастых прислужников имелось. Судя по тому, что ничего не происходило, лечение на туманных монстров совершенно не действовало. Или действовало не так, как мне того требовалось. Туман не уходил, приспешники не дохли, стрелять солдаты не перестали. Единственный, кто ещё не сделал своего шага, был сержант Фарафо. Он как вытянул в мою сторону клешню, так и замер, изредка клацая. Не желая тратить понапрасну ману, я уклонился от очередной порции шаров и деактивировал лечение. Порождения Фарафо учились. Чудовищно быстро учились. Осознав, что стрелять в одну точку бесполезно, пятёрка солдат начала посылать тёмные сгустки энергии сразу по области, захватывая как можно больше пространства. Пришлось постараться, чтобы уйти из зоны поражения. О том, чтобы сократить дистанцию и перейти в мою любимую рукопашную, речи пока не шло. Каким бы быстрым я ни был, пятеро солдат подстрелят меня на подходе. Вначале нужно выработать стратегию, потом… Это что ещё такое?

С приспешниками, получившими дозу лечения, происходило что-то несуразное. Они следовали за мной, как послушные собачки, даже не думая выпрыгивать из тумана. При этом вели себя эти собачки довольно странно — они постоянно дёргались, а когда к нам «подъехала» новая партия приспешников, то получившие дозу лечения принялись их агрессивно отталкивать. Местами даже происходили стычки, заканчивающиеся безоговорочной победой «моих». Они возвращались и вновь продолжали дёргаться, словно… словно пьяницы, которые жаждали новой порции алкоголя! Уклонившись от очередной атаки тёмных шариков, я решил проверить свою теорию и ещё раз включил «Лечебную ауру». Вновь из тумана показались зубастые морды. Никто больше не дёргался, не бесился, не пытался оттолкнуть конкурентов. Которые, в свою очередь, точно также начали высовываться из тумана, получая свою порцию лечебной ауры.

Засмотревшись, я упустил очередную атаку солдат. Шары я заметил слишком поздно и, осознав, что уклониться уже не получится, просто прикрыл глаза. Вновь повезло — порождения Фарафо начали думать, что я весь такой из себя шустрый, так что стреляли по площади и в меня врезался только один тёмный шар. Минус двадцать процентов запаса маны и, как бы мне этого ни хотелось, минут один эликсир. Рисковать я права не имел. Прекратив тратить ману на разные эксперименты, я начал прикидывать, каким образом подобраться к засевшим в центре площадки тварями, не превратившись при этом в труп, как ситуация в корне изменилась. Приспешники, что вновь начали вести себя странно, видимо, осознали, по какой причине им больше не становится хорошо. Вместо того, чтобы продолжать уничтожать мою защиту, зубастые твари огромной толпой ринулись туда, откуда продолжалась массированная атака. Я вначале даже не поверил, когда из тумана выпрыгнул зубастик и вцепился в одного из солдат. Тот явно не ожидал атаки, позволив приспешнику оттяпать огромный кусок плоти. Следом за первой «рыбёшкой» последовала вторая, третья, а потом целая лавина накрыла монстров, что продолжали формировать тёмные шары, не обращая внимания на укусы. У меня возникло подозрение, что, несмотря на всю свою подвижность и плотность, порождения Фарафо не являются живыми существами.

Момент показался мне идеальным для того, чтобы проверить крепость брони сержанта Фарафо. Стрела из арбалета улетела в сторону зубастой головы, но неуловимым движением клешни монстр умудрился её отбить. Столь резкая стрела из вирмы улетела куда-то в сторону, но меня это пока заботило мало. Я, наконец, достиг своей цели. Очутившись неподалёку от первого солдата, облепленного «рыбами», я врезал ему лезвием катары в район груди и, сделав круговое движение, вырезая дырку, вцепился в плоть и рванул её на себя. Вторая рука пошла следом и ухватила дарующий жизнь камушек, вырывая его с корнем.

Получен 1 из 300 осколков Туманника. Итого 3 из 300

Добычу в карман, два шага вперёд, подходя к следующему солдату, и в этот момент сержант решил напомнить о своём существовании. Несмотря на то, что расстояние между нами было достаточно большим, порождение Фарафо выстрелило своими щупальцами, что увеличились в несколько раз. Восемь тёмных змей врезались в мою защиту, вызывая такой сноп искры, какой в своей жизни я ещё не видел. Отростки не просто ударили — они каким-то образом определили преграду и принялись с огромной скоростью по ней бить, нанося по несколько десяткой ударов в секунду! Мана не просто поползла вниз — она за мгновение ополовинилась! Я экстренно отпрыгнул, уходя от атаки. Щупальца за мной не последовали. Мало того, они ещё какое-то время впустую колошматили пространство, словно тварь не понимала, что меня там уже нет. Это временное замешательство противника позволило мне восстановить ману и даже оценить текущую обстановку. Приспешники продолжили кусать солдат. Те не прекращали атаки, вот только тёмные шары взрывались сразу в лапах, когда в них врезалась особо обезумившая «рыба». Урона такие взрывы не наносили, зато избавили меня от необходимости постоянно уклоняться. Решив вознаградить мелких, я, понимая, что рискую, ещё раз врубил «Лечебную ауру». Приспешники должны понимать, что их усилия будут вознаграждены, к тому же мне хотелось узнать, как лечение будет действовать на солдат и сержанта.

Эксперимент был признан провальным несколько секунд спустя. Получившие новую порцию своего счастья, приспешники прекратили атаковать солдат и высунули довольные зубастые рожи из тумана. Яйцеобразные твари не заставили себя ждать — в мою сторону тут же полетели четыре тёмных шара и уклониться от них я уже не успевал. Прыжок в сторону был, возможно, шикарным, но бесполезным — все четыре снаряда нашли свою цель, разом сожрав восемьдесят процентов маны! Меня отбросило метров на пять назад, что, в прочем, спасло мне жизнь. Там, где я только что находился, появились кошмарящие пространство щупальца.

Отключив лечение, я на автомате начал считать, как долго сержант будет взбалтывать воздух. Одна секунда. Две. Пять. Семь! Семь секунд! За это время можно успеть многое! Мне, например, удалось прикончить одного обвешанного приспешниками солдата, получив ещё один камень и четвёртый осколок Туманника. Казалось, что «рыбы» сейчас кусались ещё яростней, чем раньше. Тёмная плоть летела в разные стороны и, когда я вновь отбежал, чтобы избежать атаки сержанта, тройка яйцеобразных тварей рухнула в туман, чтобы больше никогда из него не подняться. Приспешники просто сожрали своих хозяев, разменяв верность на сиюминутное счастье от лечебной дозы.

Внезапно вокруг меня начали «всплывать» приспешники. Туман каким-то образом держал утратившие подвижность тела. Всё это было, конечно, интересно, но меня куда больше заботил сержант. Двухметровая черепашка осознала, что все её помощники отправились на заслуженный отдых и перешла в активную фазу. Грозно клацая клешнями, сержант только что не телепортировался ко мне, насколько он был быстр. Свернули искры, отражая удар клешней, и я тут же отпрыгнул, уходя от атаки щупалец. Сработало! На семь секунд сержант замер на одном месте, бездумно колошматя воздух и я, подавив зарождающуюся жадность, экстренно начал перезаряжать арбалет. Вступать в рукопашную с такой тварью мне совершенно не хотелось. Арбалетный болт вылетел на свободу за несколько мгновений до того, как щупальца закончили свою атаку. В башке сержанта появилась аккуратная дырка. Не помогла ни броня, ни толстая кожа, ни чудовищная скорость. Щупальца резко опали, словно из них выпили всю силу, сам сержант закачался, как подкошенное дерево, но я не стал приближаться, чтобы его добить. Наоборот — отошёл, не понимая, почему порождение Фарафо не превратилось в туман, как все остальные. Да и сам туман исчезать никак не собирался. У этой твари что, несколько мозгов? Или она умеет регенерировать?

Предусмотрительность меня спасла. Через пару мгновений, без всякого видимого предупреждения, тело сержанта превратилось в огромный тёмный шар, с чедовищной силой отправляя в разные стороны обломки той самой брони, что покрывала спину твари. Дома старосты в буквальном смысле слова не стало — его смело взрывной волной. Меня подняло в воздух и, словно пушинку, швырнуло метров за десять от того места, где я стоял. Защита старалась изо всех сил, оберегая меня от смерти. Я проломил забор, снёс какой-то столб и закончил свой полёт в стене одного из домов. Удар был таким мощным, что с крыши что-то посыпалось. Во рту появился неприятный солоноватый привкус — мне казалось, что все внутренние органы превратились в хорошую отбивную. Нащупав флакон, я взмолился Свету, чтобы это был флакон на восстановление. Второй попытки, как мне казалось, у меня просто не будет. Повезло. Комбинация из эликсира и лечебной ауры сохранила мне сознание и через несколько секунд основная боль ушла. Я попытался двинуть рукой и едва не взвыл — всё тело чудовищно болело. Сконцентрировавшись, я успел заметить, как туман начал медленно истончаться. Он не исчезал мгновенно, как это было в случае с солдатами. Он испарялся нехотя, словно не веря, что у обычного человека получилось уничтожить явившееся в Ческонку чудовище.

— Живой? — спустя какое-то время надо мной нависло обеспокоенное лицо Алекса Горбунова. Барон сразу ринулся в центр села, как только туман исчез и нашёл меня в столь незавидном состоянии.

— Понятия не имею, — ответил я. Голос, вроде, не подводил. Собравшись, я попробовал ещё раз двинуть рукой. Всё ещё было больно, но уже не настолько, чтобы терять сознание. — Поможешь встать?

Всё же мне не удалось удержаться от крика, когда барон поставил меня на ноги. Вновь появился неприятный привкус крови во рту, но у меня не было права на слабость. Не сейчас, когда мне нужно увидеть то, что осталось от сержанта. Сделав несколько неуверенных шагов, я выпил ещё один эликсир и восстановил арсенал флаконов на поясе. Несмотря на удары, стекляшки с лёгкостью выдержали все испытания.

Стало легче. Меня даже не шатало, когда я шёл к месту взрыва. Исчез не только дом старосты, площадь, как таковая, тоже прекратила своё существование. В ней образовалась огромная яма, в которой с лёгкостью мог бы спрятаться человек. Повсюду валялись обломки тёмной брони сержанта, в очередной раз вводя меня в ступор. Почему они не исчезли, как тела убитых приспешников или солдат? Сграбастав один небольшой кусок и покрутив его в руках, удивляясь прочности и способности противостоять моим клинкам, я вручил добычу Алексу.

— Рекомендую собрать этот материал. Аналогов ему нет. Его даже поцарапать невозможно.

Алекс проверил и глаза барона расширились, когда вместо того, чтобы оставить борозду на обломке, нож заметно сточился.

— Если я правильно понимаю, то броня из такого материала будет противостоять магии и стали. Остался только вопрос, каким образом её объединить в одно целое. Думаю, ваши кузнецы справятся с этой задачей.

— Я не могу это принять, — произнёс Алекс, нехотя возвращая мне обломок. — Это ты уничтожил тварь, не мы. Ты искатель, значит обломки принадлежат магической академии, мы можем претендовать только на тридцать процентов эквивалента в золоте. Я распоряжусь, чтобы каждый кусочек этого материала был собран и отправлен под охраной в академию на имя Максимилиана Валевского. Ни у меня, ни у кого из моих людей нет компетенций, чтобы оценивать стоимость этой брони, так что мы всецело полагаемся на порядочность магической академии. Если вы объявите, что вся броня стоит один золотой, так тому и быть. Мы примем любое ваше решение. Слово барона Горбунова!

— Слишком ты веришь в людей, барон, — пробурчал я. Набравшись сил, я спустился в воронку. Если где-то и осталась хоть какая-то добыча с сержанта, то она должна находиться в столь неочевидном месте. Почему неочевидном? Потому что по всем правилам эту самую добычу, как и мой арбалетный болт из вирмы, во время взрыва должно было зашвырнуть в соседний регион.

— Что это? — Алекс последовал за мной и первым увидел мерцание. Барону хватило выдержки и ума, чтобы не прикасаться к незнакомым предметам. Мне оставалось только тяжело вздохнуть. Я-то уже раскатал губу, что в моих руках окажется невероятная ценность, но по факту добыча с порождения Фарафо оказалось смехотворной. Правда, по моим меркам смехотворной, но всё же.

— Это, уважаемый барон, арбалетный болт, которым я прикончил тварь и, если глаза меня не обманывают, магическое кольцо.

— Магическое кольцо? — удивился Алекс. — Кольцо с магией?

— Нет, не кольцо с магией, а магическое кольцо. Знаешь, чем сто раз объяснять, проще один раз показать. Барон Алехандро Горбунов, от лица магической академии Заракской империи, правом, дарованным мне ректором, я вручаю это магическое кольцо роду Горбуновых, как владетелям этих земель. Носи с честью.

С этими словами я поднял с земли простенькое колечко, что отдавало синевой и протянул его барону.

— Можешь надевать.

— Это безопасно? — недоверчиво спросил Алекс, не спеша забирать кольцо.

— У меня такое же, только золотое, — я продемонстрировал подарок верховного епископа. — То, что ты видишь — магическое кольцо. Оно наделяет своего владельца каким-то усилением. Если первым кольцо надену я, это усиление будет связано с моими потребностями в развитии и тебе оно может оказаться бесполезным. Если кольцо наденешь первым ты, оно будет усиливать то, что нужно именно тебе. Не мне или кому-то другому. Так что тебе придётся рискнуть, твоё благородие.

— Честь и слава! Сталь и кулак! — произнёс Алекс девиз гвардейской академии и принял мой подарок. С каменным лицом барон надел на себя кольцо, что тут же приняло нужный размер и застыл, словно истукан. Оставшийся в живых боец забеспокоился, что с его сюзереном что-то случилось. Он даже подошёл ближе, на всякий случай положив руку на шпагу, чтобы в любой момент её выхватить и наброситься на предателя в моём лице, как Алексу вернулась подвижность.

— Свет великий, это просто невероятно! Макс, это кольцо, оно…

— То, что оно делает, является тайной рода Горбуновых, — оборвал я барона. — Никому и никогда не говорите про то, что даёт это кольцо. Потому что это ваше преимущество перед противником.

— Я понял тебя, — Алекс с такой силой сжал мою руку, что я чуть не вскрикнул. У барона определённо прибавилось сил. — Что дальше? Это была главная тварь? Теперь наши земли свободны?

— Дальше? — я посмотрел в сторону гор. — Дальше руины, как бы мне не хотелось иного. До тех пор, пока я не пойму, почему они оттуда лезут, почему они вообще появились на этой земле и не устраню эту причину, монстры будут появляться. Эти земли станут безжизненными.

— Здесь всего несколько хуторов. Мы эвакуируем людей и закроем эту территорию, — предложил Алекс. — Если уничтожать тварей могут только такие искатели, как ты, нам проще изолировать область, чем хоронить здесь людей. Я своими глазами видел, что они могут. Ни одна броня не спасёт от такого укуса.

— То, что туманные твари не могут далеко покидать руины сейчас, не значит, что они не смогут этого делать в будущем. Что тогда станете делать? Расширять закрытую территорию? До каких пор? Вплоть до Серетино? Нет, Алекс, решать проблему нужно здесь и сейчас.

— Макс, это наша земля…

— Поэтому я и прошу у тебя разрешения уничтожить этих тварей. Вдруг вы их разводить собрались и молоко добывать?

— Ты не понял. Это наша земля и она требует очистки. Но сами мы этого сделать не можем. Я хочу нанять тебя, искатель! Разберись с туманными тварями и мой род щедро тебя отблагодарит.

— Как искатель я не имею права принять твоё предложение, Алекс. Это запрещено. Но я могу его принять как виконт Валевский.

— Как кто?! — возглас изумления был настолько искренним, что я невольно усмехнулся.

— Как виконт Максимилиан Валевский. Безземельный виконт. Алекс, прошу — давай без всяких ваших благородий и прочих глупостей? Я Макс, ты Алекс. Так проще.

— Я не могу нанять виконта на эту миссию. Отец меня сожрёт!

— Скрон с тобой, давай по-другому! Можешь нанять меня, как охотника на тёмных Макса, представителя Крепости. Моя личная служительница — мать Алия, епископ церкви Заракской империи. Всё будет по закону.

— Академия, империя и Крепость, — казалось, Алекс находился в состоянии абсолютного ошеломления. — Кто ты такой?

— Дружище, я всё это вместе. И жрец, и жнец, и на дуде игрец. Видимо, так было уготовано мне судьбой, бегать по империи и выискивать разных тварей. Буквально недавно здесь по соседству был уничтожен…

Я резко умолк. Но не из-за того, что боялся сболтнуть лишнего. Из-за того, что мозаика в голове начала складываться в более-менее стройную картину. Три недели назад я уничтожил поместье тёмных километрах в пятидесяти отсюда. Оно находилось на западе центрального региона. Примерно неделю назад порождения Фарафо принялись терроризировать жителей западного региона. Если верить карте, развалины находятся практически на границе между регионами. Ещё ближе к уничтоженному поместью. Туманным тварям могло понадобиться как раз две недели, чтобы выбраться из-под земли или найти жильё людей. Нельзя забывать о тёмных — они явились в Заракскую империю слишком вовремя, чтобы это походило на случайность. Как раз три недели должно было им хватить на то, чтобы добраться до текущей точки. Тёмные знали, что здесь уничтожено поместье и знали, что произойдёт в этом случае. Они знали, что появится туман Фарафо. Но почему? Что такого мы там нарушили, что привело к таким последствиям? Вроде не делали ничего такого, чего не делали в других местах.

— Как вижу, непросто тебе определить, что можно говорить, а чего нельзя, — по-своему понял моё состояние барон Горбунов. — В таком случае, не буду допытываться, тем более что это произошло не в наших землях. Я согласен нанять тебя как охотника на тёмных, Макс.

— Отлично. В таком случае, поехали отсюда. Провожу вас до Каховки.

Возражений не было. Алекс прекрасно понимал, что встреча с туманными тварями может стать для него летальной. Дорога оказалась свободной — на нас никто не нападал. Тем не менее пришлось пройти весь путь — для того, чтобы свободно действовать в развалинах, мне требовалась дурацкая бумага с разрешением. Может, Алия действительно права — куда проще двигаться по империи, когда за твоей спиной стоит Крепость? Церковникам везде открыта дорога.

Барону Горбунову потребовалось какое-то время, чтобы оформить два документа, после чего широким росчерком подписав оба, он передал их мне. Суть была простой — меня, охотника на тёмным, нанимают для уничтожение туманных тварей, засевших в руинах Мервала. И в качестве награды Горбуновы обязывались выплатить мне…

— Сколько? — ошарашенно спросил я, увидев сумму. — Ты в своём уме?

— Честь дороже золота! — только что не прокричал Алекс. — То, что ты делаешь, доступно единицам. Тысяча золотых — копейки по сравнению с жизнями наших людей. Это достойная плата, не стоит от неё отказываться.

У меня не было слов, чтобы аргументировать свою позицию, так что просто подписал бумаги, забрал свою копию и, перекусив, трусцой побежал обратно. Дорога между Ческонкой и Каховкой петляла, как пьяный заяц, так что я пошёл напрямки, через посадки и поля. Мне не было смысла ещё раз посещать покинутое село. Там, возможно, остались два камня для огранки кристаллов развития, но поди их найди после такого взрыва.

Порождений Фарафо больше на пути мне не попадалось. Конечно, в мечтах я думал о том, что, убив сержанта, уничтожил главного гада и всё, теперь можно спать спокойно, но логика подсказывала, что таких сержантов впереди ещё довольно много. Твари по какой-то причине затаились, словно выжидали удобного момента, чтобы напасть.

— Макс, у меня тут внезапно тема для разговора появилась. Удобно? — возник голос Алии.

— Да, давай, — продолжив идти, я с грустью посмотрел на солнце. Очень скоро тьма накроет эти земли. Каким образом ведут себя порождения Фарафо ночью мне ещё неизвестно. Вдруг для них это основное время охоты?

— В общем, я покопалась в архивах Крепости, но ничего похожего на модель развития или название «кристалл развития» не нашла. Верховного епископа в Турбе сейчас нет, так что спросить у него я не могу. Отец Нор ничего не знает. Злой Инженер тоже. И тогда я пошла к тому, что может иметь ответы.

— Ты пошла к ректору? — догадался я и на душе почему-то стало нехорошо.

— Да, я пошла к нему. Логика моего поступка проста — если светлые ничего не знают о том, что такое модель развития, значит к ней имеют какое-то отношение тёмные. Мы точно знаем, что Кималь Саренто с ними работает, причём настолько тесно работает, что один мастер даровал ему табличку с правом называться своим учеником. Не думаю, что рунописец раздаёт их направо-налево. Я задала ректору всего один вопрос — знает ли он, что такое кристалл развития? На мой взгляд вполне безобидный вопрос. Однако ректора словно подменили — он начал суетиться, как… В общем, начал делать несвойственные ему вещи. Лично сходил и приказал секретарю никого не впускать в его кабинет. Плотно закрыл шторы. После чего зажёг камин, поставил возле него два стула и стол и всё наше дальнейшее общение проходило только в письменной форме, словно ректор не доверял даже стенам. А бумаги, на которых мы писали, тут же отправлялись в огонь.

— То есть он знает, что это такое?

— Мы встречаемся завтра утром. Он заедет к нам в поместье, потому что других мест для приватного разговора найти не смог, чтобы не вызывать подозрений.

— Ладно, почему ты тогда сейчас меня дёргаешь, а не завтра?

— Потому что Кималь Саренто хочет снять с тебя задание на поиск создающих эликсиры механизмов и нанять на поиск кристалла развития. Именно это мы будем завтра обсуждать. Ещё он сказал, что губернатор Одоевский перевёз всю семью в Турб, а в юго-восточном регионе сейчас творится полный хаос. Все ищут некоего Максимилиана Валевского, что прибыл в Одоевск с целью уничтожения семьи герцога. Как написал ректор, Господин сделал свой шаг, превратив юго-восточный регион в настоящий гарнизон. Там сейчас солдат, гвардейцев и представителей тайной канцелярии больше, чем во всей остальной империи вместе взятой. Все ищут тебя. Если бы ты не ошибся и попал на место…

— Ректор знает что-нибудь о тумане Фарафо?

— Да. Информация будет завтра утром.

— Я согласен на смену заданий. Мне нужна вся информация по поводу тумана. Как он появляется, почему появляется, откуда тёмные знают о нём и что такое модель развития? Будет информация — ректор получит свой кристалл развития. Ещё одно. Намекни ему, что у нас есть возможность достать несколько камней на огранку гнёзд этого самого кристалла. Добывать их сложнее, значит и стоить они должны дороже.

— Всё поняла. В таком случае, можешь не торопиться с возвращением. Я, как твоя личная служительница, снимаю с тебя обязательство по выполнению задания на поиск устройств. Разберись с туманом Фарафо…

Отвечать я не стал, потому что боялся произнести хоть какой-то звук. Наконец-то я достиг злополучных развалин. Вот только вместо голых камней, о которых упоминал барон Горбунов, перед моими глазами появился большой шатёр и три знакомых повозки. До них было рукой подать, так что я начал отступать, чтобы спрятаться в тени горы. Но тут за спиной раздался спокойный голос:

— Кто же ты такой, человек и почему порождения Фарафо тебя не сожрали?

Обернувшись, я увидел трёх верховных обращённых, направивших на меня свои луки. Но говорили не они. Говорил тот самый пузан, которого я видел в лагере тёмных. Однако тёмным, как показал «Анализ», этот человек не был.

Серый мастер ??? «Пузан»

Я открыл было рот, чтобы ответить, как меня наглым образом перебили. Словно из-под земли появился четвёртый верховный обращённый:

— Господин, прорыв! Нужно уходить! Через тридцать секунд здесь появится сержант со своей свитой!

## Глава 10

— Уходим, — кивнул мастер «Пузан». — Человека оставляем. Порождениям тоже нужно что-то есть.

Словно по волшебству четверо верховных обращённых и серый мастер взлетели в воздух. Лишь в последнее мгновение я успел заметить верёвку, что обвязывала каждого вокруг пояса. Задрав голову, я увидел метрах в двадцати над собой небольшое углубление в практически отвесной стене. Из этой пещеры выдвигалось пять подъёмных механизмов с замысловатой системой роликов. Причём крепились механизмы к потолку пещеры, что позволило взлетевшим людям, если так можно назвать обращённых, без проблем спрятаться в углублении. Появилось защитное мерцающее поле, но я не сомневался — верховные обращённые, как и серый мастер, внимательно наблюдают за тем, что я буду делать.

Как что? Точно не стоять на месте!

Когда я первый раз увидел разбитый лагерь тёмных, мне в глаза бросилась одна интересная деталь — возле стены зияло огромное отверстие, похожее на вход в разлом. Я ещё раз на всякий случай проверил карту — разломов в этой области не наблюдалось. Между деревьями начал появляться неестественный туман. Каким-то образом верховные обращённые знали, когда появятся порождения Фарафо и успевали на это реагировать. Проклятье! Мне бы поговорить с серым мастером в спокойной обстановке за кружечкой чая! Желательно, конечно, чтобы кружечка была только у меня, да и то в одной руке, а в другой находился раскалённый стальной прут, которым бы я периодически побуждал связанного по рукам и ногам серого к разговору.

Решение о том, как поступить, пришло спонтанно. Раз здесь есть место, похожее на разлом, но не являющееся им, то мне, как специалисту широкого профиля по уничтожению мест обитания Хозяев, сам Свет велел спрятаться именно там. Сражения с сержантом Фарафо я не боялся, но очень не хотелось показывать серому мастеру свои способности. Ибо с такой командой обращённых это он окажется с кружкой чая и раскалённым прутом, а мне будет уготована судьба отвечающего на вопросы связанного кокона.

Пробегая мимо лагеря, я заметил, что лошадей здесь уже не было. Либо их сожрали, либо их тоже затащили наверх, подальше от порождений Фарафо. Что не лишено смысла — туманные твари не будут разрушать лагерь, потому что в этом нет смысла. Жрать там нечего.

То, что это место отличается от разлома, стало понятно сразу. Если последние состояли из многоуровневой системы объединённых друг с другом пещер, то здесь я попал в какое-то логово огромного земляного червя. Проход поднимался, опускался, пересекался с другими проходами, постоянно сворачивал в разные стороны, разветвлялся то на два, то на три коридора. И, что меня больше всего нервировало — везде был туман. Причём вёл он себя здесь ещё страннее, чем на поверхности. Там клубы дыма просто висели над землёй, здесь же они являлись неотъемлемой частью пола. Туман не смущало, что проход уходил вверх или вниз, он следовал ему один в один, постоянно удерживая одну и ту же высоту — примерно до моих колен. Минут десять я петлял по этим коридорам, не встретив ни одной живой души. Даже порождения Фарафо. В какой-то момент мне начало казаться, что я заблудился, но спасла мигающая пиктограмма карты. Оказалось, что в районе развалин появилась точка «???», нажав на которую мне открылось новое окно, где находилось трёхмерное изображение уже изведанной системы коридоров. Учитывая, что на этой карте отмечалось моё текущее местоположение, можно не бояться заблудиться.

Тем не менее меня не оставлял вопрос, кто все эти коридоры сделал? Вытянув руку вверх, я сумел дотянуться до потолка только на носочках. Учитывая мой рост, высота коридора составляла более двух метров. Как и ширина. Стены казались гладкими, но только на первый взгляд. Кристалл освещения рисовал забавные тени, стоило его расположить у стены под разными углами. Это было явно рукотворное творение и возникал резонный вопрос — кто или что могло создать такую кажущуюся на первый взгляд хаотичную систему переходов? Что, если создатель этого чуда ещё здесь и…

Додумать я не успел — внезапно проход передо мной превратился в сплошную стену. Прежде чем я успел сообразить, в чём дело, эта сплошная стена выстрелила двумя клешнями, сдавливая мой купол защиты, а восемь отростков-щупалец, располагавшихся в районе живота, принялись высекать искры в моей защите, желая поскорей добраться до сладкого тела. Всё произошло настолько быстро, что я даже руки поднять не успел и сейчас они оказались зажаты клешнями. Пусть продавить мою защиту невесть откуда взявшийся сержант не мог, ему, тем не менее, удалось заблокировать мои руки. Не сильно — если извернуться, у меня была возможность освободиться, но мельтешащие отростки слишком быстро уничтожали мою ману. Всего за секунду она снизилась на пятьдесят процентов! У меня не было права тратить время на то, чтобы вытаскивать руку, целиться и стрелять из арбалета. Следовало как можно скорей реагировать на ситуацию. Кисть нырнула в карман куртки, где хранилось моё ультимативное оружие и, даже не вытаскивая его наружу, большим пальцем мне удалось отодвинуть заглушку в сторону. Всё это заняло буквально мгновение, но этого времени хватило, чтобы мана окончательно закончилась и защитный купол благополучно оставил меня один на один с опасной тварью. В левое плечо врезался один из отростков, едва ли не пробивая его насквозь, клешни сжались, почти раздавив меня на три части, но на этом потуги сержанта закончились.

В подземелье пришёл эксклюзивный тёмный с девятого уровня разлома!

Порождение Фарафо начало дрожать, словно голый на морозе. Клешни раскрылись настолько широко, что едва не вывернулись в обратную сторону. Я грохнулся на камни и, ударившись больным плечом, едва не потерял концентрацию. Судя по всему, сломаны кости. Плохо. Рука не двигалась. Двойная порция зелья восстановления смогла угасить пожар в плече, но не восстановила подвижность. Направив на сержанта арбалет, я хотел было выстрелить в эту противную зубастую рожу, но в последний момент остановился. Не хватало ещё взрыв здесь устроить — большая часть проходов окажется заваленной и не факт, что мне удастся отсюда выбраться. Первой мыслью было как можно скорей убираться прочь, но потом пришло понимание, что просто так порождения Фарафо не отстанут. Они возникают, словно из ниоткуда, пропадают в никуда, так что убегать, когда под твоими ногами клубы тумана, не вариант. Нужно прикончить тварь. Но не так, как я сделал это в Ческонке. Проявим изобретательность!

В правой руке появился нож, и я с кровожадной ухмылкой подступил к дрожащему монстру. Итак, принимаем за аксиому тот факт, что после смерти этот гад взрывается. Что явилось главным поражающим фактором в деревне? Осколки костяной брони, что закрывает заднюю часть чудовища. Если избавить тварь от этой «нагрузки», то взрыв вряд ли окажется настолько разрушительным, как в деревне. Почему бы это не проверить?

Восстановив ману и вернув себе золотистую защиту, я без излишней брезгливости принялся вырезать «черепашку» из панциря. Нож пришлось убирать сразу — он не сумел проткнуть плотную ребристую шкуру. Зато мои катары из вирмы делали это без всяких проблем, входя в плоть, словно в плотный снег. Густав учил меня, как правильно снимать шкуру с убитых животных, так что общий принцип того, что нужно делать, я знал. Разница заключалась только в том, что убирать в сторону приходилось не «шкуру», а тело, да ещё и рука вторая не двигалась. А так ничего сложного в том, чтобы выковырять беспомощное порождение Фарафо из непробиваемого панциря, я не видел. Лишённое брони тело грохнулось на камни спустя полчаса кропотливой работы. Панцирь походил на огромный полутораметровый экран, шириной почти метр и загнутый с двух сторон ещё на полметра. Причём, что меня удивило, достаточно лёгкий экран — мне удалось поднять его одной рукой и отнести в сторону. Сержант продолжал дёргаться под действием порождаемой мной ауры. Нехорошо было издеваться над тварью, пусть даже и чуждой нашему миру, так что я одним мощным ударом катары отделили зубастую башку от туловища.

Получены 5 из 300 осколков Туманника. Итого 9 из 300

Мне хватило ума отойти подальше от уничтоженного монстра и даже прикрыться своей новой добычей. Спустя пять секунд, как я отрубил голову, порождение Фарафо взорвалось, раскидав мелкие ошмётки плоти в разные стороны. Взрыв был мощным — стены подземелья, куда я попал, изрядно сотряслись. Взрывной волной меня отбросило на пару метров назад, но это оказалась единственная неприятность, что со мной случилась. Лишившись брони, тварь Фарафо не смогла даже пробить стену или устроить воронку. Всё, на что её хватило — покрыть стены тонким слоем тёмной жижи.

Вновь не обошлось без странной магии — в эпицентре взрыва мне посчастливилось обнаружить два предмета, которых не унесло взрывной волной. Магическое кольцо, что усиливало своё синее свечение под действием светового кристалла, а также уже знакомый мне кристалл развития на пять граней. Положив всё это во внутренний карман, я с неприязнью смотрел на то, как туман, словно трусливая, но крайне целеустремлённая собачка, медленно заполоняет опустевшее пространство. То подойдёт, то тут же отскочит, чтобы в следующий раз подобраться чуть дальше. Наконец, обе стороны магического пара объединились и стены начали очищаться. Плоть порождения Фарафо, что разлетелась в обе стороны коридора, начала отваливаться от стен и растворяться в тумане. Даже с костяной брони все ошмётки попадали. Как с внешней стороны, так и с внутренней.

Какое-то время я смотрел на костяную броню сержанта и жадность во мне боролась с разумом. Последний доказывал, что с таким огромным щитом нам под горой делать нечего, что она будет мешать передвигаться и сильно уменьшит мобильность, но первая не слушала аргументов. Она твердила только одно: «Моё! Нам это надо! Без этого мы не сможем!». И с этим аргументом не мог поспорить ни разум, ни логика. Решив, что ничего страшного не произойдёт, если я пару минут потаскаю с собой этот огромный щит и прочувствую на себе все прелести переноса негабаритных предметов в замкнутых пространствах, я поднял костяную броню, в очередной раз подивившись её лёгкости и отправился дальше по коридору. Несмотря на предупреждения обращённых, что сержант Фарафо явился со своей свитой, туманных тварей мне больше не встречалось. Я долгое время бесцельно бродил по коридорам, пытаясь найти хоть один тупик, но тот, кто создал эту систему коридоров, явно не закладывал в проект места для отдыха. Ответвлений, где можно было бы отдохнуть, не наблюдалось. Оценив по карте, что я умудрился забраться достаточно глубоко под горы, я решил остановиться прямо посреди коридора. Всё, мне нужен перерыв. Уже трое суток не спал.

Вытащив из рюкзака трофейную одежду обращённых, я разложил её на камнях в качестве матраца, улёгся и сверху, как крышкой саркофага, накрылся костяной бронёй. Только сейчас я деактивировал ауру эксклюзивного тёмного девятого уровня разлома. Во сне контролировать себя я не умел и, если зеркало слетит, могу уже и не проснуться. Усталость и повреждения взяли вверх и вскоре я отчалил в страну грёз, смотреть на то, как розовые пони гоняются за порождениями Фарафо.

— Макс, говорить можешь? — разбудили меня не крики обращённых, не атака противника, а голос прекрасной девушки, ударивший по мозгам похлеще набата.

— Сколько времени? — пробурчал я, пытаясь открыть глаза. Получилось это не с первой попытки. Если верить состоянию тела, то я вообще не спал. Пару мгновений назад только глаза закрыл, а тут меня таким наглым образом разбудили.

— Скоро полдень, — огорошила Алия. — Я здесь с ректором. Ты его слышишь?

— Нет, — сколько я не прислушивался, кроме голоса Алии ничего не было.

— Кималь Саренто говорит, что символ каким-то образом фильтрует речь носителя. Тогда я буду выступать в качестве синхрониста. Что ты хотел узнать про туман Фарафо?

— Алия, у меня голова трещит, сил совершенно нет, во рту словно кошки нагадили, а ты ко мне с вопросами пристаёшь. Я вчера встретился с обращёнными и мастером. Это ещё один серый. Они действительно явились сюда из-за Фарафо, но поговорить у нас не получилось. Появились порождения и им пришлось убираться, оставив меня тварям на пропитание. Сейчас я сижу внутри горы, голодный, холодный, уставший, с отбитым туловищем, с почти неработающей рукой, а ты спрашиваешь, что я хочу узнать про туман? Да всё я хочу узнать! Всё, что знает ректор. Можешь сказать ему, что у меня уже есть кристалл развития и два камня для огранки граней. Пусть старается, чтобы это заслужить.

— Поняла. С рукой что-то серьёзное?

— Нет, вроде уже шевелиться, значит, скоро заживёт. Всё, я готов слушать. Вещай.

Туман Фарафо. Бич и гроза древних руин нашего мира. Если кто и знает о том, откуда он изначально появился, то всячески хранит это знание. Считается, что источником является некое существо, спрятавшееся в глубинах планеты. Оно-то и насылает свои порождения везде, куда только достаёт. Появилась эта зараза не так давно по меркам нашего мира — всего лет пятьсот назад. Уже после того, как образовались три империи и были выстроены Стены. Не Стена, как я всегда думал, именно Стены. Их несколько. Примерно с век туман Фарафо кошмарил империи, уничтожая народ тысячами. Никто так и не смог найти более-менее действенное оружие против монстров. Да, их убивали, но цена за такую победу была несоизмерима с затратами. Фарафо стал для человечества одним из немногих врагов, перед которыми пришлось поднять лапки и признать своё поражение. Однако в один прекрасный день всё изменилось — неожиданно туман бесследно исчез, словно его никогда и не было. Но исчез он только в землях людей, почитающих Свет. За Стенами он остался, из-за чего у тёмных появились исследователи. Те, кто изучает руины и продолжает искать ответы. Всего известно четыре типа существ — мелкие зубастые шарики, яйцеобразные монстры, похожая на черепаху тварь и босс. Да, последнего так и называют — босс. Информации по нему нет, только название. Когда туман Фарафо появляется в руинах, под ними формируется несколько локаций. Первая — многоуровневый лабиринт, в котором достаточно просто заблудиться. Причём правило правой руки в нём не работало из-за того, что коридоры находились не в одной плоскости. Выход из лабиринта заканчивался проходом во вторую зону — поле битвы. Участок размерами с две-три классические арены, на котором в различных местах накиданы горы камней. Вход располагался с одного края площадки, выход на следующий уровень находился на противоположном. Задача была простой — пройти это поле. Из минусов — на нём были представлены все твари, кроме босса. И, наконец, третий уровень, о котором нет информации. Как и о существе, что там находится. Считается, что источник «заражения» руин располагается именно на этом уровне и, если удастся до него добраться, можно будет раз и навсегда избавить локацию от тумана Фарафо, но такого по информации Кималя Саренто, ещё никогда не было. Даже среди тёмных. Искатели частенько добираются до второго уровня, но пройти его и выйти живым с третьего никому не удавалось. Либо тёмные тщательно скрывают эту информацию.

Теперь о главном. Из порождений Фарафо с небольшим шансом добывали кристаллы развития. Их интегрировали в модель развития, наделяя человека свойствами, которыми он в обычном состоянии никогда бы не получил. Собственно, сама модель развития — это совокупность всех усилений, которые получил человек за свою жизнь. Мне довелось увидеть серого мастера с 90+ параметрами — это значит, что он каким-то образом прокачал свою модель развития, открыв на ней соответствующие ячейки. Необязательно усиливать параметр, чтобы он попал в модель, но важно его открыть. Работа с моделью похожа на работу с магическим полем — человек закрывает глаза и в его сознании возникает некий граф, где можно открывать или усиливать определённые ячейки. Некоторые ячейки являются «пустышками», куда, собственно, и можно вставлять кристалл. Он сразу открывал владельцу пять случайных параметров. Тех, что изначально заложены в самоцвет. Камень огранки, о котором я тоже рассказал, позволяет случайным образом менять ненужный параметр. Конечно, может вновь выпасть что-то лишнее, но может и такое, до чего человек просто никогда самостоятельно не доберётся по этой ветке. Каким образом шло развитие в модели, ректор не знал. Или делал вид, что не знает. С этим вопросом, как он заявил, нужно обращаться к тёмным — это их стезя. За определённую плату он, Кималь Саренто, готов запросить так интересующую Макса информацию, рискуя хорошим отношением с тёмными. Тема модели развития и тумана Фарафо для них является не самой популярной.

Сказать, что меня накрыло разочарование — ничего не сказать. Ректор не сказал ничего такого, чего бы я не знал или о чём бы не догадывался, зато преподнёс всё с таким видом, словно посвятил меня в тайное общество. Немного истории, немного информации, много ссылок на тёмных, заявление о собственной исключительности. Единственным полезным моментом для себя я вынес то, что мне доведётся встретиться с тварью под кодовым названием «босс», о которой мало кто знает, а также структуру подземной локации, куда попал.

— Алия, ректор так и не сказал, почему туман появился именно сейчас, — напомнил я. — Что заставило Фарафо вспомнить о существовании этих руин? Как он вообще проник за Стены?

На это ответа у Кималя Саренто не было. Даже предположений ректор не стал делать, чтобы не вводить в заблуждение.

— Тогда торгуйся. Почти всё, что ректор только сказал, мне было известно. Эта информация не стоит того, чтобы ради неё отдавать кристалл развития и два камня огранки. Сейчас, сидя в том самом лабиринте, о котором рассказал ректор, мне почему-то кажется, что три эликсира на грань за кристалл и по два за каждый камень огранки будет самой разумной ценой. Плюс магические камни, что он обещал мне достать. Всё, хватит играть в добрячков. Меня тут убивают все, кто ни попадя, кусают, бьют, морально издеваются, в конце концов, так что дешевить мы не будем. Мне проще будет оставить всю свою добычу здесь, чем отдавать её задаром. Задачу поняла? Привлекай Демитра, если потребуется. Думаю, торговец с радостью скрестит словесные шпаги с ректором.

Возникал резонный вопрос о том, как мне стоит поступить? Соваться в глубины развалин желание не было никакого. Судя по тому, что я видел, мне удалось пройти лишь малую часть лабиринта. Там, где я уже ходил, не было даже намёка на переход на следующий уровень. Учитывая, что здесь постоянно будут попадаться порождения Фарафо, путешествие выйдет не самое приятное, при этом добычи, как оказалось, здесь не так много. Никому ненужные кольца, да мало кому подходящие кристаллы развития. Не думаю, что во всех трёх империях найдётся человек десять, которые смогут их правильно использовать. Так что товар хоть и уникальный, но поди найди на него покупателя, кроме того же ректора. Сколько ему нужно? Один? Два? Вряд ли больше. Значит, бездумно бить сержантов, надеясь на баснословную прибыль, бесполезно. Конечно, можно попробовать загнать костяную броню, но её отсюда ещё вытащить нужно! Мне одна-то уже начинает нервы трепать, хотя я ещё толком никуда с ней не ходил.

Значит, сейчас для меня есть только один путь — на выход. Источник заражения найден — развалины. Уничтожать тварей бессмысленно — они превращаются в туман и возникают вновь. Чтобы гарантированно пройти все три уровня, о которых упоминал Кималь Саренто, мне следует усилить защиту. Причём основательно усилить. Моему «Золотистому куполу защиты» доступны ещё четыре грани. Они мне нужны! Как и камни, что станут блокировать урон. Сейчас я ещё слишком слаб, чтобы чувствовать себя героем.

Даже с моим ультимативным оружием. Кто знает, как на него отреагирует так называемый босс?

— Вот сейчас мне стало действительно интересно, — раздавшийся голос заставил меня подпрыгнуть. Обернувшись, я увидел всё того же пузана в окружении трёх верховных обращённых. Судя по состоянии последних, совсем недавно у них состоялся непростой бой. Одежда местами была порвана, на лицах виднелись кровавые царапины. Но это никак не влияло на то, что все трое направили на меня свои луки.

— Прежде чем ты начнёшь совершать глупость, молодой человек, — продолжил пузан, — хочу предостеречь. Наконечники стрел сделаны из вирмы. Полагаю, ты знаешь, что означает это слово, иначе здесь бы не стоял. Ты уверен, что та защитная аура, что окружает тебя на манер купола, сможет защитить от вирмы? Вот и я думаю, что не сможет. Полагаю, на сегодня наш поход в лабиринт можно считать законченным. Потеря двух сержантов значительно ослабила руины и атаки можно не ожидать ещё несколько дней. Идём, интересный человечек. Пообщаемся.

— Общаться можно по-разному, — я засунул руку в карман и нащупал стальной куб. — Можно только спрашивать. Можно только отвечать. Но можно устроить что-то вроде интересной беседы двух людей, которым важно получить ответы.

— Полагаешь, ты в том положении, чтобы ставить мне условия? — поднял бровь серый мастер и мне пришлось постараться, чтобы не превратиться в тёмного с девятого уровня разлома. Не время!

— Ты исследователь. Тебе нужны ответы. Если меня убить, ответов не будет. Если попробовать меня захватить… то, скорее всего, тоже убьёте. И вновь ответов не будет. Если мне предложить чашку чая, кусок мяса, рассказать о том, какого Скрона порождения Фарафо внезапно полезли из этих руин, то я с удовольствием отвечу на твои вопросы.

— Пожалуй, рациональное зерно в твоих словах есть, — согласился пузан и жестом указал обращённым опустить луки. — Беседа всегда приятней криков тех, кого пытает моя команда. В таком случае я, серый мастер Оливер, приглашаю тебя, интересного человечка, на чаепитие. Отметим победу над порождениями Фарафо. Пока мы идём, советую придумать интересную историю о том, откуда у тебя взялась цельная броня монстра, что взрывается через пять секунд после смерти. Обожаю слушать сказки.

## Глава 11

Мы расположились в шатре, что так и стоял у входа в руины. Высшие обращённые, несмотря на свой статус, накрыли стол, и я с удовольствием вгрызся в кусок пусть и остывшего, но довольно вкусного мяса. Мастер Оливер взял чайник и наполнил две широкие чашки. Скорее чаши или даже блюдца с высокими бортиками.

— Придумал сказку? — спросил он, сделав первый глоток. — Не торопись, кушай. Кто знает, когда ты ещё сможешь поешь? Да и поешь ли вообще?

— Вы постоянно норовите угрожать, — улыбнулся я, оставив после себя лишь обглоданные косточки. — Зачем? Вы настолько уверены в собственных силах или силах своих верховных обращённых, что любых незнакомцев воспринимаете как нечто несущественное?

На самом деле серому мастеру было на что опираться в своём самолюбовании. Я не поленился и посчитал количество открытых параметров — семьдесят два. Часть из них имела значение в районе ста процентов, часть ближе к пятидесяти, но имелись и нулевые, словно они были открыты только для того, чтобы пройти по модели развития дальше. Магией мой собеседник тоже не был обделён. Одно атакующее заклинание (стандартный «Огненный шар» с несколькими камнями поддержки), два защитных и лечение. Особое внимание привлекали камни поддержки защиты — среди них я заметил так нужные мне «Уменьшение магического урона» и «Уменьшение физического урона». Как показала практика — довольно ценные камни для борьбы с порождениями Фарафо.

— Верховные обращённые? — брови мастера взлетели, словно он услышал что-то забавное. — Какой же вы интересный молодой человечек. Который, кстати, так и не представился.

Я улыбнулся и, словно желая поудобней устроиться, чуть привстал и вновь сел, словно случайно засунув левую руку в карман. Подвижность к ней только-только начала возвращаться, но даже этого должно хватить для того, чтобы откинуть заглушку со стальной коробочки.

— Прошу простить моё невежество. Конечно же мне стоило представиться до того, как напроситься к вам на чай. Охотник на тёмных Макс к вашим услугам.

— Охотник на тёмных? — голос мастера Оливера больше не источал пренебрежение. Словно невзначай он положил руку на стол, словно готовился использовать магию.

— Работы бывают разными. У вас — находить развалины и исследовать их в поисках ответов. У меня — уничтожать тёмных тварей во всех их проявлениях. Это же не значит, что мы не можем обсудить то, что волнует нас обоих? Например, сейчас у нас общий враг. С туманом Фарафо я ещё никогда до этого момента не сталкивался, так что практически всё происходящее для меня в новинку. Почему здесь возникла эта напасть? Что такого произошло в мире, что туман Фарафо смог прорваться через Стены и поселился среди этих руин? Почему именно они, а не, скажем, любой другой древний город? Их же должно быть навалом по империи?

— Никогда не сталкивался с туманом раньше, но при этом ты умудрился выковырять сержанта из его брони? — мастер перешёл на «ты», откинув напускное уважение.

— Это было несложно, — пожал я плечами. — Лошадиная доза снотворного, куча свободного времени и четыре испорченных ножа. Черепашка, которую вы называете сержантом, взорвалась после того, как я всадил ей арбалетный болт в глаз. Мне повезло, что к этому моменту я, взвалив на спину костяную защиту, отправился дальше. Взрыв меня только отбросил, но не навредил.

— Лошадиная доза снотворного, — понимающе кивнул мастер Оливер. — Очень распространённая сказка. Вот только у порождений Фарафо нет крови, чтобы разгонять это самое снотворное по телу. И обычным стальным ножом порезать его кожу невозможно. Но в целом сказка интересная.

— Видимо, сказочник из меня не очень, — улыбнулся я. — Это максимум, что я сумел придумать, пока шёл. Плохо, когда не знаешь теорию. Но то, что о тумане Фарафо я ещё неделю назад ничего не слышал — это факт. Если вы объясните, почему он появился конкретно в этих руинах, в следующих раз моя сказка станет куда более правдоподобней.

— Здесь неподалёку находилось одно интересное место, что внезапно разрушилось. Ты имеешь к этому какое-нибудь отношение?

— Речь о поместье? — спросил я и мастер кивнул. — Видимо, самое непосредственное отношение. Мне довелось быть одним из тех, кто разрушил это здание до основания. Слишком много там водилось таркатан, хорибов, брокси и даже парочка усли по местности летала. Пришлось основательно попотеть, прежде чем их всех уничтожить.

— Ты забыл упомянуть ещё об одном важном субъекте этого поместья, — мастер Оливер явно проверял меня.

— Хозяин разлома, что штамповал брокси? Да, был там один такой. Неприятный тип оказался.

— Собственно, это ответ на твой вопрос, охотник на тёмных.

— Хозяин? — нахмурился я и ещё раз открыл карту. До разрушенного поместья было приличное расстояние. Километров тридцать, если по прямой. Однако кое-какое понимание начало на меня снисходить. Хозяин разломов… Нужно только уточнить один момент:

— И насколько распространяется влияние одного Хозяина?

— Пятьдесят километров, если я ничего не путаю, — ухмыльнулся мастер Оливер. — Поэтому мы сюда и прибыли. О том, что здесь находятся руины, известно давно. Как и то, что через четыре недели туман Фарафо бесследно исчезнет, забрав с собой всю сформированную подземную локацию.

— Зато появится новый стихийный разлом. Со своим Хозяином, что будет защищать руины от вторжения туманных тварей, — понимающе кивнул я. Интересная картина получается. Разломы, что созданы природой, а не Крепостью, являются защитным механизмом, а не средством проникновения на наши земли тварей Скрона. Это если верить серому, так любящему «сказки». Стоп! В землях, что ранее принадлежали Валевским, точно были какие-то развалины! Мы туда, конечно, не ездили с завидной регулярностью, как бароны Горбуновы, но о существовании все знали. Развалины есть, тумана Фарафо в них не было. Что-то мне не нравится новая информация. Заставляет по-иному смотреть на некоторые вещи. О том, что в наших землях существовали разломы, никто из моей родни не знал. Либо мне не говорили. Но знал ли об этом герцог Одоевский?

— Мне нравится фраза «стихийный разлом», — мастер Оливер вернул меня в реальность. — Нужно обязательно запомнить.

— Хорошо, разломы защитили нас от туманных тварей. Но почему тогда они не появляются вне Стены?

— Кто сказал такую откровенную глупость? Разломов вне Стены ничуть не меньше, чем здесь. Разница лишь в том, что они все являются «стихийными», а не рукотворными, как ваши. Те разломы, которые мешают разработке руин, сразу уничтожаются, чтобы туман Фарафо никуда не делся, но в целом в Нейтральных землях полным-полно разломов. Как первого, так и тридцатого уровня.

— Тридцатого, — удивился я. — Разве пятнадцатый не максимальный?

— Кажется, кто-то выдал немного лишней информации, не получив ничего взамен, — мастер убрал руку со стола, демонстрируя, что магию применять прямо сейчас не намерен. Тем не менее я свою руку из кармана вынимать не собирался.

— Согласен, в основном вопросы задавал я. Спрашивайте. Полагаю, вы заслужили честный ответ.

— Мой вопрос не изменился — каким образом ты добыл костяную броню сержанта Фарафо?

— Постараюсь сказать так, чтобы не нарваться на нарушение соглашений о неразглашении. Я заблокировал его с помощью способности, полученной в магической академии при непосредственном участии высших иерархов Крепости. У меня нет права называть эту способность. Тем более серому мастеру, путешествующему с толпой верховных обращённых. С помощью клинка из вирмы я отделил тушу от брони и спрятался за ней, когда прогремел взрыв. Тут я не лукавил — броня действительно меня спасла.

— Где ты взял вирму?

— На восьмом уровне разлома. Там, где её и добывают. Разве это не очевидно?

— Так ты и есть тот самый тёмный, что служит Крепости? Кто закрыл разлом под академией и остановил Волну? — догадался мастер Оливер.

— Вот сейчас, как мне кажется, чаща весов вновь изменила положение. Только теперь в вашу сторону. Что там с разломами?

— У разломов нет нижней границы. На текущий момент максимальный уровень, если мне не изменяет память, а она мне не изменяет, составляет тридцать второй уровень. Ограничения состоят только в ресурсах, которые необходимо затратить на их рост. Для наших разломов это туман Фарафо. Для ваших — плоть и кровь живых существ.

— Как же вы справляетесь с метаморфами?

— Это забавные чудики, что появляются на пятнадцатом уровне? Что в них такого страшного? Да, неприятные, но вполне смертные существа.

— Вирма, — догадался я. — Парочка арбалетных болтов в три сердца и ни одна тварь не выживет.

— Сколько же ты арбалет будешь перезаряжать? Секунд двадцать? За это время метаморф тебя успеет раз тридцать уничтожить или новое сердце себе отрастить. Нет, охотник на тёмных, метаморфов нужно уничтожать либо группой, либо с помощью лука, способного делать три выстрела в секунду. Только так и никак иначе. К слову, метаморф — не самое интересное создание, порождаемое разломами. Есть твари куда опасней. На двадцатом пятом уровне, к примеру, появляется гниль. Вот с ней уже приходиться помучиться. Но вам, поклонникам Света, это не грозит — ваши разломы редко доходят даже до десятого уровня. Вы же как саранча, уничтожаете их едва ли не в зародыше.

— Разве ресурсы нужны не всем? Тёмные, насколько я знаю, ничуть не гнушаются получать у нас целые караваны добычи. Свои-то разломы вы зачищать не можете.

— Есть такое, — легко согласился серый мастер. — Специалистов, способных закрыть хотя бы десятку, единицы. Даже боюсь представить, сколько стоят их услуги. Однако вернёмся к нашим развалинам. Ты уничтожил сержанта. Что ты с него получил?

— Получил? Костяную броню, вы же её видели.

— Ты решил вновь начать рассказывать сказки? Зачем тебе это нужно, охотник на тёмных?

— Потому я не знаю истинной ценности этих вещей, мастер Оливер! Если с кольцом ещё более-менее понятно, то со странным кристаллом, похожим на солнце с лучиками, полная непонятка. Как я могу говорить про то, о чём не имею ни малейшего понятия? Если вы объясните, что это такое и как это можно использовать, тогда можно будет и поговорить.

Правой рукой я вытащил кристалл развития и продемонстрировал его серому мастеру. Убедившись, что тот осознал, что я держу, спрятал добычу назад.

— Это называется кристалл развития, охотник на тёмных, — произнёс мастер Оливер и, судя по его участившемуся дыханию, он едва скрывал волнение. — Один из тех предметов, ради которых мы сюда и явились. Все руины, находящиеся в более-менее доступных местах, распределены между кланами. Кристаллы являются настолько ценным товаром, что ради него многие готовы убивать. Ты уже понимаешь, что нужно для того, чтобы в руинах начали появляться порождения Фарафо — необходимо избавиться от разломов. Вот только время превратило эти разломы в нечто непроходимое. От девятого уровня и выше. После ряда неудач кланы перестали тратить свои живые ресурсы на покорение разломов, довольствуясь малым. Насколько мне известно, к этим руинам направляется минимум четыре группы исследователей из разных кланов. Нетронутые руины с только-только появившимся туманом. Это же настоящий клад!

— Но для чего нужны кристаллы развития? Ты так и не объяснил, — спросил я, прекрасно понимая, что произойдёт в самое ближайшее время. Мастер Оливер сделал словно случайный жест и один из двух верховных обращённых бесшумно покинул шатёр.

— Усиление. Кристаллы позволяют расширить модель развития без дополнительных затрат.

— Модель развития? — удивился я. — Вот эта фраза для меня точно новая. Что это?

— Совокупность всех параметров живого существа, выстроенных в определённом порядке друг за другом. Чем больше параметров ты открываешь, тем больше у тебя появляется возможности усиливаться.

— Как же открыть эту модель развития? — продолжил допытываться я, несмотря на то, что в палатку вошли пятеро верховных обращённых.

— Это можно сделать у алтарей развития, или через мастера-наставника. Но последних мало. Слишком мало.

— Ты один из них?

— Я? — вопрос застал мастера Оливера врасплох. — Нет, конечно! Я принадлежу небольшому клану, у которых нет своих мастеров-наставников. Нам приходится довольствоваться… Да с чего вдруг я перед тобой распинаюсь?

— Как ты стал серым? Что для этого нужно? — я буквально кожей ощущал, как уходит время, так что старался выкачать так много информации, как только мог.

— Довольно! Твоё время вышло. Сейчас ты отдашь мне кристалл развития и всё, что успел добыть к этому моменту. Потом ты пойдёшь вниз и будешь убивать порождения Фарафо одну за другой, пока тебе вновь не выпадет самоцвет. Добудешь мне три штуки до тех пор, пока сюда не явились конкуренты — сохраню тебе жизнь. У тебя пять секунд на принятие единственно правильного решения.

— Жаль, — недовольно скривился я. — Я полагал, что мы сможем мирно побеседовать без всех этих глупостей. А так…

Вместе с моим вздохом разочарования в шатёр явился эксклюзивный тёмный с девятого уровня разлома.

Шестеро верховных обращённых превратились в статуи. Задрав головы к небу, они принялись «петь» тёмный призыв портала, из которого должны явится две страхолюдины. Позволить себе сейчас такой роскоши я не мог, так что шестью быстрыми движениями оборвал песнопения, стараясь не повредить одежду. Видимо, у меня был какой-то пунктик на этот счёт. Обидно, что ни одного осколка «Улучшителя» в копилку не упало, но, видимо, сам Свет не хочет, чтобы я всё же этот камень заполучил. Мастер Оливер валялся на полу и дёргался, словно в припадке. Изо рта серого шла пена, глаза закатились, он даже дышал через раз. Верёвки в шатре я не нашёл, так что пришлось связывать серого мастера первой попавшейся под руки тканью. Ещё раз проверив, что уровень маны находится на максимуме и «Золотистый купол защиты» активен, я закрыл дырку в стальном кубе. Какое-то время мастер Оливер хрипел, не веря, что всё закончилось, так что мне пришлось даже лечебную ауру включать, чтобы источник моих знаний случайно не отправился на вечный покой. Понадобилось минут десять, чтобы привести противника в чувства. Он тут же задёргался, пытаясь разорвать ткань, так что мне пришлось многозначительно кашлянуть.

— Не стоит этого делать, мастер Оливер. Вредно для здоровья. Вашего. У меня есть вопросы, у вас есть ответы. От того, насколько ответы меня удовлетворят, зависит ваша жизнь. У меня нет желания вас убивать или пытать. В конце концов, вы же не тёмный, верно? Зачем мне на вас охотиться? Вопрос номер один. Здесь шестеро верховных обращённых. Где остальные?

— Остальные? — пузан явно не собирался идти на контакт.

— Несколько дней назад вы стояли лагерем километрах в тридцати отсюда. Я насчитал тогда тринадцать верховных обращённых. Одного пришлось убрать, так как он мешался под ногами. Здесь шестеро. Где остальные, мастер?

— Погибли.

— Убить верховного обращённого не так просто. Что вы там насчёт сказок говорили? Зачем оно мне нужно? А зачем оно нужно вам, мастер Оливер? Или вы думаете, что они вам помогут? А смысл, если вы можете помочь себе сами? У меня действительно нет желания вас убивать. Да и смысла в этом я не вижу. Слово охотника на тёмных — если вы не станете юлить, получите свободу. Я даже про этих обращённых спрашиваю сугубо для того, чтобы понимать — они смогут помешать нашей беседе, или нет? Даже не так — придётся их убивать, или можно оставить в живых?

— Ты охотник на тёмных, — в голосе серого мастера прозвучали нотки ненависти. — Ты не сможешь оставить их в покое.

— Кажется, этот момент мы тоже уже проходили — я здесь не ради тёмных. Меня интересует туман Фарафо и всё, что с ним связано. Так получилось, что среди ходящих под Светом, очень мало тех, кто вообще знает о существовании такой штуки, не говоря уже о деталях. Я же оказался слишком любознательным, чтобы остаться в стороне. Так что задам вопрос ещё раз — где остальные обращённые и сколько их ещё осталось?

— Они в подземелье. Две группы по четыре существа, — нехотя ответил серый мастер. — Должны вернутся к вечеру. После того, как были уничтожены два сержанта Фарафо, туман временно утратил свою силу. Они ищут проход на второй уровень.

— Ты серый. Как ты им стал? Как ушёл из-под влияния Скрона? — я тоже решил не церемониться и перешёл на «ты».

— Ключевой параметр «Тёмное безразличие» на модели развития. Суть этой модели не в том, чтобы прокачивать себе различные усиления. Для этого есть эликсиры. Модель развития предназначена для того, чтобы добираться до определённых точек и активировать их. «Тёмное безразличие» полностью устраняет влияние Скрона на человека, но не приближает его к Свету. Только выводит из-под управления тёмного бога. Этот параметр считается обязательным для получения, потому что после определённого количества усилений Скрон или его воплощения начинают тобой интересоваться. Мой клан не относится к ортодоксальным тёмным, так что посвящать свою жизнь уничтожению светлых желанием мы не горим. Для этого кристалл развития и нужен — есть вероятность, что после его активации на какой-то из граней может появиться этот параметр.

— Вероятность? Если параметр не появился, разве его нельзя изменить, скажем, камнем для огранки?

— Камни для огранки? — даже несмотря на своё положение, мастер умудрился усмехнуться. — Знаешь ли ты, сколько они стоят? Раза в три-четыре дороже, чем сам кристалл! Их практически нереально получить, хотя они и добываются с простых солдат. Один случай на тысячу, не чаще!

— Даже так? — мне удалось найти в себе силы, чтобы не выругаться. Положив руку на плечо, я только что не прокричал: — Алия, срочная информация! Ты уже подписала с ректором договор на кристалл развития и камни для огранки?

— Да, — раздался ответ. — Один самоцвет, два камня. Всё, как ты и сказал. Ты получишь четыре эликсира на грани и камни, что ты запросил. Что не так?

— Боюсь, мы продешевили. У меня сейчас появляется новая информация и, если ей верить, то и кристалл, и тем более камни на огранку стоят куда дороже. Кималь Саренто прекрасно это знал и обул нас, как детей.

— Мне нужно расторгать соглашение? — в голосе Алии появился металл. Девушка терпеть не могла, когда её кто-то обманывал.

— Ни в коем случае! Ректор получит то, что хотел. Но не больше. Причём мы обязательно продемонстрируем ему это больше. У меня сейчас есть два кристалла на пять граней и четыре камня огранки. В ближайшее время я планирую основательно пополнить свои запасы. Посмотрим, как запоёт нам любимый ректор, когда поймёт, что мы знали про истинную ценность передаваемых ему предметов. Ладно, раз уже поздно, пусть так всё и будет. Буду общаться со своим источником дальше.

Убрав руку с плеча, я вернулся к мастеру Оливеру, застав того с широко открытыми глазами. Серый даже рот от удивления открыл, словно не верил в происходящее.

— Кто же ты такой? — ошарашенно прошептал он. — Ты рунописец?

— Ещё нет, но планирую им стать, — не стал скрывать я. — У мастера Мерама передо мной должок. Знаешь такого?

— Мастер Мерам? — казалось, глаза бедолаги сейчас вообще выпрыгнут из орбит. — Независимый рунописец, которому покровительствует клан Вальдес?

— Какой-то особо важный клан?

— Второй по силе в Нейтральных землях! Хотя многие думают, что даже первый, если бы у Гурфанов не было бы Наины. Той самой, что вместе со своей группой способна закрывать разломы двадцатого уровня.

— Так, дела тёмных меня заботят меньше всего, вернёмся к туману Фарафо и модели развития. Что такое алтарь развития и где его можно найти?

Мастер Оливер затравлено оглянулся, словно ожидая какой-то поддержки со стороны. Но её не было. Я внимательно следил за входом, так что ни один верховный обращённый сюда незаметно не явится.

— Мастер, вы меня слышите? — переспросил я. — Где найти алтарь?

— Внизу, — сдался серый. — Алтари являются ключевыми предметами для развития клана. Чем их больше, тем сильнее клан. Тем лучше к нему отношение, тем более достойное место он занимает при делёжке добычи. В клане, в котором я состою, есть только один алтарь развития. Поэтому, когда я услышал, что Хозяина этих земель уничтожили, сразу бросил все дела, нанял марионеток и явился сюда, чтобы первым заполучить эту ценность. Да, это риски — майор Фарафо свою ценность без боя не отдаст, но не рискнуть я не мог.

— Майор. Новое слово, я о таком ещё не слышал. Допустим, получишь ты алтарь. Он одноразового использования или им может воспользоваться любой?

— Воспользоваться может любой, но алтарю после работы необходима недельная перезарядка. Поэтому чем больше алтарей, тем сильнее клан.

— Отлично. В таком случае, скажи, мастер Оливер, станешь ли ты глупить, если я тебя развяжу? Не люблю я разговаривать, когда мой собеседник связан, вот реально не люблю. А разговор, как я понимаю, у нас может затянуться. Потому что мне интересно всё.

— Только если ты ответишь, что тебя связывает с мастером Мерамом, — после паузы ответил серый.

— В этом нет особой тайны, — я решил рискнуть и вытащил левую руку из кармана. Как же плохо она ещё меня слушалась! Открыв рюкзак, я вытащил из непромокаемого кармана небольшую карточку и продемонстрировал её Оливеру. Тот даже сглотнул, когда прочёл содержимое и, как мне кажется, даже дышать перестал.

— Ученик мастера Мерама? — с дрожью в голосе произнёс мой пленник.

— Ты сам всё видел, так что давай без глупостей и героизма. Я хочу знать о тумане Фарафо, о разломах и вообще о тёмных всё, что знаешь ты. Приступим? Что ты там говорил про чай?

## Глава 12

Какие же у мастера Оливера оказались вышколенные слуги! Вечером, когда восьмёрка верховных обращённых вернулась из лабиринта, они даже ухом не повели, что шестеро их собратьев оказались убиты и выпотрошены. Ценных для меня камней внутри марионеток не оказалось, но и оставлять их серому мастеру я не собирался. В следующий раз сто раз подумает, прежде чем нападёт на незнакомца. У меня мелькнула предательская мысль о том, чтобы прикончить всю эту шайку, явившуюся в нашу империю без приглашения, но я тут же её отмёл. Виконт Курпатский был прав — если ты дал слово, нужно его держать. Даже если это слово дано тёмным.

— Может, всё же останешься? — спросил Оливер, когда я закинул рюкзак на плечи. — Ученику мастера Мерама здесь ничего не угрожает! К тому же на ужин сегодня будет шикарная баранина!

— Нет, — мне пришлось отказаться от столь привлекательного предложения. Что-либо объяснять я не собирался, но, послушав рассказ мастера Оливера, стало понятно, что, когда сюда явятся представители других тёмных кланов, мне лучше находиться как можно дальше от этих руин. Потому что среди явившихся будет минимум один клан ортодоксальных тёмных и со светлыми работать они не станут. Они и так идут против своей природы, стараясь не уничтожать никого по дороге. Здесь же их терпению придёт конец и вот так спокойно поговорить с ними у меня не получится. В принципе я не возражал — мне тоже не хотелось ждать группы тёмных. С одним, правда, небольшим уточнением, о котором говорить мастеру Оливеру не стал — я собирался отправиться им навстречу. Дорогу, по которой сюда явятся тёмные, я знал. И то, что я обещал сохранить жизнь одному серому, который, по факту, оказался просто спрятавшимся от Скрона хитрым тёмным, не значит, что мне удалось проникнуться любовью ко всем любителям тьмы. Свет им всем судья.

Прежде чем уходить, мне пришлось какое-то время потратить на формирование схрона. Отказываться от костяной брони, теперь уже семи комплектов одежды верховных обращённых, а также горы ценных, но бесполезных арбалетных болтов, я не хотел. Это моё. Однако и оставлять их на произвол судьбы, просто так скидывая где-то под деревом, было неправильно. Закончив закидывать свои вещи камнями и придирчиво оценив творение, я заметил, что пиктограмма карты начала мигать. Открыв её, я ухмыльнулся — забыть об этой точке у меня не получится. На карте появилось изображение зелёного сундука с перечислением всего того, что я здесь спрятал. Всё же удобно быть тёмным!

Меня не преследовали и даже атаковать не пытались. Что было неудивительно — у мастера Оливера больше не было стрел из вирмы. Я забрал их все — как у убитых, так и у вернувшихся обращённых. Все двадцать штук. Клану, в котором состоял Оливер, пришлось изрядно потратиться, чтобы позволить себе такую ценность. Обращённые собирали стрелы с каждого уничтоженного порождения Фарафо (впрочем, как и я свои арбалетные болты), но меня мало заботили финансовые проблемы тёмного клана. Отныне это моя добыча, а мастеру Оливеру, если он желает сохранить свою жизнь, стоит спускать бедных лошадок с пещеры на стене и отчаливать обратно за Стену. Всё же я оказался прав — тёмные позаботились о своих животных, оставив на земле только неодушевлённые предметы. Те, которые туманные твари не жрали.

— Алия, как твои дела? — ухмыльнулся я, двигаясь по лабиринту. Судя по словам марионеток Оливера, проход на второй уровень обнаружить им ещё не удалось. Лабиринт действительно выглядел внушительно. За те недолгие часы, что я здесь находился, мне едва удалось исследовать малую его часть, так что стоило поторопиться. Какое-то время я бежал, освещая путь кристаллом разлома, однако вскоре мне это надоело. Только и делаю, что бегаю все последние дни. Настало время и пешочком прогуляться. Тогда-то я и решил связаться с девушкой. Нужно сделать так, чтобы информацию, что мне поведал мастер Оливер, знало больше одного человека.

Болтал я без умолку почти четыре часа, периодически останавливаясь по просьбе девушки, когда ей требовался небольшой отдых для уставших рук. Все мои слова шли под запись «для будущих поколений».

— Вот теперь всё, — закончил я, искренне надеясь, что ничего важного не упустил.

— Я сейчас же извещу Крепость, что в западный регион направляется несколько групп тёмных, — заявила Алия, ставя меня перед фактом.

— Конечно ставь, — легко согласился я. — Три команды по пятнадцать верховных обращённых, способных один на один противостоять той же Карине Фарди, отличная цель для… кстати, для кого? Я пока гулял, у Крепости новые воины появились, способные полсотни верховных обращённых уничтожить? Или есть какой-то тайный орден, что втихаря решает такие вопросы? Или Крепость пригонит сюда народ, чтобы подверженных Скрону людей стало больше?

Судя по молчанию, Алия об этом не думала и старательно искала решение этой непростой проблемы.

— Макс, ты, конечно, прав, но нельзя просто так позволять тёмным гулять по нашим землям!

— Поэтому я здесь и остался. Прежде всего мне нужно уничтожить это скроново подземелье, получить алтарь развития, разобраться с ним, а потом уже можно будет и с тёмными что-то решать. Кстати, мастера Оливера я отпустил. Вместе с оставшейся восьмёркой верховных обращённых.

— Ты уверен, что справишься?

— Если среди тех, кто явится сюда за алтарём, не будет расхитителя разломов, то в своих силах я уверен.

— Если будут?

— Придётся действовать по обстоятельствам.

— Как обычно, — в голосе Алии явно читалось недовольство, но предложить иного решения она не могла. — Хорошо, я поговорю с отцом Нором, может что придумаем. Спасибо, что сразу связался со мной и всё рассказал. Я ценю твоё доверие.

Начинались какие-то розовые сопли о доверии, поэтому я поспешил убрать руку с плеча. Слушать такое мне сейчас совершенно не хотелось. Добравшись до развилки, я сверился с картой и повернул, на этот раз, направо. В прошлый раз, когда я находился в этой точке, мой выбор пал на левую сторону.

— Ты же моё солнышко! — радостно закричал я, когда в меня врезался тёмный шар, снизив уровень маны на двадцать процентов. Солдат Фарафо подло появился позади меня и атаковал в спину. Между лап твари начало зарождаться новый шар, но я уже был рядом. Плюс десятый осколок Туманника, пятый камень на огранку, минус одно яйцеобразное чудище. Идеальная математика.

К слову — что такое осколки Туманника и с чем их едят? Это ключ. Согласно словам мастера Оливера, когда три сотни осколков объединяются, создаётся портал в локацию с Туманником, некой чудовищно сильной тварью, с которой падает хорошая награда. Вот только всё это только теория, ибо о реальном случае сбора ключа и открытии портала серый мастер не слышал. Возможно, ведущие кланы, те же Вальдес, доходили до момента сбора ключа, но дальше клана такая информация не уходила.

Дойдя до новой развилки, я оценил карту и тяжело вздохнул — в этой части лабиринта круг замкнулся. Я прошёл все проходы, но ничего, похожего на переход в другую зону, не нашёл. Значит, нужно возвращаться и через два перекрёстка идти налево… Походы по наполненной туманом кишке оказались не самым приятным занятием. В разломе имелись высокие пещеры, хоть какие-то пространства, здесь же просто длинные бесконечные коридоры, петляющие, пересекающие и переплетающие друг друга. Я потерял счёт времени, продолжая методично и планомерно закрывать участок за участком. Не имея даже малейшего представления о том, где может находиться мерцающая дверь, как назвал её Оливер, я собирался добиться такого состояния карты, чтобы на ней не оставалось ни одного нераскрытого участка. Лабиринт оказался достаточно гадким. Если бы не трёхмерная карта с отображением текущего положения, то заблудиться в нём было бы раз плюнуть. Слишком часто всё пересекалось, разветвлялось и объединялось. Единственное, что меня больше всего расстраивало — атака солдата Фарафо оказалась единственной. Больше меня порождения тумана не дёргали, лишая такой важной штуки, как добыча. Жадные твари, какие… Что им, умереть жалко?

Спустя бесконечность у меня возникла мысль о том, что никакого прохода, на самом деле, не существует. Что мастер Оливер обманул глупого светлого, чтобы как можно скорей убраться живым и здоровым подальше из этих мест. Я уселся и принялся крутить карту вдоль и поперёк, выискивая проходы, в которых мне ещё не довелось побывать. Никакой мерцающей двери не было и в помине. Разве что… Да, в одном дальнем крае я обнаружил ещё один проход, что каким-то образом умудрился пропустить. Он уходил в сторону и, что удивительно, больше не объединялся с лабиринтом. Наверно, из-за этого я его и упустил. Тяжело вздохнув, я собрал волю в кулак и поплёлся к этой точке. О том, что меня когда-то сытно накормили, я уже даже и не помнил. Не было такого…

Звуки боя я услышал задолго до того, как увидел сражающихся. Своеобразное шипение огня, свист летающих стрел, взрывы тёмных шаров — в этом шуме оказалось намешано столько всего, что определить количество сражающихся было определённо невозможно. Неужели мастер Оливер решил ещё раз рискнуть и вошёл в подземелье? Без стрел из вирмы — чистое самоубийство, как мне казалось. Побежав вперёд, я практически сразу остановился, спрятал световой кристалл в куртке и скрылся в боковом походе. Метрах в десяти впереди из-за поворота показался маг, активно отправляющий огненные шары дальше по коридору. Меня он не увидел — всё внимание незнакомца было сосредоточено на своём текущем противнике. Маны было жалко, но не потратить её я права не имел. Любая информация была на вес золота.

Серый мастер ???

Несмотря на столь скудное название, параметры нового гостя лабиринта значительно превосходили те, что имелись у мастера Оливера. Да и выглядел этот тёмный гораздо богаче, что ли. Более дорогая одежда, более дорогие украшения, более дорогая амуниция, о магических камнях и говорить не приходилось — набор вызывал у меня немалый интерес. Даже не сам набор, сколько уровни камней — ни одного ниже десятого уровня среди них не было. Следом за серым двигались трое верховных обращённых, не переставая стрелять из луков туда же, куда и их господин. На этих я даже ману тратить не стал. Одежда, по которой я так сходил с ума, выдавала их с головой.

Процессия пятилась и, наконец, из-за поворота показались их противники. У меня даже на душе потеплело — трое солдат! Трое! Вот, значит, что эти уродцы задумали — они от меня бегать начали! Раз я их с такой лёгкостью убиваю, то какой смысл попадаться мне на пути, если в лабиринт уже вошли новые гости? Вот же твари жадные!

Атаки серого мастера и обращённых не наносили видимого вреда солдатам. Стрелы вонзались в тело, но неглубоко, превращая яйцеобразных тварей в страшных ёжиков. Огненные шары тут же эти «иголки» сжигали, не в силах пробить толстую кожу. Маг не паниковал — уровень его маны на порядок превосходил мой. Он мог хоть сутки напролёт атаковать порождения Фарафо, не думая о флаконах на ману.

Неожиданно один из солдат покачнулся — стрела попала ему в глаза. Он замедлился, и я сразу решил обозначить всем своё присутствие. Буду медлить — останусь без добычи! Зеркало находилось на мне на постоянной основе, так что я открыл заглушку и активировал тёмную ауру. Обращённые привычно превратились в статуи, запевшие песнь призыва. Тройка порождений Фарафо завалилась и принялась смешно кататься из стороны в сторону, пытаясь погасить сжигающий их внутренний огонь. Но вот чего я точно не ожидал, что безымянный серый мастер вместо того, чтобы упасть на пол и как все нормальные существа начать биться в припадках, резко повернётся в мою сторону и, даже не спрашивая, кто я такой и что тут делаю, влепит по мне из своего огненного шара. Защита привычно справилась и даже вернула сгусток обратно, но меня обдало неприятным жаром. Сильно обдало, я даже инстинктивно прикрыл лицо рукой, спасая глаза. Против своего же создателя огонь не смог сделать ровным счётом ничего — он бессильно рухнул на пол, на несколько мгновений сжигая находящийся там туман.

— Ещё раз выстрелишь, получишь болт между глаз! — прокричал я, направив руку в сторону незнакомца. Однако это не сработало — в мою сторону полетел следующий снаряд. Перерыв между атаками составлял всего полторы секунды — тринадцатый уровень камня «Огненный шар» в совокупности с довольно интересным параметром «Скорость снарядов», который я раньше никогда не встречал, творили настоящие чудеса. Учитывая, что у огненного шара имелись ещё и специфические камни поддержки, такие как «Скорость заклинания», «Горение», «Увеличение огненного урона» и «Пробивание сопротивление огню», а сверху всё это усиливалось впервые встреченной мной аурой, что в данном случае называлась «Жгучая боль», заявившийся в наши земли противник на порядок превосходил всех, кого я встречал ранее. Пусть и повторюсь, но этот гад каким-то образом умудрился противостоять эксклюзивному тёмному с девятого уровня разлома! Всего за два месяца я привык считать себя уникальным человеком по этому вопросу, так что встретить прямого конкурента оказалось неприятно. Тем более такого сильного конкурента!

Ладно, сам напросился! Судя по поведению серого мастера, вступать в переговоры он не собирался. Кстати, я выяснил интересную деталь — мастерами тёмные называли тех, кто открыл для себя модель развития. То есть это не наставники или владельцы каких-то уникальных знаний, а просто получившие доступ к определённому функционалу люди. Или нелюди, среди тёмных встречались и представители иных рас. Вообще, если верить мастеру Оливеру, три огромнейшие империи светлых, окружённые от всего остального мира горами, морями и Стенами, на самом деле являются лишь небольшим островком «Света», который не уничтожают сугубо из-за разломов, ресурсов и лени. Все основные события этого мира происходят далеко на западе, там, где находится столица тёмных Керукс.

Но всё это было лирическим отступлением. Дождавшись очередного огненного взрыва, я без сожалений отправил болт из вирмы в полёт. Тёмная песня обращённых длится всего минуту, после чего откроется портал и сюда явятся твари с головами быков. Мне, конечно, хотелось бы посмотреть, что умеет та парочка, но здесь активируется сразу три портала, а с шестью неизвестными противниками сражаться такое себе удовольствие. Мне одного мага хватает выше крыши, тем более что лицо всего после четырёх выстрелов горело так, словно меня над костром наклонили.

На лице серого появилось чувство безграничного удивления, когда болт прошил всю его защиту и врезался в лоб. Вот только уничтожить живучую заразу с первой попытки у меня не получилось. На груди вспыхнули сразу три амулета блокировки смертельного урона, ничего не сумев противопоставить вирме, но пламя в районе плеча, что с лёгкостью прожгло одежду, справилось со своей целью. Звякнул металл о камень — арбалетный болт отлетел от лба серого мастера точно также, как от лба Карины Фарди. На моём пути попался ещё один урод с печатью!

— Передавай привет Скрону! — зло произнёс я, подбегая к застывшему магу и вонзая шип тому в подбородок. На этот раз сопротивления не было и противник так и рухнул на пол с широкими от удивления глазами. Минус конкурент по разломам. Оставив тело, которое хотелось тщательно изучить, я оборвал три тёмные песни, причём едва ли не в последнее мгновение — третий обращённый даже нож успел достать, чтобы полоснуть себя по горлу и вспороть живот. Лабиринт вновь погрузился в тишину, которую нарушали катающиеся от стены к стене солдаты Фарафо.

С них я и решил начать — мёртвые подождут. Зажав между ног первого монстра, я приступил к вскрытию. Порождение тумана продолжило дёргаться, не обращая внимания на страшные раны и, наконец, превратилось в туман, когда я вырвал из него ценную добычу. Аналогично я поступил с двумя другими солдатами, увеличив количество камней для огранки до восьми штук, а осколков Туманника до тринадцати, после чего, наконец, вернулся к тем, кто в туман превращаться явно не собирался.

Прежде всего меня заинтересовала система освещения. Если у меня это был синий кристалл из разлома, с которым постоянно возникали определённые трудности, то что у мага, что у его боевой тройки за освещение отвечал обруч, что надевался на голову. Кроме того, что обруч помогал держать длинные волосы, к его центральной части был приделан длинный, но тонкий стержень, заканчивающийся небольшим драгоценным камнем. Размерами он едва превосходил фалангу мизинца, но давал столько белого света, что на него было больно смотреть! На порядок больше, чем мой кристалл! Стержень снимался с обруча и, судя по форме, мог крепиться к чему-то ещё. Не обязательно к обручу, похожему на предмет женского гардероба. Я, к примеру, надевать такой в обществе не хотел бы. Не поймут. Хотя что маг, что трое его обращённых такими предрассудками не страдали. Ведь определяющее значение здесь имело то, что такая система позволяла равномерно освещать пространство и не блокировала одну руку. Ладно, сейчас надену, потом придумаю, куда и как переставить стержень.

Наступив на горло собственной жадности, я не стал раздевать верховных обращённых. У меня уже имелось достаточно комплектов их одежды, так что портному должно хватить. Всё, что я сделал — вытащил их магические камни, да проверил каждую оставшуюся стрелу на предмет изготовления из вирмы. Как проверял? Элементарно — пытался пробить свой купол. Если стрела не отклонялась, спокойно проходя сквозь щит, значит, она была сделана из ценнейшего металла. Вот только ни одной такой стрелы не оказалось. Отклонялись все. Закончив с обращёнными, я, наконец, подступил к магу.

Прежде всего рюкзак. Сняв его, я удивился, насколько интересно и правильно он был сделан. Мой, по сравнению с этим, выглядел как корявая повозка из дальнего хутора рядом с императорской каретой. Вроде обе предназначены для того, чтобы транспортировать людей, но и по удобству, и по концепции отличия были огромны. Вот только содержимое оказалось слегка неожиданным. Чего стоило только одно ручное зеркальце, обрамлённое золотом и драгоценными камнями! Пудра, помада, румяна… Когда я вытащил комплект нижнего белья, начали закрадываться смутные подозрения. Отложив рюкзак, я снял верхнюю одежду с убитого мастера и тяжело вздохнул. Безымянный мастер оказался женщиной. Вместо того, чтобы бегать по балам и приёмам, она явилась в нашу империю и пыталась меня убить, даже не думая договариваться. Сожалел я о том, что убил? Нисколько! Либо я, либо меня. Третьего не дано. Стальной клинок с лёгкостью разрезал плоть и вскоре в моих руках оказалось целая горсть магических камней. К сожалению, конкретно для меня все эти камни были бесполезны — большая их часть была ориентирована на огненный урон. Даже аура «Жгучая злоба». Она удерживала десять процентов маны и добавляла вылетающему огненному шару дополнительные усиления. Полагаю, Алексий, мой маг, преподаватель и учитель, с радостью получит эти камушки, особенно учитывая их уровень. Защитные камни у убитой тоже не отличались для меня особой ценностью. Классический «Магических доспех» с тремя гранями и привычные камни поддержки. Всё! Больше в магическое поле четыре на четыре женщина ничего запихнуть себе не смогла. Не повезло ей с начальной инициацией.

Какое-то время я смотрел на женские штучки, думая, как с ними поступить, но рука не поднялась их выкинуть. Как ни крути, но выглядело всё достаточно красиво и невероятно богато. Конечно, я не считал себя большим знатоком всех этих аксессуаров, но уверен — моим звёздочкам такой подарок обязательно понравится. К тому же на каждом предмете имелось странное замысловатое клеймо, похожее на клубок из трёх змей. Судя по всему — символ клана, к которому принадлежала убитая. Хоть так определю, кто заявился в мои руины. Да, это мои руины и отдавать их кому-либо я не намерен.

Закончив с камнями и рюкзаком, я приступил к карманам и украшениям. Три амулета пришли в негодность, но женщина явно относилась к любителям цацек. На её шее обнаружилось ещё два амулета. Разные символы на камнях показывали, что предназначены они каждый для своей задачи, но, как обычно, мне просто не хватило знаний, чтобы понять для каких конкретно задач они предназначались. Рисковать и нацеплять на себя непроверенные камни я не хотел, так что кинул их в свой новый рюкзак и, наконец, добрался до пальцев, где обнаружились два золотых и одно красное кольцо. Вот сейчас я точно понимал, что мне придётся потратить тридцать процентом маны на «Анализ», чтобы исследовать свою добычу.

Эксклюзивное кольцо покорителя разломов. Значительно уменьшает влияние тьмы, позволяет блокировать ментальные атаки, позволяет блокировать ауру «Кровотечение», позволяет блокировать проклятье «Ослабление», позволяет блокировать проклятье «Иссушение», уменьшает резервацию маны аурами на 20%.

Кольцо с лёгкостью подстроилось под мой палец и встало на него, как литое. Словно его только под меня и делали. Блокировка ауры «Кровотечение» для меня была бесполезной, гварды, что её насылали, меня всячески игнорировали, зато всё остальное выглядело до жути «вкусно». Особенно блокировка проклятия «Иссушение», с помощью которого серый мастер Мерам умудрился превратить меня в беспомощный комок мяса. Теперь стало понятно, каким образом женщина умудрилась противостоять ауре эксклюзивного тёмного с девятого уровня разлома. Я-то уже начал печалиться, что у меня конкуренты завелись, а это всего лишь способность кольца.

Больше ничего интересного я обнаружить не сумел. Небольшой мешок с золотом, явно не имперской чеканки, десяток эликсиров на ману и восстановление, три неизвестных флакона, которые я тут же отправил в рюкзак и, собственно, всё. Ни записок, ни информации, с кем мне пришлось пересечься. Маг так и остался безымянным. Свет с ним!

Нацепив обруч со световым камнем на голову, я пошёл дальше по коридору. Сейчас, когда к руинам начали подходить группы тёмных, каждый час был на вес золота. И, как всегда, изначальный план полетел к Скрону — я-то хотел встретить всех на поверхности, напав из засады. Ха! Слишком много пришлось потратить времени на этот проклятый лабиринт, в котором я так ещё и не нашёл нужный проход. Причём мне кровь из носу нужно первым перейти на второй уровень. Ибо только в этом случае я получу свободное очко параметров, что можно использовать для открытия очередной точки на модели развития. Серый мастер Оливер, к примеру, своё очко параметром уже получил, став первым, кто вошёл в лабиринт. Чуть не прибил его за это!

— Алия, хватит спать. А, ты не спишь? Перечитываешь то, что я тебе надиктовал… Очень хорошо. Спроси у Злого Инженера, какому из тёмных кланов принадлежит символ в виде трёх переплетённых змей. Я тут ненароком одного их представителя прикончил.

## Глава 13

Что могу сказать — мне в очередной раз удалось знатно вляпаться. Если верить Алии, Злой Инженер настоятельно рекомендовал мне развернуть караты, приставить их к груди и активировать, обрывая свою бестолковую жизнь. Ибо когда верхушка клана Гурфанов узнает о том, кто прикончил одного из их представителей, причём явно не самых последних, за мной придут даже на край света. Гурфаны славились своим щепетильным отношением к мести.

Пришлось возвращаться обратно. Мой старый рюкзак остался рядом с телом. Вернее, с тем местом, где тело когда-то находилось. Когда я вернулся, не обнаружил ни мёртвой женщины, ни верховных обращённых. Всех сожрали. Причём обращённых сожрали вместе с одеждой, в то время как на валяющийся неподалёку рюкзак даже не позарились. Что автоматически создавало новую проблему — каким образом я объясню наличие у меня личных вещей убитой? Почему их не сожрала тварь? Рассказать о том, что я нашёл рюкзак на полу? Так это бред — снимать такой удобный рюкзак нет никакого смысла. Тем более магу. Тем более во время боя. Оставлять здесь свою добычу тоже не вариант — если её кто-нибудь найдёт, обязательно начнёт задавать вопросы о хозяине. К тому же не одним рюкзаком дело ограничивается — обручи, к которым я умудрился привыкнуть за время ношения, тоже имели знаки клана Гурфанов. Найти какую-нибудь группу, убить её и распихать такие заметные вещи среди их тел, чтобы туманные твари всё сожрали? Так не хочу. Вообще, с чего это я начал волноваться? Сейчас женщина числится пропавшей без вести, пусть так и будет. Выберусь из руин, закопаю такой удобный рюкзак где-нибудь под деревом и дело с концом. Никого не видел, ничего не знаю, о Гурфанах впервые слышу. План? Проклятье, уже боюсь произносить это слово.

Пришлось перекладывать все свои личные вещи обратно в старый рюкзак, оставив в новом только предметы убитой. На всякий случай походив по этому месту, убедившись, что ничего более ценного здесь не осталось, я всё же выдвинулся к тому единственному проходу, который ещё не изучил. Дорога была длинной, но спокойной. Никто на меня не нападал, никто на моём пути не пытался сражаться с порождениями Фарафо. Тишь да благодать. Всегда бы так.

Когда я добрался до нужной точки, пиктограмма карты на строке состояния принялась активно мигать, привлекая внимание. Открыв её, я увидел огромное трёхмерное изображение лабиринта, который мне довелось пройти. Я видел эту картинку и раньше, но сейчас в верхнем левом углу локации появилась зелёная галочка и надпись «100%». Проход, до которого я добрался, на карте значительно увеличился, словно он разом стал длинной в несколько километров и заканчивался в новой неизведанной области. Что было довольно странно, так как в нескольких метрах от меня находилась та самая мерцающая пелена, о которой говорил серый мастер Оливер. Несколько шагов, секундное замешательство и я очутился в новом коридоре, разительно отличающимся от старого. Никаких гладких стен — кругом имелись каменные наросты, ноги слегка утопали в гальке. Окружение настолько походило на разлом, что я даже начал беспокоиться о своей печати — вдруг она решит, что я попал в вотчину Хозяина и увеличит счётчик? Однако сообщений не было, а открыв настройки, я убедился, что ничего подобного не произошло — мне по-прежнему было разрешено посетить две дырки в земле. Развернувшись, я увидел пелену, что привела меня к этому месту, а карта, что вновь начала активно мигать, показала, что я за доли секунды очутился в другой локации, словно мне удалось пробежать коридор длинной в несколько километров меньше чем за секунду.

Портал? Очень на него похоже. Я сделал шаг назад и вновь ощутил секундное замешательство. Когда всё нормализовалось, я вновь очутился в лабиринте, но кое-что изменилось — мерцающей пелены перед глазами больше не было. Как и коридора-ответвления. Если судить по замигавшей карте, проход-кишка изменил своё положение, переместившись почти на километр от текущей точки. Коварный механизм руин всячески старался защитить источник своей силы, не пуская исследователей на следующий уровень. Вернее, пуская их по одному, чтобы проще было с ними справиться.

Пришлось пробежаться, чтобы успеть к текущему проходу до того, как на него наткнётся кто-то другой. Теперь, к слову, стало понятно, почему я пропустил этот проход раньше — кто-то его уже нашёл до меня. Этого ответвления просто не существовало, когда я проходил мимо! Что было обидно — я уже рассчитывал на свободное очко для модели развития. Даже имея два дня форы, тяжело соревноваться с теми, кто владеет информацией.

Добравшись до места, я сразу вошёл в портал, приготовившись к битве — тот, кто вошёл на второй уровень первым, наверняка не обрадуется конкуренту. Вокруг меня вновь возник похожий на разлом коридор, но на этот раз в нём произошли изменения — меня встретила гроздь тёмных шаров. Сразу пятеро солдат Фарафо явились засвидетельствовать мне своё почтение путём пробития смертоносными «солнцами» в грудь. Увернуться от всех выстрелов мне не удалось, так что пришлось экстренно восстанавливать ману. Вот только второй волны тёмных шаров, что могла меня добить, не последовало. Порождения Фарафо катались по полу, попав под действие тёмной ауры. Что я, зря к битве готовился?

Однако дальше начало то, к чему меня жизнь не готовила. Добравшись до первой туманной твари, я разрезал её пополам, выискивая добычу, но ничего похожего на камень огранки или хотя бы осколка Туманника у солдата Фарафо не было! Тело растаяло, вернувшись обратно в туман и оставив меня в полном замешательстве. Как же так? Это же ближний бой! Почему ничего не осталось? Ошибка? Случайность?

Закономерность!

Второй туманный монстр тоже ничего после себя не оставил, как и третий. Слегка расстроившись, я направил заряженный арбалет в сторону четвёртого и, дождавшись удобного момента, выстрелил. Болт из вирмы беспрепятственно проник в тело и практически сразу звякнул о камни — солдат Фарафо испарился мгновенно. Вот только перед тем, как испариться, я успел заметить небольшой камушек, что рухнул в туман вместе с моим болтом. Бросившись вперёд, я поднял болт и несколько минут перебирал камни один за другим, откидывая их в сторону. Пятый катающийся монстр постоянно в меня врезался, из-за чего ноги проскальзывали и накидывали мелкую гальку в ту область, что я так старательно очищал. В какой-то момент мне уже начало казаться, что показалось и я видел игру теней, когда очередной поднятый из плотного тумана камень не оказался огранкой. Девятым в моей коллекции.

Вот теперь я окончательно перестал понимать суть происходящего. Почему одни туманные монстры дают награду только за убийство в ближнем бою, другие — если убить их издали? В чем отличия между ними? Зажав между ногами последнего солдата Фарафо, я принялся крутить его в разные стороны, пытаясь найти хоть какое-то объяснение происходящему. В чём отличие этой яйцеобразной твари от тех, что я уничтожал раньше? Неужели всё дело только в локации, в которой их уничтожают?

Ответа я так и не нашёл. Полагаю, даже тёмные не изучали солдат Фарафо так досконально, как это только что сделал я. Каждая морщинка противной кожи, каждый закоулок, даже пасть и ту открыл, заглянув внутрь. Всё бесполезно. Ничто не навело меня на понимание того, почему конкретно с этой пятёрки чудищ награда падает только в случае уничтожения их издали. Причём падает без осколков Туманника. Пришлось перезаряжать арбалет, отходить и пускаться на поиски десятого камня огранки. То, что он существует, я успел заметить.

Оставаться в коридоре смысла я больше не видел. Рано или поздно проход найдёт ещё одна группа тёмных, и, если среди них окажется очередной покоритель разломов, мне придётся несладко. К тому же стоило догнать ту группу, что заявилась сюда первой и уже успела скрыться.

Я вышел из коридора и очутился в казавшимся девственном помещении. Оно было таким огромным, что моё новое освещение не доставало до потолка. Он терялся где-то в кромешной мгле. Не доставал я и до противоположного края, до которого мне нужно было добраться. Радовало, или печалило, я ещё не определился со своими чувствами, то, что никакой группы в обозримом пространстве не было. Либо шустрики уже успели миновать второй уровень, либо прекратили своё существование. Я даже прислушался, пытаясь услышать звуки битвы или хотя бы шагов по камням. Ничего. Кругом стояла оглушающая тишина, из-за чего я, сам того не ожидая, начал тихонько напевать себе мелодию из детства. Ненавижу абсолютную тишину. Она никогда до добра не доводит.

Из плотного тумана, закрывшего весь пол, возвышались камни. Как большие, примерно в три моих роста, так и маленькие, едва выходящие из тумана. Несмотря на кажущуюся хаотичность, камни формировали вполне чёткую структуру безопасных островков, по которым при желании можно было прыгать, не вступая в туман. Я недовольно вздохнул — ни о чём похожем серый мастер мне не говорил. По его словам, второй уровень представлял собой обычное поле для сражений, которое нужно пересечь, желательно оставшись при этом живым. Ни о каких испытаниях он не говорил, как и об акробатических представлениях.

Я сделал несколько шагов к ближайшему камню и туман заходил волнами, порождая туманных тварей. Те, что находились ко мне близко, тут же завалились и начали привычно кататься в разные стороны, но намного моей ауры не хватало. Максимум десять метров. Порождения, что не попали в зону действия, явно приготовились к битве. Солдаты сложили руки, сержанты направили на меня свои клешни, приспешники «рыбы» целыми стаями выпрыгивали из воды, надеясь вцепиться во вкусную плоть. Вот только никто не нападал, словно ждали от меня первого шага.

И я его сделал. Прыгать по камням я смысла не видел — пустая трата времени. Какое-то время во мне боролось желание заняться массовым геноцидом порождений Фарафо с дальнейшим их расчленением и поиском кристаллов развития и камней огранки, но меня не оставляла мысль о том, что я опаздываю. Группа, что явилась сюда первой, могла уже добраться до майора и присвоить себе мой алтарь. Серый мастер Оливер описал его как увесистую каменную конструкцию, которую не так-то просто унести, но кто знает этих тёмных? Может, у них какой-то особый способ транспортировки имеется? Или откроют свой портал и чудища с головами быков помогут утащить каменюку в локации тёмных. Такого допустить я никак не мог. Поэтому набрав воздуха, я словно в омут бросился вперёд, готовясь уклоняться от любых атак противника.

Оказалось, что не зря я так сделал! Тёмные шары полетели в меня со всех сторон! Мне удалось сделать всего несколько шагов и тут же пришлось отпрыгивать обратно, уходя в сторону от массированной атаки. Снаряды врезались в невидимую преграду буквально в нескольких метрах от меня и взрывались, не причиняя мне неприятностей. Вне арены атаки туманных монстров проникнуть права не имели. Новость, конечно, была хорошей, но не настолько, чтобы я тут же запрыгал от радости. Мне по-прежнему требовалось пробраться на противоположную сторону.

Стоп! Магия была бессильна? Где-то такое я уже видел. Совсем недавно, причём! Мой взор остановился на ближайшем ко мне двухметровом сержанте Фарафо. Он находился достаточно близко к краю арены, чтобы попасть под тёмную ауру, но, в отличие от обычных солдат, что уже выкатились из зоны действия зеркала, просто стоял на месте и дрожал, словно на морозе. Чем это не вариант?

Я сделал шаг вперёд, на арену, вынуждая яйцеобразных тварей вновь меня атаковать. Волна шаров понеслась в мою сторону, и я сделал шаг назад, сбегая с арены. Тёмная энергия вновь бессильно облизала границы доступной ей локации и в этот момент я выпрыгнул вперёд, побежав на пределе своих сил. Солдаты Фарафо отреагировали мгновенно — новая порция снарядов появилась в воздухе, но у меня имелось в запасе несколько мгновений, прежде чем эти «солнца» меня достигнут. Чем я и воспользовался. Схватив сержанта за костяную броню, я потащил его в краю арены, успев по дороге подивиться его тяжести. Весила эта двухметровая тварь как…как трёхметровая!

Снаряды меня догнали, когда до края арены оставалось буквально два шага. Сержанта основательно тряхнуло, во все стороны полетели ошмётки тёмной плоти. Я зашатался, но умудрился удержаться на ногах. Вытаскивать свою добычу за пределы арены не рискнул — вдруг она сразу превратится в туман? Так что я остановился у самого края и, выгадав удобный момент, развернул сержанта лицом к себе, подставляя туманным монстрам его спину. От лицевой части почти ничего не осталось — шары порождений Фарафо явно умели игнорировать защиту своих сородичей. Щупальца остались где-то позади, голова держалась на честном слове, одна клешня оказалась оторвана. Но каким-то невероятным образом сержант оставался жив! Непрекращающаяся дрожь это подтверждала.

Активировав катару, я приступил к уже привычному делу — художественному вырезанию черепашки из её панциря. Когда тело туманного монстра рухнуло в туман, продолжая дрожать, мне не потребовалось его добивать — это сделали солдаты. Один из шаров врезался в тёмную плоть и дрожь прекратилась. В голове тут же начался обратный отсчёт до взрыва. Рухнув на камни, я накрылся костяной бронёй, как крышкой саркофага. Взрыв разметал туман в разные стороны и едва не сорвал мою защиту. Если бы я не вцепился в неё мёртвой хваткой, так бы и случилось. Однако мне удалось удержать костяную броню и даже увидеть гальку, на которой я валялся. Обычные камни, ничего интересного. Яйцеобразные твари продолжили выпускать в мою сторону тёмные шары, что взрывались при контакте с моей новой защитой, но вреда не наносили. Ухмыльнувшись, я пополз вперёд, продолжая атаковать аурой ближайших ко мне туманных монстров.

Второй уровень подземелья древних руин постепенно поднимал лапки к верху, признавая себя побеждённым. Меня ждала следующая мерцающая пелена.

(Кабинет ректора строящейся магической академии, Турб, вечером этого дня)

— Вызывал? — магистр Зурган Шор вошёл в кабинет без стука. Какой смысл стучаться одному из самый доверенных людей ректора?

— Да, садись, есть информация, — Кималь Саренто излучал радость. Новость, что доставили ему несколько часов назад, переводила его планы на новый уровень и сейчас пришло время воспользоваться ситуацией. — Я получил донесение из юго-восточного региона.

— Мальчишку схватили? — магистр сохранил лицо, хотя этот вопрос интересовал его больше всего.

— Мальчишку? — ректор даже нахмурился. — А! Ты о Максимилиане Валевском? Как же его могут схватить, если он даже не отправлялся туда?

— Вот сейчас не понял, — опешил магистр.

— Что непонятного? Мой преподаватель, Максимилиан Валевский, в данный момент находится где угодно, но точно не в юго-восточном регионе Заракской империи.

— Но…, — магистр Зурган Шор пребывал в крайне неприятной для себя ситуации. Он не понимал, что происходит. — Ты же сказал, что есть информация?

— Есть. Только она совершенно не касается Максимилиана Валевского. Новость, конечно, не самая свежая, но вполне себе важная. Вчера вечером на отряд из двух искателей моей академии было совершено нападение, представляешь? Кто-то решил, что убить двух подготовленных магов будет довольно хорошей шуткой.

— Искателей? У тебя в юго-восточном регионе есть искатели?

— Что за странный вопрос? Ты же прекрасно знаешь, что они есть у меня везде, где только можно. Магические камни, знаешь ли, сами собой в академию не идут. Но не суть. Важно то, что мои героические искатели сумели отразить атаку и, воспользовавшись тем обстоятельством, что в юго-восточном регионе сейчас полным-полно гвардейцев императора и цепных псов тайной канцелярии, сумели определить, кто отдал приказ о нападении и наведались в гости к заказчику. Хотели просто спросить, почему произошло такое недоразумение, но тут случилось непредвиденное — люди, что находились в этом доме, напали на гвардейцев императора! Представляешь! Посреди белого дня, на глазах у сотен свидетелей! Конечно же такой случай нельзя было оставить без внимания. Произошёл штурм дома, чтобы призвать преступников к ответу, и было обнаружено нечто невозможное. То, за что людей отправляют на плаху без суда и следствия, невзирая на все их титулы, положение и деньги. В доме были обнаружены механизмы по производству эликсиров! Маны, восстановления, уровня камней. И всё это не просто находилось на хранении — всё это активно работало! Просто чудо, что среди тех, кто брал этот дом штурмом, оказались верные магической академии люди, наделённые властью. Они сумели погасить возмущение и не позволили устроить самосуд на месте. Механизмы, как и самих преступников, направили под усиленным конвоем сюда, полагаю, уже завтра они должны быть здесь.

— Интересная история, только я не очень понимаю, зачем ты мне рассказываешь о событиях вне стен нашей академии, — магистр Зурган Шор недовольно пожевал губами. — Как будто у меня своих проблем нет, чтобы забивать голову ещё другими.

— Так я только подхожу к главному, — неизменная улыбка на лице Кималя Саренто бесила магистра. — Дом, в котором были обнаружены устройства, принадлежит герцогу Одоевскому. Завтра, когда сюда доставят пленников, их основательно допросят, чтобы понять связь между графом Фарди и этими устройствами. Если подтвердится, что герцог знал о существовании механизмов, его уже ничто не спасёт. Наказание за такое предательство только одно — плаха. Мне даже интересно, как это повлияет на твои планы, Господин? Сможешь ли ты начать свой великий переворот без ключевого игрока? Сумеешь ли взойти на трон без поддержки Одоевского? Или мы сможет договориться и группа, что везёт сюда устройства, неожиданно бесследно исчезнет?

— Что ты хочешь? — небрежность мгновенно слетела с лица магистра Зурган Шора, превратив его в хищного зверя. Кем он, по сути, и являлся.

— Вот это другой разговор, — ответил Кималь Саренто, тоже убирая маску добродушного дядечки. Перед тем, кто называл себя Господином, предстал истинный хозяин магической академии. Умный и жестокий. — У меня нет желания мешать твоей маленькой игре, Зурган Шор. Или тебя лучше называть Зурганом Лертаном, двоюродным братом императора Девалога шестого? Тот, кого вот уже двадцать лет считают безвременно ушедшим из жизни?

— Так ты и это знаешь? — кулаки Зургана бессильно сжались. За двадцать лет службы в академии он был едва ли не самым информированным человеком об истинных возможностях ректора, поэтому даже не думал атаковать. Не сейчас. Не здесь, в месте его силы. Главное выбраться отсюда живым!

— Я много чего знаю, ваше будущее величество. Повторюсь — я не собираюсь вмешиваться. Когда ты захватишь дворец, магическая академия останется в стороне. Но это произойдёт только в одном случае — если ты оставишь меня и моё детище в покое. Мне нужна независимость и полное сохранение всех текущих привилегий, что я получаю от империи.

— И всё? — искренне удивился Зурган. — Ты решил раскрыться только ради того, чтобы просто сохранить то, что есть сейчас? Ты, кто сам грезит об императорском троне?

— В мои ближайшие планы не входит захват власти. Это, видишь ли, не самая весёлая работа. Да, я просто хочу сохранить в силе все текущие договорённости, что действуют между мной и Заракской империей. Обучение, магические смертники, эксперименты, камни и, конечно же, торговля с тёмными. Да кому я рассказываю — ты лучше меня знаешь, чем мы занимаемся. Ты становишься императором, подтверждаешь наши полномочия, мы признаём тебя законным правителем и живём дальше.

— Что с Миральдой Лертан? Девчонка ещё полгода будет твоей ученицей.

— Я чётко обозначил свои приоритеты. Академию ты не трогаешь. Как и всех, кто в ней находится. Полагаю, полгода, пока она заканчивает третий курс, подождать ты сможешь.

— Что помешает мне раздавить академию, как только я стану императором? Как ты заставишь меня держать данное слово? Ты же должен понимать, что я просто так это не оставлю.

— Что помещает? Это, — Кималь Саренто вытащил из ящика несколько листов бумаги.

— Что это? Очередной бесполезный договор? — Зурган Шор (Лертан) даже не взглянул на документы.

— Нет, намного лучше. Это стенография нескольких интересных разговоров. Это — твоего с тёмным мастером Эльором, в котором ты требуешь устройства для производства эликсиров. Это — с герцогом Одоевским, в котором ты объясняешь важность независимого производства эликсиров. Это — вашего якобы тайного совещания, на котором ты спрашиваешь о результатах формирования эликсиров. И, наконец, гордость моего списка — письмо Папе с описанием всего происходящего. С именами, указанием, где находятся спрятанные свидетели, где находится тот, кто сделал эти стенограммы. «Истина» докажет подлинность документов, что появятся на столе Папы сразу, как только со мной что-то произойдёт. Случайно или преднамеренно. Да пусть я даже с лошади упаду и сломаю себе шею. Папа получит эти документы и моих свидетелей. Скажи мне, будущий император Зурган первый, как долго ты продержишься на троне, если Папа узнает о твоём союзе с тёмным мастером? Ты готов к войне с церковью? Не нашей насквозь прогнившей в коррупции и тьме Крепостью, а с истинной церковью Шурганской империи?

— Призрак…, — только и смог произнесли магистр Зурган Шор. Горло по какой-то причине пересохло.

— Призрак. Я даже удивлён, что ты решил, будто он работает на тебя. Это мой человек, Зурган, и только мой. Играй в свою политику, садись на свой трон, управляй империей и пытайся вытащить её из той помойной ямы, куда опрокинул твой бездарный двоюродный брат, но даже не вздумай смотреть в сторону магической академии. Она моя. Была. Есть. Будет.

— Как ты поступишь с герцогом Одоевским?

— Никак. Если мы всё же достигнем консенсуса, то устройства благополучно исчезнут и вернуться туда, откуда их, собственно, изначально и взяли. На склад академии. Герцог останется незапятнанным и продолжит свою великую деятельность по восстановлению империи. Мне нет до него никакого дела.

— Куда вернутся?! — от такой новости Зурган даже вскочил на ноги.

— То есть ты реально думал, что мастер Эльор притащил с собой из-за Стены механизмы, что достались им по такой баснословной цене? Зурган, я тебя не узнаю! С чего вдруг ты решил верить тёмному? Он приехал в столицу, мы встретились, обсудили планы, и я по сходной цене загнал ему несколько экземпляров, прекрасно понимая, куда они пойдут и где всплывут. Единственное, чего я боялся, так это что ты проявишь больше изобретательности и перенесёшь производство в другую империю, но ты решил идти по проторённой дорожке. Куда проще уничтожить целый род и оттяпать их земли с тремя разломами, чем договариваться с чужими.

— Значит, Волна тоже твоих рук дело?

— Вот тут тёмный перехитрил даже меня. Кто же знал, что у него такие грандиозные планы и такие интересные исполнители? Нет, о Волне мы не договаривались. Это полностью инициатива клана Вальдес и одного из его высших иерархов. Если бы не один наш общий знакомый, кто знает, как бы всё повернулось? Кстати, интересный вопрос — как думаешь, как отреагирует Максимилиан Валевский, если узнает, что герцог Одоевский являлся всего лишь исполнителем твоей воли? Что род Валевских уничтожен всего лишь из-за трёх разломов, на которые ты положил глаз?

— Но он же не узнает, верно? Иначе ты не стал бы со мной сейчас разговаривать. Я нужен тебе, Кималь Саренто. Нужен для твоих грандиозных планах, которые постоянно заворачивал император.

— Поэтому я не возражаю, если ты станешь руководить этими землями. Поэтому я старательно посвящал тебя во все свои якобы тайные помыслы, чтобы ты видел их важность. Да, Зурган, ты нужен мне на троне. Но и я нужен тебе.

— Как будем делить мальчишку? Он мне нужен.

— Он всем нужен, Зурган. Тебе стоило подсуетиться раньше. Сейчас Валевский является частью академии. Моей академии. И на него будут распространяться те же самые условия, что и на меня. Если тебе нужен Макс для разлома — придётся договариваться. Как с ним, так и со мной. Так что скажешь, будущий император Зурган первый? На чём мы всё же остановимся?

## Глава 14

Лёгкое головокружение и мерцающая пелена осталась позади. На этот раз карта не истерила — зелёную галочку по полному исследованию второго уровня получить мне не довелось. Вообще плевать. Плохо то, что сообщения о том, что я, наконец-то, получил свободное очко развития, перед глазами не пронеслось. Я явился на третий уровень явно не в числе первых.

Как я и полагал, стоило выйти за границу арены, как прочная костяная броня порождения Фарафо, что сумела сберечь меня от посягательство стреляющих монстров, просто растаяла, превратившись в дым. Это было довольно обидно, учитывая, что у меня на эту броню имелись определённые планы. Если бы мне удалось объединить её с той, что уже лежала в схроне на поверхности, в результате получилось бы идеальное убежище, способное сберечь жизнь в случае нападения любого существа. Пробить сталью это нельзя, магия бесполезна, вирма и та оставляешь лишь царапины. Придут за мной, скажем, представители клана Гурфанов, а я спрячусь и пусть меня выковыривают. Видимо, не судьба.

Место, куда я попал, походило на стандартный разлом. Кругом свисали или возвышались камни, синие кристаллы давали ровный приятный свет, из-за чего я убрал за ненадобностью световой обруч. Впереди виднелся коридор и проход в следующую пещеру, что как бы намекало на то, что меня может ждать на третьем испытании. Рапсы, кроны, лурги и прочая мерзость из разломов, что так пугает любого нормального человека. Собственно, это делает объяснимым появление здесь покорителя разломов с таким приятным для меня колечком. Вновь возникло непреодолимое желание проверить, что с моим счётчиком всё в порядке и сопротивляться этому не получилось. Перед глазами появилась табличка с ограничениями, где чётко было указано, что у меня осталось два разлома. Видимо, мастер Мерам, когда накладывал на меня проклятье, не полагал, что я окажусь на третьем уровне подземелья руин.

Если предположить, что местные твари будут копией тех, что проживают в обычном разломе, то снимать зеркало ни в коем случае нельзя. Я пошёл вперёд и внезапно только что не на голову с потолка свалился мой старый знакомый — рапс. Подушкообразная тварь висела на потолке, желая прыгнуть не меня сверху, но не смогла пережить тёмной ауры. Я оборвал страдания кусачей подушки и недовольно вздохнул — вновь никакой награды. Смысл уничтожать местных чудовищ исчез сам собой. Пусть этим занимаются те, кто идёт за мной следом.

Группу, что шла впереди, я так и не смог найти. Зловредный туман, что всё ещё доходил мне до колен, скрывал следы. Я шёл вперёд и передо мной с потолка пачками падали рапсы. В какой-то момент мне пришла в голову гениальная идея проверить одну теорию — у меня складывалось ощущение, что местные монстры не имеют к тёмными никакого отношения. Зажав в руках закрытый металлический куб, я оставил зеркало и вошёл в следующую пещеру, где впервые мне встретились кроны. Страшные собаки смешно дёрнули головами, словно нюхали воздух, а потом огромной толпой понеслись на меня, раскрыв страшные зубастые пасти. Сверкнули искры моей защиты и пришлось в экстренном порядке отодвигать заслонку куба. Местные чудовища оказались не чета тем, что водились на первом уровне любого разлома. Эти сжирали мою защиту с такой скоростью, что я реально начал опасаться за ману. Обошлось — кроны завалились на спины и задёргали лапами. Нескольких я прикончил, но, тоже не получив никакой добычи, оставил монстров в покое. Странное место. Вроде разлом, даже твари те же самые, вот только никакого влияния Скрона здесь даже близко не было. Словно Фарафо скопировал первый попавшийся ему на пути разлом и начал использовать его в своём подземелье.

Ускорившись, я миновал с десяток пещер, когда достиг знаковой точки — спуска на второй уровень. Да, на третьем уровне подземелья руин оказался многоуровневый классический разлом с системой собственных этажей. Когда ступил на винтовую дорогу, что должна была провести меня дальше, перед глазами внезапно высветилось сообщение:

Вы переходите на второй уровень разлома. Уровень монстров и наносимый ими урон увеличивается.

В принципе, ничего нового для меня это сообщение не несло. Я и без этого знал, что с каждым этажом твари становились опасней, но меня всё же напрягло сообщение. Что, если бы я не хотел спускаться? Здесь что, на первом уровне где-то есть ценная награда, которую могут получить не только покорители разломов?

Стало понятно, что мне следует изучить уровень целиком. С печалью посмотрев на спуск, прекрасно понимая, что чем ниже, тем более ценной может быть потенциальная добыча (если она вообще будет), я всё же вернулся и принялся бегать из пещеры в пещеру, занося их на свою карту. Тёмные твари… нет, просто твари (к тёмным местные чудовища не имели никакого отношения кроме внешнего вида) на меня не бросались. Тяжело прыгать, когда ты валяешься на полу и трясёшься от накатившего на тебя страха.

Когда пиктограмма карты начала активно мигать, привлекая моё внимание, я уже знал, что увижу — зелёную галочку и надпись «100%». В целом мои ожидания оправдались — в казавшейся конечной пещере с выходом на второй уровень появился новый проход. Он сразу бросился мне в глаза — эта область была подсвечена зелёным цветом. Бросившись обратно, я влетел в небольшую зону, в центре которой находился пустой постамент с двумя рукоятками. Они буквально кричали «положи на нас руки», чего я, конечно же, делать не стал, особенно когда потратил тридцать три процента драгоценной маны на «Анализ».

Транспортный узел первого уровня.

Кроме описания и довольно подробного пояснения у данного постамента никаких данных больше не имелось, но этого вполне хватило, чтобы я уселся прямо в туман, пытаясь определиться со своими дальнейшими действиями. Если верить описанию, а не верить ему у меня права не было, транспортный узел первого уровня отправит меня в локацию с майором, финальной тварью этой локации. Будет тяжёлый бой, в котором я, конечно же, героически одержу победу, но и в качестве награды в этом случае я получу алтарь развития первого уровня. Если я хочу получить алтарь второго уровня, мне следует спуститься на этаж ниже и целиком его изучить, чтобы открылся проход в транспортный узел второго уровня. В чем разница меня уровнями алтаря в описании сказано не было, что логика подсказывала, что мне оно точно нужно. Имелось, конечно, неприятное сообщение о том, что алтарь в локации всего один. То есть если группа, что явилась сюда до меня, не стала себя утруждать и прыгнула к финальной точке сразу, то они получат этот единственный алтарь, пусть даже и минимального уровня. Я могу спуститься хоть на тысячный уровень, если мне вздумается (мои мечты, не подтверждённые никакими основаниям), но, если меня опередят шустрики, не получу ровным счётом ничего. Кроме, разве что, морального удовлетворения от своей крутизны.

Собственно, в этом вся дилемма и заключалась. Что лучше — получить здесь и сейчас низкоуровневое устройство, которого официально нет ни у кого в Заракской империи, или всё же рискнуть и изучить три-четыре уровня? Насколько я уверен в том, что передо мной действительно идёт группа? Если оценивать количество тварей, что висело на потолках и бегало по пещерам — их никто не прореживал. Монстров здесь много. Но что я знаю о тёмных покорителях разломов? Может, они умеют беспрепятственно проходить через толпы монстров точно также, как Злой Инженер — с помощью магических камней? Проклятье! Я не хочу себе устройство с минимальными характеристиками! Я хочу брать от этой жизни всё!

— Алия, нужен совет…

Забавно, но, когда я связался с девушкой, пришло точное понимание того, как следует поступить. Алтарь развития в любом случае будет моим. Пусть даже не с этого подземелья, так с другого. Пойду к верховному епископу, выложу ему карту центрального региона и потребую указать, какие из разломов созданы церковью. Мне нужны стихийные, созданные, чтобы бороться с туманом Фарафо. Нахожу развалины, чищу разлом и получаю в своё распоряжение целое подземелье. Которое будет только моим! Чем не план?

Ненавижу это слово!

— Злой Инженер советует не изобретать телегу и сразу двигать за алтарём развития, — послышался голос Алии. — Отец Нор согласен с его мнением. Нельзя хотеть большего, не имея в запасе ровным счётом ничего.

— Понятно. А как думает личная служительница Алия?

— Какая разница, как думаю я? Ты спросил о коллегиальном мнении, я его тебе озвучила.

— Третий или четвёртый уровень, как думаешь? — закинул я удочку, чтобы подразнить Алию. Я уже рассчитывал на то, что она начнёт мне рассказывать о важности получить хоть какой-нибудь алтарь, чтобы его изучить, как послышался неожиданный ответ:

— Седьмой или даже восьмой. Если перед тобой действительно идёт группа тёмных, то какая разница, какой алтарь ты не получишь? Первого, второго или сто двадцатого уровня? Но если перед тобой никого нет, если ты ошибся и в эту локацию ещё никто не забрался, у тебя есть все шансы спуститься на седьмой-восьмой уровень, используя свою ауру. Я против того, чтобы размениваться по мелочам. Если не удастся получить алтарь в этом подземелье, найдём своё где-нибудь в центре империи. Без тёмных групп, что следуют за тобой по пятам.

— Алия, ты уже научилась читать мои мысли? — удивился я. — Наше общение плохо на тебя влияет.

— Наше общение учит меня смотреть на вещи и события под другим углом, — пояснила девушка. — Моё мнение ты знаешь, мнение большинства тоже. Я приму любое твоё решение и буду его поддерживать, даже если ты сейчас просто всё бросишь и вернёшься домой.

Я убрал руку с плеча и какое-то время смотрел в стену, улыбаясь, как полный придурок. Как же мне всё же повезло с личной служительницей! Пусть у неё нет того опыта и харизмы, как у отца Нора, зато у неё есть иные преимущества. Она умеет и готова рисковать, в отличие от своего отца и его тёмного.

Проверив плавность выхода катар, я вернулся в предыдущую пещеру и спустился на второй уровень. Смысла изучать его целиком не видел — моя задача найти проход на нижние этажи, а не гоняться за бесполезными зелёными галочками. Хотя выглядели они красиво, тут стоит признать.

Остановился я на восьмом уровне. Обитатели этого этажа перестали трястись от страха при моём приближении, а особо стойкие монстры даже пытались атаковать меня. Один раз крон так царапнул лапой, едва задев щит, что у меня половины маны не стало! Всего за один удар! Это подействовало похлеще ушата холодной воды — я прекратил беспечно бродить между чудовищами и отныне старался не оставлять за собой ни одной живой твари. Там, где я видел хоть какое-то сопротивление моей ауре — добивал из арбалета. Наконец-то пригодились те двадцать арбалетных болтов из стали, что я постоянно таскал с собой. Дело, вроде, сдвинулось и меня больше никто так не атаковал, но, когда я нашёл спуск на девятый уровень, даже не стал смотреть в его сторону. Предел своих возможностей я осознал. Оставив после себя гору уничтоженных монстров, я, наконец, заполучил желаемое — зелёную галочку на карте этажа и, как следствие, доступ к транспортному узлу восьмого уровня.

На этот раз я не сомневался и, как только подошёл к постаменту, сразу схватился за рукоятки. Пространство на мгновение померкло, чтобы оформиться в просторное помещение, похожее на огромный ангар. Голые металлические стены, небольшое озеро в центре, каким-то чудом не покрытое туманом, неизвестно откуда взявшееся освещение и целая толпа верховных обращённых, что вместе со своим господином атаковала одно из самых странных существо, что я видел в своей жизни.

Майор. Порождение Фарафо.

Такими темпами я скоро всех флаконов на ману лишусь! Майор походил на огромный пуддинг, что любили готовить наши поварихи. Разве что в высоту этот пуддинг был метра три, если сравнивать с прыгающими рядом с ним обращёнными. В ширину финальный босс подземелья руин тоже достигал приличных значений. Расстояние между нами было большим, но так, на вскидку, метров пять-шесть, не меньше. Примерно в два раза больше, чем высота. Желеобразное тело постоянно тряслось, перемещаясь таким образом из одной точки в другую, а внутри его полупрозрачного тела можно было заметить наполовину переварившееся тело. На моих глазах эта огромная туша довольно резво перетекла на новую позицию, из неё выстрелили щупальца и, словно змеи, обвили ближайшего к ней обращённого. Тот сразу застыл, как истукан, «запев» вызов портала, но его голос оборвался, когда тело погрузилось в желе и принялось активно растворяться. Майор изволил питаться, восстанавливая свои силы. «Анализ» не показал слабые места финальной твари подземелья, словно их просто не было — внутри пуддинга не было ни мозга, ни органов, вообще ничего. Просто огромная однородная масса, каким-то образом сохраняющая форму и обрётшая жизнь.

Нельзя сказать, что серый мастер, что явился на третий уровень, действовал как-то неправильно. Он ежесекундно отправлял в желе огненные шары, его оставшиеся марионетки без устали стреляли из луков, а те, у кого уже закончились стрелы, атаковали майора в ближнем бою, вырезая огромные куски плоти из монстра. Вот только эта тварь была невероятно огромной и невосприимчивой к боли. К тому же она регенерировала с поразительной скоростью, используя тела сожранных обращённых как материал для строительства. Тёмные определённо побеждали, но делали это слишком медленно и довольно с серьёзными потерями.

Решив, что без меня там точно никто не обойдётся, я решил вмешаться. В мои планы не входило позволять монстру сжирать остальных обращённых и полностью восстанавливаться. Вернув ману к максимальному значению, я на всякий случай зарядил арбалет стрелой из вирмы, после чего побежал к месту боя. Меня заметили — один из огненных шаров, вместо того чтобы врезаться в майора, полетел в мою сторону. Вот мы и определились, кто есть кто. Этот серый мастер явно не походил на Оливера, и идти на контакт со светлыми не желал. Либо был слишком жадным, чтобы делиться своей ценностью. Которой, к слову, в пещере не наблюдалось. За что мы тут хоть сражаемся? Где алтарь развития?

Вопрос остался без ответа. Прокатившись по оказавшемуся гладкому полу, пропуская обжигающий шар над собой, я оказался в оперативной близости к порождению Фарафо и врезал по нему «Тёмным шипом». Раздался страшный взрыв и во все стороны полетели ошмётки желе — «Тёмный шип» оказался крайне действенным оружием против майора. Он не сжигал, как шар серого мастера, он разрывал, формируя в теле огромные дыры. Вновь пришлось пригибаться и даже отпрыгивать в сторону — командиру первой добравшейся сюда группы явно не нравились конкуренты. Стоило, конечно, проверить его «Анализом», чтобы определиться, с кем я имею дело, но делать я этого не стал. Не думаю, что там окажется что-то такое, чего я уже не видел. Всё тёмные, что явились в эту область, имели примерно равные параметры и камни. Что убитая ранее женщина, что этот тип — все кидались прокачанными и усиленными огненными шарами.

Да и Скрон с ним! Очередное использование «Тёмного шипа» перевело всё внимание майора в мою сторону. Порождению Фарафо явно не нравилось моё поведение, и он решил высказать это лично, за считанные мгновения переместившись ко мне.

За что и поплатился. Если раньше моя тёмная аура не доставала до твари, то сейчас огромный живой пудинг столкнулся с эксклюзивным тёмным усли с девятого уровня разлома лицом к лицу. Приём настоящего разлома, а не той подделки Фарафо, через которую я сюда попал. Желе выстрелило в меня своими щупальцами, они даже умудрились обвить моё тело, но это было последнее, что порождение Фарафо смогло сделать в своей странной неестественной жизни. Тело майора задрожало, вытянулось ввысь, словно решило достать до потолка, а потом резко опало, разбрызгивая во все стороны зелёную жижу.

Я резко очутился в коконе из искр. «Золотистый купол защиты» принялся поглощать ману со чудовищной скоростью, оберегая меня от страшной смерти. Жижа, что разбросал монстр по всему ангару, оказалась едкой кислотой, что желала разъесть мою защиту и прикончить обидчика. Даже после смерти порождение Фарафо пыталось навредить. Не знаю, что сподвигло меня к прыжку в озеро. Видимо, информация находилась где-то на уровне подсознания — от яда следовало как можно скорее избавиться, и вода подходила для этого лучше всего. Озеро больше напоминало бассейн — глубина у входа сразу была в несколько метров, что позволило мне уйти под воду с головой. Помогло — мана перестала испаряться с чудовищной скоростью, но самое важное заключалось в том, что я, наконец-то, увидел цель своих страданий. На дне озера, примерно на глубине двух метров, находился огромный каменный алтарь. Он был выполнен в форме ладони, держащей раскрытую книгу. Высота этого монумента была примерно мне по грудь, ширина — чуть больше обхвата рук. Огромная, массивная и, что стало понятно сразу — тяжёлая. Как же я всё это потащу отсюда?

Вынырнув, я оценил обстановку. Досталось всем — на ногах не осталось уже никого. Туман уже скрыл всю зелёную жижу, но рисковать и вылезать я пока не хотел. Хотя прекрасно понимал, что это необходимо — кроме стонов, раздающихся со стороны серого мастера, пространство наполнили два неприятных бормотания. Верховные обращённые выжили и старались помочь выжить своему господину, призывая портал. Не сегодня!

Всё же выбравшись из озера, я с неприязнью оценил искры под ногами — зелёный яд никуда не делся, а растёкся по полу ровным слоем. Тем не менее уровень маны снижался довольно разумными темпами, не прыгая, словно взбесившийся козёл. Определив по звуку, где валялись обращённые, я подбежал к первому, но не успел — песнь оборвалась раньше. Яд всё же сделал своё дело, доконав марионетку Фарафо. Можно было и второго оставить на растерзание останков майора, но я не привык доверять судьбе. Добравшись до обращённого, я одним ударом оборвал его страдания. Невероятно, как он вообще умудрялся оставаться в живых с такими повреждениями.

Оставался лишь стонущий серый мастер. Я подошёл ближе и у меня непроизвольно дёрнулась щека от увиденного — досталось моему противнику знатно. Моя защита имела форму купола, и почти вся ядовитая жижа с майора стекла на пол. Валяющийся у моих ног тёмный использовал классический «Магический доспех». Усиленный, способный на многое, но располагающийся от кожи всего в нескольких сантиметрах. Плоть порождения Фарафо не смогла пробиться сквозь такую защиту, но создаваемые ею ядовитые пары просочились, превратив серого мастера в один огромный ошпаренный комок мяса.

— Помоги! — прохрипел серый, каким-то образом почуявший моё присутствие. — Эликсир жизни! Помоги!

— Обязательно помогу, — согласился я, вгоняя шип из вирмы прямо в висок тёмного. — Потом догоню и ещё раз помогу.

Пространство погрузилось в тишину. Никто больше не стонал, не пытался призвать портал. Разве что искры всё ещё появлялись под моими ногами, слегка шипя. Однако такая тишина длилась недолго. Раздался глухой звук, словно кто-то переключил рычаг и послышался гул работающего механизма. Заскрипели цепи, затрещали шестерёнки, туман начал истончаться и вода плотным потоком ринулась из озера, смывая любое напоминание о ядовитой плоти майора. Развернувшись к озеру, я с замиранием сердца смотрел на то, как с его глубин (не таких и огромных, правда) поднимался постамент с алтарём развития. Наконец, послышался финальный щелчок и подъем завершился. От озера не осталось и следа, как и от зелёной субстанции. Если бы я вовремя не наступил на убитого серого, его бы снесло к краю помещения и засосало в какое-то желоба, как это случилось с телами марионеток. Зачем мне понадобилось тело серого мастера? Конечно же ради добычи! Камни, кольца, амулеты и прочие ценности, что я успел заметить. Всё это должно быть моим!

Но, прежде чем приступать к мародёрству, следовало разобраться с алтарём. Стоило мне дотронуться до камня, как на строке состояния замигала новая пиктограмма. На лицо наползла довольная улыбка — у меня получилось! Пиктограмма носила простенькое название «модель развития» и мало чем отличалась от аналогичных картинок рядом, но стоило сосредоточить на ней взгляд, как я на какое-то время выпал из реальности, уставившись на огромнейшую карту звёздного неба. По-иному описать то, что предстало перед моими глазами, у меня не получалось.

Представьте тысячи стеклянных шариков, случайным образом рассыпанных по полу огромной комнаты. Все шары связаны друг с другом тонкими нитями, причём не каждый с каждым, а один шар с двумя-тремя максимум. Теперь поставьте себя в центр этой комнаты, расчистите вокруг себя место и обзовите ближайшие к вам шары: «Сила», «Ловкость», «Скорость», «Мана» и «Укрепление тела». Пять базовых параметров, что открыл мне Злой Инженер во время начального усиления. У каждого из параметров, кроме названия, имелось целочисленное значение. Те самые усиления, которые я получил во время прохождения разлома под академией. Все остальные шары этого огромного небосвода оказались неопознанными и стоило мне сосредоточить взгляд на одном из них, как обзор закрыли сообщения:

Индивидуальная генерация модели развития произведена.

Вы активировали модель развития на алтаре 8-го уровня. Вы можете видеть ячейки модели на 8 звеньев вперёд.

Доступно 11 свободных очков развития.

Довольно быстро я нашёл описание, по какой причине мне начислили такой невероятный бонус, что можно пустить как на открытие новых параметров, так и на увеличение значений уже открытых. Всё же я ошибся. Передо мной никаких групп не было!

+1 за уничтожение разлома 8-го уровня.

+3 за уничтожение разлома 15-го уровня.

+2 за уничтожение разлома 10-го уровня.

+1 за 100% изучение 1-го уровня подземелья руин Мервала.

+1 за первое посещение 2-го уровня подземелья руин Мервала.

+1 за первое посещения 3-го уровня подземелья руин Мервала.

+2 за прохождение 8-го уровня разлома в подземелье руин Мервала.

Модель развития пошла рябью и довольно огромное пятно шариков рядом с центром обрело описание. Я не смог сдержали ликующей улыбки, оценивая своё приобретение. Я знал, как и где проведу ближайшие часы! Здесь, рядом с алтарём развития, прокладывая оптимальный путь к одной из пустых ячеек, а то и сразу к двум. Да, в моей модели имелось сразу два места, куда можно было вставить кристаллы развития, и я на полном серьёзе собирался воспользоваться этой возможностью. Чтобы понимать ценность этих предметов, мне следовало прежде всего воспользоваться ими самостоятельно.

— Так-так-так, — раздавшийся женский голос заставил меня подпрыгнуть от неожиданности. Обернувшись, я увидел метрах в двадцати от себя двух верховных обращённых, что сопровождали свою госпожу. Женщина в стандартном костюме покорителей разломов, который мне уже доводилось видеть. Дорогой, удобный и, конечно же, имеющий клеймо какого-то клана, неразличимого с такого расстояния. Женщине на первый взгляд можно было дать лет двадцать семь — тридцать. Не такая юная, как Алия, но и не такая взрослая, как Элеонора. Давно на моём пути не попадались блондинки, причём настолько чистые. Расстояние между нами было достаточно большим, но тяжело было не увидеть ожог, что обезображивал левую половину лица. Вот только женщину свой внешний вид явно не смущал. Она спокойно шла в мою сторону, но остановилась возле трупа серого мастера, что всё ещё валялся на полу.

— Значит, Юстиан всё же успел меня опередить? Обидно. Придётся его семье выплачивать заслуженный выигрыш. Молодой человек, не припомню, чтобы ты присутствовал на собрании искателей. Объяснишь, что ты тут делаешь? И почему в виске одного из моих конкурентов зияет такая некрасивая дырка? Насколько мне известно, майоры Фарафо такую не оставляют.

«Анализ» вывел перед глазами ворох сообщений, заставивших по-иному посмотреть на моё место в этом мире. Передо мной находился ещё один монстр уровня мастера Мерама. Опасная, смертоносная и могучая женщина с лёгкостью могла взломать любую защиту, которую я только мог бы поставить. Но самое страшное для себя я увидел в описании.

Тёмный мастер ???

Сюда явился истинный приверженец Скрона.

## Глава 15

— Ты решил меня проигнорировать? — незнакомка красноречиво подняла бровь, когда не услышала от меня никакого ответа. Откуда ему было взяться, если я судорожно пытался решить, каким образом мне выжить?

— Пусть так. Это твой выбор, кто я такая, чтобы оспаривать его разумность? Взять!

То, как двигались обращённые, вызывало ужас и восторг одновременно. Между нами было метров двадцать, но преодолели их марионетки за считанные секунды. Они каким-то магическим образом размазались в воздухе, обретя плотность рядом со мной. Наверно, нужно было проверить «Анализом» ещё и их. Слишком нестандартной эта парочка оказалась. Но вот что точно было стандартно, так это их реакция на мою тёмную ауру! Хотя вру — даже здесь им удалось меня удивить. Вместо того, чтобы вытянуться в струнку и начать призывать портал эвакуации, они захрипели и даже попытались убраться подальше от источника неприятной силы. Каким-то невозможным образом верховные обращённые сопротивлялись тёмной твари девятого уровня разлома и даже почти сбежали. Но кто же им позволит? Я выставил руки в стороны и активировал караты, пронзая обоих марионеток. На то, как полыхнуло у них на груди, любо-дорого было посмотреть. Мне даже пришлось глаза прикрыть на всякий случай, хоть защитный купол справился с такой напастью. Амулеты блокировки смертельного урона оказались бессильны против вирмы, а символа «Аз» на них явно пожалели. Кто станет даровать своему билету на свободу дополнительную жизнь?

Серый мастер Оливер много рассказал про марионеток и для чего их обычно используют. Если убрать всевозможные шпионские штучки, основная функция обращённых заключается в том, чтобы открыть своему хозяину портал экстренного отхода. Два минотавра, что выпрыгивают из портала, назывались стражами. Их можно использовать в качестве атакующей силы, но обычно тёмные просят минотавров вытащить свои ценности или ещё что-либо. На мой вопрос по поводу того, почему обращённые соглашаются на такую чудовищную службу, я получил не менее удивительный ответ — убитые или добровольно открывшие портал для своего господина обращённые перерождаются с сохранением всех приобретённых навыков и памяти. Они обретают новое тело и возвращаются к своему господину, чтобы стать ещё сильнее. Однако если управление обращёнными перехватывает Скрон, как было в случае с марионетками Оливера, но это тупик. Никаких перерождений больше не будет и обращённый уходит навсегда. Каким образом происходит перерождение и где обращённые берут свои тела, серый мастер не знал. Его клан был слишком мелким, чтобы его допустили до таких тайн. Их марионетки просто приходят через несколько дней после гибели из тёмного храма Скрона целыми и невредимыми.

— Ты что сделал?! — возглас возмущения женщины наполнил пространство. Она вытянула в мою сторону руку, но не атаковала. Почему? Ответ тоже был мне известен — алтарь развития, на самом деле, был довольно хрупкой штукой. Попади в такой огненным шаром семнадцатого уровня, какой был у незнакомки, от него не осталось бы и следа. Женщина прекрасно это понимала, так что вытащила саблю и, словно сама неотвратимость, пошла в мою сторону. Зачем спешить, если бегать мне некуда?

— Ещё один шаг и алтарь восьмого уровня будет разрушен, — предупредил я, показательно выстрелив в сторону из «Тёмного шипа». Сосулька тьмы врезалась в пол и взорвалась, умудрившись оставить после себя небольшую ямку. Я положил раскрытую руку на алтарь, игнорируя очередное предложение распределить свои свободные очки.

— Восьмого уровня? — незнакома остановилась. Её обожжённая щека дёрнулась, словно от нервного тика. — Ты бредишь, мальчик! Такой безумный блеф тебя не спасёт. Я пришла сюда с четвёртого уровня! Все порождения Фарафо на месте!

— Хорошо, пусть я буду мальчиком. Тогда вам, дамочка, нужно подумать над тем, каким же образом два верховных обращённых, защищённых целой кипой амулетов блокировки смертельного урона, внезапно отправились на встречу со Скроном? Я прошёл четвёртый уровень, как шестой и седьмой, не обращая никакого внимания на порождения Фарафо. Зачем тратить время на тех, кто мне не интересен? Восьмой уровень, дамочка. Это алтарь восьмого уровня и клянусь, я его уничтожу, если мы не договоримся.

— О чём мне с тобой договариваться, труп? — в голосе незнакомки всё ещё звучало недовольство, но она остановилась. Что было вполне хорошим знаком.

— Темы для договоров всегда существуют. Особенно в нашем случае, когда осталось всего пять часов тридцать две минуты. У нас не так много времени, прежде чем локация закроется, а новых марионеток, как я вижу, у тебя с собой нет. Уже подумала, как потащишь наверх алтарь?

Цифру я взял не с потолка — на строке состояния появился таймер обратного отсчёта. Об этом мастер Оливер тоже предупреждал — если кому-то удастся уничтожить майора, то у него будет всего шесть часов на то, чтобы выбраться наружу. Причём идти придётся тем же самым путём, пусть и без туманных тварей. Оливер не знал, что произойдёт с людьми, которые останутся в подземелье руин — информации об этом в открытых источниках исследователей не было. Наверняка такие опыты проводились, но до широких масс результаты не доводили.

— Я должна проверить, что алтарь действительно имеет восьмой уровень! — потребовала незнакомка.

— Проверяй, — я начал медленно пятиться. — Только помни — алтарь уже зафиксирован. Выйти отсюда мы сможем только через восьмой уровень. Если сможем договориться.

— Собака Гурфанов? — незнакома сделала было несколько шагов к алтарю, но остановилась, с ненавистью уставившись на рюкзак за моей спиной. Рука инстинктивно дёрнулась к щеке. Судя по всему, ожог, что обезображивал лицо, был как-то связан с кланом «мстителей». — Нет, мальчик, мы не договоримся.

— Ты об этом? — я снял рюкзак, повертел его в руках и швырнул под ноги женщине. — Так это не моё. Нашёл, пока брёл по лабиринту.

— Это рюкзак Свиреллы! Где она?

— Видимо, кто-то невнимательно меня слушал. Я понятия не имею, кто такая Свирелла и где она сейчас находится. Рюкзак валялся на полу, я его подобрал. Всё. Никакой Свиреллы рядом не было.

— Конечно подобрал, — в голосе незнакомки вновь появились заинтересованные нотки. — Как и перстень, который она никогда не снимала.

— Вот только ещё в мародёрстве меня обвинять не нужно! — я наиграно обиделся. — Этот перстень я получил за уничтожение метаморфа. В тяжёлом и, между прочим, неравном бою! Ты будешь проверять алтарь или всё же поверишь «мальчику», и мы начнём обсуждать, как нам всем выйти живым из этого места.

— Всем? — незнакома красноречиво повела бровью.

— Естественно. Или думаешь, что ты вся такая из себя непобедимая и сильная? Так Свирелла, которую я никогда не встречал, думала точно также. Как и Юстиан, с которым ты о чём-то там поспорила. Кстати, тоже никогда его не видел. Сейчас я веду себя крайне дружелюбно сугубо из-за того, что ты первой не стала кидаться в меня магией. В то время как те, кого я никогда не встречал, имели неосторожность совершить такую глупость. Заметь — я даже угрожал не тебе, что ты могла воспринять как агрессию, а алтарю. Мир во всём мире и всё такое.

— Хорошо, мальчик, ты начинаешь меня интересовать. Кто же ты такой? Почему я не вижу на тебе кланового символа?

— Может, потому что я не отношусь ни к одному клану? — я отошёл достаточно далеко, чтобы незнакомка спокойно могла подойти к алтарю и проверить его уровень. Приятно было видеть, как скепсис с её лица медленно уходил, сменяясь непониманием.

— Не принадлежишь клану? Как же ты здесь оказался? Кто допустил в подземелье Фарафо безродного?

— Уже пошли оскорбления, незнакомая дамочка? Только подошла к алтарю, как сразу решила бросаться нехорошими словами?

— Меня зовут магистр Аделина Джоде из клана Бартоломео! — гордо произнесла женщина, словно это имя должно для меня что-то значить.

— Впервые встречаю тёмного с фамилией, да ещё и магистра. Обычно все себя мастерами величают, — не смог удержаться я от комментария.

— Тёмного? — нахмурилась Аделина. — Хочешь сказать, что ты…

— Проклятье, вечно я забываю представиться! Охотник на тёмных Максимилиан из рода Валевских, Заракская империя. Прошу любить и жаловать. Слушай, опусти руку, не заставляй меня думать, что я зря сохранил тебе жизнь. Или ты действительно думаешь, что сможешь хоть что-то сделать тому, кто создал алтарь развития восьмого уровня и на полном серьёзе посматривал на девятый?

— Алтарь девятого уровня в одиночку получить невозможно! — не удержалась от реплики Аделина.

— С чего ты так решила? — искренне удивился я. — Если бы мне не пришлось спешить, чтобы опередить Юстиана, то я запросто прошёл бы девятый уровень. Как нечего делать. Но я и так едва не опоздал. Вон то тело, добыча с которого, кстати, принадлежит мне по праву, уже вступило в бой с пуддингом и терпело сокрушительное поражение. Так ещё и меня атаковало, когда я пришёл ему на помощь! У вас тёмных вообще с взаимопомощью всё печально, что вы вначале атакуете, а потом начинаете договариваться? Хотя, кого я спрашиваю — ты же сама такая. Отправить своих марионеток на незнакомца, даже не подумав, что этот незнакомец может? Знаешь, мне реально надоело тебя уговаривать. Аделина Джоде из клана Бартоломео, мы будем как-то договариваться о том, как будем выбираться из подземелья и распределять добычу, или я могу произносить свою любимую фразу?

— Что за фраза? — поинтересовалась женщина.

— Имею часть вас атаковать, — кровожадно улыбнулся я, стараясь подавить дрожь во всём теле. Я прекрасно видел параметры Аделины и понимал — начнись битва, мне не жить. Никак. Потому что сегодня я впервые столкнулся с тем, о существовании чего даже не подозревал — с магическим полем семь на семь. Все учебники твердили о том, что шесть на шесть является максимальным потолком поля и получают его только избранные. Видимо, среди избранных тоже иногда появляются избранные, которым судьба дарует дополнительные поля. Благодаря такому огромному полю, Аделина могла не ограничиваться одним атакующим камнем способности. У неё, как и у всех встреченных мной тёмных, имелся «Огненный шар», усиленный до семнадцатого уровня, а также «Подавление» — ментальная атака, которая подавляет волю противника. Некое подобие моей тёмной ауры, только без костыля в виде стального сундучка с усли. Защита и лечение тоже находились на приемлемом уровне, причём в защите я заметил знакомый камень «Отражение урона». Тот, кто атакует Аделину, весьма удивится. Все камни, как способностей, так и поддержки, имели семнадцатый уровень, кроме «Усилителей». Да, имелись у представителя клана Бартоломео и три «Усилителя», превращающие её в настоящего монстра. И, в отличие от моих, камни дамочки имели второй уровень. Всегда думал, что их невозможно прокачать, но, как видно, ошибался. Можно. У тёмных это как-то получилось и мне кровь из носу нужно получить информацию о том, как Аделина это сделала.

Если, конечно, она не вздумает меня убить.

— То есть ты настолько уверен в своих силах, охотник на тёмных? — оскалилась женщина. Как-то не по-доброму оскалилась. Черты её лица заострились, шрам на щеке стал ещё более ужасным, отвлекая внимание.

— Давай проверим, — кивнул я, активируя катары и мысленно прощаясь с жизнью. — Магистр Аделина Джоде, имею честь…

— Стой! — воскликнула женщина. — Вы, светлые, все такие ненормальные и повёрнуты на своей чести? Всегда думала, что этим только шурганские паладины грешат, но на шурганина ты явно не похож.

— Полагаю, что это имя ничего тебе не скажет, но моим учителем был магистр Хван.

Судя по тому, как изменилось лицо Аделины, это имя было ей прекрасно знакомо. Она даже инстинктивно отступила за алтарь, словно надеялась, что он спасёт её от опасного противника. Это какой же уровень мастерства у магистра Хвана, что слава о нём дошла даже до тёмных? И что за паладины обитают в Шурганской империи? Почему я об этом впервые услышал от тёмных, а не от своей личной служительницы?

— Хорошо, Максимилиан, давай договариваться, хотя я даже не представляю, каким образом. Я не отдам тебе этот алтарь. Клан не поймёт.

— С чего ты взяла, что мне нужен этот камень? — искренне удивился я. — Повторюсь — я хотел сделать его девятого, а при хороших обстоятельствах и десятого уровня. Мне не нужна эта мелочь. Я потом себе нормальный сделаю, руин в нашей империи куча.

Конечно, я лукавил — камень был мне нужен позарез, но нужно было сохранять лицо и держаться выбранной модели поведения. Потом придумаю, как избавиться от Аделины и оставить алтарь за собой. Своими вещами я разбрасываться не привык.

— Тогда я совсем не понимаю предмет нашей договорённости, — опешила Аделина.

— Информация, — ответил я. — Мне нужна информация о модели развития, о том, что лучше всего в ней прокачивать, как получать свободные очки развития? Как инициировать кристаллы развития и пользоваться камнями огранки? Можешь не верить, но о том, что подземелья Фарафо вообще существуют в нашем мире, ещё неделю назад я не знал. Всё, с чем мне пришлось здесь столкнуться, для меня в новинку. Поэтому информация для меня является куда как большим приоритетом, чем бесполезный алтарь восьмого уровня. Видеть всего на восемь шагов вперёд? Как можно выстроить на этом нормальную модель?

Судя по очередному взгляду Аделины, ещё как можно было, но словами озвучить свои мысли дамочка не решилась. Неужели мой откровенный блеф сработал, и она действительно начала видеть во мне грозного противника? Считала же она Юстиана, чей труп всё ещё валялся на полу, сильным, раз даже поспорила с ним о том, кто первым доберётся до этой точки?

— Тебе нужно только информация?

— Конкретно от тебя — да. Или можешь предложит что-то больше? — удивился я.

— Хочу забрать Юстиана. Он заслуживает того, чтобы быть похороненным в семейном склепе.

— Твой родственник?

— Скорее из дружественного клана. Готова выкупить его тело, предметы и камни. Не хочу, чтобы ты его потрошил. У клана Вальдес есть свои принципы на этот счёт.

Очень подмывало проверить «Анализом» валяющееся тело, но делать этого я не стал. Потому что у меня не было гарантии, что я смогу себе простить, если пойму, от чего отказался. Почему мне так важно было сохранить хорошие отношения с кланом Вальдес? Потому что я собирался учиться у серого мастера Мерама, чтоб ему пусто было! Ему, как мне уже было известно, покровительствовал именно клан Вальдес. Замкнутый круг какой-то!

— Хорошо, он будет твоим, если ты предложишь хорошую цену. По чём нынче оцениваются тела представителей второго по силе клана тёмных?

— Тебе же нужна информация? — хитро улыбнулась Аделина, из-за чего её шрам стал выглядеть ещё ужасней. — Полагаю, звание младшего преподавателя магической академии Керукса даёт мне право полагать, что моя информация будет достаточно ценной. Тем более для светлого, что впервые столкнулся с туманом Фарафо.

— С каких пор преподавателей начали отпускать за банальным алтарём?

— Во-первых — младших преподавателей, — поправила Аделина. — Во-вторых — скорее не за алтарём, а за кристаллами развития. Или, если повезёт, камнями огранки. Алтарь, применительно к моему клану, был приятным бонусом. Во всяком случае до того, пока я не узнала, что он восьмого уровня. Эти руины — они как соревнования, целью которых было проникнуть в земли светлых, пусть это и Заракская империя, и незаметно для всех пройти подземелье.

— Что за пренебрежение к моей империи? — недовольно пробурчал я

— Почему его не должно быть? Если бы не договорённость между шурганским императором и советом кланов Нейтральных земель, вас бы давно захватили и уничтожили. Заракская империя является самой слабой из всех трёх светлых. Разобщённая, погрязшая в коррупции, со слабым императором во главе, которого интересует всё что угодно, только не дела империи. Единственная ваша ценность заключается в разломах и некоторых персоналиях академии, что создают устройства для зелий. Как не парадоксально, но, несмотря на всю нашу развитую алхимию, десятков, а то и сотни полученных устройств, мы так и не смогли понять принцип их работы. Когда устройства ломаются, приходиться доставать новые. Что, скажу тебе, не самое простое мероприятие. Так, светлый, давай определимся ещё раз. Я забираю нетронутое тело Юстиана, алтарь развития, даю тебе кучу информации, после чего мы возвращаемся на поверхность, где ты помогаешь мне защитить добычу?

— С последним пунктом хотелось бы немного подробней, — тут же напрягся я. — О защите алтаря договорённостей не было. С чего вдруг она вообще понадобится? Тем более, когда его владельцем будет являться действующий преподаватель магической академии, пусть и младший?

— Для того обращённых мы и таскаем с собой, чтобы с их помощью возвращаться из таких мест. Но ты закрыл мне такую возможность. Мог бы хоть одного оставить! Знал же, что они тебе ничего не сделают, зачем было так жёстко поступать?

— В противном случае ты бы не стала разговаривать, — я чуть из образа не выпал, когда услышал обвинение в свой адрес.

— Так-то оно да, — согласилась Аделина. — Не стала бы. Вероятность того, что на поверхности до сих пор кто-то находится крайне мала, но на всякий случай, если кто-то из конкурентов всё же не дружит с логикой и останется, мне может потребоваться помощь. Защищать алтарь и отбиваться от атак слаженной группы у меня не получится. Не прошу тебя сражаться — только защитить алтарь. С противниками я разделаюсь сама.

— С этим согласен. Тогда ещё один момент, который хотел бы обсудить перед тем, как мы начнём обучение. Раз тебе потребуется помощь, то после твоего пояснения о принципах работы модели развития, я хочу воспользоваться алтарём.

— Сколько у тебя открыто параметров и свободных очков? — тут же деловито поинтересовалась Аделина. — Если хочешь, чтобы я тебе помогла, то мне нужно понимать, куда конкретно ты хочешь направить своё развитие. Модель генерируется под каждого человека индивидуально, но общие принципы всегда остаются неизменными.

— Ладно, давай рискнём и доверимся тёмной. Сейчас у меня открыто шесть параметров и имеется одиннадцать свободных очков развития. Но это ещё не вся информация. Ещё у меня есть кристалл, и я хочу интегрировать его в свою модель.

Стоит отдать должное Аделине — только обезображенная щека выдала её эмоции, когда я продемонстрировал кристалл развития.

— Пять граней, — посчитала она лучи. — Очень неплохой улов. Что же, охотник на тёмных Максимилиан из рода Валевских. Я никогда не отказывалась от своих слов и обучу тебя всему, что знаю по туману Фарафо. Иди сюда и коснись алтаря. Нам с тобой стоит синхронизироваться.

— То есть ты будешь видеть мою модель? — нахмурился я.

— Как и ты мою, — подтвердила Аделина. — Тебе стоит понять, что модель — всего лишь путь, который выбрал человек, чтобы добраться до ключевых точек. Куда важнее числовые значения выбранных вершин, но это уже является индивидуальной информацией, доступ к которой ни я, ни ты получить не можем. Так что можешь не переживать — твои параметры останутся для всего тёмного мира тайной. Но точно не твоё имя. Светлый, способный в одиночку закрывать девятый разлом третьего уровня подземелья Фарафо, на дороге не валяется. Мой клан точно будет проинформирован о твоём существовании. Как и мой старший преподаватель. Давай, светлый, не трать наше время. Его у нас не так много.

На этот раз я подчинился и перед глазами вновь появилось огромное звёздное небо. Вот только на этот раз оно сопровождалось комментариями знающего человека.

— Модель развития разделена на пять больших блоков. Базовые параметры, что открываются у каждого ребёнка ещё в детстве. Сила. Ловкость. Мана. Укрепление тела. Скорость. Каждый блок занимает свой сектор. Сейчас ты видишь мою модель развития. Я маг, поэтому выбрала сектор «мана». Для того, чтобы чувствовать себя более-менее спокойно, взяла немного ячеек из сектора «скорость» для ускорения заклинаний, а также «укрепление тела», чтобы обеспечить себе дополнительную защиту. Как видишь «сила» и «ловкость» остались в другом краю и на них тратить свои очки развития я не стала. Универсализм, конечно, ценится, но те, кто выбрал конкретное направление развития, гораздо сильнее. Чем дальше от цента, тем ценнее открываемые параметры. Обрати внимание на внешний периметр — эти ячейки формируют законченный круг и немного превосходят по размеру те, что в центре. Это и есть «ключевые параметры», что значительно увеличивают твою силу. Как видишь, они сейчас все закрыты. Неизведанные. В этом и состоит ценность алтарей высокого уровня — они позволяют просматривать закрытые области задолго до того, как ты до них доберёшься. Несмотря на название «ключевые умения», примерно семьдесят процентов из того, что представлено на внешнем круге, является мусором. Например, умение «аура господства». С его помощью можно в два раза усилить силу своей ауры, вот только использовать в этом случае человек сможет всего одну ауру, сколько бы камней себе не взял. Для кого-то это может быть невероятно сильно, но только для того, кто занимается чем-то одним всю свою жизнь.

— Разве нельзя изменить свой выбор? Отказаться от выбранной ячейки модели?

— В том-то и дело, что нельзя. Делая выбор, человек принимает на себя все риски и последствия этого выбора. Назад пути уже не будет. Поэтому мало кто рискует и доходит до ключевых умений с помощью модели. Проще и безопасней пользоваться кристаллами развития. Их можно убирать и менять по своему усмотрению. Из-за этого они так ценятся.

— У тебя выбрана пустая ячейка под кристалл, но почему-то я не вижу ни одного активного ключевого умения? У тебя не вставлен кристалл?

— Молодой человек, задавать такие вопросы другому магу — нарываться на крупные неприятности, — произнесла Аделина. — Вопросы о наличии кристаллов, а также открываемых ими «ключевых умений» считаются крайне неприличными и являются поводов вызова на смертельную дуэль. Но всё же я отвечу — я являюсь обладателем трёх кристаллов развития, но ни на одном из них нет нужного мне ключевого умения. А некоторые из тех, что выпали, настолько мне не подходят, что мне проще было убрать их до лучших времён, чем оставлять в своей модели развития. Как видишь, ключевых умений пятьсот сорок три штуки. Вероятность того, что в кристалле развития выпадет идеальная комбинация, ничтожно мала. Обычно маги довольствуются двумя гранями. Три — успех. Четыре — что-то из разряда небылиц. Пять нужных граней в одном кристалле доступны лишь главам кланов. Да и то не всем.

— Что есть идеальная комбинация? — тут же спросил я. — Если предположить, что у нас с тобой примерно равный путь развития. Путь через «ману»?

— Если убрать «Тёмное безразличие», так как избегать влияния Скрона тебе явно не нужно, то список вполне очевиден. «Максимальный предел», что увеличивает максимальное сопротивление всем типам урона на десять процентов. «Магическая сила», что даёт значительное усиление силы заклинаний, но уменьшает твои физические параметры. «Вампиризм», что позволяет переводить часть наносимого тобой урона в ману, одно из обязательных умений мага, что позволяет полностью убрать зависимость от эликсиров на ману. «Воплощение стихии», что значительно усиливает стихию твоей основной атаки, но делает невозможным использовать другие стихии. И, наконец, «Тёмное всевластие», что позволяет распространять параметры стихий к заклинаниям тьмы. Последнее умение считается достаточно редким — оно не имеет чёткой привязки ни к одному сектору и может появиться где угодно. Поэтому его стараются найти именно на кристаллах развития.

— Сразу вопрос по «Максимальному пределу». Что значит увеличивает максимальное сопротивление всем типам урона на десять процентов? Как можно увеличить то, что уже находится на максимуме? Взять, к примеру, моего наставника — у него сто процентов сопротивления стихиям.

— Сто процентов? — засмеялась Аделина. — Мне определённо нужно поговорить с наставником, чтобы в нашу академию взяли кого-то из светлых. Это будет смешно. Нет, Максимилиан, стандартными способами невозможно поднять сопротивление стихиям выше восьмидесяти процентов. Никак. Это закон. Даже если ты вложишь кучу очков развития и доберёшься до этого пункта на модели, тебе всё равно не удастся превысить это значение. Если твой наставник не врёт, то сто процентов, о которых он говорит, относятся к пределу. Полного иммунитета не существует, кто бы что ни говорил. Да, в совокупности с хорошей защитой будет казаться, что, скажем, огонь не причиняет ему неприятностей. Он даже может ходить босиком по углям, веселя народ, но стоит чуть усилить мощность огня, как вся эта показушность будет сметена. Есть предел и есть процент по его достижению. Ключевое умение может увеличить этот предел, но даже оно не гарантирует абсолютной защиты. Так, теперь давай посмотрим, с чем мы имеем дело. Это понятно, это стандартно, это… «Сопротивление стихиям»?! Как ты открыл параметр без связи с основным деревом?!

Удивлённый возглас Аделины был вполне объясним. В секторе «укрепление тела», прямо у самой границы, содержащей ключевые параметры, находилась активная ячейка.

— Мы же здесь собрались не для того, чтобы обсуждать мои особенности, верно? — я подарил опешившей девушке улыбку. — Мы здесь для того, чтобы ты обучила меня всем этим пользоваться и объяснила основные моменты, а не спрашивала, каким образом я получил то, или иное. Верно? Верно. Так что давай продолжим. Расскажи, что как правильно активировать кристалл развития и каким образом можно воспользоваться камнями огранки? Слушай, ещё вопрос личного характера. У одного моего друга есть камень «Усилитель», он его даже в своё поле магическое добавил, вот только каким образом прокачивать его не знает. Расскажешь, как можно будет ему помочь?

— Знаешь, я даже рада, что пожадничала и не стала тебя атаковать, — Аделина подарила мне странный взгляд. — Наше общение будет забавным. Так значит, твой друг понятия не имеет, каким образом увеличивать уровень «Усилителя»? А что твой друг готов заплатить за это знание? Которое, хочу тебе сказать, на дороге не валяется.

## Глава 16

— Светлый…

— Мы уже всё обсудили, Аделина. Хватай свою ценность и пойдём.

— Светлый, этот кристалл не сделает тебя сильнее.

— С чего ты взяла? Перевод силы в ловкость — довольно неплохое усиление, как на мой взгляд. Буду быстрей.

— Светлый! Хватит юлить! Что ты хочешь?

— Аделина, ты издеваешься? У тебя нет кристалла на замену. У тебя с собой нет ничего, чем ты можешь его выкупить. Два из пяти параметров меня хоть немного, но усилят, а когда я доберусь до ювелира, так и вовсе смогу заполучить себе что-нибудь интересное.

— Максимилиан из рода Валевских! Стой!

Я с удивлением уставился на младшую преподавательницу одной из магических академий тёмных. Вид у Аделины был весьма возбуждённый. Что, как я уже понимал, было вполне объяснимо. После того, как я активировал кристалл развития и вставил его в модель, произошла начальная инициация и одна из граней приобрела навык «Тёмное безразличие». То самое, что превращает источающего тёмный туман привержена Скрона в нейтрального серого мастера. Кстати, согласно терминологии тёмных, отныне я имел полное право именоваться мастером. Охотник на тёмных светлый мастер Максимилиан из рода Валевских. Звучит? Ещё как!

Одиннадцать очков развития ушли без остатка. Восемь пришлось отдать на проходные умения, такие как «Увеличение урона способностей». Каждый навык даровал всего +5%, но в сумме, чтобы добраться до нужных мне вершин, это неплохо усилило и без того разрушительный «Тёмный шип». Одно очко развитий я потратил на пустую ячейку под кристалл, который так старательно пыталась отжать у меня тёмная, оставшиеся два вложил в «Восстановление маны». По словам Аделины, для магов наличие этого параметра является обязательным и некоторые особо чувствительные люди, не угадавшие с направлением, где находится эта вершина, даже накладывали на себя руки. Всё же хорошо работать с алтарём высокого уровня — нужный мне параметр находился на самом краю доступной для анализа зоны. Казалось бы, что такое восстановление двух процентов маны в минуту? Чему тут радоваться? Тем не менее положительные моменты нашлись — мана восстанавливалась от максимального объёма, в то время как тот же «Анализ» потреблял треть от оставшегося после аур маны. Это уже другая математика, гораздо более приятная даже для второго уровня навыка.

Тем не менее пришлось возвращаться к тёмной.

— Аделина, давай ещё раз всё обсудим. Информацию по прокачке «Усилителей» ты рассказывать отказалась. Созрела? Так мне это теперь не интересно. Свою часть сделки ты выполнила, алтарь твой. Я и так по доброте душевной помогаю тебе тащить Юстиана на выход. Что тебе ещё от меня нужно? Кристалл, за который ты не можешь заплатить или предложить что-то разумное? Ты можешь хоть усыпать меня обещаниями, но, как только мы выйдем из подземелья, они не будут стоить ровным счётом ничего. Ещё и смеяться потом будешь, как ловко обвела глупого и наивного светлого. Я готов обменяться, но только на то, что у тебя есть здесь и сейчас.

— Ты получишь это! — Аделина сняла с руки кольцо, усыпанное несколькими сверкающими кристаллами, и протянула его мне. Драгоценность явно имела ценность, но ни красного, ни золотого, даже синего свечения вокруг него не было. Это была простая безделушка стоимостью с годовой бюджет рода Валевских.

— Меня не поймут, начти я носить такое.

— Это фамильное кольцо клана Бартоломео, — произнесла Аделина. — Без него меня не пустят на собрание клана. Без него я не получу доступ к личной ячейке в банке. Я отдаю кольцо тебе на хранение взамен кристалла развития. Через два месяца я лично приеду в Турб и привезу тебе другой кристалл.

— Инициированный? Если да — то не интересно. Какой мне смысл использовать то, от чего ты сама отказалась?

— В кристалле, что ты получишь, будет два важных для мага ключевых навыка.

— И три таких, что я этот кристалл даже не надену? Знаешь, я уже совершал в своей жизни глупость под названием «поверь тёмному». До сих пот отмыться от последствий не получается. Предлагаешь окунуться в эту бочку дерьма ещё раз?

— Нет, три других ориентированы на ближний бой. Что тоже не лишено смысла, так как ты пользуешься не только магией, но и своими ножами. Ты получишь золото, драгоценности, знания о том, как увеличить уровень «Усилителя» и, что самое ценное, комплект учебников академии Керукса по магии!

— Что же такого ценного в вашей магии? Вы смотрите на камни под другим углом? Или вставляете их каким-то нестандартны образом?

— Это магия Скрона. Ритуалы, пиктограммы, призывы. То, чем занимаются ортодоксы. То, что призывает Волны на Стены. То, что лежит в основе создания обращённых. Ты охотник на тёмных. Для того, чтобы хорошо уничтожать врага, нужно знать, что он делает и какие ему нужны условия для своей работы.

— Ты вот так легко сдаёшь своих? — опешил я.

— Учебники, Максимилиан, это просто учебники. Мы точно знаем, что у Шурганской империи они есть. Глупо делать тайну из того, что таковой уже не является. Это кольцо мне дорого, я за ним приеду лично. С обращённым, чтобы сразу убраться домой. Заодно можешь записать себе победу над истинным приверженцем Скрона.

— И всё это ради кристалла?

— Не кристалла — ради одного единственного ключевого параметра! Из-за того, что у меня его нет, я не могу дальше… В прочем, это уже не имеет к делу никакого отношения. Что скажешь, светлый? Согласен ли ты на такие условия обмена?

— Ладно, Аделина, буду ждать тебя в гости. Держи. И не говори потом, что светлые не умеют быть щедрыми.

Вблизи кольцо Аделины выглядело ещё более богаче, чем издали. Я, конечно, не был большим ценителем таких драгоценностей, но даже моего скудного понимания хватило для осознания жертвы Аделины. Ни одна женщина в трезвом уме и твёрдой памяти не пойдёт на то, чтобы добровольно отказаться от такого кольца.

Серый магистр Аделина Джоде.

На то, как разгладилось лицо преподавательницы, было любо-дорого посмотреть. Даже шрам выглядел не так страшно.

— «Усилитель», — напомнил я. — Каким образом можно повысить его уровень?

— На самом деле в этом нет ничего тайного или секретного, — Аделина походила на довольную кошку, что получила порцию кошачьей мяты, обкаталась в ней до потери сознания, после чего объелась вкусняшек и хорошенько выспалась. Вид у девушки был до того приторного радостный, что хотелось ей даже врезать.

— Как и любой другой камень, «Усилитель» является восьмигранником. Для того, чтобы увеличить уровень, нужно сложить вместе девять камней. Один в центре, восемь рядом с каждой из его сторон. Всё остальное происходит автоматически. Камни каким-то образом чувствуют друг друга, начинают взаимодействовать и сплетаются, образуя мерцающую структуру. Если взять такую структуру в руки, появится предложение увеличить уровень действующего «Усилителя» на единицу. Вот и всё. Конечно, это не самая распространённая информация, так как эти камни не очень распространены, но и не глобальная тайна, ради которой следует умирать. Идём, светлый! Нам нужно выбираться из подземелья. Не хочу проверять, что происходит с людьми, проигнорировавшими таймер.

В словах Аделины была логика. Схватив за ногу Юстиана, я поплёлся к выходу из уровня, позволив Аделине полностью насладиться своим новым приобретением. Мерцающая пелена выхода с уровня располагалась у дальнего края огромного помещения, а у нас осталось всего три часа, чтобы дойти до поверхности. Вскоре меня догнала женщина. Натужно кряхтя, она несла каменную глыбу, но о помощи не просила. Это был её алтарь, и только она за него отвечала.

Сам процесс выхода мне мало чем запомнился. Мы шли, шли, шли и, наконец, пришли. Несмотря на то, что порождений Фарафо больше не было, сами локации никуда не делись. Нам пришлось пройти все восемь уровней опустевшего разлома, благо карта у меня имелась и не пришлось петлять по каждому этажу, выискивая путь наверх. Второй уровень дал возможность отдохнуть, зато лабиринт, чтобы ему легко жилось, закинул нас в самый дальний край, как можно дальше от входа. Когда мы достигли точки выхода, даже я, что тащил только тело Юстиана, вымотался в край. Больше, конечно, морально, чего не скажешь про Аделину — у меня несколько раз складывалось ощущение, что ещё немного и она просто разобьёт алтарь развития о стену. Однако тёмная справилась и, установив алтарь возле выхода из подземелья, с облегчённый вздохом растянулась прямо на камнях, раскинув руки в сторону. Вход в подземелье тут же покрылся на несколько мгновений мерцающей пеленой, а когда она исчезла, никакого входа больше не существовало. Перед нами находилась сплошная каменная стена.

— Всем стоять, не двигаться! Назовитесь!

Грозный крик раздался практически сразу, как только проход закрылся. Обернувшись, я увидел, как из ближайшей к руинам посадки выходят человек двадцать арбалетчиков и десяток закованных в латы гвардейцев. Вся эта процессия медленно приближалась к нам, не суля ничего хорошего.

— Исследователь магической академии Заракской империи Максимилиан! — прокричал я. — Вместе с магистром Аделиной Джоде мы исследовали эти руины в поисках магических камней и…

— Макс, ты? — один из гвардейцев откинул забрало и у меня отлегло на сердце.

— Алекс! — радостно воскликнул я. — Ты даже не представляешь, как я рад тебя видеть! Вот только не думал, что ты явишься к руинам.

— Отец решил, что негоже оставлять тварей на одного человека, поэтому мы здесь. Правда, ни одного туманного монстра так и не обнаружили. Зато собрали все осколки. Уже завтра они будут отправлены в академию, как мы и договаривались.

— Туманных тварей больше не будет, — заверил я и, сделав несколько прыжков, добрался до барона. Только после того, как мы крепко обнялись, гвардейцы опустили арбалеты. Так-то неприятно находиться под прицелом двадцати стрелков. Кто знает, сможет ли моя защита с ними справиться?

— Это отличная новость, Макс! — обрадовался барон и кивнул в сторону всё ещё валяющейся тёмной. — Второй искатель?

— Нет, преподаватель. В академии узнали, что здесь появились туманные твари и прислали помощь. Вдвоём нам удалось справиться с источником этой заразы и уничтожить его. Не могу сказать, что это было просто, но мы правились. У моей коллеги истощение. Ей нужен покой и уход.

— Каменная рука с книгой — это какой-то артефакт?

— Это и есть источник тумана, — ответил я, отчего барон невольно дёрнулся, а рука легла на саблю. — Уничтожать его нельзя — в него нам удалось заключить всю погань этих мест. Так что не советую лишний раз касаться этого камня. Страшного ничего не произойдёт, конечно, но кошмары будут мучать неделю. Нам-то уже всё равно, мы привычные, а обычных людей может скрутить сильно.

— Понял. Нужна помощь с транспортировкой?

— Телега бы не помешала, — согласился я. — Стянем верёвками, чтобы не болталась, можно даже мешками с песком закидать для большей устойчивости. Главное на нормальную дорогу выехать, там уже мы до академии доберёмся как-нибудь.

— Говоришь, туманных тварей больше не будет? — в наш разговор грубо вмешался посторонний. Я какое-то время смотрел на почтенного старика такой мощи, словно он мог хоть сейчас разломать гору пополам и гадал — где же я его мог видеть? И только после слов Алехандро всё встало на свои места.

— Искатель Максимилиан Валевский, позволь представить тебе моего отца, барона Горбунова, владетеля этих земель. Отец — это Максимилиан, что спас наших людей в Ческонке и сумел уничтожить всех тварей.

— Искатель, — барон протянул руку и с такой силой её сжал, что мне пришлось сжать зубы, чтобы не застонать. — Ты сделал доброе дело, Максимилиан Валевский! Магическая академия узнает о твоих деяниях. Ты нашёл камни на нашей земле?

— Отец! — возмутился Алекс, но барон Горбунов жестом заставил его умолкнуть.

— Да, ваше благородие, я нашёл камни. Там, где обитали туманные твари, мне удалось получить вот это.

Я спокойно вытащил из одного из внутренних карманов все камни, что были добыты с убитых мной обращённых. Ценности для меня они не представляли, кроме своей стоимости, а показать лояльность местной власти имело смысл. Как ни крути, сейчас и закон, и сила на их стороне.

То, как вытянулись лица представителей рода Горбуновых, говорило о том, что на такую откровенность и тем более такую добычу они не рассчитывали. Положив платок, я принялся вытаскивать восьмигранные камни, большая часть из которых имела золотую ауру. Здесь даже было неважно, сколько у камней граней — сам факт наличия ауры делал этот небольшой источник магии ценнейшим ресурсом.

— Это… это все? — старший Горбунов всё же умудрился сохранить выдержку.

— Конкретно из камней, что были добыты на вашей земле — да, — подтвердил я.

— Из камней? Ты смог найти на наших землях что-то ещё?

— Если не брать в расчёт статую, куда мы засунули сущность смертоносной твари, на ваших землях я получил ещё кое-что. Позволите? Мне пришлось закопать это, прежде чем отправляться в недра руин.

Я пошёл к схрону, искреннее радуясь, что мастер Оливер всё же успел покинуть эти земли. Не думаю, что пятеро обращённых смогли бы его защитить от такой слаженной команды гвардейцев.

— Арбалетные болты я привёз из академии, здесь даже клеймо есть, а одежда и броня добыты уже здесь. Одежда принадлежит бандитам, что по своей глупости на меня вздумали напасть, а броня — твари, собрат которой разворотил центр Ческонки. Это всё, что было добыто на ваших землях, барон.

— Составить опись имущества. Камни пересчитать и зарисовать, отправить людей за телегой, начать расчистку дороги, — распорядился старший Горбунов, чем вызвал у меня уважение. Можно быть сколь угодно благодарным за помощь, но упускать прибыль владетель права не имел. Тут даже обижаться не на что — старший Горбунов действовал правильно.

Я вернулся к Аделине, что так и продолжала лежать на земле.

— Народ волнуется, что с тобой что-то случилось. Ты бы села, а то они к тебе лекаря направят. Поди потом объясняйся с местными, почему их лекарь внезапно превратился в огненный шар.

— Знаешь, светлый, когда я увидела латников, даже подумала, что ты решил меня обмануть, — Аделина с кряхтением, словно старая бабка, села. — Сдать тёмную церковникам на опыты — это отличная прибавка к светлости.

— Если ты не забыла — я и сам в какой-то степени церковник. Так что все свои опыты над тобой мы уже провели. Ты лучше скажи, каким образом ты будешь возвращаться домой? Наймёшь караван?

— Очень смешная шутка, светлый. Тебе в юмористы нужно наниматься, народ веселить. Мне нужен обращённый. С его помощью я вернусь обратно.

— Слушай, всё время хотел тебя спросить, но каждый раз почему-то забывал — как ты изначально попала в нашу империю? Как тебя пропустили мимо Стен?

— Это зарытая информация, светлый, — после паузы ответила Аделина. — Все, кто используют этот способ транспортировки, получают печать молчания. Я даже намёка не имею права тебе дать — меня тут же убьёт. Высшие иерархи Скрона тщательно следят за сохранением этой тайны. Прошу, даже не пробуй предполагать. В противном случае сработает триггер и мне придётся тебя убить. Или попытаться это сделать.

— Ладно, сейчас тут лагерь разобьют. Есть будешь, или тёмные только негативными эмоциями питаются? И ещё — не вздумай при других назвать меня светлым. Не поймут.

— Вот только за дурочку меня держать не нужно, — мне кажется, или Аделина даже обидеться соизволила? Пофиг! Положив руку на плечо, я решил отчитаться о проделанной работе и узнать, как обстоят дела в поместье.

— Алия, привет! Занята или у тебя есть с собой блокнот и гора карандашей? Мы закрыли это скроново подземелье и избавились от тумана Фарафо.

На то, чтобы пересказать события последних часов, много времени не потребовалось. Вновь я не стал ничего утаивать, рассказав про Аделину и то, что мне пришла в голову гениальная мысль о том, что ей стоит отдать алтарь развития восьмого уровня, которого в нашей империи нет ни у кого. Кого волнует, что этот предмет с лёгкостью смог бы усилить наши войска и мы нанесли бы тёмным сокрушительное поражение, надолго откинув их от Стены, тем самым сохранив несколько тысяч жизней? Последняя мысль была, конечно же, не моей, но, если убрать эмоции, Алия особо не противилась моему решению. Она вообще, если без эмоций, в основном молчала и записывала данные про третий уровень подземелья.

— Куда сейчас? — спросила Алия.

— Видимо, в Серетино, вместе с Горбуновыми. Там постараюсь найти хоть одного обращённого, чтобы отправить Аделину домой, после чего вернусь в Турб. Мне нужна пауза с приключениями. Пора готовиться к соревнованиям, что б им пусто было.

— Ты бы не спешил домой, Макс, — внезапно ответила Алия. — Сегодня утром дворец императора был атакован заговорщиками. Результата ещё никто не знает, но армия по какой-то причине не явилась на защиту главы государства, Крепость уже вывесила объявление на центральной площади, что они не вмешиваются в дела мирские, Кималь Саренто тоже отстранился. Он занимается стройкой. Отец Нор встречался с ним, требуя вмешаться и остановиться кровопролитие, но ректор сослался на занятость. В Турбе творится что-то непонятное, так что пока тебе не нужно сюда ехать. Во всяком случае до тех пор, пока всё не уляжется. Как ректор и говорил, одним из тех, кто готовил нападение на дворец императора, является герцог Одоевский со своей личной гвардией. Если он и его люди возьмут вверх, кто знает, что будет с тобой. Сейчас в поместье всё спокойно, но твои люди несут усиленную вахту. Как, впрочем, и вся столица.

— И после этого ты мне будешь рассказывать о том, что я вечно в приключения влезаю? Стоило вас всего на неделю оставить, как вы государственный переворот проморгали! Ладно, я понял — пока погуляю по западному региону.

— Лучше по центральному. Герцог Турбский остался верен короне. Ходят слухи, что он вскоре нагрянет в столицу и разгонит заговорщиков. Герцог Оскольский, что управляет западным регионом, тоже входит в состав заговорщиков. Будь осторожен. Пойду, обсужу всё с отцом и, если будет необходимость, с верховным епископом.

Я убрал руку с плеча и какое-то время отрешённо смотрел на то, как люди Горбуновых ловко устанавливают лагерь. Кроме латников, что вышли нас «встречать», здесь оказалась почти сотня простых людей, не обременённых лишним грузом в виде стали.

— Смотрю, ты ещё та капустка, светлый, — Аделина пододвинулась ко мне поближе. — Только начинаешь думать, что уже изучила тебя целиком, как ты преподносишь очередной сюрприз. Причём не могу сказать, что конкретно сейчас меня этот сюрприз порадовал. Откуда у тебя символ связи? Насколько мне известно, далеко не у всех кланов есть возможность удалённого общения, а тут какой-то охотник на тёмных захудалой империи пользуется тем, что он, по своей сути, должен уничтожать. И, если не секрет, кому это ты только что так рьяно отчитывался? Сложилось ощущение, словно ты муж, рассказывающий о каждом своём шаге ревнивой жёнушке. И туда я пошёл, и то я увидел, и это я красивой тёмной отдал…

— У всех нас есть свои тайны. Хочешь знать мою? Расскажи, каким образом можно увеличить размер магического поля? Или то, что человек получил при инициации, является пределом, выше которого не прыгнуть?

— Увеличить размер поля? — нахмурилась Аделина. — Светлый, а ты умеешь подбирать неудобные вопросы. Да, есть способы увеличить размеры поля, но я не знаю, есть ли у меня право на то, чтобы делиться этой информацией с таким, как ты. Мне нужно посоветоваться с высшими иерархами Скрона на эту тему. Когда я вернусь за своим кольцом, мы обсудим эту тему.

— Высшие иерархи Скрона? Ты уже второй раз использует это название. Кто это?

— Исторически сложившееся название руководителей клана, пятёрки сильнейших и мудрейших представителей Бартоломео.

— Почему же тогда Скрона?

— А кого? Не Света же? — Аделина даже засмеялась.

— Искатель и магистр магической академии, господин барон приглашает вас разделить с ним ужин! — к нам подошёл слуга, не позволяя продолжить разговор.

— Мы сейчас подойдём, — ответил я, получив подтверждающий кивок от тёмной. Она сумеет сдержать себя в руках и не будет бросаться на людей, даже если те начнут говорить о том, что Скрон — вина всех бед человечества. Что в принципе является истиной, но зачем пытаться втолковывать её тёмной?

— Оставь! — воскликнул я, заметив, что Аделина схватила алтарь и собралась идти вместе с ним. — Что с ним здесь случится?!

— Всё что угодно! — ответила тёмная, даже не думая опускать тяжёлую каменюку. — Это неэкранированный алтарь развития, светлый! Знаешь, что он сейчас делает? Информирует о своём присутствии всех, кто может им воспользоваться. В радиусе километра нет ни одного тёмного, что бы не знал о моей добыче. То, что они не явились до сих пор, не значит, что их нет. Я не имею права выпускать такую ценность из рук даже во время трапезы. Если кто-то пожелает прибрать к рукам мой алтарь, ему вначале придётся пройти через меня.

— Ладно, идём. Будешь сама объяснять, почему ты так сроднилась с этим камнем.

Объяснять ничего не пришлось — Горбуновы с пониманием отнеслись к тому, что преподавательница академии ни на секунду не отходила от опасного камня. Еда на походном столе барона оказалась довольно вкусной, особенно с тем посылом, что я нормально не ел уже несколько дней. Наконец, старший Горбунов вытер руки салфеткой и посмотрел на меня:

— Максимилиан, я хочу пригласить тебя и твою спутницу к себе в замок. Мне и моей семье было бы интересно услышать подробности о битве с туманными монстрами, а также услышать о том, каким образом вам удалось пленить сущность смертоносной твари. Если это, конечно, не является тайной академии.

— С охотой принимаю ваше приглашение, ваше благородие. Вы правы — многие моменты битвы являются тайной, но я постараюсь рассказать как можно больше, чтобы потрясти ваши души. Вот только…

— Что? — нахмурился старший Горбунов.

— Я не так много общался с Алехандро, но успел узнать его как честного и светлого человека, не просто знающего, что такое честь, но живущего по понятиям чести. Я вижу, как он отводит взгляд. Вижу, что ему не по себе, но он не может противиться вашей воле. Скажите, ваше благородие, вы приглашаете нас в замок только для того, чтобы мы поведали вам о своих приключениях, или есть ещё какая-то причина? Как я уже сказал, мы в любом случае поедем в Серетино, но хотелось бы понимать конечную цель и истинные мотивы.

— Такие мудрые слова не соответствуют такому юному внешнему виду, — ответил старший Горбунов. — Да, искатель, ты прав. Я приглашаю тебя в свой замок не только для того, чтобы послушать сказки. Искатели часто наведываются в наши земли, так что все ваши сказки мне уже известны. И не для того, чтобы выплатить причитающиеся тебе тысячу золотых. Ты получишь их в любом случае. Я приглашаю тебя в замок для того, чтобы ты помог нам с одной бедой. Вот уже полгода в моих землях пропадают дети. На текущий момент исчезло около сотня, но ни тел, ни намёков на то, куда они делись, у нас нет. Здесь явно замешены слуги Скрона, но служитель Света из соседнего имения не хочет поднимать свою толстую задницу и заниматься делами. Я знаю, кто ты, искатель. Охотник на тёмных. Хочу нанять тебя, но только после того, как ты увидишь всё своими глазами. Увидишь горе матерей, приходящих ко мне ежедневно. Увидишь опустевшие глаза отцов, не сумевших защитить своих детей. Всё то, с чем нам приходится жить вот уже полгода.

— Пропадают мальчики, от пяти до семи лет, крепкие, без видимых физических дефектов? — неожиданно спросила Аделина.

— Всё верно, — кивнул старший Горбунов. — Вы что-то знаете об этом?

— Не конкретно про ваши земли, но да, знаю. Судя по всему, у вас завелась ищейка тёмных.

## Глава 17

— Что такое ищейка? — старший Горбунов внимательно посмотрел на Аделину. — Ещё одна тёмная тварь? Где водится?

— Нет, не тварь, — Аделина отложила приборы, закончив с ужином. — Ищейка — это обычный человек, что какое-то время проживает на территории, чтобы к нему все привыкли, после чего начинает действовать. Его задача заключается в поиске, изъятии и дальнейшей переправке детей в клан. Земли светлых негласно поделены между кланами тёмных и свои угодья они называют питомниками.

— Питомниками? — гневно воскликнул старший Горбунов и с грохотом обрушил кулак на стол. — Они воспринимают нас и наших детей как животных?

— Не животных, — спокойно поправила Аделина. — Как солдат. Мальчиков забирают, проводят с ними ряд манипуляций, чтобы они больше никогда не имели потомства, после чего отдают высшим иерархам Скрона на испытание. После первого испытания выживает примерно каждый четвёртый, обучение заканчивает из них каждый третий, но те, кто остаётся, становятся верховными обращёнными. Сильными, выносливыми и преданными своему клану слугами. О том, что они когда-то были обычными людьми, верховные обращённые не помнят.

— Это чудовищно! Но ещё чудовищнее то, с каким спокойствием вы всё это рассказываете! — младший Горбунов, Алехандро, смотрел на Аделину довольно странным взглядом. Словно не понимал, как в человеке может быть столько безразличия. Пока тёмная не ляпнула что-то ещё, из-за чего нам потом пришлось бы пожалеть, я перехватил инициативу разговора.

— Охота на тёмных накладывает свои отпечатки, Алекс. Мы сталкиваемся с такими чудовищными деяниями каждый день. Если будем испытывать эмоции по каждому поводу, то либо с ума сойдём, либо потеряем голову и попадём в ловушку. Какими бы жуткими преступления тёмных ни были, охотники всегда должны оставаться спокойными.

— Не хотел бы я заниматься тем, что вы делаете, — пробурчал Алекс и его взгляд, вроде как, потеплел. — Если ищейка какое-то время живёт в наших землях, то можно просто допросить всех, кто приехал за последний год?

— Не всё так просто, — Аделина на всякий случай бросила на меня взгляд, словно спрашивая разрешения продолжать. — Ищейки могут сидеть на одном месте годами, ожидая приказа. Странствующие торговцы, кузнецы, что внезапно решили переселиться, просто сосед, которому всем селом помогали строить дом, даже лекарь, что лечит население от хвори. Ищейка может принимать любую роль. Ведь для неё определяющее значение носит количество детей, которое она сможет доставить своему клану. Это их цель. В этом их жизнь.

— То есть ищейки — это не обращённые? — уточнил Алекс и я едва его не расцеловал. Для меня этот вопрос тоже имел определяющее значение.

— Давайте я объясню, — Аделина вновь посмотрела на меня. На этот раз в её взгляде читалось что-то вроде: «потом с тобой за эту информацию сочтёмся». — У почитающих Скрона существ есть несколько чётко обозначенных каст. Первая, высшая — это воплощения Скрона. Посредники между богом и людьми. До недавнего времени существовало десять воплощений, но одного из них уничтожили и вывесили оторванную голову в Крепости Заракской империи. Насколько мне известно, высшие иерархи Скрона всех кланов определили награду за информацию о том, кто уничтожил представителя высшей касты. Но даже в Крепости никто этого не знает. Просто внезапно появилась голова и всё. Всё, кто имеет к этому хоть какое-то отношение, всячески отмалчивается. Вторая каста — разумные существа Скрона. Сюда относят всех, кто не похож на людей, но при этом обладает разумом и магией. Минотавры, кентавры, змеелюды. Много кто сюда входит, но практически все они располагаются так далеко от земель светлых, что о них здесь даже не слышали. Третья, основная каста по количеству — кланы со всей своей многоуровневой структурой. Это люди, принёсшие клятву верности Скрону и руководствующиеся в своей жизни его догматами. Четвёртая — соискатели. Те, кто желает вступить в тот, или иной клан. Для того, чтобы это сделать, соискатель должен доказать свою важность и ценность. Ищейки относятся именно к этой касте. Они готовы на всё, чтобы доказать свою полезность. В том числе годами сидеть в какой-нибудь дыре, готовя детей к передаче клану. Дальше идут марионетки — обращённые, что тоже делятся на несколько категорий. Верховные, которых создают из детей светлых, высшие, которые получаются из особо отличившихся обычных, и, собственно, обычные. Низший уровень низшей касты. Это те светлые, кто продал Скрону свою душу в обмен на силу, знания или ещё что-то. Те, кто утратил собственную волю. Неофициально существует ещё одна каста — неразумные твари. Те, кого отправляют на Стену, кто живёт в разломах, но я считаю, что выделять их в отдельный блок всё же неправильно. Это просто тупые твари.

На какое-то время все погрузились в тягостное молчание. Одно дело выискивать страшную тёмную тварь, что похищает детей, другое — пытаться выявить предателя среди своих людей. Ведь им мог оказаться любой. Соискатель мог даже родиться на этих землях и уже потом податься к тёмных.

— Тем не менее вам повезло — у вас есть я. Ищейка не сможет устоять против действия этого камня. Кем бы они ни была, она не устоит от того, чтобы не прибрать к рукам скульптуру. Хозяева хорошо заплатят соискателю за такую ценность. Даже в клан примут.

— Вот только радиус действия этого предмета слишком мал, чтобы охватить все земли баронов Горбуновых, — напомнил я.

— У ищейки должно где-то находиться логово, куда оно складирует детей до отправки.

— Мы перекроем все дороги! — заверил старший Горбунов.

— Эти дорогие перекрыть не получится. Их отправляют с помощью обращённых.

— Значит, у ищейки должны быть ещё и обращённые? — переспросил я. — Барон, вы в последние полгода не находили, случайно, людей с перерезанным горлом и вспоротым животом?

— Допустим, — осторожно ответил Алекс. — Было пару случаев. Мы даже поймали того, кто это сделал.

— Поймали? — Аделина ухмыльнулась. — Трупы, что вы нашли — обращённые. И они сделали это с собой сами, чтобы открыть портал. Странно, что вы нашли только два тела — через один портал может пройти не более десяти человек. В этом их самый большой минус. Если у вас пропала сотня детей, то где-то находится ещё минимум восемь тел. Ищейка те тела спрятала, а те два, что вы нашли, не успела. Видимо, что-то её спугнуло. Или кто-то.

— К примеру, тот, кого вы поймали как преступника, — предположил я. — Он ещё живой?

— Неделю назад был казнён, — хмуро ответил старший Горбунов. — Служитель Света, что проверял его, определил тьму. Сожгли его от греха подальше.

— Жаль, конечно, но тогда можно пойти более длинным путём. Нужна карта с отмеченными на ней местами, где пропали дети. А также где вы нашли тела двух обращённых. Где они, кстати? Хотелось бы взглянуть на то, что от них осталось.

— Тела тоже сожгли. Родичей у этих двоих не было. Простые приблуды, что появились..., — то, как умолк старший Горбунов, говорило о многом. Поднявшись, он жестом дал понять Алексу, что нужен приватный разговор. — Мне нужно дать несколько распоряжений. Вам двоим выделили палатку для ночлега.

— Нам? — Аделина посмотрела вначале на Горбунова, потом на меня. — Мы с охотником на тёмным не настолько близки, чтобы ночевать в одной палатке, барон. Мы коллеги, но не более.

— Приношу искренние извинения — моя ошибка и она будет исправлена. Остался вопрос по телу, что всё ещё находится на камнях. Кто это и как к нему относится?

— Коллега, которому не повезло, — ответила Аделина. — Полагаю, у нас есть два дня, прежде чем он начнёт мешать запахом. У вас можно будет найти лёд? Хочу доставить его родственникам в целости и сохранности. Они должны знать, что он исполнял свой долг до конца.

— Можно не ждать завтра, — предложил Алекс. — Мой оруженосец может доставить тело до Каховки ещё до темноты. У старосты точно есть ледник, я видел.

— Организуй, — приказал старший Горбунов. — Господа! Приятного вечера. Вторая палатка скоро будет установлена.

— Благодарю, это будет весьма любезно с вашей стороны. Максимилиан, побудешь рядом со статуей, пока я займусь вечерними процедурами?

— Если позволите, сударыня, я с радостью исполню эту миссию, — Алехандро встал рядом со статуей и жестом подозвал своего оруженосца, ставя важную задачу.

— Право, барон, вы настоящий рыцарь, — Аделина положила руку на плечо Алексу и улыбнулась. Как по мне получился жуткий оскал. Ожог на левой стороне лица делал из тёмной настоящего монстра.

— С чего такой альтруизм? — не удержался я от вопроса, когда Аделина вернулась ко мне. Солнце окончательно спряталось за горизонтом, и тьма вступила в свои права, разгоняемая несколькими кострами.

— Ты сейчас о чём?

— Ты слишком легко согласилась помочь найти ищейку тёмных.

— Мой клан не охотится на этих территориях, а подгадить соседям — закон чести.

— Твой клан тоже таким занимается?

— Естественно, — Аделина даже одарила меня взглядом превосходства. — Откуда бы мы ещё брали верховных обращённых? А так — чем меньше питомники у конкурентов, тем сильнее мой клан. Будет вообще замечательно, если мне удастся сюда своих запустить. Нужно будет подумать, каким образом это сделать.

— Даже не думай об этом, — предупредил я. — Тронешь эти земли — наше временное перемирие закончится и Аделина Джоде превратится в моего врага. Ты и сейчас не самый большой друг, но сейчас хотя бы полезна.

— Куда это ты собрался? — спросила тёмная, когда я отправился к выделенной мне палатке.

— Ты так рьяно защищала свою целомудренность, что у меня не осталось выбора, кроме как идти спать. Или уже передумала?

— Мальчик, я старше тебя лет на десять! — фыркнула Аделина. — Я, конечно, открыта к различным экспериментам, но не настолько, чтобы бросаться на малолеток. Если с кем и мутить, так это с Алехандро. Вот кто настоящий мужчина. Стать, сила, внешность. Ммм… У меня даже всё сжимается, когда я думаю о том, как это — оказаться в его объятьях. Давно такого не испытывала, тем более к человеку, которого вижу в первый раз. Это какая-то особая светлая аура? У тебя она тоже есть, но, повторюсь, я малолетками не балуюсь.

— Ты для этого меня остановила? Чтобы рассказать, какой Алекс великолепный мужчина? Так выскажи ему это в лицо, я-то тебе здесь для чего?

— Светлые, как же с вами тяжело… Сегодня первая ночь, когда алтарь находится на открытом пространстве. В обычном состоянии аура камня пробивает всего на два километра, но сейчас до обычного состояния дальше, чем до моего дома. Учитывая уровень алтаря, полагаю, что километров двадцать мы зацепили. Сегодня ночью будет жарко, и твои закованные в сталь друзья ничем нам помочь не смогут.

— В округе нет разломов, откуда здесь взяться тёмным? Или ты опять чего-то недоговариваешь?

— Монстры вылезают не только из разломов, светлый.

— Элитные камни? — догадался я.

— Надо же, вас действительно чему-то учат, — ухмыльнулась Аделина. — Элитные камни. Круг радиусом двадцать километров слишком большой, чтобы с гарантией утверждать о том, что в нём не будет порождений камней. Не удивлюсь, если сюда заявится какая-нибудь полевая мышка размером со слона. Алтарь притягивает тварей похлеще магнита. Ведь воспользоваться им могут не только люди.

— Ложись спать, тёмная, — успокоил я женщину. — Мы находимся на такой территории, где все ценные камни уже давным-давно вытащены. Это я тебе как искатель говорю.

— Опять капустка, да? У тебя ведь есть карта? Да ладно, светлый, рассказывай уже. Есть же карта локации? Причём расширенная. С разломами и камнями? По глазами вижу, что права. Да, высшие иерархи будут слушать историю о тебе с открытыми ртами. Может, меня даже отправят на досрочный экзамен на новый уровень силы.

— Что за экзамен?

— Спокойной ночи, светлый. Очень надеюсь, что твои карты не врут и мне удастся поспать.

Тёмная подняла алтарь и вошла с ним в палатку. Складывалось ощущение, что она с этой каменюкой даже в ванну полезет. Вздохнув, мечтая о том, чтобы весь этот кошмар поскорее закончился, и мы разбежались в разные стороны, я отправился к своей палатке, где меня уже поджидал Алекс. Барон Горбунов ворошил палкой догорающий костёр и выглядел крайне задумчивым. Опять что-то случилось?

— Макс, привет! — младший Горбунов приветствовал меня. Вроде мужику уже за тридцать, а ведёт себя, порой, как младший брат. Если бы он у меня был.

— Давай сразу к делу, — предложил я, усаживаясь рядом. — Реально спать хочется, а завтра тяжёлый переход по местным буеракам.

— К делу, так к делу, — легко согласился Алекс. — Скажи, у Адалины есть муж?

Сказать, что я опешил — не сказать ничего. Я мог ждать чего угодно, но только не того, что речь пойдёт о тёмной.

— Понятия не имею, — честно ответил я. — Почему бы тебе не задать ей этот вопрос ей лично? Кажется, не совсем правильно обсуждать человека за его спиной. Тем более о её семье.

— Понимаю и согласен с тобой полностью, просто… Просто не хочется доставлять ей лишних неприятностей. Если она замужем, то чрезмерное внимание с моей стороны может показаться ей неуместным. В том числе и такой прямой вопрос.

— Алекс, повторюсь — я понятия не имею, какой социальный статус у Аделины. Если у тебя есть к ней какой-то интерес — вперёд, проявляй. Только не вздумай меня сюда вмешивать, наподобие «узнай, как она ко мне относится» или что-то в этом духе. Это всё, что ты хотел со мной обсудить? Реально устал. За последние три дня нормально поспать мне не удалось. И…

Договорить я не успел — сверкнули искры «Золотистого купола защиты».

— Все вниз! — заорал я, буквально набрасываясь на Алекса и прижимая того к земле. Искры продолжали высекаться из купола с пугающей скоростью. Причём по уменьшающейся мане становилось понятно, что стреляли не из рогаток, а из вполне себе хорошего лука. Воспользоваться которым лично у меня не получалось.

— Честь и слава! Сталь и кулак! — пространство разорвал зычный крик старшего Горбунова. Барон собрал вокруг себя латников, что не снимали доспехи даже на ночёвку. Видимо, не только Аделина ожидала сегодня атаки тёмных.

— Лежи и не рыпайся, — приказал я барахтающемуся подо мной Алексу и, вскочив на ноги, помчался к барону. Его тоже следовало отправить на землю — нечего стоять и героически ловить грудью стрелы. Проклятье — даже аурой не воспользоваться! Кто знает, как на неё отреагируют местные? Очередная стрела высекла искры и я, недолго думая, выпустил в сторону, откуда прилетела острая палка, тёмный шип. Не было задачи попасть или навредить. Была цель отвлечь хоть на секунду, чтобы заставить барона уйти в глухую оборону и не носиться по лагерю с обнажённым мечом.

— Макс, я займусь ими! — послышался крик Аделины. — Береги алтарь!

Всё же ума тёмной не занимать. Светлым называть меня не стала. В небо вырвался огромный огненный шар, превратившись в небольшое солнце. Пространство осветилось и я, наконец, увидел тех, кто нас атаковал. Их было шестеро.

— Мастер Оливер, остановитесь! — заорал я, резко изменив направление бега. Старший Горбунов окружён латниками со щитами. Эти парни смогут защитить своего господина от шальной стрелы. Почему шальной? Потому что все пятеро верховных обращённых, что двигались вместе со своими господином, выцеливали именно меня.

— У нас нет выбора, светлый! — шар Аделины угас и голос серого мастера прозвучал уже из тьмы. — Этот алтарь будет моим! Второй раз трюк со странной аурой тебе не провернуть — мои марионетки не позволят тебе приблизиться. Если не хочешь, чтобы я уничтожил всех людей рядом с тобой, отдай мне алтарь. Я уйду! Но только с ним, ибо…

Пространство вновь осветил огненный шар, но на этот раз он вырос на земле. Там, где только что находился серый мастер Оливер. Защита прекратила источать искры и всё вокруг как-то странно умолкло. В этом тишине приближающиеся шаги звучали как набат. Неизвестность пугала до мурашек. В небо вновь взлетел огненный шар, освещая пространство. Шаги принадлежали довольной Аделине, что медленно шла к лагерю от огромной воронки. Тёмная вошла в круг света, стряхнула с себя пыль и, не обращая внимания на ошарашенные взгляды, подошла ко мне и спросила, основательно подставляя перед местными людьми:

— И много ещё твоих знакомых бегает по окрестностям? Кто это был?

— Тёмный, который купил себе жизнь информацией, — нехотя пояснил я. — Он первым явился к руинам, первым вступил в лабиринт первого уровня. Когда я сюда явился, мы немного повздорили и мне пришлось половину его армии прибить. Потом мы поговорили, он выкупил свою жизнь информацией, и я на полном серьёзе думал, что он отправился домой. Видимо, ошибся. Тёмный решил дождаться моего возвращения. Словно знал, что мне удастся пройти до финала и уничтожить порождения Фарафо.

— Хорошо, выглядит правдоподобно. Значит так, Максимилиан Валевский. Это моя добыча. Не вздумай её трогать. Утром разберусь с телами. Я спать!

Я вспомнил о камнях, что имелись у мастера Оливера и недовольно скривился. Всё же разница по уровню подготовки и силе между мной и тёмной была слишком заметной. Пока я как безумец носился по лагерю, оря и внося ещё больше паники, Аделина определила местоположение врага и всего одним единственным выстрелом избавилась от шести противников. Неплохой урок, кстати! С чего вдруг я начал считать себя обязанным защищать людей, что временно стали моими спутниками? Они сами по себе, я сам по себе. Если бы я сразу побежал туда, откуда летели стрелы, может быть и не пришлось бы ничего объяснять тёмной.

Остаток ночи прошёл без происшествий, хотя, как мне кажется, никто больше не спал. Кроме, разве что, Аделины. Утром она сходила к воронке и без лишних моральных принципов расчленила останки, забирая камни. Лагерь начал сворачиваться и, к тому моменту, как к нам приехала телега, всё было готово для транспортировки алтаря.

До Серетино мы добирались три дня. Старший Горбунов покинул нас утром — как владетель, он не имел права рисковать собой, когда скронова каменюка, как прозвали алтарь, приманивала всю нечисть в округе. Которой, к слову, оказалось не так и мало — даже волки, попробовавшие в своей жизни человеческой крови, и те пытались на нас напасть. Алекс все три дня неотрывно сопровождал Аделину, совершенно не обращая внимания на её жуткий ожог. Могу руку отдать на отсечение — последнюю ночь перед прибытием в родное имение он провёл в палатке тёмной. Утром я попробовал поговорить с Аделиной, чтобы она не пудрила хорошему человеку мозги и даже не пыталась склонить его к тьме, на что та лишь отмахивалась, утверждая, что даже и в мыслях ничего подобного не имела. Сейчас она просто бедная и несчастная женщина, которой нужна помощь, а Алехандро ей эту помощь оказывает.

— Макс, с тобой всё хорошо? — взволнованно спросил Алекс, когда мы подъехали к Серетино. Я остановил коня на вершине холма, смотрел на раскинувшийся передо мной замок и по моим щекам текли неконтролируемые слёзы. Замок Валевских, от которого, как мне сказали, не осталось даже камня на камне, один в один походил на имение Горбуновых. Те же стены, те же три башни, то же главное здание, выступавшее и домом, и местом для собраний. Даже непрекращающиеся звуки работы кузнеца и те напоминали мне об утерянном доме.

— Я… Цени то, что имеешь, Алекс, — произнёс я, смахивая предательские слёзы. — Не всем дано такое счастье.

Младший борон хмыкнул, явно не понимая моего состояние и ускакал, стремясь поскорей вернуться домой. Рядом со мной остановилась повозка с Аделиной.

— Что, капустка, у каждого из нас есть свои шрамы? — усмехнулась тёмная. — Дай угадаю — когда-то ты жил в таком же холодном и сыром каменном мешке, но пришли страшные враги и всех убили?

— Знаешь, Аделина, иногда ты лезешь туда, куда тебя совсем не звали, — ответил я. — Я же не спрашиваю, почему ты не уберёшь ожог на лице, что нанесли тебе Гурфаны. У меня хватает на это такта.

— Думаешь, я не пыталась это убрать? — холодно ответила женщина. — Это не просто ожог — это действие тёмного пламени. Его просто так не удалить. Высшие иерархи обещали мне помочь только после того, как я разделаюсь с обидчиком.

— Тебе для этого потребовался мой рюкзак? Это тебя Свирелла так разукрасила?

— Пф! Та бездарность даже близко не смогла бы ко мне подойти. Это сделал её старший брат. Он явился в мой клан и потребовал меня в жёны. Иерархи согласились, но я отказала ему. Состоялась дуэль, на которой я позорно проиграла. Это было четыре года назад. С тех пор я стала сильней. Значительно сильней. Джерард потерял ко мне интерес и взял себе девушку из клана Вальдес. У меня не получится разозлить его до такой степени, чтобы он вызвал меня на бой. Вызывать же самой и соглашаться на его условия у меня ещё нет возможности. Он банально сильней. Но если я буду пользоваться предметами его любимой сестрички… Гурфаны за меньшее оскорбление готовы драться. Получив в своё распоряжение грань, блокирующее влияние Скрона, я смогу пройти обучение и стать ещё сильнее. Раньше опасалась этого делать, так как Скрон мог призвать меня к службе, но сейчас, когда стала свободной, Джерард Мойзес пожалеет о том дне, когда явился на порог клана Бартоломео. Мой четырёхлетний позор будет смыт кровью обидчика, и иерархи уберут последствия тёмного огня. Только так и никак иначе. Я ответила на твой вопрос, светлый? Теперь я жду твою историю. Уверена, она окажется не менее интересной, чем моя.

— Нет, тёмная, моя история останется со мной. Вот приедешь в Турб, я, может быть, тебе её и поведаю. Но только там. Поехали. Плевать на тварей, ищеек, твоего Джерарда и всех тёмных вместе взятых. Мне нужна ванна. Горяча, ароматная и, желательно, с двумя красотками. Всё остальное может подождать…

## Глава 18

В покои тёмной, что выделили ей барон Горбунов, я заявился на следующее утро. Вчерашний торжественный ужин, устроенный хозяевами, едва не подорвал моё здоровье. Кажется, я никогда в своей жизни так много не ел. Для всех я был простым охотником на тёмных, так что в какой-то момент непонятные девушки утащили меня танцевать, не зная о страшном титуле «виконт». Я не сопротивлялся, с головой окунувшись в этот праздник жизни. Утром, что было для меня вполне естественно, проснулся не один. Разве что вчерашняя красотка при ближайшем рассмотрении оказалась не совсем красоткой, но это мелочи. Ночь прошла отлично и это было главное. Об остальном жалеть буду потом, когда меня настигнет похмельный синдром. Может, имеет смысл пройтись лечением? Будет полезно. Как для меня, так и для всех, кого я зацеплю.

Аделина находилась в комнате одна, если не считать её неизменного алтаря. Несмотря на раннее утро, тёмная была одета и готова к великим свершениям. Однако даже открытое настежь окно не смогло выветрить специфические духи, которыми пользовался барон Алехандро Горбунов. Сделав кристально чистое лицо, словно ничего не случилось, тёмная вопросительно подняла бровь, интересуясь причиной моего визита.

— Карту со всеми пропавшими детьми обещали сделать к обеду. С чего начнём?

— Ты сейчас о чём?

— Ищейка тёмных. Её нужно найти и обезвредить.

— Светлый, ты ничего не попутал? Только не говори, то ты на полном серьёзе решил, что я стану помогать искать одного из нас? Одно дело рассказать о существовании, другое — принимать активное участие в поисках.

— Тёмная, у меня настолько хорошее настроение, что я даже пропущу мимо ушей твою тираду и сразу перейду к главному. Сейчас я настроен на то, чтобы на самом деле отпустить тебя домой вместе с алтарём. Моим алтарём, прошу заметить. Из-за этого у меня будут весьма крупные неприятности. Моя личная служительница, что является посредником между мной и Крепостью, уже об этом предупредила. Но я иду на это. Не заставляй меня задумываться о важности держать слово. Ты поможешь мне отыскать ищейку, я отдам тебе одного обращённого, чтобы ты убралась домой.

— О, пошли угрозы? — усмехнулась Аделина, словно невзначай встав напротив алтаря.

— Нет, обычное предупреждение. Этим людям нужна помощь. Никто не просит тебя заниматься активными поисками, но ты в радиусе сотен километров лучше всех знаешь, где и как ловить ищейку. Помоги нам, мы поможем тебе.

— Вообще-то я рассчитывала, что ты начнёшь меня уговаривать и предлагать дополнительные интересные штуки, — заметила Аделина. — Но явно не то, что явишься с утра пораньше и начнёшь угрожать. Светлые так не поступают.

— Добро пожаловать в реальность. Так какой будет твой положительный ответ? С чего начать искать ищейку?

— Чем больше я с тобой общаюсь, капустка, тем больше жалею о том, что не попробовала прибить тогда, в подземелье. Пусть ты бы и победил, зато моя совесть была бы чиста. Я не буду тебе помогать просто так. Не дашь мне обращённого? Пф, напугал! Возьму любую глупую служанку и соблазню её благами Скрона. Первый раз, что ли? Превратить человека в обращённого — дело недели. Заметь, я говорю тебе это по доброте душевной, чтобы ты не питал иллюзий по поводу того, что держишь меня на коротком поводке. Если бы ты оставил меня с алтарём в руинах, это могло стать проблемой. Но ты сам притащил меня к людям. К этим заблудшим и глупым овечкам. Нет, светлый, просто так ты мою помощь не получишь. Свою часть сделки я исполняю чётко. Информацию ты получил, кристалл и прочее получишь чуть позже. На этом всё.

— Ладно, зараза тёмная, чего ты хочешь?

— Светлый, объясни — зачем тебе эти люди? Ты же их не знаешь? Они для тебя никто. Ищейка никогда не сидит на одном месте слишком долго. Дети имеют свойство заканчиваться. Вскоре он уйдёт из этих мест, и твои ненаглядные бароны заживут прежней жизнью. Без тумана Фарафо, без разлома, без ищейки. Для чего тебе рвать задницу? Несмотря на то, что это соискатель, это может оказаться сильный противник.

— Поможешь найти ищейку, получишь вот это, — я положил на стол один из камней огранки грани кристалла развития. Судя по тому, как дёрнулась обожжённая половина лица тёмной, награда была ценной. Тем не менее Аделина сумела сдержаться, даже ухмыльнулась и, сделав вид, что задумалась, произнесла:

— Скрон с тобой! Если и предавать своих, то только ради трёх камней огранки! Добавь ещё парочки и мы сочтёмся, светлый.

— Всего доброго, Аделина. Жду тебя через два месяца.

Забрав камень, я вышел из комнаты, едва сдерживая эмоции. Тёмная сука! Нет, это я светлый дебил! С чего вдруг я решил, что она станет мне помогать? Надеялся на хорошее отношение? На то, что последние четыре дня мы так хорошо общались? Нет, мы разные! Несмотря на то, что принадлежим к одному виду, мы совершенно разные. Да, с тёмными можно сотрудничать, но рассчитывать на их помощь бесполезно!

Выйдя на улицу, я осмотрелся. Вариантов, как поймать ищейку, на самом деле было не так много. Вариант номер один — каждые десять секунд включать и тут же выключать тёмную ауру и прислушиваться, не началось ли где пение обращённого. Потом включить ауру ещё раз, заставляя Скрона вытаскивать свою марионетку прочь из зоны действия тёмной твари и, преследуя обращённого, добраться до места его инициации. Таким образом мне удалось найти один из филиалов тёмного ковена в столице, вполне может сработать и сейчас. Единственное, что меня останавливало — это люди. Не уверен, что обычные крестьяне смогут пережить близкое знакомство с эксклюзивным тёмным усли с девятого уровня разлома. Разрыв сердца от страха им гарантирован.

Вариант номер два — проверять всех подряд «Анализом». Вот только у меня эликсиры закончатся раньше, чем я даже с этой небольшой площади выйду. Людей у баронов Горбуновых было много и, если верить тёмной, ищейкой может быть любой из них. Послышался стук копыт и через открытые ворота в сопровождении двух бойцов влетел младший Горбунов.

— Макс, как хорошо, что ты уже встал! Найдено ещё одно тело! — Алекс осадил коня неподалёку от меня. — Посмотришь? Карта по всем исчезнувшим детям уже готова. Аделина? Не думал, что вы уже проснулись.

— Ты совершенно не умеешь торговаться, коллега, — фыркнула тёмная, устанавливая алтарь развития рядом. С проклятой каменюкой расставаться она не собиралась ни на секунду. — С таким талантом на рынке тебе делать нечего. Обуют и даже не спросят, как звали. Дорогой Алехандро, распорядитесь, чтобы нам выделили транспорт. У меня нет права оставлять эту скульптуру без присмотра. Поедем, взглянем на вашу находку.

— Карету! Запрягайте баронскую карету! — тут же раздался приказ, и конюхи принялись носиться взад-вперёд.

— Я рад, что вы решили к нам присоединиться, — на лице младшего барона Горбунова нарисовалась идиотская улыбка, от которой у меня едва зубы оскоминой не свело.

— Всё Максимилиан, всё он, — галантности и жеманности Аделине было не занимать. Дождавшись, пока Алекс отъедет от нас для проверки готовности кареты, тёмная протянула ко мне ладонь: — Мне нужен камень огранки, светлый! Тот, что ты так рьяно обещал мне утром.

— Забудь, — спокойно ответил я. — Ты отказалась и моё предложение утратило свою силу. То, что ты по собственной глупой жадности пыталась развести меня сразу на три огранщика, твои личные проблемы.

— То есть мне сказать барону, что я никуда не еду?

— Твоё право. Я вообще не понимаю, что ты здесь делаешь? Алтарь у тебя есть, начни соблазнять служанок, да возвращайся домой. Ты получила всё, что хотела, чего тебе ещё нужно?

— Упустить возможность посмотреть на то, как вы будете ловить ищейку? Нет, светлый, такое пропускать никак нельзя. Нужно же понимать, где у соискателей слабые места, чтобы затем их исправить.

— Ничего, когда я разберусь со всеми своими делами, то займусь вами вплотную, — пообещал я. — Всех обращённых, всех соискателей и ищеек выведу на чистую воду и отправлю на заслуженный костёр. Тёмным не место в Заракской империи.

— Срочное донесение из Оскола! — неожиданно в вотчине Горбуновых появились новые действующие лица. Через главные ворота в замок влетел глашатай в сопровождении пятёрки латников. — Срочное донесение из Оскола! Из канцелярии герцога Оскольского! Лично в руки барону Горбунову!

— Я барон Горбунов! — Алехандро вышел из конюшни. — Барон Алехандро Горбунов к вашим услугам!

— Старшему барону Горбунову с наследником и личной гвардией надлежит явиться в Оскол через три дня! Вот приказ, подписанный герцогом Оскольским! Прошу заменить коней, мы спешим! Нужно успеть объехать ещё три владения.

— В чём причина такой спешки? — спросил Алекс. Слуги бросились выполнять распоряжение, так что у него появилось несколько минут, чтобы поговорить с глашатаем.

— Смена власти. Два дня назад в Турбе состоялась коронация нового правителя! Теперь у нас новый император — Зурган первый! Двоюродный брат Девалона шестого. Герцог Оскольский собирает всех верных ему вассалов, чтобы принесли присягу новому императору и признать законность его власти.

— Герцог не стал защищать прежнего императора? — удивление на лице младшего Горбунова было искренним.

— Наш герцог входил в состав тех, кто поддержал нового императора на его пути к трону! Пятеро герцогов объединились, чтобы спасти империю от краха! Всё, некогда мне. Благодарю за конец, нам нужно двигаться дальше. Через три дня, барон Горбунов! Через три дня твою семью ждут в Осколе, чтобы приветствовать нового повелителя Заракской империи! Проклятье, совсем забыл! Барон Алехандро Горбунов, если ли среди жителей или гостей ваших земель виконт Максимилиан Валевский? Тёмный, что был признан Крепостью? Его ещё называют охотником на тёмных. Он ещё может путешествовать как искатель магической академии.

— Виконт, да ещё и тёмный? — послышался удивлённый шёпот Аделины. — Капустка, твои листья когда-нибудь закончатся?

— Зачем он вам? — спросил Алекс, бросив на меня недобрый взгляд. О том, что я был тёмным, никто во всей округе не знал.

— Послание от герцога Оскольского. Его выдали всем глашатаям, что отправились оповещать о смене императора. Герцог не знает, находится ли данный человек на его землях, но приказал спрашивать в каждом имении. Он здесь?

— Я Максимилиан Валевский, — произнёс я, чувствуя, что добром происходящее не кончится.

— Вы можете это как-то подтвердить?

— Мои бумаги, — я достал из рюкзака немного промокшие документы. Несмотря на то, что они находились в непромокаемом кармане, посещение бассейна в подземелье на них всё же сказалось недобрым образом. Однако ни надписи, ни печати не стёрлись, что позволило вполне сносно подтвердить свою личность.

— Благодарю, — глашатай вернул листы. — Виконт Максимилиан Валевский, для вас послание от герцога Оскольского. Вам надлежит в течение недели вернуться в магическую академию Заракской империи и приступить к преподавательской деятельности. Это личный приказ императора Зургана первого!

Я кивнул, принимая распоряжение. Алия уже успела сообщить, кем являлся наш нынешний император. Тот самый Зурган Шор, что почти двадцать лет возглавлял службу безопасности магической академии. Судя по всему, Кималь Саренто прекрасно знал, кто такой Господин и что он получает зарплату в академии, но ничего не предпринимал. По какой-то причине ректору было выгодно, чтобы власть в империи поменялась. Сейчас я был склонен согласиться со Злым Инженером — нужно как можно дальше держаться от нашего ректора. Он слишком хитёр и опытен, чтобы даже пытаться играть с ним в какие-то игры.

Глашатай, исполнив свою миссию, отправился дальше, я же остался один на один с огромной толпой, что требовала ответов. Тёмный. Перед ними стоял тёмный. На кол его! На костёр! Вот только приказ герцога останавливал народ. Что же это за тёмный такой, что император лично отдаёт ему распоряжения?

— Макс, не хочешь ничего объяснить? Давно ты на тёмных работаешь?

Одно то, что Алекс произнёс «Макс», а не «Максимилиан», уже говорило о том, что не всё так плохо. Я посмотрел — народу кругом собралось много и уходить крестьяне явно не собираются.

— Не стоит бросаться такими фразами, Алекс. Да, я тёмный, но я не работаю на тёмных. Я на них охочусь. Ты даже не представляешь, через что мне пришлось пройти, прежде чем Крепость дала добро на моё существование. Но теперь, после всех проверок, я являюсь единственным официальным охотником на тёмных Заракской империи, заодно преподавая студентам магической академии особенности сражений с тёмными тварями. Так получилось, что я лично знаком с новым императором. Он был среди тех, кто проводил мою проверку. Судя по всему, что-то в империи случилось, раз меня срочно вызывают в академию.

— Ты знаком с новым императором? — толпа даже несколько шагов назад сделала, словно я разом приобрёл какие-то новые свойства. Сиять начал, что ли?

— Алекс, мы поедем смотреть тело, или будем выяснять, с кем я ещё в этой жизни успел познакомиться? Если на то пошло, я и старого императора знал. Он лично вручил мне титул виконта, высвободив из-под вассалитета всех герцогов. Но лично для меня всё это мелочи. Важно то, что четыре дня назад нам удалось остановить опасное чудовище, что едва не уничтожило несколько деревень. Вот это действительно важно, а знакомства — это всё пыль.

— Истинные слова настоящего борца с тёмными! — прозвучал голос старшего Горбунова. — Я всё слышал, сын, можешь не утруждаться объяснениями. Виконт Валевский, вы сразу отправитесь в столицу?

— Вначале мне нужно закончить одно дело, — ответил я, понимая, какой ответ ждёт от меня мужчина. — Студенты могут подождать, детей уже не вернуть. Алекс, мы едем?

— Виконт, я хотел бы украсть у вас моего сына на несколько часов. Мне придётся забрать старших детей и на время нашего отсутствия Алехандро надлежит возглавить эти земли. Дорогу вам покажут.

Кивнув, я забрался в карету, где уже сидела довольная развернувшимся представлением Аделина. Со своим неизменным алтарём.

— Ты ещё и преподаватель, — ухмыльнулась женщина, когда мы выехали из ворот замка. Кучер делал вид, что старательно следит за дорогой, но я прекрасно понимал, что он ловит каждое наше слово. Пришлось жестами объяснять Аделине, чтобы придержала язык.

— Капустка. Как есть капустка, — усмехнулась тёмная. — Как коллега коллеге скажи, по какой методике преподаёшь? Или у тебя своя, уникальная?

Аделина откровенно зубоскалила, но отвечать ей тем же я не хотел. Какой смысл заигрывать с той, кого при случае убьёшь? Сейчас мы временные партнёры, но как только она привезёт мне кристалл развития, учебники, золото и драгоценности, наши отношения закончатся и у меня будет полное право её прибить. Для чего тогда делать вид, будто мне приятно её общество? Да, красивая (если не смотреть на обезображенную левую часть), но не более. Мои звёздочки, не говоря уже про Алию, куда интересней. Кстати!

— Алия, возник вопрос. С чего вдруг наш новый император распорядился, чтобы я в течение недели вернулся в академию? Выясни, пожалуйста, этот вопрос. Не хочется подставляться. Что с текущим положением?

Новости из столицы были довольно удивительными. Из девяти регионов империи нового императора признали восемь. Герцог Турбский наотрез отказался считать Зурган первого своим повелителем и обещал отомстить за показательную казнь своего бывшего господина. Девалона шестого казнили. На завтра намечено собрание глав регионов, после которого, с большой долей вероятности, у нас в империи появится новый герцог Турбский, лояльный короне. Что будет с графом Никитиным и верными ему людьми, Алия не знала, но подозревала, что ничего хорошего. Император не станет оставлять в живых человека, прилюдно поклявшегося отомстить за смерть своего правителя.

— Даже интересно, что будет делать новый император, — произнесла Аделина, выслушав сжатую версию происходящего. — Прошлый вообще был полной бездарностью. Ты же слышал про поместье, из-за которого у вас появился туман Фарафо? Слышал, конечно же слышал. Если вообще участие не принимал в его уничтожении. Но не суть — важен сам факт наличия поместья. Перевалочная база высшего уровня. Сильный правитель никогда бы не позволил построить на своей земле такое, а вашему это было совершенно не интересно.

— И много у нас в империи таких поместий? — спросил я.

— Ты меня за дурочку-то не держи, — Аделина скептически посмотрела в мою сторону. Тёмная собралась что-то дополнить, но тут в наш разговор вмешался кучер:

— Приехали!

Мы остановились на неподалёку от небольшой, но полноводной речки. Берег оказался усыпан любопытными крестьянами, что пришли посмотреть на утопленника. Тело лежало на берегу, но охрана никого близко не подпускала.

— Какие мысли, коллега? — Аделина сделала жест, словно затянулась сигарой и стряхнула пепел.

— Ты тоже читала «Треугольник страсти»? — удивился я. Таким жестом один из следователей, описанных в этой книге, начинал свои расследования.

— Естественно. Книги, к твоему сведенью, являются одним из самых распространённых объектов обмена. Тем более такие интересные, как «Треугольник страсти». Между прочим, автор конкретно этой книги — тёмный. Так что скажешь?

— Что делать здесь нечего. Тело приплыло по течению и скинуть в воду его могли в любом месте.

— Ещё.

— Течение здесь медленное. Тело выглядит свежим. Значит, скинули не так и далеко отсюда. Точно не на сотню километров.

— Ещё.

— Что ещё? Я тебе не специалист тайной канцелярии, что способен по одному только внешнему виду трупа рассказать всю его историю. Твоя очередь.

— Прежде всего — река протекает рядом с Серетино. Одна из стен как раз выходит на реку, думаю, эта та самая. Тот, кто сбросил тело, действовал второпях. Он не успевал избавиться от тела так, как это получалось у него раньше. Ему пришлось действовать без подготовки, не обращая внимания на последствия. Это говорит о том, что ищейка знала о появлении охотника на тёмных, но времени на реагирование у неё не было. Она точно находится в замке. Как и схрон с детьми. Служивый, вы знаете этого человека?

— Нет, ваше благородие! — то, что мы явились в карете баронов, сразу указало наш статус, так что стражники, что охраняли тело, не стали строить из себя недотрог.

— Кто-нибудь знает этого человека? — прокричала Аделина, обращаясь к многочисленным крестьянам. — Подходим по одному и смотрим!

— Знаю, — ответ пришёл практически сразу. — Борька это, бездомный. Работал за еду. Хороший человек был. Безобидный. Весёлый. Кто его так, ваше благородие?

— Тёмные, — ответил я, прежде чем Аделина успела ляпнуть о том, что это он сам себя так исполосовал. От одного слова крестьяне прониклись так, что буквально через несколько минут берег очистился. Народ внезапно вспомнил о важных делах где-то на другом краю владений баронов. Подальше от этого проклятого места.

— Много таких бездомных по вашим землям бегает? — спросила Аделина у стражников, ибо спрашивать больше было не у кого.

— Дык… Не знаем, ваше благородие, — послышался ответ. — Кто же их считает? Ходят и ходят. Коли не дебоширят, так чего их отлавливать? Беды никакой от них нет, польза одна. Кому воды наносят, кому дрова поколют, кому свинарник вычистят. Работаю всегда на совесть, жалоб на них никогда не поступало.

— То есть это не единственный? — продолжала давить тёмная.

— Знамо собой — не единственный. Много их. Кто в сёлах остаётся до зимы, потом на юга подаются, кто в замке ошивается, помогая всем подряд. Я ж говорю — не считают их. Ходят, где им вздумается. Главное, чтобы не лезли туда, куда лезть не стоит.

— Возвращаемся, — Аделина схватила алтарь и потащила его к карете. — Здесь больше нам делать нечего.

— Решила сыграть в тайного следователя? Откуда такие познания?

— Следователя? Нет, коллега, это даже близко не имеет никакого отношения к следствию. То, чем я занималась, называется логика. К слову, та самая дисциплина, которую мне доводится преподавать студентам. Я задавала вполне себе логичные вопросы, на которые должны были поступить логичные ответы, а не «не знаем, никто никого не считает». У меня даже слов нет, чтобы списать тот уровень беспечности, в котором живут местные. Посуди сам — если ты явился на коне, в яркой дорогой одежде, тобой обязательно заинтересуются и спросят, кто такой и куда ты собрался. Однако стоит надеть что-то неброское, желательно грязное, порванное и дурно пахнущее, как стражники отводят взгляд, делая вид, что тебя вообще не существует! Это что за отношение к службе такое? Вернусь домой, обязательно сообщу старшим, что под прикрытием бедняков можно засылать своих людей куда угодно. На них просто не будут обращать никакого внимания. У меня даже слов нет.

— Тем не менее у нас есть хоть какая-то зацепка, — я использовал слово из книги. — Бездомные. Нужно узнать, кем являлись другие два тела, которых нашли.

— Ответ уже известен. Тоже бездомные. Вот только, как мне кажется, мы опоздали. Когда мы вернёмся в Серетино, ни одного бездомного там не окажется. Если я права, а я редко когда ошибаюсь, ищейка выперла нас из замка как раз для того, чтобы безопасно спрятать все свои марионетки. Нужно походить, поспрашивать народ — уверен, все заметят исчезновение того, или иного бездомного.

— Погоди. Они, конечно, бездомные, но где-то же они должны были ночевать?

— Решил включить голову и начал задавать правильные вопросы? Всё верно, коллега. Марионетки должны где-то ночевать. И это место нам нужно найти во что бы то ни стало. Уверена, от этого многое зависит. И, как мне кажется, ответ тебе не очень понравится, служитель Крепости.

## Глава 19

Слова Аделины мне не понравились. Ещё месяц назад я бы придушил её на месте только за одно предположение, что церковники как-то замешаны в делах тёмных, но сейчас, после того как мне пришлось встретиться с епископом Цватом и устроенным им беспределом в Кострище, предположение Аделины уже не казалось чем-то невозможным. Независимые, неконтролируемые, безотчётные — служители Света были ограничены только собственными нормами о морали. И чем дальше от Крепости, тем эти нормы были размытей.

— Прошу прощения, что пришлось вас бросить. Дела рода, сами понимаете, — Алекс встретил нас в замке. — Карта готова. Посмотрим?

— Да, конечно. Залезай к нам. Аделина, отодвинь свою бандуру в сторону! Всё пространство занимает.

— Очень надеюсь, что ты сейчас про алтарь, — заметила девушка, отодвигая камень в сторону. Видимо, в её словах должен был находиться какой-то смысл, но его, кроме тёмной, никто не понял.

— Итак, смотрите, — Алекс развернул карту земель рода Горбуновых. — Крестиками обозначены места, где пропали дети.

— Не вижу никакой закономерности, — после долгого изучения ответила Аделина. — Ощущение, что детей просто со всех ваших земель забирали. Что довольно странно.

— В том-то и дело, — подтвердил Алекс. — Кто-то точно знал, что эти дети там есть, что они физически здоровы и имеют нужный возраст. Собрать такую информацию крайне непросто. Не думаю, что она даже у отца есть. Всё же старосты неохотно делятся такими данными.

— Кто может путешествовать без подозрений по сёлам, мимоходом выясняя информацию по детям? — задала вопрос Аделина. Причём задавала она его не мне — Алексу. Лично мне ответ был уже известен — бездомные, предлагающие свой труд всем подряд и служитель Света. Последнему ещё более охотно станут рассказывать о том, кто и когда родился. Неужели тёмная права и у нас здесь завёлся ещё один предатель церкви Света?

— Да кто угодно, — Алекс явно не понял вопроса. — Торговцы, ремесленники, бездомные, просто сами крестьяне. Все постоянно бегают туда-сюда. За всеми не уследить, для этого старосты и существуют.

— Ладно, с детьми понятно. Где были тела обнаружены?

— Вот. Два кружка.

— Пустырь за городскими стенами, — Аделина посмотрела на указанные точки на карте. — Значит, ищейка всё же находился вне стен замка?

— Скорее всего, — кивнул Алекс. — Вы что-то выяснили по найденному трупу?

— Да. Это был бездомный, что каким-то образом стал обращённым. Нужно навестить этих гуляющих где им вздумается товарищей и поинтересоваться, не пропадал ли в последнее время ещё кто-нибудь. Ты знаешь, где находится ночлежка бездомных?

— Конечно знаю, в храме, — ответил младший Горбунов, на что Аделина лишь многозначительно хмыкнула. Однако дальнейшие слова Алекса заставили её умолкнуть: — Как служитель Света умер, так мы их туда и начали селить.

— В смысле «умер»? Давно?

— Месяцев семь назад. Отец письмо и епископу нашему, и в Крепость писал, но, видимо, у них есть дела поважней, чем думать об отправке нового служителя Света в наше захолустье. Так что семь месяцев мы уже сами существуем. Да и толку от церковников никогда не было — тёмных, кроме тебя, в наших землях отродясь не водилось. Даже та гадость, что из руин вылезла, вроде как тёмной не была.

— Как он умер?

— Как и все старики. Уснул и не проснулся. Он же стал служителем в Серетино ещё при моём прадеде. Старый, как сама жизнь. Хотя мудрый. С ним было интересно разговаривать. Знал очень много о том, как устроен наш мир. Пусть Свет будет к нему милостив. Он заслужил свой покой.

— Старый служитель умирает, а через месяц начали пропадать люди, — задумчиво произнесла Аделина. — Покажешь храм? Хочется своими глазами увидеть, как там всё организовано. Кто, кстати, придумал их туда селить?

— Так отец и придумал. Раз Крепость нам нового служителя не даёт, чего зданию зря пропадать? Вот и он, наш храм. Не такой, конечно, как в столице, но нам хватает.

Карета остановилась рядом с простым деревянным домиком, что разительно отличался от каменных жилищ Серетино.

— Коллега, алтарь на тебе, — безапелляционно заявила Аделина, спрыгнув с кареты. — Только попробуй выпустить его из рук! Алехандро, ведите.

Оставаться в карете я не хотел, так что спрыгнул и, поминая недобрым словом тёмную, схватил тяжёлую каменюку. Алтарь весил немало, но специфичная форма позволяла вполне удобно ухватиться и переносить его с места на место. Алекс толкнул двери, но те не поддались. Барон нахмурился — никогда на его памяти не было такого, чтобы двери храма оказались закрыты. Он попробовал ещё раз, затем ударил плечом — результата не было. Хлипкие на первый взгляд двери стояли, как литые.

— Позволь мне, — произнесла Аделина и мощным ударом ноги отправила весь дверной косяк внутрь храма. Вернее, так было задумано, потому что двери срикошетили и врезались вначале в Аделину, а затем в барона. Я стоял чуть поодаль, так что мне удалось избежать дождя из палок.

— Ты смотри, забаррикадировались, — ухмыльнулась Аделина, смахивая щепки. Сразу за тем местом, где когда-то стояла дверь, размешалась огромная куча из наспех сколоченных досок и брёвен. Аналогичные конструкции обнаружились у дальних дверей. Вот только остановить тёмную такая конструкция не смогла — двумя невероятными для такой хрупкой девушки ударами она разломала две толстые на вид доски, формируя проход. Тёмной даже не пришлось использовать магию — она действовала только за счёт усилений. Оторвав ещё несколько брусков, что могли поцарапать, женщина вошла внутрь, какое-то время постояла в центре храма, оценивая окружение.

— Хорошо, и куда все подевались? Они же не могли просто так исчезнуть?

Алекс вошёл следом за тёмной, а вот мне пришлось постараться, чтобы пропихнуть злосчастный алтарь в дыру. Взглянув на толщину досок, что с такой лёгкостью проломала Аделина, я только тяжело вздохнул. Возможно, у меня тоже получилось бы их сломать. Но сделал бы я это с гораздо большим напряжением. Тёмная была сильна и это стоило признать.

— Где-то здесь должен находиться подвал, — предположила тёмная. — Окна слишком узкие, чтобы через них могли проникнуть люди. Значит, кто-то спрятался внизу.

— Мне не кажется хорошей идеей спускаться туда, — я принюхался. Знакомый запах горючего масла слишком выделялся на общем фоне, чтобы не обращать на него внимания.

— С чего вдруг, тёмный? — съязвила Аделина.

— Очень смахивает на ловушку. Наспех приготовленную, но всё же ловушку, — пояснил я. — Едва ли не единственное деревянное строение, в котором пахнет горючим маслом, да ещё заколоченное изнутри, чтобы те, кто вломился сюда, точно спустились вниз… Слишком похоже на подставу.

— Ты всегда такой осторожный? — усмехнулась тёмная, но больше из природной вредности.

— Точно! — просиял Алекс. — То-то я думаю, что запах такой знакомый! Горючка! Откуда ты о ней знаешь?

— Ею поливают костры в Крепости, на которых сжигают тёмных, — приятно было смотреть, как дёрнулась Аделина. Не всё ей надо мной издеваться.

— Но и не спуститься мы права не имеем, — Алекс явно настроился на то, чтобы заполучить себе звание героя. — Мы обязаны знать, что здесь произошло и почему храм оказался заколочен изнутри. Это наш долг. Ждите меня снаружи. Если что-то произойдёт, то…

— Вот что, коллега, забирай свою игрушку, — я вручил алтарь обратно Аделине. — Алекс, уводи её и отходите подальше. Если внизу находится обращённый, что ждёт нашего появления, чтобы всё поджечь, то мне нужно идти одному. У меня есть шанс выжить в пламени, у вас — нет.

— Выжить в пламени? Опять капустка? — Аделина, кажется, уже в сотый раз назвала меня овощем. — Знаешь, коллега, даже интересно — мне удастся увидеть все твои грани перед возвращением домой, или нет? Если бы ты был настоящим тёмным, а не таким формальным, как сейчас, тебя запросто могли провозгласить одним из высших иерархов любого клана.

Реплика тёмной была риторической и вскоре я остался в полном одиночестве. На всякий случай я прошёлся по всему храму, пытаясь найти способ, которым бездомные покинули это место. Обе двери были заколочены изнутри, а в окна, что были, скорее, бойницами, едва пролезала моя рука. Выбраться через такое смогла бы, разве что, какая-нибудь змея, но никак не человек.

Спуск в подвал был прикрыт полотном. Откинув его в сторону, я поморщился от насыщенного запаха горючего масла. Бросив взгляд в сторону входной двери, на всякий случай убеждаясь, что Алекс и Аделина не вздумали вернуться в храм, я включил ауру тёмного усли. Снизу послышался какой-то шум, и я быстро сбежал по лестнице.

Двое бездомных стояли по стойке смирно, вытянувшись в струну. Возле каждого на полу валялись масляные лампы, а чуть дальше располагались открытые бочки с горючим маслом. Если закинуть хоть одну лампу в такую бочку, то пламя будет таким сильным, что деревянный храм превратиться в один большой костёр за считанные секунды.

Я убрал огонь в сторону и прошёлся по подвалу. Сейчас он походил на какой-то морг, куда свозят тела. Минимум десять убитых бездомных, если судить по их внешнему виду, валялись у стены. Эти уже никому никогда не смогут помочь по хозяйству. Остались лишь двое обращённых. В том, что это были именно тёмные твари, сомнений не было никаких — Скрон уже перехватил управление, но пока не мог совладать с давлением моей ауры и заставить тела поизносить внятные звуки. Значит, существует всё же три типа реакции обращённых на мою тёмную ауру. Первая, которая мне не нравилась категорически, заключалась в том, что обращённые игнорировали влияние усли девятого уровня. За всё время мне встретились только двое таких красавцев и пришлось их в срочном порядке отправлять на перерождение. Вторые, тоже не самые приятные — те, кто начинал тёмную песнь сразу, как только теряли управление над телом. Это все верховные и часть обычных обращённых. Они каким-то образом умудрялись противостоять моей ауре, но недостаточно, чтобы не утратить подвижность. И третья, моя любимая, стоит сейчас передо мной, вытянувшись в полный рос. Как мне кажется, подавляющее большинство обращённых именно такие, как эти двое — стоят, не шелохнутся. Но стоит убрать ауру, как они начнут призывать портал. И, если вернуть ауру, Скрон постарается сделать всё, чтобы вытащить своих марионеток из зоны её действия. Обращённый помчится к месту своей инициации и приведёт меня к той твари, что скрывается под словом «ищейка».

Вот только реализовать этот идеальный план у меня не получилось. Когда я первый раз убрал ауру, оба обращённых начали вещать на тёмном, стараясь как можно быстрее призвать сюда минотавров. Я вновь убрал заглушку с ящика, обрывая песнопения, но обращённые даже не дёрнулись с места. Неужели есть ещё и четвёртая категория — совершенно бесполезные уроды? Мне пришлось ещё дважды проверить и получить один и тот же результат — ставшие тёмными бездомные не шевелились. Либо они совсем не имели возможности передвигаться, либо… либо они уже находились в точке своей инициации. Месте, где их создали.

Активировав катары, я прервал бренное существование это парочки. Перерождение им не грозит. Да и не заслуживают такие бездари перерождения. На всякий случай закрыв крышками бочки с горючим маслом, я изучил подвал. Нет, к схрону это место не имело никакого отношения — держать детей здесь было негде. На всякий случая я даже потыкал стены в поисках каких-то потаённых дверей, но и их не было. Ищейка приказала своим марионеткам спрятаться в подвале храма, убить бездомных и ждать нас.

Кстати, а зачем ищейке убивать остальных бездомных? Если они не были обращённым, чем они её помешали? Случайные свидетели? Вряд ли. Что могли увидеть двенадцать оборванцев? Тогда за что их убили? На всякий случай я проверил глаза каждого — тьмы там не было. Утихомирив жадность, я даже прошёлся по одному из убитых «Анализом» — он показал со стопроцентной вероятностью, что это был простой человек.

Тогда я совершенно ничего не понимаю.

— Нашёл что-нибудь? — спросила Аделина, когда я выбрался наружу. Алекс, услышав, что внутри стало безопасно, побежал смотреть на всё своими глазами, тёмная же осталась наверху. Смотреть на мёртвые тела у неё не было ни малейшего желания. Когда барон вернулся, он был чернее тучи, что спасла Алию от костра. Непросто принять тот факт, что в твоих землях орудует страшный противник, способный с лёгкостью убить двенадцать человек только из-за того, что они оказались не в том месте не в то время.

— Ищейка подчищает следы, — спокойно заметила Аделина. — Убрал обращённых. Хотел убрать ещё и нас, но не получилось. Он ведь знал, что мы пойдём в храм. Ещё и так хитро закрытый. Полагаю, нет смысла искать дальше. Через пару дней тёмный покинет эти места и у вас больше никто не будет пропадать.

— Как же дети? Мы должны спасти их! — горячо воскликнул Алехандро.

— Ищейка не пожалел двух обращённых. Значит, они ему уже без надобности. Его задача уже выполнена. Все дети уже в землях тёмных. Хотя, если честно, я не до конца понимаю — почему он даже не попытался напасть на меня и отобрать алтарь? Это слишком притягательная штука, чтобы её игнорировать.

— Может, он способен сопротивляться его влиянию? — предположил я.

— Может, — согласилась тёмная. — А ещё сейчас дождь может пойти из кровавых огурцов. Вероятность этих событий одинакова. Нет, коллега, ищейка не может устоять против своей природы. Тёмного будет тянуть к алтарю с такой силой, что, пока он его не коснётся, он не сможет даже нормально спать.

— Ты сама ответила на свой вопрос. Что, если ищейка уже касался алтаря?

— Исключено. За всё время это сделали всего три-четыре человека.

— Даже во время того пира? Любой из слуг, что разносил еду, мог прикоснуться к алтарю, — напомнил я. — Бойцы, что помогали грузить алтарь на повозку. Служанки, что убирают в комнатах. Просто шустрый малый, что мог пробраться к тебе ночью, пока ты была слишком занята…

— Да поняла я уже! — оборвала меня Аделина, а Алекс почему-то покраснел. — Хорошо, коснуться алтаря могли многие. Но этого всё равно не хватит на долгое время. Сутки, максимум двое. Потом влечение только усилится.

— Если к этому моменту ищейка не покинет город, — продолжил предполагать я.

— Все дороги перекрыты. Никто, даже вы, не сможете покинуть в ближайшие два дня Серетино. Разве что Максу разрешён беспрепятственный выезд — удерживать виконта барон права не имеет. Тем более такого виконта, которому сам император выдаёт распоряжения.

— Как показывает практика, не обязательно уходить из замка обычной дорогой, — я посмотрел на Аделину, ожидая поддержки, но та, как и Алекс, нахмурилась, не понимая, куда я клоню. От сарказма я не удержался:

— И ты ещё логику преподаёшь? Скажи мне барон, есть ли в вашем замке какие-нибудь потайные ходы на случай военных действий? Тайные ниши или ещё что-нибудь похожее?

— Есть, — ответил после паузы барон. — Только доступ туда могут получить лишь доверенные люди. Абы кто не сможет попасть в подземелье.

— Абы кому и не нужно. Проход защищён с двух сторон?

— Ты сейчас о чём?

— В замке вход в ваши катакомбы охраняется. Не может не охраняться. Но охраняется ли второй вход? Тот, который вне стен?

— Нет, — задумался Алекс. — О таком я не слышал. Так о том, где он находится, знает ещё меньше людей, чем о том, что такой проход вообще существует. Да и какой смысл охранять тайный выход? Чтобы показать врагу: «глядите, здесь что-то есть!».

— Мы можем сейчас попасть в ваши катакомбы? — спросил я.

— Макс, ты, конечно, много сделал для нашего рода, но такие вещи, на мой взгляд, находятся уже вне твоей зоны компетенции.

— Смотри, я никогда не был в вашем подземелье, верно? Ты, раз отец возил вас по всяким руинам, точно посещал их. Прошу сейчас только об одном — подтверди или опровергни один факт.

— Проход в катакомбы проходит через вот эту внешнюю стену, — внезапно раздался голос Аделины. Тёмная, наконец, догадалась, куда я клоню. — Причём в этом проходе существует небольшое окно. Тайное, скрытое, явное — сейчас не принципиально. Важно лишь то, что оно существует.

— Допустим, — Алекс думал долго, но всё же ответил. — Что это даёт?

— Тело, которое мы сегодня исследовали, было сброшено в воду где-то сверху по течению. Если наш светлый тёмный прав, то сбросили его именно через то самое тайное окошко. Кто-то живёт в ваших катакомбах, барон Алехандро. И этот кто-то очень не хочет, чтобы его нашли, раз пошёл на такую интересную махинацию с обращёнными в храме.

— Либо мы проверим и убедимся, что ошибаемся, либо накроем логово этой тёмной твари раз и навсегда, не позволив ей сбежать, — предложил я.

— Это такой вопрос, который я не могу решать самостоятельно. Доступ к катакомбам даёт только отец.

— Или его законный представитель, — улыбнулась Аделина и положила ладонь на руку Алекса. — Скажи, друг любезный, для чего отец тебя задержал? Не для того ли, чтобы передать дела? Не твой ли отец всенародно объявил, что отныне ты отвечаешь за Серетино?

— Да, но… Он ещё не уехал, — опешил Алекс от такого напора. Причём опешил не только он — для меня поведение тёмной тоже оказалось достаточно неожиданным.

— Это всё формальности, — тёмная зараза настолько ловко играла на чувствах бедного барона, что я уже хотел вмешаться. Нельзя позволять так открыто и откровенно манипулировать другими. Не знаю по какой причине, но Горбунов в присутствии Аделины напрочь терял голову, превращаясь из сурового тридцатилетнего мужика, готового броситься на неизведанного врага, в какую-то половую тряпочку. Это было, мягко говоря, неприятно.

Зато как действенно! Алекс краснел, бледнел и даже порывался уйти, но нежная ладонь девушки держала его похлеще стальных кандалов. Наконец, он сдался:

— Скрон с ними всеми! Идёмте! Если вы правы и это поможет поймать ищейку, нужно действовать, а не сопли жевать. За мной! Только, боюсь, камень придётся оставить. Там слишком узкие проходы.

— Ничего, я бочком, — заверила Аделина, даже не думая отказываться от своей ценности. Как и в случае с замком Валевских, проход в катакомбы Горбуновых находился в конюшне. Конюх странно посмотрел на процессию, но ничего не сказал. Отодвинув тайную панель, Алекс хотел зажечь факел, но мы с Аделиной его остановили:

— Не нужно. Света будет достаточно.

Вновь пригодились трофейные световые кристаллы. Я всё же оставил себе обруч Свиреллы, хотя Аделина была крайне несогласна с таким решением. Только когда она поняла, что переубедить меня не удастся, потребовала, чтобы я соскрёб символ клана Гурфанов. Никто не должен знать, откуда у меня взялась такая ценность. Сама же она воспользовалась вторым обручем без всяких стеснений. Ведь это была одна из её целей — пользоваться предметами Свиреллы, чтобы вызвать гнев её брата. Как по мне глупейшее решение, но кто я такой, чтобы спорить с тёмной?

Алекс не обманул — проход действительно был узкий. Пришлось даже разворачиваться и помогать Аделина тащить алтарь. Однако довольно быстро мы прошли узкий участок и дошли до лестницы. Где, собственно, и встретили охрану.

Точнее то, что от неё осталось.

Тело уже успело основательно разложиться, но запаха оно по какой-то причине не давало. Это показалось мне настолько необычным, что я наклонился и с интересом уставился на амулет, повешенный поверх одежды стражника.

— Блокиратор вони? — спросила Аделина, с брезгливостью наблюдая за моими действиями.

— Очень похоже на то. Правда, я даже не знал, что такое существует.

— Довольно полезная штука, когда возвращаешь тела домой. Если никто не против, я хотела бы его забрать, чтобы использовать на коллеге. До академии путь не близкий, а льда надолго не хватит. Не очень хочется путешествовать в сладковатом запахе разложений. Алекс, с тобой всё хорошо?

— Это Брукс! — ошарашенно ответил барон. — Исчез три месяца назад. Все считали, что он дезертировал, отец даже письмо герцогу отправил с описанием беглеца. А оно вот как всё оказалось.

— Тогда почему его раньше не нашли? — удивился я.

— Потому что о существовании этого прохода знали лишь доверенные и проверенные люди. Брукс — один из них.

— Сколько всего стражников знает об этом проходе?

— Трое. Каждый из них должен стоять здесь по восемь часов, сменяя друг друга. Но остальные двое точно живы — я их только сегодня видел.

— Где?

— У отца в кабинете, — ответил Алекс и нахмурился. — Стой, а что они там делали? У них же жёсткий режим сна. Вроде как на карауле стояли, но… Нет, бред какой-то. Идёмте дальше. Осторожно, ступеньки. Сейчас будем проходить по тому месту, где находится окно.

Дождавшись, пока Алекс с Аделиной поднимутся по лестнице, я набрал воздуха и забрал амулет, высвобождая запахи. Глаза тут же начали слезиться, так что я как можно скорее помчался по ступенькам наверх, чтобы уткнуться в спину Аделины.

— Что? — спросил я.

— Кровь, — глухо ответил Алекс, показывая на чёрную кляксу, залапавшую камни. Крови здесь было довольно много. — Вы были правы — ищейка пряталась у нас под носом! Там, где её никто и никогда не стал бы искать! Скорее, впереди есть небольшая комната! Если детей где-то и будут держать, так только там!

Алекс побежал вперёд, выхватив по пути шпагу. Аделина пыхтела и старалась от него не отстать, но с огромным камнем это сделать было тяжело. Обогнать тёмную у меня тоже не получалось, так что в комнату, о которой говорил младший Горбунов, Аделина вбежала первой. Вбежала и застыла, как каменный истукан, из-за чего я в неё врезался и упал на задницу. Вскочив на ноги, я собрался высказать Аделине всё, что думаю о её нездоровой любви к остановкам, как раздался знакомый голос:

— Знаете, а я всё время гадал, каким же образом мне заманить охотника на тёмных и его спутницу в свои владенья, чтобы завладеть алтарём. Даже целый план с сожжением храма придумал, решив избавиться от вас таким образом. Кто бы мог подумать, что вам хватит мозгов уговорить моего оболтуса проверить катакомбы? Отдаю должное вашей сообразительности.

Я, наконец, протиснулся мимо застывшей Аделины и увидел ищейку. Барон Горбунов старший собственной персоной стоял у дальней стеры в сопровождении пятерых обращённых и нагло ухмылялся, довольный произведённым эффектом.

— Давайте я предупрежу сразу. Если вы думали встретить здесь обычного соискателя, то глубоко ошиблись. Меня приняли в клан Оринга ещё во время службы на Стене. Тридцать лет мне приходилось таиться и выполнять поручения высших иерархов, прикрывая строящееся неподалёку от моих земель поместье, но теперь настало моё время. Время, когда меня примут как героя. Положи алтарь и отойди в сторону, Аделина Джоде. Так ты умрёшь безболезненно, это я могу тебе обещать. Сегодня клан Бартоломео недосчитается одной из своих ярких звёздочек. Что касается тебя, Максимилиан Валевский, ты испытаешь на себе весь гнев отца, которому придётся потерять своего младшего сына. Я готовил его к тому, чтобы он занял моё место после исхода, но ты спутал мне все планы. И сейчас ты за это заплатишь.

## Глава 20

— Может, не стоит пороть горячку? Всегда можно договориться, — я сделал несколько шагов вперёд и в сторону, закрывая аурой Аделину и валяющегося на полу Алекса. То, что показал «Анализ», мне совершенно не нравилось.

Серхио Горбунов. Тёмный.

На первый взгляд параметры отца Алекса казались вполне стандартными для любого провинциального барона, но стоило углубиться в детали, как сразу возникали вопросы. Например, я точно понимал, что творится с Алексом и Аделиной. Почему они внезапно превратились в статуи. Причиной этого стал камень-способность «Ошеломление», что на две минуты лишал подвижности любого человека, не обладающего ментальной защитой. Они могли слышать, дышать, но не имело возможности двигаться или использовать магию. Всего две минуты, но их вполне хватало, чтобы уничтожить кого угодно. Свирелла, что напала на меня в подземелье и подарившая в качестве трофея эксклюзивное кольцо — я тебя почти люблю!

Кроме ошеломления старший Горбунов имел и другую «неприятную» способность. «Рывок» — я с таким камнем ещё не сталкивался. Судя по описанию, он позволял владельцу мгновенно перемещаться на небольшое расстояние, а камень поддержки «Коварный удар», связанный со способностью перемещения, наносил противникам в большом радиусе значительный урон. Поэтому я и закрыл собой Алекса и Аделину. Рука на автомате потянулась к стальной коробке, чтобы включить тёмную ауру, но я медлил. Мне нужно тянуть время и попытаться разговорить противника. Убить этих гадов я всегда успею, но нужно выяснить, всех ли детей он уже отправил? То, что с ним находится пятеро обращённых, говорит о том, что миссия ещё не завершена.

— Можно договориться? — усмехнулся старший Горбунов. — О чём мне договариваться с выкормышем Крепости? Или шавкой Бартоломео, которую даже в земли светлых отпустили, лишь бы не видеть среди клана? Нет, охотник на тёмных! Не знаю, откуда у тебя ментальная защита, но она тебе не поможет! Сегодня ты умрёшь, как и все здесь присутствующие.

— Неужели ты готов убить собственного сына, чтобы попасть к тёмным?

— Алехандро вырос слишком светлым. Его братья давно пошли по моей стезе. Они стали соискателями, они прошли проверку тёмного мастера, они получили свои первые камни. Они станут опорой рода Горбуновых, когда я покину эти земли. Они продолжат дело Скрона! Со мной уже связался мастер из клана и сообщил, что высшие иерархи решили строить в наших землях узел для транспортной сети. Заракская империя слаба. Она должна пасть и признать власть истинных повелителей этого мира!

— Зачем ты прикончил старого служителя Света? — я решил резко переключить тему разговора, чтобы подарить себе ещё немного времени.

— Потому что этот безумец никак не хотел умирать! Ходил, вечно что-то вынюхивал, что-то подозревал. Это из-за него Алехандро вырос таким наивным и светлым. Недосмотрел я. Нужно было раньше заняться младшим. Ничего! Мученическая смерть от рук тёмной из клана Бартоломео сделает его героем империи! Род Горбуновых продолжит своё восхождение даже после моего ухода! Довольно слов, охотник на тёмных!

— Один шаг и я разобью алтарь, — я показательно вытянул руку по направлению к статуе. Вот только раздавшийся смех старшего Горбунова нарушил все мои планы по дальнейшей затяжке времени.

— Ты серьёзно думаешь, что твоих сил хватит для того, чтобы разрушить алтарь развития? Это творение Скрона! Так забавно было смотреть, как вы трясётесь над этим камнем. Носили его на руках. Оберегали от толчков. Что ты, что твоя тёмная сучка ничего не смыслите в истинной природе этого творения! Убить их!

Четверо обращённых ринулись в нашу сторону и защитный купол тут же вспыхнул искрами. Криков боли от рикошета не было — марионетки Горбунова оказались достаточно подготовленными бойцами, чтобы справиться с собственным оружием. Мана резко пошла вниз, вынуждая меня прибегнуть к крайнему методу. Настало время тёмной ауры. Разговоров больше не будет.

Заглушка ушла в сторону и Алекс, что всё ещё валялся на полу, захрипел. Аделине тоже пришлось несладко — она выпустила алтарь из руки и рухнула на колени, не в состоянии противостоять ауре. Каменный алтарь звонко ударился о пол, отскочил и ударился ещё раз. Казавшаяся хрупкой конструкция с лёгкостью выдержала такое обращение. Старший Горбунов не обманул — алтарь развития действительно оказался крепким камнем.

Вот только на этом всё действие моей ауры закончилось. Обращённые как продолжали высекать искры из моего купола, так и продолжили это делать. Стальная броня! И они, и старший Горбунов были облачены в полный стальной доспех, что защищал от тёмной ауры! Гадство! Какое же это гадство! Мы так не договаривались!

«Тёмный шип» врезался в грудь ближайшему ко мне обращённому, на несколько мгновений распыляя тьму. Результата вновь не было — доспех с лёгкостью справился с магией. Выпив эликсир на ману, я закрыл заглушку, избавляя Алекса и Аделину от страданий.

— Алтарь! — тут же прокричала тёмная, вскакивая на ноги. Судя по тому, что Алекс тоже начал шевелиться, действие «Ошеломления» закончилось. Причём раньше срока. Стало тепло — огненный шар полетел вперёд, но, врезавшись в грудь обращённого, бессильно опал на пол, где и затух. Выхватив шпагу, тёмная выпрыгнула из-под моего купола, оттянув на себя сразу двух обращённых. Тех, что тащили алтарь своему господину. Алекс начал подниматься, что позволило мне начать действовать более активно. Аура не сработала, значит в дело пойдёт старая добрая вирма. Активировав катары, я сделал шаг вперёд, чтобы оказаться ближе к обращённым и внезапно осознал себя размазанным по стене в нескольких метрах от того места, где я находился несколькими секундами ранее. Старший Горбунов использовал «Рывок».

— Светлый, останови призыв! — послышался крик Аделины и, если я не ошибаюсь, в её голосе чувствовались нотки паники. Защитный купол вновь начал искрить — обращённые планомерно просаживали мою ману, чтобы уничтожить защиту. Если бы не огромные значения, что мне удалось получить в разломе, у них это получилось бы ещё несколько секунд назад. А так…

— Отправляйся к Скрону, тварь! — пробормотал я, активировав арбалет. Расстояние между нами было слишком малым, чтобы обращённый успел среагировать. Нет, он, конечно, махнул саблей, пытаясь отбить болт, но не успел. Буквально самую малость, но не успел. Стальная броня не спасла от вирмы и на пол рухнуло первое неподвижное тело. Противников осталось пятеро. Нет — четверо. Пятый обращённый стоял у дальней стены комнаты и, подняв руки к потолку, пытался открыть портал. Отмахнувшись катарой от оставшегося возле меня противника, я побежал вперёд, но, сделав всего несколько шагов, вновь ощутил, как меня размазывает по стене. На этот раз перед глазами заплясали звёздочки — удар не прошёл без последствий. «Рывок» оказался довольно неприятной штукой, противопоставить которой мне было ровным счётом нечего. Как бы быстро я не бежал, старший Горбунов всё равно был быстрее.

— Помогу! — Алекс, наконец, пришёл в себя и, подняв шпагу, бросился на помощь. Только не мне — Аделине, что как вихрь носилась вокруг двух обращённых. Силы тёмной было не занимать, как и мастерства, но все её удары оказывалась бесполезны против стали. Алекс присоединился к тёмной, но следить за их поединком у меня возможности не было — оставшийся обращённый разошёлся не на шутку. Лишившись поддержки, он стал двигаться едва ли не в два раза быстрее, чем раньше, словно утратил сдерживающий фактор. Пришлось срочно использовать ещё одно зелье на ману. Осталось всего три флакона, так что следовало поторопиться. Отвернув рукав, я схватил первую попавшуюся стрелу и взвёл арбалет. Вытянув руку в сторону быстрого противника, я уже нажал на спусковой крючок, как земля вновь завертелась у меня под ногами. Очередной «Рывок» отправил меня куда-то в сторону и болт ушёл в сторону.

— Все твои штучки мне уже известны, тёмный! — послышался довольный голос старшего Горбунова. — Смирись и умри без боли!

Обращённый вновь оказался рядом, продолжая свою смертоносную пляску по высеканию искр из моего купола и в этот момент я расстроился. Сколько можно?! Меня что, Злой Инженер зря гонял в течение месяца, чтобы я сейчас вот так бездарно слился по скорости какой-то марионетке? Не бывать этому!

На то, чтобы активировать защиту, тратилось сорок пять единиц маны. Чудовищная величина для обычного человека, но вполне доступная для меня. Отступив к стене, чтобы избежать очередного сокрушительного удара от «Рывка», я совершил несколько неуверенных ударов катарами, от которых обращённый с лёгкостью уклонился, даже не став их отбивать, после чего сделал то, на что никогда бы не решился ни один разумный человек. Я отключил защиту!

Обращённый привык бить по куполу, вкладывая в удар всю свою силу и скорость. Он знал, что сразу за ударом последует отражение и нужно будет внимательно следить за оружием, чтобы оно не срикошетило в тело. За время боя он уже точно представлял, где находится мой купол и действовал эффективно, прилагая максимальное усилие именно в этой точке пространства. Но что произойдёт, если ты бьёшь со всей силы по предмету, а он внезапно исчезает? Ты уже замахнулся, вложил в удар тело, уже даже видел высыпающиеся искры, но не почувствовал преграды? Ответ был очевиден — каким бы мастером ты ни был, хоть на мгновение, но ты потеряешь координацию и равновесие. Мгновение, не больше! Потом ты обязательно сориентируешься, скоординируешься и переправишь своё оружие чуть в сторону, чтобы прикончить противника.

Вот только где его взять, это мгновение?

Плавно, как учила меня преподавательница по танцам, магистр Тарра Лойд, я перетёк из одного места в другое и, когда сабля обращённого не встретила препятствия и начала тащить того вперёд, нанёс удар. Катара беспрепятственно вошла в грудь противника, разрезая сталь, как бумагу. Крутанувшись на месте, я, используя инерцию, врезал обращённым в стену, после чего вторым лезвием закончил движение, вонзая в голову шип. Этот гад не получит перерождения. «Золотистый купол защиты» вновь занял своё законное место и тут помещение наполнил истеричный крик старшего Горбунова:

— Нет!

Среагировать на очередной «Рывок» я опять не сумел и меня отбросило к входу. Из носа пошла кровь — полёты не оставались безнаказанными для моего организма. На всякий случай включив лечебную ауру, чтобы помочь ещё и своим напарникам, я поднялся на ноги и, вместо того чтобы бездумно броситься вперёд, размахивая катарами, принялся в очередной раз взводить арбалет. Болтов из вирмы осталось не так много, но на этот бой их точно должно хватить. Вытянув руку в сторону продолжающего свою тёмную песнь обращённого, я краем глаза заметил, что Аделина и Алекс начали испытывать определённые трудности. Один обращённый уже оттащил алтарь в сторону, а второй включил режим «берсеркера», не позволяя ни тёмной, ни чрезмерно светлому показать всё, на что они способны. Казалось, что обращённый находился одновременно в нескольких местах сразу. И у Аделины, и у Алекса одежда уже превратилась в порезанные лохмотья, обнажая обильные порезы. Аделину не спасла даже «Магическая броня» — противник оказался на порядок сильнее, чем якобы набравшаяся опыта и силы тёмная. Лечебная аура, конечно, сразу же принялась за дело, но её явно не хватало, чтобы устранять все порезы. Собственно, в тот момент, когда я заметил неприятности, Алекс поскользнулся и начал заваливаться назад, неудачно схватив Аделину. Та на мгновение утратила равновесие, чем тут же воспользовался обращённый. Его сабля пошла вперёд, чтобы пронзить открывшуюся грудь тёмной, но не успела. Всего на мгновение, но не успела — болт из вирмы вонзился в лобешник обращённому, откидывая того назад.

Минус три из шести!

— Вы будете страдать так долго, что проклянёте тот день, когда родились! — голос старшего Горбунова наполнился злобой. Он пригнулся, чтобы в очередной раз использовать «Рывок», но на этот раз я успел! Оказывается, достаточно легко спрогнозировать удар, когда он направлен не в твою сторону! Я прыгнул, закрывая Аделину и Алекса своим щитом и ожидаемо отлетел в сторону. Противостоять инерции удара моя защита не могла. Зато чего я добился, так это того, что старший Горбунов оказался в той самой точке, в которой врезался в мой купол и на этот раз Аделина не подвела. Тёмная уже восстановила равновесие и, увидев перед собой нового противника, сделала выпад, умудрившись попасть между пластинами, прикрывающими плечо.

— Отец! — обращённый, что уволок алтарь в сторону, кинулся на помощь старшему Горбунову. Отец? Так это не обращённый, а тёмный? Секундное замешательство позволило одному из старших братьев Алекса отбросить отца в сторону, не позволяя Аделине завершить начатое. Взвинтив скорость на максимум, тёмный заставил Аделину уйти в глухую оборону. Женщина явно не справлялась, но помощи ей ждать было не откуда — Алекс отпустил шпагу и как баран смотрел за действиями старшего брата.

— Барон, останови своего сына! Спаси ему жизнь! — прокричал я, направив взведённый арбалет в сторону сражающихся. Мне до последнего не хотелось уничтожать Горбуновых. Одно дело обращённых, другое — простых людей, пусть даже тёмных.

— Светлый, не позволяй ему открыть портал! — истеричный крик Аделины сумел прорваться сквозь звон стали. Сделав обманное движение, женщина вынудила своего противника ошибиться и, выкрутив кисть, вогнала кончик шпаги в тонкое отверстие забрала. Минус четыре.

— Поздно, тёмная тварь! Пусть я потеряю всех детей, но и вы не уйдёте отсюда живыми! Стражи — мне нужна защита! Убейте тёмных!

— Да, призвавший! — прогремел громоподобный бас и в помещении стало на двух существ больше. Два двухметровых минотавра вошли через арку, уставившись на нас тёмными глазами. В руках тварей словно из воздуха появились копья, что тут же полетели в нашу сторону. Я даже усмехнуться успел от столь глупой атаки, вот только ухмылка так и застыла у меня на губах. Когда я попытался отпрыгнуть в сторону, чтобы уйти от копья, моги ноги наотрез отказались меня слушаться! Они словно приросли к одному месту! Всё, на что меня хватило — поднять ошарашенный взгляд на летящую мне навстречу смерть и завалиться набок, прекрасно понимая, что это не спасёт.

— Нет! — раздался крик Алекса. Не имея возможности отбить копьё, младший Горбунов сделал единственное, что пришло в его больную голову. Он оттолкнул Аделину, подставившись под удар сам. Я ощутил резкую боль в районе плеча — прилетевшее копьё с лёгкостью игнорировало «Золотистый купол защиты», словно целиком было изготовлено из вирмы. Продолжая заваливаться на пол, я успел заметить, как копьё пронзило Алекса насквозь, отбрасывая того к стене. Я завалился, тело пронзила чудовищная острая боль, но сбить меня с концентрации это не смогло. И не через такое мне доводилось проходить! В лапах минотавров появились новые копья, чтобы завершить начаток, но тут пришла моя очередь действовать. Болт из вирмы сорвался в полёт и один из минотавров покачнулся. Из его ноздрей вырвался огненный пар, маленькие глазки закатились, и двухметровая туша оглушительно рухнула на пол. Ноги ощутили свободу и, несмотря на чудовищную боль в плече, я помчался вперёд.

— Останови его! — прокричал старший Горбунов! — Останови охотника на тёмных! Я должен уйти!

Схватив алтарь, он потащился к мерцающему порталу, но тут сказалось отсутствие усилений. Это для Аделины или меня такая тяжесть была мелочью. Для простого человека каменная скульптура была невообразимо тяжёлой, так что шустро сбежать у старика не получилось.

— Останови его! — визжал Горбунов, и я ощутил пристальное внимание второго минотавра. Ноги начали становиться ватными и, понимая, что второго шанса у меня просто не будет, я оттолкнулся из последних сил и «нырнул» вперёд, выставив перед собой руки. Бедро пронзила острая боль — прилетело ещё одно копьё, но остановить меня уже было невозможно. Скорость и инерция сделали своё дело. Выставленные вперёд лезвия вонзились в грудь старого предателя, обрывая его никчёмную жизнь. Клан Оринга никогда не получит мой алтарь!

Вот только кое-чего я всё же не учёл. А именно всё те же скорость и инерцию. Пронзив старшего Горбунова, я врезался вместе с ним в алтарь и пролетел чуть дальше. Буквально пару шагов. Но этого хватило, чтобы пространство вокруг меня замерцало, а по спине пробежали мурашки от осознания того, что произошло.

Я провалился в портал тёмных…

(Крепость. Турб. Утро этого же дня)

— Что скажете? — верховный епископ посмотрел на Злого Инженера и отца Нора.

— Мне больше нечему её учить, — нехотя ответил тёмный. — Я не знаю, что с ней произошло, но она словно другим человеком стала. «Анализ» ничего особенного не показал — её параметры остались прежними. Но каким-то образом ей удалось всего за неделю освоить всю программу, что я готовил на ближайшие месяцы.

— Выстрел Макса сильно повлиял на Карину, — подтвердил отец Нор. — Её целеустремлённость ужасает. Она уже сейчас готова в одиночку закрыть портал второго уровня. Считаю, что пришло время официально признать Карину Фарди Чистильщиком.

— Есть предположения, что произойдёт, если она встретиться с Максом?

— Ничего хорошего, — Алия тяжело вздохнула. — Макс не откажется от мести. Никогда. Это тот стимул, что позволяет ему постоянно развиваться.

— У меня есть заманчивое предложение, уникальное своей оригинальностью, — Кималь Саренто, как всегда улыбающийся и довольный жизнью, был последним участником встречи. — Предлагаю организовать обмен с Шурганской империей. Карине осталось учится всего полгода, но какой смысл держать её в академии, которая неизвестно когда начнёт своё функционирование? Если она не может стать сильнее у нас, кто знает, во что она может превратиться под руководством иерархов Цитадели? Погостит четыре года у Папы, посмотрит на истинных светлых, зарекомендует себя, может, ей и не придётся вообще с Максом пересекаться? Обмен с академией Аль-Хорезма я организую.

— Отдать Чистильщика шурганцам? — нахмурился верховный епископ.

— Почему нет? — Кималь Саренто пожал плечами. — Если отдалить от Максимилиана источник раздражения, он запросто может о нём и забыть. За четыре года многое может произойти. Согласитесь — паладины Цитадели многому могут научить Карину.

— Отец Нор? — верховный епископ вопросительно посмотрел на куратора академии.

— Я согласен с ректором. Карина никогда не станет тем легендарным паладином, о котором написано в сказках, но она может стать настоящим борцом с тьмой. Я за то, чтобы отправить её в Цитадель. Если мы не хотим проблем, этих двоих нужно разделять.

— Так и поступим, — кивнул верховный епископ. — Кималь, прошу написать сопроводительное письмо для Карины. Я предупрежу Папу о том, что направляю в Цитадель Чистильщика. У нас нет права рисковать ни ей, ни Максом. Они нужны нам оба.

(Строящееся здание академии. Турб. Два часа спустя)

— Вина?

— Кималь, тебе определённо нужно согласиться на моё предложение, — тёмный мастер Эльор с удовольствием отпил из предложенного бокала. — Твоё вино достойно того, чтобы о нём узнали высшие иерархи. Причём всех кланов одновременно.

— Ты знаешь мой ответ, — ректор уселся напротив тёмного мастера. — Есть вещи, которые не продаются. Даже мной.

— Что с Кариной?

— Вопрос решён. Твоя новая ученица отправится в Цитадель и будет грызть гранит науки уже в магической академии Шурганской империи. Ты уверен, что она пройдёт проверку? Шурганские контролёры тьмы не чета нашим. Они тёмных за версту чуют.

— В ней нет тьмы. Ни камней, ни Скрона. Всё, что я сделал — открыл её матрицу развития на четыре ячейки. Пусть видит, что она получит, если продолжит выполнять мои указания.

— Дай угадаю — она отучится, отправится на Стену, где ты подгонишь ей десяток-другой эксклюзивных тварей, может быть даже обращённых или и вовсе тёмных из недружественных кланов. Сделаешь её героем, в которого Цитадель вцепиться всеми своими загребущими лапами? Я всегда говорил, что лучший способ победить врага — уничтожить его изнутри. Чем ценнее будет твой шпион, тем больше бед он сможет натворить.

— Твои риторические вопросы иногда вызывают неприятный осадок, — спокойно заметил тёмный. — Держи. Это извинения за тот небольшой инцидент, что произошёл с твоей академией. К сожалению, мне так и не удалось тебя прикончить. Хотя я искренне на это рассчитывал.

Кималь открыл небольшую шкатулку, в которой на красной бархатной подстилке лежало пять красных кристаллов.

— Нет, друг мой, этого мало, — Кималь покрутил один из кристаллов в руках и положил его обратно. — Я оцениваю свою жизнь дороже пяти камушков галло. Мне нужен тёмный ковен столицы. Можешь забрать мастеров, что изготовили стальную броню для крона, но остальных нужно будет сдать. Одно дело простить попытку покушения своему деловому партнёру, которого и сам пытался несколько раз прибить, другое — каким-то безымянным придуркам, решившим, что они достойны чести стать частью великой силы. У них был шанс, они им не воспользовались. Мне слишком долго пришлось проваляться на больничной койке, чтобы забыть про этот инцидент. Пять галло, весь ковен и мы в расчёте.

— Я знал, что просто так ты не отстанешь, — тёмный мастер Эльор протянул лист бумаги ректору магической академии. — Имена, адреса. Двадцать человек, вставших на путь тьмы. Пятерых из списка я сегодня заберу в Керукс, остальные твои. Последний вопрос — что с Максимилианом Валевским? Я хотел бы его использовать.

— А что с Максимилианом? Если мы сможем договориться по цене — он твой. У меня нет и никогда не было планов на этого молодого человека. Вот только…

— Меня всегда бесили эти твои «вот только», — на лице тёмного мастера проскользнуло недовольство.

— На том и живём. Я собираюсь отправить Макса в Аль-Хорезм. Где-то через три-четыре месяца. Нечего ему в нашей империи делать, пока Зурган первый сидит на троне.

— Сдашь его шурганцам? Ты же знаешь, что они сделают с парнишкой, когда узнают, что он тёмный? Лучше отдай его нам. Так хоть польза какая-то от него будет.

— Зачем же так радикально? Нет, я не собираюсь отдавать его шурганцам. Наоборот, искренне надеюсь, что Цитадель не узнает о том, что Максимилиан посетил Аль-Хорезм. Просто я считаю, что настало время стребовать с мастера Мерама должок.

Высший иерарх Скрона сразу нескольких кланов, тёмный мастер Эльор целую минуту смотрел на довольного Кималя Саренто, спокойно попивающего вино. Наконец, тёмный справился с обуревавшими его эмоциями и тоже потянулся к бокалу.

— Иногда я забываю о том, какая же ты на самом деле сволочь! Беспринципная и злопамятная. Твоя взяла, Кималь. Мы не станем трогать твою живую игрушку. Развлекайся дальше.

Конец 4-й книги

Москва, январь-февраль 2023

Не забывайте сердечки, награды и просто комментарии о прочтённой книге. Мне будет приятно узнать ваше мнение!