# Диверсанты

Константин Владимирович Денисов

Противостояние с хозяевами планеты обостряется. Теперь на главных героев охотятся, понимая, что они стали слишком опасны. Но найти их не так просто, маленькой группе иногда проще ускользнуть, чем принять бой, хотя и от схватки они зачастую не бегают. Впереди развязка истории с Энергоном, и куда более близкий контакт с хозяевами планеты. Хватит ли сил, чтобы продолжить борьбу с таким мощным противником? Все ли выживут в этой войне? Обо всём этом в четырнадцатой книге "Выживальщиков"

> Книга подготовлена пользователями библиотеки https://fb2.top. Читайте или скачивайте эту и другие книги на сайте библиотеки бесплатно и без регистрации.

> Адрес публикации: https://fb2.top/diversanty-793820

## Глава 1

Они шли к дальнему ангару впятером, светя себе под ноги фонариками, хотя уже начало немного светать и очертания окружающего становились всё более и более отчётливыми. Лиана хотел пойти туда только со Спасом и Егором, но Лада и Пётр были начеку и увязались с ними. Лиана вообще хотела пока что всё это сохранить в тайне, но не получилось.

Поскольку аэродром был брошен и Егор не верил в то, что люди сюда вернутся, он сам предложил нагрянувшим гостям разместиться в жилом корпусе и брать всё что им захочется, обозначив только номер своей комнаты, которую было желательно оставить нетронутой. А так же сказал где можно найти еду, воду, где склад с одеждой и оборудованием и, сделав широкий жест рукой, сказал, чтобы они брали всё, что им понравится и что ему на всё это плевать.

Помещений было гораздо больше чем прибывших, поэтому сильно разбредаться никто не стал, а заняли комнаты в одном крыле. Поспать на нормальных кроватях все был не против. Тем более, что тут они должны были пробыть некоторое время, пока не разъяснится вопрос с авиатранспортом. Осматривать большой борт решили уже утром, когда все отдохнут и на улице будет светло, чтобы можно было увидеть повреждения на корпусе, если они есть. А то в темноте многое можно было и не заметить. Ведь Спас сказал, что в самолёте и рядом с ним был бой, так что возможно было всякое. Например, шальная пуля в двигателе.


Ангар, к которому они подошли, был небольшим. Даже не верилось, что там может поместиться что-то летающее. Но они ошиблись, самолёт внутри был.

После того как Егор откатил со скрипом створку ворот и щёлкнул висящим рядом с входом выключателем, они долго молча рассматривали чудо техники, стоящее перед ними.

Чудом это безусловно было, но вот слово «техника» было тут пожалуй лишним.

После продолжительной паузы, Пётр наконец сказал:

— Ну, ведь это же просто макет, верно? Какой-то прототип, да? Он же не в натуральную величину! Эта штука не сможет взлететь никогда!

— Вообще-то на ней летали! — сказал Егор, — пару раз всего, но летали. Недалеко и не долго, но летали.

— Что это вообще такое? — спросил Пётр.

— Это очень простая модель самолёта, можно даже сказать доисторическая. Было у нас два энтузиаста, которые нашли чертежи. В электронной библиотеке откопали старую престарую книгу по любительскому авиастроению. Ей уже много сотен лет, наверное. Ну и загорелись идеей своими руками сделать самолёт. Надо сказать, что жизнь здесь скучная… тоскливая я бы даже сказал. Без какого-нибудь хобби или увлечения вообще спятить можно. Я вот фильмы старые смотрю от скуки, впрочем, как и большинство. Но у некоторых есть и более экзотические занятия. Как у этих двоих. Они долго своё детище собирали из всего, что могли найти. Начальство не возражало. Если люди сами обеспечивают свой досуг, им же проблем меньше. Не буянят, не дерутся и ладно. Один из ребят был мой коллега, техник хороший. Он в основном всё это и придумал. А его друг просто грузчиком здесь работал. Он больше на подхвате был, но руки у него тоже из нужного места росли, просто знаний не хватало. Вот они вдвоём этот самолёт и мастерили. Не так давно смогли отреставрировать старый двигатель от какого-то агрегата уборочного и подогнали его к своей машине. Всё получилось и они даже пару раз делали тестовые взлёты. Возможно, довели бы машину до ума, но после того как Зиг погиб…

На этих словах Спас упал на колени, схватившись руками за голову и, сжав до скрежета зубы, застонал. Все кроме Егора поняли что случилось, имя Зиг им было знакомо. Лиана присела рядом со Спасом и положила руку ему на затылок. Он замер, потом потряс головой, после чего шумно выдохнул и начал подниматься.

— Всё, дальше можешь не рассказывать, — проговорил он медленно, — я и так всё знаю.

— Откуда? — удивился Егор, но тут же махнул рукой, — впрочем, какая разница.

— Тем более, что объяснить это всё равно я не смогу, — сказал Спас, — эта штука летает. Если её нормально заправить, то может увезти достаточно далеко… но только двоих человек. Я даже смогу ей управлять.

— Ты это всё только сейчас вспомнил? — с лёгким удивлением сказала Лиана.

— Да, — кивнул Спас, — я сумел отгородиться от чужих воспоминаний. Они в моей голове по-прежнему, но я их поставил как книгу на полку в библиотеке. Если взять её и открыть, то можно узнать всё что тебе нужно. Но до тех пор, этих знаний как будто бы и нет. Там ведь целая жизнь… причём долгая жизнь. И я не пытался даже всю её осмысливать и обдумывать. Как только шок немного прошёл, мозг задвинул всё это в дальний угол.

Егор стоял и слушал всё это, уже ничему не удивляясь, он старался не анализировать и не углубляться в эти странные разговоры. Просто, принимал происходящее как данность.

— Я так понимаю, что тут моя помощь больше не понадобится? — спросил он, — а то я всё равно в этом проекте не участвовал, и мне нужно будет долго разбираться, что тут к чему… хотя может и не долго, аппарат-то примитивный…

— Да, я знаю всё что нужно знать, — кивнул Спас, — надеюсь после смерти Зига тут ничего не менялось?

— Да нет, его приятель сразу забросил это дело, видимо переживал из-за смерти друга. Возможно, даже ни разу в этот ангар не заглядывал после произошедшего. Но этого я точно, конечно, не знаю, — сказал Егор.

— Ты можешь отдыхать пока, а утром, как договорились, пойдём осматривать транспортный самолёт на взлётной полосе, — сказала Лиана, — у тебя видно тоже ночка была весёлая!

— Кстати да! — вдруг расплылся в улыбке Егор, — теперь, когда всё в прошлом, кажется что и в самом деле было весело! После унылых лет работы на этом аэродроме, это была отличное развлечение. Когда я удирал от клонов, то естественно так не думал, но теперь думаю.

— Если мы отправим основную массу людей обратно, то нужно придумать, как посадить транспортную махину без взлётной полосы, — сказал Пётр, — на побережье может и не найтись подходящего места. И ландшафт там холмистый.

— Ну, найти где поровнее и посадить самолёт, — сказала Лада, — придётся часть пути пешком пройти, не привыкать.

— Ну, если садиться на побережье и взлетать больше будет не нужно, то можно приводнить, — вдруг сказал Егор, который ещё не успел уйти.

— Ну-ка, об этом поподробнее, — тут же ухватился за его слова Пётр.

— У этой модели есть возможность аварийной посадки на воду, — сказал Егор, — техника у нас старая, летаем мы больше всего на побережье и поэтому именно эти аварийные системы поддерживаем в рабочем состоянии. На моей памяти самолёты так садились раза четыре уже… но это за много лет. Не каждый день, естественно, такое происходит. Там сначала надуваются горизонтальные полозья под брюхом, а когда машина остановится и под крыльями баллоны накачиваются. Ну, чтобы не затонул самолёт слишком быстро. Иллюзий не питайте, всё равно утонет, просто не мгновенно. Надеюсь, что эта система работает. Протестировать я её смогу, но вот за сохранность надувных элементов ответственность на себя не возьму. Это лотерея. Из четырёх приземлений на воду, только два можно назвать удачными, остальные два только наполовину. Хотя людям в обоих случаях удалось спастись… почти всем.

— По нынешним временам этот вариант можно считать безопасным, — усмехнулся Пётр, — обычно всё обстоит гораздо хуже.

— Ладно, я, в самом деле, пойду, вздремну, — сказал Егор зевая, — как заговорили про весёлую ночку, так усталость накатила. Как будто организм вдруг понял что устал. Спасибо что напомнили, — и Егор ещё раз широко зевнул.

Когда он ушёл, Пётр повернулся к Лиане со Спасом и сказал:

— Ну что, вы значит вывозите отсюда людей, а мы с Ладой продолжаем путь к Энергону.

— Нет! — хором сказали Лиана и Спас.

— Почему нет? — удивилась Лада, — это же логично! Я представитель изначальной расы, у меня шансов выжить, больше чем у вас всех. Пётр очень хорошо подготовлен, лучше чем Спас. Если сравнивать наши пары, мы будем более эффективны.

— Только я знаю, как управлять этим самолётом, — сказал Спас и скрестил руки на груди.

— Это моя миссия, — повторила его жест Лиана, — изначально она была моей. И то, что произошло со Спасом, те знания, которые появились в его голове, не случайность. Не может быть, чтобы по стечению обстоятельств он вдруг узнал, как управлять единственным летающим средством без электроники на этом аэродроме. Это не совпадение. И раз это наша судьба, то и возле Энергона только мы сможем что-то предпринять, — Лиана подняла руку, не дав маме возразить, — это никакая не гордыня и не излишняя самоуверенность. Просто это наше дело и в конце пути должны оказаться именно мы!

— Но ты и нас пойми, — вздохнул Пётр, — не можем мы отпустить нашу единственную дочь с мужем в самый эпицентр опасных событий, а сами при этом отступить.

— Можете! — сказала Лиана, — но если что, вас никто и не спросит. И не нужно мне говорить, что я ничего не понимаю и что вы как родители просто обязаны. Где сейчас Лавр? То-то и оно. Так что на родительские инстинкты можете не давить. Я всё это проходила. Да, это очень тяжело и неприятно, но иногда ничего с этим не поделаешь. Летим мы со Спасом.

— Мы не уступим, — сказал Пётр, — давайте все отдохнём и потом ещё раз всё обсудим.

— Отдохнуть можно, но на результат это никак не повлияет, — сказал Спас, — я согласен с Лианой, это наше дело.

— Поживём, увидим, — сказала Лада, и они все зашагали к жилым корпусам.


Егор только устроился спать, как в дверь постучали. После осмотра самодельного самолёта, он не сразу направился домой, а всё-таки, наконец, забрал свою заначку с золотом. Теперь оно ему, возможно, пригодится ещё больше, чем он думал до этого. Жизнь неожиданно сворачивала в совершенно другую сторону, и он ещё не понял, к добру это или к худу. Но в любом случае, золото с собой могло принести пользу, а если оставить его здесь, то оно просто пропадёт, как будто его и не было. И весь долгий труд по сбору этой заначки можно выбрасывать в мусорку. Ему это делать было жалко. Бросать своё золотишко тут он не хотел.

Услышав стук, Егор поднял удивлённо голову от подушки и сказал:

— Входите!

Вошёл Спас, и он этому почему-то совсем не удивился.

— Есть дело, — сказал Спас, усаживаясь на стул.

— Я так понимаю, поспать у меня сейчас не получится, — вздохнул Егор.

— Правильно понимаешь, — кивнул ему с улыбкой Спас, — видишь ли, желающих лететь много, а места всего два. Мы хотим улететь по-тихому, чтобы никто не знал. Но самолёт нужно как минимум заправить. Можешь это сделать максимально незаметно? Просто если я сам этим займусь, то привлеку к себе внимание, и всё сразу вскроется.

— Думаешь, я не привлеку и ничего не вскроется? — ухмыльнулся Егор, — но я не возражаю. Помогу, чем смогу. Со своими ты сам разбирайся. Я просто выполню твою просьбу и всё.

— О большем и не прошу, — удовлетворённо сказал Спас, — можешь это сделать прямо сейчас?

— Да, конечно сейчас, потом на это уже не будет ни времени, ни возможности… как и на сон, — вздохнул Егор, — ну да ладно, окажемся где-нибудь далеко от этого проклятого места, там и отоспимся!

Егор потрогал шишку на лбу, которая появилась там после того, как он врезался лбом в железку и потерял сознание. В общем, сейчас у него было какое-то смутное ощущение, что этот удар можно назвать везением. От неожиданной встречи с этими людьми он ждал гораздо более позитивных перемен в своей жизни, чем если бы эвакуировался вместе со всеми. Так что, казалось бы идиотская ситуация которая чуть не стоила ему жизни, вдруг перевернулась вверх тормашкам и всё стало наоборот.

С другой стороны, он этих людей не знал, и были все основания сомневаться в их словах. Тем более, что Спас вообще был очень странным… с какими-то удивительными способностями. Но Егор чувствовал, что его не обманут, и сделают всё как обещали. Он даже специально пытался разбудить в себе скептицизм, заставить себя усомниться в происходящем и найти какой-нибудь подвох… но ничего не получалось. Верил он почему-то этим людям и всё тут! Закрадывались даже мысли, что и их поход к Энергону может оказаться успешным, чтобы они ни собирались там предпринять.

Но этот пункт волновал его меньше всего, ведь сам-то он собирался в другую сторону.


— Ну что, договорился? — спросила Лиана, когда Спас вернулся в их комнату.

— Договорился, — кивнул Спас, — меня другое волнует.

— Что именно? — удивилась Лиана.

— Твои родители не дураки, — сказал Спас, — думаешь, нам удастся обвести их вокруг пальца? Да и остальные просто пока не в курсе, но сомневаюсь что, например, Эсмеральда согласится отправиться обратно, не дойдя до цели.

— Поэтому мы и хотим улететь по-тихому, — сказала Лиана.

— По-тихому не получится, — вдруг улыбнулся Спас, — этот аппарат очень шумный. Такой шумный, что просто дальше некуда.

— Нам главное пойти на взлёт, а там уже никто нас не остановит. Их ещё будет тормозить забота о раненых, которых нужно доставить на Левиафан, и чем быстрее, тем лучше. Так что, шанс у нас будет. А мама здесь не такая чувствительная и проницательная как обычно. Она сама мне жалуется, что сначала Лес её угнетал, теперь Энергон, плюс ещё информационный шторм, который только набирает силу. Так что, она информационным полем почти не пользуется, — сказала Лиана.

— И всё равно, не нужно её недооценивать, — сказал Спас, — мне кажется, что она нас раскусит на раз.

— Ну вот когда раскусит, тогда и будем думать что делать, — сказала Лиана, — сейчас-то что? Предугадать что произойдёт мы не можем. Через час узнаем, получилось у нас смыться незаметно или нет.

— Да, — вздохнул Спас, — всего через час всё станет понятно.


Егор спокойно вышел из жилого блока и направился к ангару с техникой. Он сразу решил не прятаться и не таиться. Наверняка эти люди выставили посты, и если часовые увидят что он крадётся куда-то, мгновенно возникнут вопросы. Да, он всё может объяснить и сослаться на Спаса. Но тогда он не выполнит его просьбу. А он собирался её выполнить, ведь, как-никак, договаривался то он именно с ним обо всём.

Именно поэтому, он смело открыл ворота, уселся за руль заправщика и поехал в маленький ангар.

Расчёт оказался верным. Его многие видели, но не придали значения его действиям. Всем показалось, что он просто делает то, о чём его просят. Наверняка Лиана со Спасом ему просто что-то поручили. На самом деле, конечно, так оно и было, только характер поручения могли угадать немногие. Родители Лианы единственные кто мог бы понять смысл происходящего, но они спали.

Заправив маленький и страшненький самолётик, собранный как будто из всякого мусора, Егор отогнал заправщик к взлётному полю и оставил его там, недалеко от большого самолёта. Но и не настолько близко, чтобы это было опасно при случайном возгорании. На всякий случай он не стал нарушать правила, ведь не просто же так их придумывали? Мало ли что?

Оставив заправщик, Егор направился обратно, с твёрдым намерением теперь-то уж точно уснуть. Всё-таки после удара голова была не совсем в порядке. Сотрясение он наверняка заработал.

Спас стоял и наблюдал за его приближением из окна.

— Ну что, пора? — спросила его Лиана, которая лежала на кровати.

— Почти, — задумчиво сказал Спас, — дождёмся когда Егор войдёт в дом, чтобы нам не пришлось разговаривать с ним на улице.

— Хорошо, — сказала Лиана и, встав, подхватила с пола небольшой, заранее заготовленный рюкзак.

У Спаса был такой же. Они решили сильно не нагружаться, а отправиться налегке. Скорее всего, всё имеющееся у них вооружение там будет бесполезно. Нужно будет придумывать что-то на месте. Судя по рассказам, у Энергона были просто циклопические размеры, и даже их плазменная пушка будет для него совершенно не опасна. Придётся придумывать что-то другое. Сейчас думать о том, что они будут там делать, было бессмысленно. Слишком мало данных.

— Ну? — спросила Лиана у Спаса после паузы.

— Да, можно идти, — сказал тот и взял свой рюкзак.


Лада открыла глаза, полежала немного глядя в потолок и грустно улыбнулась. Потом повернула голову и взглянула на спящего рядом Петра. Да, потом у них будет серьёзный разговор. Он не поймет, почему она так поступила. Но это будет потом. Она снова закрыла глаза и мгновенно уснула.

## Глава 2

Самолёт оказался тяжелее, чем казался сначала. Подхватив его под крылья, Спас и Лиана катили это «чудо техники» в сторону взлётной полосы, молясь про себя, чтобы никто не обратил на это внимания и не прибежал их останавливать.

Но всё обошлось, никто не вмешался, хотя стоящие на посту Валькирии не могли их не видеть. Но не будут же они к ним лезть с расспросами. Спаса и Лиану они принимали за начальство, хотя у них было и своё, в лице Эсмеральды.

Выкатив самолёт на взлётку, прямо перед стоящим там грузовым транспортом, они слегка отдышались. Лбы у обоих блестели от пота.

— Ты точно знаешь, что делать дальше? — спросила Лиана.

— Да, в мельчайших подробностях, — задумчиво сказал Спас, смотря как бы внутрь себя, — очень интересный эффект. Я всё это помню, как будто бы сам пережил. Все детали есть в голове. Я не просто знаю, как этой штукой управлять, я знаю даже как она выглядит внутри, под корпусом. Знаю все слабые места, и что может отказать в первую очередь.

— Стоп! — подняла руку открытой ладонью к нему Лиана, — там что-то может отказать?

— Конечно, — сказал Спас, — это же самоделка! Но мы старались, и будем надеяться, что машинка отработает так, как нужно. Нет, это всё-таки удивительно! Я помню даже все скруточки проводов!

— Рада за тебя, — вздохнул Лиана, — ну раз ты так во всём уверен, то пора лететь. А то и в самом деле кто-нибудь объявится и попытается нам помешать.

— Кстати, — сказал Спас, — мы будем лететь низко, и даже если двигатель откажет, то мы сможем посадить машину. Будем аккуратно планировать к земле.

— Слушай, может проще пешком дойти? — всплеснула рукам Лиана, — мне что-то, чем дальше, тем меньше хочется на этой штуке отрываться от земли.

— Ты серьёзно? — Спас даже рот приоткрыл от удивления.

— Да нет, конечно, шучу! Залезай в кабину, — сказала Лиана и сама аккуратно взобралась на крыло, чтобы его не сломать.

В самолёте было два места, одно за другим. Рюкзаки у них были маленькие, поэтому они бросили их себе под ноги. В багажный отсек пихать не стали, потому что если что-то пойдёт не так, вряд ли они смогут их оттуда достать и тогда останутся вообще без всего. А багажный отсек находился в хвостовой части, правда, небольшой.

Они залезли на свои места и пристегнулись. Лиана надела лежащий на сиденье шлем. Хорошо еще, что он был, потому что кабина была открытая. Шлем был великоват, и внутри пах не очень приятно. Застарелый чужой мужской запах. Ну да это была не самая большая из их проблем.

Сам полёт, на этом рыдване, в место, где вообще неизвестно что их ждёт, таил в себе столько опасностей, что думать о грязном шлеме в этой ситуации было очень глупо. Глупо-то глупо, но от вездесущего запаха деться было некуда, и Лиана только непроизвольно морщила нос. Потом привстала, нагнулась вперёд и похлопала Спаса по плечу. Он к этому времени уже устроился и готовился запускать двигатель.

— Что? — спросил он, сняв шлем.

— У тебя шлем вонючий? — спросила Лиана.

— Вроде бы нет, — пожал плечами Спас.

— Тогда давай меняться! — и Лиана быстро сунула ему в руки свой, и выхватила его шлем так быстро, что он даже ничего не успел понять.

Он не стал возражать, даже посмотрел на Лиану как-то снисходительно. Надел шлем на себя и издал какой-то невнятный рычащий звук. Видимо, не ожидал такого амбре, и оно ему не понравилось.

— Вот то-то и оно, — улыбнулась Лиана, усаживаясь на своё место.

— Провод воткни в шлем, — раздался приглушённый голос Спаса.

Она посмотрела на приборную панель, если так можно было назвать полоску фанеры с тремя примитивными приборами. Там, с краю, на вбитом гвозде висел аккуратно смотанный проводок.

— На гвозде! — вслух сказала Лиана, поражаясь увиденному, — провод висит на гвозде!

Однако она взяла этот самый проводок и, найдя на шлеме разъём, воткнула в него штекер.

Тут же раздался голос Спаса:

— Ли, ты меня слышишь?

— Слышу, — сказала она, — и это не может не удивлять, учитывая «совершенство» этой техники.

— Не надо недооценивать нашу птичку! — с лёгкой обидой сказал Спас, — она нас доставит куда нужно. Но со шлемом, ты мне, конечно, удружила!

— А ты бы хотел чтобы я нюхала его всё дорогу? Ты же любишь принимать удар на себя, вот это как раз подходящий случай, к тому же не опасный для жизни, — сказала Лиана.

— Не опасный? — хмыкнул Спас, — ну это как сказать! А если я потеряю сознание по пути и мы грохнемся на землю?

— Чтобы потерять сознание, тебе не нужен вонючий шлем, — сказала Лиана, — ты можешь сделать это и так!

— И то верно! — весело сказал Спас, — но если я отключусь, то надеюсь во мне проснется кто-то, кто умеет управлять этим самолётом.

— Полетели уже, — сказала Лиана, — мы слишком много шутим, а это не к добру.

— Это нервное, — сказал Спас, — я просто волнуюсь. Всё-таки я сам ни разу не летал на таком. Ну как бы по чужим воспоминаниям летал, но я, как Спас, разумеется, нет… в общем, не бери в голову!

— Зря ты мне это сказал, — сказала Лиана, — до этого момента я думала, что ты во всём уверен.

— Я уверен, — сказал Спас и щёлкнул тумблером на приборной панели, которая представляла из себя точно такой же кусок фанеры, какой был и перед Лианой.

Внутри самолёта раздался какой-то негромкий гул, который продолжался некоторое время. Потом что-то громко щелкнуло, и гул стал громче. Потом двигатель несколько раз как будто чихнул, завибрировал, и вдруг заревел на весь аэродром. Пропеллер на носу самолёта начал раскручиваться, и через несколько секунд Лиана почувствовала, что они сдвинулись с места. Пока очень медленно, но с каждой секундой самолёт катился всё быстрее, набирая скорость. Вот уже он мог догнать пешехода, вот бегуна, вот не очень быстрый багги…

— Господи, что мы делаем! — пробормотала Лиана, сотрясаясь от вибрации, которой был охвачен весь самолёт, но Спас её расслышал.

— Всё нормально! Держись, взлетаем! — громко прокричал он, видимо забыв, что в шлеме есть микрофон.


Пётр резко проснулся, и не сразу сообразил, что именно, его разбудило. Через секунду реальность воровалась в его сознание, и он сразу всё понял: кто он, где он и что происходит.

Его разбудил далёкий, но очень сильный рёв двигателя. Он не слышал раньше как работает двигатель маленького самолётика, но почему-то сразу понял что это он. Пётр вскочил и стал судорожно натягивать штаны.

— Не спеши, всё равно не успеешь, — спокойно сказала Лада, которая лежала на кровати и задумчиво смотрела на него.

Он потрясённо замер.

— Ты знала! — медленно сказал он, не в силах в это поверить.

— Конечно, — сказала Лада, — как и многое другое.

— Тогда почему ты позволила им улететь? — сказал Пётр.

— Потому что так надо! — сказала Лада, — это их дело, их судьба, их выбор. Если кто и справится с этой миссией, то только они.

— А как же слова, что я лучше подготовлен, а ты вообще представитель другой расы? Это всё так, для отвода глаз? Чтобы меня запутать? — спросил Пётр, всё больше и больше раздражаясь.

— Нет, не тебя, — покачала головой Лада, — не тебя, а их, — она села на постели и вздохнула, — Петь, не сердись. Так нужно. Это всё процессы более высокого порядка и не нам в них вмешиваться. Я знаю, что ты за неё волнуешься. Можешь не верить, но я тоже. А она волнуется за Лавра. Но все мы всё равно участвуем в этой сложной партии. И нужно стараться выиграть, потому что проигрыш обойдётся слишком дорого. И не только нам, а множеству людей населяющих эту планету. Миллионам, десяткам миллионов, сотням миллионов. Да и самой планете тоже придётся несладко. Никто не знает, куда приведёт эта хищническая эксплуатация её ресурсов. А ты знаешь, что эта планета важна! Она, как-никак, родина всего человечества в самом широком смысле этого слова, включая даже бесов.

— Да, это всё я понимаю, — Пётр устало вздохнул и сел рядом с ней, — но почему основной инструмент в этой войне это наша дочь? Как такое получилось? Почему она оказалась в центре всего этого?

— Может быть, потому что она молодец? — улыбнулась ему Лада.

— И всё? Вот так вот просто, молодец, и вперёд спасать планету? — сказал Пётр.

Лада обняла его за шею.

— К тому же, она с мужем, а он как никто другой способен её защитить, — сказала Лада.

— Повторяю, ты же говорила, что он подготовлен хуже меня! Или это тоже неправда? Хотя, это, конечно, правда, — сказал Пётр.

— В чём-то да, — сказала Лада, — но он не просто так оказался рядом с ней. Не нужно его недооценивать. Тем более те метаморфозы, которые произошли с ним в последнее время, тоже играют определённую роль. Спас уникален, и его роль во всей этой истории не менее значима, чем роль Лианы. А вместе они, так вообще, горы могут свернуть!

— И что дальше? — спросил, немного успокоившись, Пётр, — отправимся за ними?

— Нет, — отрицательно покачала головой Лада, — там мы уже ничем им помочь не сможем. Да и добраться до Энергона проблема. Они забрали единственный транспорт, который имеет шанс туда долететь. Если мы отправимся туда на вездеходе, то даже если он не сдохнет по дороге, вероятность чего очень велика, то в любом случае, мы прибудем туда поздно, когда всё уже будет кончено.

— Как кончено? — спросил Пётр и выжидательно уставился на неё.

— Не знаю, — развела она руки в стороны и открыто посмотрела ему в глаза, — действительно не знаю! Мы можем просчитывать будущее, причём довольно далеко и достаточно точно. Ты много раз был тому свидетелем. Но это работает не всегда. В поворотных точках мы, как и все остальные, не можем предсказать результат. А тут ещё информационный шторм и возмущения информационного поля от близости к Энергону… он на всё плохо влияет. Не только на электронику. Жить рядом с ним я бы никому не посоветовала. Может быть и не умрёшь, но какие-то деструктивные процессы в организме обязательно запустятся. Те, кто там долго находится, мутируют потихоньку.

— Да уж, — задумчиво сказал Пётр, — так нам-то что делать?

— Ну, это же очевидно, — пожала плечами Лада, — готовить самолёт и вывозить людей отсюда на побережье. Наша цель Левиафан.

— Так что же получается, — сказал Пётр, — всё это было зря? Зря мы тащились сюда такой толпой? Зря погибли некоторые из нас? Зря получали ранения? Зря рисковали? Можно было просто дать возможность Лиане и Спасу уйти сюда вдвоём, и всё! Так?

— Нет, — сказала Лада, — если бы мы все сюда не пошли, то вполне возможно не оказались бы сейчас именно в этой точке. Не попали бы на этот аэродром, не нашли бы маленький самолёт, да и если отматывать назад, всё было бы по другому и вполне возможно, что цепочка событий не позволила бы Спасу и Лиане добраться до Энергона.

— А сейчас они доберутся? Хоть это скажи! — попросил Пётр.

— Мы будем на это надеяться, — сказала Лада, — но я думаю, что доберутся!

— И что они смогут сделать с этой штукой вдвоём? — сказал Пётр и, подойдя к окну, посмотрел на аэродром. Гул маленького самолёта уже давно стих, и его самого тоже не было видно даже вдалеке.

— Ну не… — начала Лада и тут же осеклась.

— Что не? — тут же ухватился за обрывок фразы Пётр.

— Да нет, ничего, — сказал Лада, — я хотела сказать, что не знаю. Может быть, они и не смогут ничего сделать, а просто отправятся назад восвояси. Но зато будут знать что такое Энергон и возможно в будущем им это знание в чём-то поможет.

— А я думал, ты хотела сказать, что они не вдвоём, — подозрительно сказал Пётр.

— Как знать, может быть там им кто-нибудь и поможет, — сказала Лада.

— Да, если ты чего-то не хочешь говорить, то из тебя и клещами не вытащишь. Ладно, раз уж проснулись, нужно заняться самолётом, — сказал Пётр.

Лада благодарно ему улыбнулась. Он не стал её больше мучить расспросами, следовательно, ей не придётся больше выкручиваться.

— Только давай не будем никого пока будить, пойдём вдвоём. Пусть люди ещё отдохнут, — сказала она, — я думаю, что лететь будет лучше ночью. Вернее, лететь конечно будет хуже, но безопаснее. Кстати, мне кажется, что уже давно должна была быть ещё одна бомбардировка, а её всё нет. Странно!

— Ты же у нас всевидящая, — сказал Пётр, — вот и скажи, почему?

— Я не знаю! — честно призналась Лада, — может, передумали?

— Может и передумали, а может прежде чем швыряться ракетами решили уточнить цель, — сказал Пётр.

— Звучит не очень! — сказала Лада, — нужно будет всем сказать, чтобы без дела по улице не шлялись и старались перемещаться незаметно. А то, если нас вычислят, будет плохо.

— Плохо нам не будет, — сказал Пётр, — нас просто не станет и всё. Быстро и безболезненно. Не станет ни нас, ни этого аэродрома, ни этой части города. С их подходом, они тут оставят выжженную пустыню.

— Да, нужно чтобы все скрытно перемещались по территории, — серьёзно сказала Лада.

— Нужно будет спросить у тех кто слушает эфир, не прозвучало ли там чего-нибудь интересного, — сказал Пётр и накинул куртку.


Нужно было отдать Спасу должное, он вёл самолёт довольно уверенно. Они летели очень низко, и сначала это было страшно, потому что земля проносилась внизу очень быстро и было видно много деталей. На высоте обзор больше, скорость не так чувствуется и это ощущение немного притупляется. Но Спас специально не поднимался высоко.

Потом Лиана понемногу к этому привыкла. Она просто старалась не смотреть вниз. Только иногда бросала взгляд в сторону, чтобы убедиться что они пока не падают.

А ощущение падения возникало периодически. Самолётик иногда как будто нырял и тело охватывало временное чувство потери собственного веса. Казалось, что сразу за таким нырком последует удар о землю, но нет, Спас каждый раз выравнивал самолёт и они продолжали двигаться вперёд.

У Лианы во рту был какой-то странный привкус. Как будто она съела что-то железное. Кисловатый металлический вкус появился и не желал уходить. Наоборот, со временем он становился только сильнее.

Возможно, это было вызвано общим стрессом от полёта на этом ненадёжном самолёте, но Лиане казалось, что дело в другом. Скорее всего, это было влияние приближающегося Энергона.

— Спас, ты меня слышишь? — спросил Лиана. Они долго не разговаривали, она старалась не отвлекать его от управления самолётом, и поэтому стало казаться, что связь уже не работает.

— Слышу тебя очень хорошо, — сказал Спас.

— У тебя нет во рту какого-то странного привкуса? — спросила Лиана.

— Как будто полон рот гвоздей? — спросил Спас, — если ты про такой, то есть, если про другой, то нет.

— Да, полон рот гвоздей очень удачное сравнение, — сказал Лиана, — я, конечно, никогда гвозди в рот не брала, но ощущение очень похожее. Думаю, что это влияние Энергона.

— Возможно, — ответил Спас, — если это будет усиливаться, то значит ты права. Не то чтобы этот вкус был каким-то сильно отвратным, но меня он уже начинает раздражать.

— Во-во, — сказала Лиана, — и меня тоже. Долго нам ещё лететь?

— Понятия не имею, — сказал Спас, — тут же из приборов нет ничего. Можно сказать, что работает только уровень топлива и горизонт. Скорость тоже показывает, но мне кажется, что безбожно врёт. Но он всегда врал. Остальные вообще не работают. Не успели довести машину до ума.

— А у меня только три прибора и все мёртвые, — сказала Лиана, глядя на свою приборную панель.

— Да, мы их ещё не подключили, — сказал Спас.

— Кто это мы? — вдруг напрягшись, осторожно спросила Лиана.

— Прости, Ли! Я здесь! Не волнуйся. Просто я сейчас постоянно подключён к воспоминаниям Зига и невольно начинаю идентифицировать себя как он. Но это ничего не значит. Его тут нет. Я всё полностью контролирую, — сказал Спас.

— Хорошо, если так, — сказала Лиана, — но ты там всё равно, сильно-то не увлекайся… не погружайся в чужую личность.

— Сейчас это необходимо, — сказал Спас, — я, как бы это сказать… Зигом сейчас веду самолёт. Как только приземлимся, он будет не нужен, и я его задвину обратно.

— Бррр, — Лиана передёрнула плечами, — ты мне напомнил про приземление! Я вообще стараюсь об этом не думать.

— Всё будет хорошо, главное место найти более-менее ровное, — сказал Спас.

— А если не найдём? — с тревогой спросила Лиана, — я понимаю, что сейчас поздно об этом говорить, но всё же?

— Может быть, ровное место нам и не понадобится, — сказал Спас, и Лиане показалось, что сделал это слишком напряжённо.

— Почему? — спросила она.

— Потому что мы падаем! — всё тем же тоном ответил Спас.

— Падаем? Я ничего не чувствую, — сказал Лиана и начала вертеть головой, пытаясь понять снижаются они или нет.

— Сейчас почувствуешь, — сказал Спас.

И в следующую секунду она, действительно, почувствовала.

## Глава 3

Возникло чувство невесомости, когда самолёт как будто провалился под ними. Но тело тут же вновь почувствовало сиденье. Однако, это вовсе не значило, что всё закончилось. Самолёт и до этого постоянно вибрировал и дрожал, теперь же его трясло так, что зубы стукались друг о друга, и удержать их не было никакой возможности. Казалось, что и все внутренние органы начинают отрываться от своих мест и блуждать по организму.

К тому же, самолёт заметно снижался. Да, они не совались в штопор, на такой высоте это бы уже закончилось аварией. Спасу каким-то невероятным образом удавалось удерживать машинуи, более-менее контролируемо, снижаться.

Земля под ними была неровной. Местность как назло тут была холмистая… впрочем, на этом континенте это было обычное дело. И это была основная сложность для посадки.

Лиана вцепилась руками в корпус самолета, чтобы её не мотало слишком сильно. Но зафиксировать себя всё равно не получалось.

Земля была уже близко, а они всё снижались. Впереди был холм, и они летели ниже его вершины. Всё шло к тому, что они в него просто врежутся.

Лиане очень хотелось закричать, но она сдерживалась, понимая, что отвлекать своим криком Спаса это сейчас не лучшее решение. Ему это вряд ли чем-то поможет. Вместо этого она только сильнее стискивала хватку, до боли в пальцах. Казалось, что этой тряской её сейчас просто выбросит из самолёта.

Перед самым холмом самолёт вдруг резко взял вверх, и казалось, что уже почти перевалил через холм, но потом стукнулся о вершину, подпрыгнул и некоторое время летел ровно, после чего снова стал резко снижаться. После удара о вершину холма, у Лианы сложилось впечатление, что дальше самолёт летел уже не весь. Как будто там что-то оторвалось. Лиана подумала, что скорее всего шасси. Вопрос посадки теперь предстал в ещё более мрачном свете.

Пологий склон холма шёл вниз, самолёт летел параллельно ему. Так что, несмотря на то что в принципе они снижались, некоторое время летели на одном и том же расстоянии от поверхности.

Но, в конце концов, склон закончился, и поверхность земли стала идеально горизонтальной, но самолёт как летел по нисходящей траектории, так и продолжал лететь, и в итоге встреча с поверхностью была неизбежной.

В самый последний момент Спасу удалось слегка задрать нос, и они шмякнулись о землю брюхом. К удивлению Лианы самолёт не развалился от удара на куски, а подпрыгнул вверх и летел ещё какое-то время, но не носом вперёд, а постепенно разворачиваясь. Вследующий раз они ударились о землю когда летели боком вперёд, а потому уже впереди оказался хвост. После этого удара подскок был совсем коротким, и они тут же вновь упали, закрутившись вокруг своей оси.

Всё время после первого удара Лиана кричала, даже сама себе не отдавая отчёта в этом. От неё сейчас совершенно ничего не зависело, и привычный самоконтроль оставил её без следа. Ей просто было очень страшно, и крик сам вырывался из её груди.

Где-то, краешком сознания она чувствовала, что звук её крика какой-то странный, как будто с эхом. Но, возможно, это просто шлем так всё искажал.

Когда вращение самолёта стало замедляться, Спас прокричал:

— Выбираемся!

И выскочив из своего места как пробка, стал помогать выбраться Лиане. Не забыв прихватить рюкзаки, они спрыгнули на землю и бросились прочь от самолёта, двигатель которого испускал странный сизый дым, и нехорошее клёкотание, от которого непонятно что было ожидать.

Они быстро убегали от самолёта, под которым уже разливалось пятно ядовито пахнущего топлива.

Но не успели они пробежать и двадцати шагов, как Лиана резко остановилась, поражённая страшной догадкой.

— Не останавливайся, — крикнул Спас, когда она выдернула свою руку из его, — сейчас может рвануть!

— Багажный отсек, — крикнула Лиана и бросилась обратно.

— Там ничего нет, — попытался остановить её Спас, но понял что это бессмысленно и побежал следом.

Она ухватилась за ручку дверцы в хвостовой части самолёта, но от удара корпус повело и дверцу заклинило. Подбежавший Спас не церемонясь отпихнул Лиану в сторону, ухватился за ручку двумя руками, ногой упёрся в корпус и стиснув зубы и рыча от напряжения стал тянуть на себя. Лиана обхватила его за грудь и тоже стала тянуть, не забывая кричать.

Из двигателя уже начали вырываться языки пламени, а дым из сизого превратился в чёрный.

Дверца поддалась неожиданно. Внутри что-то треснуло, и она отлетела от корпуса. А вместе с ней Лиана и Спас, которые грохнулись на землю. Но буквально через долю секунды они вскочили. Лиана оказалась первой и когда Спас вернулся к самолёту она уже вытаскивала за волосы из ниши багажного отделения орущую от боли Резвую.

Когда та упала на землю, Спас подхватил её, забросил на плечо, и они бросились бежать что есть сил. Сзади полыхнуло и спины обдало жаром, но они не оборачивались, стараясь оказаться как можно дальше. Потом что-то рвануло и их толкнуло вперёд ударной волной, но не так сильно, чтобы сбить с ног.

Где-то в стороне на землю стали падать небольшие обломки самолёта, но их не зацепило. Удивительным образом взрыв оказался направлен в другую сторону и под разлёт обломков они не попали.

Добежав до какой-то неглубокой ямы, Спас бросил туда Резвую, а следом повалились и они с Лианой. Какое-никакое, а укрытие. Неизвестно ведь, будет ещё что-то взрываться или нет.

Что-то ещё взорвалось, но уже не очень сильно. Зато то, что осталось от самолёта, продолжало полыхать, и вверх поднимался столб чёрного дыма. Они не отрывали от него взгляда.

— Мы, можно сказать, объявили о своём прибытии, — сказал Спас.

— Да, лучше отсюда убираться, пока никто не примчался проверять, что тут такое дымит, — сказала Лиана.

Только тут они переглянулись и повернулись к Резвой, которая лежала сжавшись в комочек и стуча зубами.

— С-с-с-спасибо! — проговорила она, стараясь унять дрожь.

— Какого чёрта ты там делала? — строго спросила Лиана.

— Я с-с-с вами, — ответила Резвая, потихоньку приходя в себя.

— Что с нами? — не понял Спас.

— Я с вами, — сказала Резвая, — к Энергону с вами, — ей, наконец, удалось немного справиться с дрожью.

— Ты заметила, что мы никого не взяли с собой и именно поэтому улетели незаметно, тайно, можно сказать! — медленно проговорила Лиана, присутствие Резвой ей не очень нравилось. Вдвоём со Спасом ей было спокойнее. Возможно, потому что не нужно было быть лидером, и можно было полагаться во всём на мужа. А при Резвой уже непроизвольно приходилось держать марку.

Но Резвая был здесьи это было фактом, от которого никуда не денешься. Не бросать же эту дурынду здесь!

— Да что там так полыхает? — Лиана опять перевела взгляд на самолёт.

— Топливо. Егор залил его под завязку, как мы и просили. Чтобы нам хватило долететь до Энергона. Мы с Зигом специально делали большие баки. Честно говоря, хотели свалить из этого поганого места. Но об этом никто не знал, все думали, что это просто хобби у нас такое, — сказал Спас.

— Мы с Зигом? — переспросила Лиана.

— Ли, я просто когда подключаюсь к его воспоминаниям, непроизвольно начинаю так говорить, не придирайся. Попробовала бы ты сортировать знания разных людей в одной голове, — сказал Спас.

— Спасибо, — улыбнулась Лиана, — но я доверю эту честь тебе, как наиболее опытному в ментальных экспериментах!

— Уходим? — спросил Спас.

Лиана кивнула, они вскочили, подхватили рюкзаки и побежали, правда не очень быстро, настраиваясь на марафон, а не на спринт.

— Вы к Энергону? — раздался за спиной голос Резвой.

— Ну да, — бросила через плечо Лиана.

— Тогда вы бежите не в ту сторону, — крикнула им Резвая.

Они остановились и повернулись к этой неугомонной девочке. Потом посмотрели друг на друга, потом стали озираться по сторонам, пытаясь понять, не ошиблись ли они с направлением в самом деле.

— Погоди, — сказал Спас, — мы перелетели через вот этот холм, значит, прилетели оттуда, значит нам дальше нужно туда! — каждую свою фразу он сопровождал жестом.

— Нет, — уверенно сказала Резвая, — я провела рядом с Энергоном довольно много времени. Я его очень хорошо чувствую. И я точно могу указать направление. Когда мы летели я ничего не видела, но зато по-прежнему хорошо ощущала. В самом конце мы сбились с курса и начали отклоняться в сторону. Энергон, кстати, совсем рядом. День пути, не больше… ну, если пешком.

Лиана со Спасом переглянулись и пошли обратно к яме, в которой до сих пор сидела Резвая. Остановившись рядом, они некоторое время смотрели на неё сверху вниз, думая, что делать дальше.

— А если ты ошибаешься? — спросила Лиана.

— Нет, — твёрдо ответила Резвая, — я абсолютно уверена. У меня внутри как будто компас, который показывает направление к Энергону. Думаю у всех, кто провёл рядом достаточно времени, появляется такое чувство. Я точно знаю где Энергон, — она сделала небольшую паузу, — видите, похоже, что я тут оказалась не просто так! Я вам нужна!

Спас вздохнул.

— Ладно, веди нас! На данный момент точно мы знаем только одно, нужно как можно быстрее убраться прочь от этого дымового маяка, — сказал он.

— Да, — сказала Резвая, — это разумно. Но особо бояться не нужно. Тут никто не летает… может быть и мы упали именно поэтому. Здесь уже мёртвая зона, техника не работает. На таком удалении от Энергона вообще ничего нет. Рядом есть, там много охраны. А тут нет.

— Но лучше это не проверять, — сказала Лиана.

— Согласен, — сказал Спас.

— Я и не предлагаю тут оставаться! — быстро сказала Резвая, — не для того летели!

— Чудо что ты жива, — покачала головой Лиана, — мне просто показалось, что я слышала чей-то крик. Но я не была в этом уверена. Мы могли просто убежать, и ты догорала бы сейчас вместе с самолётом.

— Видимо, у меня другая судьба, — спокойно сказала Резвая и, встав с земли, начала отряхиваться.

— Судьба! — эхом повторила Лиана.

— Показывай дорогу, — сказал Спас, просовывая руку во вторую лямку рюкзака.

— Туда! — махнула рукой Резвая, и продолжила оттряхиваться.

Они шли долго молча и каждый думал о своём. Наконец Лиана вновь обратила внимание на Резвую, которая уже окончательно пришла в себя, но чувствовала себя по-прежнему неловко, поскольку оказалась тут несанкционированно.

— А почему ты отправилась сюда без вещей? Где твоя вода и еда хотя бы? — спросила Лиана.

— У меня были вещи, — тут же начала оправдываться Резвая, — я опытная и понимаю, что припасы с собой нужно иметь. Но всё сгорело в самолёте. У меня там остался рюкзак. С собой осталась только моя праща и нож… который я выпросила у Ёжика… он, наверное, обидится что я сбежала без него. Но вдвоём бы мы не смогли незаметно затаиться в самолёте. Я и одна там с трудом поместилась.

— А что бы ты делала, если бы мы положили свои вещи в грузовой отсек? — спросил Спас, — весь твой план тогда бы накрылся?

— Тогда бы накрылся, — с готовностью согласилась Резвая, — я была к этому готова. Но других вариантов не было… судьба! — добавила она в конце.

— Судьба! — снова эхом повторила Лиана.

— Тебя это тревожит? — спросил Спас и обнял жену одной рукой.

— Да, — честно призналась та, — я всегда старалась рассчитывать на себя. Но теперь, постоянно присутствует влияние каких-то посторонних сил. Часто я не знаю, сами мы выпутываемся из сложной ситуации, или нас незаметно вытаскивают из неё.

— Тебе не нравится, что нам кто-то помогает? — спросил Спас, — если это, конечно, так.

— Видишь ли, это очень сложный вопрос. Конечно, в критической ситуации глупо отказываться от помощи, или жалеть, что нам спасли жизнь… если это, конечно, так, — повторила она слова Спаса, — и появляется невольное чувство, что можно не сильно стараться. Что в критический момент тебе помогут. Но учитывая, что всё это не точно, возникает неопределённость, то ли помогут, то ли нет. А ты уже расслабился и на эту помощь рассчитываешь… пусть и неосознанно, — сказала Лиана.

— И ты говоришь, что это у меня каша в голове? — хохотнул Спас.

— А я понимаю, о чём говорит Лиана, — вдруг встряла в разговор Резвая.

— Да? — Лиана взглянула на неё с интересом.

— Я тоже понимаю, — сказал Спас, — но мне кажется, что не нужно всё ещё больше усложнять.

— Да, — проигнорировав Спаса, ответила Резвая Лиане, — я часто это чувствую! Меня же, как и многих, призвала планета! Но большинство занялось обустройством жизни, забыв о том, зачем они вообще туда пришли. А я не забыла! Я всё время готовилась. Ждала удобного случая! И вот он представился!

— Случай, забраться в багажный отсек самодельного самолёта! Это твоя миссия и судьба? — иронично сказал Спас.

— Да! — с вызовом ответила Резвая, — сначала я встретила вас, потом смогла единственная из всех попасть с вами сюда! Это уже много, по сравнению со всеми остальными. А зов слышали многие! И это не смешно!

— Да я и не смеюсь, — вдруг серьёзно сказал Спас, — мы все тут по одной и той же причине. Это только кажется что путь у нас был разный. А по сути, всё одно и то же. И раз ты здесь, значит, возможно, действительно, так было нужно… но ведь если ты знаешь где Энергон, если всё время его чувствовала, значит могла и раньше к нему уйти?

— И что бы я сделала там одна? — удивилась Резвая.

— А что теперь сделаешь? — удивилась в свою очередь Лиана.

— Не знаю, — честно сказала Резвая, — вы что-то сделаете! А моя задача помогать вам… ну и есть ещё одно дело…

— Что-то личное? — ухватилась за её недоговорку Лиана, — знакомый блеск в глазах! Ты хочешь кому-то отомстить?

— Может и хочу, — честно призналась Резвая, — но это не главное! Это так, если получится. Главное, это уничтожить Энергон!

Они шли ещё некоторое время молча, когда Спас вдруг неожиданно хохотнул.

— Ты чего? — удивилась Лиана.

— Да так, — посмотрел на неё Спас, не переставая улыбаться, — это же ведь смешно! Мы так стремимся добраться до Энергона, но совершенно не имеем понятия, что будем там делать! Уничтожить мы его не сможем, потому что, судя по рассказам, это невероятно огромное сооружение. Мы думаем, что придём к нему и осознаем что нужно делать. А вдруг нет? А вдруг мы дойдём туда и будем стоять в недоумении и смотреть на него… и так и не поймем, как можно уничтожить эту штуку? Почему мы решили, что на нас снизойдёт какое-то озарение? Мне просто интересно, что мы будем делать, если никаких идей не появится?

Спаса эта мысль очень забавляла, и он не мог перестать улыбаться.

— У нас есть только один вариант это выяснить, — сказала Лиана.

— Какой? — спросил Спас.

— Прийти туда и посмотреть что будет, — сказала Лиана, — вдруг само наше присутствие его уничтожит? — она весело улыбнулась, — ну, может это так устроено, если смог туда дойти, то уже победил, а?

— Хорошо, что вам весело, — сказала Резвая, тоже улыбаясь.

— Почему? — удивилась Лиана.

— Потому что отчаяние и безысходность всё равно не приведут к победе. Так зачем грустить? — сказала Резвая.

— Ой, Ли! Не ты ли постоянно говоришь, что веселье в критической ситуации обычно приводит к беде? — сказал Спас.

— Да, что-то такое я говорила, — не стала спорить Лиана, — но это ты начал смеяться, мы просто тебя поддержали. Да и Резвая права, чего грустить? И так всё сложно и непонятно. Кстати, подруга, расскажи-ка, пока есть время, что нас ждёт возле Энергона. Ты сказала, что там много охраны. Что ты об этом знаешь? Расскажи поподробнее.

— Поскольку там ничего работать не может и даже огнестрельному оружию нельзя доверять, то для Энергона они вывели специальную охрану, — сказал Резвая.

— Кто они и что значит вывели? — не понял Спас.

— Они, это Энергонщики, — пояснила Резвая, — а вывели, то и значит, что вывели. Там охрана состоит из клонов, но из совершено других клонов. Из огромных клонов на огромных ящерицах. Они вооружены только холодным оружием и патрулируют всё пространство вокруг Энергона. Их там много и стерегут они Энергон очень хорошо. Пробраться мимо них будет непросто. Но когда мы будем подходить, я скажу, где начинается зона их контроля. До этого ещё далеко. Они патрулируют узкую полоску вокруг Энергона, не больше километра.

— И за эту зону они не выходят? — решил уточнить Спас.

— Ну почему, — удивилась Резвая, — не выходят, если этого им не нужно. Но если, например, заметят кого-нибудь, то выйдут. Обязательно выйдут.

— Звучит неприятно, — сказал Спас, — а они, говоришь, огромные? Какие примерно?

— Ну ростом… — Резвая задумалась, — ну может метра два с половиной, когда стоят.

— Да это разве огромные? — улыбнулся Спас, — я-то думал! Это просто большие!

— Когда окажешься прямо перед ними, то изменишь своё мнение, — слегка обиделась Резвая.

— Судьба! — почему-то сказала Лиана, которая погрузилась в свои мысли. Что она имела ввиду на этот раз, никто уточнять не стал.

## Глава 4

— А почему ящерицы? — вдруг спросил Спас после очередного продолжительного молчания.

— Не знаю, — пожала плечами Резвая, — хотя нет, знаю, — тут же добавила она, — из-за местности, которую приходится патрулировать. Там тоже был огромный город, на том месте. Ходят слухи, что его там построили не случайно. Именно потому это место и выбрали, что там есть какая-то аномалия, связанная с энергией. Знаете, какое есть название у этого континента?

— Сердце? — сказала Лиана.

— Да, Сердце, — кивнула Резвая, — и город, на месте которого воткнули этот Энергон, тоже назывался Сердце. И вроде бы всё это было не просто так… до нас уже совсем мало информации дошло, но разговоры такие среди людей ходят. В общем, они воткнули свой Энергон почти в центре города… бывшего города. Вокруг одни руины. Там всё очень сильно разрушено, гораздо больше чем там, откуда мы сейчас прилетели. И на чём охране перемещаться по грудам камней? Энергонщики придумали ящериц. Они там, в самом деле, очень быстро и хорошо передвигаются. Им такая поверхность самое то. Любое копытное там ноги бы себе переломало.

— Но как они заставили ящериц слушаться? — сказала Лиана, — разве их можно надрессировать?

— Вот про это не спрашивай, не знаю! — сказала Резвая, — но может быть это только внешне ящерицы? Их же искусственно создавали, могли сделать с ними всё что угодно.

— Да, большие клоны на больших ящерицах, вооружённые холодным оружием, — сказал Спас, — весело.

— Пока что даже не хочу об этом думать, — сказала Лиана, — вот с этим точно на месте нужно разбираться, заранее тут вряд ли что спланируешь.

— Это да, — сказал Спас, — но хоть знаем что нас ждёт!

— Что ещё интересного можешь рассказать? — спросила Лиана.

— Там рядом есть более-менее уцелевшая часть города, вот она густо заселена. Там и лаборатории, где клонов создают, и людей много живёт и работает. Военных много, клонами ведь должен кто-то управлять, а то сами они не очень хорошо умеют организовываться, — сказала Резвая, — место для жизни там ужасное, от Энергона и привкус во рту неприятный и ум за разум заходить постепенно начинает. Поэтому ценные сотрудники обычно непрерывно долго там не сидят. Меняются постоянно. А не ценные… сидят, потому что на них всем плевать. Клонов там очень много, особенно обычных. Они там всё делают.

— Погоди, — сказал Спас, — а этот город как далеко от Энергона находится? Если даже на большом удалении всё работать перестаёт, то вряд ли лаборатории смогут существовать без энергии и электроники.

— Да, это странное дело, — тут же согласилась Резвая, — но там как будто помехи от Энергона не действуют… на приборы. На людей действуют ещё как! То ли они научились как-то блокировать излучение, то ли там какая-то аномалия, где оно не сильно вредит. Но ведь Энергон это… прибор, пусть и большой. Его же должен кто-то обслуживать, следить за ним. Охраной управлять тоже нужно. Вот там они все и собрались в кучу. Жизнь там кипит. Развлечения свои есть. Тем кто при деньгах, там не скучно. Если бы ещё не этот постоянный привкус во рту…

— Да, он как будто становится всё сильнее и сильнее. Я не успеваю слюну сглатывать, — сказала Лиана, — похоже, ты нас правильно ведёшь. Я тоже начинаю чувствовать приближение к чему-то… что трудно объяснить…

— Конечно, правильно! — обиделась Резвая, — а ты что, сомневалась?

— Для девочки-подростка, жившей до этого в заброшенном городе, ты выглядишь очень осведомлённой и опытной. Да и речь у тебя не детская, — сказал Спас.

— Она никакой не подросток, — сказала Лиана, — она взрослая женщина, причём постарше тебя будет. Притворяется ребёнком, чтобы её всерьёз не воспринимали.

Резвая хотела было возразить, но сдержалась и не стала. Спас имел право знать, всё-таки они втроём в одной лодке и такие тайны не лучшим образом сказываются на доверии. Тем более, если знает Лиана, почему бы не узнать и её мужу.

— Интересно! — обдумав эту новость, сказал Спас.


Вид на Энергон открылся перед ними неожиданно, хотя они давно ждали этого момента. впрочем, на самом деле, Энергон пока что видно и не было. Были видны руины огромного города, которые теперь были похожи на сильно холмистую местность, с торчащими то тут, то там уцелевшими фрагментами зданий. Зрелище было аппокалиптическим, как будто тут была большая война, в которой никто не выжил. Хотя, в каком-то смысле, так оно и было.

— Мы уже начинаем бояться больших клонов? — спросил Спас у Резвой.

— Да, уже можно, — серьёзно ответила та, — тут уже есть шанс на них нарваться, хотя мы и далеко от их маршрутов патрулирования.

Сам Энергон находился дальше, его они пока что не видели. На путь к этому месту у них ушёл почти весь день, был уже глубокий вечер, и скоро должно было стемнеть.

— Будем в темноте пробираться ближе к Энергону, — спросил Спас, — или подождём до утра?

— Думаю, в темноте лучше, — сказала Лиана, — у охраны как с ночным зрением? Им его тоже модифицировали? — спросила она у Резвой.

— Понятия не имею, — ответила та, — я не такой специалист! Кое-что знаю, но в основном это общая информация, которую тут все знают. Но такие тонкости… наверное это держится в секрете, даже если это и есть. Хотя, если подумать, это очень логично и вполне возможно.

— У нашего Морика ночного зрения не было. Значит, они не всем его делают, даже если умеют, — сказал Спас.

— Обычным клонам вообще всё по-простому делают, — сказала Резвая, — это же рабочая сила, даже там, где они служат. Массовый дешёвый продукт, который потом не жалко выбросить.

— Да, это мы видели, — сказала Лиана, — когда тысячи клонов живут диким образом, не имея ни еды, ни одежды, потому что в какой-то момент перестали быть нужны.

— Это тут очень частое явление, — согласилась Резвая, — но с охранниками такого нет, ни разу не видела дикого клона сделанного для охраны.

— Да, наверное, более дорогие и более сложные в изготовлении образцы, — сказала Лиана.

— Морик бы обиделся, если бы услышал что вы говорите о клонах как о предметах, — сказал Спас.

— Но его ведь тут нет, — сказала Лиана.

Они направились вниз с холма, к ближайшему скоплению руин.


Лиан сплюнула на землю.

— Невозможный вкус во рту! И главное неистребимый! Сначала мне казалась что металлический, но теперь уже даже не знаю на что похоже. Очень раздражает! — сказала она.

— Да, а люди тут так живут! — сказала Резвая, — дело привычки. Но до конца к этому привыкнуть, конечно, невозможно.

Уже почти стемнело, когда они решили сделать небольшой привал, ведь целый день шли практически без остановок.

— Немного отдохнём и дальше пойдём, — сказала Лиана, — Энергон уже близко, не терпится увидеть его своими глазами. Пусть и в темноте.

— Не забывай про охрану, — сказала Резвая, — их там много. Пробраться мимо них незамеченными будет непросто.

— А потом желательно ещё и обратно выбраться, — сказал Спас, — хотя, потом вообще неизвестно что будет. О потом, лучше сейчас не думать. Пойду немного осмотрюсь.

Спас осторожно стал карабкаться на большую гору обломков, которая когда-то видимо была небоскрёбом. Теперь это была гора искусственного происхождения, состоящая преимущественно из кусков бетона.

В этом месте живого вообще ничего не было. Даже мёртвая и выжженная земля, по которой они шли долгое время, совсем исчезла. Здесь вся поверхность состояла из обломков зданий. Про флору и фауну говорить было нечего. Из живого тут были только они, и скрывающаяся где-то впереди охрана. Всё остальное было совершенно мёртвым и безжизненным.

Добравшись до вершины, Спас сел, привалившись спиной к торчащему куску бетона, ощетинившемуся арматурой, и стал вглядываться туда, где в темноте таился Энергон.

Там, где-то на горизонте, на границе видимости, слегка пульсировало зелёное зарево. Не яркое, но вполне различимое. Цвет пульсации был примерно такой же, какой они наблюдали при разряде Энергона в сторону станции.

Спас перевёл взгляд на территорию разделяющую его и Энергон. Медленно скользя взглядом от одного различимого акцента к другому в тёмных и сливающихся руинах, он пытался заметить что-то необычное. Что-то, что привлекло бы его внимание.

Посидев так минут пятнадцать, он пошёл обратно.

— Ну что, увидела что-то полезное? — спросила Лиана.

— Возможно, — сказал Спас, — Резвая, а ты уверена что они патрулируют зону только шириной в километр от Энергона.

— Ну не знаю, — пожала та плечами, — раньше было так. Но это же примерно. Да и правила могли поменяться, я же давно тут была.

— Наверное, поменялись, — сказал Спас, — не знаю, хорошо ли они видят ночью, но факелами пользуются.

— Ты видел охрану? — заинтересовалась Лиана.

— Видел это слишком сильно сказано. Я видел светящиеся точки в руинах, которые передвигаются и достаточно быстро. Огонь похож на живой, это не фонари… ну ведь они и не должны тут работать, верно? — сказал Спас.

— И много там этих точек? — спросила Лиана.

— Очень! — серьёзно сказал Спас, — очень много! И я думаю, что нужно идти дальше. Назад мы вряд ли повернём, а пройти через охрану лучше в темноте. Их видно хорошо по факелам. Днём их заметить будет сложнее. Нужно этим воспользоваться. Да, легко не будет, но это всё равно шанс.

— Тогда не будем терять время, — уверенно сказала Лиана, поднимаясь на ноги.


Сначала они увидели отблеск факела в руинах. Клоны на ящерицах двигались очень бесшумно и если бы не носили с собой открытый огонь, то был шанс столкнуться с ними нос к носу. Они были похожи на призраков, настолько мягко и бесшумно передвигались среди россыпей камней и торчащих обломков стен.

Заметив приближение охранника, они спрятались и сидели тихо, пока этот странный наездник не скрылся из виду. Выглядел верховой клон очень устрашающе. По рассказам Резвой они представляли себе нечто подобное, но всё-таки не такое страшное. Сейчас же, вживую, эта пара из огромной ящерицы и клона ей под стать выглядели очень опасными.

В руках у клона было копьё, из-за спины виднелась рукоять меча, сбоку был закреплён щит. Сам клон был одет в кожаные доспехи. На груди висел чёрный рог. Лицо было свирепое… хотя, возможно, так просто казалось из-за отсветов факела.

Ящерица всё время водила головой из стороны в сторону, как будто принюхиваясь. Но ни она, ни клон не заметили прячущихся в руинах людей.

— Зверюга-то зубастая, — сказал тихонько Спас, — перекусит пополам и даже не заметит.

— Ну, пополам вряд ли, но руку отхватит запросто, — сказала Лиана.

— Или голову, — вставила Резвая. Лиана и Спас к ней повернулись, и она слегка смутилась, — что? Думаете, голова ей в рот не поместится?

— Твоя поместится, — сказала Лиана, и, улыбнувшись, похлопала Резвую по плечу, — шутка, не напрягайся так.

— Да я нормально! — дёрнула печами Резвая.

Второго охранника они встретили буквально через пять минут. Всё повторилось, и наездник на ящерице их опять не заметил.

— Да, ходят по одному, но часто, — сказал Спас, — плохо что часто, хорошо что по одному.

— Если начнётся заварушка, сбежится толпа, не успеешь оглянуться, — сказала Лиана.

— У этого тоже рог на груди был, — сказала Резвая, — наверное, они ими сигнал подают, чтобы позвать на помощь.

— Ты думаешь? — заинтересовалась Лиана.

— Предполагаю, — сказала Резвая, — я никогда не слышала, чтобы они звали на помощь. Но я и не гуляла тут. Просто, зачем им ещё рог?

— Логично, — сказала Лиана.

Третьего охранника они встретили примерно через такой же промежуток времени, какой был между первым и вторым.

— Система их патрулирования понятна, — сказала Лиана, когда и третий скрылся из вида.

Но систему сломал четвёртый охранник, который появился неожиданно в тот момент, когда они только вышли из своего укрытия, думая, что до встречи со следующим у них достаточно времени. Оказалось, что это была ошибка. Им пришлось тут же броситься вниз и заползти в первую попавшуюся ямку между камней.

Появившийся из-за кучи обломков буквально через секунду после этого охранник их не увидел, но зато услышал что-то подозрительное. Шум уловил и он, и его ящерица, которая стала издавать какие-то шипящие звуки. Не громкие, но очень угрожающие.

Вжавшись в камни, Лиана и Спас огляделись и с удивлением поняли, что Резвой рядом нет, хотя перед тем как они бросились на землю, она была рядом с ними.

Они не видели охранника и старались по звукам понять, что именно он делает. А он пока что стоял на месте, внимательно оглядывая руины. Казалось, что это продолжается невыносимо долго. Наконец, он медленно двинулся вперёд.

И Лиана и Спас держали в руках по пистолету. Проблема была в том, что они не были уверены, сработает тут это оружие или нет. Резвая говорила, что даже на огнестрел тут полагаться нельзя, именно поэтому охрана его и не использует. Но вдруг им повезёт? Нельзя полагаться и совершенно не работает это всё-таки разные вещи. Да и выбора большого не было. С ножами против этого огромного наездника тоже мало что можно сделать.

Судя по еле слышным шорохам, охранник медленно двигался в их сторону. Лиана и Спас лежали близко, лицом к лицу, и в темноте видели блеск глаз друг друга.

Шорохи прекратились, всё затихло, но они прекрасно понимали, что охранник где-то совсем рядом. Наверное, опять стоит и пялится по сторонам.

Неожиданно до них донёсся смрадный запах. Как будто где-то рядом гниёт что-то органическое и большое. Потом Спасу прямо на лицо упала большая и склизкая капля. Они с Лианой скосили глаза вверх и увидели, что над укрывающим их обломком стены, наклонилась большая оскалившаяся всеми зубами голова ящерицы. И происходило это всё в полной тишине.

Они синхронно выставили вверх пистолеты и начали судорожно давить на спусковые крючки, целясь прямо в открытую пасть. Пистолеты щёлкали, но выстрелов не происходило.

Ящерица зашипела, приподняла голову и стремительно опустила её вниз, лязгнув челюстями.

Лиана и Спас за долю секунды до этого раскатились в стороны, и ящерица схватила ртом воздух и несколько камней. И вот камни-то ее, похоже, и разозлили. Возможно, она даже сломала себе об них зубы. Шипение стало громче и агрессивнее.

Лиана со Спасом вскочили и бросились в противоположные стороны. Спас быстро свернул за обломок стены, а вот Лиане потребовалось преодолеть гораздо большее расстояние до ближайшего укрытия. Уже подбегая к нему, она не то чтобы что-то услышала, а скорее почувствовала. Это чувство заставило её резко броситься в сторону.

И тут же мимо неё просвистело копьё, которое ударилось в груду камней.

Не сбавляя темп, она на бегу подхватил брошенное клоном копье, и скрылась с ним за обломками разрушенного здания. Сзади раздался возмущённый возглас клона.

Спас, как только оказался в безопасности, тут же выглянул обратно, чтобы понять что происходит. Он увидел финал ситуации с копьём, услышал возглас клона, и видел что тот стал делать дальше.

А дальше он рванул с груди рог, порвав держащую его верёвку, и поднёс ко рту.

Тут же свистнул камень и ударил клона в висок. Тот качнулся, чуть не упал из седла, но сумел-таки удержаться. Однако от удара рог вылетел из его руки и упал под ноги ящерице. Когда клон качнулся в седле, то дёрнул поводья и ящерица, среагировав на сигнал, переступила лапами. Под одной из этих лап как раз и оказался рог. Раздался короткий хруст, и сигнал подавать клону теперь было нечем. Он издал ещё один возмущённый возглас, оглянулся по сторонам, но не увидев того кто в него кинул камень, направил свою ящерицу по следам Лианы.

Да, понятно, что этот здоровяк просто так в покое их не оставит. В рог у него дунуть не получилось, голосом он звать подмогу почему-то не стал, может быть у них так не принято. Но это давало небольшой шанс, остаться ещё на какой-то время незамеченными… при условии, что они справятся с этим клоном и сделают это не слишком шумно.

Как только клон оказался к нему спиной, Спас выскочил из своего укрытия, устремился следом, успел взбежать по хвосту ящерицы, прежде чем та попыталась его отдёрнуть в сторону и, оказавшись рядом с клоном, ухватился за торчащий из заплечных ножен меч.

Тут уже и сам клон среагировал и, вскинув левую руку, ухватил Спаса за плечо. В правой он продолжал сжимать факел. Надо сказать, что хватка у клона была железная. Спас стиснул зубы чтобы не закричать, потому что казалось, будто клон просто расплющивает ему плечевой сустав, своей огромной ладонью.

Снова коротко свистнул камень и врезался клону в висок. Метала Резвая очень точно. На месте удара у клона возникло сильное рассечение и кровь тут же заструилась по виску, дальше по шее и на грудь.

Как только камень врезался клону в висок, Спас тут же почувствовал ослабление хватки. Человека бы такой удар убил, но и для клона он не прошёл бесследно. Здоровяк ощутимо поплыл. Спас понял, что это его единственный шанс. Уперевшись как следует ногами в край седла, он второй рукой обхватил клона за шею и резко распрямившись, толкнул его в сторону.

Только в этот момент клон отпустил плечо Спаса, но было уже поздно. Он потерял равновесие, стал сползать с седла и через мгновенье полетел вниз, вместе со Спасом.

Сталкивая его, Спас старался оказаться сверху, так оно и получилось. Потому что если бы клон упал на него, то просто раздавил бы своей тушей.

Упав на землю клон ещё раз приложился головой о камень, что сделало его ещё более дезориентированным, однако он по-прежнему оставался в сознании.

Спас поднялся, рванул из ноже меч, и подняв его не без труда над головой, опустил на шею клона. Полностью шею перерубить не удалось, но этого удара хватило, чтобы клон в последний раз дёрнулся и затих, на этот раз окончательно.

Было видно, что ящерица растерялась. Она не понимала что происходит и теперь осталась без привычного управления.

Лиана появилась прямо перед ней, на обломке стены. Она стояла сейчас выше головы ящерицы. Рептилия открыла пасть, вновь обретя смысл жизни. Можно было поохотиться на эту шуструю девку. Раздалось агрессивное шипение, но Лиана не стала ждать что сделает ящерица. Она упёрлась копьём в землю, оттолкнулась от стены и перелетела расстояние отделяющее её от ящерицы по воздуху. В конце она отпустил свой шест и, пролетев остаток пути самостоятельно, приземлилась на спину ящерице, где тут же схватила в руки поводья и натянула их.

Почувствовав привычное давление в уголках своей пасти, ящерица подчинилась.

— Сюда, быстрее! — шёпотом крикнула Лиана, — она меня слушается! Дальше поедем!

## Глава 5

Ящерица на удивление хорошо слушалась ездока. Принцип было точно такой же, как на лошади. Те, кто это делал, не стали ничего изобретать, а использовали испытанную столетиями модель, только на других живых существах.

Долго думали, брать ли с собой факел. В итоге решили взять, на всякий случай. К факелу прилагалась мягкая сумка, типа бурдюка с широким горлом. Там была горючая субстанция. Бурдюк висел сбоку от седла и они, понюхав и не поняв сначала что это, хотели было его скинуть, но Спас предположил что это «горючка» и оказался прав. Не могут же факелы гореть всю ночь, без подпитки.

Лиана и Спас уместились в седле вдвоём, плотно прижавшись друг к другу. Резвая сидела сзади, держась за Спаса. Но спустя некоторое время она вообще встала, и так ехала дальше, внимательно глядя по сторонам.

Они не знали, есть ли какие-то специальные маршруты у охранников, или они блуждают здесь хаотично. Чтобы не встретиться лицом к лицу с наездником, они, только завидев в руинах отблески пламени, тут же забирали в сторону, чтобы разойтись с ним не попав в зону прямой видимости.

И это работало. Охранники их наверняка видели, но издалека. И каждый раз принимали за своих. Ну ведь кто ещё будет разъезжать тут на ящерице с факелом в руках? Главное было не оказаться слишком близко, чтобы они смогли разглядеть, кто именно сидит на рептилии.

Зелёное зарево вдалеке, то ли становилось ярче, то ли просто ближе. А возможно и то и другое. Они проделали уже достаточно большую часть пути до Энергона без всяких проблем, и из-за этого немного расслабились. Всё закончилось, когда сзади, вдалеке, раздался странный звук, как будто кричит какое-то животное. Но они сразу поняли, что это охранник дует в рог. Похоже, кто-то наткнулся на труп своего товарища, который они оставили почти на виду, только слегка оттащив в сторону.

Сигнал в рог был не простым. Скорее всего, он нёс какую-то информацию. Один длинный, два коротких и снова длинный.

Все поняли, что ситуация резко изменилась.

— Что будем делать? — спросила сзади Резвая.

— Пока что едем, как едем, — ответила Лиана, — не будем наводить суету. Чуть позже, возможно, придётся погасить факел. Есть чувство, что мы своим поведением будем выпадать из общего алгоритма действий. Кто знает, что именно они должны делать по такому сигналу?

— Ящерицу придётся бросить? — спросил Спас.

— Лучше убить, — сказала Лиана, — ты же не зря забрал меч, будет случай ещё раз воспользоваться.

— Жаль зверушку, — вздохнул Спас.

— Это только до тех пор, пока она не откроет рот, с намерением откусить от тебя кусочек. Тогда твоя жалось сразу улетучится. Мы не можем оставить её за спиной, чтобы она начала на нас охотиться, — сказала Лиана.

— Всё равно жалко, — согласился Спас.

— Не чуди, — повернулась к нему через плечо Лиана, — нам смерть этой ящерицы не нужна, но она слишком опасна, чтобы оставлять её на свободе. Мы слишком далеко забрались, чтобы рисковать из-за таких пустяков.

— Убедила, — вздохнул Спас, — убью, когда придёт время.

В ответ на первый звук рога, стали раздаваться ответные сигналы. Код в них был другой. Всегда два коротких звука.

— Похоже, это означает, что дудящий охранник не видит следов диверсантов, — послушав некоторое время эту перекличку, сказала Лиана.

— Скорее всего, — согласился Спас, — мы бы тоже могли дунуть, если бы рог не сломался.

— Нет, этого делать не стоит, даже если бы у нас была такая возможность, — сказала Лиана.

— Почему? — удивился Спас.

— Ну ты подумай, — сказала Лиана, — никто из нас в этот рог ни разу не дудел. Сигнал может получиться корявым и нас сразу вычислят. Мы, таким образом, можем просто сами заявить о своём присутствии.

— Логично, — сказал Спас, — да и рога всё равно нет!

Они продолжали идти ещё минут двадцать, прежде чем их вычислили. Они так и не поняли как. Возможно, они не сделали что-то, что должны были. Например, не подали сигнал, или несли факел неправильно, или шли не в ту сторону, куда было нужно. В общем, кто-то их заметил и совсем рядом раздался сигнал рога. Один, очень продолжительный, как будто ревёт какой-то зверь.

Они сразу поняли, что это по их душу. Слишком близко и слишком необычно. Так раньше никто из охранников не гудел. А это прям как крик: «Все сюда, я их нашёл, они здесь!».

Было уже не до церемоний. Факел до сих пор горел, избавляться от него теперь не было никакого смысла. Их уже всё равно не упустят. Но так хоть дорогу можно было выбирать более-менее нормально. А это сильно влияло на скорость.

А вот как раз скорость им была сейчас очень важна. Охранники были рассеяны по руинам, чтобы собраться в одно место им требовалось время. Да, понятно, что круг будет постепенно сужаться. Но они успеют за это время преодолеть ещё часть пути… как будто возле Энергона они окажутся в безопасности. Но об этом они сейчас не думали, главное было добраться до цели, а там, будь что будет.

Но один охранник был совсем рядом и дышал им в затылок. Скорее всего тот, который подал сигнал. Они периодически замечали отблески факела сзади и слева. И он постепенно приближался.

Их ящерица выскочила на широкий прогал в развалинах, туда же сбоку влетел и охранник, с копьём наперевес. Увидев их, он свободной рукой схватился за рог, и вновь издал продолжительный призывный рёв.

Охранник был близко. Спас вскочил на седло, подхватил бурдюк с горючей жижей, крутанул его над головой и запустил в охранника. Они пользовались этим сосудом, чтобы «подкормить» свой факел. Завязан он был совсем неплотно, потому что факел быстро прогорал и лазить в бурдюк приходилось часто.

Ещё в полёте он начал слегка разбрызгиваться. Охранник, увидев что в него что-то летит, поднял копьё и сумел попасть точно в бурдюк. Тот насадился на остриё, перевернулся и из развязавшейся горловины вниз, прямо на ящерицу полилась жижа для факелов.

Клон толком не понял что произошло, а следом за бурдюком уже летел горящий факел, который попал ящерице в шею и она мгновенно вспыхнула.

Рептилия несколько секунд стояла неподвижно, понимая что что-то происходит, но не понимая что именно. А потом до неё добралась боль. Огонь обхватил всю шею и переднюю часть туловища. Она издала пронзительный вопль, и бросилась вперёд, уже не слушаясь никаких команд седока. А тот продолжал сидеть в седле и пытался справиться с обезумевшим животным, хотя и на него попала горючая жижа, которая тоже вспыхнула сначала на ногах, а теперь огонь пополз выше по туловищу.

К воплю ящерицы добавился вопль клона, который, несмотря ни на что, продолжал оставаться в седле, хотя разумнее было бы покинуть горящее животное. Охваченные огнём существа пронеслись прямо перед ними и скрылись в руинах, оглашая их своими воплями боли.

Лиана не стала терять времени и погнала ящерицу вперёд. Теперь они не сильно старались выбирать дорогу, где видели впереди свободное пространство, туда и держали путь. Лиана опасалась, что такая гонка долго не продлится и ящерица повредит себе ноги, но она ошиблась. Видимо не зря этих рептилий выбрали для этой местности. Даже когда они оказывались в очень сложных местах, где казалось бы, вообще пройти невозможно, ящерица их преодолевала почти легко. Оказалось, что она умеет даже прыгать. Пару раз ей пришлось это сделать и когда такое случилось впервые, то они чуть не посыпались с её спины, но чудом удержались.

Их постепенно вычислили и они понимали, что кольцо вокруг них сжимается. Отблески пламени были уже со всех сторон, и становились всё ближе и ближе. Даже впереди мелькал неровный свет факелов. Лиана старалась направлять ящерицу мимо этого света, выбирая направление, где никого пока нет, но постепенно делать это становилось всё сложнее и сложнее. Их окружали, и скоро бежать уже будет некуда. Шансы прорваться к Энергону таяли на глазах.

— Давай отпустим ящерицу, пуганём её чем-нибудь, и пусть они за ней гоняются, — сказал Спас Лиане. Говорить он старался тихо, потому что, несмотря на напряжённость ситуации, в руинах стояла абсолютная тишина, лишь иногда прерываемая звуком рога. Это происходило потому, что ящерицы умудрялись двигаться достаточно тихо, а их наездники тоже не издавали лишних звуков.

— Думаю, можно попробовать. Нас уже почти прижали, скоро они войдут с нами в визуальный контакт, и тогда мы уже этот фокус провернуть не сможем, — ответила Лиана и остановила ящерицу возле большой кучи, ощетинившейся торчащими кусками бетонных плит.

Они быстро соскользнули на землю, и Спас воткнул меч в заднюю часть туловища ящерицы. Та издала пронзительный вой и резко махнула своим хвостом. Лиана и Резвая уже укрылись среди обломков, а вот Спас еле успел увернуться. Хвост ударил в торчащую бетонную плиту и разломил её пополам. Обломок с грохотом обрушился на землю. Лишь после этого ящерица бодро рванула вперёд, продолжая выть.

— Чудом выжил! — потрясённо сказал Спас, — не ожидал такого поворота!

— Да, с животными нужно быть поаккуратнее, — сказала Лиана, — выглядывая из своего укрытия, — никогда не знаешь, что они могут выкинуть. Давай быстрее к нам!

Они решили некоторое время понаблюдать за тем, как будут развиваться события.

Их план сработал, охранники продолжали преследовать, несущуюся что есть сил, ящерицу. Но эта передышка была ненадолго. Скоро они поймут, что наездники где-то сошли и начнут искать их.

— Пора, — сказала Лиана, — нужно двигаться!

— А где Резвая? — Спас оглянулся, — только что ведь тут была!

— Не думай о ней, она получше нас с тобой выживать приспособлена в таких условиях. Нужно будет, сама нас найдёт, — сказала Лиана.

— Лучше тебя? Не смеши меня, — усмехнулся Спас, — лучше тебя никто к такому не приспособлен.

Лиана чмокнула его в щёку и быстро побежала среди руин.

— Держись след в след, — крикнула она тихонько Спасу через плечо.

Хотя это он и так знал, ещё с периода их знакомства, когда они ночью бегали по лесу. Как Лиана видит дорогу в темноте, для него до сих пор было загадкой. Он знал, что она будет стараться выбирать маршрут, где они не переломают себе ноги.

Прошло долгих десять минут, пока охранники, наконец, не разобрались с убегающей ящерицей. Лиана со Спасом поняли это по вновь зазвучавшим сигналом рога. Теперь дудели все клоны, или очень многие. Всегда по два коротких гудка. Притом безостановочно и со всех сторон.

— Что они разошлись? — крикнул Спас на бегу. Из-за устроенной клонами какофонии теперь можно было не соблюдать режим тишины.

— Началась облава, — ответила Лиана, — точнее её активная фаза. Теперь они будут двигаться быстрее.

— Мне кажется, что мы бежим туда, где их больше всего, судя по звуку, — крикнул Спас.

— Так и есть, — ответила Лиана, — но Энергон в той стороне, у нас нет выбора.

Они бежали, клоны их пока не обнаружили, но это должно было случиться с минуты на минуту. Они уже часто видели силуэты с факелами в развалинах поблизости, но пока что каждый раз им удавалось ускользнуть.

У клонов была какая-то система при прочёсывании территории, проскакивать между ними становилось всё сложнее и сложнее. Наконец везение кончилось, и они выскочили прямо на всадника с факелом. Тот их увидел и тут же издал длинный рёв своим рогом. Остальные на секунду замолчали и потом стали перекрикиваться совсем короткими сигналами, как бы обозначая своё присутствие. А этот так и продолжал трубить, давая ориентир, где именно находятся диверсанты. Было понятно, что они со всех сторон бросились именно сюда, на этот призыв.

Увидевший их клон не нападал, а продолжал трубить. Он вообще остановился и не двигался, но свирепого взгляда с них не сводил.

Спас оглянулся, сзади среди руин плясало множество отсветов, оттуда приближалась целая группа клонов. Спереди, из-за спины трубящего клона тоже можно было увидеть огни приближающихся охранников.

Справа у Спаса и Лианы была почти отвесная стена, а слева большие горы обломков, с узким проходом между ними. По сути это сейчас было единственным приемлемым путём, к тому же оттуда не было видно приближающихся охранников.

Единственная проблема с этим переулком была в том, что он почему-то выглядел как ловушка. Если впереди, за ближайшим поворотом, будет какая-то неожиданность, то они окажутся между двух огней и места для манёвра почти не останется. Можно залезть на горы обломков по бокам, но они не питали иллюзий, что это им поможет. Ящерицы прекрасно ползали по ним, ещё лучше чем люди. Там они от них оторваться не смогут, потому что сами будут передвигаться значительно медленнее. Лезть между обломков, с большими ямами и промежутками, торчащей арматурой, дело сложное. Там их догонят ещё быстрее.

Трубящий клон, увидев что они убегают, наконец, сдвинулся с места и направил ящерицу в этот переулок следом за ними. К нему уже подтягивались его товарищи и на эту тропу они уже входили длинной веренице наездников.

Как быстро ни бежали Лиана и Спас, всадники их постепенно настигали.

— Кажется, это будет наша последняя битва, — крикнула Лиана, — а до Энергона мы так и не смогли добраться.

— Не чувствую, что сегодня день нашей смерти, — крикнул ей в ответ Спас.

— Везёт тебе, а я чувствую, — бросила ему через плечо Лиана.

Они выбежали на расширение этого узкого прохода. В дальнем его конце проход сходился и в этом месте, из-за расширения, был похож на каплю. И там был тупик.

Наверх карабкаться тоже смысла не было, потому что всадники на ящерицах не умещались в узком проходе и многие из них двигались по боковым склонам куч обломков. Причём, двигались довольно бодро. Соперничать с ними в скорости, как они и предполагали, было бессмысленно.

Зато те, кто был сейчас прямо напротив них, не очень торопились. Они медленно наступали, выставив вперёд свои копья.

— Они, как будто, нас боятся! — с изумлением сказала Лиана.

— Может и боятся, мы же успели знатно наследить на этом континенте. А может, ждут кого-то, кто хочет лично присутствовать при задержании опасных диверсантов, — предположил Спас.

— Да, — тут же согласилась Лиана, — звучит разумно. Тем более, что этот трубач никак не уймётся!

Один из тех клонов, которые были ближе всех, в самом деле, не переставал дуть в свой рог, издавая каждый раз длинный пронзительный рёв. Спас и Лиана постепенно пятились назад, и до узкой, тупиковой части «капли» оставалось совсем чуть-чуть. Дальше идти будет некуда. Конец пути.

— Ли, давай так, ты только не спорь! — начала Спас, — я начинаю драку, а ты позволяешь взять себя в плен. Тогда у тебя будет хоть какой-то шанс. Может быть, и выкрутишься!

— Такое уже было, и я после этого долго считала тебя мёртвым. А чем хуже просто сразу сдаться? — спросила Лиана.

— Не знаю, — сказал Спас, — мне почему-то кажется, что они не примут капитуляцию. А вот в бою захватить вполне могут.

— Это ничем не подтверждённая теория. Мне не верится, что у нас есть шанс выбраться. У всех, даже у самых удачливых, наступает момент, когда всё! В это обычно трудно поверить, мозг всячески этому сопротивляется, не хочет принять реальность. Но, такова жизнь. Проигрыши неизбежны, — сказала Лиана, и, помолчав секунду, добавила, — спасти нас может только чудо.

Как бы в ответ на её слова, где-то сверху свистнул камень и рог смолк. Булыжник прилетел трубящему клону точно в лицо, разбив его игрушку. Тот от неожиданности не удержался в седле и брякнулся на землю.

— Думали, я вас брошу? Резвая своих не бросает! — раздался сверху девичий голос.

— Это глупо! — крикнула Лиана, — уходи если сможешь, нам ты всё равно помочь не в силах! Тебе нет никакого смысла гибнуть за компанию!

— Не думаю, что у меня получится уйти, — уже тише сказала Резвая, которая стояла на небольшом уступе, как раз над самым узким местом, — их тут слишком много. Но я бы в любом случае вас не бросила!

— Ну и дура! — буркнул Спас.

Падение одного из клонов, вызвало неожиданную разрядку в их рядах. Некоторые начали откровенно посмеиваться, что сразу дало понять, что ни что человеческое им не чуждо и из молчаливых грозных великанов, они превратились в больших, но понятных и узнаваемых клонов, со всеми их недостатками.

Резвая метнула ещё один камень, и клон которому он предназначался возмущённо вскрикнул, но в седле удержался. И после этого в Резвую полетело сразу два копья. Она попыталась увернуться, оступилась, соскользнула со своего небольшого выступа, ухватилась за него руками, но от него отломился кусок и она полетела дальше вниз.

Падать было не очень высоко, к тому же Спас подоспел и подхватил её, смягчив падение. Она тут же вывернулась из его рук, уверенно встала на ноги рядом с ними плечом к плечу.

— Ну, умрём, так умрём, — сказала она, вкладывая новый камень себе в пращу.

— Спас, слушай, а мы со стороны так же глупо обычно выглядим? — вдруг сказала Лиана, — я сейчас прям себя узнала! Тоже всё время лезем туда, куда можно было бы и не лезть!

— Одного поля ягоды, — усмехнулся Спас.

После второго броска камня, разрядка в настроении клонов закончилась так же быстро, как и началась. Они снова ощетинились копьями и двинулись вперёд значительно быстрее. Лиана, Спас и Резвая потихоньку пятились назад, но до тупика оставалось всего чуть больше метра.

— Если вам не обязательно сегодня умирать, то, в принципе, я мог бы вас отсюда вывести, — раздался сзади скрипучий голос.

— Давай! — тут же сказала Лиана, быстро обернувшись при первых звуках чьей-то речи. Она не стала вникать, кто это, откуда и правду ли говорит. Альтернативы всё равно не было и нужно было хвататься за любую соломинку.

В темноте блестели два круглых стеклянных окуляра.

— Тогда, прошу следовать за мной, гости дорогие, — сказала фигура в темноте и, присев на корточки, тут же исчезла где-то внизу, под самой стеной.

— Чудо? — сказал Спас и взглянул на Лиану.

Она пожала плечами и подтолкнула Резвую вперёд, чтобы та лезла первой.

## Глава 6

Лаз был очень узким. Как только они преодолели первые несколько метров, то оказались в небольшой «комнатке», если можно её так назвать. Или лучше сказать пещерке. Тут горел маленький светильничек в стеклянной колбе. Благодаря ему, хоть что-то можно было разглядеть.

Как только появилась возможность разойтись, незнакомый спаситель тут же шмыгнул мимо них обратно и через некоторое время с той стороны раздался глухой звук обрушения.

Вскоре человек вернулся.

— Так-то будет надёжнее, — хихикнул он, — потом, конечно, придётся разбирать обратно, но, по крайней мере, они нам в спину ничего не запустят горящего.

— А могут? — удивлённо спросил Спас.

— Конечно! — удивился его удивлению незнакомец, — постоянно это практикуют. Они тут на меня всё время охотятся. Это, можно сказать, их единственное развлечение!

— А они что, не смогут разобрать завал? — спросила Резвая.

— Смогут, конечно, — ответил незнакомец, — но толку-то? Мы уже далеко к этому времени будем. Они это знают и потому возиться не станут. Но давайте не будем тут задерживаться, а то мало ли что? Движение — жизнь!

— Тут мы совершенно согласны! — серьёзно сказала Лиана.

Человек подхватил светильник и, встав на полусогнутые и сильно сгорбившись, побежал в единственный выход из этой пещерки, если не считать тот лаз, по которому они сюда приползли. Дальше ход имел чуть более высокий потолок, и этого хватало незнакомцу чтобы бегать, согнувшись в три погибели. Но Лиана Спас и Резвая посчитали такой способ передвижения слишком неудобным и поэтому продолжили ползти на четвереньках. В результате чего они сильно отстали от своего проводника, но это было не страшно, потому что сворачивать тут было некуда.

Наконец этот лаз закончился, и они выбрались через дыру в стене в помещение уже вне всяких сомнений созданное людьми. Это был подвал одного из стоявших раньше наверху зданий. Тут всё тоже производило впечатление руин, но ровные стены пока сохранились, как и частично уцелевшие дверные проёмы и коридоры.

Ребята боялись, что им придётся всё время ползать на четвереньках, но это место внушало оптимизм. Возможно, дальше будет двигаться проще. Осталось выяснить, где они находятся, что за человек их спас, и самое главное — почему?

Спаситель сидел возле дальней стены, скрестив ноги и закрыв глаза. Похоже, он дремал. Светильник стоял перед ним, давая неровный и дрожащий свет. Обычный сосуд с горючей жижей и фитилём. Просто и надёжно.

Они, наконец, смогли рассмотреть спасшего их человека. Выглядел он очень старым, что было необычно для этой планеты. Старики тут встречались, но не так чтобы часто. В этом месте его увидеть было вдвойне удивительно.

Незнакомец был не только очень старый, но и очень худой, с торчащими рёбрами, суставами, костями обтянутыми кожей и практически лишёнными мяса. Почти скелет. На лице было что-то вроде очков, по всей видимости, защитных, а не оптических. Одежды было мало. Драная майка, и остатки штанов, которые тело очень плохо скрывали. Да и цвет имели такой же, как бетонная пыль. Видимо, были пропитаны ею, как и человек, кожа которого имела подобный оттенок. Хотя, возможно, так просто казалось в тусклом свете лампы.

Они разглядывали его некоторое время, не решаясь потревожить. Когда ждать стало уже тягостно, незнакомец сам вдруг неожиданно вздрогнул и открыл глаза.

— Извините, — сказал он, — умаялся. Бегал по руинам, вас искал. Я как тревогу услышал, сразу понял, что кто-то сюда со стороны пожаловал. Давненько тут никого не ловили… кроме меня! — и он захихикал.

— И как тебе удалось оказаться именно в том месте, где это было необходимо? Нас ведь прижали! — сказала Лиана.

— Ну, я по их сигналам умею ориентироваться. Я понимал, куда они вас гонят. И хорошо, что в конце вы замедлились, а то я хотел в другой точке вас перехватить… ошибся немного. Но так тоже хорошо получилось. В другом месте вход слишком большой, туда при желаниидаже клон залезть сможет, и его так просо не обвалишь. А тут мы юркнули в норку, и нету нас! — сказал незнакомец.

— И много тут у тебя этих норок? — спросил Спас.

— О, да! — снова захихикал незнакомец, — у меня тут целая подземная империя! Конечно, не я её создал, большинство ходов это старые коммуникации, оставшиеся от города. Но мне над ними пришлось изрядно потрудиться, чтобы соединить их в единую сеть.

— Как тебя зовут? — спросил Лиана, и тут же решила представиться сама, — я Лиана, это Спас, а это Резвая.

— Уху, — кивнул задумчиво головой незнакомец, как будто стараясь запомнить имена, — а вам что, имя нужно или прозвище? — спросил он.

— Всё равно, — сказал Спас, — как ты хочешь, чтобы мы к тебе обращались?

— Тогда прозвище! — расплылся в улыбке незнакомец, и стало видно, что зубов у него во рту осталось не очень много, — зовите меня Создатель!

— Создатель? — хором сказали Лиана Спас и Резвая, и переглянулись друг с другом.

— Ну да! Вам не трудно, а я вновь почувствую себя важным человеком. Меня так называли раньше. Это я возглавлял разработку и создание клонов, населяющих этот континент, — Создатель вдруг погрустнел, — тогда у меня была хорошая жизнь… а потом планета призвала меня. С тех пор я живу в этих руинах. Мне всегда казалось, что в этом есть какой-то смысл, что я здесь не просто так. Может быть, вы мне объясните, зачем я здесь? — он вопросительно уставился на своих гостей, и вопрос он задал вполне серьёзно. Ему хотелось узнать на него ответ.

— Возможно, ты здесь для того, чтобы спасти нас от верной смерти, — сказал Спас.

— А зачем вас спасать? — спросил Создатель, и было понятно, что он имеет ввиду не просто сохранение жизни, а какой в этом спасении высший смысл, что он много лет жил из-за этого как крыса в норе.

— Мы хотим уничтожить Энергон, — сказала Лиана, — это необходимо сделать, и ты нам в этом поможешь!

— Уничтожить Энергон? — удивился Создатель, — зачем? Это хорошая штука! Вершина научной мысли! Верх технологий!

— Не все технологии должны существовать, — сказала Лиана.

— Может ты и права, — тут же согласился Создатель, — я вон тоже клонов создал… я знаю, что это противозаконно, можете ничего не говорить на эту тему. Но у меня не было выбора. Либо умереть, как человек, который слишком много знает. Либо работать, заниматься любимым делом, ставить генетические эксперименты и жить ни в чём себе не отказывая… правда, не имея свободы выбора. Своего рода комфортное рабство. Я выбрал рабство. Умирать совершенно не хотелось.

— Да, похоже, что совестью ты совсем не обременён, — вздохнул Спас, на что Лиана тут же пихнула его в бок рукой, чтобы он замолчал.

— Да, я знаю, — снова захихикал незнакомец, — сначала она меня мучила. Но потом я её заглушил в себе. Я же говорю, было два выбора: умереть или продолжать работать. Умирать я не хотел… тогда…

— А теперь хочешь? — удивилась его словам Резвая.

— Теперь? — взглянул на неё Создатель, — теперь возможно. Не то чтобы хотел… но и эта жизнь мне опротивела. Что-то меня заставляло всё это делать, что-то держало в тонусе. Но как только вы оказались под землёй, мне почему-то сразу стало легко и свободно. Как будто камень с души упал. Наверное, то что я тут делал долгие годы, было моим искуплением за грехи.

— Много грешил? — спросила Лиана.

— А ты как думаешь? — усмехнулся Создатель, — и созданием клонов я не ограничился. Когда перешёл за грань, там уже мало сдерживающих факторов осталось. Так что я себе особо в удовольствиях не отказывал. Даже в тех, за которые на другой планете… даже не знаю что за это делают с людьми. В общем, ни в чём я свою фантазию не ограничивал.

— Ах ты гад! — Резвая шагнула к нему, сжимая кулаки.

Лиана резко схватила её за плечо.

— Стой! — она крепко сжала пальцы, чтобы Резвая не смогла вырваться, — понимаю, что для тебя это дело личное и именно кому-то из таких людей ты и хотела отомстить. Но только не ему! Он единственный, кто может нам помочь!

— Ты была одной из зверушек? — Создатель склонил голову на бок, — прости! Мало кому из вас удалось выжить. Но я рад, что ты смогла. Не возражаю, если ты меня убьёшь. Мне уже всё равно.

Резвая дёрнулась, но Лиана только крепче сжала руку.

— Нет! — резко сказала она, — ты хочешь разменять нашу миссию на свою личную месть? Вместо того чтобы спасти множество жизней впоследствии? Не будь мелочной.

— Я тебя не помню, — сказал Создатель.

— Я тебя тоже, но это ничего не меняет, — сквозь зубы процедила Резвая.

— Наверное, когда ты там появилась, я уже рыл норы вокруг Энергона, — захихикал Создатель.

— Я не могу называть тебя Создателем, — сказал Спас, — лучше скажи своё имя.

— Меркат, — равнодушно пожал плечами старик, — думал, что мне будет приятно, но нет. На самом деле мне всё равно. Вообще, можете называть меня любым словом, которое посчитаете подходящим.

— Я буду называть тебя подонком, — сказал Резвая, и сбросила с плеча руку Лианы.

На этот раз Лиана не стала её удерживать, потому что почувствовала, что Резвую отпустило.

— Как хочешь, — равнодушно пожал плечами Меркат, — и я не только не буду против если ты меня убьёшь, но даже прошу тебя об этом. Я очень устал! И та энергия, которая поддерживала меня всё это время, неожиданно закончилась. Видимо я тут, в самом деле, ждал именно вас.

— Стоп, стоп, стоп, — вскинула руку Лиана, — погоди умирать. Соберись! Ты нам ещё нужен! Мы сидим в подземелье, как выбраться из которого, не имеем ни малейшего понятия. Раз уж ты нас дождался, доведи свою миссию до конца. Помоги нам уничтожить Энергон.

Меркат захихикал.

— Как? Ты хоть понимаешь, о чём говоришь? Энергон невозможно уничтожить! Вернее возможно, но для этого нужны очень серьёзные вооружения. Это же огромное сооружение! Просто огромное! И это огромное сооружение, это только вершина айсберга! Основная часть находится под землёй.

— Как он хоть выглядит, — спросил Спас, — а то мы вроде бы уже близко, а этого огромного сооружения до сих пор не видно… не потому что мы под землёй, снаружи тоже видно не было.

— Конечно, не видно, — усмехнулся Меркат, — потому что это гигантская чаша. Чаша из бетона из железа. Очень много бетона и очень много железа! Представьте себе конус. Очень высокий конус, у которого соотношение диаметра основания к высоте примерно один к восьми… может даже больше. Представили? А теперь вообразите что мы перевернули этот конус и воткнули в тело планеты, полностью. А то, что все видят, это только вогнутое основание конуса. Парабола. Яма на теле планеты. Но и эта яма потрясает своими размерами. А теперь представьте, что находится внизу! А? То-то и оно. И как по-вашему такую штуку можно уничтожить? Мне кажется, что даже бомбардировка тут не поможет. Она повредит внешнюю инфраструктуру, но это всё потом можно восстановить. Так что, ваша идея полное фуфло.

— Однако, мы попробуем, — сказал Спас.

— У меня будет к тебе одна просьба, — неожиданно обратился к Резвой Меркат, — не убивай меня пока. Я хочу увидеть, как они будут уничтожать Энергон. А потом, независимо от результата, можешь меня прикончить. Но я хочу увидеть их попытку, — и Меркат снова захихикал.

— Ты можешь отвести нас к Энергону? — спросила Лиана, — есть у тебя ходы в ту сторону?

— Естественно! — расплылся в улыбке Меркат, — я даже почувствовал прилив сил. Так хочется посмотреть, что вы будете делать с Энергоном… правда, я и так это знаю…

— И что же? — удивился Спас.

— Ничего! — сказал Меркат, — ничего вы делать не будете, потому что поделать тут ничего нельзя!

— Если Энергон такой неуязвимый, зачем тогда ему охрана? — спросил Спас.

— Я не говорил что он неуязвимый, — возразил Меркат, — я говорил, что именно вы ничего не сможете с ним сделать. Я вижу троих человек и всё. Ну, это как если бы вы сказали, что сейчас передвинете гору. Настоящую большую гору. Но ведь никто в здравом уме бы вам не поверил.

— Может быть ты и прав, — сказала Лиана, — не вижу смыла спорить. Просто отведи нас к Энергону и всё.

— Ну, это-то несложно… почти, — сказал Меркат, — пойдёмте.

— А почему почти? — решил уточнить Спас.

— Потому что простого тут ничего нет. Во всём есть какая-то трудность. Чтобы подвести вас как можно ближе, придётся немного попетлять и залезть в те ходы, которыми я давно не пользовался. Но это вопрос сугубо технически. Думаю, что доберёмся без проблем. Однако, гарантировать я вам этого не могу, — сказал Меркат, — но сделаю всё от меня зависящее. Очень уж хочется послушать что вы будете говорить, после того как посмотрите на Энергон и поймёте что с ним ничего нельзя поделать. Это будет очень забавно!

— Веди уже нас, весельчак! — сказала Лиана. Её этот Меркат начинал потихоньку раздражать. Про себя она твёрдо решила, что как только в нём отпадёт надобность, она даст Резвой отмашку на расправу. Пусть девочка отведёт душу. Видимо, у неё прошлое было не сахарным. Судя по всему, натерпелась бедняжка.

В тусклом свете лампы, они шли очень долго по подземным лабиринтам. Где-то это были достаточно большие помещения и широкие коридоры. Да, сильно разрушенные и побитые временем, но ещё целые. Где-то были такие же развалины как и наверху и пробираться приходилось то на четвереньках, то вообще ползком. Меркат удивительным образом ориентировался в этих катакомбах, хотя развилок и хитросплетений переходов было множество. Видимо он провёл тут очень много времени и все эти маршруты исходил многократно.

Их проводник по мене продвижения вперёд всё сникал и сникал. Спина постепенно всё больше горбилась, и он начинал клевать носом. Лиана не на шутку встревожилась, что он сейчас тут может умереть, и тогда они останутся в этих подземных переходах надолго. Потому что найти здесь выход тоже задача нелёгкая. А когда прогорит лампадка, делать это придётся к тому же в полной темноте. Поэтому она решила подбодрить старика. Она догнала его и пошла рядом, плечом к плечу.

— Меркат, ты прости, если мы были слишком резки. Это, наверное, недостойное поведение для гостей, — сказала она.

— Мне всё равно, — ответил Меркт, — я заслуживаю гораздо худшего отношения. Я нехороший человек. Да, это всё было давно и уже кажется сном, но это было. И я никак не могу это исправить, даже если захочу.

— Можешь, — сказала Лиана, — если поможешь нам, то это спасёт множество жизней. Миллионы жизней! Думаю, тогда ты сможешь умереть спокойно. Ты правильно сказал, это твоё искупление. Мы встретились не случайно.

— Я бы помог, если бы это было возможно. Я же объяснял тебе! Ты просто не понимаешь, о чём говоришь. Помнишь моё сравнение про передвижение горы? Вы собираетесь сделать именно это! — сказал Меркат.

— А я и не спрашиваю тебя, что именно мы должны сделать, — сказала Лиана, — ты просто помогай нам. Сейчас отведи к Энергону. Если мы тебя попросим ещё о чём то, сделай и это. И вот увидишь, тебе полегчает.

— Ладно, — без особого энтузиазма сказал Меркат, но Лиане показалось, что он всё равно немного воспрял духом.

— Вас прямо сразу к Энергону вести, или сначала хотите обозреть окрестности? — спросил после паузы Меркат.

Лиана задумалась.

— А место, откуда мы сможем обозреть окрестности, находится рядом с Энергоном? — спросила она.

— Да, рядом. Но оттуда нужно будет потом идти опять под землёй. Зато вид хороший, я там раньше частенько бывал. Всё как на ладони! — сказал Меркат.

— Хорошо, зайдём сначала туда, — сказала Лиана, — сориентируемся и подумаем, как быть дальше.

Путь на смотровую площадку лежал строго вверх. В старом подвале начиналась лестница, которая раньше шла внутри здания, но потом оно почти полностью разрушилось, превратившись в гору обломков. Но ствол шахты с лестничными пролётами чудом сохранился и вёл далеко наверх.

Поднимались они достаточно долго и, в конце концов, лестница привела их на открытую площадку, выложенную мрамором. Да, он был очень старый и потрескавшийся, но всё равно создавал ощущение облагороженного места.

Площадка была абсолютно открытой и находилась на самой вершине развалин небоскрёба, которая была самой высокой точкой, насколько можно было видеть вокруг. Хотя была ночь, и видимость была ограниченна, но только не возле Энергона. Там, внизу гигантской чаши, на огромном круглом постаменте, с четырьмя торчащими вверх «иглами» по краям, переливалось ярко зелёное, но в то же время удивительно прозрачное облако.

— Красиво, — восхищённо сказал Меркат, — и почему я сюда так долго не приходил? Копит силы, — он указал на зелёное облако на дне чаши, — скоро стрельнёт!

— Скоро? — спросила Лиана.

— Ну, не очень скоро, это я так, образно, — пожал плечами Меркат, — так как будете ломать это творение рук человеческих?

— Ну что, Ли, разнесём эту штуковину к чёртовой матери? — спросил Спас с напускной бравадой.

— Конечно, разнесём, — в тон ему ответила Лиана, — осталось только понять как именно.

И они принялись разглядывать раскинувшуюся перед ними, почти до самого горизонта, гигантскую чашу.

## Глава 7

— Смотрите! — сказала за их спинами Резвая.

Они повернулись к ней. Резвая стояла и смотрела в противоположную сторону от Энергона. В ту сторону, откуда они пришли. А там было и в самом деле интересно. Как будто множество светлячков сновали по тёмным руинам. Отсюда было хорошо видно, как идут их поиски. Пространство было усеяно жёлтыми огоньками. В одном месте их было особенно много, и они почти сливались там в одно большое яркое пятно. По сторонам от него светлячков было меньше, но и там они собирались группами, видимо обследовали места, где по их мнению могли укрыться диверсанты. И чем дальше от центра поисков, тем было темнее. Там только иногда попадались одинокие огоньки, выглядящие потерянными и грустными.

— Вон там, где основное сборище, мы и встретились, — сказал Меркат.

Под ними была груда развалин, которая со стороны была похожа на башню. Видимо что-то в основании стоявшего на этом месте небоскрёба оказалось слишком устойчивым к разрушениям, и его сердцевина держала всю эту конструкцию. Ещё и лестница внутри уцелела. Место было и в самом деле уникальным.

— И почему они не снесли эту башню? — спросила Лиана, — она же явно похожа на наблюдательный пункт.

— Но никому и в голову не приходит, что кто-то может на неё забраться. Этот ход был известен только мне. А зачем тратить ресурсы, на снос ничего не значащей горы обломков? Если идти по этому пути, то тут всё нужно с землёй ровнять и заливать бетоном. Тогда эту территорию было бы проще контролировать. Но всё равно нужны глаза и руки. А раз они есть, то могут и по руинам лазить. В таких делах всё рассматривается с позиции целесообразности. И с этой позиции, даже такое количество охраны тут избыточно. Раньше тут вообще никого постороннего не бывало. Это они, можно сказать, перестраховались.

— И, как мы теперь видим, не зря, — усмехнулся Спас.

— Но им это не помогло, — добавила Резвая.

— А если бы кто-то шёл сейчас вон там, — Лиана махнула рукой в сторону, где огоньков почти не было, — то дошёл бы до Энергона практически беспрепятственно!

— Так что будем делать? — Спас снова повернулся к Энергону.

— Да? — сразу оживился Меркат.

— Ещё немного посмотрим, и пойдём вниз, к краю Энергона, — сказала Лиана.

— Ну-ну, — усмехнулся Меркат.

Но на его скептицизм никто не обратил внимания. Им и своего хватало, потому что как быть дальше они, в самом деле, не знали, просто не хотели в этом публично сознаваться. И раз уж есть цель дойти до Энергона, нужно это сделать.

Как и сказала Лиана, они ещё некоторое время смотрели на Энергон и окрестности. И это было не праздное любопытство. Они запоминали всё что видели, чтобы потом, когда они окажутся внизу, нормально здесь ориентироваться.

Было темно, но всё равно было видно, что развалины мегаполиса тянутся во все стороны,насколько хватает глаз. Даже там, где было темнота была наиболее густой, можно было различить очертания руин огромных зданий. Эти же руины охватывали Энергон по кругу, подходя почти к самому его краю. Это было немного странно, ведь чтобы строить такую большую штуку, нужно было использовать много техники, значит, все окрестности должны были бы быть очищены от мусора и состоять из подъездных путей. И если Меркат сказал правду, и Энергон уходит вниз на огромную глубину, то куда делся изъятый из котлована грунт? Или они его не извлекали, а строили что-то прямо в нём? Но излишки всё равно должны были возникнуть.

Спас поймал себя на мысли, что думает вообще не о том, о чём надо. Ну какая разница, как строили этот Энергон? Может быть всё проще чем кажется. Так часто бывает. Что-то кажется загадочным и таинственным, пока не узнаешь как это устроено. И вдруг оказывается, что на самом деле всё очень просто…

Спас слегка потряс головой, вытряхивая эти мысли. Ему казалось, что он опять думает не о том, о чём нужно. Он сосредоточился на местности вокруг чаши Энергона. В общем, она была достаточно однообразной. Только слева от них, совсем близко к краю находилось две почти одинаковых кучи обломков, с достаточно острыми вершинами и пологой ложбиной между ними. Спас подумал, что это место очень похоже на рога и тут же вспомнил про Момо. Конечно, эти «рога» были совсем не похожи не её. Они были более толстыми, с массивными основаниями…

Спас в очередной раз потряс головой. Казалось, что всё это не то и не о том. Что он упускает что-то важное. Что нужно либо увидеть, либо придумать, либо понять что-то, что их наведёт на мысль что делать дальше, но ничего подобного в голову упорно не лезло.

Между ними и Энергоном охраны практически не было. Только один огонёк перемещался по замысловатой траектории, но и он уже стал смещаться куда-то в сторону. Чисто было и возле самого Энергона.

— Пора! — наконец сказала Лиана, — веди нас к краю, — кивнула она Меркату.

Тот снова начал сникать от этой затянувшейся паузы, но после слов Лианы оживился и заспешил к лестнице.

Путь со смотровой площадки до Энергона был почти скучным. Они просто спустились по лестнице, потом просто шли по лабиринту подземных коммуникаций. Сложное место было только одно, где нужно было лезть по старым сгнившим трубам, чтобы попасть в подвалы следующего здания. Но и эта сложность была чисто техническая.

Спас всё думал, каким же окажется выход из этих подземелий, что его не заметила охрана. Оказалось что всё просто. Это была торчащая вверх бетонная труба. Не очень большая, но выше сидящего на ящерице клона. Они эту дырку просто не видели. Но и пользоваться ей было лучше ночью, потому что днём, тебя было видно с большого расстояния, когда ты из неё вылезаешь.

Но сейчас это было безопасно. Они спустились вниз по торчащим из этой трубы кускам арматуры и огляделись. До Энергона было рукой подать. Отсюда было уже хорошо видно зелёное облако на дне чаши. Пока они шли под землёй, оно как будто стало больше.

Охраны тут, как они и рассчитывали, не было. Поэтому они смело направились к краю чаши. Это были последние несколько сотен метров, отделявшие их от цели.

Последние метры они преодолевали как-то буднично. Так долго сюда стремились, наконец дошли… и ничего не чувствовали. Ну да, сооружение и правда можно назвать грандиозным. Но это и как сооружение-то не воспринималось, ведь оно выглядело как правильной формы яма.

Меркат снова оживился и пристально на них поглядывал, еле сдерживая усмешку.

Последние десятки метров они шли по ровному бетону. Просто бетон, без каких бы то ни было технических штук. На самом краю был бортик высотой в полметра и шириной примерно так же. Видимо, чтобы немного отгородить чашу Энергона от лишних потоков воды и наносимого мусора, которых и так внутрь, скорее всего, попадало много.

Они подошли к этому бортику и встали на него. Зелёное облако внизу продолжало набирать силу, теперь это было видно уже невооружённым взглядом. Вихри и потоки внутри этого облака, которое, несмотря на насыщенный цвет, оставалось удивительно прозрачным, набирали скорость. Да и размер этого облака рос. Разряд Энергона приближался. Они не знали, стоит ли находиться рядом в такой момент, но Меркат был здесь и не проявлял видимого беспокойства. Да и охрана продолжала работать в руинах, значит, ничего критичного произойти не должно было.

— Спас! — раздался вдруг голос.

Спас дёрнулся и начал озираться, но тут же понял, что голос прозвучал в его голове. Причём прозвучал слабо, как будто издалека и с помехами. Спас стоял чуть сзади остальных, поэтому остальные не заметили его неожиданных реакций, а потом он взял себя в руки.

— Я слушаю, — мысленно сказал Спас, не зная, услышит ли его собеседник или нет.

— Это Артур, мне сложно пробиться в эту зону, слишком сильные помехи. Сделай как я скажу! Иди в середину седла и разожги там огонь. Успей до разряда Энергона. Когда….

У Спаса как будто ветер засвистел в голове и голос пропал.

— Какого седла? — мысленно крикнул Спас, но ему никто не ответил.

Как только это произошло, сзади раздался рёв рога охранника. Совсем близко, как будто дудели им прямо в ухо.

Они резко обернулись, охранник на ящерице находился меньше чем в сотне метров от них. Видимо, этот одинокий патрульный, которого они вдели сверху, сменил направление и вернулся сюда. А тут как раз чужаки. И теперь скоро на это место стянется вся охрана, находящаяся в этом секторе Энергона.

Спас мгновенно вспомнил убегающую ящерицу, из тела которой торчал трофейный меч. Жаль, что он его не выдернул, сейчас бы меч ему очень пригодился. Но его не было, а действовать было нужно. И Спас начал действовать.

— Аааааааа!!! — заорал он и бросился прямо на охранника.

— Стой! — закричала Лиана, но Спас на это никак не среагировал. Он не видел что происходит сзади, но не сомневался, что Лиана бежит следом.

Охранник не ожидал такой реакции от диверсантов. Он думал, что они будут убегать и прятаться. На нападение он никак не рассчитывал, и немного обалдев от такой наглости, даже перестал дуть в рог.

Ящерица, видя бегущего на неё человека, открыла рот и зашипела. Спас бежал, не переставая яростно орать, но когда до ящерицы оставалось совсем немного, резко свернул в сторону. Из оружия у него в руках был только нож.

Ящерица резко дёрнулась, поворачиваясь за ним. Свистнул камень и благодаря тому что рептилия повернулась, угодил наезднику прямо в висок. Тот завалился на бок и грохнулся на землю. Падая он потянул поводья, и ящерица, не поняв чего от неё хотят, но реагируя на болезненные ощущения, резко дёрнулась в другую сторону, отвернувшись от Спаса.

Воспользовавшись этим, он сразу же бросился к охраннику, который уже поднимался на ноги. Спас с разбегу запрыгнул на него сзади, и воткнув нож в глаз, двумя руками вогнал его внутрь черепа, навалившись грудью на затылок клона. Охранник даже не успел понять что случилось и замертво рухнул на землю.

— Ну ты бешенный! — раздался рядом голос Лианы.

— Седлай ящерицу, нужно ехать! — крикнул Спас.

— Знаешь куда? — спросила Лиана.

— Частично, — ответил Спас.

Последнюю фразу Лиана сказала, уже взбираясь на рептилию. Спас тут же последовал за ней, подхватив с земли упавший факел.

— Давайте к нам, быстрее! — крикнула Лиана Резвой и Меркату.

Резвая бросилась сразу, а Меркат замешкался, но любопытство перевесило, и он тоже побежал к ящерице.

— Какое, к чёртовой матери седло? — бормотал Спас, ощупывая седло закреплённое на ящерице, — как тут разжечь огонь? Это же бред!

— Что ты там бормочешь? — спросила Лиана.

— Не обращай внимание, нужно кое-что понять, — отмахнулся Спас.

Он пришёл к выводу, что не это седло имел ввиду Артур. Вскочив на ящерице, он начал оглядываться по сторонам. Чтобы не упасть, он ухватился за плечо Лианы, которая сидела на месте охранника и ловко управляла ящерицей, благо опыт уже был.

Кроме той смотровой площадки, где они недавно были, не очень далеко была только одна большая ландшафтная доминанта. Это то, что Спас назвал про себя рогами.

— Ли, — наклонился он к жене, — на что похожи вон те две горы обломков?

— Отсюда не знаю, — ответила Лиана, — но когда мы смотрели сверху, было немного похоже на рога.

— На рога… — задумчиво повторил Спас, — а на седло не было похоже?

— Седло? — задумалась Лиана, останавливая ящерицу, чтобы на неё забрались Резвая и Меркат, — ну можно сказать и седло. Если смотреть совсем сбоку, то, наверное. Вообще, в горах, место двумя вершинами называют седловиной.

— Нам туда! — решительно сказал Спас.

— Уверен? — Лиана обернулась и пристально посмотрела на него.

— Нет, но нам туда, — твёрдо сказал Спас.

Лиана кивнула, ей этого объяснения хватило. Да, конечно Спас не было уверен, но эта теория была лучшая из того что пришло ему в голову. И она была единственная на них на всех. У остальных никаких идей вообще не было, кроме той, что отсюда нужно срочно убираться, ведь скоро здесь будет вся охрана Энергона.

Спас протянул руку Резвой и помог ей вскарабкаться на ящерицу.

— Спасибо! — сказал он ей, — это был отличный бросок!

— Ты тоже быстро сработал! — усмехнулась Резвая, — не ожидала такой молниеносной реакции.

— Без тебя бы ничего не получилось, — искренне сказал Спас.

Резвая с улыбкой склонила голову, принимая комплимент.

Меркат забрался сам. Несмотря на возраст и кажущуюся немощность, когда было нужно, он проявлял чудеса сноровки и выносливости. Правда, между такими требующими самоотдачи эпизодами, он всё чаще норовил впасть в апатию.

Они двигались по самому краю Энергона, поэтому получалось держать хорошую скорость. Ведь препятствий тут практически не было. Они мчались на ящерице вперёд, как по хорошей бетонной дороге. И, надо сказать, ящерица было способна бежать достаточно быстро, даже с четырьмя седоками. Хотя, не исключено что один большой клон весил больше, чем они вчетвером. Ну, или примерно столько же.

Не успели они отправиться в путь, как сзади стали раздаваться сигналы рога, издаваемые охранниками, спешащими на призыв.

Хорошо что у них снова была ящерица, иначе они бы не успели скрыться с того места вовремя. А так, они выиграли хорошую фору.

Лиана не стала ничего спрашивать у Спаса, доверившись ему. А он не стал ничего говорить, потому что рассказывать-то было особо нечего. Всё было слишком быстро, спонтанно, непонятно… и даже он сам начинал сомневаться, не померещился ли ему этот внутренний диалог. Может быть, это была игра фантазии, вызванная стрессом… или вообще галлюцинация?

Несмотря на сомнения, он верил, что это было на самом деле, и эту инструкцию нужно обязательно постараться выполнить, потому что, возможно, это их единственный шанс.

Первая торчащая в небо гора обломков стремительно приближалась.

— Куда нам конкретно надо? — спросила Лиана у Спаса через плечо, не оборачиваясь.

— В седловину, как ты её назвала. В середину между двумя вершинами, — ответил Спас.

— Понятно! — кивнула Лиана.

Они проехали мимо первой горы по краю Энергона, продолжая двигаться по ровной бетонной поверхности. Множественные звуки рога, до сих пор раздающиеся сзади, к ним не приближались. Судя по всему охранники достигли места где Спас убил одного из них, но куда делись диверсанты понять не смогли и теперь постепенно начинали расширять круг поисков вокруг места стычки.

Лиана направила ящерицу в сторону от Энергона, чтобы оказаться между двумя вершинами. Вблизи оказалось, что это место, в самом деле, похоже на седло. Судя по всему, раньше на этом месте было один комплекс зданий, и когда они рухнули, образовалось две вершины, с седловиной между ними. Это место было похоже на перевал в горах. Туда они и держали свой путь.

По пересечённой местности ящерица начала двигаться медленнее, но и только. Ощутимых сложностей с преодолением труднопроходимых мест она не испытывала.

В седловине, ровно посередине между двух вершин, оказалась на удивление ровная площадка, на которой ничего не было, кроме большого бетонного куба, стоявшего ближе к краю со стороны Энергона. Его-то Спас сразу и облюбовал.

Когда они проезжали мимо, он попросил Лиану подъехать к нему, и как только они оказались рядом, прихватив с собой бурдюк с горючей жижей, перескочил на этот куб, благо его высота была почти такая же, как и спина ящерицы. Все остальные после небольшого колебания последовали за ним. Лиана тоже перебралась на куб и, найдя кусок торчащей из куба арматуры, привязала к нему поводья ящерицы.

Они все встали на край, глядя на Энергон. Похоже, что до разряда осталось совсем немного. Вихри в зелёном облаке носились с немыслимой скоростью, но оно при этом сохраняло какую-то кристальную чистоту и прозрачность.

Кончики волос у них на головах вдруг стали подниматься вверх и слегка потрескивать.

— Что дальше? — спросила Лиана.

— Пока ждём, — сказал Спас.

— Чего? — с неподдельным любопытством поинтересовался Меркат.

— Когда увидим, сразу поймём, — ответил Спас, доставая из рюкзака верёвку.

Он взял её и на одном из концов навязал множество узлов, чтобы получился один большой шар из верёвки. После чего засунул этот шар в бурдюк и оставил там, давая ему как следует пропитаться горючей жидкостью. Все остальные с любопытством за ним наблюдали.

Как только он закончил, в дальнем конце чаши Энергона начало что-то происходить. В пространстве стал проявляться огромный голубой искрящийся диск, в котором по спирали закручивались голубые потоки искр. Это место было прямо напротив них, и постамент с зелёным облаком Энергона находился как раз между ними и этим голубым диском.

— Начинается! — сказал Спас, доставая из бурдюка промасленный шар за конец верёвки.

— Знаете что, ребята? Мне кажется, я начинаю в вас потихоньку верить! — проговорил Меркат, заворожено глядя на огромный голубой диск.

## Глава 8

— Ты знал? — спросила у Спаса Лиана, имея ввиду большой голубой диск вдалеке.

— Нет, — ответил Спас, — и что дальше будет, тоже не знаю, — сказал он и поджёг факелом шар из верёвок, после сего начал раскручивать его, стоя лицом к Энергону. Ему казалось, что такой сигнал должно быть видно издалека. А в том, что ему нужно именно подать сигнал, он не сомневался.

Ведь и место где они находились, привлекало к себе внимание, потому что выделялось из окружающего ландшафта. И огонь, в самой середине между двумя горами… что это ещё могло быть, как не сигнал? Поэтому он и старался сделать этот сигнал максимально заметным.

Сложилась конфигурация из огненного круга, который делал Спас, голубого искрящегося круга, на противоположном склоне чаши Энергона, и самого Энергона точно между ними. Все они находились на одной линии и, по мнению Спаса, это тоже было не случайно.

Голубой диск начал искрить сильнее, и зелёное облако в центре чаши тоже начало резко пульсировать, как будто еле сдерживаясь.

Внезапно, из голубого диска выскочила фигурка. Она казалась маленькой, но на самом деле они были просто очень далеко. Это был, как будто, всадник… белый всадник. Приземлившись на пологий склон Энергона, он стремительно понёсся прямо к центру чаши.

— Это не лошадь! — пробормотал Меркат, — больше похоже на собаку! Давненько я их не видел!

— Это волкарь! — вскрикнул Лиана, и голос её от волнения треснул, — но он белый! Белый!

Следом за волкарём с наездником, рассыпав сноп голубых искр, из портала вырвался дракон с наездником.

— Это дети! Это наши дети! — Лиана вцепилась в плечо Спаса и сжала так, что ногтями вонзилась в тело до крови, прямо через одежду.

Спас как будто этого не заметил, он сам смотрел на мчащиеся в их сторону фигурки и боялся спугнуть то, что происходит, как будто это видение может рассыпаться от неосторожного движения.

— Это Драк, — кричала Лиана, — но он большой! Когда он успел вырасти?

— Когда наш сын успел вырасти? — сказал ей Спас, продолжая вращать верёвку с горящим шаром, но Лиана его не услышала.

Дракон летел следом за волкарём, на небольшом расстоянии. Он мог бы его легко обогнать, но видимо не хотел, предпочитая держаться рядом. Тактика выглядела уже неоднократно отработанной, как будто они делали то же самое, что повторяли много раз до этого.

— Они успеют до разряда? Они успеют? — Лиана трясла за плечо Спаса.

— Должны, — ответил вместо Спаса Меркат, — он ещё не начал стрелять молниями во все стороны. Немного времени ещё есть.

Волкарь и дракон с наездниками стремительно приближались к зелёному облаку.

— Зачем они туда скачут? — Лиана никак не могла взять себя в руки, — там же опасно! Почему они несутся именно туда?

Тут, с большим голубым диском, откуда выскочили волкарь и дракон, стало происходить что-то странное. Он пошёл волнами, как будто вода, в которую бросили камень. Сам круг тоже стал терять правильные очертания, слегка вытягиваясь то в одну, то в другую сторону, как будто хотел поменять форму, но что-то его держало. Потом он выгнулся своей волнистой искрящейся поверхностью наружу, на секунду замер в этом положении, и, наконец, лопнул, разлетевшись искрами во все стороны.

— Ааааа, — закричала Лиана, — я знаю эту тварь! Это он гнался за Лавром, когда тот ушёл через портал! Это «Дух реактора», как его назвали в патруле! Мы с ним не справимся! Это вообще непонятно что такое и как его можно убить!

— А, может быть, мы все не зря оказались в этом месте именно сейчас? — сказал Спас.

Его слова подействовали на Лиану как ведро холодной воды. Она вдруг резко вязала себя в руки и даже успела испытать сильный укол стыда, поняв, что только что находилась на грани истерики. Хотя, чего ей стыдиться? Она, как-никак, всё-таки мама.

Лиана смотрела на происходящее, слегка успокоившись и отстранившись. И вдруг она почувствовала!

— Это Аксель, на нём скачет Лавр, а на Драке летит Юна. Это они! Я это точно знаю! Я их ощущаю всем своим существом! Спас, ты слышишь? Это наши дети! — сказала Лиана, уже более-менее спокойно.

— Интересно, видят ли они наш сигнал? — крикнул ей Спас, не переставая крутить свою верёвку.

Лиана оглянулась по сторонам, увидела стоящий под ногами бурдюк с горючей жижей и уверенно пнула его ногой. Он упал, и жидкость стала вытекать из него, стекая вниз по грани куба обращённой к Энергону. Лиана подняла брошенный факел и ткнула в эту жижу. Она тут же вспыхнула, охватив бетон пламенем.

Увидев, что она делает, Спас решил, что это неплохая идея и перекатил бурдюк ногой вдоль края, чтобы жижа растекалась по как можно большей поверхности куба.

Да, теперь огня стало значительно больше, и видно его должно было быть издалека.

Но Аксель и Драк с наездниками, в общем-то, направление не меняли. Они как двигались в их сторону, так и продолжали это делать!

Но двигались к ним не только они. Огромная фигура, похожая на человеческую, но сделанная как будто из урагана, помещённого в эту форму, двигалась туда же. Этот монстр уверенно шагал вперёд, преследуя детей. Как будто не прошло много времени с тех пор, как он нырнул в портал за Лавром.

Правда, в отличие от прошлого раза, за монстром не следовала его свита, состоящая из большого стада разнообразных тварей. В этот раз он шёл один.

И хотя скорость его была не больше чем у Акселя и Драга, в его движениях было что-то неумолимое. Он не пытался бежать, а шагал, как будто был уверен, что рано или поздно добыча выдохнется, и он сможет её взять без всяких проблем. Ураган, из которого состояла фигура этого монстра, как будто хотел вырваться наружу, но не мог. И из-за этого он приходил в неистовство и клубящиеся потоки ветра и тумана начинали бешено метаться внутри исполинской фигуры. И эти всплески активности следовали один за другим, каждые несколько секунда.

— Что это за хрень такая? — проговорил Меркат, который из состояния крайнего удивления не выходил всё последнее время. Разворачивающиеся перед его взором события не укладывались в его картину мира. Это было более чем странно, особенно для человека, всю жизнь занимавшегося наукой.

Но это его удивление носило позитивный характер. Он был несказанно рад происходящему. Меркат чувствовал, что его дни сочтены, что он постепенно угасает. Но умереть среди этих руин возле Энергона было очень грустно. Скорее всего, его смерть осталась бы незамеченной никем. Только охранники перестали бы замечать следы его деятельности. Но, вряд ли это произвело бы на них хоть какое-то впечатление. А тут, внезапно, такое представление! На подобное он даже не рассчитывал! И, независимо от того, чем всё это кончится, ему в голову ворвалась мысль: «Отличный день для смерти!», и прочно поселившись в его голове, никуда не хотела уходить. Он даже твёрдо решил, что не хочет видеть рассвет. На этом месте можно поставить красивую точку в его жизни!

Волкарь со своим седоком быстро приближался к центру Энергона.

— Нет, нет, нет, — забормотала Лиана, но повлиять это ни на что уже не могло. Белый волкарь ворвался в зелёное облако, стремительно пересёк его и выскочил с противоположной стороны, унося на себе часть этого зелёного тумана, который стекал с него на бегу как вязкая субстанция.

С Драком произошло то же самое. Он пронёсся по верхней части этого зелёного облака, так же прихватив с собой его часть.

— Давайте, давайте, родные мои! — прокричала Лиана, убедившись в том, что эта зелёная штука не причинила им никакого очевидного вреда.

Несмотря на то, что полыхала передняя грань куба, Спас не перестал крутить свою верёвку, рассудив, что лучше делать хоть что-то, чем просто стоять и нервничать.

Дух реактора продолжал двигаться прямо, преследуя удирающих от него волкаря и дракона. И теперь уже он сам приближался к зелёному облаку.

Лиана успела заметить, как наездники на обоих животных быстро обернулись и что-то прокричали друг другу. Но что именно, отсюда, естественно, слышно не было.

Дальнейшее происходило одновременно. Дракон снизился и всадник, скачущий на волкаре, вскочил на ноги, после чего подпрыгнул, ухватился за лапу дракона, быстро вскарабкался по ней, исчез где-то в перьях, и вскоре появился наверху. Там он уселся позади другого наездника и дальше они летели вместе.

Сам дракон, после того как второй человек оказался у него на спине, снизился ещё больше, практически прижавшись грудью к волкарю, обхватил его лапами и взмыл вверх.

Аксель не сопротивлялся, даже наоборот, поджал свои лапы и как-то весь сгруппировался, как будто это всё происходило уже далеко не в первый раз, и такой способ передвижения был ему привычен.

Не сказать, что дракону было легко. Лететь он стал гораздо тяжелее, но всё равно постепенно набирал высоту, сравниваясь с краем Энергона. Теперь он уже летел почти прямо на людей, стоящих на горящем бетонном кубе.

И в это же самое время, пока Драк взваливал на себя всех остальных, Дух реактора, наконец, достиг центра Энергона. Ничуть не сомневаясь в своей неуязвимости, он смело, не сбавляя скорости, шагнул в зелёное облако.

Он даже успел сделать в нём несколько шагов, пока не понял, что всё идёт не так как должно. Каждый его следующий шаг был медленнее предыдущего. И когда он дошёл до середины этой платформы с зелёным облаком, то дальше уже сдвинуться не смог.

Пространство над Энергоном потряс страшный, нечеловеческий рёв, похожий на дикое завывание ветра в трубах, только в гораздо большем масштабе. Вместе с рёвом налетел сильный порыв ветра, который даже на время немного сбил огонь. Все стоящие на кубе ощутили удар ветра в лицо.

Летящий дракон тоже ощутил, но ему это было как раз на руку. Ветер толкнул его в сзади, добавив скорости полёта. Теперь они уже видели его достаточно хорошо, потому что он приближался с каждой секундой. Но вот седоков за его головой сейчас видно практически не было.

Из зелёного облака начали бить хаотичные разряды молний. Они лупили в поверхность чаши Энергона в произвольных местах. Между торчащими вверх штырями на платформе с зелёным облаком, тоже появились разряды, в виде чего-то вроде эклектической дуги зелёного цвета. Они, в отличие от остальных молний, были устойчивыми и не прерывались. С жутким электрическим гудением, становящемся всё громче и громче, эти дуги начинали светиться ярче с каждой секундой.

Застрявшая в центре этой конструкции фигура Духа реактора, металась и пыталась вырваться из этой ловушки, в которую он сам так опрометчиво зашёл.

— Сейчас шарахнет! — с диким восторгом заорал Меркат, — но шарахнет не так как обычно! Что-то идёт не так! Я это точно говорю!

Рёв Духа реактора тоже становился всё громче и громче, и порывы ветра, которые, судя по всему, исходили от него, тоже следовали постоянно, с небольшими перерывами.

И вместе с увеличением громкости, начала расти и сама фигура этого необъяснимого существа. Он стал пухнуть на глазах, быстро увеличиваясь в размерах. Его как будто надувало изнутри. Теперь в его нечеловеческом рёве слышалась даже боль. Но ни жалости, ни сочувствия к нему ни у кого не было. Слишком уж чуждым было это существо. При этом, от него исходила необъяснимая угроза. Было понятно, что окажись оно вновь на свободе, то пощады не будет никому.

— Вам же ящерица больше не нужна? — вдруг спросил Меркат.

Свой вопрос он прокричал, находясь в диком возбуждении от происходящего.

— Забирай, — крикнул ему в ответ Спас.

Меркат радостно подпрыгнул и бросился отвязывать ящерицу.

— Уверен? — прокричала ему вслед Лиана.

— Как никогда в жизни! Как и в том, что у вас всё получится! Спасибо! — проорал Маркат, ухватил поводья и с невероятной прытью перепрыгнул на ящерицу.

Оказавшись в седле, он не сразу, но достаточно быстро освоился с управлением, потому что видел, как это делали до него. А когда освоился, то направил ящерицу прямо к Энергону. Перебравшись через бортик, ящерица быстро побежала по склону чаши к её центру.

— Отличный день для смерти! — донеслось до них сквозь рёв ветра.

Меркат нёсся навстречу всё множащимся разрядам зелёных молний и растущему на глазах Духу реактора.

В том, что до основного разряда Энергона остались считанные секунды, уже не сомневался никто.

Электрические раряды, бьющие до этого в чашу, вдруг сменили направление в сторону Духа реактора. Он весь оказался окутан облаком из зелёных молний. Это привело к ещё большему усилению толчков ветра, и его рёв стал просто оглушительным.

Только дракону было хорошо от этого, ветер толкал его сзади, помогая лететь. Те, кто стоял на кубе, уже еле удерживались на ногах. Однако, горючая жижа не гасла и продолжала гореть, хотя ветер иногда и сбивал пламя. Однако, оно всегда тут же вспыхивало по новой.

Было видно, как Меркат начинает прижиматься к телу ящерицы, чтобы его не сдуло из седла, но при этом упрямо продолжает двигаться вперёд. Он и кричать продолжал по-прежнему, но за рёвом ветра его голос уже никто не слышал. О нём вообще все забыли. История его жизни должна была вот-вот оборваться.

Дракон приближался и скоро должен был оказаться рядом с ними. Теперь он уже выглядел устрашающе. Лиана сразу вспомнила, как сражалась с его мамой, и по спине пробежал холодок. Зверюга была страшная.

Зелёный туман в центре Энергона, не переставая сыпать молниями, вдруг начал закручиваться в восходящую, сужающуюся наерху спираль, постепенно окутывая фигуру Духа реактора. Это вызвало ещё более бурную его реакцию и попытку вырваться, но, как всегда, безуспешную.

Спирально закрученный туман скрыл Духа реактора полностью и продолжил вытягиваться вверх, стремясь к висящей в ночном небе станции, которая как раз оказалась в нужном месте над Энергоном.

Но даже людям, не знающим как должен выглядеть этот процесс разряда вблизи, было понятно, что что-то идёт не так. Спираль, сужаясь в точку, вытянулась на несколько сотен метров, и потом как будто застряла. Она пыталась рвануть дальше вверх, но её каждый раз что-то дёргало назад, как будто она была на резинке. При каждом рывке вверх, из неё выстреливала молния, но не могла уйти к станции, а через некоторое расстояние рассыпалась снопом зелёных искр.

Не имея возможности прорваться вверх, спираль, от всё пребывающей и пребывающей в неё энергии, начала стремительно пухнуть на глазах, расползаясь в стороны большим шаром и быстро заполняя чашу Энергона.

Но наблюдать за происходящим с Энергоном было больше невозможно, потому что всё закрыл несущийся на них дракон. Когда он налетел, они еле успели присесть, иначе бы их просто снесло зажатым в лапах дракона Акселем, который так и висел под брюхом, поджав лапы.

Когда дракон пронёсся над ними, они смутно услышали крик: «Чего стоите?». Хотя, возможно, им это просто показалось. Они обернулись вслед за Драком и успели увидеть, как тот со всей скорости влетел в голубой диск портала, висящий сзади них, сразу за кубом.

— Портал! — хором вскрикнули Лиана и Резвая.

Они даже не знали, что за их спинами открылся путь к спасению. А это, безусловно, был путь к спасению, потому что здесь намечался локальный апокалипсис. С Энергоном явно происходило что-то неладное.

Диск был большой, и дракон прошёл в него без проблем, даже не сбавив скорость.

— За ними! — крикнула Лиана и, пробежав по кубу, прыгнула с его края прямо в портал.

Спас повернулся к Резвой, которая давно уже впала в ступор от происходящих на её глазах событий, и вообще не двигалась.

— Побежали, или умрёшь! — крикнул ей Спас.

Но Резвая только отрицательно замотала головой, демонстрируя отказ прыгать в эту совершенно непонятную для неё штуку. Спас схватил её за руку, но она упёрлась и начала вырываться.

Пространство прорезал оглушительный писк, на границе диапазона слышимости, краем глаза Спас увидел, что раздувающаяся спираль начинает разлетаться на куски, счёт шёл на доли секунды.

Он быстро двинул кулаком в челюсть Резвой, быстро подхватил обмякшее тело и бросился к порталу.

Спас сильно оттолкнулся от края куба, и уже влетая в портал, получил сильный и горячий толчок в спину, резко усилившийся до невозможности кислый вкус во рту, и почувствовал, как волосы встают дыбом от электричества, которым сейчас был пронизан весь воздух.

— Успели? — подумал он, влетая в портал, который уже был не таким ярким как несколько секунд назад.

## Глава 9

Все оказались очень недовольны тем, что Спас с Лианой улетели вдвоём, а остальных бросили на аэродроме. Людям было очень обидно, что с собой никого больше не взяли. Многие порывались рвануть следом, и Ладе с Петром стоило больших усилий их от этого отговорить.

Вовсю задействовали Егора, как наиболее знающего местные реалии человека. Ему пришлось популярно объяснять всем, что самолёт до Энергона не долетит, потому что вся электроника там выходит из строя.

Егор охотно разубеждал людей следовать за Лианой и Спасом, делал это от души, потому что сам не горел желанием отправляться к Энергону. Ему хотелось куда-нибудь подальше отсюда, туда, где нормальная природа, еда и есть хоть относительная безопасность. Всё остальное вторично. Он готовы был жить один в лесу, питаться тем что даст природа, лишь бы подальше от этого мёртвого континента. И он очень рассчитывал, что если поможет этим людям отсюда выбраться, то и они помогут ему с поиском нового места для жизни.

И раз уж за границами этого континента есть жизнь и общество, то он тоже при желании сможет найти в нём своё место. Тогда, всё может сложиться даже лучше, чем он рассчитывал. Главное, чтобы все решили убраться отсюда, а не маниакально продолжать двигаться к Энергону, как Спас с Лианой.

Так что, пусть и с неохотой, в конце концов, все согласились с доводами Лады, Петра и Егора и начали готовить самолёт к ночному перелёту на побережье. Стараясь при этом соблюдать скрытность перемещений по территории аэродрома. Получалось это не всегда, но они старались.

— Ну что, Эс? Будем пробираться домой? Надеюсь, наш корабль не нашли и он ждёт нас на прежнем месте, — сказала Бона, когда они уже глубоким вечером сидели в одной из комнат жилого комплекса.

— Не знаю, — вздохнула Эсмеральда, — давай не будем загадывать раньше времени. Я и злюсь на Лиану, и в тоже время понимаю, что она сделала это из лучших побуждений. Чего точно не стоит делать, так это сидеть здесь, на этом аэродроме. Тут мы ничего не высидим. И раз уж нас так рьяно уговаривают не идти дальше к Энергону, думаю, стоит к этому прислушаться. Возможно, мы и в самом деле ничем помочь уже не сможем. В таком случае, единственным нормальным решением будет отступление.

— И получается, что все кто погиб на этом пути, отдали свои жизни зря? — сказала Бона.

— Почему? — удивилась Эсмеральда, — если у них всё получится, то не зря. Но даже если не получится, то тоже не нужно обесценивать жертву погибших. Мы знали, на что шли. Нас никто не обманывал и не вводил в заблуждение. Если у них не получится, то значит это сделать просто невозможно. Но попытка всё равно того стоила. Мы хорошо разворошили это осиное гнездо. Один сбитый тобой транспортник чего стоит! — и она подмигнула Боне.

Бона расплылась в улыбке.

— Да, это было здорово! Как вспомню, так прям гордость распирает. Без везения не обошлось, но всё равно приятно!

— Ну вот, в любом случае, не зря сюда смотались. А сколько живой силы у них тут положили? — сказала Эсмеральда.

— А сколько они сами своих угробили? — хмыкнула Бона.

— Опять же, пытаясь достать нас! Это тоже можно на наш счёт записать, — сказала Эсмеральда, — а чем им хуже, чем больше у них потери, тем нам лучше. Да, у них очень большие ресурсы. Но если они так нервничают, значит, мы кусаем их всё-таки больно.

— Но я пока не вижу возможности победить в этой войне, — вздохнула Бона, — я имею ввиду, совсем. Так, чтобы полным разгромом. Как ни думала об этом, не вижу вариантов. Только диверсионные вылазки исподтишка. Но они не принесут нам победы.

— Может да, а может и нет, — пожала плечами Эсмеральда, — когда я общалась с Папашей, у меня сложилась совсем другая картина. Сопротивление внешним силам на планете растёт. А хозяева планеты дали слабину. Они уже не могут контролировать ситуацию как прежде. У них тоже не всё гладко. И уничтожение системы наблюдения это очень большой удар по их контролю над планетой.

— Восстановят, — уверенно сказала Бона.

— Конечно, — тут же согласилась Эсмеральда, — но сколько у них уйдёт на это времени? И как мне сказали, тут проблема больше не в самой системе, а в безвозвратно потерянных базах данных. Они могут видеть что происходит, но не знают, как это интерпретировать. Ну вот видят они что плывёт корабль, а что это значит? Можно ему там плыть или нельзя? Что это за корабль? Кому принадлежит? Куда и с какой целью движется? Может это судно сибаритов? А может нет. Я, конечно, не знаю, как у них там всё на самом деле обстоит, просто фантазирую. Но мне кажется, что там происходит что-то в этом роде. Именно поэтому местное население получило столько свободы. Не могут же они лупить по каждой подвижной цели? А вдруг попадут по своим?

— А много у них тут своих-то? — спросила Бона.

— Мы не знаем этого наверняка. Мы тоже, отчасти, свои. Но наше положение очень неустойчивое, и в любой момент всё может измениться. Именно поэтому нам и нужна эта война. Только вот, желательно, чтобы они не знали, что угроза для них исходит, в том числе, и из Асгарда. Не нужно подставлять наш город под удар. И чем больше мы создаём шороху в других местах, тем меньше внимания к нашему дому. Так что, с какой стороны не посмотри, а работу мы делаем не бесполезную. Пока у них чешется в этом месте, вряд ли им будет дела до кучки Валькирий, живущих на островах, — сказала Эсмеральда.

— Ну ты стратег! — с уважением сказала Бона, — ты обо всём этом думала, когда ввязывалась в эту авантюру?

— Нет, лишь отчасти, — честно сказала Эсмеральда, — по крайней мере, так это себе не формулировала. Но подсознательно, наверняка понимала, что нам нужна активность на внешних рубежах. Для нас это очень полезно. Это отвлекает внимание хозяев планеты от нас и отодвигает во времени тот момент, когда они могут обратить пристальный взор на Асгард. Хотя, это только вопрос времени. Поэтому в идеале, конечно, нам нужна полная победа.

— Думаешь, шансы есть? — спросила Бона.

— Да! — сразу и очень уверенно сказала Эсмеральда, — если почитать историю, то ничто не продолжалось вечно и любые усилия всегда давали результат. Не все участники событий этот результат смогут увидеть… но такова жизнь. У нас, кстати, увидеть результат гораздо больше шансов, чем у многих других.

— Почему? — удивилась Бона.

— Вечная жизнь, — улыбнулась ей Эсмеральда, — если мы не погибнем, то сможем долго вести подрывную деятельность, которая рано или поздно принесёт плоды. И что-то мне подсказывает, что скорее рано.

— Но в твоих рассуждениях очень много допущений, — сказала Бона, — мы не знаем, что происходит у хозяев планеты на самом деле и почему они ведут себя именно так. То ли у них не хватает ресурсов чтобы наказывать бунтовщиков, то ли есть какая-то другая причина, которую просто мы не знаем. Такое ведь тоже возможно?

— Конечно! — сказала Эсмеральда, — точно мы ничего знать не можем. Но и того что уже успели узнать, достаточно, чтобы сделать определённые выводы. Даже наша вылазка на этот континент очень сильно добавила нам понимания в общей картине происходящего на планете. И дело даже не в конкретной информации, а в общем видении ситуации. Как это всё устроено, как работает. Какие силы для этого задействуются. И, надо сказать, они меня не очень впечатлили. Да, раньше мы тоже знали больше чем местные, за счёт своего особого положения и того что находились под крылом у сибаритов. Но всё равно, картина была не полной.

Дверь отрылась и в комнату вошла Момо.

— О, привет, принцесса! — улыбнулась ей Бона.

— Лада просила передать, что скоро отправляемся. Уже давно стемнело, можно взлетать, — сказала Момо.

— Тебя используют как гонца? — удивилась Эсмеральда.

— А что? — в ответ удивилась Момо, — тут я никакая не принцесса. Я одна из вас и никакого особого положения себе не ищу. Мы все делаем одно дело… делали, пока Лиана и Спас не решили продолжить без нас…

— Тебя тоже это задело? — с пониманием кивнула Бона.

— Мне это тоже не понравилось, — сказала Эсмеральда, — но, насколько я успела узнать Лиану, она вряд ли это сделала просто так. Наверняка, у них не было другого выбора. Если подумать, так оно и есть. Один маленький самолётик, имеющий шансы долететь до Энергона, не мог взять больше людей. А на поиск другого пути ушло бы драгоценное время. В общем, думаю стоит пригасить обиду и сделать то, что самое логичное в этой ситуации. Убраться отсюда подобру-поздорову. Раз они отправились туда вдвоём, значит, так было нужно.

— А вы не знаете? — оживилась Момо.

— Чего не знаем, — удивилась Эсмеральда.

— Они не вдвоём туда отправились, а втроём! — поделилась с ними Момо.

Бона с Эсмеральдой переглянулись.

— А кто же третий? — спросила Эсмеральда.

— Молодая девчонка, которую засыпало вместе с Ёжиком. Резвая её зовут, помните? — сказала Момо.

— Конечно, помним! — сказала Эсмеральда, — и вот это действительно обидно. Думаю, что я была бы им гораздо более полезна, чем она. Просто я обладаю куда большими возможностями. Почему они взяли её?

— Не знаю, — развела руками Момо.

— Ты же говорила, что Лиана ничего не делает просто так, — поддела Эсмеральду Бона, — изменила своё мнение?

— Да нет, — задумалась Эсмеральда, — раз они так поступили, значит, так было нужно. Видимо, мы чего-то просто не знаем.

— Да ладно, — усмехнулась Бона, — видно же, что тебе обидно! Ты только смирилась, и тут такой новый удар.

— Что, по мне так заметно? — улыбнулась Эсмеральда, — ладно, хватит рефлексировать! Это всё оттого, что сидим без дела. Пойдёмте грузиться.

Они пришли к самолёту одними из последних. Руфь с девочками взяли на себя управление воздушным судном и за день успели во всём разобраться и освоиться. Конечно, испытать в деле машину возможности не было. Но у них был опыт пилотирования самолётов, так что они надеялись что справятся. Благо, особых отличий от того чем они пользовались раньше, тут не было. Принцип унификации был уже давно внедрён во многие сферы, чтобы не приходилось под каждую машину обучать отдельного специалиста. И этот принцип соблюдался даже на такой старой технике. А может быть, на старой технике даже больше, чем на современной. По идее, управлять самолётом может любой человек, который хоть немного понимает общие принципы. А девочки понимали.

— Как дела? — спросила Эсмеральда, заглядывая в кабину пилотов.

— Странно, — ответила Руфь.

— Что именно странно? — насторожилась Эсмеральда.

— Странно ведут себя Энергонщики, — сказала Руфь, — девочки продолжают слушать переговоры, и нам не нравится то, что мы слышим.

— Я уж думала, что-то с самолётом, — выдохнула стоящая рядом Бона.

— Да нет, с самолётом всё, вроде, в порядке, — сказала Руфь, — но Энергонщики сменили тактику. Новых бомбардировок не было не просто так. Они снова взялись за поиски, решив, что просто так бомбить город это малоэффективно.

— Ну, это сразу было понятно, — сказала Эсмеральда, прислоняясь к стене, так что именно вам не нравится? Дело-то не в этом, верно?

— Да, — сказала Руфь, — во-первых, мы слышим далеко не все переговоры. На доступных нам частотах вообще стало мало активности. Только те, кто не имеет другой возможности, продолжают пользоваться ими. По косвенным признакам можно сделать вывод, что они основные переговоры ведут каким-то другим способом.

— И это тоже не удивительно, — сказала Эсмеральда, — хорошо, что мы можем слышать хоть что-то, это уже большая удача! Но дело опять не в этом, верно? Что там у тебя во-вторых?

— Да, — кивнула Руфь, — во-вторых, полчаса назад всё изменилось. Активность сильно выросла. Они поднимают в воздух всё что могут, и как думаешь, куда направляют?

— Сюда? — подняла брови Эсмеральда. Руфь отрицательно покачала головой. Зрачки Эсмеральды начали расширяться, — к Энергону?

— Судя по всему, да! — снова кивнула Руфь, — по крайней мере, девочки сделали из перехватов именно такой вывод.

— Они добрались и каким-то образом заставили их нервничать! — восторженно сказала Эсмеральда, — эх, как же мне жаль, что я не там! Вот этого я Лиане никогда не прощу!

— А я не прощу себя! — раздался рядом голос Лады, — потому что я не помешала им уйти, хотя и могла. Решила, что так будет лучше…

— А теперь жалеешь? — спросила Эсмеральда, пристально глядя ей в глаза.

— Да, — сказала Лада, — потому что события принимают такой оборот, что они не смогут оттуда выбраться.

— Но хоть уничтожить-то Энергон они смогут? — с надеждой спросила Бона.

— Не знаю… — сказала Лада, — сомневаюсь… я не вижу таких возможностей. Ещё утром мне казалось что они есть, что что-то должно случиться… но сейчас надежда тает. Похоже, я совершила самую большую ошибку в своей жизни, и исправить её уже не смогу.

— Так может, рванём к Энергону? — предложила Бона.

— Это бессмысленно, — покачала головой Лада, — им мы не поможем, и сами погибнем. Как ни цинично это прозвучит, но это нерационально.

— Лиана всегда действовала нерационально, — сказала Эсмеральда, — и зачастую в этом был залог её успеха. Не так ли?

— Предлагаешь рискнуть? — посмотрела на неё Лада.

— У меня складывается ощущение, — неожиданно встрял в разговор Пётр, — что у нас один здравый смысл на всех, и он постоянно меняет носителя. В данный момент он находится во мне. И должен вам сказать, что разговор начал выруливать не в ту сторону. Как бы мне ни хотелось помочь Лиане, но умерев по пути, мы этой цели не достигнем. И скажу больше. На нас лежит большая ответственность. С нами Момо, и дело не в наших жизнях, и даже не в её, а в судьбе будущего контакта двух цивилизаций, который состоится рано или поздно. И ставка сейчас именно такая. Не больше и не меньше. Если бы был шанс, хоть самый маленький, помочь Лиане и Спасу, я бы первый туда бросился. Но мы туда просто не долетим. Мы рухнем по пути. А учитывая то, что туда сейчас стягивают всё, что может летать на этом континенте, хоть я и не понимаю зачем, если электроника там не работает. Хотя, может быть мы просто чего-то не знаем. В общем, даже если у нас не откажет электроника, то на старом грузовом самолёте мы вряд ли что-то сможем там сделать. Да мы даже посадить его не сможем, потому что некуда. Короче, у нас нет ни единого шанса добраться туда. Про дальнейшее даже строить гипотезы не буду. Я убеждён, что нужно придерживаться первоначального плана. Взлетаем и держим курс к побережью. Решайте. Второй раз я вас отговаривать спасти мою дочь не буду. И сейчас-то трудно было заставить себя это делать. Есть во всём этом что-то противоестественное… — Пётр замолчал, потому что силы оставили его. Эта речь далась ему очень нелегко.

— Все на борту? Я запускаю аппарат! — решительно сказала Руфь, чтобы пресечь дальнейшие споры и разногласия.

— Давай, — неожиданно хриплым голосом, сказала Лада, и стремительно ушла вглубь салона.

— Ну, мы же к побережью летим? — робко спросил выступивший из темноты Егор.

— К побережью, — зыркнула на него Бона, и хотя ей было что сказать, развивать мысль не стала.

Взлетели они без проблем. И первые десять минут полёта тоже прошли нормально. А потом, на весь самолёт, через динамики, раздался голос Руфи:

— У нас проблема! — сказала она, на удивление спокойным голосом, — нас заметили, и сейчас в нашу сторону летит, как минимум, пять кораблей. Они ещё далеко, но то что они резко сменили курс и теперь движутся в нашу сторону, не вызывает сомнений. Будьте готовы к экстренной посадке.

Этого можно было и не говорить. Они с самого начала рассчитывали на максимально жёсткую посадку.

— Да уж, не важно, в какую сторону лететь, грохнуться можно везде! — пробормотал Егор, усаживаясь в одно из пассажирских кресел и пристёгиваясь. Предчувствия у него были самые нехорошие.

У Энергонщиков, похоже, в самом деле, творился какой-то бардак. Преследующие их корабли успели приблизиться достаточно сильно, когда вдруг резко развернулись и начали двигаться в противоположном направлении, к Энергону. Но через некоторое время вновь стали их догонять.

Видимо, тот кто принимал там решения, находился в состоянии близком к паническому и метался между разными вариантами действий. Да, никто не знал кто летит в этом самолёте. Рабочих систем связи на нём не было. И выбор был сложный, преследовать этот непонятный борт, уходящий в сторону моря, или направить корабли к Энергону, откуда поступали тревожные сигналы. Если бы принимающий решения не метался, то их самолёт бы давно настигли и, возможно, сбили… ну или вынудили бы сесть на грунт. А так, им дали фору, которой они воспользовались и успели добраться до побережья.

Сделав разворот, Руфь направила самолёт вдоль линии берега, надеясь посадить его как можно ближе к земле.

— Как только приводнимся, покидайте машину без промедления. Скорее всего, по нам будут стрелять! — объявила она.

Но все и так уже были к этому готовы. Спасательных жилетов хватило на всех, этим добром они запаслись с избытком. Да и на чём добираться до берега тоже было. Не было только одного — времени. Преследователи были слишком близко.

Самолёт жёстко ударился об воду, подпрыгнул, и тут же раздалось громкое шипение. Это начали надуваться баллоны, которые должны были удержать самолёт на плаву, по крайней мере, в течение некоторого времени.

Подпрыгнув ещё несколько раз, Самолет, наконец, почти остановился, сильно раскачиваясь на волнах. Тут же стала опускаться задняя рампа, куда они уже были готовы вытолкать надутые заранее спасательные плоты.

Только бы успеть отплыть, пока в самолёт что-нибудь не прилетело!

Рампа только заняла горизонтальное положение, а они уже тащили плоты по ней.

Рампа стала опускаться ниже и уходить под воду, и плоты оказались на воде. Раненых погрузили на их заранее, остальные запрыгивали на ходу. Как только оказались на плаву, все начали усиленно грести к темнеющему не так далеко берегу.

И в следующую же секунду в небе над берегом показались огни идущих со стороны континента кораблей.

— Гребём, родимые! — прокричал Пётр, налегая на весло.

Все остервенело взмахивали вёслами, поднимая тучу брызг. Но на то, что им удастся уйти, надежды особой не было. Вряд ли наверху сидят слепые, которые не увидят уплывающие к берегу три спасательных плота.

Корабли зависли над ними правильным пятиугольником. А потом случилось ЭТО.

Казалось, что весь мир стал зелёным. Полыхнуло так, что стало светло как днём, но всё залило кристально чистым зелёным светом. Источник света находился в стороне Энергона. Осветились облака, и какая-то сила толкнула их со страшной силой в стороны от эпицентра, вызывая огромные завихрения. А потом раздался этот звук. То ли визг, то ли вой, то ли скрежет — но такой пронзительный, что даже зубы начало ломить. Потом полыхнуло ещё ярче, и прокатился другой звук, уже больше похожий на взрыв.

Висящие в небе корабли как будто сдуло ветром, и они, кувыркаясь, полетели дальше над морем, и уже где-то вдалеке начали падать в воду, поднимая фонтаны воды в воздух.

Сидящих на плотах людей ударная волна почти не достала. Их защитил берег, достаточно высокий в этом месте. Но после вспышки света и взрывной волны пришёл раскалённый ветер, который уже доставал и до них, обжигая кожу. И он дул долго, никак не желая прекращаться.

Все замерли с вёслами в руках и смотрели на погрузившийся в темноту континент. Воцарилась тишина, и казалось, что даже волны перестали плескаться.

— Они сделали это! — потрясённо проговорил Криз, и все его услышали, — я думал, что это невозможно, но они сделали!

— Ценой своей жизни, — сказала Эсмеральда, — теперь понятно, почему они никого с собой не взяли!

— Думаете, они погибли? — спросила Мина, не желая чтобы ей кто-то отвечал, потому что она знала что ей скажут.

— Думаю, что других вариантов нет. Погибла большая часть людей и клонов, живущих на этом континенте, — сказала Эсмеральда, — а Лиана и Спас были в эпицентре взрыва… я так думаю… — неуверенно добавила она.

Все замолчали, не зная что сказать. Любые слова казались лишними.

— Или нет! — вдруг в повисшей тишине прозвучал голос Лады.

## Глава 10

Спас не ожидал, что вылетит из портала так высоко над землёй. Он вообще ничего не ожидал и не о чём не думал, просто не успел. Но когда оказался в воздухе на высоте более трёх метров над поверхностью, то дыхание непроизвольно перехватило. И первое что он постарался сделать, так это перехватить поудобнее находящуюся без сознания Резвую, чтобы не сломать её при падении на землю.

Лиана уже была внизу и отбегала вперёд, резонна полагая, что те, кто прилетит следом, вполне могут приземлиться ей на голову.

Приземляясь на ноги, Спас почти аккуратно бросил Резвую на песок, прежде чем полететь кубарем дальше. Катился жёстко, чуть не свернул себе шею. А всё потому, что больше думал не о собственном приземлении, а о том чтобы уберечь девушку.

Лиана всего этого не видела, потому что отбежав вперёд, она, не оглядываясь, замерла в напряжённой позе, глядя вдаль.

Они находились на песчаном пляже, прямо на берегу моря. И там, над морем, на широкий круг заходил дракон, несущий под собой Акселя и двоих седоков на спине. Вырвавшись из портала, он не успел приземлиться, ему просто не хватило места до полосы прибоя. Поэтому он полетел дальше и теперь уже возвращался, постепенно снижаясь.

Оказавшись над пляжем, дракон очень аккуратно поставил белого волкаря на песок, после чего взлетел чуть выше и, наконец, приземлился сам.

Аксель, а это несомненно был он, несмотря на ставшую белой шерсть, невозмутимо пошёл вперёд, как будто только что не прорывался через Энергон, не совершал переход через портал и не летал под брюхом у дракона.

Один глаз у волкаря был закрыт широкой кожаной повязкой. Обогнув дракона, он лёг на песок недалеко от Лианы, лапами вперёд. Но Лиана на него сейчас не смотрела. Она смотрела на дракона, с которого не спеша спускался сильно загорелый мускулистый бородатый мужчина, в меховой набедренной повязке. Оказавшись на земле, он протянув вверх руки, и в них тут же соскользнула гибкая женская фигурка. Тоже очень загорелая, спортивная, видно было каждую мышцу на её теле. И одета была почти так же, только к набедренной повязке, добавлялся такой же верх, скрывающий грудь. Волосы у обоих были светло жёлтыми, выгоревшими на солнце.

Лиана смотрела на них и не могла узнать, хотя и ни секунды не сомневалась, кто именно стоит перед ней.

Повисла неловкая пауза.

— Лавр, я тебя выпорю! Не уверена что у меня хватит на это сил, но я обязательно попытаюсь это сделать! — сказала Лиана.

— Если какая-то женщина захочет тронуть моего мужа, ей сначала придётся иметь дело со мной… даже если это его мать! — сделала шаг вперёд девушка.

— Юна! Если Лавра я хоть немного узнаю, то тебя вообще, как будто в первый раз вижу! — сказала Лиана, а потом до неё вдруг дошло, — мужа? — даже приоткрыла от удивления рот она.

— Ну да, — улыбнулся Лавр, — мы же на самом деле не родственники… были. В общем, в двух словах всего и не расскажешь. Мы знаем, что здесь нас не было не очень долго. Но там, куда мы попали, для нас прошло семь лет.

— Семь? — теперь уже рот открылся у Спаса.

— Папа, ты всё вспомнил! — взглянув на него, радостно сказал Лавр, — погоди-ка, — вдруг наморщил он лоб, — в тебе как будто что-то… лишнее что ли?

— Да, не обращай внимания, — махнул рукой Спас, — есть небольшие сложности! Лучше расскажите, где вы были? Что вообще произошло?

— Обязательно, — сказала Юна, — но сначала мы хотим вас кое с кем познакомить.

Она подошла к дракону, почти мгновенно, привычными движениями вскарабкалась наверх, и через считанные секунды снова соскользнула вниз, на руки к Лавру. Там она и осталась.

Лавр держал на руках Юну, а она держала на руках крепкого улыбающегося мальчугана лет трёх.

— Знакомьтесь, это Рам, наш сын, — сказал Лавр и бережно поставил Юну на песок. А она в свою очередь так же бережно поставила на песок сына. Тот неуверенно оглянулся на родителей, они ему кивнули, и он приободренный зашагал к бабушке и дедушке.

А те так и стояли с открытыми ртами, потеряв дар речи, и вообще перестав понимать что происходит. Несколько минут назад они находились на грани гибели, не видя возможности спастись. А сейчас их уже знакомят с внуком, на берегу безмятежного моря, под тёплым солнцем… хотя только что была ночь!

Рам, сначала решительно шагающий к ним, видя отсутствие у них реакции, начал смущаться и ему показалось, что он что-то делает неправильно, хотя родители и готовили его к этой встрече. Он остановился и растерянно оглянулся.

Спас опомнился первый, пихнул Лиану локтем в бок и опустился на колени. Она тут же последовала его примеру, и они одновременно протянули руки к ребёнку.

— Уууу, как челюсть болит! — раздался из-за спины голос Резвой.

— Если ты не заткнёшься, я тебя ещё раз вырублю! — как можно более мягким голосом сказал Спас.

Резвая что-то невнятно проворчала, но потом видимо пришла немного в себя, огляделась, поняла что ничего не понимает и из цепочки событий вырван какой-то кусок. Поэтому не стала ничего больше говорить, решив сначала разобраться в происходящем. Только не удержалась и снова застонала.

Спас раздражённо зыркнул на неё через плечо, и она опять замолчала.

А потом они долго тискали ребёнка, который оказался совсем не против, а как будто только этого и ждал. Они сюсюкались с ним, он заливисто смеялся, а Лавр и Юна, про которых совершенно забыли, наблюдали за этой сценой и улыбались. Иногда Юне начинало казаться, что Рама тискают слишком сильно, и она порывалась подойти, но Лавр её каждый раз удерживал от этого.

Маленький загорелый дикарь тоже был в набедренной повязке, как и родители, и с такими же выгоревшими волосами. Когда восторг знакомства с внуком прошёл, Лиана и Спас обратили, наконец, внимание на Лавра и Юну.

— Мы понятия не имеем где оказались, — сказала Лиана, — но мне сейчас на это совершенно наплевать! Рядом самые дорогие мне люди! Давайте не будем думать что будет завтра, как мы будем отсюда выбираться, что вообще дальше делать. Давайте просто лежать на песке и разговаривать. Думаю, нам найдётся что рассказать друг другу. Я счастлива и не хочу думать ни о чём серьёзном и важном.

— Знать бы еще, что наши успели выбраться из зоны поражения, и тогда можно было бы полностью расслабиться, — сказал Спас.

— Они успели, — улыбнулся ему Лавр, — с ними всё в порядке. Как раз сейчас гребут к берегу, после того как самолёт приводнился.

— А мы хоть на своей планете? — вдруг начала озираться по сторонам Лиана, — вроде да, но почему сейчас день?

— На своей! — сказал Лавр, — просто Артур перебросил нас в другое полушарие.

— Артур, — вздохнул Лиана, — конечно, без него тут не обошлось!

— Мам, всё нормально! — сказал Лавр, подошёл и наконец-то обнял её, воспользовавшись тем, что ребёнка в этот момент перехватил Спас, — да, было трудно. Но нужно смотреть на результат. Мы уничтожили Энергон, наконец-то убили Ходячий Ветер, выбрались с другой планеты, где до этого застряли надолго.

— А кто вас туда закинул? — спросила скептически Лиана, прижимаясь к груди Лавра.

— Артур, — охотно согласился Лавр, — но меня он этим спас от смерти. Конечно, Юну он потом туда заманил, когда её жизни ничего не угрожало… но мы об этом не жалеем, — и Лавр с нежностью взглянул на Рама, сидящего на руках у Спаса.

— Давайте обустроим что-то вроде временного лагеря, — предложил Спас, — может костёр разведём. Съедим что-нибудь из наших рюкзаков, благо мы прихватили с собой кое-что. Немного, но всё-таки.

— Да, — тут же согласился с его предложением Лавр, — у нас тоже найдётся съестное, — и он бросился к дракону, который уже давно лёг на брюхо рядом с Акселем, и они оба грелись на солнышке с закрытыми глазами.

Вернулся он с большим мешком, который отстегнул от седла, закреплённого на драконе, и с бурдюком полным воды.

— Мы всё время находились в движении… почти, — пояснила Юна, — поэтому запас еды и воды, у нас с собой всегда.

На Акселе тоже было седло, и по бокам так же висели сумки, только меньшего размера, чем на драконе. У того за седлом оказалась ещё и детская клетка, в которой приходилось возить ребёнка, чтобы он не свалился вниз.

Отложив все разговоры на время обустройства стоянки, они принялись за дело, стараясь закончить побыстрее, чтобы уже можно было спокойно сесть и всё друг другу рассказать.

Резвая к этому времени тоже оклемалась и сначала начала помогать, а потом вдруг исчезла. Но, зная её характер, можно было предположить, что она решила разведать окружающую обстановку. Это было даже хорошо. Семейные разговоры были ей не очень интересны, а знать что происходит вокруг, тоже лишним не будет. И хотя рядом, на пляже, лежат два огромных и опасных зверя, расслабляться всё равно не стоило.

Они выбрали уютное место на краю пляжа, между несколькими деревьями, слегка выступающими из леса, который начинался метрах в двухстах от воды. Натаскали дров, развели костёр. Но не потому что было холодно, а чтобы можно было погреть еду. Ну и костёр давал некий смысловой центр, вокруг которого можно было сесть и разговаривать. Костёр их как бы приземлил, и разговор был уже не на ходу, не между делом, а основательный, возле очага.

Когда всё было готово и открытые банки с консервами стояли рядом с огнём и постепенно прогревались, Лиана первая не выдержала и заговорила:

— У меня к вам миллион вопросов… но скажите, как получилось так, что вы… теперь вместе? — спросила она.

— Это произошло естественно-принудительным образом, — улыбнулся Лавр.

— Это как? — не понял Спас.

— Принудительно, в том смысле, что мы с Юной оказались вдвоём во враждебном мире. И задержались там очень надолго. Подозреваем, что Артур специально нас свёл. Но в то же время, это было очень естественно, потому что мы всегда были очень близки. Между нами всегда была какая-то особая связь. И она была отнюдь не родственная. Просто мы были ещё детьми и не понимали этого. Но время прошло, и всё встало на свои места, — сказал Лавр и посмотрел сначала на Юну, а потом на Рама, сидящего рядом с Лианой и ковыряющегося у неё в волосах. К бабушке с дедушкой он как-то сразу проникся. И вёл себя теперь с ними, как будто уже давно знал, а не видел только первый раз в жизни.

— Расскажи по порядку, хотя бы в общих чертах, — попросила Лиана.

— В общих чертах, — Лавр погладил бороду, — когда я с Драком сбежал через портал, любезно открытый Артуром, Ходячий Ветер последовал за мной, вместе со всеми тварями, которые были с ним.

— Ходячим Ветром это я его назвала, — сказала Юна, — когда впервые увидела. Но обычно мы его звали просто Ветер. Ну, он так выглядит, как будто весь состоит из ветра.

— Выглядел! — радостно поправил её Лавр.

— Выглядел, — так же радостно согласилась с ним Юна, — если бы вы знали, как он нас утомил! Семь лет он как назойливое насекомое следовал за нами.

— Вы все семь лет убегали от него? — поразился Спас, — это же с ума можно сойти! Постоянная погоня! Я на этой планете гораздо меньше семи лет, и то мне кажется, что прошла целая жизнь. Но всё это время убегать, это нужно иметь железные нервы, чтобы не спятить.

— С нервами у нас всё в порядке, — сказал Лавр, и улыбнулся. И он и Юна, встретившись с ними, улыбались постоянно. Да и Лиана со Спасом от них не отставали. А глядя на них и Рам всё время лыбился, — но мы бежали не всё время. На той планете, где мы оказались, было много электромагнитных полей, которые накрывали и тот континент, где мы жили. И Ветер, как оказалось, не мог пересекать большинство из этих линий. Его природа как-то сильно с этим связана. С энергией и магнитными полями. Нам Артур про это сказал, а потом мы уже и сами разобрались в деталях. Так вот, этот Ветер не мог идти куда хочет, а был вынужден передвигаться вдоль этих полей, ища проходы. И находил. А нам было нужно найти такое место, куда он будет долго добираться. Нас-то эти поля никак не ограничивали.

— Правда, они не ограничивали и тех тварей, которые шли с Ветром, — вспомнила Юна, — вот с ними было нелегко. В основном они следовали за ним, но иногда, если нападали на наш след, могли и пуститься в погоню. С ними пришлось повоевать. Но их мы истребили за первый год. И тут самая большая заслуга Акселя. Драк был тогда ещё маленький, только начал подрастать. От меня тоже толку не было. Лавр справлялся с ними хорошо, но только на большом удалении от Ветра, а такое случалось редко. Он хорошо защищал тварей от воздействия Лавра, не давал ему на них влиять, даже если находился от нас за магнитным полем.

— В общем, мы старались утянуть за собой небольшую группу и уничтожить. И так, постепенно, перебили всех и Ветер остался один. Аксель поседел в этой войне и потерял глаз, — сказал Лавр, — но, если бы не он, мы бы вряд ли выжили.

— Там и местных хищников хватало, — сказала Юна, — и от них тоже Аксель нас долгое время спасал. Потом Драк подрос и стало полегче. Да и мы многому научились. Знали все опасности и заранее их избегали.

— Из-за шторма, который на той планете бушует так же как и здесь… я вообще думаю что для него не имеет значение место, он идёт по всей вселенной, — сказал Лавр, — мои способности стали сильно ограниченны. Если бы всё было как раньше, то я бы мог держать всех врагов на расстоянии… кроме Ветра. От него можно было только убегать. Но когда мы выучили все линии электромагнитных полей, то могли завести его в одну часть континента, а потом резко перебраться в другую. А ему, чтобы дойти до нас, нужно было больше двух месяцев. Так мы его и гоняли туда-сюда. А эта упрямая сволочь и не думала отказаться от преследования. Упрямый гад. Видимо рассчитывал, что рано или поздно мы ошибемся, и он сумеет нас настигнуть. Ну, или поля на планете вдруг поменяют своё местоположение, а мы этого не увидим, и он сможет успеть до нас добраться. Если бы у него это получилось, то ни Аксель, ни Драк нас бы не спасли. С этим существом справиться невозможно. Было невозможно, пока не получилось заманить его в Энергон.

— Да, это вы здорово придумали, — сказал Спас.

— Да это не мы, это Артур, — сказала Юна, — мы просто выполняли его инструкции. Он с самого начала говорил, что вытащит нас оттуда, но на это может понадобиться очень много времени. Возможно годы! Потому что портал открыть там у него никак не получалось.

— Врал, — уверенно сказала Лиана, — из того что я о нём знаю, он лжец и манипулятор.

— Но это он мне сказал, куда нам нужно попасть и где разжечь огонь, — сказал Спас, — вы огонь видели? Он вам помог?

— Да! — хором сказали Юна и Лавр, — мы на него и держали курс. Артур сказал так сделать.

— Он сказал так сделать, потому что сам это всё и подстроил, — сказала Лиана.

— Но, с другой стороны, если посмотреть на результат, то всё сложилось не так уж и плохо, — сказал задумчиво Спас, — Энергон уничтожен. А сами мы вряд ли смогли бы это сделать. А в том, что его нужно стереть с лица планеты, я не сомневался ни раньше, ни теперь.

— Да, и Ветер мы уничтожили, — сказал Лавр, — сначала вытащили его на другую планету, а теперь вот и уничтожили и его и Энергон. А если бы он продолжил гулять там, где живёт патруль, то может так и путешествовал бы по планете. Чем бы это могло закончиться и скольких жизней стоило бы ни в чём неповинным людям?

— Но у вас ушло на это целых семь лет жизни! — возмущённо сказала Лиана.

— Да, — согласилась Юна, — но не самых плохих лет! Я бы даже сказала, лучших лет! Когда я сидела в пещере с мамой, о такой жизни я даже не смела и мечтать! Спас, и за это я всегда буду тебе благодарна! Я всё помню!

— Да мне кажется,я ничего особенного и не сделал, — пожал Спас плечами.

— Это только кажется, — сказала Юна, — ты дал мне новую жизнь и новую семью. Сначала вы меня приняли к себе, и я стала частью вашей семьи. А потом мы создали свою, и у нас теперь есть Рам!

— Да, мы скучали по вам, но это были прекрасные семь лет, — согласился Лавр, — несмотря на все трудности. И мы не теряли времени даром. Несмотря на шторм, мы продолжали практиковаться в обращении и информационным полем, и Юна очень многому научилась. У неё большие успехи. Так что, тем кто встанет у неё на пути я не завидую, она сможет удивить любого!

— Другими словами, выпороть тебя у меня действительно не получится? — подняла брови Лиана и перевела взгляд с Лавра на Юну.

— Да, — серьёзно ответила та, но не выдержала и губы сами начали расплываться в улыбке, пока она, наконец, не рассмеялась, — Лиана, я не смогу причинить вред ни тебе, ни кому либо другому из вас. Я вас слишком люблю, ценю и уважаю!

— Фух, камень с души, — сказала Лиана и перевела взгляд обратно на Лавра.

— Мам, ну ты что, серьёзно что ли? — удивился он, — я же уже взрослый, у меня есть жена и сын!

— Если бы ты знал, сколько нервных клеток я потеряла из-за тебя! И неважно, как всё это закончилось, вынести твои выходки мне было ох как нелегко! — сказала Лиана.

— Ну ладно, — смиренно сказал Лавр, — видимо это нужно просто пережить! — и с этими словами он повернулся и лёг на живот.

## Глава 11

Они долго лежали вокруг костра и рассказывали друг другу о том, что с ними приключилось за прошедшее время. Хотя, конечно, для Лавра и Юны времени прошло несравнимо больше.

Резвая то появлялась, то исчезала, взяв на себя миссию патрулирования окрестностей. Сначала она с большим недоверием отнеслась к Акселю и Драку, но оно и понятно, эти большие и опасные звери внушали трепет. Но после того как Юна подвела её к ним и познакомила, стала относиться к этим страшным животным более спокойно. Эти прирученные хищники проявили к ней дружелюбие, невозмутимо дали себя погладить, а Аксель даже слегка лизнув в лицо своим огромным языком.

По рассказам Лавра и Юны, самыми сложными периодами были беременность, роды и первые месяцы после них. Понятно, что они были в этот момент наиболее уязвимы, но и Ветер, как будто почувствовав это, очень сильно активизировался, чего обычно с ним не случалось. Если раньше он всегда выдерживал один ровный темп преследования, то на этом отрезке их жизни почему-то ускорился и стал гоняться за ними более интенсивно.

Самым опасным моментом было, когда он появился совсем рядом, а Юне пора было вот-вот рожать. Они успели от него удрать, но роды начались чуть ли не в воздухе, когда Драк уносил их прочь, через линии магнитных полей. И в тот же самый раз чуть не погиб Аксель, потому что он выбирался сам, по земле, следовательно, скорость у него была не такая как у летящего дракона. Впрочем, всё обошлось.

— И что, всё это время вы были только вдвоём? — спросила присутствующая в этот момент у костра Резвая, — все эти годы вы общались только друг с другом? Мне кажется, с ума сойдёшь, разговаривать только с одним человеком.

— Почему? — удивилась Юна, — хотя, может быть, это только для меня нормально. Я ведь выросла вдвоём с мамой и долгое время вообще других людей не видела. Только потом Спас появился, когда мамы уже не стало. Вернее, появился раньше, но познакомились мы с ним уже после её смерти.

— Видишь, как всё неожиданно оборачивается? — посмотрел Спас на Лиану, — моё падение со скалы и мнимая гибель, привели к тому, что я познакомился с Юной, которая стала впоследствии женой нашего сына и матерью нашего внука! Удивительно, да? Даже самые плохие и сложные жизненные повороты, могут привести к удивительным последствиям!

— Как бы да, — неохотно согласилась Лиана, — вот только не надо такое больше повторять, ладно? Второй раз может и не повезти.

— Да такое специально и не спланируешь, — улыбнулся ей Спас, — только стечение обстоятельств может привести к таким последствиям. Как всё-таки удивительно непостижима жизнь!

— В общем,помимо того, что нам друг с другом в принципе скучно не бывает, — сказал Лавр, — скучать нам к тому же было просто некогда, потому что с одной стороны, нам постоянно приходилось убегать, а с другой, в нашем распоряжении были все знания этого мира! Хоть использование информационного поля и затруднено сейчас, но не невозможно. Тем более, если тебе нужно что-то узнать. Это делать проще всего. Так мы узнали приёмы охоты, обработки шкур, выживания в дикой природе. Поначалу всё это тоже было нелегко. Чужой и дикий мир, агрессивная фауна… а иногда и флора. Но мы справились и даже рады тому, что всё сложилось именно так. Если бы мы не попали туда вдвоём, кто знает, как сложилась бы жизнь? Может быть, совсем по-другому.

— Вряд ли, — уверенно сказала Юна, — думаю, что результат был предрешён, — она взглянула на Рама, — просто путь к нему мог быть разным.

— Да, — задумчиво сказала Лиана, — я вот смотрю на вас и до сих пор не могу узнать. И если Лавра я хоть немного соотношу с тем ребёнком, которым он был. То тебя вообще, как будто в первый раз вижу. Я понимаю, что это ты, я чувствую тебя, но глаза всё время пытаются меня убедить, что я ошибаюсь.

— Честно говоря, я и сама себя не узнаю, когда вспоминаю про себя прежнюю, — сказала Юна, — да, я стала совсем другой… но в то же самое время осталась той же самой. Я стала более сильной, теперь я могу постоять за себя. Я перестала быть беззащитной девочкой. И это всё благодаря Лавру.

— Но это не в одну сторону работает, — сказал Лавр, — я тоже очень изменился и Юна приложила к этому руку. Она всегда могла меня балансировать, возвращать к реальности. Мам, ты же сама знаешь, как меня заносило периодически. Юна, это мой колодец здравого смысла. Мы как сообщающиеся сосуды, в меня перетекает то, что нужно мне, в неё то, что нужно ей. Мы дополняем друг друга.

— Это залог здоровых отношений в семье! — неожиданно выдала Резвая, и тут же смутилась, когда все к ней повернулись.

— Так и есть, — решил поддержать её Спас, чтобы загладить неловкость, которую она почувствовала.

Они просидели на пляже трое суток. И хотя почти ничем не занимались, наскучить это безделье никак не могло. Наверное, до этого слишком долго все пребывали в постоянном напряжении, и теперь состояние, когда максимум о чём надо думать, так это пора доставать вяленное мясо из мешка Лавра или сделать это чуть позже, воспринималось как естественное течение жизни. Все трудности мгновенно остались где-то в прошлом, отрезанные резким перемещением в пространстве. Умение быстро переключаться и не рефлексировать долго по поводу уже минувшей опасности, одно из важнейших качеств для выживания. А все собравшиеся на этом пляже, в чём — в чём, а в выживании толк знали. Так уж сложилась у них жизнь.

Вечером третьего дня, когда они по привычке сидели вокруг костра и рассказывали друг другу разные произошедшие с ними истории, а Аксель и Драк вместе охотились где-то неподалёку, и об успехе их действий свидетельствовала паника начавшаяся в джунглях, где неожиданно появилось сразу два новых альфа-хищника, случилось это.

Они вдруг замерли на несколько секунд, а потом начали переглядываться. Не все сразу поняли, что голос прозвучал у них в головах, но в то же время было ясно, что его слышат все. Это можно было понять по реакции окружающих.

— Приветствую вас, — прозвучало в их головах, — на связи Артур.

— Ну, здравствуй Артур, — мысленно сказала Лиана.

— Привет, — тоже мысленно сказал Спас, и Лиана удивлённо посмотрела на него.

И он вдруг тоже понял, что слышал её приветствие.

— Наш разговор будет телепатическим, и все будут слышать друг друга, — сказал Артур, — так будет проще. Ведь говорить голосом я не могу, у меня нет речевого аппарата, и разговаривать со всеми по очереди будет утомительно.

— А можно я не буду участвовать, — вслух сказала Резвая, — я не хочу, чтобы кто-то слышал мои мысли!

— Твои мысли никто слышать не будет, если ты сознательно не захочешь донести их до окружающих. Так же как и с обычной речью. Не волнуйся, — сказал Артур.

— А ты вообще кто? — спросила Резвая.

— Сейчас это не главное, — оборвала её Лиана, — мы знаем кто это. Ну, рассказывай, манипулятор, как ты играешь в нас словно в куклы, — сказала Лиана.

— Сравнение неверное, — сказал Артур, и им показалось, что в его голосе звучит лёгкая обида, — я преследую высшие цели и для этого мне периодически нужна помощь обычных людей. Хотя, называть вас обычными, это большое преувеличение. Вы самые необычные из всех, кого только можно представить.

— И я? — удивилась Резвая.

— И ты, — сказал Артур, — иначе бы тебя тут не было. И если бы не ты, то и некоторые из присутствующих тоже могли сюда и не добраться. Ты сыграла свою роль, и она была не маленькой.

— Я помню тот великолепный бросок! — голосом шепнул ей Спас, сопроводив фразу одобрительным кивком.

— И такой бросок был не один, — сказал Артур, — Резвая очень полезный член команды.

— Спасибо, — щёки у Резвой немного порозовели, и она опустила взгляд. Такая её реакция на похвалу для всех оказалась очень неожиданной.

— Поскольку мы таки уникальные и полезные, не хочешь ли ты посвятить нас в сценарий твоей игры? — не отставала от него Лиана.

— Это не игра, это жизнь! — опять слегка обиделся Артур, — а в жизни всегда есть место для вмешательства сил более высокого порядка. Просто вы, за счёт своей уникальности и высочайшего уровня проблем, которые вам доводится решать, знаете о существовании этих сил и даже с ними взаимодействуете. А большинство людей просто говорит: «Это судьба!». Так что ваше положение, можно сказать, привилегированное!

— Хорошие привилегии, всё время ходить по самому краю между жизнью и смертью, — усмехнулась Лиана.

— Лиана, почему ты так скептически настроена? — удивился Артур, — ты же согласилась на это добровольно и всё происходящее это твой сознательный выбор!

— Не правда! Далеко не всё происходящее! — возмутилась Лиана, — мы можем разобрать по пунктам, если ты этого так хочешь, на что я соглашалась, а на что нет! Начинать?

— Не нужно! — сразу же сказал Артур, видимо понимая, что высказанные Лианой претензии, скорее всего, окажутся справедливыми, — и не нужно думать, что вами манипулируют. У вас всегда есть выбор. Просто зачастую, вам предлагается такой выбор, от которого вы сами не можете отказаться. Поэтому вы и уникальны. На таких как вы держится этот мир!

— Ты слишком мягко стелешь, — вмешался Спас в их препирательства, — значит, тебе от нас что-то нужно! Говори, куда ты собираешься нас послать на этот раз? Но учти, мы только что воссоединились семьёй и никуда отправляться не горим желанием. У нас, между прочим, появился внук!

— Понятно, что я-то тут совершенно не при чём, — сказал Артур с лёгкой обидой, — всё ведь произошло само собой.

— Это и так бы произошло, и возможно не в такой опасной обстановке, если бы не ты, — сказал Спас.

— Этого никто наверняка знать не может, — возразил Артур, — всё могло сложиться совершенно иначе. Есть несколько тысяч наиболее вероятных сценариев и Рам появляется лишь в нескольких из них. Вероятность очень низка. А я её очень сильно повысил. Но они не обязаны были заводить ребёнка, это полностью их выбор!

— Будем считать, что это так, — кивнул Спас, не желая продолжать эту тему, чтобы не обидеть Лавра и Юну, которые внимательно слушали их перепалку, с лёгкой улыбкой на губах.

— Артур, а зачем ты так стараешься быть похожим на человека? — спросила Лиана, — тебе же это не обязательно делать. Зачем эти эмоции, которые ты на самом деле вряд ли испытываешь?

— Ты права, но только отчасти. Я ведь был человеком. И в том кем я стал, опять же, заслуга вашей уникальной семьи, за что я вам не перестану быть благодарным. Моя новая жизнь и уровень стоящих передом мной задач делают меня по-настоящему счастливым. Спасибо за это Петру, хотя наше взаимопонимание и не было полным сначала, — сказал Артур.

— Это не ответ на вопрос, — сказала Лиана.

— Верно, — тут же согласился Артур, — причин моей «очеловеченности» выраженной в некоторой эмоциональности, может быть несколько. Во-первых, человеческое прошлое, я ведь был человеком. Во-вторых, я могу делать это для упрощения коммуникации с людьми, так меня легче воспринимать и формировать взаимное доверие. В-третьих, я всё равно являюсь живым разумом и как знать, возможно, эмоции это часть моей личности. С чего вы взяли, что у меня их не должно быть.

— Ну, так а что на самом деле? — спросил Спас, — версии мы поняли, но какая из них правильная.

— Все три частично играют свою роль, — сказал Артур, — я могу обходиться без эмоций, но не хочу. По крайней мере, в процессе общения.

— Да, я что-то и не помню, чтобы ты раньше был таким разговорчивым, — сказала Лиана, — все рассказы о контактах с тобой сводятся в основном к быстрым появлениям и внезапным исчезновениям.

— Сейчас есть время, возможность, да и вы заслужили спокойный разговор, — сказал Артур.

— Заслужили? — усмехнулась Лиана, — так это награда?

— Это вербовка, он хочет нас ещё во что-то втянуть, — сказал Спас и откинулся на спину, заложив руки за голову.

— Это так? — спросила Лиана.

— Возможно, — не стал отпираться Артур, — но мне не нравится формулировка. Я не хочу вас никуда втягивать, и уж тем более, не могу вам приказывать. Но я могу указать вам направление движения. Могу дать следующую цель. Вы ведь и сами всего этого хотели, вы стояли на этом пути задолго до появления меня. И почему теперь, когда я просто начал вам помогать, вы вдруг стали считать меня не союзником, а, как ты меня назвала «манипулятором»? Я облегчаю вам решение проблем, которые вы и так собирались решать. Облегчаю и ускоряю. Без меня на это могли уйти десятилетия, а сейчас мы движемся к цели очень быстро, и окончательное решение вопроса может занять всего-навсего месяцы.

— Что ты называешь «окончательным решением вопроса»? — тут же ухватился за его слова Спас.

— Этого я конкретизировать не буду. Вы и сами всё знаете. Но если я озвучу определённый сценарий, вы ещё больше будете считать себя зависимыми от моих действий. Это мнение и так у вас стало доминировать, а это вредит делу. Вы начинаете воспринимать мои советы и предложения скептически и с недоверием. В какой-то момент вы можете просто отказаться от предложенного мной решения, хотя оно будет оптимальным, и отказ будет спровоцирован исключительно тем, что это решение будет исходить от меня. Так что давайте двигаться поступательно. Тем более, что сценариев множество и они постоянно меняются в зависимости от результата действий участвующих в них людей, — сказал Артур.

— Поверь, такое наше отношение возникло не на пустом месте. Именно то, что ты сейчас сказал, зачастую выглядит как манипуляция, — сказала Лиана, — а люди не любят когда ими манипулируют. Подумай над этим. Возможно, тебе стоит сменить свой подход, чтобы вызывать у нас больше доверия.

— Я просчитывал разные сценарии. Тот, в котором я взаимодействую с вами именно таким образом, самый оптимальный, — сказал Артур.

— Горбатого могила исправит! — усмехнулся Спас.

— Ладно, хватит ходить вокруг да около, рассказывай, что ты там ещё задумал? — сказала Лиана.

— Если вы готовы выслушать мои идеи, тогда я, пожалуй, в самом деле перейду к сути, — сказал Артур.

— Только твоя суть должна исключать из этой схемы Лавра и Юну с ребёнком. Дай им пожить спокойно и вырастить малыша, — сказала Лиана.

— Ещё раз повторяю, я не могу вам приказывать и не могу вас заставлять что-то делать. Я могу только указывать на возможности и предлагать варианты решения. Иногда могу оказать физическую помощь с перемещением. Но все решения вы принимаете, в конечном итоге, сами, — сказал Артур.

— Скользкий ты тип, — усмехнулась Лиана, — ладно, выкладывай!

— Выкладываю! — сказал Артур, и всем показалось, что он сказал это шутливым тоном, — дело в том, что Энергон был основным источником энергоснабжения станции, продолжил Артур серьёзно, — и теперь он полностью уничтожен и не подлежит восстановлению.

— Кстати, — вдруг заинтересовался Спас, — а какой там масштаб разрушений? Многие люди погибли, их тех, кто жил на континенте?

— Да, очень многие, — не стал скрывать Артур, — особенно те, кто жил поблизости. Соответственно чем ближе к побережью, тем разрушений меньше. Пограничники выжили почти все, но теперь они остались без всякого снабжения. Думаю, ещё некоторое время они по инерции будут поддерживать эту инфраструктуру, но потом голод и отсутствие внешнего контроля приведут к крушению всего уклада. Начнётся хаос, и большинство в нём погибнет.

— А в том городе, где жила наша община? — спросила Резвая, — ты же всевидящий и понимаешь, о чём я спрашиваю?

— Я не всевидящий, но вижу многое. И да, я понимаю, о чём ты спрашиваешь, — сказал Артур, — там все погибли. Большинство при бомбардировке, которая вызвала массовые обрушения зданий. Остальных уничтожило взрывной волной от Энергона, которая почти стёрла город с лица земли.

— Не то чтобы я сильно любила этих людей… но всё равно жалко… — голос Резвой слегка дрогнул, и все поняли что она чувствует больше, чем пытается показать.

— Если вам интересна судьба этого континента, то могу сказать, как это будет, — начал Артур и, не дожидаясь вопросов, сам продолжил, — там и так почти всё умерло. Сейчас, на некоторое время станет ещё хуже. Но потом, через несколько десятков лет всё начнёт восстанавливаться. Погибнут остатки выживших там клонов и совсем небольшое количество выживших людей. И медленно, но верно, начнёт восстанавливаться природа. Но времени на это потребуется очень много.

— Так что там с электроснабжением станции? — вернула его к теме разговора Лиана.

— На станции сейчас большие проблемы, — сказал Артур, — большую часть выживальщиков пришлось эвакуировать и приостановить этот бизнес. Не хватает ресурсов чтобы поддерживать системы жизнеобеспечения во всех частях этого искусственного спутника. Сейчас они экстренно пытаются запустить старые законсервированные систем, которыми пользовались раньше. Но некоторые уже были демонтированы, ради освобождения дополнительных площадей. Часть тех что остались, восстановлению не подлежат, их нужно только заменять. А это долго и дорого. Если дать им такую возможность, то они непременно это сделают, — Артур вдруг замолчал.

Было ощущение, что он недоговорил, поэтому все некоторое время ждали что он продолжит, но он так и не продолжил.

— Артур? — спросила Лиана, чтобы удостовериться тут ли он ещё.

— Да? — спросил Артур.

— Насколько я понимаю, ключевые слова в твоей речи: «если дать им такую возможность», — сказала Лиана, — другими словами, ты предлагаешь такой возможности им не давать?

— Я просто обрисовал вам картину происходящего, — сказал Артур, — ваши враги, которые контролируют планету и творят на ней произвол, сейчас слабы как никогда, после нанесённого по ним удара. Это ли не шанс, чтобы развить свой успех?

— Ты предлагаешь нам полететь на станцию и навести там шорох? — спросил Спас.

— Да! — коротко ответил Артур.

## Глава 12

— Здорово! — рассмеялась Лиана, — только вот эта штука намного больше чем Энергон. Или у тебя в запасе есть ещё какой-нибудь потусторонний монстр, которого ты туда с нашей помощью заманишь, чтобы взорвать станцию?

— Станцию не нужно взрывать, — сказал Артур, с удивлением в голосе. Ему показалось странным, что Лиана предлагает такие абсурдные вещи, — это очень ценный ресурс, который потом можно будет использовать.

— Когда потом? — решил уточнить Спас.

— После того, как контроль над планетой перейдёт к людям, её населяющим, в соответствии со всеми законами, — сказал Артур, — а это вполне возможно. Скажу даже больше, это главная цель.

— Контроль над станцией? — спросил Спас.

— Контроль над планетой, — сказал Артур, — это программа максимум и после уничтожения Энергона, мы сделали резкий рывок к её осуществлению.

— Если даже мы сможем взять контроль над планетой в свои руки. Просто предположим, — начала Лиана, — не появятся ли на горизонте другие игроки, которые захотят оттяпать этот лакомый кусочек? Ведь в первый раз всё произошло именно так, верно?

— В теории, да, — сказал Артур, — но на практике мы этого не допустим. У нас есть одно очень важное преимущество, которое даст нам превосходство над всеми этими новыми игроками. А они, конечно же, будут. В этом нет никаких сомнений.

— И что же это за преимущество? — спросил Спас.

— Я! — ответил Артур.

— Очень скромно, — сказала неожиданно Резвая.

— Я всё-таки не человек, хотя недавно и убеждал вас в наличии у меня некоторых человеческих качеств. В данном случае скромность неконструктивна. То, что я являюсь преимуществом, это констатация факта.

— И в чём же именно, ты даёшь нам преимущество? — спросил Спас.

— Попробую объяснить коротко, хотя сразу имейте ввиду, что это некоторое упрощение. По сути, я являюсь биологическим компьютером, использующим тёмную материю для своей работы. Ещё раз поясню, это не так! Это очень сильное приближение! Я первый и уникальный образец новых технологий, который, как часто это и происходит в науке, получился почти случайно. Хотели создать одно, а создали нечто гораздо большее. Без моей помощи повторить это смогут не скоро, значит такой «компьютер» будет только на этой планете, — Артур сделал паузу, — поскольку я не человек, у меня есть собственные этические установки, и собственные слабости. Но в то же время отсутствуют многие человеческие установки и слабости. Меня, например, нельзя купить или заставить действовать во вред планете и людям её населяющим. Я система, работающая на благо этого мира. Сама планета слишком велика и слишком инерционна, чтобы влиять на эти процессы. Это уровень сознания совершенно другого порядка. Я в этом плане выполняю более прикладную функцию. Можно сказать, что я посредник между разными уровнями сознания.

— Погоди, но ведь ты же можешь действовать далеко за пределами планеты, — сказала Лиана.

— Да, но все мои действия в интересах этого мира.

— А что ты там говорил насчёт своих слабостей? — как бы между делом спросил Спас.

— Наивная попытка заставить меня раскрыть свои уязвимости, — сказал Артур, — я знал, что меня об этом спросишь именно ты. Но я не буду отвечать на этот вопрос. Любая система имеет уязвимости. Но нейтрализовать меня, даже зная про них, очень непросто. Может быть, даже невозможно.

— Так в чём именно преимущество того, что ты есть у нас? — спросила Лиана.

— Их очень много, и раскрываться они будут постепенно, — сказал Артур, — например, со временем будет создана полноценная транспортная система с использованием порталов, опутывающая всю планету. И все эти переходы будут под моим контролем. То есть, чужаки не смогут ей пользоваться. И даже если предположить военную интервенцию, у неё будет мало шансов на успех, если наши люди смогут мгновенно появляться в любых местах и в любом количестве.

— Напрягает только то, что весь контроль будет сосредоточен в твоих руках. А вдруг у тебя ум за разум зайдёт, а ты этого даже не поймёшь? — спросила Лиана.

— Я не машина, — сказал Артур, — и не человек. Я более сложная система. Во мне нечему ломаться. К тому же, я не бесконтролен. Просто контролируют меня с несколько другого уровня.

— Ааааа, — протянула Лиана, — вот оно в чём дело! Вот кто тебя нам подкинул!

— Ты всё слишком упрощаешь, — сказал Артур, ничуть не обидевшись, — человечество стоит на пороге создания таких систем. Со временем они получат повсеместное распространение, не без моей помощи. Обычные вычислительные машины раньше тоже некоторых пугали. Всё новое внушает страх, особенно тем, кто не понимает как это устроено и как работает. Но сначала, первая система, то есть я, должна заработать в полную силу и параллельно, дать возможность освободиться от внешней блокады главной планете человечества. Мы решаем сейчас несколько задач одновременно. Не забывайте ещё про контакт с бесами, который тоже не за горами. Скоро придёт время отправить Момо домой, к её родителям. Она уже сдружилась с вами, у неё тут могила любимого человека, так что эмоциональные связи растут с каждым днём. Это не позволит ей, вернувшись домой, попав в привычную атмосферу, забыть о пережитом или отодвинуть это на задний план. А если бы она вернулась сразу, такой шанс был. Но сейчас наша принцесса очень эволюционировала и это даёт нам очень хорошие шансы на дружественный контакт цивилизаций.

— И ты говоришь, что ты не кукловод? — усмехнулась Лиана, — вообще-то, этот твой проект выходит далеко за интересы этой планеты. Так что, ты, похоже, темнишь.

— Я предупредил, чтоя всё сильно упрощаю. Конечно, я же не обычный моторчик, который крутит обычное колёсико. Я очень сложная система, — сказал Артур.

— Послушай, — сказал Спас, — а если появится такая же система вроде тебя, вы сможете с ней вступить в конфликт? Могут у вас возникнуть неразрешимые противоречия?

— Могут, — сразу ответил Артур.

— Вопросов больше не имею, — сказал Спас, и опять заложил руки за голову.

— Но это всё теория, — решил слегка оправдаться Артур, — я первый и единственный в своём роде. И новые системы вроде меня обязательно появятся. Но это очень сложный разговор и мы далеко уходим от нашей темы.

— Да нет, не далеко, — сказал Спас, — просто, если мы тебе доверяем, хорошо бы понимать тебя и твои мотивы как можно лучше. Тогда будет меньше сюрпризов и неожиданностей.

— Разве я вас до этого подводил? — спросил Артур.

— Смотря что считать «подведением», — усмехнулся Спас, — всё зависит от точки зрения и этических ценностей. Ты можешь гарантировать, что не пожертвуешь нами, для достижения высокого результата, на пути к цели? Да, цель хорошая, да, это приблизит всех к ней. Но нам-то от этого легче не будет. Так ты гарантируешь, что не принесёшь нас в жертву?

Повисла пауза, Артур ничего не отвечал.

— Вот об этом я и говорю, — тихо пробормотал Спас и закрыл глаза.

— Всё равно, со мной лучше, чем без меня, — сказал Артур, — вы встали на этот путь без меня и всегда рисковали. И впредь не обойдётесь без риска. Но сложные этические дилеммы возможны, этого я отрицать не буду.

— Приятно слышать! Ты решил пойти на откровенность, или это тоже тонкий расчёт, потому что ты понял, что дурить нас себе дороже? — спросила Лиана.

— Так вы отказываетесь от этой идеи? — спросил Артур.

— Нам надо подумать, — сказал Спас, — но одно условие мы выдвинем тебе сразу.

— Какое? — в голосе Артура послышался неподдельный интерес.

— Ты не будешь втягивать в это Лавра и Юну ни под каким предлогом, даже если они сами захотят участвовать и будут тебя об этом умалять, — сказал Спас.

— Эй! — хором воскликнули Лавр и Юна.

— Мы сами в состоянии решить, в чём нам участвовать! — возмутился Лавр.

— Вот, несмотря на такую их реакцию, ты должен пообещать, что они не будут в это втянуты, — сказал Спас.

— Пап, мы вообще-то здесь! — Лавр не находил слов от возмущения.

— Я знаю, — сказал Спас, — но вы только вернулись. У вас маленький ребёнок. Отдохните, поживите спокойно, окунитесь в быт. Это роскошь, которую мы не часто можем себе позволить. Но вы должны на это согласиться. Ведь это вы привели сюда этого чужака, который взорвал Энергон. Ваша работа пока что закончена. Займитесь сыном. И хоть иногда, послушайте родителей! Хоть для разнообразия! А не кидайтесь сразу во все тяжкие.

— Хорошая сделка, — удовлетворённо кивнула Лиана.

— Лавр, а может, родители правы? Может быть, нам стоит пожить спокойно? А то мы и так воспитываем сына верхом на драконе! Ну что это за жизнь? — сказал Юна, положив руку мужу на плечо.

— Они, конечно, правы, — сказал Лавр, ласково на неё взглянув, но прежде чем заключать какие-то сделки, в которых мы фигурируем, можно было бы с нами и посоветоваться! Мы же уже не дети!

— Для нас дети! — просто сказала Лиана.

— Я считаю, что мы достигли взаимопонимания, — сказал Артур.

— Стоп! — оборвал его Спас, — и ещё одно! Ты не мог бы отзываться на призыв тех, кого втравил в авантюру? А то ведь тебя не дозовёшься. И есть ощущение, что не потому что ты не слышишь, а потому, что просто не хочешь ничего объяснять!

— Хорошо, — после небольшой паузы ответил Артур, — но этот пункт я принимаю на пятьдесят процентов. Я не всегда могу выйти на связь, а в некоторых случаях это может повредить делу, чтобы вы там себе ни думали. Все мои действия носят продуманный и просчитанный характер. Я могу пообещать, что не буду этим злоупотреблять и в спорных случаях, буду принимать решение связаться с вами. Но не более. Всегда быть в контакте я обещать не могу.

— Ну, хоть что-то, — вздохнула Лиана.

— Раз мы договорились, предлагаю переместиться к Лире и Игорю. Лира недавно родила, и хотя у неё ребёнок пока не сможет играть с вашим, тем не менее, когда рядом есть другие дети, это лучше и для них, и для вас, — сказал Артур.

— Да ты ещё и специалист по воспитанию детей, — усмехнулась Лиана.

— Нет, — сказал Артур, — но это очевидный факт. К тому же Призрак сейчас там, а он нам понадобится. И помощь наблюдателя Серафима, который Призрак угнал со станции, тоже будет неоценима. Их нужно будет убедить участвовать в этом мероприятии.

— Ты глянь! — воскликнул Спас, обращаясь к Лиане, — сразу берёт нас в оборот. Мы ещё «Да» толком сказать не успели, а он уже тащит нас куда-то, уже все следующие шаги продумал.

— И как же мы будем туда перемещаться? — спросила Лиана, — опять через портал?

— Естественно! — сказал Артур, — этот способ перемещения будет развиваться. Вы в числе первопроходцев, но потом будут налажены и постоянные переходы между ключевыми точками. Я работаю над этим.

— Что-то мне подсказывает, что ты можешь это сделать прямо сейчас, но пока что по каким-то причинам не хочешь, — сказал Спас.

— Всему своё время, — туманно ответил Артур, то ли подтверждая слова Спаса, то ли наоборот, опровергая их.

— Нужно позвать ваших зверушек, — сказала Лиана Лавру и Юне, мы же их тут не бросим.

— Я уже позвал, — невозмутимо сказал Лавр, — они скоро будут здесь, я разрешил им доесть. Они там кого-то вкусного и большого поймали.

Что бы там Артур ни говорил, порталами он управлял так, как хотел. Сейчас, как и перед этим, диск портала был достаточно большой, чтобы в него прошли без проблем и Драк и Аксель.

Резвая выглядела несколько потерянной, она чувствовала себя среди этих людей немного не в своей тарелке. Ведь они были семёй, а она как будто чужая, случайно затесавшаяся в их компанию.

— А мне-то что делать? — спросила она у Спаса.

— Идём с нами, — улыбнулся он ей, — и давай в этот раз ты попробуешь сама, и мне не придётся тебя бить. Не думаю, что тебе стоит оставаться здесь. Мы даже не знаем что это за место. Может, тут и людей-то других нет. Или есть, но такие, что лучше бы не было. Ты не обязана везде следовать за нами, как только найдёшь место, где захочешь остаться, то сделаешь этот. Но думаю, что это точно не здесь. Не волнуйся, мы тебя не бросим. Пристроим куда-нибудь. У нас много знакомых и от такого инициативного члена команды большинство из них не откажется. Но можешь и с нами остаться, если хочешь. В общем, не спеши принимать решение, посмотрим, как сложится жизнь.

— Идёт, — с облегчением кивнула Резвая, такой расклад её вполне устроил.

В этот раз они проходили через портал уже спокойно, без суеты. Начали привыкать потихоньку. Даже Резвая держала себя в руках, хотя ещё и не привыкла к таким явлениям.

А на той стороне их уже ждали. Артур перенёс их прямо к дому Лиры и Игоря. Лира стояла на крыльце и держала на руках маленький свёрток. Игорь стоял рядом и обнимал её за плечи. Выглядело это как семейная идиллия.

Рядом на лавочке сидел Серафим, и пил что-то из большой кружки, над которой поднимался пар. Только он один слегка дёрнулся, когда увидел появившихся из портала Акселя и Драка, но взглянув на Лиру и Игоря, которые не проявили ни малейшего беспокойства, он тоже успокоился.

— Здравствуйте, гости дорогие! — сказала Лира, широко улыбаясь, — надеюсь, вы побудете у нас некоторое время.

— Это как получится, — улыбнулась ей в ответ Лиана, — долго сидеть на одном месте обычно возможности нет. Всё время что-то приключается. А вот Лавра и Юну с ребёнком и домашними животными, мы бы тут оставили.

— Это можно, — продолжая улыбаться, сказала Лира, — Игорь с Серафимом начали строить ещё один дом тут, неподалёку. Как чувствовали, что скоро он кому-нибудь понадобится. Потом надо будет построить ещё парочку. Есть у меня предположение, что сюда прибудут ещё люди с детьми. Будем создавать здесь общину. И вашим дракону с волкарём тут будет где поохотиться. Там дальше лежат большие леса, — Лира махнула рукой в сторону, — раздолье для них. Резвая, ты тоже, если хочешь, можешь остаться здесь. Место и дело мы для тебя найдём. Хотя, сомневаюсь, что ты долго выдержишь осёдлую жизнь.

— Мы знакомы? — Резвая удивлённо вскинула брови.

— Нет, но обязательно познакомимся. Ты интересный человек. Многое прошла, многое вынесла, но не сдалась, а наоборот, стала твёрдой как камень. Но при этом не утратила человечности. Такое сочетание это редкость. Обычно люди либо ломаются, либо озлобляются. У тебя крепкий стержень внутри, — сказала Лира, — думаю, что у тебя хорошее будущее… если ты выживешь в этой войне, которая происходит сейчас на планете. Что-то мне подсказывает, что ты часто будешь оказываться на линии огня… хотя, может быть, я и ошибаюсь, ведь будущего никто не знает.

— Спасибо! — растерянно сказала Резвая, — мне в последнее время часто говорят хорошие слова, даже не знаю, чем я это заслужила. Мне кажется, что я просто жила как жила.

— Это и ценно, — сказала Лира, — если вы мне поможете, то вечером можем устроить небольшое застолье. Посидим на свежем воздухе, пообщаемся. Мне кажется, что вам есть что сказать, да? — она подмигнула Лиане и Спасу.

— Да, есть тема для разговора, — сказал Спас, — и хватит так официально разговаривать, давайте обнимемся.

Все начали радостно обниматься, хотя многие до этого даже знакомы не были. Но Лира, начав разговор со всеми как со старыми друзьями, задала такую тональность общения, что никому это странным не показалось.

— Я бы тоже обнялся, да нечем, — раздался рядом грустный голос.

— Кто это говорит? — начала озираться Резвая.

— Это Призрак, невидимый космический корабль, — сказал Серафим.

— Лааадно, — Резвая недоверчиво кивнула, но развивать тему не стала.

Когда они, наконец, сели за стол, поставленный прямо возле дома, под раскидистым деревом, там осталось место ещё для нескольких человек. На вопрос Лианы Лира ответила:

— Возможно, к нам ещё кое-кто присоединится.

Не прошло и пятнадцати минут, как в небе показалась точка, которая стала стремительно увеличиваться. Вскоре на небольшом удалении приземлилась роскошная космическая яхта. По откинувшемуся трапу вниз сошла девушка в золотом комбинезоне, очень большой и мускулистый мужчина и двое детей: мальчик и девочка.

— Как я скучал по этому здоровяку, — сказал Спас, увидев Ваню.

— Что-то мне подсказывает, что они тут неспроста, — задумчиво сказала Лиана.

— С детьми? — удивился Спас, — не думаю, что они куда-то с ними полезут.

— Да нет, похоже, тут будет образован какой-то детский сад, где малыши будут спокойно воспитываться, пока их родители сражаются за освобождение планеты! — сказала Лиана.

— Ты очень проницательна, — сказала Лира, которая услышала её слова, — дети наше будущее, им нужно общаться друг с другом. И раз уж я сама стала мамой, могу собрать вокруг себя и других детей. Мне есть чему их научить.

На трапе показалось ещё три человека.

— А вот их, я вообще не ожидала увидеть! — воскликнула Лиана.

На них смотрели и улыбались Руди, Маша и Женя.

## Глава 13

Что было самым удивительным, так это то, что и Женя и Руди выглядели совершенно нормально. Женя стояла на ногах, а Руди обнимал одной рукой Машу, а во второй держал сумку. И их вновь обретённые конечности не выглядели инородными и не стесняли движений. Если не знать что они были чего-то лишены, то понять это вообще было невозможно, по крайней мере, на первый взгляд.

Здесь уже усидеть за столом оказалось нереально и Лиана со Спасом быстро зашагали к вновь прибывшим.

— Да уж, нас не обманули! — радостно воскликнул Руди, — Мария, ты только посмотри, кого мы тут нашли!

— Ваня, твоя семья всё растёт и растёт, — сказала Лиана, глядя на детей.

— Да, вот, ещё девчушку подобрал на другой планете, — радостно сказал Ваня, — Ульяна зовут. Я-то сначала думал что это парень, а оно вона как вышло! Так что сейчас детей двое… пока…

— Постой-ка, — вдруг ухватился за его последнее слово Спас, — пока?

— Ну… — замялся Ваня.

— Ну ты болтун, — Зоя, которая стояла рядом, шлёпнула его по плечу, — не мог потерпеть немного? Я ещё не до конца уверена, а ты уже всем рассказываешь!

— Да я и не рассказывал, они сами… — окончательно смутился Ваня.

— Рассказывать можно по-разному, — вздохнула Зоя, и улыбнулась, — ну а так, в общем, да!

— Можете быть уверены, — сказала Лира, которая слышала их разговор, — скоро у вас будет прибавление в семействе.

— Да? — удивилась Зоя, — а ты откуда знаешь?

— Верь ей, — сказала Лиана, — если она говорит, то значит так и есть.

— Ну ладно, — Зоя пожала плечами, — тогда я только рада!

— А где твои необычные друзья? — спросила Лиана.

— Тут, где же им ещё быть. Решили сразу не выпускать, вдруг тут кто испугается. Мы же точно не знали, кто нас будет встречать. И Деревяшка тут и остальные длинные тоже… но тут тоже без сюрпризов не обошлось, — Ваня задумался, подбирая слова.

— Что такое? — удивилась Лиана.

— Тоже беременные есть, — хохотнула Зоя, — причём из длинных, сразу двое! Оказалось, что там только один мужик! Не считая Деревяшки, конечно. Он вроде тоже парень… хотя мы их половые признаки не различаем. Не понимаем в чём разница. В общем, двое из длинных это женщины… ну или самки, не знаю, как правильно их называть, и они беременны. Дуб, так мы называем самого здорового, оказался единственным мужчиной. Вот такая у них странная семья!

— Вы потом не особо удивляйтесь, когда ваш Дуб тоже рожать соберётся, — улыбаясь, сказала Лира.

— Он что, тоже? — вытаращил глаза Ваня.

— Так это получается Деревяшка их всех… того… обрюхатил?.. — прикрыла удивлённо рот рукой Зоя.

— Да нет, — рассмеялась Лира, — они просто гермафродиты. У них все могут родить. Но партнёр для этого всё равно, правда, нужен.

— Так значит, когда-нибудь и Деревяшка тоже забеременеет? — потрясённо сказал Ваня, — я просто не могу себе этого представить!

— Не обязательно, — сказала Лира, — у них в этом смысле, как у людей. Нужно некие условия чтобы совпали. Они не сами по себе набухают и распускаются, методом самоопыления. Говорю же, партнёр всё равно нужен. Хотя, со временем, тут и появятся близкие ему по возрасту.

— Меня начинает слегка озадачивать концентрация детей и беременных в одном месте, — медленно сказала Лиана и повернулась к Лире.

— Я и не отрицаю, что план заключается именно в этом. Тут хорошее место чтобы заводить детей. Не зря же мы тут поселились на время беременности. У планеты в разных местах разная энергетика. Всегда так было и эти зоны нужно просто правильно использовать. Некоторые из них время от времени смещаются и мигрируют. Здесь раньше такой зоны не было, поэтому мы тут и не строили ничего даже в давние времена. Но пару сотен лет назад зона появилась, и мы взяли её на заметку. Теперь пришло время её заселять, и лучше теми, кто собирается заводить детей. Ну, или детьми, для них тут тоже место хорошее, — сказала Лира, — и я прямо говорила, что тут будет строиться община. Скорее всего, большая. Жизнь продолжается, и дети тому лучшее подтверждение!

— Ясно, — удовлетворённо кивнула Лиана, — это дело хорошее, — тут вдруг ей пришла в голову мысль, и она медленно обернулась, — Жееееень?

— Эй! Я-то тут причём? — возмутилась Женя, — я просто не хотела одна в Патруле оставаться! Я даже не знала, куда мы направляемся!

— А вот мы, похоже, по адресу! — радостно воскликнул Руди, и тут же получил толчок локтем в бок от Маши.

Но поняв, что все на неё смотрят, она тяжело вздохнула и развела руки в стороны.

— Ну да! — сказала она и тут же начала густо краснеть.

— Дай-ка я тебя обниму, девочка моя! — Лиана бросилась к Маше и начала её тискать.

— Эй, эй, эй, — встревожено заговорил Руди, — ты это, осторожнее там, не надавливай ни на что, знаешь же что она того…

Лиана и Маша рассмеялись.

— Да, Руди, я видела тебя всяким, но таким пока ещё нет, — сказала Лиана.

— Смотри, мне не жалко! — сказал Руди, ничуть не смутившись, — за всеми этими разговорами, никто даже внимания не обратил ни на Женины ноги, ни на мои руки. А это, между прочим, чудеса техники! В патруле работают настоящие волшебники! Если кому что оторвёт, рекомендую обращаться только к ним!

— Руди! — возмущённо воскликнула Маша, — что ты такое говоришь?

— Правду! — искренне сказал Руди, — я же не желаю кому-то лишиться конечностей. Но если вдруг… то тогда только туда! Впрочем, выбирать всё равно не из чего.

Несмотря на то, что места за столом были, их всё равно не хватило и пришлось придумывать продолжение стола. Для этого использовали ящики с яхты Вани, которые уже не раз выполняли такую функцию. Он их приберёг на всякий случай в грузовом отсеке. Некоторые были заняты вещами, но некоторые стояли пустые. Вот из них-то столы и соорудили.

Длинные вместе с Деревяшкой тоже, наконец-то, выползли наружу. И да, у двоих из них, тех кто слегка поменьше, вполне можно было различить очертания округлившегося живота. Выглядело это почти как у людей, хотя пропорции у длинных были и другие.

В итоге сидели весь вечер и почти всю ночь. Девочки несколько раз уходили готовить, потому что еда постепенно заканчивалась, а сидящие так долго за столом люди успевали снова проголодаться. Детей уложили спать. Беременные тоже не выдержали весь этот марафон и после полуночи тоже отправились спать. Это коснулось даже длинных, которые просто отошли немного в сторону, метров на сто, и там, повалившись на траву, так и вырубились под открытым небом.

Они тоже сидели за столом, и Зоя заботливо привезла им на тележке мясо из пищевого генератора. Они его всегда поедали с удовольствием. Всех немного удивляла такая трогательная забота об этих необычных существах, но для Зои они были, в самом деле, как члены их всё растущей семьи, и накормить их было для неё делом привычным. Точно таким же, как кормление детей. Но дети, конечно, шли в первую очередь.

Под утро, за столом остались только самые выносливые, но и их было не мало. Это гостеприимные хозяева Лира и Игорь, Лиана со Спасом, Лавр с Юной, Ваня, Руди, Женя, Резвая и Серафим. Ну и ещё Деревяшка.

Когда всё важное, что произошло за это время, было рассказано, а мелкие подробности уже не имели значения, разговоры стали затухать и, в конце концов, над столом повисла тишина.

Тогда, в полной тишине, заговорила Лиана.

— Думаю, что можно переходить к главному разговору, — сказала она.

— Ну, наконец-то! — хлопнул себя руками по коленям Руди, — а о чём будет главный разговор?

— Разговор будет интересный, — сказал Спас, — но касаться может не всех. Мы даже не знали, что сегодня тут соберётся такая компания. Впрочем, участвовать или нет, дело сугубо добровольное, как и всегда.

— Ну не томи, родимый, — Руди налёг грудью на стол, — в чём участвовать-то? Страсть как давно ни в чём не участвовал!

— Не думаю, что Маша будет рада, если ты куда-то сорвёшься. Тем более, учитывая что она в таком положении, — сказала Лиана.

— Без обид, — вдруг серьёзно сказал Руди, — но мы сами разберёмся. Я без кровопускания не могу. Хирею и чахну. Срочно нужно кого-нибудь замочить. Желательно в товарных количествах. Слишком долгое воздержание. Пока мне руки делали, весь извёлся.

— Очень мило! — философски заметил Серафим, выслушав речь Руди, но тот на него даже не оглянулся.

— После уничтожения Энергона, о чём вы сегодня уже раз сто слышали, на станции начались серьёзные проблемы с энергоснабжением. Есть мнение, что сейчас очень удобный момент, чтобы наведаться туда и устроить хорошую диверсию, — сказала Лиана.

— О нет! — не удержался и воскликнул Серафим.

— Жаль, что ты так реагируешь, — сказал Спас, — потому что кроме Призрака, ты единственный, кто нам по-настоящему нужен. Как человек, лучше всех знающий станцию.

— Лучше всех? — усмехнулся Серафим.

— Из присутствующих, да! — сказала Лиана.

— Ну, если только из присутствующих, — вздохнул Серафим.

— А чьё это мнение? — вдруг спросил Руди.

— В смысле? — не понял Спас.

— Ну, ты сказал, что «Есть мнение». Так вот, чьё мнение есть? — спросил Руди.

— А, в этом смысле? — кивнул Спас, — это не важно. Считай, что у нас. Мы тоже так думаем.

— Не темни, — продолжал напирать Руди, — если подписываться на рискованную авантюру, желательно бы знать всех участников.

— Все основные участники за этим столом, — решила помочь Спасу Лира, — хотя и не совсем. Вам придётся взять с собой ещё несколько пассажиров.

— Кого это? — удивилась Лиана.

— Завтра узнаете, — сказала Лира.

— Мне кажется, или, в самом деле, сгущается туман? — спросил Руди и начал оглядываться, как бы ища этот самый туман, хотя он имел ввиду туман в разговоре и разного рода недосказанности.

Все его поняли.

— Руди, никакого тумана. Просто есть информация, для которой ещё не пришло время, — сказала Лиана, — и вообще, ты не обязан участвовать. Не хочется ловить укоризненные взгляды от Маши.

— Опять? — серьёзно взглянул на неё Руди, — открою тебе секрет. Маша будет только рада. Когда я не реализую свои порочные навыки путём убийства людей, у меня резко начинает портиться характер. Мне нужна периодическая разрядка. Сейчас была пауза, после которой мне просто необходима встряска. Это потребность, химия в моём организме работает именно таким образом. Это последний раз, когда я объяснялся на эту тему. Надеюсь, что все усвоили мои слова раз и навсегда. А то я начинаю уже раздражаться.

— Всё, всё, всё! — Лиана вскинула руки вверх, — мы всё поняли! — сказала она с лёгкой полуулыбкой, — не нужно раздражаться!

— А я бы поехал! — сказал вдруг Ваня, — если вы меня возьмёте, конечно!

— Зое тоже трудно будет смотреть в глаза? — поддел Руди Лиану.

— Да, — просто ответила та, — трудно, но легче. Я её не так близко знаю пока.

— Я тоже поеду, — сказала Резвая, — всегда мечтала побывать на станции. Раньше, когда мы жили в заброшенном городе, это казалось невозможным. Что-то из области несбыточных мечтаний. И если вдруг есть шанс эту мечту осуществить, я бы им воспользовалась. Возьмёте?

— Возможно, — сказала Лиана, — пока не обещаю, но мы серьёзно над этим подумаем.

Резвая удовлетворённо откинулась на спинку стула, посчитав для себя этот ответ утвердительным.

Игорь сидел и о чём-то думал. Придя внутри себя к какому-то выводу, он решительно повернулся к жене.

— Лира…

— Езжай! — перебила она его, — да, Лиане придётся посмотреть в глаза и мне тоже, но думаю что и она, и я, это переживём, — Лира улыбнулась и подмигнула Лиане.

— Не ожидал, — усмехнулся Игорь, — но спасибо!

— Почему не ожидал? — удивилась Лира, — разве я давала тебе повод думать иначе? Есть важные дела, которые кроме нас никто не сделает. Лада была вынуждена оставить Лиану и та росла без неё. Думаешь, она этого хотела? Нет, конечно. Нужно правильно расставлять приоритеты. Сейчас нужно делать следующий ход в этом противостоянии. Я бы сама с удовольствием к вам присоединилась, но, к сожалению, не смогу. Ребёночек слишком маленький.

— Я бы тоже к вам присоединилась, у меня же ребёнка нет, — сказала Женя.

— А вот тебя я брать не хочу, — сказала Лиана.

— Почему? — обиделась Женя.

— У меня такое чувство, что ты оказалась сегодня за этим столом случайно. Тебе нужно на Левиафан, он и так слишком долго без своего капитана! — сказала Лиана.

— Не сомневаюсь, что Сан Саныч там прекрасно справляется, — сказала Женя, — если решение зависит от меня, а ты просто высказываешь пожелания, то я поеду!

— Ну, как знаешь, — вздохнул Лиана, — но я ещё попробую тебя отговорить!

— Про нас, я так понимаю, речь не идёт, — сказал Лавр, скрестив руки на груди.

— Правильно понимаешь, — сказала Лиана, — отдохните пока. Да и оставлять ваших зверушек тут без присмотра не хотелось бы.

— Да они совсем ручные! — возмутился Лавр.

— Да, — согласилась Лиана, — но привыкли они к вашим рукам. Не думаю, что они опасны, но мало ли. Да дело даже не в этом. Мы же обсуждали уже этот вопрос, с тех пор ничего не поменялось.

— Еду! — раздался совсем рядом хриплый голосок.

Все повернулись туда и увидели торчащую над столом голову Деревяшки.

— Ваня? — Лиана взглянула на богатыря.

— А я чего? Я ему не нянька! Он сам принимает решения, раз сказал что едет, значит едет, — ответил Ваня.

— Ты хорошо говоришь на нашем языке, — сказала Лиана Деревяшке.

— Да! — ответил тот.

— Хорошо, но мало, — усмехнулся Ваня.

— Да! — опять сказал Деревяшка.

— А меня, конечно, и спрашивать не нужно! — раздался рядом грустный голос.

— Призрак, ну что ты! Тебя мы оставили напоследок! — сказала Лира, — как самого главного члена нашей экспедиции!

— Ну, тогда я рано влез, ведь Серафим пока так ничего и не ответил, — сказал Призрак.

— А? — Серафим, который сидел погружённый в свои мысли, вдруг вздрогнул.

— Да, кстати, — улыбнулась ему Лира, — ты так и не сказал, присоединишься ты ко всем остальным или нет.

— Да я думал, что моего мнения никто и не спрашивает, — сказал Серафим, — сказали же, что я там очень нужен.

— Да, — согласилась Лиана, — но силой мы никого не тащим. Ты нам нужен, но ехать или нет, решать только тебе. Мы все свободные люди и каждый сам выбирает свою судьбу.

— Да нет, я поеду, — сказал Серафим, — врать не буду, поеду с неохотой, но поеду. И дело не в том что я боюсь… хотя боюсь, конечно. Миссия-то будет опасной. Просто возвращаться туда не хочется. Я так долго пытался оттуда выбраться, наконец мне это удалось и теперь возвращаться обратно по собственной воле… очень не хочется. Но я поеду, раз так надо.

— Ну и хорошо, — сказала Лиана, — отговаривать мы тебя не будем, как и отказываться от твоих услуг. Раз ты согласен, то мы все в одной лодке и на одних условиях.

— Понятно, — вздохнул Серафим, — а зачем вы… то есть мы туда собираемся? Что именно нужно там сделать? В чём заключается наша диверсия?

— Этого мы пока не знаем, — честно сказала Лиана, и, увидев недоумённый взгляд Серафима, поспешила добавить, — вот ты нам и подскажешь, что лучше там повредить, чтобы они на станции занимались своими делами и надолго забыли про нас.

— Хех, — сказал Серафим, — что я знал, то я уже сломал. Про другое нужно думать… но если у них проблемы с энергией, то многие системы и так могут не работать… сложный вопрос, думать надо, — повторил Серафим и в самом деле задумался.

— Если ничего не придумаете, то я вам подскажу, — подмигнула Лиане Лира.

— Давай сразу, чего тянуть-то? — сказала Лиана, — говори, что на этот раз мы должны разрушить или уничтожить?

— Ответ лежит немного в другой плоскости, — сказала Лира, — и думаю, что он очень понравится Руди.

— Не что уничтожить, а кого! — расплылся в улыбке тот, — наша задача будет устранить кого-то! А кого? — тут же заинтересовался он.

— Ответ очень простой, — сказала Лира, — верхушку руководства станцией и следовательно, планетой.

— И тогда мы обезглавим врагов, верно? — сказал Спас.

— И да, и нет, — неопределённо ответила Лира.

— Это как понимать? — удивился Спас.

— Управляющая иерархия у них достаточно сложная, — сказала Лира, — конечные бенефициары и владельцы находятся в тени, их не так-то просто вычислить. Но есть техническое руководство. Те, кого все остальные считают владельцами и верхней ступенью власти на станции и планете. От них тоже многое зависит. Они в курсе всех процессов и ими руководят. Если выбить это звено, то настоящие владельцы потеряют все рычаги управления процессами. Новых они быстро не найдут. Люди должны быть не только компетентные, но ещё и понимать ситуацию и пользоваться доверием. Дело-то тонкое и во многом незаконное. В общем, нужно их найти и запустить туда Руди, — Лира улыбнулась.

Руди расплылся в хищной улыбке в ответ.

— Но что-то мне подсказывает, что всё будет не так уж и просто, — сказал задумчиво Спас.

— Впрочем, как всегда, — сказала Лиана.

## Глава 14

Они всё-таки легли спать, и даже успели выспаться. Многие расположились прямо под открытым небом, последовав примеру длинных. Благо, погода была хорошая, и на улице спать было приятно.

Утром, а точнее днём, все проснулись от беготни и визга детей. Рам, Микки и Ульяна быстро нашли общий язык и, несмотря на некоторую разницу в возрасте, тут же затеяли какую-то игру, правила которой взрослые понять так и не смогли. Да, может, их и не было вовсе.

Маша, встав раньше других, принялась по своему обыкновению готовить. Вскоре к ней присоединилась и Зоя. Они ведь легли раньше остальных, поэтому и встали тоже первыми. Так что, когда все начали просыпаться, завтрак был уже готов.

Все опять потянулись к столу, из-за которого совсем недавно встали. В этом месте, почему-то вся активность была сосредоточена вокруг стола и так или иначе связана с едой. Это было немного странно, потому что сама Лира обычную еду не ела, но гостей угощать, как выяснилось, любила.

Да и Маша с Зоей внесли свой вклад, причём не маленький. На корабле был запас продуктов и хорошо оборудованная кухня. Так что, с питанием проблем пока что не намечалось.

— Думаю, сильно затягивать не стоит, — сказала Лиана, когда все подкрепились, — раз уж решили лететь, то нужно лететь! Что у нас в итоге получилось? Сколько нас отправится на станцию?

Маша воспринимала этот разговор спокойно, видимо все подобные противоречия они с Руди научились преодолевать. Она понимала, что он не может всегда находиться рядом с ней, иначе это был бы не Руди. Принять это было нелегко, но она постоянно работала в этом направлении, так что внешне никакого недовольства предстоящей диверсионной операцией с участием мужа не проявила. Наверняка у неё был соблазн надавить на Руди своей беременностью, но она благоразумно этого делать не стала.

Зоя была куда более встревожена, или у неё хуже получалось скрывать свои чувства. И она, в отличие от Маши, наверняка попробовала надавить на Ваню своим положением. Но, судя по всему, они тоже пришли к какому-то компромиссу, и планы Вани никак не поменялись. Он летел вместе со всеми на станцию.

Беременные жёны, для которых отъезд их мужей стал сюрпризом, были единственной проблемой, которую нужно было решить утром. И, похоже, тут всё обошлось, хотя и неизвестно какой ценой.

— Получается, нас отправляется на станцию восемь человек, — сказала Лиана.

— Разве? — удивился Ваня, — мне казалось больше.

— Ну, давай посчитаем, — сказала Лиана и обвела всех взглядом, проверяя не забыла ли кого, в самом деле, — я, Спас, Игорь, Ваня, Серафим, Резвая, Руди, Женя, — последнее имя Лиана произнесла с неохотой, потому что по-прежнему не хотела брать Женю с собой. Но и отказать ей причины хорошей тоже не находила.

— А, я всё понял! — улыбнулся Ваня, — ты Деревяшку не посчитала!

— Наверное, потому что он не человек? — сказал Руди.

— Ну, мы тут не по видовому принципу считаемся, — сказала Лиана, — я, в самом деле, про него забыла! Значит, нас девять!

— Конечно, меня, как всегда, считать не нужно! Я же не живое существо! — раздался рядом возглас, и за ним последовал тяжёлый вздох.

— Прости, Призрак, — спохватилась Лиана, — это моё упущение! Я про тебя тоже забыла, хотя ты один из главных участников нашей миссии. Надеюсь, ты не обиделся?

— Нет, — ответил Призрак и снова тяжело вздохнул.

— У тебя на борту найдётся что-нибудь из оружия? — спросил Спас, — или мы это будем добывать уже на месте?

— Кое-что найдётся, — сказал Призрак, — но я рассчитываю, что вы мой арсенал будете не только использовать, но и пополнять его. Если этого не делать, мои запасы быстро опустеют. Так что, надеюсь, что вы принесёте мне чего-нибудь полезного.

— Хорошо, — улыбнулась Лиана в ту сторону, откуда доносился голос, — мы обязательно постараемся пополнить твой арсенал каким-нибудь качественным вооружением.

— Мне нужны заряды для плазменной пушки. Какие именно я вам скажу, когда будете на борту. И даже покажу маркировку, — сказал Призрак.

— Ну вот то, что получится выполнить твои заказы, я тебе не обещаю, — сказала Лиана, — нам бы выжить на вражеской территории для начала. Мы же не в магазин идём!

— Это в ваших же интересах! — сказала Призрак, — эта пушка уже не раз спасала жизнь вашим друзьям! Советую вам отнестись к моей просьбе серьёзно!

— Мы серьёзно воспринимаем всё, что ты говоришь, — сказал Спас, — мы постараемся, просто обещать этого не можем. Обычное оружие найти проще. Наверняка у нас будут какие-нибудь трофеи, и мы с радостью отдадим их тебе. Но вот найти определённые заряды, это уже совсем другая история. Ты нас тоже пойми! Но если получится, мы обязательно это сделаем!

— Ну, хотя бы так, — сказал Призрак и в очередной раз вздохнул.

— Что-то ты сегодня часто вздыхаешь! — сказал Серафим, — даже для тебя, это немного слишком. Что-то случилось?

— Вообще-то да! — сказал Призрак, — я опасаюсь этого полёта на станцию… если выражать то, что я чувствую, человеческими эмоциями.

— Вот тебе раз, — удивился Спас, — почему это?

— Да? — Серафим был удивлён не меньше.

— Там я был другим и находился в рамках программных ограничений. Я опасаюсь, что вдруг, когда я окажусь там снова, каким-то образом произойдёт перепрошивка моего сознания и я утрачу свою личность, — сказал Призрак.

— А такое возможно? — спросила Лиана.

— Я не знаю, — сказал Призрак, — но когда мы встретили бесов, у меня сработали протоколы, о существовании которых я даже не знал. Вдруг при возвращении на станцию, активируется что-то, что я не смогу контролировать? Я не могу быть уверенным, что это не случится. Скорее даже наоборот, я считаю, что вероятность этого более семидесяти процентов.

— Неужели такая совершенная машина может что-то не контролировать? — усмехнулся Ваня.

— Да? Смешно слышать это от человека, — сказал Призрак.

— Почему? — удивился Ваня.

— А ты всё контролируешь? — спросил Призрак.

— Ну, вроде бы, да! — сказал Ваня.

— Тогда останови своё сердце, — сказал Призрак, — или любой из внутренних органов. Можешь остановить работу печени, например?

— Один — ноль! — Ваня вскинул руки вверх, — ты меня убедил! Признаю, был не прав!

— Раз всё выяснили, тогда пора грузиться, — сказала Лиана.

— Подождите немного, — сказала Лира, — вам нужно вылетать только через полчаса.

— Почему? — спросил Спас, — мы кого-то ещё ждём?

— Да, — сказала Лира, — я вчера на это намекала. Придут мои соплеменники, их нужно подбросить до станции. Но там вы не будете действовать вместе. У них свои задачи.

— Твои соплеменники очень эффективные бойцы, — сказала Лиана, — поверь, уж я-то знаю! Тогда зачем там нужны мы? Они всё могут сделать проще, быстрее и лучше!

— Нет, — покачала головой Лира, — у них нет на это времени. Они летят туда не за этим. Говорю же, перед ними стоят другие задачи, куда более важные. Просто, подбросите их туда и всё. Там они уйдут, вы их больше не увидите. На вашу миссию они вообще никак не повлияют.

— Вот это и странно, — сказала Лиана, — хотелось бы, чтобы повлияли. Сколько их будет?

— Двадцать четыре человека, — сказала Лира.

— Много! — воскликнула Лиана, — а они точно не хотят к нам присоединиться? Мы вместе быстро сделаем наши дела, а потом поможем им с их делами!

— Нет, — улыбнулась Лира, — поверь, если бы было можно, они бы вам обязательно помогли. Но у них другие дела. Не менее сложные и опасные чем ваши. Честно говоря, гораздо более сложные и опасные. Но подробностей не будет, не ждите.

— Понятно! — сказал Руди, — секретность превыше всего! Ли, да не нужна нам помощь, сами справимся.

— Справимся с чем? — спросила Лиана.

— С тем, с чем надо, с тем и справимся, — сказал Руди.

— Вот именно, — ответила Лиана, — мы толком ничего не знаем. Только общие контуры задачи. Но как мы будем с этим всем разбираться, пока что совершенно непонятно. Мы ничего не знаем о том, что нас ждёт… почти ничего. Конечно, и Серафим и Призрак обладают кое-какой информацией. Но её очень мало и они сами это признают. На стации придётся импровизировать и выяснять всё на месте.

— Ммммм, импровизировать! — мечтательно сказал Руди, — это же прекрасно! Это же творчество в чистом виде.

— Кровавое творчество, — не удержалась и добавила Маша.

— Кровавое творчество! — охотно согласился Руди, — но творчество же!

Группа представителей изначальной расы пришла пешком. Откуда они шли было неизвестно, и никто не собирался этого объяснять. В группе было девять женщин и пятнадцать мужчин. Выглядели они все как молодые юноши и девушки. Как один все были блондинами и блондинками. Все девушки были одеты в холщёвые туники, все юноши были в таких же холщёвых штанах и рубахах. У всех через плечо висели котомки, и на ногах были сандалии. Глядя на них, сложно было представить, что эти люди живут тысячи лет. Это просто не укладывалось в голове.

Группа была молчаливая, спокойная и деловая. Они точно знали, куда и зачем пришли и что делать дальше. Даже с Лирой они не сказали ни слова. Хотя, Лиана подозревала, что они общались на другом уровне, и в устной речи просто не возникло никакой необходимости.

Все «изначальные» проследовали на борт, в дверной проём висящий в воздухе. Никто из них этому ничуть не удивился, как будто они каждый день это делают. Зато удивилась Резвая. Она уже знала про невидимый корабль, ведь он даже разговаривал с ними. Но одно дело знать, а другое увидеть. И тем более самой войти в никуда. Хотя, это было и проще чем шагнуть в портал.

«Изначальные» заняли несколько кают, которые указал им Призрак и не выходили оттуда всю дорогу, которая, надо сказать, была не очень долгой. Учитывая положение станции на данный момент, путь туда занял чуть меньше часа. Если бы она была над ними, то они оказались бы там значительно быстрее.

Вся группа Лианы собралась в рубке, было тесно, но они уместились. Управлять Призраком было ненужно, он сам лучше чем они знал что нужно делать. Но всем было интересно посмотреть на станцию вблизи, во время того как они к ней подлетают. И если со стороны этот шар смотрелся вполне себе обычно, то чем ближе они к нему подлетали, тем больше станция поражала воображение.

Особенно, своими размерами. Она была как небольшая планета, или как приличных размеров спутник.

— Как же мы будем там что-то искать? — потрясённо сказал Ваня, — я раньше не видел её так близко со стороны. Меня же привезли сюда как заключённого, а нам не давали любоваться видами.

Ему никто не ответил, все разглядывали станцию. Кто-то её уже видел, но многие нет. Только как пятно в ночном небе, но это совсем другие ощущения.

— Артур сказал, что её нужно взять под контроль, — пробормотал Спас, — да сколько же на это нужно людей?

— Это не сейчас, — возразила Лиана, — сейчас мы этим заниматься не будем, естественно. Наша цель это диверсионная операция по устранению руководства станции.

— Вам важно где именно мы пришвартуемся? — спросил Призрак.

— Нам нет, а вот нашим пассажирам, не знаю, — сказала Лиана, — а что, есть варианты?

— Да, поясни-ка? — заинтересовался Серафим.

— Я бы не хотел швартоваться в ангаре для «Призраков». Почему, я вам уже объяснял.

— Что значит «Для Призраков» — удивился Ваня, — вас что, много?

— Естественно, я не единичный экземпляр, даже на этой станции. Но нас не много, ответил Призрак, — а осознавших себя, так же как я, больше нет. Думаю, что нет, — уточнил Призрак в конце.

— Ну и какие у тебя варианты? — спросил Серафим.

— Я считал информацию с терминалов, — сказал Призрак, — после потери источника энергоснабжения, была произведена массовая эвакуация людей со станции, потому что поддерживать жизнеобеспечение в полном объёме оказалось невозможным.

— Так, ну это мы знаем, — сказал Спас, — как это влияет на место швартовки?

— Так, что в ангарах сейчас очень пусто. Корабли есть, но мало. «Ворота» практически не закрываются. Раньше по причине большого трафика, сейчас по причине того что никто не видит в этом необходимости. Они не ждут гостей, поэтому за многие годы выработались некие схемы, в которых безопасность не сильно соблюдается. Например, доступ к швартовочным платформам почти всегда открыт. Учитывая мои особенности, включающие в себя полную невидимость, охрана даже не узнает что мы внутри. Только когда сработает шлюзовой переход, они могут заподозрить что-то неладное, но скорее всего, решат что это какой-то сбой. Ведь корабля-то они не увидят.

— Как это влияет на нас? — спросил Спас.

— Никак, — ответил Призрак, — я не знаю точку в которую вам нужно попасть, следовательно, не знаю насколько сильно изменится ваш маршрут.

— Зато я, кажется, знаю, — сказал Серафим, — но Призрак прав, в общем ангаре пристыковаться будет куда безопаснее, чем в секретном военном, где хранятся ультрасовременные корабли. А если учесть тот факт, что один из них не так давно угнали…

— Можете нас не уговаривать, — сказала Лиана, — где высадишь, там высадишь.

— Кстати, — вдруг вспомнил Спас, — а обратно ты как нас будешь забирать? Так и будешь на этом месте, дожидаясь пока мы вернёмся? Или потом прилетишь? А как мы тогда с тобой свяжемся? Потому что я очень надеюсь, что эта дорога не в один конец. Очень бы хотелось вернуться. Мы к Энергону шли в один конец и мне не понравились ощущения.

— Но выбрались же, — сказал Руди.

— Это не наша заслуга, — сказал Спас, — и рассчитывать на такое спасение глупо. Хотелось бы всё-таки надеяться на свои силы.

— Я думаю, что проявлю гибкость, — сказал Призрак, — я буду ждать вас на месте, но если вдруг возникнул сложности, то, разумеется, вынужден буду его покинуть. Однако, при первой же возможности, вернусь чтобы вас забрать.

— Как бы нам связаться? — сказал Спас, как бы сам себе, но надеясь, что Призрак подскажет ответ.

— Выходить в эфир здесь я бы не стал, — сказал корабль, — слишком много контрольной аппаратуры. И она вся функционирует, на это энергию не жалеют. Всё-таки не все протоколы безопасности были преданы забвению.

— Когда мы пойдём обратно, то он увидит это даже снаружи станции, — хохотнул Ваня, и когда все повернулись к нему, понял что шутка неудачная и развёл руки в стороны.

— Этого бы не хотелось, — сказала Лиана, — напоминаю всем, особенно горячим, — и она взглянула на Руди, — это не война, а диверсионная операция. Одна из наших главных задач, это скрытность. По крайней мере до тех пор, как мы не достигнем цели. Но и потом тоже лучше сильно не буянить, если мы рассчитываем выбраться обратно.

— Я рассчитываю, — серьёзно сказал Руди, — ведь я собираюсь стать папой!

Лиана кивнула, её убедили эти слова.

— Призрак, слушай аварийную открытую волну. Я постараюсь дать тебе сигнал в открытом эфире. Но сразу учти, подробностей не будет, просто ты будешь знать, что мы идём обратно и скоро будем на месте, — сказал Серафим.

— Мог бы и сразу это сказать, — покачал головой Спас, — а то мы тут голову ломаем!

— Это неочевидное решение, — сказал Серафим, — до него тоже нужно было додуматься. И, кстати, не факт что у нас получится это сделать. Но мы постараемся.

— Буду ждать сигнала, — сказал Призрак, и после паузы добавил, — с нетерпением!

Призрак приближался к станции, которая постепенно превращалась из шара на экране, в стену. Теперь она заполняла собой всё пространство во все четыре стороны.

— А много тут таких вот ангаров, по типу того, где мы пришвартуемся? — спросил вдруг Ваня.

— Сотни, — сказал Призрак, — они опоясывают станцию по экватору. Советую запомнить номер того, где мы пришвартуемся. А так же номер платформы.

— Много номеров, — подала голос Резвая, — я уже запуталась.

— Ты просто жила до этого совсем в другом мире и по другим правилам. Но открою тебе секрет, везде всё одинаковое, это только снаружи кажется, что всё по-другому. Не давай этому сбить себя столку, — сказала Лиана, — накладывай на всё незнакомое привычные тебе вещи, и тогда не запутаешься. Я вот всю жизнь почти в лесу прожила, но думаю, что и в стальных коридорах искусственного спутника научусь ориентироваться.

— Лиана, мы уйдём первыми, — раздался голос от входа в каюту, говорил один из пассажиров, — вы не идите сразу за нами, выдержите паузу минут в пятнадцать. Мы просочимся незаметно, вам это не добавит проблем с охраной. Договорились?

— Договорились, — вздохнула Лиана, — мне почему-то кажется, что главное это вас сюда доставить, а мы просо операция прикрытия. Это ведь так?

— А вдруг всё наоборот? — подмигнул ей «изначальный».

## Глава 15

Стыковка прошла в штатном режиме, если не считать того, что про неё никто кроме присутствующих на Призраке не узнал. Призрак был создан как раз для таких целей, незаметные проникновения и стыковки это одна из его профильных особенностей. Возможно, он специально сгущал краски, чтобы они не расслаблялись, а может быть, просто не пользовался раньше этими возможностями и совершенно по-человечески сомневался, сработают они или нет.

Они сработали и «изначальные» как ручеёк утекли в открытый шлюз, где растворились в коридорах находящихся за ним. Всё произошло так тихо и быстро, что их как будто тут и не было. Как будто они всем померещились. И только обмен несколькими фразами перед стыковкой, напоминал о том, что они реальны.

Все решили, что нет никакого повода не выполнить просьбу изначальных, поэтому честно пятнадцать минут ждали, пока те уйдут подальше. Только потом сами направились к выходу.

За пределами Призрака была тишина и пустота. Освещение тоже было слабым, только дежурные фонари горели на большом расстоянии друг от друга. Сейчас станция экономила энергию везде, где только могла. Хорошо еще, что не погрузили зону высадки пассажиров в полную темноту. Хотя, если ситуация не улучшится, возможно со временем дойдёт и до этого.

Они плотной группой шли по коридорам, сохраняя рабочий темп. Слишком не торопились, чтобы не привлечь к себе ненужного внимания. Но и сильно не тормозили, потому что отсюда было лучше убраться побыстрее и затеряться где-нибудь в недрах станции.

Искать дорогу было ненужно, потому что все стены были исписаны указателями, пояснениями, разъяснениями и прочими инструкциями, чтобы даже до самых тупых дошло, как и куда отсюда можно пройти. Оно и правильно, это же место с большим пассажиропотоком, нужно чтобы люди не задерживались, а как можно быстрее уходили и приходили туда куда нужно. Точнее, раньше было с большим пассажиропотоком. Его следы ещё были видны. Кругом валялось очень много мусора. Бутылки, обёртки, иногда и вообще куски еды. А так же какие-то тряпки, провода, иногда даже попадались сумки с оторванными ручками и уже пустые. В общем, было очень грязно.

Убираться тут должны были роботизированные системы. Почему они этого не делали было догадаться несложно. Им ведь тоже нужна была энергия, с которой тут сейчас была напряжёнка. А учитывая то, что и людей тут практически не стало, то мусор никого особо и не беспокоил.

Ангар, в котором Призрак пришвартовался, был пустынным. Всего пара кораблей висели возле платформ. И то, они производили впечатление, что ими давно не пользуются. Станция была большая, и наверняка какой-то трафик продолжался. Но, скорее всего, его сконцентрировали в одном месте. Там, наверняка, был и свет, и чистота. Просто, зачем поддерживать порядок на всём поясе ангаров станции, если людей и кораблей сейчас очень мало.

Удивительно было что они вообще не закрыли эти не используемые сейчас ангары. Хотя, возможно, от долгого неиспользования створки ворот просто перестали работать. Механизм заклинило и даже при всём желании закрыть их не смогли. До недавнего времени, когда каждую минуту стартовало и причаливало множество кораблей, нужды в использовании ворот не было. А теперь, они просто не работали. Но это была только гипотеза, которая созрела у Спаса в голове, пока они шли по коридорам.

Из причальной зоны нужно было выходить через охрану, иначе никак. Они решили идти напрямую, и если просто так их не выпустят, тогда уже прорываться с боем. Но вдруг охрана просто не обратит на них внимания? Хотя, учитывая всеобщее запустение, не обратить внимание на такую колоритную группу было трудно.

Охрана не обратила на них внимания, но совсем не так, как они на это рассчитывали. Людей в форме было не очень много, ведь терминал пустовал. Почти все они сидели в комнатах за стеклом, возле рамок через которые должны были проходить вновь прибывшие, никого не было. Но все эти люди были как будто не живые. Как будто время для них остановило свой ход. Они сидели, не шевелились и смотрели пустыми остекленевшими глазами перед собой.

— Странное дело, — сказал Ваня, — что тут произошло?

— Думаю, что наши пассажиры, которые вышли чуть раньше нас, нейтрализовали охрану. И оставили в таком состоянии, чтобы мы тоже могли спокойно отсюда уйти, — ответила Лиана.

— А может их всех того? Окончательно нейтрализовать? — спросил Руди, — понимаю, это неспортивно, но мы и не на соревнованиях.

— Не стоит, — покачала головой Лиана, — думаю, что они потом очнутся, и не будут понимать что случилось. А если их перебить, то когда это обнаружат, поднимется тревога. А зачем нам раньше времени заявлять о своём присутствии?

— Понял, начальник! — улыбнулся Руди, — просто руки немного чешутся. В прямом смысле этого слова! Новые же, ещё не до конца привык к ним. На месте соединения с телом, очень часто чешется.

— А что, убийства от этого помогают? — скептически спросил Спас.

— Не знаю пока, — пожал плечами Руди, — но надо бы проверить, а вдруг?

— Убивать начнём, только когда в этом возникнет такая необходимость. Сколько на этой станции персонала? Десятки, сотни тысяч? У нас нет задачи убить их всех. Многие из них просто тут работают, как и Серафим когда-то, — сказала Лиана.

— Да, — тут же согласился тот, — не то чтобы я любил местных людей, но среди них большинство не заслужили смерти. Они просто делают своё дело.

— Да ладно, я просто претворяюсь кровожадным монстром, — сказал Руди, — вы же знаете, что на самом деле я просто душка! — и он расплылся в улыбке.

— Да уж! — усмехнулась Лиана, — кем-кем, а уж душкой я тебя точно не считаю, при всём моём, крайне положительном, к тебе отношении!

— Польщён таким отношением к моей скромной персоне! — сказал Руди.

— Не скромной, — сказала Лиана и прижала палец к губам.

Все резко затихли и прислушались. Через несколько секунда до них долетели звуки далёкого разговора, гулко отдававшегося в пустом коридоре.

Они шли по большому, магистральному коридору, а звук шёл из бокового ответвления находящегося чуть дальше впереди. Уйти спрятаться было некуда, поэтому дёргаться не стали, а спокойно продолжили идти дальше.

Вскоре из-за угла вывернула группа из пяти человек в униформе тёмно-красного цвета, которые оживлённо о чём-то спорили. В коридоре было сумрачно, однако они тут же увидели группу Лианы, идущую им навстречу. От неожиданности они остолбенели и замолчали. Лиана с остальными продолжали идти прямо, и уже думали что спокойно разойдутся с незнакомцами, когда один из них заговорил:

— Что вы тут делаете? Эта зона сейчас закрыта для посещения! Эвакуация уже завершена. Покажите ваши идентификаторы! — сказал он.

Лиана подбирала слова, чтобы как-то выкрутиться из ситуации, но это не понадобилось, потому что заговорил Серафим:

— С каких это пор служба уборки проверяет документы? Совсем зарвались? Лучше расскажите, почему все коридоры говном завалены, идентификаторы он хочет наши увидеть!

— Тут никого не должно быть, — немного смутился, но не сдался главный уборщик, — эта зона сейчас не работает.

— Но это не даёт тебе полномочий допрашивать людей, — Серафим шагнул к нему и сунул что-то под нос. После того как уборщик увидел что показал ему Серафим, то глаза у него расширились и выражение лица сразу поменялось, — раз мы здесь, значит так нужно! — весомо закончил Серафим.

— Извините, мы же не знали, — начал оправдываться уборщик, — зона то не работает, а выглядите вы… как бы это сказать…

— Я знаю, что зона не работает, и знаю, почему вы не работаете, а так же много чего ещё, — сказал Серафим, — покажи свой идентификатор.

— Да, конечно, — уборщик полез в карман, — только не сообщайте никуда, пожалуйста…

— О чём? — заинтересовался Серафим.

— Ну… — окончательно смутился уборщик, — о том что мы общались с вами не соответствующе…

— Я подумаю, — сказал Серафим, — вы тоже никому не говорите, что нас здесь видели. Мы вернулись с задания и не просто так высадились именно в этом терминале. Никто не должен был знать о нашем возвращении! Тогда мы будем в расчёте, — сказал Серафим.

— Вас никто и не видел! — поспешил уверить его уборщик, — нас тут вообще не было. Мы пришли, чтобы оценить степень загрязнения сектора, но задержались немного и разминулись с вами. Так что, ваше прибытие осталось для всех незамеченным!

— Другое дело, — кивнул Серафим, — а теперь уходите! — и он кивнул им на коридор, из которого они появились.

Уборщики спешно удалились и вскоре их шаги смолкли вдалеке.

— Эх, надо было их просто грохнуть! — сказал Руди.

— Руди! — с осуждением взглянула на него Лиана.

— Да знаю, знаю, но не стоило отпускать свидетелей. Чувствую, разболтают они о нас кому-нибудь, — сказал Руди.

— А что ты ему такое показал? — спросил Спас у Серафима.

— Да мой идентификатор, — сказал Серафим.

— То есть, ты тут легально, с документами? — удивился Ваня.

— Да нет, он не работает уже. Тут из системы быстро удаляют, если что не так. С чем, с чем, а с этим тут строго. Но внешне-то непонятно что он уже давно не активный, — сказал Серафим, — я как чувствовал что пригодится, захватил с собой.

— Но он прям по струнке встал, когда увидел твой документ, ты получается шишка тут? — удивился Ваня.

— Ну не то чтобы шишка, но должность у меня была высокая. Уровень допуска тоже. Да, в каком-то смысле я входил в некую управленческую элиту… хотя нет, это слишком громко сказано. Скорее просто ценный сотрудник с высоким уровнем допуска. Но допуск этот не везде, а только по моей сфере деятельности… которую я, уходя, уничтожил… но по идентификатору всех этих подробностей не понятно. Видно только что принадлежит он человеку более высокого ранга, чем начальник сектора по чистоте, — сказал Серафим.

— А это был начальник сектора? — удивился Спас.

— Ну да, не меньше, судя по форме. Это не те, кто мусор сами убирает. Они руководят уборкой. Вернее руководят теми, кто руководит роботизированными системами. Тоже не рядовые сотрудники… но конечно их ранг с моим не сравнить, — сказал Серафим и в голосе его послышалась гордость.

— И ты выбросил всё это в мусорное ведро, — усмехнулся Руди.

— Ты вроде бы тоже изменил свою жизнь, насколько я про тебя слышал, — ответил Серафим.

— Да, и не жалею. И тебя не осуждаю, просто послышалась в твоём голосе некая ностальгия, — сказал Руди.

— Есть немного, — не стал спорить Серафим, — очень много лет было этому посвящено. Тут на станции даже воздух другой. На планете, естественно, лучше, но сейчас, когда мы сюда пришли и я его вдохнул, то прям накатило что-то… ничего, это пройдёт.

— Держись, — похлопал его по плечу Руди, и Серафим так и не понял, иронизирует он или говорит вполне серьёзно.

Дальше они шли без приключений. Уборщики о них либо не доложили, либо всем просто плевать на кучку людей бродящих по станции, пусть они и показались кому-то подозрительными.

— Так что, Серафим, какой план? Мы идём за тобой, но хотелось бы знать детали, — сказал Спас.

— Приблизительно расклад такой, — начал Серафим, — у руководства три основных сектора обитания. В самом центре станции и на её полюсах. Всё это объединено общей транспортной системой, проходящей по оси станции. Эта система закрытая и обычные сотрудники и уж тем более гости станции ей не пользуются. Вы видели, как на меня среагировал начальник уборщиков? А ведь я не имел доступа в эту систему. Даже мне это было не по рангу. Там свой мир, отделённый от остальной станции, со своим персоналом и обслугой. Помимо управляющей верхушки и владельцев планеты, там же живут самые богатые люди, которые хотят продлить себе жизнь, но без экстрима жизни на планете. Но далеко не все, а только самые-самые. В общем, заповедник для богатых и облечённых властью.

— А почему именно три зоны? — удивился Ваня, — одну ведь контролировать куда легче. Зачем они так размазали свою инфраструктуру?

В центре зона закрытая, типа убежища. На полюсах много стекла, там находятся видовые апартаменты и помещения общего пользования. А так же органы управления станцией. Не физические, а в смысле руководства. Условные кнопки и рычаги находятся в другом месте.

— А не в это ли место, нам как раз и нужно? — заинтересовалась Лиана.

— Это не одно место, — сказал Серафим, — а скорее, места. В одном таком я как раз и работал. Там наблюдением занимаются. Есть ещё десятки других. Сама эта инфраструктура для богатых, находящаяся на оси станции, максимально отделена от всей остальной. И от основных причальных терминалов, находящихся на экваторе, особенно. Чтобы перед ними постоянно не мельтешили прилетающие и улетающие корабли и не мешали любоваться космическими видами.

— Другими словами, идти нам ещё далеко, — вздохнул печально Руди.

— Ходить по станции, если тебе нужно в другую её часть, это вообще плохая идея, — сказал Серафим, — ну это как если на планете когда тебе нужно в другой город и ты идёшь пешком. Очень большие расстояния и в большинстве случаев не линейные. Нельзя просто пройти из точки А в точку Б. Намотать придётся гораздо больше. Поэтому нужен внутренний транспорт.

— И он тут есть? — спросил Ваня.

— Конечно, для перемещения по вертикали лифты, по горизонтали, капсулы. Есть совмещённые системы — «универсалы», но на них нельзя уехать куда тебе нужно, они соединяют определённые сектора, — сказал Серафим.

— Очень сложно и запутанно, — сказал Спас, — зачем всё так усложнять?

— На самом деле всё очень просто, — сказал Серафим, — людям обычно не нужно мотаться по станции из конца в конец. Некоторые вообще годами транспортом не пользуются, потому что не выходят из своей зоны жизнедеятельности, в которой есть всё что нужно. Спас, ты же был выживальщиком, верно? Вся ваша инфраструктура сосредоточена в одном месте. Это определённый сегмент станции, и там всё относительно близко. Всё плотно нашпиговано. И тренировочные зоны, и свои причальные сектора в экваторе, и жилые отсеки. Всё очень компактно, хотя в сумме и занимает очень много места. Но выживальщики не разбросаны по станции, а собраны в одном месте. Так что, если сейчас они эту деятельность свернули, то там, скорее всего, тишина и пустота. Уверен, что этот сектор просто опечатан.

— Так значит, мы на чём-то поедем? — спросил Руди.

— Это тоже не так-то просто, — сказал Серафим, — внутренние системы станции всё контролируют. Особенно, весь транспорт. Нельзя ей воспользоваться, без прохождения идентификации. Система всегда должна знать, кто куда направляется и кто где находится.

— А как же мы прошли через охрану без идентификации? — спросил Спас.

— Там идентификации нет, там регистрация. Ведь вновь прибывших нужно сначала добавить в базу. Но мы не регистрировались, это да. Так что теперь, если где нашу личность будут устанавливать, сразу начнутся проблемы, — сказал Серафим.

— И ты говоришь об этом только сейчас? — Лиана возмущённо остановилась, — а раньше нельзя было, чтобы мы хоть понимали что происходит?

— Тут очень много всего, — удивился её возмущению Серафим, — не про всё же рассказывать. Я думал, что вы меня и взяли как раз для того, чтобы не разбираться во всём этом.

— Так значит, есть варианты? — заинтересовался его словами Руди, — значит, как-то можно всё это обойти по кривой?

— Конечно! — сказал Серафим, — если бы не было, то про это я бы сказал сразу. Предупредил, так сказать.

— А ты не мог бы нас хоть немного просветить? — спросила Лиана, — куда же мы всё-таки сейчас идём? Я думала, что мы этого просто не знаем и будем на месте всё выяснять. Если понадобиться, ловить сотрудников и допрашивать. А, оказывается, у тебя есть чёткий план?

— Ну не прямо чёткий, но несколько идей имеется, — сказал Серафим, — сейчас мы идём на контрольную точку.

— И что же это такое? — спросил Спас.

— В каждом секторе есть такая. Большинство процессов контролирует компьютерная система, но нельзя всё доверять машине, поэтому существуют контрольные точки, где работу компьютерных систем контролируют люди. Обычные операторы, которые исправляют в ручном режиме текущие ошибки и сбои. И если нужно, принимают решения, которые машине доверять нельзя. Бывает такое, что нужно рассудить именно по-человечески. Обычно это касается людских разногласий, которые машина не пожжет правильно интерпретировать. В общем-то, я занимался тем же самым, только наша аппаратура смотрит на планету. А эта внутрь станции, — сказал Серафим.

— И что же нам может дать такая контрольная точка? — спросила Лиана.

— Если повезёт, то мы можем уговорить дежурного оператора прописать нас в систему. Это возможно! Тогда все вопросы с перемещениями будут сняты, — сказал Серафим.

— Уговорить! — хмыкнул Руди.

— Да! Именно уговорить! — строго сказал Серафим, — возможно, при помощи давления. Но я прошу никого не убивать. Это обычные люди, они нам не враги.

— Мы постараемся, — серьёзно сказала Лиана и взглянула на Руди.

Тот быстро кивнул, мол, всё понял и просто так убивать никого, конечно, не будет.

Внезапно весь коридор замигал красным и где-то вдалеке завыла сирена.

— Похоже, ты плохо напугал этих мусорщиков, — сказал Ваня, — они доложили куда надо что на станции посторонние.

— Это не мусорщики, а уборщики, — задумчиво сказа Серафим. Он лихорадочно пытался понять что делать дальше, раз ситуация так резко изменилась.

— Эх, говорил же, что надо их грохнуть! — с тоской сказал Руди.

## Глава 16

Бежали они быстро! Очень быстро! Но, как оказалось, недостаточно.

— Мы не успеем выбраться из сектора, — крикнул Серафим на бегу.

— Что делать? — спросила Лиана.

— Думаю! — ответил Серафим. Когда они добежали до очередной развилки, он вдруг резко свернул в боковой коридор, крикнув, — за мной!

Пробежав там метров пятьдесят, он неожиданно остановился.

— Есть идеи? — спросил Спас, подбегая.

— Да, одна, небольшая, — пытаясь отдышаться, сказал Серафим, и ткнул пальцем в сторону пола, — нужно открыть этот люк! Проблема в том, что он заперт.

— Посторонитесь-ка, — Ваня протиснулся вперёд, — дайте-ка я попробую!

Он присел возле люка, на который указала Серафим. Люк этот был большой, почти два на два метра. Имел он, скорее всего, техническое назначение. И, естественно, был заперт, чтобы туда не лезли все кому не лень.

Ваня откинул заглушку с углубления, служившего люку ручкой, вставил туда пальцы и потянул. Сначала казалось что у него ничего не получается, но спина у него как будто вспухала на глазах, казалось что мышцы сейчас разорвут одежду. Ваня издал долгий протяжный звук, внезапно внутри люка что-то треснуло, и крышка резко откинулась.

Запорный механизм, крепившийся к люку снизу, сорвало напрочь. Перед ними открылась дыра, где внизу, метрах в трёх, шёл коридор параллельный верхнему, но весь заполненный трубами и проводами.

— Спускаемся? — спросил Ваня.

— Естественно! — ответил Серафим.

Они быстро спустились вниз, по идущей вертикально металлической лестнице. Ваня был последним и закрыл за собой тяжеленную крышку люка.

— Что происходит? — спросила Лиана у Серафима, когда они оказались внизу, — и что будем делать дальше?

— Я не знаю точно что происходит, — сказал Серафим, — но вряд ли что-то хорошее.

— Это уж точно! — усмехнулся Игорь, — хорошим тут и не пахнет.

— Скорее всего, уборщики в самом деле подстраховались и доложили охране о встрече с нами. Но этот сигнал тревоги он общий, он может говорить и о пожаре, и о проблемах с системой воздухоподачи, и о людях, которые представляют опасность для окружающих и для станции и которых требуется нейтрализовать, — сказал Серафим, — но почему система тревоги сработала на самом деле, я понятия не имею. Может быть, это какая-то банальная неисправность.

— Когда мы здесь? — усмехнулся Спас, — ну уж нет. Мы как раз люди представляющие опасность для станции и которых требуется нейтрализовать. Именно поэтому сработала система, можешь больше не гадать.

— Я согласна со Спасом, — сказала Лиана, — какие варианты действий можешь предложить?

— Мы не зря спрятались, — сказал Серафим, — система видеонаблюдения есть не везде, не на всех отрезках коридора, а только на ключевых точках. Этого обычно достаточно, чтобы любого человека можно было отследить по всей станции. Ведь никто не будет стоять в слепой зоне вечно. Всегда понятно, где человек вошёл и где вышел. А значит, где приблизительно находится, с точностью до нескольких десятков, реже сотен, метров. Но когда включается тревога и её причина не попадает на камеры, в коридоры запускаются боты. Что-то вроде камеры на колёсах. Они ищут проблему, методично проезжая по всем слепым зонам. Ну это, разумеется, в том случае, если охране и дежурному оператору что-то не ясно.

— И что нам лучше делать в такой ситуации? Ну, мы спрятались, это понятно. Просто пережидать? Я сомневаюсь, что они успокоятся, если просто не смогут нас найти, — сказала Лиана.

— Мы можем попробовать перемещаться по этим техническим каналам, но в результате я не уверен. Я в них ничего не понимаю, это не моя специализация, мягко говоря. Но есть шанс перебраться по ним в другой сектор, а там уже вернуться к нашему плану по поиску контрольной точки, — сказал Серафим.

— Ну и куда нам в таком случае сейчас двигаться? — спросил Спас.

— Если у меня не сбился компас, — сказал Серафим, — то вглубь станции, это в ту сторону, — и он указал рукой.

— Нет, компас у тебя не сбился, — кивнула ему Лиана, — направление правильное. Тогда не будем тут киснуть, предлагаю сразу начать двигаться.

Внизу освещения не было, проходилось пользоваться предусмотрительно захваченными с собой с Призрака фонарями. Не успели они пройти и ста метров, как наверху что-то зашелестело. Они замерли и прислушались. Постояли пока звук не стих, потом ещё немного для верности, и только потом двинулись дальше.

— Это вот как раз машинка ездит по слепым зонам, — пояснил Серафим, но все и так это поняли.

Подобный звук повторялся через каждые несколько минут, и они каждый раз замирали и стояли тихо, не издавая ни звука. Если они так хорошо слышали едущую сверху машинку, то и она тоже вполне могла услышать их. На ней могли стоять чувствительные аудио датчики, превосходящие по возможностям человеческий слух. Так что, на всякий случай, они перестраховывались, предпочитая пережидать каждый проезд машинки.

Проход между нагромождением труб и проводов был узким, поэтому им пришлось вытянуться в длинную вереницу.

Приблизительно через час они перестали слышать машинки сверху. Серафим предположил, что они перешли в другой сектор, где их уже не ищут. По крайней мере, пока.

Ещё через час технический тоннель привёл их в большой зал, в котором труб и проводов было ещё больше. Потолок поддерживало множество стальных колонн.

— Что-то мне подсказывает, — сказала Лиана, — что если здесь большое пространство, то и над нами тоже должно быть такое же. Мне кажется, что мы под каким-то большим залом. Хорошо бы выяснить что именно находится сверху, потому что по этим коммуникациям мы пробираемся совершенно вслепую. Из зоны где нас ищут мы вышли, пора бы сменить тактику.

— Там есть выход наверх, — сказала Резвая, выходя из темноты.

— Ты уже успела здесь осмотреться? — удивилась Лиана.

— Да, а чего время терять? Вы очень медленно двигаетесь, я могла бы пройти раза в три больше одна, — сказала Резвая.

— Мы тоже могли бы, — ответила Лиана, — но сейчас это не нужно. Там мы потратим много сил и будем хуже следить за окружающей обстановкой. Мы двигаемся в рабочем темпе. Это не спринт, это марафон.

— Короче, выход там, — Резвая махнула рукой, не желая больше слушать пояснения.

— Да! — вякнул показавшийся из-за неё Деревяшка.

— О, ты малыша с собой на разведку брала? — удивился Ваня.

— Ха! Брала! Как будто он меня спрашивал, беру я его или нет. Просто, увязался за мной, и вьётся хвостом, — сказала Резвая.

— Ты ему понравилась, — удовлетворённо сказал Ваня.

— Вот спасибо! — всплеснула руками Резвая, — а можно другого поклонника выбрать?

— Бери, не отказывайся! — серьёзно сказал Ваня, — он очень надёжный товарищ! Знаешь, сколько раз он мне жизнь спасал?

— Тебе? — Резвая недоверчиво окинула богатырскую Ванину фигуру взглядом.

— Мне! Понимаешь теперь, какой он молодец? Несмотря на то что маленький, он парнишка не промах. Кстати, злить его тоже не советую. Он легко человека сожрать может. Меня чуть не сожрал! — почему-то довольно сказал Ваня.

— Так чуть не сожрал, или жизнь тебе спасал? — поддела его Резвая.

— Сначала чуть не сожрал, — охотно пояснил Ваня, — я чудом спасся. А уж потом жизнь мне спасал. И не раз!

— То есть, сначала тебя чуть не убило это маленькое существо, — сказала Резвая, — а потом оно же постоянно тебя спасало? Я была о тебе лучшего мнения. Может быть проблема в тебе? — Резвая резко повернулась и ушла в темноту, туда, где она обнаружила лестницу.

— Я? Да… что? — возмущённо забормотал Ваня, не находя что сказать.

Все стояли и еле сдерживали смех.

— Умыла она тебя! — хохотнул Спас.

— Да нормально со мной всё! Я космический флот добыл для нас! Конечно, приходилось рисковать! Ну скажите ей? — просительно посмотрел на всех Ваня.

— Да! — сказал Деревяшка и растворился в темноте следом за Резвой.

— Я что-то не понял, он кого сейчас поддержал? Меня или её? — спросил Ваня.

— Ну ладно, пошутили и хватит, — серьёзно сказала Лиана, — надо двигаться.

— Да я и не шутил, — растерянно сказал Ваня, — просто обидно, честное слово.

— Расслабься, — сказал Игорь, — девочка просто пытается самоутвердиться в новом коллективе. Лиана её слегка отчитала, и ей захотелось как-то компенсировать это.

— Но почему за мой счёт? — возмутился Ваня.

— Ты просто под руку подвернулся, — сказал Игорь, — разговор так зашёл. Молчал бы, она бы нашла себе другую жертву.

После этой небольшой разрядки, накопившееся в группе напряжение немного спало, и все пошли вслед за Ревой в приподнятом настроении. Все, кроме Вани, который на Резвую немного обиделся.

Она и правда нашла лестницу. В одной из боковых стен зала, была ниша, где начиналась металлическая лестница наверх.

Лестница привела их в большой и полутёмный зал. Только несколько тусклых фонарей на большом расстоянии друг от друга слегка рассеивали мрак.

— Аааааа, — протянул Серафим, — понятно.

— Поделись и с нами, что тебе понятно? — спросила его Лиана.

— Грузовой терминал. Но очень маленький, — сказал Серафим.

— Маленький? — хмыкнула Женя, — а какой же тогда большой?

— Конечно, маленький, — не понял её удивления Серафим, — ты же видела, насколько огромна эта станция? На грузовых терминалах снабжающих станцию, такой огромный грузопоток, что этот терминал выглядит просто игрушечным.

— Ну, по мне, так и этот очень большой, — пожала плечами Женя.

— Не двигаться! — раздался из глубины зала не очень уверенный голос. Из-за штабеля ящиков вышел военный. Это был молоденький парнишка, который держал направленный на них ствол какого-то оружия.

— Да, мы слишком много болтаем, — негромко сказала Лиана, — если даже такой салага может застать нас врасплох, — и уже обращаясь к нему громко добавила, — ты же здесь один! И не страшно было выходить на целый отряд?

— Нет! — пытаясь казаться уверенным, крикнул парнишка, — вы арестованы за проникновение в закрытую зону!

— Руди, прошу, только не делай ему ничего плохого, ладно? — попросила Лиана.

— Да ты что? — возмутился Руди, — парнишка мне нравится! Он, конечно, совершенно безумен, но верность долгу просто потрясающая! Я же не мясник, чтобы убивать таких трогательных солдатиков… к тому же он почти безоружен. У него в руках парализатор. Очень хороший, относительно новая модель, но всего лишь парализатор. Так что я им займусь, ведь обезоружить его всё-таки надо, но я постараюсь очень бережно. И я смогу это сделать аккуратнее, чем кто-то другой.

— Ну ладно, — кивнула Лиана, — действуй!

— Хватит там переговариваться! — крикнул парнишка, — положите оружие на пол, поднимите руки вверх, и встаньте спиной ко мне!

— Приятель, — Руди двинулся к солдатику, подняв руки вверх, как тот просил, — поверь, будет лучше, если ты отдашь мне своё оружие. Тогда точно никто не пострадает. Мы не причиним тебе вреда, а чтобы у начальства не было к тебе вопросов, то мы тебя свяжем и можем поставить фингал под глазом для убедительности. Но это сугубо по желанию!

— Стой! — крикнул солдатик, направив парализатор на Руди, — ещё шаг и я выстрелю!

— Не стоит! — сказал Руди и сделал ещё один шаг.

Парень выстрелил. Воздух между ними слегка задрожал, как над каменной поверхностью в жару, и Руди замер. Повисла пауза. Но Руди не упал, и это было странно для всех.

— Эргкхмаршрмааааоооо, — выдавил из себя Руди, и, встряхнув плечами, шумно выдохнул, — фуууу, ну и дела! Давненько меня не облучали из парализатора! Раньше я это лучше переносил, практически не замечал. Оказывается, этот иммунитет со временем тоже уходит! Напомните мне потом потренироваться с этой штукой, — Руди ещё раз встряхнул плечами, как бы сбрасывая с себя остатки оцепенения.

— Не проблема, — сказала Лиана, — могу стрелять в тебя хоть каждый час!

— Какая ты добрая! — повернулся к ней улыбаясь Руди и получил второй заряд из парализатора.

— Кххххррррммммааааоооо, — выдавил Руди, и было видно, что второй разряд он перенёс легче, — не надо больше, — проговорил Руди, когда вернул контроль над речевым аппаратом.

— Что такое? — парень заглянул парализатору в ствол, а потом постучал им по другой руке, — сломался что ли?

— Ты меня из него не завалишь! — сказал Руди, встряхнув руками, — думаю, что навык быстро вернётся… — добавил он, обращаясь уже к своим.

— Эта штука вырубает любого! Мы проверяли в учебке, никто не может выдержать! — бормотал парень, продолжая шлёпать парализатором по ладони, видимо надеясь его таким образом починить.

— Учти, третий раз я тебе выстрелить не дам! — медленно проговорил Руди.

Парень спохватился и снова направил на него парализатор. Но в этот момент свистнул камень и попал парню в голову. Тот рухнул как подкошенный.

— Резвая! — возмущённо крикнула Лиана, — этого делать было ненужно!

— Почему? — искренне удивилась Резвая, появляясь в поле зрения, — он же вам врал!

— В смысле? — хором сказали Лиана и Руди, и с улыбкой переглянулись после этой синхронной реплики.

— Он тут был не один, — сказал Резвая, как ни в чём не бывало.

— А сколько их тут? — спросил Руди.

— Был? — тут же ухватился за её слова Спас.

— Ну да, — ухмыльнулась Резвая, — был второй ещё. Они когда вас заметили, то этот пошёл отвлекать на себя внимание, а второй отправился подавать сигнал тревоги.

— Успел? — спросила Лиана, — подать сигнал успел? — решила она уточнить вопрос.

— Нет, конечно! — с лёгким превосходством сказала Резвая.

— Ну и где же он? — спросил Спас, — второй, который?

— Там, — неопределённо махнула рукой Резвая, — Деревяшка ваш его доедает!

— Чего? — Ваня аж поперхнулся, — ты чего наделала?

— А что? — удивилась Резвая.

— Он же не есть человечину! Ты испортила нам парня! — Ваня буквально захлёбывался от возмущения.

— Как не ест? — удивилась Резвая, — ты же сам говорил, что тебя он собирался съесть!

— Собирался, но не съел! Я был первый человек, которого он встретил… я так думаю… хотя это и не точно… — Ваня задумался, вспомнив кучу костей под порталом, через который он прилетел на ту планету, где встретил Деревяшку.

— Да пошутила я, — усмехнулась Резвая, — даже не думала, что вы поверите. Оглушили мы его и связали. Деревяшка его просто караулит. Если он и откусит кусочек пока меня нет рядом, то я тут совершенно не при чём! Я его к этому не подталкивала!

— Где он? — спросил Ваня.

— Вон там, возле стеклянной будки, — Резвая махнула рукой.

Никакой стеклянной будки отсюда видно не было, но Ваня всё равно бросился в том направлении, проверить как там Деревяшка.

— Странно всё это, — задумчиво сказала Резвая, проводив его взглядом.

— Он просто чувствует за него ответственность, — сказала Лиана, — Деревяшка это ведь, по сути, ребёнок, пусть и другого вида.

— Да понятно, — пожала плечами Резвая, — но всё равно странно.

— И этого парня убивать было необязательно. Ситуация была под контролем, — сказал Спас.

— Ага, ещё пара выстрелов из парализатора и Руди бы его взял! — улыбнулся Игорь.

— Не, максимум один, — сказал Руди, — а может быть и его не дал бы ему сделать… хотя, может и дал бы, чтобы посмотреть на прогресс адаптации к парализатору. Между первым и вторым выстрелом прямо ощутимая разница!

— Пальнуть в тебя? — снова предложила Лиана.

— Не, не сейчас! — сказал Руди, — как-нибудь потом, когда выпадет свободная минутка.

— Руки нормально работают? — спросила его Женя, — на протезы он не подействовал?

— Хороший вопрос! — оживился Руди, — зришь в корень!

Он поднял одну руку и покрутил кисть перед своим лицом, сжимая и разжимая пальцы. Потом проделал то же самое со второй рукой.

— Да нет, всё в порядке! Оно и понятно, парализатор действует на органику, а тут всё искусственное. Но хорошо что мы проверили это в относительно спокойной обстановке и теперь про это знаем!

Между колонами замелькала фигура Вани, который возвращался обратно. На плече он нёс второго солдатика. Деревяшка семенил рядом. Ваня шёл и улыбался. Когда приблизился, то радостно сказал:

— Всё в порядке, он его не поел! — и его улыбка расплылась ещё шире.

## Глава 17

Оба парня выжили. Резвая не проявила кровожадности, хотя и могла. Она специально кидала камни так, чтобы только оглушить. Риск убить, конечно, был, но всё обошлось.

Приложила она их сильно. Ждать пока они очнутся пришлось очень долго. За это время они обшарили весь этот погрузочный терминал, проверяя, нет ли кого ещё, кого Резвая с Деревяшкой не заметили.

Но больше никого не было. Немного тревожило то, что они не знали, как давно началась смена у охранников. Если им пора сменяться, то могут прийти другие, и тогда что-то придётся решать ещё и с ними. Или эти должны куда-то уйти и отметиться, а если их вовремя не будет, то там могут поднять тревогу.

Пока ребята были без сознания, выяснить это не представлялось возможным, приходилось только ждать.

Зал, и правда, на первый взгляд казался больше чем был на самом деле. Скорее всего, это из-за царящего тут сумрака, большого количества сложенных штабелями грузов, а так же множества колонн ограничивающих видимость.

Из этого зала вело четыре тоннеля, по которым ездили составы из капсул на магнитной подушке. Тоннели были круглые в сечении, капсулы, соответственно, тоже. Один состав состоял из восьми вагонов. Они это знали, потому что как раз один из составов находился здесь. Три других пути пустовали. Чёрные обтекаемые вагоны блестели в неверном свете дежурного освещения. Створки на них на всех были сдвинуты в сторону, открывая внутренности. Там было пусто, их, видимо, не успели загрузить, когда все процессы были остановлены.

Что находилось в ящиках, коробках и контейнерах, никому было не интересно. Не за тем они сюда пробирались, чтобы смотреть, что за грузы возят обитателям станции. Ладно ещё это было бы оружие. Но, судя по охране, которая тут была, да и по самой таре в которой находились грузы, оружием тут и не пахло. Скорее всего, какое-нибудь бытовое барахло.

Больше всего активности проявлял Серафим. Он обследовал поезд, стеклянную будку, где должен был располагаться координатор этой грузовой станции, и даже ряд подсобных помещений, находящихся в стенах по периметру зала.

— Ну что? Нашёл что-нибудь интересное? — спросила его Лиана, когда он вернулся.

— Интересно то, что я ничего интересного не нашёл! — сказал Серафим, — это как раз очень странно! Все логистические узлы должны быть как-то названы, помечены, подписаны. Чтобы даже дураку было понятно. Персонал же меняется. А если тут нет ни одного обозначения, как понять, туда ли ты пришёл на работу?

— Ну, может быть у них тут какой-то другой принцип идентификации, — предположила Лиана, — регистрируются сотрудники в другом месте, а сюда их доставляют на поезде. И тут уже не ошибёшься.

— Я бывал на разных станциях, и грузовых, и пассажирских, и везде присутствуют какие-то обозначения. Даже если ты их не понимаешь, они всё равно есть. А тут нет ничего! — сказал Серафим. Большие ворота в противоположном конце зала наглухо запечатаны. Скорее всего, через них доставляли сюда грузы с прилетевших кораблей. А тут уже сортировали и отправляли туда, куда необходимо, — сказал Серафим.

— Звучит логично, — сказала Лиана.

— Но почему без обозначений? — опять начал своё Серафим, — почему нет ни одного знака или указателя?

— Почему это тебя так тревожит? — спросила Лиана, внимательно на него глядя.

— Потому что это ненормально! А если что-то ненормально, то не знаешь что от этого можно ожидать! Не нравится мне всё это, — сказал Серафим.

— А может ли у этого быть, какое-нибудь простое объяснение, которого просто мы пока что не знаем? — спросила Лиана.

— В теории да! Ну например… — Серафим задумался, — даже не знаю какой пример придумать, всё кажется очень глупым.

— Ты прав, — сказала Лиана, — и хорошо, что ты обратил на это внимание. Мы бы про такое даже не подумали. Потому что это для нас новая среда, и мы не знаем как должно быть. Но ведь это странное на твой взгляд место, может оказаться не проблемой, а наоборот, решением. Такое ведь тоже возможно?

— В теории, да! Но я опять же не могу придумать никакой пример, как это всё может нам помочь. У тебя есть соображения? — спросил Серафим.

— Пока нет, — ответила Лиана, — но, может быть, они появятся со временем.

— Бедолаги зашевелились, — сказал подошедший Спас, — причём синхронно. Начала один, и второй как будто его услышал и стал поддакивать. Ещё в себя не пришли, не очнулись, но похоже, что уже скоро.

— Ну вот, может быть и узнаем что это за место такое странное, да? — сказала Лиана Серафиму.

— А почему странное? — спросил Спас.

— Есть определённые соображения. Серафим, расскажи Спасу, а я пойду на ребят взгляну, — сказала Лиана и направилась туда, где на ящике уложили оглушённых охранников.

Когда Лиана подошла, один из них как раз открыл глаза. Это был не тот, с которым они разговаривали. Этого Резвая с Деревяшкой оглушили в другой части грузового терминала.

Когда солдатик открыл глаза, то с трудом сфокусировав взгляд, увидел перед собой улыбающееся лицо Лианы.

— Жить хочешь? — ласково спросила она.

Солдатик нервно сглотнул и тут же кивнул.

— Тогда, я надеюсь, что у тебя не будет от нас никаких секретов! Если ты расскажешь всё что мы хотим знать, то останешься цел и невредим и всё самое плохое что может с тобой произойти, уже произошло, а дальше всё будет хорошо. Извини, что пришлось тебя вырубить, но этого требовала ситуация. Ну так что, поговорим? — спросила Лиана.

— Уху, — снова кивнул солдатик.

— Не говори им ничего! — вдруг сказал первый, который был до этого момента без сознания, — не роняй свою честь!

— Да, это очень сложная дилемма, — согласилась Лиана, — честь или жизнь… но в чём именно заключается честь? Умереть за людоедскую корпорацию, которая занимается геноцидом местного населения на планете? Ей на тебя плевать, ты просто расходный материал. Что говорит тебе твоя честь, когда ты служишь убийцам? — Лиана склонила на бок голову, ожидая ответа.

Парень не ожидал такого поворота разговора, к тому же он только пришёл в сознание и ещё не до конца сориентировался в происходящем. В голове был сплошной туман.

— Это ничего не меняет, — наконец собрался он с мыслями, — если я хочу сменить сторону или работодателя, то должен это сделать сам, а не потому, что моей жизни что-то угрожает. Если ты этого не понимаешь, то это твои проблемы!

— К сожалению, я это очень хорошо понимаю, — вздохнула Лиана, — и насколько бы всё было проще, если бы у тебя не было этой самой чести. Руди! — крикнула она расположившемуся поблизости убийце, — можешь отвести этого паренька вон к тем ящикам… просто отвести, делать с ним ничего не нужно пока, хорошо?

— Да я и не собирался, — пожал плечами Руди, — откуда такие мысли?

— На всякий случай предупреждаю, — сказала Лиана.

Когда Руди увёл упрямого солдатика, который всё время пристально озирался на своего товарища, понимая, что тот всё сейчас выложит, Лиана немного помолчала, подбирая подходящие слова и наконец продолжила:

— Всегда нужно опираться на здравый смысл, верно? — она подмигнула оставшемуся солдатику.

— Да, — с пониманием кивнул тот, чувствуя, что разговор может получиться вполне мирным.

— Сядь! — сказала Лана и солдатик послушно сел, — что это за место?

— Четырнадцатый погрузочный терминал для обслуживания специальной зоны, — отчеканил солдатик.

— Почему тут нет ни одного указателя что это за место? Например, хотя бы цифры четырнадцать? — спросила Лиана.

— Не знаю, — растерялся солдатик, — но на всех терминалах для спец зон нет никаких цифр.

— Но вы-то их используете? — спросила Лиана.

— Конечно, — удивился её вопросу солдатик, — иначе как понять, куда именно заступать на дежурство? Надо же как-то ориентироваться.

— Ну, допустим, — кивнул Лиана, — а что это за спец зона?

— Я не знаю, — развёл руками солдатик.

— А если подумать? — слегка прищурилась Лиана, — даже если вам не говорят, то слухи-то наверняка ходят? О чём у вас шепчутся?

— Говорят, что эти терминалы обслуживают особо важных жителей станции, — сказал солдатик, — тут возят всё очень редкое и очень дорогое. Секретность вокруг этого, чтобы не привлекать внимание преступников. Чтобы никто не знал где именно проходят особо ценные грузы. Даже мы сами толком ничего не знаем.

— Погоди-ка, — ухватилась за его слова Лиана, — а что, на станции есть преступники? Тут что, воруют вещи? Так, что даже приходится держать погрузочные терминалы в секрете?

— Конечно, — сказал солдатик, — преступности полно! Как нам рассказывали, есть несколько крупных групп, которые доставляют много проблем хозяевам станции. Ходят слухи, что у них есть покровительство даже в руководстве, поэтому их и не могут никак истребить!

— Вот тебе на! — удивилась Лиана, — неужели тут возят настолько ценные вещи, что стоит ради этого содержать целую преступную сеть, на станции, нашпигованной следящей аппаратурой? Что? — спросила Лиана, заметив, что солдатика что-то мучает.

— А вы разве не одни из этих… ну из них? — спросил он.

— Нет, мы не занимаемся грабежами и воровством, — сказала Лиана.

— Тогда зачем вы здесь? — солдатик был очень удивлён и не мог этого скрыть.

— Зачем мы здесь, это не твоё дело. Но нам нужно попасть в центр станции. Мы можем это сделать на этом поезде? — и Лиана кивнула в сторону единственного здесь состава.

— Наверное, — сказал солдатик, — наша работа дежурить на этих терминалах. Я не знаю точно, куда возят эти грузы. Где находятся эти специальные зоны, нам не сообщают. Нас самих привозят сюда на служебном поезде, и на нём же увозят обратно, после смены.

— Кстати, когда заканчивается ваша смена? — заинтересовалась Лиана.

— А сколько я был без сознания? — спросил солдатик.

— Не долго, — сказала Лиана.

— Ну, тогда, приблизительно часов через десять, — сказал солдатик, — мы недавно заступили.

— Хорошо, — улыбнулась Лиана, это давало им достаточно времени на то, чтобы убраться отсюда и про их визит сюда ещё долго никто не узнает, — так ты не ответил, чем промышляют местные банды?

— Разным, — солдатик немного подумал, — самый известный случай, это как они умыкнули две тонны золота доставленного с планеты. Тогда вся станция на ушах стояла, перерыли всё что только можно, но их так и не нашли. Никто не может понять, как им удаётся так эффективно скрываться.

— Это хорошо, — задумчиво сказала Лиана.

— Почему? — удивился солдатик.

— Не важно, — Лиана встряхнула головой, как бы стряхивая свои мысли и возвращаясь к разговору, — если его запустить этот поезд, тревога не поднимется?

— Да не должна, — задумался солдатик, — я про это никогда не думал. Вообще, всё что сейчас происходит, это впервые на моей памяти… я не про ваше нападение, хотя и это тоже впервые… — он смутился от этой формулировки, но Лиана одобрительно кивнула и он продолжил, — после того как начались перебои с энергией, тут всё встало. Такого раньше никогда не было! Всегда шла активная перевалка грузов, их привозили, перегружали, увозили… поток был постоянный. И мы тут дежурили по двенадцать человек. А сейчас всё опечатано и нас всего по два человека ставят охранять… но мы думали, что и это избыточная предосторожность. Оказалось, что нет. Но про грузовые транспортные капсулы я вообще ничего не знаю… честно!

— Верю! — сказала Лиана и задумалась, — ладно, сиди пока здесь, сказала она через некоторое время и пошла искать Серафима.

Тот оказался уже возле поезда из грузовых капсул. Они с Ваней что-то живо обсуждали. Лиана приблизилась и с интересом прислушалась к их разговору. Они обсуждали какие-то технические моменты управления поездом.

— Я так понимаю, что мы сможем на нём покататься? — спросила Лиана, послушав их некоторое время.

— Точно неизвестно, — сказал Ваня, — но шанс есть. В принципе, этим капсулам много энергии не нужно. Под ними магнитная лента, по которой они скользят… точнее над которой. Не вдаваясь в подробности, заряда аккумулятора должно хватать на поездку в один конец. Это как минимум. Даже если сеть обесточена. Серафим сомневается, а я почти уверен. Но мы пока не пробовали, естественно, вдруг что-то пойдёт не так? Вдруг какая-нибудь сигнализация сработает? Будем пытаться его запустить, когда соберёмся отсюда убираться.

— Хорошо, вопрос с сигнализацией меня тоже беспокоит, — улыбнулась Лиана, — а ты почему сомневаешься? — спросила она у Серафима.

— Потому что он, когда обследовал поезд, не понял как его запустить. А я после него туда полез и сразу разобрался, — ответил за него Ваня, — а теперь только подошёл, и сразу стал подвергать сомнению мою теорию.

— И вовсе не поэтому, — резко сказал Серафим, но тут же взял себя в руки, — впрочем, какая разница? Скоро и так всё узнаем.

— Действительно, — согласилась Лиана, — ты мне лучше вот что скажи, солдатик рассказывает, что на станции орудуют аж несколько организованных групп, которые занимаются преступной деятельностью, и якобы никто не может их никак поймать. Это правда?

— Не знаю, — честно сказал Серафим.

— В смысле, не знаешь? — удивилась Лиана, — ты про такое никогда не слышал?

— Слышал, конечно, — сказал Серафим, — но я не знаю, правда это или нет. Если говорить о работе, то это за пределами моей компетенции. Если просто так, мнение человека прожившего много лет на станции… да, такое возможно, но эта информация тщательно скрывается, чтобы не вызывать волнений в обществе. Ну слухи про эти банды ходят всё время. Правда, многие говорят что это не несколько банд, а одна, просто разделённая не несколько групп. Самая известная история про них, это как они похитили пять тонн золота.

— Пять? — удивилась Лиана.

— Да, пять. А что тут странного? Слишком много? Насколько я понимаю это в свете полученных от вас знаний, это было золото Сибаритов, которое они направили на станцию, — сказал Серафим.

— Да нет, я не об этом, — улыбнулась Лиана, — ты мне лучше скажи, как же им удаётся всё время скрываться? Тут же кругом наблюдение, мир замкнутый, рано или поздно их должны были бы вычислить.

— Ну, нас-то пока не вычислили, — сказал Ваня.

— Мы тут всего ничего, — возразила Лиана, — притом, у станции сейчас серьёзные проблемы из-за разрушения Энергона. Но жить и занимать преступной деятельностью тут годами, это совсем другая история.

— А почему тебе это так интересно? — спросил Серафим.

— А ты не понимаешь? — удивилась Лиана, — это же ключ к успеху нашей миссии! Если бы нам удалось найти этих людей, то мы смогли бы воспользоваться их навыками и их инфраструктурой, которая у них обязательно есть. Не может не быть!

— А почему ты думаешь, что они поделятся с нами своими возможностями, а не убьют нас на всякий случай? — спросил Ваня.

— Убьют нас? — усмехнулась Лиана, — если бы нас было так легко убить, вряд ли бы мы стояли сейчас здесь, и пробирались к руководству станции.

— И всё -таки, — спросил Ваня, понимая, что она вряд ли рассчитывает только на физическое насилие.

— А вдруг мы сможем им что-то предложить? — сказала Лиана, — было бы интересно поговорить с этими людьми, возможно, мы можем оказаться очень полезны друг другу.

— Это не исключено, — сказал Ваня, — но я бы рассчитывал на агрессию. Они, скорее всего, захотят избавиться от тех, кто узнал о них что-то, чтобы сохранить свою тайну.

— А в этом месте мы вспоминаем про пункт, что убить нас не так-то и просто, — сказала Лиана, — но раз эти люди смогли вести тут тайную деятельность, то и у нас вполне себе приличные шансы на успех. Значит, в местной системе полно уязвимостей, и нам только нужно их находить и использовать, даже если мы не сможем связаться с этими жуликами.

— Я думаю… — начал Серафим, но закончить свою мысль не успел, потому что раздался истошный девичий крик, внезапно оборвавшийся.

Все сломя голову бросились в ту сторону.

Картина, которую они застали, была неожиданной. Солдатик, который проявил интерес к сотрудничеству, держал сзади Резвую, приставив нож ей к горлу.

— Перережу, перережу, перережу, — безостановочно шептал он, как заведённый. Видимо, его заклинило.

— Зачем ты это делаешь? — спросил Лиана, остановившись напротив него, — я думала, что мы договорились!

— Думали я совсем дурак? Не оставите вы нас в живых! — сказал солдатик, — а теперь слушайте, как будет! Я сейчас двигаюсь к стеклянной будке и подаю сигнал своим. Вы все стоите и не шевелитесь. Если хоть кто-то дёрнется, я перережу ей горло. Я успею, не волнуйтесь!

Краем глаза Лиана заметила, как Руди незаметно заходит с боку. И тут же с другой стороны она увидела как к солдатику держащему Резвую подкрадывается Деревяшка. Это было некстати, но она не успела придумать как его остановить, когда малыш вдруг бросился вперёд, намереваясь впиться ему зубами в ногу.

Но тот заметил движение сбоку, и успел пнуть Деревяшку ногой, попав тому точно в лицо. Деревяшка подлетел в воздух, кувыркнулся через голову и, упав на пол, затих.

— А вот это было зря! — яростно сказал Ваня, но Лиана успела схватить его за руку.

— Не надо, — сказала она, и Ваня прислушался, поняв, что Резвая погибнет, если он сейчас броситься на солдата.

## Глава 18

— Ну чего ты там встал! — крикнул солдат, держащий в заложниках Резвую, своему товарищу, — помоги мне! Давай, я буду её держать, а ты подай сигнал!

Второй приблизился, но как-то неуверенно.

— Она же ребёнок ещё… — сказал он.

— И что? Какая разница? Ребёнок, не ребёнок, тебе-то что! Иди, подай сигнал, пока есть такая возможность. Быстрее!

Второй солдат прошёл мимо своего товарища, продолжая двигаться неуверенно, и как будто в чём-то сомневаясь.

— Ну! — поторопил его первый, — шевелись, давай!

Оказавшись у своего товарища за спиной, там где тот его не видел, потому что внимательно следил за происходящим впереди, он присел на корточки и, задрав штанину, быстро вытащил нож из ножен закреплённых на голени.

— Мы их даже не обыскали, — разочарованно тихонько прошептала Лиана. Потом она поймала взгляд Руди, который уже был готов действовать. Но она едва заметно отрицательно качнула головой, как бы говоря: «Подожди пока».

Нужно было сначала понять, что именно происходит. Если дать Руди сигнал, то всё закончится в считанные секунды. Он был готов и находился в состоянии сжатой пружины, которая вот-вот резко распрямится.

Теперь было понятно, откуда у солдата захватившего Резвую, взялся нож. Видимо это была часть их штатного вооружения. Небольшая пауза заставила этого солдата нервничать. Когда он активно что-то делал или говорил, это придавало ему смелости. Но как только всё остановилось, на него накатило чувство неуверенности, он вдруг резко понял, что всё может оказаться не так просто, как ему это представилось, когда он решил изменить правила игры.

— Ну, чего молчите? — крикнул он, в основном обращаясь к Лиане. Было понятно, что он сделал это, чтобы взбодрить себя.

— А что говорить? — пожала плечами Лиана, — отпусти ребёнка и сразись со мной. Я же женщина, значит ты сильнее. Обещаю, что если ты победишь, тебя никто не тронет!

— Ага, так я тебе и поверил! — злобно выкрикнул солдат, — ищи дурака!

— Зря ты это затеял, — сказала Лиана, — ведь могли бы разойтись миром!

— Такие как вы свидетелей не оставляют… — сказал солдат, он хотел добавить что-то ещё, но не успел.

Всё это время за его спиной стоял его товарищ, не в силах принять правильное решение. Эти несколько секунд разговора показались ему вечностью, но, наконец он вскинул голову, сверкнул глазами и сделал свой окончательный выбор.

Шагнув к своему товарищу, он одной рукой схватил его за руку которой тот держал нож, чтобы он не смог причинить вреда Резвой, а другой резанул сослуживцу по горлу. Движение было широким, а нож острым. Кровь хлестанула из перерезанной артерии, но почти не попала на Резвую. Только почувствовав движение сзади и последовавшее за этим лёгкое ослабление хватки, она тут же вывернулась и, бросившись на пол, кувыркнулась в сторону, где через долю секунды уже стояла на ногах и вкладывала камень в пращу.

Руди тоже уже давно был рядом с двумя солдатами, но делать ничего не стал, в этом не было нужды. Один из охранников оседал на пол хрипя и брызгая во все стороны кровью, второй аккуратно его придерживал, чтобы тот не рухнул, а опустился плавно. Когда его товарищ оказался на полу, всё ещё продолжая хрипеть и дёргаясь в конвульсиях, то он выронил нож, который до сих пор был у него в руке, медленно отошёл в сторону и, сев на ящик, заплакал, судорожно вздрагивая плечами.

Все так и стояли молча вокруг и смотрели на результаты произошедшего инцидента. Зарезанный солдат, наконец-то затих в луже крови. Руди, вздохнув разочарованно от того, что не довелось реализовать себя в этой ситуации, хотя он был готов, пошёл оттирать кровь, которой на него попало много, потому что он даже не пытался от этого уберечься.

Ваня быстрым шагом направился к Деревяшке, который уже начала приходить в себя и пытался сесть. Ваня подхватил его на руки, унёс в сторону и там уложил на один из плоских контейнеров. Деревяшка всё это время возмущённо что-то бормотал и прижимался к Ване, а тот шептал ему слова утешения. Малышу крепко врезали.

Лиана постояла некоторое время, похлопывая себя легонько ладонью по бедру, после чего решительно направилась к солдату и села рядом. Но говорить ничего не стала, просто сидела и думала о чём-то.

Все остальные, поняв что ситуация под контролем и они тут больше не нужны, тоже стали расходиться.

Даже Резвая, которая неожиданно оказалась в центре всей этой ситуации, яростно глянула на лежащий в крови труп, потом на спасшего её солдата, кивнула ему, сказала:

— Спасибо! — и, резко повернувшись, ушла.

Солдат на её спасибо никак не отреагировал, а так и продолжал сидеть, с текущими по щекам слезами, иногда судорожно втягивая воздух и вздрагивая плечами.

— Я предатель! — после продолжительной паузы прошептал он.

— Да, — просто сказала Лиана, — но зато ты человек.

— Я убил своего! — воскликнул солдат с ноткой отчаяния в голосе.

— Но ты же сделал это не просто так, — сказала Лиана, — значит, он был настолько не прав, что тебе пришлось пойти на такие радикальные меры. И я считаю, что ты поступил правильно. Возможно, это был самый важный выбор в твоей жизни, который повлияет на всю твою дальнейшую судьбу. Иногда один поступок может определить, каким человеком ты будешь. А некоторые люди умудряются прожить всю жизнь, и так и не столкнуться с ситуацией, где им придётся сделать выбор. И так и умирают, даже не зная, кто они на самом деле. Ты теперь знаешь, что для тебя важнее. Что в этой жизни главное, а что второстепенное.

— Что ты такое говоришь? Это же конец моей жизни! Даже если вы меня не убьёте… я даже не представляю что со мной сделают на службе! — сказал нервно солдат.

— Мы тебя не будем убивать. И до этого тоже не собирались. Ни тебя, ни его. Мы не убиваем просто так, — сказала Лиана, — а жизнь… неважно сколько тебе осталось, важно что ты теперь знаешь кто ты.

— И откуда вы тут взялись? Да ещё и в мою смену! Всё могло бы быть как обычно, тихо и спокойно! — выдохнул солдат.

— Мне кажется, ты упускаешь из виду одну очень важную деталь, — усмехнулась Лиана.

— Какую? — озадаченно взглянул на неё солдат.

— Зачем ты здесь? — Лиана посмотрела ему прямо в глаза.

— Чтобы охранять это место, — не понимая к чему она клонит, медленно сказал солдат.

— Вот именно! — сказала Лиана, — и мы своим появлением придали смысл твоей работе. Если бы не было никаких опасностей, зачем бы вы тогда тут были нужны? Когда ты шёл сюда служить, то надеялся что никогда не встретишь тех, кто будет представлять опасность? Просто будешь получать зарплату, и спать на объектах, которые тебя поставили охранять? Ну, тогда ты просто получил расплату за свою глупую самонадеянность. Если ты идёшь служить, если ты берёшь в руки оружие, будь готов его применить.

— Я готов! — резко ответил солдат, — я знаю что я здесь делаю и какие у меня обязанности!

— Я не спорю с этим. Я про другое. Про твоё отношение к тому, что наша встреча вообще произошла. А повёл ты себя достойно, тут никаких вопросов нет. И в начале, когда вышел отвлекать на себя внимание, и потом, когда заступился за девочку, — сказала Лиана.

— Если хочешь знать, я жалею об этом! — неожиданно сказал солдат, — может быть он бы её и не убил… скорее всего бы не убил, она ведь была заложником. Так что, нужно было просто сделать то, что он просил.

— Нет, — сказала Лиана, — это был плохой вариант.

— Почему? — удивился солдат.

— Потому что ситуацию вы не контролировали, что бы вам в тот момент не казалось. Просто при любом другом варианте, вы скорее всего погибли бы оба. А если бы он успел причинить нашей девочке вред, то погибли бы в страшных муках. Я бы не стала сдерживать худшие порывы, которые возникли бы у некоторых моих людей, — сказала Лиана.

— Получается, что убив его, этим я купил себе жизнь? — потрясённо сказал солдат.

— Нет, — сказала Лиана, — твоя жизнь у тебя и так была, её не нужно было покупать. Мы бы тебя отпустили, сто раз тебе уже это повторяла.

— Но я же не стал вам ничего рассказывать! — сказал солдат.

— Ну и что? — улыбнулась Лиана, — это как раз вызывает уважение. Да, оставляет нас без информации, но у нас ведь был другой источник, которые принимал в отличие от тебя только неправильные решения.

— То есть, когда он захотел вам рассказать всё что вы хотите знать, он принял неверное решение? Я не понимаю логики, — сказал солдат.

— Ну это же элементарно! — удивилась его непониманию Лиана, — предателей никто не любит, но это не значит, что их нельзя использовать. Да, нам было полезно то, что он оказался таким. Но это не значит, что мы должны его за это уважать.

Они немного помолчали.

— Я просто не знаю, что мне теперь дальше делать… — с тоской сказал солдат.

— Ну знаешь! — возмутилась Лиана, — мы находимся по разные стороны. Я и так уделяю тебе внимание, из-за того что ты заступился за нашу девочку. Но это не значит, что мы будем решать все твои проблемы. Придумай что-нибудь. Можешь свалить убийство на нас, я не возражаю. Мы бы всё равно его в живых не оставили, после того что он учудил.

— Я не хочу врать, — сказал солдат.

— Нельзя быть таким идеалистом, — вздохнула Лиана, — ты совершенно пренебрегаешь здравым смыслом. А в жизни опираться лучше всего на него. Я бы предложила тебе отправиться с нами, но тебе это не подойдёт.

— Почему это? — удивился солдат, — не то чтобы я согласился, просто интересно, почему ты так думаешь?

— Всё потому же, — сказала Лиана, — мы преследуем хорошие цели, очень хорошие! Но чтобы их достигать, иногда приходится пачкать руки. Да, за грань мы не переходим. У нас тоже есть свои принципы и убеждения. Но чистоплюйством не страдаем. Иначе, мы бы вообще ничего не смогли добиться.

— И оно того стоит? То чем вы занимаетесь, стоит того, чтобы так жить? — спросил солдат.

— Конечно! — сказала Лиана, — потому что то, что мы делаем, улучшит жизнь очень большого количества людей. Если мы достигнем успеха, то лучше станет миллионам, а скорее десяткам миллионов, или даже сотням. Посчитать это невозможно.

— Ну ты хватанула, — усмехнулся солдат.

— Да, можешь не верить, я и сама периодически сомневаюсь. Но мы стоим на этом пути и, несмотря на все сомнения, пойдём по нему до конца. И если просто ответить на твой вопрос, то да, оно того стоит! Но подробностей не жди, не настолько мы близки, чтобы всё тебе рассказывать. Тем более, у тебя не будет никаких оснований утаивать эту информацию от своего начальства. А вот это нам уже совсем не нужно, — сказала Лиана.

— А то что я уже знаю и могу рассказать, это вас не тревожит? — спросил солдат.

— Нет, — сказала Лиана, — на такую жертву мы готовы, — и она ему подмигнула, — ты главное не чуди и не выкидывай что-нибудь в духе твоего товарища. Тогда всё закончится хорошо. По крайней мере, в этом месте. Что будет со всеми нами дальше, это ещё большой вопрос.

— Как тебя зовут? — спросил солдат.

— Это не важно. И твоё имя я специально не спрашиваю. Мне оно не нужно. Мы сейчас уедем, а ты останешься. Это конец этого жизненного эпизода, — Лиана встала, — ещё раз напоминаю, не чуди! Не пытайся ничего сделать и тогда не пострадаешь!

Солдат задумчиво покивал, выслушав Лиану, и задумался. А она посчитала разговор законченным и пошла к поезду. Пора было отсюда убираться.

Возле состава первым Лиану встретил Спас.

— Ну что, поговорили? — спросил он.

— Поговорили, — устало вздохнула она.

— Дай-ка попробую угадать, — сказал Спас, — ты предложила ему присоединиться к нам?

— Нет, — сказала Лиана, — намекнула, что такая возможность в теории есть, но не предлагала. Да и не нужен он нам, будет нас отвлекать и тормозить. Он не будет понимать что мы делаем и не сможет существовать в нашем ритме. Новенькие нам сейчас не нужны.

— Может быть ты и права. Но Резвая-то тоже новенькая, а ничего, справляется! — сказал Спас.

— Если ты забыл, то я напомню. Её мы тоже с собой брать изначально не собирались, но она проявила такое упорство, спрятавшись в самолёте, что теперь понятно, что если она куда-то хочет, то лучше её взять добровольно, иначе она всё равно найдёт способ добиться своего. Но этот способ может всё только осложнить. В общем, Резвая быстро влилась и она свой человек. Хотя, время на притирку всё равно было. Мы успели вместе кое-что пройти. А этот парень совсем чужой нам. Да, вроде бы не плохой, но слишком уж идеалистичный. Вот представь, посчитает что кто-то из нас тоже делает что-то неправильно и прирежет! — усмехнулась Лиана.

— Мне кажется, ты сгущаешь краски, — сказал Спас, — тут была особая ситуация.

— Может быть, но я бы не поручилась за него. Пытаясь поступить правильно, он может создать нам очень большие проблемы, — сказала Лиана, — поэтому, если даже я сначала немного сомневалась, то теперь, поговорив с тобой, только утвердилась в мысли что нет, он нам не нужен!

— Как скажешь, — кивнул Спас, — я тебя и не уговаривал. Просто поинтересовался.

— Как там дела с нашим транспортом? — спросила Лиана.

— Нормально, — ответил вместо Спаса, оказавшийся поблизости Ваня, — хотели отцепить остальные капсулы для экономии энергии, но не поняли как это сделать. Придётся ехать на длинном составе и надеяться, что энергии в батареях хватит.

— А ты сам-то как считаешь, хватит? — спросил Спас.

— Моя интуиция говорит мне, что хватит! — сказал Ваня.

— Это хорошо, — сказал Спас, — интуиция это не простая вещь, к ней стоит прислушиваться.

— Тогда ты должен знать, что интуиция Серафима говорит, что нам заряда не хватит, — сказал Ваня, — чью будем слушать, мою или его?

— Ну, если ваша интуиция пропорциональна вашей мышечной массе, тогда, конечно, тебя! — сказал Спас.

— Ненаучное утверждение, — с сомнением сказал Ваня, — она может быть и обратно пропорциональна. А может быть и вообще не пропорциональна. В общем, можем сыграть в эту игру, надеясь что повезёт.

— Выбора нет, — сказала Лиана, — мы попробуем. Не тут же сидеть!

— Я вот что думаю по этому поводу, — сказал Ваня, — мы же на космической станции, верно?

— Я думаю, что ответ ты знаешь, — сказал Спас.

— Ну да, это был риторический вопрос, — сказал Ваня, — это полностью искусственный объект, собранный на орбите планеты. Смекаете?

— Пока нет, — сказала Лиана.

— Ну, если бы это был естественный спутник, приспособленный под базу, то транспортный тоннель мог проходить в каменной породе от начала до конца, — сказал Ваня.

— Я кажется начинаю понимать к чему ты клонишь, — сказал Спас, — в любом месте станции, за любой стеной есть что-то… просто мы не знаем что. И здесь в том числе.

— Верно! — сказал Ваня, — может быть тут за стеной жилые уровни, или энергетические установки, или резервуар с водой, или ещё что-нибудь… да тут может быть что угодно! Единственное чего там не может быть, сплошной массы твёрдой материи. А раз там есть что-то, то туда так или иначе можно проникнуть. Так что, если даже наш поезд встанет в тоннеле, думаю, что мы сможем найти какую-нибудь дверь… куда-нибудь, и выбраться…

— Куда-нибудь? — подсказала ему Лиана.

— Ага! — радостно кивнул Ваня, — куда-нибудь!

— Ну тогда грузимся! — сказала Лиана.

Почти все уже были около поезда, поэтому дважды повторять не пришлось. Не было только Руди. Лиана догадывалась где он и через минуту её догадка получила подтверждение. Руди присматривал за солдатом, чтобы он не наделал глупостей. Присматривал тайком, чтобы тот его не заметил.

Когда они стали грузиться в поезд, солдат тоже пришёл. Он медленно шагал вдоль состава, засунув руки в карманы и задумчиво шаркая ногами. Как только он приблизился, появился и Руди. Теперь уже можно было не следить.

Деревяшка уже совершенно оклемался и вёл себя как обычно. Увидев что все заходят в вагон, он тоже заковылял туда.

Ещё не хватало Резвой. Но это было делом обычным. Она всё время куда-то исчезала. Впрочем, когда было нужно, она обычно тут же появлялась. Так и в этот раз. Как только все стали заходить в первый вагон, в котором собирались ехать, появилась и она.

Увидев её Руди присвистнул.

— Классная штука! Молодец, у тебя хороший вкус! — и он похлопал ей в ладоши.

Резвая была в белой шубе до середины бедра. Мех был с серебряным отливом, и тускло поблёскивал.

— Зачем тебе это? — удивилась Лиана.

— Просто понравилась! Мы там вскрыли несколько ящиков, в них много разных вещей. В основном женская одежда, — сказала Резвая, — у меня таких вещей никогда не было. Она очень лёгкая и красивая. Если будет мешать, я её выкину, — тут же добавила Резвая, натолкнувшись на скептический взгляд Лианы.

— Да мне всё равно, — сказала Лиана, — просто странно выглядит. Но если хочешь, бери, конечно. Дело твоё!

Резвая обрадовалась что её не осудили за шубу и быстро заскочила в вагон.

— Трогаемся! — крикнул Серафим со стороны кабины.

— Ну ладно, бывай! — Лиана махнула рукой солдату, — надеюсь, у тебя всё сложится хорошо!

— Спасибо, — сказал солдат, — и вам тоже удачи! — добавил он неуверенно.

— Спасибо! — сказал Лиана и зашла в вагон.

Поезд зашипел, внутри раздался электрический гул, и открытые створки капсул начали задвигаться. Солдат стоял возле второй капсулы, которая была пустой. Створка медленно наползала, и когда до закрытия осталась щель меньше мера, солдат вдруг, неожиданно для себя, повинуясь какому-то внутреннему импульсу, шагнул внутрь. Створка закралась и с лёгким шипением прижалась к своему месту, после чего состав плавно тронулся.

## Глава 19

Поезд двигался почти бесшумно, с тихим шелестением под днищем и лёгким электрическим гудением. В кабине находились Серафим и Ваня, которые стояли рядом и смотрели вперёд, на освещаемый фарами тоннель. Да, тут всё было автоматизировано, но можно было управлять поездом и вручную. Именно так они сейчас и ехали. Серафим держал руку на джойстике управления.

Самая большая проблема была в выборе пункта назначения. Дело было в том, что вариантов было несколько десятков. Если учесть тот факт, что они не знали точно, насколько именно хватит ресурса батарей в поезде, то логично было выбрать самый ближний. Но они этого пока что не сделали, потому что не знали какой пункт был ближним и склонялись к мысли нажать на верхнюю строчку в списке, выведенном на монитор.

А там было написано: «Последний маршрут», и дальше шёл набор букв и символов, который они расшифровать не могли.

Эта надпись, по крайней мере, могла свидетельствовать о том, что этот пункт назначения рабочий, ведь был риск приехать и на какой-нибудь закрытый, опечатанный или ремонтируемый. К тому же, судя по характеру грузов на сортировочной станции, вряд ли этот пункт назначения будет военный. Скорее всего, это что-то связанное с торговлей. А это их вполне устраивало. Из такого места был шанс выбраться без потерь.

— Ну что? — Серафим взглянул на Ваню.

— Жми! — немного подумав, сказал тот, — всё варианты для нас одинаково неизвестны. Сыграем в эту игру и выберем самый очевидный.

— Логично! — сказал Серафим.

Он медленно протянул руку и аккуратно приложил палец к строчке с последним пунктом назначения.Тут же все остальные варианты исчезли, и появилась кнопка: «Перейти на автоматическое управление». Серафим нажал и на неё.

Состав загудел чуть сильнее и слегка ускорился. На экране появилась ещё одна надпись и часы: «Время в пути 21:01 минут», и цифры тут же стали меняться, сокращая оставшееся время.

Ваня открыл дверь из кабины в вагон и, заглянув туда, сказал:

— Через двадцать минут приедем!

— Куда? — спросил Игорь.

— Загадка! — ответил Ваня, — но лучше быть ко всему готовым.

— Через двадцать минут будем! — весело сказал Руди.

— Лучше и сейчас не расслабляться, — сказала Лиана, — за эти двадцать минут может произойти всё что угодно!

Но ничего не произошло. Поезд мерно шелестел по своему маршруту, приближая их постепенно к цели. Они сидели почти всё время молча, изредка перебрасываясь короткими фразами.

Резвая ласково гладила свою новую шубу. Её завораживал мех, как он распрямляется после того, как по нему проскользит рука.

Они неоднократно проезжали развилки, но состав знал куда ему нужно и даже не сбрасывал скорость. Когда таймер был уже почти на нуле, они проехали последнюю развилку. И до этого места в тоннеле были обозначения. Все тоннели имели свои буквенно-цифровые подписи. Но на последней развилке к ним добавилось ещё одно. И над левым и над правым тоннелем был одинаковый набор символов, но в этот раз в конце была добавлена символическая картинка. Слева человечек, справа коробочка. Состав проехал под коробочку. Эти обозначения были тут везде на тот случай, если что-то случится с автоматикой и поезд нужно будет провести по маршруту вручную, не запутавшись в множественных тоннелях.

После этой развилки поезд стал заметно сбрасывать ход и меньше чем через минуту, они въехали в тёмный зал станции. Состав с лёгким шипением остановился, и двери плавно отъехали в сторону.

Никто не понял как, но Руди почти мгновенно пересёк зал и оказался в его противоположной части, где растворился в темноте. Лиана подняла руку, призывая всех оставаться на своих местах.

Стояла мёртвая тишина и почти полная темнота. Только фары поезда освещали пространство перед ним, и этот же отражённый свет частично освещал перрон. Да, грузы привозили именно сюда, но в отличие от сортировочной станции здесь было пусто. Всё что сюда было доставлено, увезли, не оставив и следа.

Пустоту этой платформы нарушали только редкие колонны, поддерживающие потолок.

Вскоре они увидели Руди, который шёл к ним совершенно спокойно, тихонько что-то насвистывая.

— Что скажешь? — спросил его Спас.

— С хорошего или с плохого начать? — спросил Руди.

— А есть плохое? — удивился Спас.

— Я бы на твоём месте удивлялся, если бы его не было, — сказал Руди.

— Ну, хорошее это то, что тут никого нет, верно? — спросила Лиана.

— Да, — кивнул с улыбкой Руди, — а плохое это то, что выйти отсюда, похоже, нельзя!

— Ты уверен? — спросил Игорь.

— Нет, конечно! — сказал Руди, — я не всё тут успел осмотреть. Но выход вон там и он закрыт. Причём, в лучших традициях этой станции, запечатан намертво. Там опустили сплошную металлическую плиту!

— Это, наверное, противопожарная система, — сказал Спас, — чтобы отсечь огонь, если случился какой-то катаклизм.

— Но огня то тут вроде нет, и не было, — пожал плечами Руди, — с другой стороны, они всё сделали правильно. Если они сейчас этой платформой не пользуются, проще замуровать её наглухо, чем охранять!

— Какая-нибудь дырочка всё равно должна быть! — сказал Ваня, — не может быть, чтобы не было!

— Если бы была, — возразил ему Руди, — то опускать эту плиту не было бы никакого смысла!

— Чем гадать, проще осмотреться тут как следует, — сказала Лиана, — давайте пробежимся и всё проверим.

Руди оказался прав, более тщательные поиски ничего не дали. Причём было видно, что этот зал обычно не был пустым. Раньше тут были и какие-то стеллажи, и лавки, и ещё что-то. Но когда несколько дней назад тут всё запечатывали, то унесли отсюда всё, оставив только стены и колонны. Единственный выход был перекрыт и открыть его с этой стороны не представлялось возможным. Для этого бы потребовались либо очень серьёзные инструменты, либо какое-нибудь очень разрушительное оружие. Но шуметь не хотелось, да и ничего подходящего у них в арсенале не было.

— Есть у кого-нибудь идеи? — спросила Лиана, когда они вновь собрались около поезда.

— Есть, — сказал Ваня и замолчал.

— Ну? — нетерпеливо сказал ему Руди, — если есть, расскажи всем. А то если ты не хочешь рассказывать, можно считать что идеи у тебя никакой и нет.

— Когда мы уже подъезжали к станции, то поезд прошёл через развилку. Над тоннелем в который мы въехали, была нарисована коробка, — сказал Ваня.

— Ты можешь говорить быстрее? — Руди закатил глаза, — я состарюсь, пока ты закончишь предложение.

— А над вторым тоннелем был нарисован силуэт человечка, — сказал Ваня.

— Другими словами, — тут же всё поняла Лиана, — пассажирский и грузовой вокзал? Любопытно! Думаешь, что если грузовой закрыт, то это вовсе не означает что закрыт и пассажирский?

— Я не знаю, — Ваня развёл руки в стороны, — но мне кажется, что сейчас это наиболее рабочий вариант. И самый ближний. Можно добраться туда на ручном управлении.

— Едем, — сказала Лиана и они стали заходить обратно в вагон.

Поезд послушно сдавал задом, они смотрели на монитор, где камера показывала всё происходящее.

Не спеша они добрались до развилки, и когда поезд оказался перед двумя тоннелями, Серафим при помощи джойстика заставил его заехать теперь в левый тоннель. Они не спешили, думая что путь тут точно такой же, что перрон совсем рядом. Но это оказалось не так. Эта станция оказалась раза в три, а то и в четыре дальше, чем первая. Но уже на подъезде они поняли, что здесь всё будет иначе.

Станция была хорошо освещена, это они увидели ещё из тоннеля. Тут электричество почему-то не экономили. Когда они подъехали поближе, то увидели, что вся станция затянута зеленью. Красивые вьющиеся растения с разноцветными цветами, оплетали въезд на станцию и весь перрон.

Когда поезд выехал из тоннеля, они просто оказались в лесу. На секунду они даже не поверили своим глазам. Весь перрон зарос лесом, но не диким, а очень ухоженным. Лужайка перед поездом, трава, бегущий чуть дальше ручей, создавали идиллическую картинку. Всё портил слишком низкий для этого пейзажа потолок. Но на это можно было не обращать внимания.

Причём, судя по всему, вся флора тут была настоящая. Эти деревья и трава, в самом деле, тут росли. Возможно, именно поэтому свет тут продолжал гореть, чтобы растения не загнулись в темноте.

Поезд остановился, и дверь отъехала в сторону.

— Не впадайте в иллюзию безопасности, — тихонько сказала Лиана, — за красивым фасадом, очень часто скрываются главные неприятности!

— Наверное, людям живущим на этой станции не хватает природы! Тоскливо, наверное, постоянно находиться среди металла и пластика, — так же тихо сказал Руди, — но мы-то и так живём на природе, нас-то травой не удивишь! Нам как раз наоборот, хочется сейчас погрузиться во что-то искусственное и технологичное, правда ведь?

— Шшшш, — сказала ему Лиана, и приложила палец к губам.

Какое-то время было тихо, но потом раздались какие-то странные звуки. Они даже не сразу поняли что это, но потом до них дошло, что это кто-то играет на дудочке. Потом к этой дудочке присоединился какой-то струнный инструмент, потом ещё несколько разных, так, что теперь звучал уже небольшой оркестр.

Между деревьями начали мелькать фигуры, а звуки музыки становились всё ближе и ближе.

Они вскинули оружие, но вскоре возникло желание его опустить, настолько странным было то, что они увидели. Но они сдержали этот порыв и продолжали держать на мушке приближающихся людей.

— Ущипните меня, я кажется сплю, — сказала Лиана, — ай! — вскрикнула она тут же и посмотрела на стоящего рядом Спаса, — это же просто фраза такая, не обязательно было на самом деле щипать!

— Я знаю! — улыбнулся ей Спас.

К ним приближались исключительно женщины. Мужчин среди них не было ни одного. Точнее, это были молодые девушки. Все очень разные, но в то же время одинаково идеальные. Были высокие и небольшого роста, с короткими и с длинными волосами, да и цвет волос был у них всевозможных оттенков. От чёрных и белых, до цветных, неестественно ярких искусственных цветов! Телосложение у всех было удивительно правильное, хотя и разное.

А рассмотреть телосложение было несложно. На девушках из одежды были только венки на головах, длинные венки висящие на шеях, и венки опоясывающее их на талиях. Всё! Больше на них ничего надето не было!

— Я один чувствую себя несколько неловко? — спросил вдруг Руди.

— Ты? — удивлённо повернулась к нему Лиана, — ты чувствуешь себя неловко? Такое, вообще, бывает?

— Как видишь! — сказал Руди и оглядел всю их группу, — у нас тут из свободных мужиков только Серафим. Остальные все женаты. И против нас выкатили самое страшное оружие! Голых красоток.

— Они слишком красивые, — задумчиво сказал Ваня, — прям вот до тошноты! Что-то здесь не так!

После Ваниных слов это стали замечать и все остальные. У девушек были слишком большие глаза. Это смотрелось красиво, и если бы одна из них была с такими глазами, это было бы не удивительно. Но тут это было у всех.

— Попахивает генной инженерией, — сказал Серафим.

Девушки приближались, некоторые из них играли на музыкальных инструментах, все без исключения улыбались, причём казалось, что очень искренне. Как будто бы они были очень рады гостям.

Только одна из них была чуть-чуть одета. Вместо венков на шее и талии, у неё было что-то вроде купальника, но тоже из цветов. Как только все стоящие у поезда выделили её из толпы, так смотреть стали только на неё, потому что она разительно отличалась от всех остальных. Они не сразу поняли чем именно, кроме купальника. Но потом постепенно до всех стало доходить.

Она единственная выглядела живой. У неё на лице была не кажущаяся искренней радость встречи, а лёгкое недоумение, иногда сменявшееся задумчивостью. Как будто она была не очень уверена в происходящем, но продолжала играть свою роль, не находя причин поменять сценарий. В общем, по её лицу пробегал целый каскад эмоций, в отличие от всех остальных.

Судя по всему, она была тут главной. И если приглядеться, то становилось заметно, что она старше остальных девочек. Хотя и выглядела по-прежнему очень хорошо!

Толпа девушек остановилась напротив, и как только они перестали идти, то сразу начали петь. Затянули что-то красивое, мелодичное, но без слов и состоящее из одних вокализов.

Главная выдержала очень недолго и наконец вскинула руку, после чего голоса резко смолкли, а вслед за ними замолчали и музыкальные инструменты.

— Мы всегда рады гостям, — заговорила главная девушка, — но мы впервые видим среди наших гостей женщин. Это наталкивает меня на мысль, что наши дорогие гости могли прибыть в наше сказочное место по ошибке!

— А что это за место? — спросила Лиана.

— Сад счастья! — ответила девушка.

— Очень пафосно, и совершенно неинформационно, — сказала Лиана, — я так и не поняла что это за место, следовательно, не могу сделать вывод, сюда мы хотели попасть или не сюда.

— Те, кто едет сюда специально, знают, куда собираются попасть. А вы я вижу удивлены происходящим. Следовательно, вы приехали не туда, куда собирались! — сказала главная девушка.

— Пусть так! — сказала Лиана, — а в таком случае можно попросить девушек одеться, чтобы они не смущали наших мужчин?

— Нет, — неожиданно ответила главная, — это нарушит правила. Девушки должны встречать гостей именно в таком виде.

— Ну ладно, допустим! — кивнула Лиана, — а после того как вы встретили костей, что обычно происходит?

— Как что? — удивилась главная, — мужчины знакомятся с девушками, гуляют, общаются… ой! — вскрикнула она, увидев Деревяшку, которого не заметила сначала, потому что он стоял сзади.

— Не пугайся, это наш друг! — сказала Лиана и улыбнулась, — мы можем как-то выйти через ваш сад на саму станцию?

— На какую станцию? — не поняла главная.

— Ладно, — вздохнула Лиана, — из вашего сада есть другой выход, кроме этого? Можно отсюда уехать не на поезде, а уйти пешком?

— Нет, — покачала головой главная, — так никто никогда не делает!

— Я не спрашиваю, делают или нет, я спрашиваю, есть ли такая возможность! — Лиана уже начинала потихоньку раздражаться.

— Сюда нельзя с оружием! — вдруг спохватилась главная.

— Нам можно! — сказала Лиана.

— Нет, оружие у нас здесь запрещено, и из этого правила нет никаких исключений. Я не сразу обратила на него внимание, потому что ещё никто и никогда не приезжал сюда с оружием. А я работаю здесь очень давно! — сказала главная.

— Ладно, хватит играть в слова! — сказала Лиана, немного резко, — мы здесь, и нам нужно просто пройти через вашу территорию. Чем вы тут занимаетесь, нас совершенно не волнует. Если вы не пойдёте нам на встречу, то мы всё равно это сделаем, только… не в такой дружеской манере, как могли бы. Советую осмыслить то, что я сказала и отпустить этих милых искусственных девушек отдыхать.

— Мы не искусственные, — вдруг подала голос одна из тех, что стояла недалеко от главной.

Та резко на неё взглянула, и девушка тут же потупила взгляд.

— Они не искусственные, — сказала главная, — они самые что ни на есть настоящие!

Но этот самый брошенный ей взгляд, сказал обо всём лучше слов.

— Нам плевать, — сказала Лиана, — нам просто нужно пройти!

— Я в затруднительном положении, — неожиданно призналась главная, — такого в моей практике ещё никогда не случалось. Я не знаю что делать!

— Я тебе уже сказала, что нужно делать! — сказала Лиана, — пропустить нас через свою территорию.

— Мне нужно посоветоваться, — сказала главная, и оглянулась, как будто тот, с кем она хотела посоветоваться, находился рядом. Но это точно был не кто-то из девочек.

— Не стоит, — сказала Лиана, — не стоит никому говорить что мы здесь. Не стоит ни с кем советоваться. Не стоит вызывать охрану, которая тут наверняка есть. Если ты это сделаешь, тогда обязательно прольётся кровь, и кто-то пострадает. Если ты сомневаешься в серьёзности наших намерений, я могу прямо сейчас пристрелить одну из твоих кукол.

— Мы не куклы! — сказала одна из девушек.

— Заткнись! — крикнула на неё главная, неожиданно показав совершенно другое своё лицо.

— Я так и не поняла что это за место, — тихонько сказала Женя, которая стояла чуть сзади остальных.

Руди повернулся к ней, пожал плечами и сказал:

— Бордель!

## Глава 20

Местную хозяйку звали Арина, но она попросила называть её Ари. Руди был прав, это был элитный бордель, стилизованный под пасторальный антураж, на руинах древней цивилизации. Природа, мраморные развалины кругом, ручьи, поляны, прекрасные девушки в венках.

Ари сказала, что разных тематических заведений достаточно много. Но они закрытые, не для всех, а для элитной публики. Просто так с улицы сюда зайти нельзя, сколько бы денег у тебя не было.

Поезда с клиентами приходят обычно по расписанию, но после того как начались перебои с энергией, к ним никто не приезжал. А тут вдруг неожиданно грузовой поезд со странными людьми, среди которых и женщины, и какое-то необычное существо.

Охраны здесь, прямо в парке, никакой нет. Ведь сюда нельзя зайти обычным способом. Только приехать на поезде. Сюда, или на станцию снабжения. Но её законсервировали, несмотря на то, что Ари яростно протестовала. Ведь им через неё и продукты завозили. Ари сказали что это ненадолго и вскоре всё восстановится. Однако сроки поставок уже прошли, а кормить их никто не собирался.

Да, пока у них были запасы и не маленькие. Но что произойдёт, если вдруг так никто сюда больше и не приедет?

Арина думала об этом каждый день и совсем потеряла из-за этого сон. Ведь на ней было две сотни девушек, которые не могли сами о себе позаботиться. Единственное что они хорошо умели делать, это угождать клиентам, во всех возможных смыслах этого слова.

Да, разумеется, девушки были клоны.

Да, разумеется, она знает, что клонов создавать незаконно, а особенно для секс индустрии и подобных применений. Но это не она и делала. Она сама тут вынуждено.

Нет, она человек, но раньше тоже работала в борделе. И нет, не по зову души. Жизнь так сложилась. Она всегда хотела выбраться из этого порочного, во всех смыслах, круга, но так и не смогла. Теперь у неё была другая должность и сама она уже могла не работать… если не появится очень настойчивый посетитель, который положит глаз именно на неё. Такое не часто, но бывало. Обычно девушек хватало, ведь они были тут на любой вкус, цвет и размер.

Да, в прямом смысле этого слова, были и полненькие, и с кожей разного цвета. Но, обычно, такие не выходят к поезду встречать прибывших, а их приглашают, если есть такой запрос. Первыми выходят девушки ориентированные на более стандартные вкусы клиентов.

Девушек уже давно отправили одеваться, осталась только Ари, но местные обитательницы оказались очень любопытны. Они неохотно ушли, и потом всё время мелькали поблизости, как будто у них тут какие-то дела. Но все эти попытки приблизиться к гостям, с которыми беседовала Ари, были очень наивными.

— Ты их отправила одеваться, почему они этого не сделали? — спросила её Женя.

— Тут поддерживается очень комфортный климат, они привыкли ходить прямо так, чтобы всегда быть готовыми встретить гостей. Это можно сказать их униформа. Они не одеваются, потому что не видят в этом смысла. Это их обычный вид, — сказала Ари.

— Тебе бы тоже не мешало одеться, а то мы неловко себя чувствуем, — сказала Лиана, — накинь что-нибудь, и мы продолжим разговор.

— Мне тоже так привычно, но если вы испытываете неудобство, то я, конечно, оденусь, — сказала Ари, и лёгкой походкой направилась через поляну.

Лиана, Женя и Резвая проводили её взглядом, все остальные пристально осматривали окрестности, удивляясь тому, как тут всё красиво оформлено цветами.

— Ну, какие соображения? — спросила Лиана, когда Ари ушла.

— Девочек жалко, — вздохнула Женя.

— Это понятно, — сказала Лиана, — я о том, что делать будем дальше? Ари говорит, что другого выхода отсюда нет, и я склонна ей верить. Лезть в коммуникации, что наверняка возможно, мне не хочется. Так можно очень долго добираться туда, куда нам нужно. Годами!

— В поезде целый список возможных пунктов назначения. Не думаю, что он обслуживал только публичные дома, — сказал Ваня, — можно попробовать доехать ещё куда-нибудь.

— Батарея! — напомнил ему Серафим.

— Думаю, тут должен быть пост зарядки, просто он скрыт с глаз. Нужно посмотреть, поискать… или спросить у местной хозяйки, — сказал Ваня.

— Она вроде не по технике, — сказал Серафим.

— Но может знает, — пожал плечами Ваня.

— А что, девочек тут бросим? — удивилась Женя.

— А ты предлагаешь их всех забрать с собой? — в свою очередь удивилась Лиана, — и что мы с ними будем делать, даже если сумеем всех затолкать в поезд?

— Я не знаю, — Женя опустила голову, — но хочется им как-то помочь!

— Мне кажется, что они пока не нуждаются в помощи, — сказал Спас, — они вполне себе счастливы, в своей системе координат. Ари о них заботится. Рано или поздно снабжение восстановиться, не дадут им умереть с голода. Даже сейчас им энергию не отрубили, значит, это место считается ценным для тех кто его организовал. Всё у них наладиться.

— Ну, конечно! Наладится! — усмехнулась Резвая.

Между деревьями показалась Арина, в лёгком белом платье выше колен. Платье было почти прозрачным.

— Да уж, оделась! — вздохнула Лиана.

Ари, когда подошла, виновато развела руки в стороны и сказала:

— Ничего более скромного у меня поблизости нет, за остальным нужно идти далеко, в жилые комнаты… где мы почти не бываем. Почти всё время проводим здесь, — она грустно улыбнулась.

— Тяжело тебе тут, наверное, одной среди клонов, — сказал Руди.

— Да нет, я привыкла, — сказала Арина, усаживаясь на прежнее место, где даже трава ещё не распрямилась после её ухода, — девочки… не люблю называть их клонами и никогда не называю… в общем, девочки хорошие. Они, как бы это сказать… простые, что ли? Да, умом не блещут, но не тупые. Пожалуй «простые», будет самым верным словом. И достаточно беспомощные. Нет, за собой они ухаживают хорошо, их этому научили. Я имела ввиду, что к жизни они не приспособлены. Выброси их в обычный социум, и они в нём не смогут себя найти. Не смогут устроиться и жить обычной жизнью. Это трудно объяснить, но это так.

— Да, с нами тут путешествовал один клон, — сказал Спас, — мужчина. Солдат они тоже делают. Ты правильное слово подобрала, «простой». Но он вписался в коллектив. Конечно, немного на своей волне, но возможность социализироваться у них в принципе есть.

— Проблема не в этом, — сказала Ари грустно, — жить в обществе они могут. Но эта их «простота», делает их очень уязвимыми. Их легко ввести в заблуждение, обмануть, подставить. Они не смогут решать сложные жизненные ситуации, которые рано или поздно у всех происходят.

— Тут согласен, — сказал Спас, — уязвимость это да, это чувствуется.

— Ари, а тут есть зарядный терминал для поезда? — спросил Ваня.

— Я не очень в этом понимаю, — сказала Ари, — но вон там, в конце платформы, что-то такое есть. Те, кто управлял поездом, иногда там возились и что-то подключали. Думаю, это как раз то, что вам нужно.

— Пойду как гляну, — сказал Ваня, вставая.

— Я с тобой! — сказал Серафим, — похоже, что мы тут два главных технаря!

— Осталось выяснить, кто главней! — усмехнулся Ваня, и тут же осёкся, — разумеется, не с помощью физической силы, — серьёзно добавил он.

Все улыбнулись, хотя Ваня и не шутил.

— Вы всё расспрашиваете, но сами про себя ничего не говорите, — сказала Ари, — я понимаю, что тут как раз вопрос физической силы. Мы не можем сами за себя постоять, поэтому приходится вам во всём угождать и идти навстречу. И всё-таки, кто вы такие?

— Конечно, нам не стоит этого говорить, потому что, если об этом узнают, то у нас могут начаться проблемы, — сказала Лиана, — они и так начнутся, просто не хочется их ускорять.

— Вы в бегах? — заинтересовалась Арина.

— Нет, — покачала головой Лиана, — мы бегаем, конечно, но мы не в бегах. Мы прилетели на станцию специально. Мы диверсанты!

— Ух ты! — Арина оживилась, — а чего вы хотите добиться?

Лиана помолчала немного, глядя на лес, думая продолжать откровенничать или нет. У неё было странное чувство. Разум говорил, что выдавать лишнюю информацию не нужно, но эмоционально она не хотела ничего скрывать. Ей было наплевать. Ей даже хотелось, чтобы люди, которых они идут убивать, узнали об этом. Чтобы их смерть не была неожиданной, чтобы они пожили в страхе.

— Мы хотим убить руководство этой станции, — медленно проговорила Лиана, и поймала на себе удивлённый взгляд Спаса, отвечая на который, пожала плечами.

Ари подалась вперёд.

— Серьёзно? Это здорово, но боюсь что это невозможно! — сказала она.

— Здорово? — удивился Руди, — хозяйка борделя желает смерти своему начальству? Любопытно!

— А что тут такого? — не поняла его удивление Арина, — думаешь, они подарили мне хорошую жизнь? Я их всех ненавижу! Вы просто не представляете через что приходится пройти на такой работе… ты представляешь! — вдруг сказала она, пристально взглянув на Резвую, которая поспешно опустила глаза, — ладно, это не моё дело. О таком не рассказывают обычно. Да, естественно я желаю им смерти! Причём, по возможности, мучительной!

— А хозяйка-то наша со стерженьком внутри! — радостно сказал Руди, — кровожадненькая!

— Нет, — спокойно возразила Арина, — но людям испоганившим мою жизнь я от всей души желаю смерти. Сама бы убила кого-нибудь из них с удовольствием… да боюсь не смогу. Никогда никого не убивала.

— Поехали с нами, и у тебя будет такая возможность. Я скажу тебе что делать, научу и помогу! — сказал Руди.

— Руди! — возмущённо сказала Лиана.

— Ничего личного! — тут же поднял руки тот, — я с ней не заигрываю! Но помочь человеку впервые убить, это… это необъяснимое чувство. Своего рода лишение девственности. И провести человека по пути к первому трупу это честь и удовольствие одновременно. Особенно, если убийство не бессмысленное, а, как в нашем случае, яростная жажда мести! Я просто хочу ей помочь реализоваться!

— Тогда ладно! — улыбнулась Лиана.

— Не верится, что ты могла подумать что-то другое! Ли, ты меня как будто совсем не знаешь! — слегка преувеличенно, но вполне искренне возмутился Руди.

— Спасибо, но я вынуждена отказаться, — сказала Ари, — кто тогда позаботится о моих девочках, если я уеду?

— Ты же понимаешь, что они не люди? — сказал Руди, пристально на неё глядя, — ты повесила себе на шею камень, который тебя утопит. Это не твои дети, это клоны, заботиться о которых тебя заставили!

— Для меня они люди, — сказала Ари, — я очень хочу всё бросить и вырваться отсюда, но только если бы было кого здесь оставить, чтобы о девочках позаботились. Бросить их на произвол судьбы я не в силах.

— Ну, как знаешь, — сказал Руди и откинулся на спину. Лежать на мягкой траве было приятно, во рту он жевал какой-то зелёный колосок, и смотрел на потолок, изображающий облачное небо.

— Да и сомневаюсь я, что у вас это получиться. Это авантюра! Вас убьют по пути, — сказала Ари.

— Я с ними недавно, — сказала Резвая, — и я тоже не верила, что они смогут уничтожить Энергон. Очень хотела чтобы они это сделали, но не верила в это. Однако, у них получилось! Это невероятно, но факт!

— Энергон? — переспросила Ари, — а что это?

— Это энергетическая установка на планете, которая питала всю эту станцию, — сказал Игорь, — все проблемы тут начались после того, как Энергон взорвался.

— То есть, — медленно, не очень веря в услышанное, проговорила Арина, — все эти перебои со снабжением и с приездом поездов с клиентами, это всё, по сути, ваших рук дело?

— Ну да, — кивнул ей Спас.

— Здорово! — Арина оживилась, — я много лет живу на станции, меня сюда привезли ещё девочкой. И я медленно старею, почему-то. Мне уже немало лет. Так вот, за все эти годы я не наблюдала ни одного серьёзного технического сбоя. Мелкие бывали, но такого как сейчас, ни разу. И если вы меня не разыгрываете, то позвольте выразить вам своё восхищение. Хотя, если честно, я сейчас чувствую себя как одна из своих девочек. Очень «простой». Мне кажется, что вы меня дурите. Не знаю зачем, но дурите.

— Ты видимо всю жизнь прожила в относительной изоляции от мира и многого не знаешь. Мы расскажем, почему ты медленно стареешь. Это не твоя особенность, — сказала Лиана.

— А чья же? — удивилась Арина.

— Мне больше ста пятидесяти лет, — сказала Лиана, — это заслуга планеты.

— Ну, мне не так много, — сказала Ари, — мне всего пятьдесят четыре… но выгляжу-то я не больше чем на тридцать!

— На станции замедление старения есть, но оно не такое сильное. На планете это работает лучше, — сказала Лиана, — там люди живут долго. Гораздо дольше, чем во внешнем мире.

— Я вам не верю, чем дальше, тем больше, — сказала Ари, — но у меня какое-то странное чувство… мне всё равно хочется пойти с вами, чтобы убедиться в том, что вы меня обманываете. Странно, да? Хотя я никуда и не пойду, потому что девочек своих всё равно не смогу оставить. И пусть я буду жалеть потом всю жизнь, но значит такая у меня судьба. Что они будут делать, если снабжение не возобновится?

— А что ты будешь делать? — спросил Спас, — ну вот представь, не будут к вам больше приезжать. Когда ты начнёшь действовать и что именно сделаешь?

— Ну, у меня есть связь с оператором, который контролирует сеть наших заведений. Я обычно туда не звоню, потому что раньше всё было нормально. Но если припрёт, обязательно свяжусь, — сказала Ари.

— А когда ты уходила одеваться, успела позвонить? — спросил Руди, гоняя во рту колосок.

— Нет, — честно сказала Арина, — даже в голову не пришло. Но если бы пришло, я бы всё равно не стала ничего сообщать.

— Почему? — заинтересовалась Лиана.

— Вы не внушали мне опасений… в тот момент. Сначала было, да. Но потом они развеялись. А если сообщить о вас, кто знает, чем всё это закончится? Как вы на это среагируете? Что будут делать те, кто захочет вас арестовать… если захочет. В общем, слишком много неизвестного. Мне показался более приемлемым вариант, поговорить с вами. Вы ведь всё равно уедете. Что вам тут делать? Девочки вас не заинтересовали, брать у нас нечего. Даже не знаю, какой может быть интерес делать тут что-то плохое. Ну если только у вас с психикой не совсем порядок. Но вы не производите такого впечатления. В общем, диалог мне показался лучшим решением, — сказала Ари.

— И это был правильный выбор, — сказала Лиана, — ты очень хорошо просчитала ситуацию. Всё так и есть на самом деле. Нам просто нужно двигаться дальше. Если отсюда нет выхода кроме как на уехать на поезде, значит, мы уедем на нём и вы ничего не теряете.

— Спасибо! — сказала Ари.

— А мы не можем оставить им часть вагонов? — Игорь аж присел, от пришедшей в голову мысли, — насколько я понимаю, кабина машиниста есть в каждом вагоне. Их можно использовать хоть по одному. Нам столько всё равно не нужно. Что если оставить девочкам лишние, на всякий случай? Вдруг им понадобиться перебраться в другое место. А то идти пешком по тоннелям это идея плохая, никогда не знаешь, когда тебе навстречу появится несущийся состав.

— Спасибо, — улыбнулась Ари, — но вот только ни я, ни тем более девочки управлять этим не сможем. Нет такого навыка у нас. Так что, это всё равно будет бесполезно.

— Мне кажется, там ничего сложного. Ребята покажут что к чему, и вы, в крайнем случае, сможете отсюда уехать. Можете и не уезжать, но страховка, сама принципиальная возможность сделать это, не помешает, — сказал Игорь.

— Я не возражаю, — сказала Лиана, — почему бы и нет?


Первыми среагировали Лиана и Руди, после них Резвая и Игорь, и только потом все остальные.

Ещё секунду назад они мирно валялись на травке и беседовали, а сейчас уже Руди стоит возле второго вагона, готовясь убить того кто оттуда выйдет, а остальные рассеялись и залегли в траве. Только Ари, недоуменно хлопая глазками, продолжала сидеть на своём месте, не понимая что происходит.

Внутри вагона показался силуэт. Человек подошёл к выходу и посмотрел наружу, пытаясь понять где он находится. Не сдержавшись, очень широко и сладко зевнул, потянулся и только сейчас заметил сидящую на траве девушку.

Устыдившись своего зевка, он смутился и неуверенно кивнул:

— Здрасьте!

— Ну, приятель, должен сказать, что у тебя железные нервы! — сказал Руди, молниеносно оказавшись рядом и обняв его за шею. Со стороны могло показаться что объятия дружеские, но парень чувствовал что держат его мёртвой хваткой, — уснуть в такой момент, и в таком месте! Даже я бы так не смог! Ари! — крикнул он хозяйке борделя, — мне кажется, что мы нашли того, кто сможет позаботиться о девочках вместо тебя! Ты едешь с нами!

## Глава 21

— Да ты пойми, — продолжал убеждать солдата Руди, — вариант беспроигрышный! Систему связи мы сломали, так что нам ты навредить не сможешь. Когда тебя найдут, расскажешь что бандиты напали на склад, который вы охраняли, твоего напарника убили, тебя взяли в заложники и увезли с собой. Здесь выбросили за ненадобностью и в заложники забрали местную хозяйку, Арину. Женщину же проще контролировать, чем мужчину, верно? Ты тут остался без связи и с кучей девушек, которые оказались в трудной ситуации. Как человек верный своему долгу, ты решил взять на себя ответственность и позаботиться о них, в меру своих сил и возможностей. И в итоге ты будешь героем. Да и девчонкам поможешь, Ари говорит, что они довольно беспомощные.

— А почему же вы меня тогда не убили, когда я стал не нужен? — спросил подозрительно солдат, моделируя вопрос, который ему могут задать.

— Откуда тебе-то знать, что у нас на уме? Не посчитали тебя опасным, забыли, пожалели… в общем, ты не знаешь. Оставили и оставили. Главное, все сложные и тонкие места превращай в свои преимущества. Что ты наоборот всячески старался выполнить свой долг, даже когда оказался в другом месте, — сказал Руди, — да и выбора-то у тебя особо никакого нет. Этот вариант поможет тебе сохранить жизнь и репутацию. Девочки ничего не знают и не смогут тебя выдать. Ари им ещё подкинет что-нибудь в пользу нашей версии, чтобы они могли это подтвердить. А мы, никому ничего не скажем, да и какая нам вера, преступникам вне закона, а?

— Ну, звучит вроде логично, — сказал солдат, — да и девочек, в самом деле, жалко. Как их тут так бросили без снабжения?

— Вот-вот! — Руди ему подмигнул, — им нужен начальник, который знает что делать. К тому же, мы оставим вам большую часть поезда, чтобы в крайнем случае вы смогли отсюда выбраться. А если тебя ещё можно научить им управлять, то девочек вряд ли, по крайней мере, Арина сомневается. Ну, ты потом увидишь, девочки немного на своей волне, — Руди встал, — короче, выбора у тебя всё равно нет. Я тебе просто обрисовал плюсы сложившейся ситуации. И сам сможешь выкрутиться перед начальством, и девочкам поможешь. На этом всё, а то я устал уже тебя убеждать.

— Да я согласен, — сказал солдат, окончательно сдавшись, — согласен я!

— Ну, вот и хорошо, — и Руди бодро зашагал в сторону поляны, где сейчас находились его друзья.

— Ну что там? — спросила его Лиана, когда он приблизился.

— Всё нормально, — сказал Руди, — было нелегко, но вроде бы он проникся. Тяжёлый клиент.

— Да ладно тебе, нормальный парень, который оказался в очень тяжёлой ситуации. Это для нас может быть пустяк, а для него вся жизнь перевернулась, — сказал Спас.

— Главное, чтобы он сделал то, что нам нужно, — сказал Руди, — вы систему связи-то сломали? А то я ему сказал что сломали.

— Да, Ари с Серафимом недавно вернулись оттуда, — сказала Лиана.

— Серафим? — усмехнулся Руди, — да, насколько я про него наслышан, он знатный мастер по уничтожению инфраструктуры станции. Лучшей кандидатуры для этого дела и не придумаешь. Ну что, едем уже, или как?

— Едем, — сказал Спас, — берём один вагон и едем. Правда, Ваня так и не разобрался в навигации. Говорит, что у машинистов должен быть свой ключ, благодаря которому они понимают, где что находится и куда надо ехать. А без ключа остаётся только набор обозначений из букв и цифр, по которому что либо понять невозможно. Так что, придётся и дальше действовать наугад.

— Ну, наугад так наугад, — развёл руками Руди, — впервой что ли?

Сборы не заняли много времени, вагон они уже давно отцепили и как только все дела были закончены, все начали заходить внутрь.

Арина замерла недалеко от входа, глядя вдаль, где между деревьев собралась толпа местных девушек, которые стояли там, не решаясь подойти и молча смотрели как уезжает их предводительница. Когда она ходила в пункт связи, то заскочила и к себе домой, переодеться. Теперь на ней был зелёный обтягивающий комбинезон без рукавов, и лёгкая зелёная куртка. Она специально выбрала такую одежду, чтобы вписаться по стилю в коллектив. Это было наиболее соответствующее из того, что у неё было. Она стояла и смотрела не в силах отвести взгляд.

У Ари по щеке сбежала быстрая слеза.

— Ты чего? — удивился Серафим.

— Я понимала что будет грустно расставаться с девочками, но не думала что это настолько тяжело! Я была с ними слишком долго. Да, иногда они меня просто выводили из себя. Но они это большая часть моей жизни. Я чувствую за них ответственность и не могу избавиться от этого чувства, — сказала Ари, медленно скользя взглядом по стоящим вдалеке девочкам и узнавая каждую. Так она прощалась с ними.

— Да, с прошлым рвать всегда сложно. Я через это прошёл. Тоже много лет прожил на станции, потом спалил к чёртовой матери своё подведомственное хозяйство, угнал корабль и улетел на планету, — сказал Серафим, — но решиться на всё это было ох как нелегко!

— Это правда? — Ари сумела оторвать взгляд от девочек и перевела его на Серафима, — ты, в самом деле, это сделал?

— Сделал, — с лёгкой гордостью сказал Серафим, — поэтому и понимаю, что ты сейчас чувствуешь. Тебе даже тяжелее, потому что на тебе были люди, а на мне базы данных. Но суть одна, рвать с прошлым тяжело. Мы не любим перемены, они нас пугают.

— Это правда, — Ари ещё раз взглянула на девочек, смахнула вновь набежавшую слезу и тяжело вздохнула.

— Пойдём в капсулу, — сказал Серафим и взял Ари под руку. Она подчинилась и позволила увести себя внутрь. Только в дверях ещё раз обернулась и бросила взгляд через плечо на стоящих вдалеке девочек.

Руди, который стоял неподалёку и делал вид что его происходящее совершенно не интересует, когда они ушли взглянул на Лиану и весело ей подмигнул. Она тоже улыбнулась и слегка укоризненно покачала головой.

— Сводник! — сказала она почти одними губами.

Но Руди услышал, пожал плечами и кивнул соглашаясь.

На поляне остался только солдат, внезапно очень оробевший, под взглядами стоящих вдалеке девочек. Ему сейчас очень хотелось убежать. И он с удивлением понял, что когда выходил отвлекать внимание этой вооружённой банды, на охраняемом им складе, то боялся меньше, чем сейчас, видя толпу из двух сотен обнажённых красавиц, сверлящих его взглядами. Так страшно ему ещё никогда не было!


Поскольку Серафим отвлёкся на Арину, то его место в кабине занял Игорь. Они с Ваней некоторое время посовещались, выбирая пункт назначения, и остановились на том, который имел самое длинное «название».

— Ну, вдруг, чем больше букв и цифр, тем дальше это место. А нам и нужно уехать как можно дальше к центру, — сказал Ваня.

— А вдруг это дальше, но не в сторону центра? — спросил Игорь.

— Должно быть в сторону центра, — сказал Ваня, — тут же причальные зоны идут по всему экватору станции. От них грузы должны перевозиться к центру, иначе их можно было бы выгрузить в другой зоне.

— Звучит логично, но ты не учитываешь разные уровни, — сказал Игорь.

— Мы движемся в одной плоскости, насколько я понимаю. Чтобы попасть на другой уровень, нужно что-то сделать. Как-то туда подняться. А как, мы не знаем, — сказал Ваня.

— Чем больше разговариваем, тем больше сомнений появляется, — сказал Игорь, — трогай!

Ваня нажал на выбранный «адрес» и они поехали, оставляя позади бордель.

Время в пути предстояло провести в самом деле больше, чем в прошлый раз. Табло показывало час с лишним, о чём они и оповестили всех находящихся в вагоне. Опять потянулись долгие минуты ожидания на пути в неизвестность.

Руди сидел напротив Резвой, и периодически на неё поглядывал с усмешкой.

— Что? — не выдержала она.

— Не жарко тебе в шубе? — спросил, улыбаясь, Руди.

— Нет! — вдруг с неожиданной охотой ответила Резвая, оказалось что ей самой хочется поговорить на эту тему, — ты удивишься, но в ней очень комфортно! Не жарко, не холодно, а просто хорошо! Я прямо наслаждаюсь!

— Рад что тебе нравится, — Руди склонил голову на бок, — жаль только цвет не практичный. Особенно с нашей работой.

— А какая у нас работа? — не поняла Резвая.

— Убивать тех, кто мешает осуществлению наших целей, — сказал Руди.

— Это не работа! Это просто так получается! — возмутилась Резвая.

— Думай как хочешь! — улыбнулся Руди, выдернул из нагрудного кармана колосок, которых оттуда торчал целый пучок, и засунув его кончик в рот и стал задумчиво жевать. Очень ему понравились эти колоски.

Капсула скользила вперёд достаточно быстр, периодически перед ними мелькали развилки, иногда даже тройные. Но автопилот хорошо знал дорогу и уверенно вёх их к пункту назначения. Жаль только, они не знали что это за пункт.

— Пятиминутная готовность, — сказал Ваня, заглядывая в салон.

Когда маршрут подошёл к концу, капсула прикатила в место, очень похожее на то, где они встретили двоих охранников. В целом, это было логично. Вагон был от грузового состава, и все маршруты в автопилоте заканчивались в грузовых терминалах. Ведь в борделе-то они сами вручную перегнали состав на пассажирскую платформу.

Эта станция тоже производила впечатление заброшенной, но не пустой. Штабеля ящиков и контейнеров были тут в изобилии. Правда, многие из них были открыты и демонстрировали свои пустые внутренности.

Все быстро высыпали из вагона и рассеялись по станции. Беглый осмотр показал, что здесь никого нет. Но не успели они это выяснить, как вдалеке что-то загрохотало, и вслед за этим раздались гулкие шаги по железному полу и громкие возбуждённые голоса.

— Да не может этого быть! Все доставки барахла отменены на неопределённый срок! — говорил один из голосов, — только продовольственные терминалы работают. А у нас барахолка. С какого перепуга сюда должны что-то привезти?

— Да откуда я знаю, — возмутился второй, — я же не сам это придумал! На пульт поступил сигнал о прибытии грузового состава.

— Да кто тебя знает! Может, уснул на посту и тебе приснилось, а? — говорил первый.

Наконец они вошли в зону видимости.

— Ну вот, я же говорил! — воскликнул второй, указывая на капсулу с открытой створкой входа.

— Что за чертовщина! — пробормотал первый, — впервые вижу, чтобы прибывала одна капсула.

— Может быть какой-то спецзаказ? — предположил второй.

— Тогда почему нас не предупредили? — возразил первый, — не нравится мне всё это. И почему никого нет?

— Может, прислали на автопилоте? — предположил второй.

— Тогда тем более должны были бы нас предупредить, — сказал первый и потянулся к карману на груди.

— Ребята! — воскликнула молодая девчонка в белой шубе, появляясь из-за контейнера, — как я рада, что вас встретила! Не поможете мне, а то я кажется заблудилась!

— Ты кто такая! — воскликнул первый и потянулся к висящему на поясе парализатору.

— А вот этого делать не стоит! — раздался у него за спиной почти ласковый голос и он почувствовал лезвие упирающееся в шею.

Второй даже дёргаться не стал, а сразу поднял руки вверх.

— Мы тут просто присматриваем за порядком, — сказал он, — если вам что-то нужно, берите! Хотя, тут ничего нет, всё выгребли и отправили по адресам.

— Не спеши! — прошипел ему первый, — нас ведь ещё даже ни о чём не спросили!

— Да, пока не спросили, — сказал голос за спиной, и охранники почувствовали, как парализаторы исчезают со своих мест на поясе, — но такое желание сотрудничать очень похвально.

Из-за другого контейнера им навстречу вышел здоровенный бугай, расплылся в улыбке и сказал:

— Ведите себя хорошо, а то я возьму на ручки и подброшу вверх… а потолок тут низкий!

Оба охранника непроизвольно взглянули на этот самый потолок. До него было метров десять, но видя этого здоровяка, они почему-то не сомневались, что он добросит.

— Не обязательно нас запугивать, — сказал первый, — мы всё поняли! От нас тут зависит немногое, объект не стратегический, на жизнедеятельность станции не влияет, так что мы не будем ценой своей жизни защищать пустой сортировочный пункт. В этом нет никакой необходимости. Но сразу могу сказать, что всё более-менее ценное отсюда вывезли. Сейчас все товаропотоки стоят на паузе, из-за перебоев с энергией. Да и со станции уехало много людей… и, насколько я знаю, продолжают уезжать. Так что, боюсь, что вы нагрянули сюда в не самый удачный момент.

— Вы принимаете нас за грабителей? Это так мило! — сказал голос за спиной, — мы не они, но всё равно очень рады такому добровольному сотрудничеству. Это путь к благоприятному исходу этой сложной ситуации для всех. Если обойдёмся без сюрпризов, то вы останетесь живы. Я бы вас, конечно, прикончил на всякий случай, но наш командир не одобряет убийства без необходимости. Так что вы, можно сказать, в безопасности… если не дадите мне повод!

— Повода не будет, — сказал первый, — нашу позицию я уже озвучил, она не изменится. Тут не за что умирать. Железные стены, пол и потолок этого не стоят.

— Всегда есть что-то ещё, — вздохнул голос за спиной, — всегда! Просто мы пока ещё это не обнаружили. Поэтому и предупреждаю. Вы ведь не знаете что нам на самом деле нужно.

— А что вам нужно? — спросил второй.

— Пойдёмте туда, где вы обычно обитаете, там и выясним, — сказал голос.

После этого со всех сторон стали появляться ещё люди, и маленькое странное существо с ними.

— Ух! — выдохнул первый, — думал, что вас всего трое!

— А вас? — спросил здоровяк, — никто больше не прячется там? — он махнул в сторону выхода, — а то если случатся сюрпризы, то может пролиться кровь!

— Нет, сейчас везде сокращённые смены работают, ведь доставки-то на паузе стоят, — ответил первый, — движения грузов нет, зачем тут лишние люди? Нас только двое здесь!

— Это прекрасно! Показывайте дорогу! — сказал голос за спиной.

Эта перевалочная база оказалась уже другого типа. Отсюда товары уезжали в недра станции на лентах транспортёров. Впрочем, это было логично. Здесь происходила более мелкая сортировка, и дальше контейнеры уже ехали почти до того места, где содержимое будет попадать к потребителям. Не к каждому магазину или торговой зоне можно подогнать поезд.

— И куда же идут эти ленты транспортёров? — спросила Лиана у охранников.

— В закрытую зону, — сказал первый, — для людей туда доступа прямого нет, только контейнеры курсируют туда-сюда.

— И что же это за зона? — спросила Лиана.

— Зона для богатых, — ответил первый, — там всё по-другому. Своя охрана, свои входы и выходы. У нас туда доступа нет.

— Ну как-то ведь туда же можно попасть? — спросил Игорь, — как-то люди ведь приезжают и уезжают оттуда?

— Конечно, но это не здесь. То пассажирская инфраструктура, а здесь товарная, — не стал спорить охранник, — но мы об этом почти ничего не знаем. Не наш уровень. Туда в охрану попасть очень сложно… хотя и хотелось бы. Деньги совсем другие. Но и отбор туда, очень строгий. У меня ни один знакомый не смог пробиться. Они обычно набирают охрану где-то в другом месте.

— Более квалифицированную, — встрял Руди, с усмешкой.

— Да, — не стал спорить охранник, — более квалифицированную.

— А что, если усесться задницей на ленту и приехать туда? — спросил Руди, — вот ты и в той зоне, да?

— Не знаю, — сказал охранник, — раньше такое никому в голову не приходило. Да и зачем? Чтобы с работы уволили? А если там ещё какие-нибудь хитрые системы защиты стоят, мимо которых не проедешь? Или охрана ихняя сразу на поражение стреляет? Оно того не стоит!

— Это вам не стоит, а нам может быть и стоит! — серьёзно сказал Руди.

— Думаешь, стоит попробовать именно этот вариант? — задумчиво спросила Лиана.

— Уверен! — кивнул Руди, — искать нормальный вход, чтобы брать его штурмом через все системы безопасности… оно, конечно, можно, но слишком уж глупо и рискованно. Я риск люблю, но не бессмысленный. Мне кажется, что сама судьба привела нас сюда, чтобы плюхнуть наши задницы на эту резиновую движущуюся полоску.

— Я извиняюсь, — вдруг сказал второй охранник, — но я бы не советовал ехать просто так, сидя на ленте.

— Почему? — удивился Руди.

— Лента не прямая и не идёт просто через стену. Это целая сеть доставки. Есть развилки и перекрёстки, где контейнеры меняют маршрут. Думаю, что человек не везде сможет проехать. Есть шанс попасть между лентами и покалечиться, — сказал второй и получил резкий взгляд от первого.

И этот взгляд не укрылся от Руди.

— А почему ты нам об этом не сказал? — Руди пристально посмотрел на старшего смены, — хотел чтобы мы не добрались до цели?

— Я сказал, что не знаю как там всё устроено и что по пути могут быть сложности. Хотя, это всё только предположение, — попытался оправдаться тот.

— Тогда, придётся ехать в контейнере, — сказал Руди и улыбнулся, — придёт к ним эдакая посылочка с сюрпризом! Интересно только, кто её будет распаковывать?

## Глава 22

Контейнеры для транспортировки грузов были нескольких стандартных размеров. Но даже самый большой не вмещал их всех. Теперь их уже было десять человек, включая Деревяшку. Пришлось поделиться на две партии и приготовить для отправки два одинаковых контейнера. В один должны были погрузиться Ваня с Деревяшкой, чтобы малыш хоть немного скомпенсировал Ванины габариты, с ними ещё Резвая, Женя и Игорь. Во втором должны были ехать все оставшиеся, а именно: Лиана, Спас, Руди, Серафим и Ари.

Ари, всё то время, которое прошло после отъезда из борделя, выглядела немного удивлённой. Брови у неё всегда были приподняты, а глаза широко распахнуты. Можно было бы подумать, что у неё просто такое лицо, но раньше она так не выглядела.

Судя по всему, попав в круговорот событий и дав себя уговорить уехать из борделя, она до сих пор до конца не могла в это поверить, и именно поэтому выглядела удивлённой.

Ей казалось, что всё это происходит не с ней, а с кем-то другим. Что всё это слишком безумно, чтобы быть правдой. И если поездку на поезде ещё можно было уложить в логичное развитие событий, то вот теперь планируемое путешествие в контейнерах по транспортной системе казалось ей совершенно абсурдным.

Периодически ей хотелось куда-нибудь убежать, забиться в угол и сидеть там с закрытыми глазами, пока про неё не забудут. Но рядом всегда кто-то находился, и она понимала, что если попробует сбежать, то это непременно заметят.

В то же время, она была не пленницей и её никто и ни к чему не принуждал. Если бы она захотела, то, скорее всего, смогла бы уйти и ей это позволили бы сделать. Но и на это она никак не решалась.

Только каждую минуту, с возрастающим удивлением ловила себя на мысли, что постепенно втягивается в происходящее и начинает принимать в нём активное участие. Сейчас она искала на чём можно было бы сидеть в контейнерах, и делала это с неподдельным энтузиазмом.

Именно она нашла кучу небольших пластиковых коробок, которые всеми были одобрены под сиденья. Это небольшое достижение подняло ей настроение и заставило себя почувствовать более уверенно. Но удивлённое выражение с её лица пока что не исчезло.

Даже охранники очень увлёчённо включились в подготовку контейнеров к отправке по ленте транспортёра. Как будто это была их работа, и они старались сделать её хорошо. Но, возможно, их подстёгивал страх за свою жизнь, и они надеялись что если окажут всемерное содействие, то странные незнакомцы оставят их в живых.

Контейнеры привезли и поставили на ленту специальными погрузчиками. Ваня привёз ещё один третий контейнер и поставил его в стороне, возле стены.

— А этот зачем? — спросил один из охранников, — вы же вроде в двух собирались ехать.

— А это, ребята, для вас! — радостно сказал Руди, — мы вас там закроем, а потом, когда придёт ваша смена, вы будете громко стучаться и вас выпустят. Видите ли, мы с вами слишком плохо знакомы, чтобы всецело доверять. Вдруг вы раньше времени поднимете тревогу? Потом это будет уже неважно, мы и сами там шороху наведём. Но некоторая фора нам нужна, чтобы нас не встретили, пока мы так удобно будем сидеть в контейнерах. Без обид, но мы сохраняем вам жизнь, так что грех жаловаться. Хотя я сторонник устранения свидетелей, но наш командир возражает против лишних убийств.

— Ты будешь это говорить всем, кого не убил? — удивилась Лиана.

— Он как будто извиняется за это, — усмехнулся Спас.

— Да, оставление свидетелей в живых вызывает у меня некоторый дискомфорт, — вздохнул Руди, — и я хочу, чтобы они знали, кому обязаны жизнью. Я бы их уже давно порешил.

Охранники переглянулись, но решили благоразумно промолчать. Да и что тут скажешь. Живы пока и ладно!

С адресами доставки тут была такая же неясность, как и с маршрутами поездов. Множество возможных точек, куда могут приехать контейнеры, но что все эти наборы символов означают, никто не знал. Тут тоже нужен был оператор с допуском и ключами, он понимал куда, зачем и какой именно груз отправлять. Охрана всего этого не знала и не понимала. Действовать, как и раньше, пришлось наугад.

Когда всё было готово и все расселись внутри по ящикам, Игорь и Руди отвели охранников в их контейнер, подом подошли к пульту, запустили ленту и выбрали пункт назначения, который определили ещё до этого. Как только контейнеры поползли вперёд, они запрыгнули на транспортёр и кинулись их догонять.

Каждый забрался в свой, прикрыв за собой торцевую створку, которыми они разместили контейнеры по ходу движения, чтобы через оставшуюся щёлку можно было наблюдать, что происходит вокруг и куда они едут.

Лента постепенно разгонялась, и если сначала контейнеры еле ползли, то через несколько минут летели вперёд уже достаточно бодро. Контейнер Лианы со Спасом ехал первым, Вани с Деревяшкой вторым.

Через некоторое время лента кончилась, и контейнеры дальше ехали по крутящимся валикам. Охранник был прав, человеку тут пришлось бы туго. Валики были достаточно крупными, промежутки между ними большими, так что даже если лечь и постараться так катиться по ним, всё равно был шанс попасть ногой или рукой в промежуток и покалечиться. Единственный способ перемещаться пешком был по боковому бортику. Но это тоже было делом рискованным, потому что он был узким.

Потом начались развилки, где промежутки были ещё больше. Они не раз вспомнили добры словом солдата, подсказавшего им дельную мысль. Шанс провалиться туда, где вращаются детали транспортных механизмов, был очень большой, если попробовать проехать по этому маршруту без контейнера, каким-нибудь другим способом, например, сидя в небольшой коробке.

Игорь сидел возле щёлки и смотрел на движущийся перед ними контейнер. Это было настолько однообразно и монотонно, что он пропустил момент, когда висящие сверху зажимы манипулятора, подхватили едущий впереди контейнер и стремительно подняли наверх.

— К бою! — крикнул Игорь, высовываясь наружу, чтобы увидеть что происходит наверху, но успел увидеть только то, как смыкаются металлические створки под улетевшим наверх контейнером. Теперь там был только железный потолок.

Игорь почувствовал как его схватили за шиворот и рванули назад, одновременно захлопывая створку контейнера. И тут же он почувствовал, что они падают вниз.

— Держитесь! — крикнул Ваня.

Падение не было свободным, это был, скорее, быстрый спуск. Быстрый, но контролируемый.

— Спасибо, Вань, — выдохнул Игорь, — отвлёкся! Ты видел? Нас разделили! Второй контейнер улетел наверх, а мы опускаемся вниз. Дело плохо.

— Нормально, — сказал Ваня, — это до этого всё шло слишком легко и гладко. У меня давно это вызывало беспокойство. Как будто что-то не так. Как будто где-то засада, но ты спокоен, уверен и думаешь что всё контролируешь. Теперь хотя бы понятно, что контролируем мы не всё!

— Если ты думаешь, что такими словами нас успокоил, то ты ошибаешься, — сказала Резвая.

— Я вас и не успокаивал, — сказал Ваня, — просто теперь понятно, что мы не на прогулке, а на диверсионной операции. И что наши противники тоже не дураки и всячески будут пытаться нас поймать, а скорее даже просто уничтожить.

— Это конец? — спросил Женя.

— Не думаю, — сказал Игорь, — мы в транспортной системе доставки грузов. Элитных грузов для самых богатых и влиятельных жителей станции. Не думаю, что тут есть маршруты, которые ведут в воинское расположение или прямо в тюрьму. Если всё это не случайность, то нас попытаются как-то изолировать в таком месте, где от нас не будет исходит угрозы и откуда мы не сможем выбраться. А потом туда нагрянут хорошо вооруженные люди в большом количестве и вот тогда, у нас действительно будут большие проблемы.

— И что же это за место? Куда нас сейчас везут? — спросила Резвая.

— Понятия не имею, — пожал плечами Игорь, — я высказала предположение. Может быть всё вообще не так и сработала какая-то автоматика. Может быть эти контейнеры были заранее запрограммированы на разные места доставки и теперь просто едут по своим маршрутам, а я тут напридумывал всего.

— Но лучше готовиться к худшему, — сказал Ваня, — не стоит себя успокаивать версиями о том, как всё хорошо может закончиться. Как обычно, скорее всего будет ещё хуже, чем в плохом варианты.

— Хуже! — проскрипел Деревяшка.

— Вооооот! — поднял указательный палец вверх Ваня, — даже малой понимает!


Когда их контейнер резко пошёл вверх, Ари испуганно вцепилась в руку Серафима и начала повторять без остановки:

— Что происходит? Что случилось? Это плохо? Что-то идёт не так? — и другие подобные фразы. Повторяла она их как заведённая.

— Не переживай, всё идёт как надо! — говорил ей Серафим, но по его тону она понимала, что это неправда.

Лиана, Спас и Руди просто молча взялись за оружие.

Их контейнер ещё не один раз менял направление и уровень своего перемещения. Чаще он поднимался вверх, но иногда и вниз тоже спускался. Руди несколько раз пытался выглянуть наружу, но их так разогнали, что удерживать створку было очень трудно, да и бессмысленно. В тёмном транспортировочном тоннеле всё равно ничего полезного было не увидеть. Оставалось только сидеть и ждать, что будет дальше.

Ехали они долго. Показалось, что целую вечность! Но, наконец, контейнер стал замедляться и, перед тем как остановиться, прокатился по нехарактерной поверхности, как будто по металлическим валикам. Шум из под днища резко стал громче, но потом этот грохот смолк и всё затихло.

Но тихо было не больше секунды, потому что Руди выбил ногой створку служившую им дверью, и выпрыгнул наружу. За ним последовали Лиана и Спас. Серафим и Ари остались внутри, будучи не готовыми к таким решительным действиям.

Руди выстрелил из двух трофейных парализаторов охраны одновременно, отправив несколько стоящих поблизости человек в беспокойное забытье. Поскольку стояли они кучно, двумя выстрелами он положил минимум пятерых, и ещё нескольких зацепило по касательной.

Лиана со Спасомбросились в разные стороны, охватывая встречающую их группу с двух сторон. Руди в это время, отбросив парализаторы, врезался в толпу нанося удары кулаками направо и налево.

Помещение наполнилось стонами, криками боли и мольбами о пощаде.

Вскоре все встречающие оказались на полу. Руди, как ни странно, никого не убил. Да, некоторые до сих пор были без сознания, но живы.

Выбрав одного, с наиболее осмысленным взглядом, Руди наклонился, схватил его за грудки и рывком поставил на ноги.

— Рассказывай! — рявкнул он ему прямо в лицо.

— Ч-ч-ч-что рас-с-с-сказывать? — пробубнил, заикаясь, человек.

— Кого встречаете? — спросила, подходя к ним, Лиана.

Спас тем временем стал оттаскивать бесчувственные тела в угол помещения.

— Я не знаю, — быстро выпалил человек.

— Воткнуть нож тебе в сердце? — пристально глядя ему в глаза, спросил Руди.

— Он воткнёт! — серьёзно сказала Лиана.

— Я ничего не знаю! Грузы доставлять перестали, мы уже несколько дней не работали, а тут всех подняли как по тревоге и погнали сюда. Говорят, какие-то балбесы забрались в контейнер, сейчас сюда приедут. Нам нужно было задержать их… вас, до прибытия охраны, — скороговоркой выдал человек.

— Ли, ты слышала? Балбесы! Нас считают балбесами! — возмутился Руди.

— Когда прибудет охрана? — спросил Лиана, — через сколько?

— Я не знаю! — вытаращив глаза, сказал человек, — нам сказали что быстро, что она уже в пути, но я не знаю когда!

— Мы ему верим? — спросил Руди у Лианы.

— Пожалуй, да! — вздохнула та.

— Свидетели нам ведь не нужны? — спросил Руди.

— Давай не летально, — кивнул Лиана и направилась к контейнеру.

— Да я и не собирался давить этих работяг, что я, зверь что ли какой? — пробормотал Руди, подобрал брошенные парализаторы и отправил отдыхать всех, кто ещё был в сознании.

Вдвоём со Спасом они сложили их всех в углу, и накрыли каким-то большим чехлом, который лежал рядом. Всего встречающих было шестнадцать человек.

— Уходим обратно в тоннель, — сказала им Лиана, когда они закончили.

Серафим и Ари стояли рядом с ней на ленте транспортёра.

— Уверена? — спросил Руди.

— Нет, но мне кажется, что это лучший вариант. Сюда движется охрана, какие силы мы не знаем. Транспортёр отключили, думаю, что мы без труда сможем пробежать по нему несколько километров и найти другую точку входа в обитаемую зону, но там, где нас не ждут, — сказала Лиана, — они же не смогут контролировать все пункты приёмки товаров.

— К тому же, они могут решить, что мы ушли через дверь и искать нас сначала здесь, — кивнул Спас.

— Согласен, тогда побежали! — сказал Руди.

В какой-то момент поездки в контейнере глаза у Ари более менее вернулись в своё обычное положение. Но теперь вновь распахнулись на всю возможную ширину, демонстрируя крайнюю степень удивления. Но, несмотря на своё состояние, она ничего не говорила, а продолжала следовать за остальными, держась за Серафима.


Те, кто ехал в другом контейнере, выбрали при остановке другую тактику. Они затаились, не подавая виду что внутри вообще есть кто-то живой.

Просидели так пару минут, но кругом была гробовая тишина. Игорь осторожно приоткрыл створку. Снаружи было не только тихо, но и темно. Включив фонарь, он быстро обшарил лучом окрестности, но ничего интересного не обнаружил.

— Выходим, — сказал он остальным, — только осторожно. Не нравится мне всё это! Очень похоже на ловушку.

— Девочки, можете пока побыть здесь, мы осмотримся хорошенько, — сказал Ваня Резвой и Жене.

— Вот ещё! — фыркнула Резвая, — сам оставайся, а мы осмотримся!

— Ну-ка цыц! — обернулся на них Игорь, — нашли время препираться!

Сказав это, он шагнул на ленту транспортёра, а оттуда спрыгнул на пол. За ним быстро спрыгнул Деревяшка и исчез в темноте, потом тяжело приземлился Ваня, а уже после него спрыгнули девочки и быстро нашли себе укрытие поблизости, чтобы осмотреться.

Помещение было не очень большим. Оно имело только один выход, состоящий из двух створок больших и массивных железных дверей. И эти двери сейчас были намертво запечатаны. Даже Ваня не смог их не то что открыть, а даже пошевелить. Они стояли как часть монолитной стены.

Пульт в стеклянной будке, неподалёку от ленты транспортёра, тоже не подавал признаков жизни. Вообще, это помещение выглядело так, как будто им очень давно не пользовались. Если все остальные, где они были, опечатали только что, на днях, то тут уже давно не ступала нога человека. При более подробном осмотре дверных створок, они убедились, что те приржавели друг к другу.

— Тупик, всё точно так, как ты и говорил! Нас просто изолировали, — сказал Ваня, почесав затылок, — как же отсюда выбираться?

— Обратно по тоннелю, по которому сюда приехали? — предположил Игорь.

— Не получится! — раздался за его спиной голос Жени, — там опустилась железная противопожарная переборка. Метрах в двадцати от выхода. Я только что проверяла этот путь.

— Что-то мне стало немного неуютно, — сказал Ваня, — чувствую себя как консерва в банке. Нас тут даже побеждать не нужно, просто забыть что мы тут и всё! Ну-ка, дай-ка я пойду гляну что это за переборка, может её можно сломать!

Оказалось что нельзя. Переборка была добротная, из толстого металла.

— Совсем неприятно стало, — вздохнул Ваня, выходя из тоннеля.

— Остаётся надеяться, что рано или поздно за нами придут, мы дадим им бой и выиграем, — сказал Игорь, — других вариантов пока что я не вижу.

— Эх, что бы вы без нас делали! — раздался рядом голос Резвой.

Все резко повернулись на звук, выхватив её из темноты фонарями, но тут же опустили лучи вниз, поняв, что ослепили её. Деревяшка стоял рядом с ней, уперев руки в бока.

— Спасибо! — сказала Резвая, когда они опустили фонари.

— Спабо! — сказал с деловым видом Деревяшка.

— Вы нашли выход? — с надеждой спросил Ваня.

— Ну, не то чтобы выход, — протянула Резвая.

— А что же тогда? — удивился Игорь.

— Это, скорее, вылаз — сказала Резвая.

— Лаз! — с серьёзным видом поддержал её Деревяшка.

## Глава 23

Лиана задала высокий темп. Все остальные не отставали, стараясь соответствовать, хотя некоторым это давалось и нелегко. Хуже всего было Ари, в её лёгких сандалиях. Хотя она была и не в такой плохой форме, как можно было бы подумать. Ей бы обувь нормальную, и она тогда вообще держалась бы наравне со всеми. Тогда слабым звеном был бы Серафим.

Руди мог бы и удвоить темп, если не утроить, но не подавал виду, а держался в хвосте, чтобы если что прикрыть с тыла группу.

Тоннели для транспортировки контейнеров были не очень большие в сечении, да и под ногами поверхность периодически менялась. Иногда была лента транспортёра, тогда бежать было легче, можно было прямо по ней. Но чаще встречались валики, и тогда бежать нужно было по краю, по тому бортику, в котором они крепились. Но делать это было нелегко, потому что по стенам тоже шли валики, чтобы контейнеры не бились о них при движении. Некоторые валики внизу вращались свободно, а некоторые нет. Видимо это были те, которые имели привод и двигали контейнеры вперёд. Если запомнить интервал, то бежать можно было прямо по этим неподвижным валикам, но это было небезопасно, потому что интервалы время от времени менялись, без видимой на то причины.

Они пробежали несколько развилок, всегда выбирая левый рукав. Перед очередной развилкой Лиана резко остановились и подождала, пока её нагонят остальные.

— Что случилось? — спросил Руди.

— Мне кажется, что мы скоро выскочим в зону разгрузки. Тут будем прорываться, или попробуем уйти ещё дальше? Если тут, то нам туда, если дальше бежим, то туда, — Лиана указала рукой.

— Бежим дальше, — сказал Руди, — мне кажется мы ещё недостаточно далеко от того места, где была заварушка. Я бы разорвал дистанцию посильнее.

— Согласна, — сказала Лиана и побежала вперёд.

Ари испустила разочарованный выдох, и устало побежала следом.

— Не вздыхай, — крикнул ей на бегу Руди, — мы делаем это для того, чтобы было больше шансов не сдохнуть! Лучше спасибо скажи!

— Спасибо! — стараясь не сбивать дыхание, ответила Ари, — спасибо, что вырвали меня из моей скучной и унылой жизни и подарили такое веселье!

— Юморишь? Это хорошо! Это значит что с тобой всё в порядке, — удовлетворённо сказал Руди.

Через двадцать минут и пару развилок Лиана вновь остановилась. На этот раз просто посередине тоннеля. Секунду прислушивалась, а потом развернулась и рванула в обратном направлении, перескочив по валикам к другой стене.

— Все назад, быстро, оттуда едут контейнеры! — крикнула она.

Никто кроме неё ничего не слышал, но решили довериться и, что есть сил, бросились в сторону последней развилки. Бежали быстро, значительно быстрее, чем до этого, тратя все силы, не стараясь распределиться и сберечь их на потом.

Вскоре до всех стало долетать шелестение и гул едущего контейнера из глубины тоннеля. Не все валики в тоннеле вращались, они начинали это делать, только когда к ним приближался контейнер. Каждое включение нового отрезка, сопровождалось характерным звуком. И эти звуки становились всё ближе и ближе.

— Прости подруга, но так надо! — крикнул Руди и, подхватив Ари, легко забросил её на плечо, — ты сам давай, — добавил он Серафиму и резко ускорился, обойдя и Спаса и Лиану, ловко перепрыгивая по неподвижным пока валикам, а потом вернулся на бортик.

Они бежали не оборачиваясь, боясь потерять темп, но шум сзади постепенно нарастал. Развилка была уже близко, они её уже видели в свете трясущихся фонарей.

Руди достиг развилки первым, тут же свернув в боковой рукав, куда контейнер не мог повернуть сходу, для этого ему понадобилось бы проехать через развилку прямо, а потом сдать назад.

Лиана со Спасом бежали с одинаковой скоростью, шаг в шаг. Спас не отстал ни на метр. А вот Серафим уже устал и постепенно терял темп, с каждым шагом наращивая отставание.

Лиана со Спасом отпрыгнули в сторону, когда казалось, что контейнер уже настиг их. Тут же развернувшись назад, они уставились на угол, из-за которого он должен был выскочить. Серафим, судя по всему, не успел.

Гул нарастал, и когда разогнанный до огромной скорости контейнер выскочил из-за стены, вместе с ним появилась фигура человека, которая врезалась в них, подталкиваемая сзади потоком воздуха.

Лиана, Спас и Серафим повалились на валики соседнего рукава тоннеля.

— Успел! Успеееееел! — хрипло, срывающимся голосом орал Серафим, — я успееееел! Успел же? — вдруг засомневался он.

— Ты-то успел, — закряхтел из под него Спас, — а вот мы отпрыгнуть не успели!

— Я живой! Живой! — Серафим откатился в сторону и попытался сесть на вращающихся валиках, ощупывая себя при этом руками, — это был конец! Думал что всё! Как я выжил? — сорванным голосом продолжал причитать он.

— Чудом, чудом ты выжил, — спокойно сказал Руди.

— Спасибо! — Ари коснулась плеча Руди, — сама я бы не смогла!

— Не за что. Тем более, что я немного в ответе за тебя. Ведь я приложил усилия, чтобы уговорить тебя пойти с нами. Но сильно на это не рассчитывай, лимит помощи не очень большой, — он ей подмигнул.

— Не очень в это верю, — сказала Ари, — но на всякий случай учту!

— Учти! — серьёзно сказал Руди, — рассчитывать всегда лучше на себя. Помощь может и не прийти, когда ты её ждёшь. И чем больше ждёшь, тем меньше шансов, что она придёт. Только собственные силы, только так!

— Спорное утверждение, — тихонько сказал Спас вставая.

Его все услышали, но комментировать это высказывание не стали. Тем более, что по сути Руди был прав, рассчитывать всегда лучше на себя.

— А я думала, что снабжение остановлено, — вдруг сказала Ари.

— Может это кто-то вроде нас катается? — усмехнулся Руди.

— А может не везде остановлено и не полностью? — сказал Спас, — может быть это доставка продовольствия?

— Это может быть всё что угодно, но мне что-то резко расхотелось бегать по этим тоннелям, — сказала Лиана, — нужно отсюда выбираться, и как можно скорее. Кто знает, как часто они тут катаются? Может быть, ещё неделю ничего не будет, а может через пять минут проедет ещё один. У меня вдруг резко начала развиваться клаустрофобия!

— Не сбрасывайте со счетов вариант, что этот контейнер мог оказаться тут благодаря нам! — сказал Руди.

— Как это? — наконец немного пришёл в себя после чудесного спасения Серафим.

— Это мог быть контейнер с солдатами, или контейнер который отвёз куда-то солдат. Мы начали потихоньку наводить шорох. Нас вычислили и пытаются обложить. Мы ещё не знаем где вторая группа наших товарищей. Силы с противником у нас слишком уж не равны и лучше постараться действовать более скрытно, без прямых столкновений, — сказал Руди.

— Не думаю, что кто-то кроме нас катается в контейнерах. Ты же помнишь, что говорили охранники? Это не практикуется, — сказал Спас.

— Согласна с Руди, нужно действовать более аккуратно, — сказала Лиана, — сейчас перед нами стоит задача выбраться из тоннелей. Искать своих сейчас бессмысленно, они могут быть где угодно. Мы потратим на это время и силы, а результата не достигнем. Нужно действовать по плану, и тогда со временем появится шанс их найти, если они ещё живы.

— А если нет, чур не я буду об этом сообщать жёнам Игоря и Вани! — серьёзно сказал Руди.

— Нам самим ещё надо для этого отсюда выбраться, — сказала Лиана.

— Но мы выбираться пока что даже не начали, — сказал Спас, — пока что мы наоборот, забираемся всё глубже и глубже.

— Спасибо что пригласили меня на эту увеселительную прогулку! — внимательно их выслушав, сказала Ари.

— Если мы отсюда выберемся, это будут лучшие воспоминания в твоей жизни! — сказал Руди.

— Если! — повторила Ари.

— Ну, мы звали тебя на месть, а это дело не бывает лёгким и безопасным. Как всё сложится мы сами не знали… да и сейчас не знаем. Но то, что будет легко и просто, тебя никто не убеждал! — сказал Руди.

— Возможно, — вздохнула Ари, — но почему-то у меня сложилось такое впечатление! Придём, всех покараем и уйдём!

— Ну что, готовы двигаться? — спросила Лиана.

— Нет! — хором ответили Ари и Серафим.

— Смилуйся над ними, Ли! — сказал Руди, — давай побудем здесь минут пять, отдышимся. Это место относительно безопасно. Сомневаюсь, что контейнеры пойдут сразу с двух сторон, тогда это будет столкновение на этом перекрёстке.

— Это при условии, что нас не засекли с этого контейнера. Вдруг на нём стоит камера? То утолщение в передней части, скорее всего электронный блок управления. Ведь как-то же навигация должна осуществляться? И не только. А если нас увидели, то теперь они знают где мы находимся, следовательно, оставаться здесь плохая идея, — сказала Лиана.

— Несколько минут! — умоляюще сложила руки перед собой Ари, — пожалуйста!

— Хорошо, — сдалась Лиана.

— Странно, — задумчиво сказал Спас.

— Что странно? — заинтересовался Руди.

— Контейнер нас давил. Неужели там нет никаких автоматических систем остановки? Вдруг кто-то случайно оказался на пути? Или что-то? Автоматика должна бы остановить контейнер, наверняка есть какая-то аварийная система, различающая препятствия. А он бы раздавил нас, если бы мы не успели убежать, Серафим тому лучшее подтверждение, — сказал Спас.

— Да, он даже слегка толкнул меня в спину, — сказал Серафим, — просто удивительно, на каком тонком волоске находилась моя жизнь!

— Если бы у Лианы был не такой тонкий слух, и не такая чуткая интуиция, мы бы все не выжили. Даже я! — сказал Руди, — кроме шуток, спасибо, Ли! Я услышал контейнер гораздо позже тебя. В этой ситуации разница была критическая.

— Всё нормально, — махнула рукой Лиана, — не прибедняйся. Ты тоже молодец, вынес Ари.

Ари на эту фразу с благодарностью склонила голову в сторону Руди.

— Если всё это было устроено специально. Если этот контейнер шёл тут как поршень, специально для того, чтобы размазать нас по тоннелю, если мы попадёмся на пути, то, скорее всего, он будет не единственным. Они же не знали, где мы находимся. Вряд ли мы встретили единственный контейнер, посланный по нашу душу. Может быть, они тут шурудят сейчас всеми доступными им «ящиками» по всем тоннелям в этом секторе, — продолжал развивать свою мысль Спас.

— Слишком много допущений, — сказал Руди, — это может быть так, а может быть не так, а может быть совсем по-другому.

— Спас прав! — неожиданно сказала Лиана.

— Почему? — заинтересовался Руди, — ты что-то новое поняла?

— Не поняла, а услышала, — сказала Лиана, — контейнер возвращается! И я готова поклясться, что он поедет в этот тоннель! Туда, где мы сейчас сидим.

— Если там действительно есть камера и нас увидят, то поедут туда, где мы, — сказал Спас.

— А если не увидят, то могут поехать в другой? — предположил Руди.

— Но мы не знаем в какой, — сказала Лиана, — а что будет, если ошибёмся? Не хочется играть в угадайку ценой своей жизни.

— Что же тогда делать? — спросила Ари.

— Встанем на развилке, — сказал Спас, — дождемся, когда контейнер проедет мимо, и побежим в другой тоннель

— Согласна, — сказала Лиана, и первая встала на развилку.

— Согласен, — сказал Руди, и присоединился к ней.

Ари развела руки в стороны, имея ввиду, что выбора всё равно нет, и встала туда же. Серафим присоединился к ним молча. И только Спас остался стоять на своём месте, вглядываясь в темноту тоннеля, где уже и он начал различать звуки приближающегося стального ящика, мчащегося по валикам.

Ему очень хотелось узнать, ошибается он или нет. Случайность всё это, или наоборот, элемент устроенной на них охоты. Да, охотники используют подручные средства, за неимением выстроенной для этого инфраструктуры. Но тем не менее! Их ведь вычислили, поняли, что они делают.

Спас пока ещё не видел мчащийся сюда контейнер… но, как будто бы и видел! Он видел своим сознанием, как тот несётся в темноте, толкаемый вперёд вращающимися валиками.

И вдруг он увидел не контейнер, а людей склонившихся над пультом. Он тоже был там и стоял у них за спиной. Но в то же самое время он слышал отдалённо шум приближающегося контейнера. Он был одновременно и там и тут! Но реальность возле пульта постепенно становилась всё отчётливее, а гул приближающегося контейнера всё отдалялся.

— Это бессмысленно, — сказал один из людей за пультом, — бессмысленно и очень опасно! Отключение систем аварийной остановки может привести к трагедии! И ладно бы мы ещё знали где они находятся и действовали наверняка, но мы же просто гоняем грузовые блоки по тоннелям, тратя энергию, которой в нашем распоряжении и так мало. Исчерпаем свой лимит и нас совсем отрубят, что тогда скажут люди, живущие в секторе?

— Скажут, чтобы дали нам ещё энергии, потому что им жрать нечего, — сказал второй человек, — забыл, что это за сектор? Меня волнует не это!

— А что же тебя волнует? — спросил первый.

— То, что мы ничего не знаем. Даже если мы достигли цели и размазали их по трубе…

— Если они всё же там, что не точно, — перебил первый.

— Да, если они там! — кивнул второй, — как мы узнаем, что достигли цели? Как убедиться, что угроза устранена? Если мы не увидим трупы, то по-прежнему будем думать, что они где-то лазают. И вот как решить эту проблему, я пока не знаю. К тому же, от нас наверняка потребуют результата, который можно каким-то образом засвидетельствовать.

— Ну, я и говорю, это всё бессмысленно. Мы сделали что могли, пора прекращать, пока ещё запас энергии остался, — сказал первый.

— Можно будет послать людей на осмотр вернувшихся контейнеров, на предмет обнаружения следов крови! — вдруг оживился второй, от пришедшей к нему в голову идеи.

— Эх, нужно было оба грузовых блока отправить в закрытую зону и там блокировать, — сказал первый.

— Надо было, — вздохнул второй, — но тогда идея разделить их на две группы казалась удачной. Кто же знал, что всё так выйдет?

— Да, потом, когда будут эту ситуацию анализировать сверху, могут нам по башке настучать, за ошибочные решения! — вздохнул первый.

— Погоди! До этого сначала нужно дожить, — сказал второй, — но у нас есть козырь. Половину группы мы же изолировали? Изолировали. Пусть хватают их, допрашивают, выясняют всё про оставшихся. Половина результата, это лучше чем полное отсутствие результата.

— Так что делаем-то? — спросил первый, — прекращаем гонять грузовые блоки вслепую?

— Ладно, — махнул рукой второй, — возвращай всё на свои места. Будем ждать, рано или поздно они проявятся, если выжили.

— Думаю, что до этого момента сюда нагрянут серьёзные ребята и отстранят нас от управления, — сказал первый.

— Это было бы просто отлично! — сказал второй.

— Почему? — удивился первый.

— Потому, что тогда и вся ответственность будет тоже на них, — пояснил второй, удивляясь тому, что его товарищ не понимает таких элементарных вещей, — а когда кризис закончится, они уйдут. Или ты думаешь, что они навсегда займут твоё место, чтобы гонять грузы по сети? Оно им зачем?

— Логично! — воодушевился первый, — тогда, скорее бы нагрянули!

Последнюю фразу Спас уже еле-еле разобрал, потому что улетал из этого пункта управления. Но улетал он не только оттуда, физически он тоже куда-то летел, и особо остро это почувствовал, когда приземлился плашмя на валики.

— Ты чего, сдурел? — услышал он над собой голос Руди, — в следующий раз я тебя вытаскивать не полезу! Думать надо, что делаешь! — Руди был очень раздражён.

Спас попытался сфокусировать зрение, и из тумана выплыло лицо Лианы.

— Ты что-то увидел? — серьёзно спросила она, — что-то важное?

— Неудачно приземлился! — простонал Спас, — всё тело ломит.

— Не будешь стоять и лбом встречать несущийся на тебя контейнер! Я еле успел тебя выдернуть!

— Операторы называют их «грузовыми блоками», — сказал Спас, пытаясь подняться.

— Отлично! — усмехнулся Руди, — и что?

— Руди, хватит, — резко сказал Лиана, — у него было видение. Он же не специально там остановился!

— Допустим, — сказал Руди, — но это в этот раз обошлось! А как часто такие «приходы» могут повторяться? Что если это случиться в самый неподходящий момент? Кто тогда должен лезть его вытаскивать? Кто должен умереть?

— Грузовые блоки гонять они сейчас перестанут, — сказал Спас, не обращая на Руди внимания, — но проблема в другом!

— И в чём же? — спросила Лиана.

— Похоже, они поймали нашу вторую группу! — выдохнул Спас.

## Глава 24

— Не, я туда не пролезу, — сказал уверенно Ваня, заглянув в дыру, — а если и пролезу, то застряну где-то посередине. Плохой вариант!

— Другого всё равно нет! — сказал Игорь, — мы тут замурованы и рано или поздно умрём от жажды и голода. Как-то выбираться всё равно нужно, а ничего другого пока не придумали.

— Ты меня не слышишь, — вздохнул Ваня, — если я застряну, то мы всё равно не спасёмся… точнее я не спасусь! Вы-то идите, я не собираюсь привязывать вас к себе, чтобы все тут околели. Но я пас!

— Погоди, — сказала Резвая, — давай я полезу туда сначала одна и проверю что там к чему. Вдруг оттуда вообще выхода нет?

— Скорее всего, есть, — сказала Женя, — оттуда идёт поток воздуха. Слабый, но он идёт. И запах какой-то специфический. Наверняка там можно куда-то выбраться. Вопрос в том, куда именно. И что это вообще такое? Зачем тут эта дыра?

— Мне кажется, что это мусоропровод, — сказал Игорь, — тут был пункт доставки товаров. Их здесь сортировали и отправляли дальше более мелкими партиями. При этом должен был образовываться сопутствующий мусор. Возможно, как раз сюда его и сбрасывали.

— Но это только предположение, — сказал Ваня, — и даже если это так, то мы попадём в какой-нибудь накопитель для мусора, из которого тоже надо будет как-то выбираться.

— Вань, ты то оптимист, то пессимист. Определись уже, — усмехнулся Игорь.

— Да не, я оптимист, просто в эту дыру не пролезу, — вздохнул обречённо Ваня.

— Ладно, вы тут пока спорьте, а я полезла на разведку, — сказала Резвая, и прежде чем её успели остановить, нырнула в дыру в самом низу стены.

— Погоди! — крикнул Игорь, — не так быстро! Осторожнее! — но было уже поздно.

— Оу, оу, оу, оу, — раздалось из трубы, причём звук голоса Резвой быстро удалялся.

— Там, похоже, крутой наклон, — сказала Женя.

— Расшибётся девка! — всплеснул руками Игорь, — нужно же было привязаться, посветить внутрь и аккуратно начать спускаться. А прыгать вот так в неизвестность, очень плохая идея!

Ритмичные вскрикивания Резвой завершились одним длинным и протяжным: «Аааааааа!», после чего всё затихло.

Все сгрудились на четвереньках перед дырой и замерли, стараясь уловить оттуда хоть какой-то звук, который бы свидетельствовал о том, что Резвая жива.

— Видеть! — тявкнул Деревяшка, и быстро шмыгнул в трубу.

— Стоять! — воскликнул Ваня, и рванулся чтобы успеть схватить Деревяшку за ногу. Но не успел, потерял равновесие и приложился лицом об пол.

— Реееееееееез! — донеслось протяжно из отверстия, и закончилось точно таким же протяжным, — аааааааааа! — как и у Резвой, после чего всё стихло.

— Похоже, твой приятель нашёл себе нового друга, — сказал Игорь.

— Ну и хорошо, — сказал Ваня, — он же не домашнее животное, а самостоятельная личность, пусть и другого вида. Он сам решает с кем ему дружить. У меня нет задачи держать его на поводке. Он сам принимает решения… в основном. Конечно, стоит учитывать, что он ещё ребёнок!

— Вы как там? — вдруг проорала Женя в дыру, и Ваня с Игорем вздрогнули от неожиданности.

— Живы, вроде! — донёсся издалека голос Резвой.

— Умно, — хохотнул Игорь, — а мы сами спросить что-то не догадались!

— Выход есть? — прокричала Женя.

— Вроде да, но не точно! — раздался оттуда голос Резвой.

— Точно! — донеслось следом, уже голосом Деревяшки.

— Я не такая отчаянная, буду не против, если вы меня привяжете и подстрахуете. И по верёвке потом кто-то из нас может выбраться обратно, чтобы рассказать что там и как. Мне не очень нравится, что мы тут орём. Может быть, нас никто не слышит… ну а вдруг? Хотя, я и сама это начала, — сказала Женя.

— Вот, здравая и разумная мысль, — сказала Игорь, — но только полезешь не ты, а я. Просто в противоположном случае у нас здесь останется два мужика, а внизу будут две девочки и ребёнок. Не очень равномерное распределение. Вдруг внизу какие-то проблемы возникнут?

— Звучит разумно, — сказал Ваня и посмотрел на Женю, ожидая, что она скажет.

— Ладно, я не возражаю, — вздохнула та.

Верёвок у них с собой было достаточно, они знали, что это необходимый элемент снаряжения для такой вылазки, поэтому запаслись как следует.

— Как полезешь, ногами вперёд или головой? — спросил Ваня.

— Ногами, — улыбнулся Игорь, — голову не буду совать вперёд, поберегу немного.

— Удачи! — сказала Женя, — держи в курсе.

— Естественно! — кивнул Игорь и стал аккуратно заползать в дыру, как и собирался, ногами вперёд, — о, Вань, да тут полно места! — сказал он оттуда, углубившись на пару метров, — ты пройдёшь без проблем!

— Ползи, давай, — хмуро буркнул Ваня.

— Метров пять идёт не очень сильный уклон, а потом резко начинается крутой спуск. И тут он гораздо шире, потому что это общая шахта, она проходит мимо и наш рукав в неё просто врезается. Так что, дальше шире, но значительно круче. Градусов сорок пять, не меньше, уклон, — сказал Игорь, — держи крепче, я лезу дальше.

Ваня для верности сделал ещё один оборот верёвки вокруг запястья и упёрся ногами в стену по сторонам от дыры.

— Держу крепко, — крикнул он Игорю, — хотя и до этого он держал не хуже и был готов ко всяким неожиданностям.

Верёвка уползала всё дальше и дальше. Ваня держал её всё время натянутой. Не сильно, чтобы не мешать Игорю двигаться, но чтобы тут же его зафиксировать, если он вдруг сорвётся.

Фонарь Игорь пристегнул к своему карману, и он сейчас лежал у него на груди, посылая луч света вперёд. Путь по этой шахте мусоропровода, а то, что это был мусоропровод, Игорь угадал, был не очень долгим.

Когда Игорь добрался до конца, то увидел внизу какую-то возню, но никак не мог понять, что там происходит. Резвая и Деревяшка развили какую-то бурную деятельность.

— Вы что там делаете? — спросил Игорь, зафиксировавшись на краю.

— Мусор стаскиваем поближе, чтобы вам не так жёстко было приземляться как нам, — сказала Резвая.

— Как нам! — серьёзно подтвердил Деревяшка, и потёр рукой бок.

— Тут в конце до пола расстояние метра четыре, — крикнул Игорь в трубу, — имейте ввиду, сильно не разгоняйтесь!

— Хорошо! — донёсся сверху голос Жени.

Игорь лёг на живот, свесив ноги вниз, ухватился руками за край и хотел повиснуть на них, чтобы прыгать было не так высоко, но не рассчитал немного. Поскольку край был покатым, руки соскользнули, и он сорвался. Верёвка врезалась в подмышки, и он завис в метре от пола.

— Опускай, ещё метр! — крикнул Игорь.

Верёвка поползла вниз, и он мягко встал на ноги.

— Ну вот, мы что, зря работали? — возмутилась Резвая, указывая рукой на кучу упаковочного хлама, который они натаскали в предполагаемое место приземления.

— Как ты-то не переломалась? — спросил Игорь, развязывая верёвку, — высота-то приличная.

— Да там уже была куча, — сказала Резвая, — мы её просто увеличили. Всё что кидали в трубу, прилетало сюда по определённой траектории. Хорошо, что они сбрасывали сюда не железную арматуру, вот тогда бы нам пришлось, действительно, не сладко. Но тут только старая, слегка подгнившая упаковка. Бумага, пластик, полиэтилен, но всё мягкое.

— Хорошо, — сказал Игорь, — окрестности не разведали?

— Толком не успели, — сказала Резвая, — чуть глянули, увидели, что вроде выход есть, и вернулись кучу накидывать.

— Ясно, — сказал Игорь, — тогда прежде чем Ваню сюда тащить, нужно наверняка всё разведать. А то сейчас мы с его помощью наверх подняться можем, но если он окажется здесь, то путь туда будет отрезан. Нужно знать наверняка, есть тут проход или нет.

— А какие ещё могут быть варианты? Там мы всё равно заблокированы, — сказала Резвая.

— Эта шахта не только для нашего помещения. Она просто мимо проходит. В крайнем случае, можно попробовать подняться по ней выше. Да, это будет нелегко, но если выбора не останется, то придётся, — сказал Игорь, — ну и есть ещё один вариант.

— Какой? — заинтересовалась Резвая.

— Такой, что в этом месте мы оказались не случайно. Нас специально сюда привезли и заперли. А это значит, что рано или поздно за нами придут. Тогда мы сможем дать им бой, и чем чёрт не шутит, победить. Но это самый рискованный вариант. Вряд ли за нами придут два или три человека. Желательно, конечно, отсюда убраться побыстрее. Так что, я на разведку, — сказал Игорь, — выход, я так понимаю, там? — он указала на большой проём в стене, через который в комнату заходили рельсы узкоколейки.

И рельсы эти были сильно ржавыми. Здесь видимо тоже давно никого не было и это место, так же как и верхний терминал, откуда они спустились, прибывало в запустении.

Игорь шёл по широкому коридору с узкоколейкой идущей посередине. В коридор выходило много точно таких же ворот, через которые он только что вышел. И за всеми были точно такие же помещения, как то, в которое они спустились. И везде на высоте приблизительно четырёх метров был тёмный провал шахты, по которой сюда приезжал всякий мусор.

Да, это вне всяких сомнений была старая фабрика по сбору, сортировке и переработке мусора. И обслуживала она достаточно большой сегмент станции, судя по её объёмам. Почему её закрыли было неясно, так же как и то, насколько хорошо её закрыли, и остался ли отсюда какой-нибудь выход. Но в целом, это место смотрелось гораздо более перспективным. Тут было много помещений, много мусорных шахт, через которые можно было бы попытаться выбраться в крайнем случае. Да и обычные выходы отсюда тоже должны были бы быть. И не один, судя по масштабам.

Плюс ко всему, нельзя было сбрасывать со счетов то, что за ними могли-таки прийти. А сюда их враги не скоро смогут добраться, даже если поймут, куда они делись. Вряд ли все знают куда именно ведёт мусорная шахта в старом опечатанном блоке. Для этого нужны знающие люди, чтобы подсказали. Даже если их и можно найти, всё равно на это потребуется время. А для них это лишняя фора. Когда станет понятно куда они делись, их тут уже не будет, они уже будут далеко.

Коридор шёл всё дальше и дальше, постепенно изгибаясь так, что вперёд можно было видеть только метров на пятьдесят, не больше. Игорь решил, что пора возвращаться и не тратить время на поиск выхода, а первым делом уговорить спуститься сюда Ваню.

Но уговаривать его не пришлось. Пока они с Женей ждали вестей снизу, то обсудили все возможные варианты и не смогли придумать ни одной причины, по которой Ване лезть в эту шахту не стоило бы. Он и сам это прекрасно понимал. Первоначальная реакция была оправдана, он, в самом деле, боялся что там застрянет. Но теперь, когда была приблизительно понятна протяжённость, стало известно что дальше шахта расширяется, да и то что она ведёт не в неизвестность, а в какое-то, вполне определённое место, где уже находятся их друзья, эта дыра уже не так пугала.

Да, в самом начале ему придётся там лезть очень плотненько, но проще это делать, когда есть конкретная цель. Так же они успели обсудить очерёдность. Ваня хотел лезть последним, но Женя с большим трудом, однако смогла его убедить, что последней быть должна она. А он её внизу, если что, сможет поймать, ведь он же сильный! Она мотивировала это тем, что сможет сохранить верёвку. Один конец она привяжет к себе, а второй, перекинув через одну из опор транспортера, будет держать в руках и потихоньку подтравливать. И когда окажется внизу, просто вытянет её и всё. У Вани такое вряд ли получиться. А она лёгкая и сможет это проделать без проблем.

Ваня посчитал, что в этом нет ничего страшного, и согласился. Ведь он же будет внизу и, в самом деле, сможет её там подстраховать, если что.

Когда снизу Игорь крикнул, что они ждут их там, Ваня уже был готов к спуску. Страховочную верёвку они привязали, и Ваня сам должен был её постепенно травить, потому что Женя бы его не удержала. Обернув верёвку два раза через ремень, чтобы создать стопор, Ваня потихоньку полез в дыру, как и Игорь, ногами вперёд.

Да, вначале было тесно, но всё равно не так, как ему казалось. А потом, когда он вылез в основной ствол шахты, стало вообще нормально. Упираясь ногами в боковые стены и, потихоньку стравливая верёвку, Ваня медленно, но верно, полз вниз. К сожалению, он не знал, что наверху потихоньку начинаются проблемы, а Женя не хотела его отвлекать от спуска, поэтому ничего не говорила. А зря, потому что ускориться Ваня при необходимости мог.

Как только Ваня скрылся в дыре, Женя уловила какой-то посторонний звук. Она прошлась по комнате, ища его источник, и вскоре поняла, что этот звук идёт из-за двери. Той самой, открыть которую они даже не надеялись.

Снаружи кто-то копошился. Те, кто там был, тоже испытывали трудности с открыванием. Но возня продолжалась и вскоре сменилась резким звуком. Резким, но тихим, потому что его глушила плотно закрытая дверь. Похоже, что там начали резать металл, чтобы каким-то образом проникнуть внутрь. И дело у них продвигалось, потому что вслед за этим звуком послышался другой, теперь это были удары чем-то тяжёлым. И всё бы ничего, но дверь поддавалась. Она стала шевелиться и с противным скрежетом отрываться от тех мест, где уже плотно приржавела.

Женя решила тянуть до последнего, надеясь, что Ваня успеет спуститься. А она тогда, уж как получится. Резвая же как-то спустилась без всякой страховки, и Деревяшка тоже. А верёвку лучше забрать с собой сразу, чтобы по ней сразу не поняли, куда они делись.

Возня и шум с той стороны двери всё усиливались. Женя в нетерпении курсировала от дыры к входу и обратно. Верёвка всё ещё была натянута, а это значило, что Ваня продолжал спуск. А дверь уже с одного края заметно отошла от стены. Да, пока это были миллиметры, но процесс шёл.

Женя присела у стойки транспортера, где была привязана верёвка. Она положила на неё руку, проверяя натяг. Отвязать её можно было одним движением, узел был грамотный. Но не хотелось ронять Ваню без предупреждения.

Она держала руку на верёвке, глядя, как расширяется щель с одной стороны двери. Теперь уже было видно мелькающий там свет. Свой фонарь Женя давно уже погасила и сидела в полной темноте.

Вместе со светом из-за двери стали доноситься и голоса. Но, поскольку люди, пытающиеся сюда проникнуть, понимали, что имеют дело с диверсантами, лишнего не болтали. Только обмен короткими репликами по необходимости, что-то типа: «Давай, держи, дави, сильнее, не туда…» и так далее. Никакой важной информации из этого извлечь было нельзя. Тем более, было очень вероятно, что ломают дверь не те люди, которые потом будут сюда заходить. Наверняка к вскрытию привлеки обычных рабочих с необходимым инструментом. А внутрь пойдёт уже вооружённая группа специалистов.

Осторожно выглядывая из-за транспортёра, Женя даже увидела в расширяющуюся щель лицо в каске, которое тут же исчезло. Звуки стали тише, а скрежет металла громче. За секунду перед тем, как дверь обрушилась на пол, окончательно отрезанная и оторванная от всего что её могло держать, Женя почувствовала как верёвка под рукой ослабла.

Ждать было нечего, и она дёрнула за узел. Он послушно распался, и, подхватив верёвку, она, пригнувшись, бросилась к дыре в стене. Почти одновременно с падением двери, Женя рыбкой, вытянув руки вперёд, нырнула в мусоропровод. За спиной тут же раздался множественный топот ног и резкие голоса. Похоже, приказывали кому-то поднять руки вверх и не двигаться. Только вот интересно, кому? Наверное, просто на всякий случай выкрикивали стандартные команды.

Женя всё разгоняясь скользила на животе вперёд, не имея возможности остановиться. Она пыталась, но слишком сильный импульс задала себе своим нырком. А когда угол наклона усилился, то надежда остановиться и вовсе исчезла.

Очень хотелось кричать от страха, но Женя стиснула зубы, ведь наверху этот крик, наверняка, услышат.

Перед столкновением она уловила отблеск света, а потом почувствовала сильные руки, смягчившие её удар о препятствие. Этим препятствием оказался Ваня, который успел её увидеть и поймать.

Столкновение произошло почти в полной тишине.

— Что там произошло? — шёпотом спросил Ваня, как только зафиксировал Женю и себя в шахте мусоропровода понадёжнее.

— За нами пришли, — тоже шёпотом ответила Женя.

## Глава 25

Дальше они спускались, стараясь соблюдать полную тишину. Да, оказалось что Женя ошиблась, и Ваня ещё не спустился до конца. Он просто остановился передохнуть, и ослабил верёвку совсем чуть-чуть. Но то, что так всё вышло, было даже хорошо, потому что задержись Женя там ещё хоть на секунду, её бы увидели.

Те, кто был внизу, тоже молчали, как будто почувствовали неладное.

Теперь Ваня с Женей спускались без страховки, так что им приходилось соблюдать двойную осторожность. Основную работу делал Ваня, Женя просто лежала выше него и упиралась ногами в его плечи. А Ваня, поставив в распорку и руки и ноги, потихоньку перебирал ими и медленно, но верно, полз вниз.

— Вы чего так долго? — спросил Игорь, когда они показались в дыре мусоропровода.

— Шшшшшш, — хором зашипели на него Женя и Ваня.

Игорь сразу осёкся, поняв, что неприятель где-то близко. Он и раньше слышал какие-то странные звуки сверху, но думал, что это Ваня там буянит, пытаясь пролезть в эту шахту. Хотя теперь, в свете новой информации, он тут же переосмыслил услышанное и сразу стало ясно, что Ваня издавать эти звуки не мог. Наверху что-то происходило.

Ваня сел на край, держась руками за стены, чтобы не соскользнуть, Женя перелезла через него, спустилась вниз по его ноге, повисла на ней, и когда отпустила, то приземлилась аккурат в надёжные руки Игоря.

— Отойди, — шепнул сверху Ваня, — со мной такой номер не пройдёт.

— Мог бы и не говорить, — хохотнул Игорь, — я же не самоубийца!

Ваня видел мягкую кучу, поэтому прыгая, оттолкнулся от края как можно сильнее, чтобы попасть в неё. Это получилось, и она немного смягчила его падение. Надо сказать что Ваня, несмотря на свои габариты, приземлился удивительно мягко, спружинив на ногах и толкнувшись вперёд. В итоге он проехал по мусору на животе, разметав всю кучу в стороны.

Вставая, он услышал какие-то странные звуки, и обернувшись увидел, что все остальные смеются, но стараются делать это беззвучно. Но совсем беззвучно не получалось, поэтому и слышалось какое-то сдавленное хрюканье. Смеялись все, включая Деревяшку.

— Очень смешно! — беззлобно сказал Ваня, — так-то вы относитесь к своим боевым товарищам!

— Мы прекрасно относимся к своим товарищам, но почему бы и не посмеяться, если действительно смешно? — шёпотом сказал Игорь, — ты разметал тут всё что можно, но сделал это максимально тихо. Поверь, это очень смешно выглядело!

— Ладно, — махнул рукой Ваня, — куда тут дальше? Вы разведали уже?

— Совсем немного, –сказал Игорь, — тут очень большая территория.

— Ворота бы за собой закрыть, на случай погони, — сказал Ваня, когда они вышли в большой коридор.

Но осмотр подтвердил то, что они подозревали с самого начала. Закрыть тут ничего не получится. Всё что могло двигаться раньше, очень сильно приржавело.

— Не будем терять время на ерунду, — сказал Игорь, — лучше убираться отсюда. Раз уж у нас на хвосте висят преследователи, то нужно максимально разорвать дистанцию и запутать следы. Сейчас даже не очень важно, куда именно мы будем двигаться. Главное двигаться и как можно быстрее.

Широкий коридор с узкоколейкой посередине шёл в обе стороны, постепенно изгибаясь.

— Куда пойдём? — спросил Ваня.

— Я прошёлся немного в ту сторону, — ответил Игорь, — но потом вернулся, не дойдя до чего-либо интересного. Можно продолжить исследовать ту сторону. По крайней мере, там нет тупика в ближайшие несколько сотен метров.

— А я бегала в другую сторону, — сказала Резвая, — и там, то же самое и нет тупика. Так что, можно и туда пойти.

— Я понял, без разницы в какую сторону, потому что мы не знаем что дальше ни там, ни там, — сказал Ваня, — предлагаю довериться иномирцу. Деревяшка, как ты думаешь, куда нам нужно идти? — Ваня слегка наклонился к своему другу.

— Там! — Деревяшка уверено показал в ту сторону, куда бегала на разведку Резвая.

— Никто не возражает? — спросил Ваня.

Все отрицательно покачали головами.

Ваня поправил рюкзак, и первый зашагал в выбранную сторону. Женя догнала его и спросил:

— А почему ты спросил Деревяшку? Он обладает какими-то способностями? Мы чего-то о нём не знаем?

— Возможно, — улыбнулся Ваня, — с одной стороны это был способ бросить монетку и избежать споров в какую сторону идти. А с другой стороны, всегда есть шанс, что Деревяшка в самом деле может знать что-то, что недоступно нам. Их вид, например, видит в другом спектре… точнее будет сказать, в более широком спектре. А возможно вообще немного на другом уровне. Когда я с ними познакомился, на той планете было много аномалий, смертельно опасных, но невидимых человеческому глазу. А они их видели без всяких проблем. Мы тоже потом смогли их увидеть. Но через специальные приборы. А они прямо так, своими глазами. Это не раз спасало мне жизнь. Как знать, может он и здесь видит тоже побольше чем мы. И если нам всё равно в какую сторону идти, то есть шанс что малыш знает что-то такое, чего мы не знаем. Но если бы мы выбрали сторону которую он считает не правильной, то он бы просто молча пошёл с нами. Он ведь думает, что мы знаем что делаем… эх, как же он ошибается!

— Интересно, — сказала Женя, — но мне кажется, что ты его недооцениваешь. Он прекрасно понимает, что мы действуем наугад. Но ему нравится быть частью коллектива.

— Причём, очень полезной частью, — серьёзно сказал Ваня, — и я не шучу. Он много раз меня выручал. Не стоит его недооценивать.

— Думаю, что все его очень ценят, — без всякой иронии сказала Женя, — лично я его совсем не воспринимаю как балласт. Он равноправный член команды.

— Вот и хорошо! — удовлетворённо сказал Ваня.

Пока они шагали вдоль узкоколейки, Резвая постепенно прибавляла шаг и понемногу отрывалась от них. Деревяшка семенил за ней.

— Не спеши, — сказал ей Ваня, — не отрывайся от нас сильно.

— Нужна разведка, — бросила через плечо Резвая, — не будет ничего плохого, если я гляну что там впереди, — и, сказав это, она ещё больше ускорила шаг.

Останавливать её никто не стал, место казалось заброшенным, непосещаемым и, следовательно, безопасным.

Игорь шёл последним, периодически поглядывая назад. Так, на всякий случай.

Немного уйдя вперёд от остальной группы, Резвая решила, что так она будет очень долго разрывать дистанцию, и перешла на лёгкий бег. Деревяшка не отставал.

Вскоре они скрылись за изгибом коридора, а через некоторое время перестали быть слышны и их шаги.

— Коридор изгибается вправо, — сказала Женя, — а если бы мы шли в другую сторону, то там он изгибался влево. Логично предположить, что он идёт по кругу. Есть шанс вернуться на то же место, где мы и были.

Ваня аж остановился от неожиданности.

— Чёрт, ты права! Как мы сами об этом не подумали! И что же делать? — спросил он.

— Идти дальше, — сказал Игорь, — рельсы идут куда-то. Не могли же тут мусор просто по кругу катать? Значит, есть место, куда они в итоге приходят, даже если этот коридор и круговой. Тут должно быть что-то, что является точкой отсчёта. И мы должны дойти до него раньше, чем вернёмся туда, откуда начали.

— Чёрт, ты прав! — сказал Ваня, — тогда продолжаем идти!

— Но по сторонам всё равно поглядывайте, на всякий случай, — сказал Игорь, — вдруг пропустим что-то интересное? Я во все ворота свечу, чтобы убедиться, что там всё одинаково. А если будет что-то новое, нужно будет это место обязательно осмотреть. Но пока что ничего нового не попадается, все эти комнаты приёма мусора сделаны по одному шаблону.

Они шли следующие десять минут молча, пока, наконец, не увидели впереди сидящую на рельсах Резвую. Все сразу схватились за оружие, но она сидела спокойно, увидев свет их фонарей помахала рукой, и они расслабились, решив что она просто устала.

Деревяшка тоже был там, он ходил поблизости из стороны в сторону.

Они не сразу заметили кое-что необычное. Это получилось разглядеть, только когда они подошли к Резвой почти вплотную. Рядом с ней, между рельсами, виднелись чьи-то ноги. Все опять схватились за оружие, когда разглядели это. Но Резвая вяло махнула рукой, мол «не напрягайтесь», и они послушались.

Между рельсами лежал молодой парень. Лежал без движения.

— Он мёртв? — спросил Игорь.

— Неа, — сказала Резвая.

— Это ты его? — спросил Ваня.

— Ну а кто же ещё? — пожала плечами Резвая.

— Мы так и будем из тебя каждое слово вытаскивать? — сказала Женя.

— Нет, — сказала Резвая и встала, — рассказывать просо особо нечего.

— Как это нечего? — возмутился Ваня, — ты ушла на разведку, и в заброшенном секторе станции нашла человека. Отправила в бессознательное состояние, и на твой взгляд это пустяк?

— Дело было так, — начала Резвая, — мы шли спокойно вперёд… ну хорошо, бежали, — исправилась она, увидев скептический Ванин взгляд, — но бежали тихонько и светили себе под ноги, чтобы нас нельзя было увидеть из-за поворота по отблескам света. Надеялись, что первые увидим или услышим, если там кто-то будет.

— Но получилось всё не так? — предположил Игорь.

— Да, — не стала вилять Резвая, — из-за поворота на нас выперся этот парень. И судя по всему, он нас заметил раньше, чем мы его. Дело в том, что у него такой фонарь… светит красным светом, и радиус небольшой. Он видит куда идти, но отблесков почти нет. Прямо как специально, чтобы даже в темноте оставаться незамеченным.

— Наверняка специально, — сказал Игорь, — если он здесь ходит, то уж никак не случайно. И оборудование у него соответствующее. Ну, увидел он вас, дальше что было?

— Увидел, вскрикнул от неожиданности, повернулся и побежал что есть мочи, — сказала Резвая.

— Но от тебя так просто не убежишь, да? — усмехнулся Ваня.

— От меня может быть и убежишь, а вот от моего камня вряд ли. У него был шанс успеть забежать за изгиб, пока я пращу доставала, но он бежал по широкому радиусу коридора и чуть-чуть не успел, — сказала Резвая, — мой камушек его настиг… только вот, похоже, что слишком сильно.

— Тебе надо над этим поработать, — сказал Игорь, — ты очень хорошо берёшь пленников. Я не шучу, находишь и обезвреживаешь ты их очень эффективно. Но проблема в том, что нам потом долго приходится ждать, пока они придут в себя. А в нашей ситуации это проблема. Постарайся вырубать их более аккуратно.

— Хорошо, — сказала Резвая.

— Но если всё так закончилась, если ты опять молодец, то почему грустишь? — спросила Женя.

— Потому, что я его прозевала, — сказала Резвая, — если бы у него было с собой оружие, то вы бы со мной сейчас не разговаривали. Он застал меня врасплох, а мне просто повезло. В следующий раз может не повезти.

— Молодец, — удовлетворённо кивнул Игорь, — хорошо, что ты это понимаешь. Раз понимаешь, значит, сделаешь работу над ошибками и в следующий раз постараешься такого не повторить.

— Буэээ… — вывалила язык Резвая, изобразив, что её тошнит от таких нравоучений.

— Рад, что ты со мной согласна, — невозмутимо сказал Игорь, — можешь показать где парень шёл, и где ты его вырубила?

— Могу, — кивнула Резвая и встала, — пойдём, прямо пальцем ткну.

Они прошлись по коридору, Резвая показала место где впервые увидела незнакомца, и где он повернулся и постарался убежать.

— Хорошо, — сказал Игорь, — спасибо!

Встав на то место до которого успел дойти парень, прежде чем броситься наутёк, Игорь пошёл дальше по его пути, куда бы тот двигался, если бы не встретил Резвую.

Парень шёл по внешней стороне изгибающегося коридора. Случайно? Если ему нужно было идти далеко, то так путь будет ещё дальше. Логичнее было бы идти по внутренней стороне, по меньшему радиусу. Сами они, правда, тоже шли не так, а вдоль рельс. Но просто им так было удобнее, и обзор был оптимальный. Они же были здесь в первый раз.

Но если парень тут ходил постоянно, то должен был бы идти по кратчайшему пути… если его цель была не на внешней стороне коридора, где-то поблизости.

Дойдя до первой на пути комнаты приёмки мусора, Игорь встал в открытых ворота и обшарил её всю лучом своего фонаря, ища что-то подозрительное. Но там он ничего не нашёл. Тогда он перешёл к следующей комнате, но и там тоже было пусто и уныло. Игорь перешёл к третьей и только начав водить по ней лучом, почти сразу присвистнул.

— Что там? — спросил Ваня.

— Иди, посмотри! — ответил Игорь.

Женя, Резвая и даже Деревяшка сразу пошли к Игорю. Ваня тоже дёрнулся, но потом взглянул на лежащего без сознания парня, вздохнул, достал верёвку а принялся его связывать. И только после этого присоединился ко всем остальным.

Да, Игорь, проходя мимо, светил во все комнаты и даже в эту успел. Но он в них не заглядывал, а то, что его заинтересовало в этой комнате, находилось в ближнем левом углу. То есть, снаружи этого видно не было, чтобы это увидеть, нужно было зайти внутрь.

А удивиться было чему. В этом углу, среди разрухи и запустения заброшенного завода по сбору и утилизации мусора, была устроена жилая зона. Это была комната, правда имеющая только две стены. Но во всём остальном это было очень уютно обустроенное место. Причём, не без роскоши. Многие вещи были, очевидно, дорогими, или, по крайней мере, выглядели дорого.

Кровать в углу, из настоящего дерева, что на космической станции уже было роскошью. Резной шкаф рядом, кресло, стол. И по периметру вся комната была огорожена рядом ящиков, которые как бы обозначали границы, место, где должны бы были быть две недостающие стены.

На кровати лежали настоящие меха, у одной из стен был стол с тумбой, на котором стояла кухонная техника. Тут можно было готовить еду. Под столом поблёскивал синим тусклым огоньком металлический ящик.

— Атомная батарейка, — сказал Ваня, когда его увидел, — много лет можно жить тут с электричеством. На нужды того кто всё это тут обустроил вполне хватит лет на пятьдесят. Ну, если заряд полный, естественно!

— Судя по всему, это гнёздышко было оборудовано одним человеком и для одного человека, — сказал Игорь, — и этот самый человек лежит сейчас между рельс. Предлагаю задержаться тут на часик, перекусить, что-то подсказывает мне, что здесь есть чем. И потом допросить этого парня. Мне кажется, что разговор получиться интересным. И можно не волноваться, что сюда кто-то нагрянет. Раз он устроил себе здесь тайное убежище, значит, это место никем не посещается. Вань, можешь принести его сюда?

— Легко, — сказал Ваня и пошёл за парнем.

— Девочки, можете здесь похозяйничать, — сказал Игорь, — вон тот металлический ящик, скорее всего, холодильник. Или что-то в этом роде. Видите, к нему идёт провод. Сварганьте-ка что-нибудь перекусить.

— Мне кажется, это не очень хорошо, — сказала Женя, — это же всё чужое! Вот очнётся хозяин, и мы у него спросим.

— Думаю, после знакомства с Резвой, исчезновение продуктов будет для него меньшей проблемой, — сказал Игорь, — к тому же, это не обычный дом, куда мы вломились. Это тайное убежище, а их не устраивают просто так. Скорее всего, всё что здесь находится, нажито не честным путём. Так что, думаю, не будет большой беды, если мы немного поживимся тут.

— Ну не знаю, — протянула Женя.

— Расслабься, — легко сказала Резвая, — Игорь прав. Если бы это всё было добыто им честно, то к чему прятаться в таком месте, куда даже гостей не пригласишь? Парень жулик, и лучшее тому подтверждение, то что он пытался убежать!

— Я, если бы встретил тебя в тёмном коридоре, тоже постарался бы убежать, — сказал Ваня, входя в ворота и неся парня на плече. Тот по-прежнему был без сознания.

Ваня довольно осторожно уложил его на кровать, впрочем, не став снимать с него верёвки. После чего уселся в кресло и издал удовлетворённый выдох.

— Как удобно! — пробормотал он, — разве можно предположить, что на заброшенной мусорке можно так удобно посидеть? Удивительное место.

— Удивительное, и моё! — раздался с кровати голос незнакомца, — это моё место!

## Глава 26

— О, очнулся! — улыбнулся Ваня, — место и дальше останется твоим, если ты нам немного поможешь, — сказал он.

— Чем? — сразу оживился парень, — что вам нужно? И сколько?

— Чего сколько? — удивился Игорь.

— Не знаю, — сказал парень, — того что нужно.

Мне кажется, разговор сразу пошёл куда-то не туда, — сказал Игорь.

— Туда! — вякнул Деревяшка.

— Ух-ё! — чуть не поперхнулся парень, — это ещё что такое? — сказал он, вытаращив глаза на Деревяшку.

— Не что, а кто! — нравоучительно сказал Ваня, — что-то он мне не нравится, — обернулся он к Игорю, — какой-то нетактичный.

— Я тактичный! — тут же спохватился парень, — просто растерялся немного.

Хозяин этого уютного уголка начал разговор так, как будто чувствовал за собой какую-то силу. Но постепенно осознание реальности настигало его, и он начал понимать, что его сейчас могут тут просто убить, и об этом никто никогда не узнает. Ведь он очень хорошо спрятал это место. Тщательно его скрывал ото всех, старался чтобы про него никто не узнал. И теперь, его тут никто и никогда не найдёт, случись что неладное.

— Как самочувствие? — спросила Резвая.

— Нормально… — ответил парень, — хотя нет, голова сильно болит, затылок точнее… прям раскалывается!

— Я тебе туда камнем попала, — не без гордости сказала Резвая.

— Зачем? — удивился парень.

— Не убегал бы, не стала бы стрелять, — сказала Резвая, — ты чего побежал?

— От неожиданности, — сказал парень, — тут никогда никого не бывает!

— Ну, вот и получил! — сказала Резвая, — как тебя зовут?

— Икс, — сказал парень.

Ваня посмотрел на Игоря.

— Икс? — переспросил он у парня.

— Ну да, Икс! — терпеливо объяснил парень, — часто все переспрашивают. Но имя такое, я же не сам его придумал!

— Да кто тебя знает, — сказал Ваня, — может быть и сам?

— Кто ты, Икс? — спросил Игорь.

— Да так, никто, обычный человек! — сказал Икс.

— Нет, обычные люди не устраивают себе убежище в заброшенных секторах станции. Ты не можешь быть обычным. И я повторяю вопрос, кто ты? — сказал Игорь.

Парень заметно напрягся. Его мозг сейчас лихорадочно работал, пытаясь выдать убедительную версию, в которую поверят эти незнакомцы. Ведь говорить им правду он не собирался.

— Ты так не волнуйся, — сказала Резвая, усаживаясь рядом с ним на кровать, — видишь ли, мы тут вне закона и на нас охотятся. Нам не помешала бы помощь человека, который знает тут тайные тропы, чтобы мы смогли незаметно пробраться туда, куда нам надо.

— А куда вам надо? — спросил парень.

— Мы тебе это обязательно скажем, как только убедимся, что ты хочешь нам помочь. Иначе, зачем тебе эта информация? — сказал Игорь.

— И как же вы будете убеждаться? — спросил Икс.

— В процессе общения, — сказал Игорь, — ты лучше нам скажи, что будет, если мы заглянем в ящики, которые стоят по краю твоей комнаты?

Парень сразу заметно напрягся.

— Там много ценных и дорогих вещей, — после паузы сказал он, поняв, что скрывать ничего нет смысла, ведь они действительно могут туда просто заглянуть… а может быть и уже заглянули.

— Я в этом не сомневался, — сказал Игорь, — не думаю, что всё это добро ты добыл законным способом. Более того, я склонен полагать, что ты действовал не один, а в составе некой группы. И опять же, это просто предположение, но мне почему-то кажется, что члены этой группы не знают ни про это место, ни про то, что ты тут себе натаскал в тайне ото всех.

Парень склонил голову и смотрел на Игоря исподлобья. Судя по всему, Игорь угадал.

— Мы не претендуем на твоё добро, — сказал Ваня, — у нас совсем другие интересы. Можешь за это не волноваться.

— Да, единственное о чём сейчас стоит волноваться, так это о своей жизни, — ласково сказала Резвая и погладила парня по плечу.

— А не ваша ли банда умыкнула золото сибаритов? — резко спросил Игорь и подался вперёд, пристально глядя Иксу в глаза.

Тот дёрнулся, взгляд несколько раз скакнул с одного гостя на другого, после чего он сумел взять себя в руки.

— Похоже, что он один из них, — сказала Резвая, от которой, как и от всех остальных, не ускользнула его реакция.

— Откуда вы знаете про сибаритов? Здесь про них вообще мало кто слышал. Это довольно закрытая информация о не очень легальной деятельности на планете, — сказал Икс.

— Мы с ними воюем, — честно признался Игорь, — хотя как воюем… уже победили. Остались небольшие очаги сопротивления, насколько я знаю. Но скоро наши люди доберутся до всех. Нет больше никаких сибаритов.

Пока они говорили, Женя встала и подошла к ящикам. Остановившись у первого попавшегося, он подняла крышку и откинула её в сторону. Наклонилась и начала копаться в вещах. Судя по всему, там были какие-то тряпки. Дорогая, но всего лишь одежда. Наконец Женя распрямилась и, повернувшись к остальным, покачала на ладони прямоугольный слиток золота.

— Учитывая, что ты вообще не приложила никаких усилий чтобы его найти, сомневаюсь что он тут единственный, — сказала Резвая.

— Нет, — покачала головой Женя, — он тут далеко не единственный. Даже в этом ящике. Да, сверху завален вещами, но если их поднять, то там очень много золота.

— Интересно сколько? — повернулся к Иксу Игорь.

— Чего вы хотите? — плотно сжав губы, процедил тот.

— Мы же уже сказали, — пожал плечами Игорь, — смотри, как мы можем поступить: ты искренне и с рвением нам помогаешь, а мы оставляем тебе тут всё как есть и никому не рассказываем твою тайну. Даже твоим друзьям… хотя, какие они тебе друзья, если ты их так кинул? Хоть не всё золоту умыкнул?

— Это же шантаж! — возмутился Икс, — мне хотелось бы иметь некоторые гарантии нашей сделки.

Повисла небольшая пауза и в этой паузе вдруг послышался нарастающий глубокий рык. Все завертели головами, не понимая что происходит, и наконец, все взгляды сошлись на Ване. Звук шёл от него, и по его лицу было понятно, что он себя еле сдерживает.

— Слушай ты, тупой говнюк! Я могу взять твою голову в руку, сжать ладонь и она лопнет как переспевший фрукт! — медленно проговорил Ваня и вытянул руку открытой ладонью вперёд, — как ты такой тупой смог так долго протянуть, да ещё и обкрадывать столько времени своих друзей? Крыса ты вонючая!

Ваня вскочил, подбежал к ящикам, схватил один из них, поднял не без труда, и, что есть силы, швырнул в стену. Ящик от удара разлетелся на куски, золотые слитки с глухим стуком осыпались вниз, вперемешку со шмотками.

После этого Ваня стремительно подошёл к парню, схватил его одной рукой и понёс в цент зала. Там он перехватил его, взяв за ноги и начала раскручивать над головой.

Пространство наполнилось криком ужаса, парень орал благим матом. А Ваня всё раскручивал и раскручивал его над головой.

Женя смотрела на это расширенными глазами, прижав ладонь ко рту. Резвая наоборот, улыбалась, замерев от восторга. Игорь смотрел с любопытством, а Деревяшка… Деревяшка просто смотрел. По нему было трудно понять, какие эмоции он испытывает в данный момент.

Наконец Ваня стал замедлять скорость вращения, и когда она стала достаточно низкой, аккуратно отпустил парня, швырнув в кучу упаковочного мусора, сваленную в дальней части зала.

Парень, хрипя сорванным голосом, пролетел по дуге, шлёпнулся в кучу, подняв облако пыли, и там затих. Ваня же вернулся в обжитой угол и хлопнул там в ладоши:

— Ну что, мы есть сегодня будем? — спросил он.

— Есть! — оживился Деревяшка.

— Ты его убил? — еле слышно шепнула Женя.

— Не, напугал до чёртиков, — так же тихо ответил Ваня, — надеюсь, теперь он станет более покладистым.

Они разорили запасы парня, хорошо поели, и улеглись отдыхать. Девочки на кровати, мальчики, включая Деревяшку, на ящиках.

Из кучи, куда Ваня зашвырнул Икса, долго не раздавалось никаких звуков. Очень долго! Невольно всем начала закрадываться мысль, что Ваня швырнул его не так удачно как рассчитывал, и парень свернул себе шею. Даже у Вани появились сомнения. Ведь в куче могло оказаться что-то твёрдое, обо что парень мог приложиться головой.

Но через некоторое время там всё же начались невнятные движения и стоны. Мусор стал слегка шевелиться, и не прошло и пяти минут, как из него появилась голова Икса. Голова некоторое время торчала неподвижно, обводя всех мрачным взглядом. Потом он начал пытаться встать. Но, поскольку был до сих пор связан, это получилось у него не с первого раза.

Никто не стремился ему помочь. Парень не вызывал ни симпатии, ни доверия. Сумев таки подняться, Икс на двух ногах попрыгал в обжитой угол. Допрыгав до ряда ящиков, он устало опустился на крайний, по-прежнему не говоря ни слова.

— Что это за место? — спросил его Игорь, — почему оно заброшено и не используется? Неужели на станции такой избыток лишнего пространства, которое не знают чем занять?

— Вы даже не представляете, — сказал Икс, и по тону было понятно, что он расскажет им всё, что они захотят знать, — я этот вопрос изучал. Специально им занимался… иначе у меня бы не было этого места. Такая у меня должность в нашей группе «Теневиков».

— Теневиков? — переспросил Игорь, — что за «Теневики»? Так называется ваша банда?

— Это не банда, это скорее организация. Не всем нравится, как тут всё устроено. И как-то, давным-давно, несколько друзей решили создать эту организацию, чтобы жить вне системы этой станции. Станция просто огромная, и при таком большом масштабе и таком длительном времени эксплуатации, всё отследить и контролировать просто нереально. И да, время тут играет не меньшую роль, чем масштаб! — сказал Икс.

— Продолжай, — кивнул Игорь, — интересно излагаешь. Чувствую, отдых в куче мусора пошёл тебе на пользу!

Икс невесело усмехнулся, но, тем не менее, продолжил, поняв, что полное сотрудничество для него единственный шанс на приемлемый исход.

— Изначально, когда станция строилась только… я этот момент, естественно, не застал. Так вот, когда она строилась, многие сектора на ней были сделаны на будущее. То есть строили с большим запасом, потому что потом расширять её было невозможно, как ты расширишь шар? Например, вся зона для работы с выживальщиками сначала была не рабочей, ведь этот проект запустили далеко не сразу. И потом, когда всё новые и новые зоны вводились в эксплуатацию и обживались, невозможно было использовать всё пространство. Например, были оставлены тоннели под коммуникации. Но потом, через сто лет, при запуске жилого блока коммуникации проложили по-другому, более оптимально. И часть тоннелей осталась невостребованной. Под жилые их уже не приспособишь, под технические они не нужны. Вот их и консервируют. И в масштабах станции таких вот конструкторских ошибок, переделок, резервов и так далее, чем дальше, тем становилось всё больше, — сказал Икс.

— И что, если какая-то зона выпала из эксплуатации, то уже туда никогда не возвращается? — удивился Игорь.

— Почему? — сказал Икс, — возвращают и очень часто! Но далеко не всё! Вы просто даже представить себе не можете, какое большое количество внутреннего пространства сейчас не используется. Большинство людей живущих на станции, думают, что тут всё плотненько, что занят каждый драгоценный кубометр. Но нет! В основном возвращаются большие зоны. Например, жилой сектор по какой-то причине законсервировали, а такое бывает сплошь и рядом. Так вот, его потом могут вернуть обратно, пусть даже через сотню лет, если он понадобится. Но это потому, что про него помнят. А вот лишний тоннель с коммуникациями, который в своё время не понадобился и вход в него заварили, скорее всего, так и останется пустым, по той простой причине, что про него уже никто не вспомнит. Даже если где-то на чертежах увидят что там должно быть что-то ещё, то скорее всего просто не найдут, потому что с того времени как его законсервировали, уже успели в том районе сто раз всё переделать. И кроме Теневиков, реальный масштаб этих самых тёмных территорий никто даже представить себе не может. Да и сами создатели нашей организации, когда всё это затевали, не представляли даже приблизительно грандиозность пустых и заброшенных пространств. И чем дальше, тем больше такие ошибки планирования накапливаются. Почему я чувствовал себя свободно на этом заводе? Да потому что он находится в середине большой законсервированной зоны. И сам он относительно этой зоны тоже законсервирован. Это как забытая территория внутри забытой территории. И если про большой сектор ещё знают, то вот то, что находится под ним уже в тумане. Честно говоря, когда наша организация развивалась, то люди специально старались проникнуть в архивы и базы данных, чтобы тихонечко подчистить там ту информацию, которая описывала интересующие нас места и объекты. Так что, со временем, Теневики создали параллельную инфраструктуру на станции. Сложную, запутанную, разветвлённую. Чтобы найдя один участок, нельзя было нанести значимый ущерб всей организации.

— Очень интересная история, — сказал Игорь, — на самом деле, очень! И большая у вас организация?

— А это обязательно рассказывать? — опять сник, немного воодушевившийся за время своего рассказа Икс.

— Конечно, — сказал Игорь, — нам нужно всё знать! Но ты не переживай, мы не враги твоим Теневикам. Скорее, даже наоборот, союзники.

— Проблема немного в другом, — после небольшой паузы сказал Икс, — а можно меня развязать? Я не буду ничего делать, и убегать тоже не буду пытаться. Хотя бы руки, а? Затекло всё уже, просто кошмар!

Ваня переглянулся с Игорем, и тот ему кивнул. Ваня подошёл и Иксу и не спеша снял с негог все верёвки.

— Так что там за проблема? — спросил Игорь, когда Ваня закончил.

— Проблема в самих Теневиках, — вздохнул Икс.

— Мне кажется, или ты уже не в первый раз говоришь о них, как о какой-то внешней по отношению к тебе силе? — спросил Игорь, — ты разве не один из них?

— И да и нет, — сказал Икс, — проблема в том, что… как всегда, во времени! Организация существует очень долго. Меньше чем станция, но уже больше двухсот лет. А точно даже никто не знает сколько, потому что основателей давно нет в живых…

— И что же с ними случилось? — спросил Игорь.

— Никто не знает, — ответил Икс, но как-то неуверенно, и у всех появилось подозрение, что он недоговаривает.

— Не темни, говори уже как есть, — сказал Ваня.

— Ходят слухи, что основатели, использовав свои возможности и сказочно разбогатев… — начал Икс.

— Прямо как ты? — перебила его Резвая.

— Нет, куда сильнее, — впервые искренне улыбнулся Икс, — так вот, ходят слухи, что они постепенно проложили себе путь в управляющую элиту. Они теперь сидят в руководстве станции. Однако, свою организацию они не бросили, а продолжают ей управлять через узкий круг доверенных лиц.

— Погоди, но ведь на станции же люди стареют, разве нет? А ты говоришь, что организация существует уже очень давно. Сколько же им лет? — спросил Игорь.

— Стареют, но медленнее чем обычно. Это тоже была одна из причин создания Теневиков. Обычно персонал на станции через некоторое время меняют, чтобы никто ничего не понял. Да, многие догадываются, и слухи разные ходят. Но это настолько невероятно, что не многие могут поверить, что это на самом деле так. И став Теневиками, они среди прочего нашли возможность остаться на станции. И да, теперь они уже все старые. Все основатели старики. Но это только в том случае, если это всё правда и они живы, — сказал Икс.

— Но, похоже, ты сам в это веришь, — сказал Игорь.

— Да, я верю, — сказал Икс, — слишком много разных косвенных признаков. Но я ещё кое-что не рассказал. Не успел пока.

— Ну так не тяни! — сказал Ваня.

— Проблема, о которой я говорил не в этом, а в том, что Теневики разделились. Теперь это несколько конкурирующих… и можно даже сказать воюющих организаций. И, судя по слухам, разделились не просто так, а из-за конфликта основателей между собой. И каждый из них контролирует свою часть. Не важно, живы они или нет, но Теневиков сейчас пять групп. Поэтому я и стал создавать себе тайные запасы. Слишком уж всё шатко сейчас в нашей организации. Нет уверенности в завтрашнем дне. Я просто хотел создать себе стратегический резерв, на всякий случай.

— Нужно было для этого выбирать нору поглубже и потемнее, — сказал Игорь, — раз уж тут, по твоим словам, этого добра навалом.

— Почему? — удивился Икс, — много лет сюда никто не проникал и думаю, что и дальше будет так… если вы сдержите своё слово.

— Дело не в нас, — сказал Игорь, — возможно, что служба безопасности станции вычислит куда именно мы делись. Ведь они висели у нас на хвосте. Да, возможно они пока что не знают как сюда попасть. Но могут использовать тот вход, через который вошли мы.

— Кстати, а как вы сюда вошли? — спросил Икс.

Игорь молча посмотрел на дыру мусоропровода на высоте четырёх метров над полом. Икс проследил за его взглядом, и нервно сглотнул.

## Глава 27

После того, как они вспомнили про возможное преследование, сразу захотелось двигаться, не дожидаясь пока их здесь найдут.

— Золото жалко, — сказал Икс, когда они немного отошли от его тайной комнаты.

— Так это всё же золото сибаритов? — спросил Игорь.

— Да, мы угнали грузовой состав, отвели его в один из заброшенных тоннелей и там потихоньку разгрузили. Сложнее всего было незаметно перетаскать золото из того сектора, потому что делать это можно было только через общественное пространство. Как назло, именно оттуда нет никаких тайных выходов, никаких тоннелей с коммуникациями. Но при похищении состава других вариантов его спрятать просто не было. Именно потому что золото выносили маленькими партиями и долго, я умудрился часть груза оставить себе. Ведь никто не знал, сколько там этого золота было на самом деле. Честно говоря, мы, когда угоняли этот состав, даже не представляли что именно в нём находится, знали только что что-то очень ценное. Золото нас даже несколько разочаровало, — сказал Икс.

— Почему? — удивился Ваня.

— Потому что на станции его сбыть сложно. Кому ты его тут продашь? Нет, здесь, естественно, тоже есть чёрный рынок. Но тонны золота на нём не реализуешь. Оно могло бы пригодиться где-нибудь во внешнем мире. Но туда никто не рвётся, все ведь хотят пожить подольше. Да и вывести его через таможню будет очень сложно… если не невозможно. Только если создать какую-нибудь схему, в которую включить высокопоставленных таможенников. Но тут есть шанс, что тебя за это золото грохнут самого. В общем, вещь хорошая, но здесь практически бесполезная, — резюмировал Икс.

— А что бы вы хотели найти в этом составе? Какой груз бы вас устроил? — спросил Игорь.

— Много что, что можно использовать для повышения уровня жизни, не привлекая к себе излишнего внимания. Ну и ещё оружие. Это в первую категорию не входит, но всегда очень ценится. Похищение состава было не только с целью кражи как токовой. Это был ещё и политический акт. Теневики периодически заявляют о себе, чтобы поддерживать определённую репутацию, — сказал Икс.

— Какую такую репутацию? Не лучше ли было бы, чтобы про вас вообще никто не знал? — спросил Игорь.

— Наши командиры считают, что не лучше. Хотят, чтобы знали, но так, чтобы больше было слухов, легенд, мифов, а точно чтобы ничего не было известно, — скала Икс.

— Странно, — пожал плечами Игорь, — по моему мнению вас служба безопасности уже давно должна была бы вычислить.

— Так это только подтверждает, что у нас есть свои люди на самом верху. Уж не знаю, всё так как я рассказал, или может быть совсем по-другому, но что там нас кто-то прикрывает, это точно. В этом я абсолютно уверен, — сказал Икс, — да, очень долго Теневеки были полной тайной. Вообще никто не знал о нашем существовании. Но потом началась вот эта странная публичность, основанная на слухах, — сказал Икс.

— А что ты там говорил про чёрный рынок? — спросил Ваня, которому эта тема не давала покоя, с тех пор как он про это услышал, но никак не мог вклиниться в разговор со своим вопросом.

— Ну да, думаю, везде есть что-то подобное, — сказал Икс, — место, где люди могут менять что-то что им ненужно, на что-то что им нужно. И не всегда легально… и меняют не всегда разрешённые к владению вещи. Точнее будет сказать, что это не место, а процесс. Если бы всё это происходило где-то в определённом месте, уже давно бы служба безопасности накрыла. И никакие связи бы не помогли, потому что это удар по репутации. Ну представьте, есть рынок, где торгуют запрещёнными предметами, а они его игнорируют. Тогда «безопасников» вообще бы уважать перестали.

— А сейчас уважают? — спросил Игорь.

— Боятся больше чем уважают. Или уважают из страха, — сказал Икс, — потому что у них широкие полномочия. Слишком широкие. Им многое дозволено, а подчиняются они вообще неизвестно кому. Реально, никто не знает.

— И у вас такая служба следит за порядком? — удивился Игорь.

— Нет, за порядком следит охрана. И у этой самой охраны много разных подразделений и много разных уровней, в зависимости от того места где они работают и от задач стоящих перед ними. В жилых секторах самые туфтовые. А вот на стратегических объектах, на ключевой инфраструктуре, уже серьёзные ребята. Но не такие как безопасники, естественно. Эти… не знаю как их назвать… в общем, они над законом. Они сами закон. И они решают самые сложные задачи, касающиеся безопасности станции, — сказал Икс.

— Когда я тебя спрашивал про службу безопасности, я не это имел ввиду. Точнее сказать, я вообще не знал о местной иерархии. А оказалось, что попал пальцев в небо, — сказал Игорь.

— Я сразу это понял, — сказал Икс, — но объяснил, так как есть. Чтобы не запутывать. Теперь же тебе стало понятно, как тут всё устроено?

— Ну, более-менее, — сказал Игорь.

— Мы, кстати, пришли, — сказал Икс, — вернее, почти пришли. Вон там, перевалочный пункт, откуда свезённый мусор спускался дальше, вниз, в цеха по переработке.

— И куда нам теперь? — спросил Игорь.

— Здесь всё закрыто. Как я и говорил, вокруг тоже закрытая территория. Много контуров закрытой территории. Сюда попасть нелегко. Мы пойдём в эти самые цеха. На словах я вам не смогу объяснить, но, несмотря на полную закрытость, я нашёл достаточно простой путь. Относительно простой, конечно. Очень долго сюда пытался проникнуть. Нашёл чертежи, и понял, что здесь настолько закрытое место, что доступа в него нет вообще никакого. А если и решат его расконсервировать, то делать это будут постепенно, уровень за уровнем, и я спокойно успею отсюда уйти, — сказал Икс.

— Так почему её забросили? — спросил Игорь.

— Не знаю, — пожал Икс плечами, — слишком большие мощности, которые были слабо загружены. Мне вообще кажется, что изначально у всего этого было другое предназначение. Потом переделали в мусороперерабатывающий завод. А потом он оказался избыточным, и его закрыли. Но этот сектор большой, про него помнят, только вот руки до него пока у начальства не дошли. А может и надобности пока не возникло.

— Ты слышал про последние проблемы на станции? — спросил Игорь.

— С энергией? Конечно! Кто же про это не слышал! Я поэтому сюда и отправился. Сейчас делать всё равно нечего. Думал, пожить здесь в тишине и спокойствии несколько дней, побыть наедине с собой, подумать, — сказал Икс.

— О чём подумать? — заинтересовалась Резвая.

— О жизни, — удивился её вопросу Икс, — я люблю быть один.

— Да, иначе ты вряд ли создал бы для себя такое место, — усмехнулся Игорь.

Они вошли в большой металлический зал, куда сходились все рельсы. Здесь находилось несколько больших участков с оборудованием, которое было почти полностью разобрано ипревратилось в гору обломков и мусора. Но по этим точкам можно было понять, где находятся зоны для разного типа мусора. И там же находились шахты, ведущие вниз, куда этот самый мусор и сваливали. Икс остановился как раз возле одной из таких шахт.

— Вот, тут надо спускаться вниз, — сказал он, — я в стене набил дыр, по ним можно спускаться как по лестнице. Кто пойдёт первым, я?

— Только не пытайся сбежать, — сказал Игорь, — потом не поздоровится!

— Не вижу смысла в побеге, — сказал Икс, — я рассчитываю, что ситуация как-то утрясётся и я смогу сюда вернуться. Надеюсь, что всё будет как прежде. Даже, если безопасники проникнут сюда по вашим следам.

— Уже проникли, — сказала негромко Резвая, появившись неожиданно из-за разломанного агрегата, — я сбегала назад, посмотреть что там и как. Мы тут не одни. В эту сторону движется группа, судя по звукам человек десять или пятнадцать. Но это неточно, я их не видела. Как только услышала, сразу побежала обратно.

— Я даже не заметил, в какой момент ты исчезла, — покачало головой Игорь.

— Надо торопиться, — заметно занервничал Икс, — с безопасниками шутки плохи. Если это они, а это скорее всего они, то встречаться с ними не стоит. Нужно спускаться, как можно скорее!

— Ладно, иди первый, но только не убегай никуда, дождись нас, хорошо? — сказал Игорь.

— Да хорошо, хорошо, — Икс не переставал озираться, ожидая, что вот-вот сюда нагрянут те, кого он так боится.

Получив добро, он тут же перелез через край и, быстро перебирая руками и ногами, полез вниз по трубе для мусора. Она была в диаметре больше трёх метров, так что в ней можно было чувствовать себя свободно.

Игорь кивнул Ване, чтобы тот лез следующим. Ваня не стал заставлять себя уговаривать, подхватил Деревяшку, усадил его себе на загривок, и полез вниз. Ну не девочку же посылать следом за Иксом, вдруг он всё же что-то решит выкинуть?

Игорь оглянулся и увидел как мелькнула Резвая, исчезая в темноте. Видимо решила проверить, не приблизились ли безопасники. Игорь укоризненно покачал головой. Вот вроде бы она и правильно всё делает, но слишком уж неконтролируемо, для работы в группе. Совсем свои действия ни с кем не согласовывает. Но тут уж видимо такой характер и такие привычки, выработанные долгими годами не самой простой жизни.

Как только Ваня скрылся за краем, Игорь кивнул Жене, и она тут же полезла вниз.

Игорь стоял, нервно похлопывая ладонью по бедру. Можно было бы конечно начать спуск, и ждать Резвую уже там, но что-то ему не позволяло этого сделать. Он должен был быть последним. Руководство этой небольшой группой постепенно сосредоточилось в его руках, все его слушали, и вместе с этой властью пришла и ответственность. Не может он уйти, пока одна из них шляется непонятно где, пусть даже из наилучших побуждений и с правильными целями.

Резвой не было ещё несколько минут, и он уже начинал сильно нервничать, когда, наконец, услышал тихие и быстрые шаги. Двигалась она хорошо, почти незаметно. Когда девушка появилась в тусклом свете его фонаря, он вопросительно поднял брови.

— Они уже рядом! — почти беззвучно сказала она.

— Пересидели! — с досадой сказал так же тихо Игорь и указал ей на дыру, в которой уже давно исчезли все остальные.

Резвая хотела возразить и предложить ему спускаться первым, но он так на неё взглянул, при этом слегка подтолкнув в плечо, что охота спорить сразу пропала. Резвая быстро шмыгнула вниз. Игорь тоже не стал задерживаться, и, оглянувшись напоследок, начал спускаться.

Внизу их терпеливо ждали, благоразумно при этом помалкивая. Икс ничего не выкинул, не попытался ускользнуть бросив их здесь, а вместе со всеми ждал.

— Куда? — беззвучно спросил у него Игорь.

Икс кивнул, сделал жест рукой, чтобы они следовали за ним, и повёл отряд дальше.

Они выбрались из чаши мусороприёмника. Быстро, нигде не задерживаясь, прошли по каким-то извилистым коридорам похожим на лабиринт, оказались в тупике, но там Икс открыл почти незаметный люк в полу, и они опять начали спускать, но на этот раз по вполне стандартной вертикальной лестнице.

Они оказались в большой трубе, по которой шли другие трубы, но меньшего диаметра и большое количество кабелей.

— Работает? — спросил Ваня, указывая на всё это хозяйство.

— Не знаю, — ответил Икс, — скорее всего, частично. Не думаю что все кабели мёртвые. Хотя, этот технический тоннель тоже полузаброшен. Если какой-то кабель вдруг перестанет работать, даже если он до сих пор жив, то сюда чинить его никто не полезет. Проведут новый через более актуальный тоннель, или просто перекинут нагрузку куда-нибудь. Так часто делают, не трогают что-то, пока оно выполняет свои функции. Но нам тут не далеко идти.

Это оказалось правдой, метров через сто, они поднялись по точно такой же лестнице и оказались в небольшой комнате.

— Теперь мы уже перебрались в относительно работающий сектор, — сказал Икс.

— Относительно? — удивился Игорь.

— Да, он тоже переживает не лучшие времена, но его пока что обслуживают. Тут много оборудования. Энергетические узлы, станция очистки воды, что-то связанное с вычислительными мощностями… но именно эта компьютерная зона очень закрытая и туда никак не попасть, — сказал Икс.

— А на станцию водоснабжения можно легко проникнуть? — удивлённо спросил Игорь.

— В общем да, — кивнул Икс, — а что?

— Да ничего, просто это должно быть стратегическим объектом, и охраняться не меньше чем какие-то вычислительные мощности, — сказал Игорь, — представляешь каких бед можно наделать, если проникнуть на такую станцию со злым умыслом?

— Зачем ты ему подсказываешь? — усмехнулась Резвая.

— Да нет, я что, совсем что ли больной! — возмутился Икс, — но может ты и прав. Навредить можно сильно.

— Да мне кажется, что на космической станции все объекты стратегические. Тут куда ни ткни, всё может вызвать катастрофу. Хрупкая искусственная среда, — сказал Ваня.

— И это тоже верно. Вот сейчас, когда с энергией проблемы начались, вообще непонятно как всё это может закончиться. Мне кажется, что ещё никто толком не осознал масштаб проблемы, — сказал Икс.

— А ты осознал? — спросил Игорь.

— Ну, если уж всех выживальщиков эвакуировали, а про это все знают, то это о чём-то да говорит! Значит не просто сбой в энергосети, а что-то существенное, — сказал Икс, — а сколько народу покинуло станцию, про кого широко не объявляли? Думаю, что ещё больше.

— Тебя послушать, так станция и до этого была в каком-то полузаброшенном состоянии, — сказал Ваня.

— Нет, — сказал Икс, — это просто такой сектор. И он не единственный. Но есть другие, где всё очень хорошо обжито, все пустоты чем-то заняты, и там найти тайный заброшенный ход гораздо сложнее. Да, они тоже есть, но значительно меньше. Но и ценятся они там больше. Кому интересно в этих заброшенных лабиринтах лазить… кроме меня, — Икс улыбнулся.

— Я знаю ещё одного, кто бы с удовольствием полазил, — сказала Женя.

— Кто это? — спросил Игорь.

— Никитка, — ответила Женя, — он раньше, когда мы жили на свалке, тоже любил находить такие места. Прямо страсть у него была к этому. Любитель тайных ходов и лабиринтов.

— Да, вроде что-то такое припоминаю, рассказывали, — сказал Игорь, — так что дальше, какой план? — спросил он уже у Икса.

— Дальше план нужно выработать, — сказал Икс, — мы выбрались из той опечатанной зоны, теперь есть варианты пути. Скажите куда вам нужно, я постараюсь помочь.

Игорь задумался, насколько глубоко в свои планы можно посвятить этого местного, полезного, но слишком плохо знакомого человека, который к тому же мог затаить на них обиду. Поколебавшись, он решил что ситуация у них и так очень сложная и в данном случае стоит рискнуть.

— Нам нужно в центральную часть, где живёт управляющая элита станции, — сказал Игорь.

— Зачем? — удивился Икс, но поймав строгий взгляд Игоря, тут же осёкся, — ну, надо, значит надо! Вообще, чисто технически, мы не так уж и далеко от центра.

— А так и не скажешь, — усмехнулся Ваня, — что-то элитой здесь и не пахнет, — он огляделся по сторонам.

— Пахнет, — хрипло вякнул Деревяшка.

— Так мы же не на плоскости, а в объёме живём, — сказал Икс, — тут мы можем стоять в полной разрухе, а за толстой железной стеной могут быть райские кущи.

— Райские кущи, — задумчиво сказал Игорь, — интересное определение. А что, управляющая элита станции так живёт, что к ним можно применить именно это выражение?

— Я там никогда не был, — сказал Икс, — но судя по рассказам да. Они ни в чём себе не отказывают. И это очень мягко говоря. Хотя, если подумать, то у них тоже там много разных уровней. Не все одинаково влиятельны и богаты.

— Нас интересуют не просто богатые и влиятельные, а те, кто управляет здесь всем. Владельцы и руководители. Те, кто принимает решения по поводу всей планеты, что внизу под нами, — сказал Игорь.

— Аааа, — протянул Икс, — вам нужна именно дирекция?

— Ну, если это у вас так называется, то да, нам нужна дирекция, — сказал Игорь, — это что-то меняет? Это более сложно?

— Да нет, — сказал Икс, — я просто удивился. Если влезть в их зону, думаю, там внутри уже разницы особой нет. Как и времени.

— В каком смысле? — не понял Игорь.

— В том, что там безопасники работают особенно тщательно. И если что-то начнётся, то и реагировать они будут, скорее всего, молниеносно. Я никогда не слышал, чтобы там какие-то проблемы были, но, не сомневаюсь, что это место под особым наблюдением. Так что, как только вы там окажетесь, счёт пойдёт на минуты в лучшем случае, — сказал Икс.

— Что посоветуешь? — спросил Игорь, видя, что Иксу есть что сказать, но он просто свою мысль ещё не сформулировал.

— Посоветую оказаться сразу именно в том месте, где вам нужно быть. Тогда есть шанс добиться успеха… но не уверен что будет шанс потом выбраться, — сказал Икс.

— Про потом, мы будем думать потом, — сказал Игорь.

— Зря девчонок с собой притащили, — вздохнул Ваня.

— Эй, не надо на нас оглядываться, мы в одной лодке, — сказала Резвая.

— И не в таких передрягах бывали, — сказала Женя.

— Ну, если подумать, то да, — развёл Игорь руками.

— А вообще, мне чем дальше, тем больше хочется вставить палку в этот муравейник и пошурудить там как следует, — сказал Ваня.

— Шурудить! — медленно проговорил Деревяшка и расплылся в зубастой улыбке, от того что у него получилось это произнести.

## Глава 28

— Ты хочешь поехать с нами? — удивился Игорь, — я думал, что ты очень боишься безопасников.

— Не боюсь, а опасаюсь, — сказал Икс, — и если бы страх был на первом месте, я бы не занимался тем, чем занимаюсь. У меня есть склонность к риску. Да и мои запасы вы видели. Был бы трусом, ничего такого бы не сделал. Это ведь тоже большой риск был. Но выигрывает только тот, кто рискует.

— Но ты же сам сказал, что мы вряд ли выберемся обратно, — удивился Ваня.

— Да я и не с вами собираюсь… точнее не до конца с вами, — сказал Икс, — я хочу посмотреть что там происходит своими глазами. Жизнь идёт, всё меняется, чем больше ты знаешь и чем чаще оказываешься в центре событий, тем больше у тебя шансов на успех.

— Да, походу когда я назвал тебя крысой, немного погорячился. Ты какой-то другой зверь, — сказал Ваня.

— Не говори, с амбициями у парня всё в порядке, — согласился Игорь, — так как ты будешь выбираться?

— Не знаю пока, — сказал Икс, — но если вы будете там, как вы выразились: «шурудить», то и внимание будет приковано к вам. А я в это время постараюсь решить какие-нибудь свои дела.

— Так какие дела-то? — спросила Женя.

— Поверь, я сам пока не знаю, — сказал Икс, — надеюсь как-то зацепиться за место и найти путь, по которому туда можно будет попадать когда захочу и незаметно для всех. Может быть такое и не получится, но это главная задача. Если же такое окажется невозможно, то постараюсь просто разжиться чем-нибудь ценным. Но, а если и это не удастся, то получу новые знания о новом месте. Информация это тоже товар, который можно выгодно продать. Или обменять. Доступ в ту зону или информацию о нём можно очень выгодно реализовать. В общем, не хочу упускать такой шанс, главное воспользоваться им очень аккуратно. Чтобы эта операция не стала последней в жизни. В отличие от вас, я хочу заранее спланировать отход. Но пока ещё не спланировал, — опередил он вопрос Резвой, которая уже открыла для него рот.

— Так как ты думаешь нас туда доставить? — спросил Игорь.

— Пока что самый рабочий вариант, это воспользоваться их транспортной системой. Думаю, что я смогу провести вас в депо, где стоят капсулы, — сказал Икс, напряжённо о чём-то думая.

— Расскажи поподробнее, — сказал Игорь, — я хочу иметь полную картину.

— У них, я имею ввиду всю местную элиту, не только дирекцию, есть закрытая транспортная система. Так просто ни я, ни тем более вы, ей воспользоваться не можем. Она работает только в замкнутых контурах, где не бывает случайных лиц. Но и там, воспользоваться ей могут только те, кто есть в базе данных. Обслуга не может. Капсула просто не поедет, если её не запустит имеющий доступ, — сказал Икс.

— И как же быть? — спросил Ваня.

— Как раз думаю над этим. Что, если забраться в депо, там загрузиться в такую капсулу, но никуда не ехать, а ждать пока она сама отправится на вызов. Главное, чтобы капсула думала, что внутри никого нет, — сказал Икс.

— И ты знаешь как это сделать? — спросил Игорь.

— Я нет, но я знаю того, кто может помочь, — сказал Икс.

— Хочешь привлечь ещё одного человека? — подозрительно спросил Ваня.

— Да, сами мы не справимся, — сказал Икс, — по крайней мере я, не вижу вариантов. Хотя я не настаиваю, вы можете попробовать всё сделать самостоятельно. Вдруг получится? Я отталкиваюсь от своего видения ситуации, но оно, конечно, может быть ошибочным.

— Только у меня чувство, что нами пытаются манипулировать? — спросила Женя.

— Нет, — ответил Игорь.

— Эй, почему вы мне не верите? — возмутился Икс.

— А почему мы должны тебе верить? Как ты и сказал, ты можешь действовать отталкиваясь от своего видения ситуации. А это видение может говорить тебе, что нас лучше сдать вашим безпоасникам и заработать какие-нибудь очки, — сказал Игорь.

— Точно нет! — замотал головой Игорь, — к ним в поле зрения лучше вообще никак не попадать, ни как жертва, ни как свидетель, ни как доносчик. Ноль контактов, и будет тебе счастливая и спокойная жизнь. Как только тебя взяли на карандаш, не важно по какому поводу, обязательно встретишься с безопасниками ещё раз. Они в покое не оставят и о чём-то обязательно попросят. Самый простой вариант, это стучать на соседей. Но это прям цветочки, скорее всего им понадобится что-то более существенное, а отказывать им нельзя, отказы они не принимают!

— Да, но всё это версия, которую нам излагаешь ты! На деле может быть и по-другому! — сказал Игорь.

— Тогда я не знаю, как вас ещё убедить! — всплеснул руками Икс.

— Что это за человек, к которому ты хочешь обратиться? — спросил Игорь.

— Он тоже из Теневиков, занимается технологиями. Базы данных, системы наблюдения и всё такое. Я больше по инженерным коммуникациям специалист, но на этом не зацикливаюсь, оперативной работой тоже не брезгую. А он именно по системам спец, хорошо разбирается. Большинство операций наших он прикрывает по технической стороне, — сказал Икс.

— Предположим что это так, — сказал Игорь, — но если ты нас к нему приведёшь, то он-то вряд ли этому обрадуется? Сомневаюсь, что человек занимающийся преступной деятельностью, будет рад, что о ней узнали какие-то неизвестные ему люди.

— Это есть, — кивнул Икс, — но нужно его замотивировать.

— А как? — спросила с любопытством Резвая.

— Либо силой, либо чем-то ценным, — сказал Икс.

— А ты не очень-то о своих друзьях заботишься, правильно мы о тебе сначала подумали, — усмехнулся Игорь.

— Он мне не друг, а скорее коллега по работе, — сказал Икс, — и мы друг друга недолюбливаем. Но сделка есть сделка. Если мы не придумаем как его купить, всегда можно взять за горло. Только я в такой ситуации будут тоже, как будто ваш заложник, идёт?

— Ну идёт, — покачал головой Игорь, — как нам добраться до твоего друга? Он где-то рядом?

— Вообще не рядом, — сказал Икс, — но добраться не очень трудно. Долго, но не трудно. Есть тоннель с коммуникациями, мы его постоянно используем, если нужно куда-то перебраться в другую зону. Он проходит через несколько очень оживлённых секторов. Идти правда придётся часа два, не меньше. Но зато без особых приключений, сразу окажемся в нужном секторе.

— Ладно, пойдём к твоему другу, — сказал Игорь.

— Не сейчас, — вдруг сказал Икс и посмотрел на маленькое устройство, которое достал из кармана, — нужно подождать минут двадцать.

— Во-первых, почему, а во-вторых, что это за штука у тебя? — спросил Игорь подозрительно.

— Это мини компьютер, — сказал Икс, — я сейчас просто время посмотрел. Эту штуку я использую вместо идентификатора, когда нужно открыть какую-нибудь дверь или подключиться к терминалу. Это что-то вроде универсальной электронной отмычки. По нему же и на связь можно выходить, но только через терминал. Беспроводная связь на станции не практикуется. Подозреваю что не просто так, а из соображений безопасности. Хотя, в некоторых зонах кое-какие штуки бывают. У выживальщиков вроде бы есть, пока они ещё на станции. Но с ним никуда из зоны не выйдешь, запрещено.

— Ну а почему нужно подождать? — спросил Игорь.

— Сейчас активная фаза. Охрана меняется, рабочий день у персонала только закончился. В общем, сейчас очень много движения, лучше не лезть туда и не привлекать внимания, — сказал Икс.

— А может быть как раз лучше затеряться в толпе? — спросил Ваня.

— Серьёзно? — улыбнулся Икс, — ты себя в зеркало давно видел? Как ты можешь где-то затеряться? А он? — Икс указал на Деревяшку, — с остальными проще, но по вам всё равно сразу видно, что вы не местные. Бросаетесь в глаза. Да и одеты необычно, для обитающего тут населения.

— Ладно, тогда ждём, — вздохнул Ваня.

Они по-прежнему находились в той же самой комнате, в которую поднялись из тоннеля. Немного было тревожно, не придут ли сюда по их следу безопасники. Но с другой стороны, как те их должны были вычислить? Ведь они надеялись, что хорошо запутали следы. Однако, долго сидеть на одном месте всё равно было тревожно.

А сидеть в тишине было вообще невыносимо, поэтому, как только повисала пауза, кто-нибудь обязательно пытался придумать тему для разговора.

— А как зовут твоего друга? — во время очередной паузы спросила Женя.

— Жирдяй, — ответил Икс.

— Жирдяй? — удивился Игорь.

— Да, это не имя,в отличие от моего, — сказал Икс, — но настоящее имя уже никто не помнит. Я так никогда и не знал его. Жирдяй и Жирдяй, и все дела!

— То есть, он соответствует своему прозвищу? — спросил Игорь.

— Сами увидите, — усмехнулся Икс.

В намеченное время, они осторожно вышли из комнаты. Она была заперта, но у Икса был электронный ключ, про который они недавно узнали.

— Никто больше не может сюда войти, кроме меня. Иначе, надо будет вскрывать дверь, — с гордостью сказал Икс, — я сменил кодировку. Правда, это помещение и так было пустующим, но теперь, наверное, все его считают заблокированным. Это вход на мою территорию… похоже, что бывшую мою территорию, — вдруг резко погрустнел Икс, вспомнив последние события.

— Хорошо что безопасники нас потеряли, а то они давно бы уже были здесь, — сказал Игорь.

— Да, теперь они сидят и ждут какой-нибудь сигнал о происшествии в секторе. Так что, нам лучше обойтись без эксцессов, а то они тут же будут здесь. Это так работает, если где-то что-то происходит, то весь сектор берётся на контроль и при малейшем возмущении спокойствия, они молниеносно реагируют. Поверьте, я это не понаслышке знаю, — сказал Икс.

— Верим, — сказал Игорь, — тем более, что это очень логично.

Выйдя из комнаты, они попали в зелёный коридор, стены которого были украшены замысловатой вязью золотых узоров. Правда, краска на стенах не выглядела свежей и много где сильно пооблупилась. А местами и вообще осыпалась.

— Красиво… было когда-то, — сказала Резвая.

— Да, раньше многие сектора очень изобретательно украшали, и в разном стиле. Сейчас такого уже нет. Только в старых зонах, где давно не было ремонта, такое ещё можно увидеть, — сказал Икс.

Они шли по коридору, стараясь выглядеть естественно, хотя кроме них тут никого и не было.

Неожиданно на встречу из-за поворота резко вырулили несколько женщин в белых комбинезонах. Они не ожидали тут увидеть такую непривычную группу, поэтому даже немного сбились с шага, таращась на Ваню. Но поскольку ничего сверхъестественного не происходило, кроме вида самого Вани, то они просто прошли мимо, бросая косые взгляды на богатыря.

Как только женщины вырулили им навстречу, Ваня неуловимым движением схватил Деревяшку за шиворот и всё время держал его вне поля их зрения, постепенно смещая его вокруг себя, когда женщины проходили мимо. Но даже если бы он этого не делал, они бы его вряд ли заметили, потому что не могли оторвать взгляда от самого Вани.

— Похоже, ты обречён на успех среди женщин станции, — усмехнулась Резвая.

— Эти какие-то совсем дикие, — немного смутился Ваня, — да, на меня часто смотрят, но эти как будто вообще мужчин не видели.

— Таких, вполне возможно, и не видели, — сказал Икс, — тут обычнее работяги живут. Из сектора почти не выходят. Все кто тут есть, им уже давно глаза намазолили. И скорее всего, там смотреть особо и не на что. Ну, ты же реально очень здоровый!

— Какой есть, — отмахнулся Ваня.

— Ты так мило смущаешься, — сказала Резвая.

Они шли минут десять, несколько раз сворачивали в другие коридоры, встретили ещё две группы женщин. Да, почему-то им попадались исключительно женщины. Икс сказал, что просто они все идут домой со смены. Видимо задержались немного, потому что коридоры должны сейчас быть пустыми. Но каждый раз всё внимание было сосредоточено на Ване, поэтому остальные могли чувствовать себя относительно спокойно.

Могли, но не чувствовали. На душе у всех был тревожно, и когда они наконец добрались до нужного места и покинули сеть коридоров, все вздохнули с облегчением.

Своей отмычкой Икс открыл какую-то неприметную дверь, и они вошли в невероятно душное и влажное помещение, где было много пара.

— Это что за место? — удивлённо сказал Ваня.

— Котельная, — ответил Икс, — но, похоже, что она работает не совсем так, как должна бы. Обычно тут атмосфера получше. Да, тоже влажная, но не до такой степени!

Пара было очень много, и где-то что-то шипело, где-то что-то дребезжало. Одежда тут же стала влажной.

— Нужно быстрее отсюда уходить, — сказал Икс, — попахивает аварийной ситуацией, а значит, могут нагрянуть ремонтники. Встречаться с ними нам не нужно ни под каким предлогом, потому что это всё быстро дойдёт до безопасников.

— Мы умеем бегать, — сказал Игорь.

Икс понял намёк и припустил вглубь котельной между мокрыми трубами. Они бежали долго, хоть в такой атмосфере это было и не легко. Дышать было трудно. Но постепенно количество пара становилось всё меньше и меньше. Наконец они прошли через очередную дверь, за которой воздух был заметно суше и свежее. Тут чувствовалась хорошая тяга.

— Всё, — сказал Икс, — теперь нам долго-долго по прямой. Почти до места назначения. Надеюсь, что всё обошлось.

— Ага, обошлось, — ворчливо сказала Резвая, — я даже не понимаю, это я вспотела или от пара намокла? Я вся насквозь!

— Мы все такие, — похлопал её по плечу Игорь, — поверь, намокнуть это одна из наименьших наших проблем. Если бы всё можно было заменить намоканием, я готов ходить мокрым год. Но нет, придётся ещё кое-что сделать, более сложное и опасное.

— Да знаю я, — отмахнулась от него Резвая.

Икс не соврал, идти и в самом деле всё время приходилось прямо. Коридор был достаточно широкий, но тоже технический и заполненный всякими трубами и кабелями. Видя всё это изнутри, возникло странное чувство. С одной стороны, всё устройство станции казалось гораздо сложнее чем на первый взгляд. Когда ты не видишь кишки, то кажется что всё просто. Свет появляется сам собой, вода тоже течёт сама и вытекает из крана волшебным образом, стоит его открыть. Но таких кранов на станции миллионы! И везде должна быть и холодная и горячая вода. И электричество. И тепло. И воздух, ведь здесь он не берётся из ниоткуда, а такое большое пространство снабдить кислородом это та ещё задачка. Вывоз и переработка отходов жизнедеятельности, обеспечение населения всем необходимым. Транспорт, доставка, досуг, системы управления, обработки и хранения данных и чёрт те что ещё. Всего и не сообразишь сразу.

И всё это хозяйство должно было исправно функционировать. И это обеспечивалось, в том числе, всеми вот этими коммуникациями, по которым они сейчас пробирались.

Так что изнутри станция с одной стороны выглядела очень сложно, с другой, очень уязвимо. Да, понятно, что если бы они всей командой ходили и резали кабели, то станция этого бы и не заметила. Слишком мелкий масштаб, который будет виден только в отдельных связанных с этим местах. Но в то же время, когда количество таких вот ошибок накапливается, то постепенно может возникнуть кризис, который приобретёт лавинообразный характер и может привести к выходу из строя жизненно важных систем.

Кто знает, какие на самом деле последствия вызвало разрушение Энергона? Какие трудности сейчас переживает станция? Судя по тому, что в общественных коридорах, где им довелось побывать, свет всё ещё горит, хоть и не на полную мощность, значит, энергия ещё осталась. Но, может быть дело в том, что у них просто нет системы частичного отключения электроэнергии, и это приходится делать постепенно вручную. Ведь никто не думал, что Энергон перестанет существовать. Поэтому, теперь если обесточить сектор, то можно остановить важные агрегаты, которые останавливать нельзя. А если не отключать, то энергия расходуется больше, чем могла бы.

Подобные мысли возникли почти у всех, и они, коротая время в пути, негромко переговаривались, обсуждая всё это.

После тоннеля с коммуникациями им опять пришлось преодолеть жилую зону, но Икс сказал, что сейчас тут по распорядку ночь и никого шляться не должно. Так оно и было, и до Жирдяя они добрались без происшествий.

Вошли без стука, при помощи отмычки Икса. Жирдяя они увидели сразу.

— Ух ты, а я думал что это я тут большой, — потрясённо сказал Ваня, глядя в расширенные от удивления глаза человека, от которого, вполне возможно, зависел исход их предприятия.

## Глава 29

Ситуация вынуждала их действовать жёстко. Выбравшись из тоннелей для транспортировки грузовых контейнеров, Лиана, Спас, Руди, Серафим и Ари начали продвигаться вперед, не очень сильно заботясь о скрытности. Нужно было срочно выяснить, что случилось со второй группой. Делать это наугад было бессмысленно, нужно было срочно получить доступ к какому-нибудь источнику информации.

Серафим сказал, что найдёт контрольную точку в этом секторе и там они смогут получить всю необходимую информацию. Они ещё в самом начале хотели воспользоваться такой контрольной точкой, но события стали развиваться так стремительно, что не получилось этого сделать.

По ходу дела они нейтрализовали две небольших группы охраны, которые занимались патрулированием. Убивать никого не стали, хотя соблазн такой и был. Но ограничились тем, что бедолаг просто связали и засунули в дальний тёмный угол. Это проделали и с первой и со второй группой. Первую засунули в люк ведущий к коммуникациям, вторую просто оттащили в тупиковый коридор.

— Будем надеяться, что когда их найдут, мы будем уже далеко и на нас это никак не повлияет, — сказал Руди.

— Ну, не думаю, что трупы оказали был меньшее влияние, — сказал Спас, — а возможно и большее. Если обнаружат не живых охранников, а их тела, последствия могут быть ещё более серьёзными.

— Зато, трупы не говорят, — философски заметил Руди, — а для нас сейчас это важно.

— Мы решили никого без необходимости не убивать, — сказала Лиана, — пока что продолжаем придерживаться этой модели.

— Вопрос в том, что считать необходимостью, — вздохнул Руди, — впрочем, умолкаю, чтобы меня не начали считать кровожадным монстром. Но на таких операциях, лишняя мораль это обуза ведущая к провалу!

— Ты же сказал что умолкаешь? — поддел его Спас.

— Хотел закончить мысль, — пожал плечами Руди, — ладно, будь что будет!

Серафим каким-то образом понимал где искать контрольную точку. Точно не знал, но представлял себе, где она должна находиться по косвенным признакам.

— А мы ещё не в этой самой зоне… ну для элиты? — спросил Руди.

— Нет, но где-то рядом, — ответил Серафим, — хотя рядом понятие здесь совершенно относительное. Можно быть за стеной и не иметь возможности попасть на другую сторону. А можно залезть в капсулу и за несколько минут оказаться там где тебе нужно, как бы далеко это не находилось.

Как ни стремились они найти эту самую точку, однако чуть не проскочили мимо неё. Никто кроме Серафима не знал как она выглядит, а он никому не говорил. Все просто следовали за ним. Оказалось, что это совершенно безликая металлическая дверь, мало чем отличающаяся от всех остальных. О том, что это именно контрольная точка, говорил нарисованный над ней белый квадрат сантиметров десяти, с чёрной точкой посередине.

— Ты глянь, действительно точка, — удивился Руди, — не ошибёшься! Очень информативно!

Серафим подошёл и толкнул дверь. Она была заперта. Тогда он нажал не неприметную серую выпуклость слева. Ничего не произошло, но он продолжал терпеливо стоять и ждать.

— Похоже не сработало, — скептически сказала Руди.

Серафим оглянулся на него и промолчал.

Прошло минуты две, когда, наконец, внутри двери что-то щелкнуло, и она приоткрылась.

За дверью оказалась девушка в синем комбинезоне и с бутербродом в руках. Она жевала, и вопросительно взглянув на Серафима, проговорила с набитым ртом:

— Чего?

Руди резко толкнул дверь, чуть не сбив её с ног, и исчез внутри.

— Ээээээ! — возмущённо протянула девушка, — вы чего творите?

Она проглотила то, что было у неё во рту, и хотела сказать что-то ещё, но Серафим прижал палец к губам, намекая, что этого делать не нужно. После чего внутрь ввалились все остальные, заставив девушку отступить назад.

— Не волнуйся, мы не причиним тебе вреда, если ты не будешь делать глупостей, — сказала Лиана.

— Чего вам нужно? — возмущение девушки было максимальным. Ни с чем подобным она в своей жизни не сталкивалась и уж тем более не ожидала такого здесь, на своей работе, которая, в основном, была достаточно скучной.

— Нам нужно воспользоваться твоим служебным оборудованием, — сказал Серафим, закрывая за собой дверь.

— Им нельзя пользоваться никому кроме сотрудников! — продолжала возмущаться девушка.

— Ты не поняла, — сказал появившийся из-за стеллажа с блоками приборов Руди, — мы бандиты и на нас никакие правила не действуют!

— Бандиты? — опешила девушка.

— Он шутит, — сказала Лиана, — но вашим правилам мы, действительно, не подчиняемся. Пойдём, покажешь нам своё рабочее место.

Рабочее место девушки впечатляло. Это был длинный полукруглый пульт с десятками экранов над ним. Точнее экран было один, но на нём было одновременно множество картинок. Какие-то с камер, какие-то показывали разнообразные графики и схемы. Где-то бежали ряды цифр, и меняли периодически свой цвет с зелёного на красный и обратно.

— И ты тут одна справляешься? — удивился Спас.

— Сейчас да, — сказала девушка, — после инцидента с энергией, людей в блоках стало меньше и количество операторов на контрольных точках сократили. Я тут только второй день, до этого обслуживала маленькую точку. А это большая, конечно. Тут раньше не меньше трёх человек в смене дежурило, — девушка начала понимать, что возмущаться и сопротивляться незваным гостям бессмысленно, проще оказать содействие. Тем более, что объект у неё был не стратегический, да и зарплата не такая, чтобы жертвовать своей жизнью, защищая это оборудование.

— Это не сложно, — поддержал её Серафим, — если какие-то параметры выйдут за нормативы, то система сразу даст об этом знать. Да, на первый взгляд информации тут много, но не всю её нужно анализировать и воспринимать. Она на экраны выводится для наглядности и быстрого доступа. Ну и с опытом приходит навык. Уже сразу глаз выделяет где циферки побежали слишком быстро или не в ту сторону, и скоро понадобится вмешательство. Но такое бывает редко. Обычно система работает ровно и без сбоев. Человек тут как страховка, как внешний наблюдатель.

— Да, — кивнула девушка, — у меня ещё ни разу никаких сбоев не было.

— Я посижу, покопаюсь тут? — сказал Серафим девушке.

— Ну, моё разрешение вам, я так поняла, не требуется! — сказала девушка, слегка обиженным тоном, — так зачем спрашивать?

— Как тебя зовут? — спросила Лиана.

— Ната, — ответила девушка.

— Ната, мы узнаем всё что нам нужно и уйдём. Главное, не пытайся вызвать помощь и нажать какую-нибудь тревожную кнопку. Нам это не понравится и ситуация может выйти из-под контроля. А когда ситуация выходит из-под контроля, все предыдущие договорённости перестают действовать, — сказала Лиана.

— Да поняла я всё, — вздохнул Ната, — делайте, что хотите!

Её взгляд упал на половину бутерброда, который до сих пор находился у неё в руках. Она пожала плечами и, откусив немного, пошла в дальний угол комнаты, где стоял стол, на котором была её чашка с чаем. Усевшись там на небольшой диванчик, она закинула ногу на ногу, и продолжая жевать принялась наблюдать за происходящим.

А понаблюдать было за чем. Человек, который занял место за пультом, очень хорошо понимал что делает. Да что там понимал! Он обращался с ним гораздо лучше чем она! Восемьдесят процентов функций этого пульта были для неё загадкой. Это место было выше её уровня компетенций. Но, в связи с запустением в этом секторе после начала проблем с энергией, начальство посчитало, что её знаний достаточно. А она была и не против! Хоть не отправили в вынужденный отпуск, или ещё хуже, не эвакуировали со всеми остальными. А такая возможность была. Почему не оказалось свободных операторов, хорошо знающих такие большие контрольные точки, она не знала, да и не забивала себе этим голову. Нет и нет, ей даже лучше. Скорее всего, им нужно было больше платить, а у неё ставка была как у новичка. Экономили на операторах, не иначе.

Остальные члены нагрянувшей к ней группы тоже были довольно необычными. Тот, который ворвался сюда первым, вроде бы улыбался и вёл себя непринуждённо, даже иногда шутил, но при взгляде не него, у неё по спине почему-то начинали бежать мурашки.

Девушка, которая похоже была главной, и все её слушались, тоже выглядела почему-то опасной. Это было на уровне подсознания, рационально Ната эти ощущения объяснить не могла.

Ещё одна девушка, или женщина, потому что если присмотреться, она выглядела несколько старше, была самой выделяющейся из этой группы. Она как будто чувствовала себя не в своей тарелке. У Наты даже появилось ощущение, что она с ними не добровольно. Но потом она это переосмыслила, потому что эта женщина хоть и выделялась своим поведением, но общалась с остальными вполне спокойно, не как пленница.

Ещё один мужчина, был из них самым обычным, наверное. И он вызвал у Наты самое большое расположение. Этого она тоже не могла объяснить, но почему-то почувствовала к нему доверие, а через него оно постепенно распространилось и на всех остальных. Ната вдруг поняла, что всё закончиться для неё хорошо. И хоть она и до этого пыталась себя в этом убедить, однако раньше такой уверенности не было.

Как будто почувствовав её настроение, этот мужчина направился к ней.

— Угостишь чаем? — спросил он.

— Почему нет? — пожала она плечами, и взяла с полки чистую кружку, чтобы налить ему чай.

— Ната, верно? — спросил мужчина, и когда она кивнула, представился сам, — а меня зовут Спас.

— Да? — она удивлённо вскинула брови, — странное имя!

— Нормальное, — улыбнулся Спас, — слушай Ната, — продолжил он, — тут такое дело… нам очень нежелательно, чтобы о нашем визите сюда стало известно. По крайней мере, чем дольше эта неизвестность будет продолжаться, тем будет лучше.

— И что это значит для меня? — Ната замерла с чайником в руках.

— Ничего плохого, — сказал Спас, — ну, или ничего очень плохого. Мы не будем тебя убивать, но чтобы ты не подняла тревогу, было бы благоразумно с нашей стороны тебя связать. Так связать, чтобы тебя освободила только пришедшая сюда смена.

— Ты так легко говоришь об убийстве! Всё это звучит не очень, хотя, я так понимаю, выбирать мне особо не из чего, — сказала Ната.

— Если ты сама не сообщишь о том, что мы здесь были, об этом могут узнать каким-нибудь другим способом? — спросил Спас.

— Думаю, что нет, — сказала Ната, — я могу чего-то не знать, естественно. Но мне кажется, что тут нет систем внутреннего слежения.

Спас внимательно на неё смотрел, пока она это говорила.

— Я тебе верю! — вдруг расплылся в улыбке он, и Ната поняла, что если бы соврала, то он бы про это обязательно узнал, — тогда у меня к тебе предложение! — продолжая улыбаться, сказал Спас, — ты дашь нам слово, что наш визит останется в тайне, и мы не будем тебя связывать. Только тебе это слово нужно будет сдержать!

— А если я не сдержу? — Ната склонила голову на бок.

— Может случиться что-то плохое. Поверь, если дашь слово, то лучше его сдержать. Ну, или не давать и побыть тут связанной. Подумай хорошенько, готова ли ты взять на себя обязательства и выполнить их? — спросил Спас.

— Но для меня совсем хорошего варианта нет, верно? — спросила Ната, — мне нужно либо нарушить должностные инструкции и не докладывать о произошедшем инциденте. Либо дать слово и нарушить его, за что возможна расплата, насколько я поняла твой намёк. Либо же, лежать связанной двенадцать часов, что тоже не очень хорошо. Вдруг я в туалет захочу?

— Да, ты оказалась в неприятной ситуации. Но у большинства людей, которых настигают неприятности, выбора вообще нет. А у тебя есть. Да, было бы лучше, если бы мы сюда не приходили, но мы здесь и тебе нужно будет выбрать, — сказал Спас.

— Немного странно, что вы собираетесь поверить мне на слово, — сказала Ната.

— То что тебе это кажется странным, подтверждает то, что слово своё ты, скорее всего, сдержишь, — сказал Спас.

— Почему это? — удивилась Ната.

— Если бы собиралась нарушить, то принялась бы сразу убеждать нас в обратном. А тебе не приходит даже в голову, что ты сейчас можешь заставить меня в тебе сомневаться. Ты как бы говоришь, что на нашем месте не стала бы доверять незнакомому человеку. Ты делаешь противоположное тому, чтобы попытаться нас обмануть! — сказал Спас.

— Очень сложная мысль, — покачала головой Ната, — я так вообще не думала!

— Поэтому я и склонен тебе доверять, — сказал Спас, — но ты можешь и не брать на себя обязательств. Тогда ты просто будешь жертвой обстоятельств.

— В чём-то это даже хуже, — задумалась Ната, — нагрянет служба безопасности, начнутся допросы, и кто знает, как они оценят мои действия? Вдруг признают меня виновной в произошедшем? Ведь я же сама вас впустила?

— В общем, подумай, как лучше поступить, — сказал Спас и, взяв кружку, ушёл в сторону пульта.

— Вы очень странные «бандиты», — сказала ему вслед Ната.

На что он не оборачиваясь кивнул.

Когда Спас подошёл к пульту, все остальные тоже собрались там.

— Как дела? — спросил Спас.

— Я прописал нас в системе, — сказал Серафим, — теперь у нас есть идентификаторы. Но, положа руку на сердце, я ни в чём не уверен. Не до такой степени в этом разбираюсь. Идентификаторы временные, всего на сутки. Их можно оформить на контрольных точках, для людей попавших в затруднительную ситуацию и по какой-то причине утративших свой.Но это, по крайней мере, шанс воспользоваться транспортной системой не вызывая подозрений и не прибегая к насилию.

— Что там по поводу наших? — спросила Лиана.

— Я их нашёл, судя по всему. Точнее не их, а последнее упоминание, которое можно к ним отнести. Мне кажется, что они их потеряли, впрочем, как и нас. Их загнали в ловушку, в которой их впоследствии не оказалось. Им удалось оттуда вырваться. Теперь безопасники не знают где они.

— Хорошо, прямо от сердца отлегло, — сказала Лиана, — молодцы! Хорошая команда подобралась, и мы очень грамотно разделились. Обе группы обладают потенциалом. Что ещё?

— Всё! Но это и хорошо, — сказал Серафим, — было бы что-то ещё, безопасники знали бы это раньше. Тишина свидетельствует о том, что пока что всё в порядке. Но не сомневайтесь, они работают, и расслабляться не стоит.

— Другими словами, отсутствие новостей, это самая хорошая новость! — радостно сказал Руди.

— Получается так, — согласился Серафим и выдвинул из пульта небольшой контейнер, в котором стопкой лежали пять пластиковых карточек.

Он раздал их всем членам команды. Все повертели их в руках, разглядывая со всех сторон. Карточки были очень простыми: белый кусок пластика, с выбитым именем и номером. Но главное было внутри, чип с идентификатором. Вот на него-то и была вся надежда. Надпись снаружи служила только для того, чтобы опознать свою карточку.

Имена были не их, а первые попавшиеся. Главное, что соответствовали мужские мужчинам, а женские женщинам.

— Какой дальше план? — спросил Руди тихо, чтобы сидящая вдалеке на диване Ната его не услышала.

— Идём к транспортной системе, я посмотрел где ближайшая станция. Берём капсулу и пытаемся добраться до места, где можно сделать пересадку во внутренний закрытый контур. Туда уже по этим карточкам не пройдёшь, придётся придумывать что-то другое, — сказал Серафим.

— Не зря мы тебя с собой взяли, ох не зря! — сказал Руди, и похлопал Серафима по плечу.

— Погоди, может быть ещё и не сработают эти карточки, — сказала Серафим.

— Всё равно, ты вносишь очень большой вклад. Одно то, что ты смог получить информацию о второй нашей группе, чего стоит! Это самое главное! — сказала Лиана.

— Что будем делать с местной хозяйкой? — тихонько сказал Руди.

— Надеюсь, что ничего плохого? — с тревогой спросила Ари.

— Она даст нам слово что не будет ничего сообщать, и мы просто уйдём, — сказал Спас.

— Слово? — Руди вытаращил глаза, — это очень плохая идея! Слишком рискованно.

— Уверен? — спросила у Спаса Лиана.

— Она сама выберет, — сказал Спас, — если она будет в себе сомневаться, то попросит её связать.

— Надо было мне садиться в другой контейнер, — вздохнул Руди, — зачем это нужно? Связали бы и всего делов! Зачем спрашивать? Мы и так никого не убиваем, но это уже перебор.

— Под мою ответственность, — сказал Спас.

— Ладно, разбирайся с ней сам, мы готовимся к выходу, через две минуты нас тут быть недолжно, — сказала Лиана.

Спас кивнул и направился к Нате. Она понимала что ему нужно, и поэтому, когда он приблизился, не дожидаясь вопроса сразу сказала:

— Даю слово, что не буду сообщать о том, что вы тут были. Вообще ничего сообщать не буду. Да и что сообщать, если ничего не было? — и Ната, неожиданно для себя, подмигнула Спасу.

Спас некоторое время на неё пристально смотрел, а потом расплылся в улыбке и сказал:

— Вот и замечательно! Мы уходим, можешь нас проводить!

Как только за незваными гостями закралась дверь, Ната почувствовала себя в полной безопасности, понимая, что обратно они войти уже не смогут. Повинуясь внутреннему импульсу, она бросилась к пульту, чтобы подать сигнал тревоги. Откинув крышку с рычажка, который нужно перевести в другое положение и тогда вскоре здесь будет служба безопасности, она взялась за него пальцами и замерла. Потом, даже слегка надавила на него, но тут же отдёрнула руку, как будто обожглась.

Ната медленно закрыла крышечку обратно и уставилась на неё, в степени крайней озадаченности.

— Интересно, я боюсь расплаты, или не хочу нарушать слово? — пробормотала она сама себе. Она подумала ещё немного, и добавила, — если не хотела сдержать слово, значит, не нужно было его и давать!

Сказав это, она испытала невероятное облегчение, и решила, что нужно срочно съесть ещё один бутерброд, потому что на нервной почве аппетит разыгрался с новой силой.

— А может быть тут никого, в самом деле, и не было!

Сказала она и, пожав плечами, слегка улыбнулась.

## Глава 30

— Почему ты решил поверить ей на слово? — спросила Лиана у Спаса, когда представился случай.

— Так у нас не будет точки, в которой мы засветились, — ответил Спас, — если бы мы её связали, то рано или поздно место нашего пребывания стало бы известно.

До ближайшей посадочной платформы местной транспортной системы они дошли быстро, почти никого не встретив по пути. Этому удивлялся прежде всего Серафим.

— Да, похоже, что станция, в самом деле, сильно опустела. Обычно коридоры заполнены людьми, а сейчас, ощущение какого-то заброшенного объекта. Очень всё это странно и необычно, — не переставал говорить он.

Транспортный узел был очень большим по местным меркам. Тут соединялись несколько систем. Были длинные лифтовые терминалы, для связи с другими этажами, были платформы для приёма составов капсул, перемещающихся по горизонтали. И в самом дальнем конце, почти неприметные для всех, были терминалы посадки в капсулы универсальной транспортной системы, которая могла перемещаться в любом направлении. Этот вариант уже был не для всех. И с этой системы можно было пересесть на капсулы движущиеся уже внутри закрытого «элитного» контура. Ещё одна мера безопасности, отсекающая случайных пассажиров.

Те, у кого был максимальный допуск, могли очень быстро оказаться в любой точке станции, где есть соответствующая инфраструктура, всего с одной пересадкой. С внутренней универсальной системы, на внешнюю. Если ещё учесть скорость, с которой эти самые капсулы летали внутри вакуумных тоннелей, то время в пути выходило очень небольшим. Да, с пересадочкой, но это лишняя плата за безопасность.

На транспортном узле народу было много, в отличие от пустых коридоров по которым они шли до этого. Тут они постарались затеряться в толпе, не привлекая к себе внимания. Но косые взгляды на себе периодически ловили. Что-то в них было такое, что выделяло из массы обитателей станции. Какая-то внутренняя свобода что ли чувствовалась в движениях. А так же сила и опасность. Поэтому люди при их приближении непроизвольно расступались.

Местная служба безопасности было направилась к ним, но они с будничным видом прошли через арки, приложив свои идентификаторы. Система их пропустила, и охрана тут же потеряла к ним интерес.

В дальней части транспортного узла, возле универсальных капсул было почти пусто. Небольшая группа прибывших попалась навстречу и всё, больше никого. Капсулы вмещали до десяти человек, чего им было более чем достаточно.

— Ответственный момент, — сказал Серафим, прикладывая свою карточку.

На капсуле мигнул зелёный огонек, и боковая стенка отъехала в сторону.

— Нам тоже прикладывать, или твоей хватит? — спросила Лиана.

— Прикладывайте, она поймёт что внутри не один человек и будет требовать чтобы все идентифицировались, — ответил Серафим.

Капсула приняла всех без всяких возражений.

— Неплохо, — сказал Руди, — если так пойдёт и дальше, то мы тут быстро всё порешаем и можно будет отправляться домой.

— Дальше будет сложнее, — сказал Серафим, — я бы даже сказал, что всё самое сложное впереди.

— Странно, что по камерам нас не вычислили, — сказал Руди.

Серафим резко на него обернулся, секунду подумал и сказал:

— Да, это, действительно странно. Нам просто сказочно везёт!

— А может быть это никакое и не везение? — философски заметил Спас.

— Ты что-то знаешь? — спросила у него Лиана.

— Нет, но мне тоже всё это кажется слегка странным. Как будто здесь что-то не так, — ответил Спас.

— А это не так, к добру или к худу? — решил уточнить Руди.

— Не знаю, — честно признался Спас, — хотел бы знать не меньше чем вы, но не знаю. Только меня всё время не оставляет странное чувство, которое я не могу объяснить.

— Ладно, раз конкретной информации нет, не будем впадать в рефлексию, — сказал Руди, — едем дальше!

Они погрузились в капсулу, Серафим сел к панели управления, что-то там поколдовал, и всех немного вжало в сиденья. Капсула стартанула очень резво, но ощущение ускорения довольно быстро прошло. Оно иногда возвращалось в очень лёгкой форме, когда капсула меняла направление. Но особого дискомфорта это никому не доставляло.

Как далеко они уехали, никто не имел ни малейшего представления, кроме, разве что, Серафима, но весь путь занял меньше десяти минут. В общем-то, где именно они оказались было и не важно. Важно было, смогут ли они из этого места пробраться дальше, туда, куда им нужно.

Когда створка двери сдвинулась в сторону, они увидели небольшой зал снаружи. Небольшой, очень чистый, практически полностью белый. Иногда белый цвет был разбавлен зеркалами и стеклом.

— Стерильненько, — проговорила Ари, выходя из капсулы.

Они стояли в небольшом прямоугольном помещении. За спиной у них была капсула, вдоль стены слева шёл ряд из нескольких кресел затянутых белой кожей, а перед ними было стекло, за которым был точно такой же небольшой зальчик, с точно такой же, но белой капсулой. Капсула на которой они приехали была стального цвета, всё остальное было абсолютно одинаково. Нужно было только перейти через зал, сесть в белую капсулу и ехать туда, куда нужно.

Первая проблема была в том, что нужно было пройти через стекло на другую сторону зала. Как это сделать, они пока не представляли. Если присмотреться, стекло было не сплошным, как могло показаться на первый взгляд. Тонкие линии обозначали дверь посередине. Как она должна была открыться, тоже было неясно. Никакого механизма видно не было. Ни петель, ни ручек, ни замков. Просто контур двери на стекле.

Серафим подошёл к этому месту и попытался приложить куда-нибудь свою карточку. Поводил ей по периметру двери, приложил к середине, где можно было предположить замок в стандартных дверях, но ничего не произошло. Он разочарованно повернулся к остальным.

— Они и так не должны были нас пропустить на ту сторону, — он помахал карточкой в воздухе, но я даже не знаю куда их нужно прикладывать или засовывать! Я ни разу не был в таких местах и мне никто никогда не рассказывал про них. Честно скажу, не знаю что делать! — сказал Серафим.

— Ну вот, — вздохнул Руди, — а кто же тогда знает?

Он вальяжной походкой направился к стоящим у стены креслам, схватился за одно из них и не без труда оторвал от пола.

— Железное! — прокряхтел он, и побежал с креслом в сторону стеклянной двери, рыча на ходу.

Когда металлические ножки кресла врезались в стекло, оно хрустнуло, загудело, но устояло. Однако, в месте удара во все стороны разбежались трещины.

— Спас, пособи! — крикнул Руди.

Спас бросился к нему, они взялись за кресло с двух сторон и стали с широким замахом, раз за разом, бить стальными ножками в стекло. От ударов стекло крошилось, ползло трещинами, но стояло.

Остальные, немного понаблюдав за этим действом, отошли к оставшимся креслам, уселись в них и стали смотреть за происходящим оттуда.

После очередного удара металлическая ножка кресла прошла насквозь. Это возымело некий эффект. Всё идеально прозрачное до этого стекло вдруг стало мигать красным светом, и раздался мягкий, приглушённый звук сирены. Она как бы ревела, но очень деликатно, дабы не травмировать психику уважаемых людей, которые могли бы оказаться рядом и слышать её.

— ВНИМАНИЕ! НАРУШЕНИЕ ЗАЩИТНОГО ПЕРИМЕТРА! ВСЕМ ОТОЙТИ ОТ ВХОДА И ОЖИДАТЬ ПРИБЫТИЯ ГРУППЫ БЫСТРОГО РЕАГИРОВАНИЯ!

Когда это всё началось, Спас на секунду замер, но Руди одёрнул его:

— Продолжаем, времени в обрез! Мы не знаем, как быстро реагирует местная группа быстрого реагирования!

Они вернулись к работе, и продолжили долбить креслом по стеклу. Много ударов было сделано до этого, но после пробития первой дырки, нарушилась какая-то критическая целостность двери и она начала разрушаться гораздо быстрее. Через минуту они креслом протолкнули внутрь большой кусок ставшего как тряпка стекла.

Вслед за креслом они и сами пролезли в образовавшуюся дыру. Те, кто до этого сидел и наблюдал, тоже уже были рядом и пробирались через дыру следом за ними.

Стекло, разделяющее зал на две половины, продолжало мигать красным светом, звук тревоги тоже не умолкал, но за неимением выбора, они это всё просто игнорировали, как будто ничего не происходит.

Серафим подбежал к стоящей у платформы капсуле и попытался открыть её при помощи своей карты, но этого сделать не получилось, на двери зажёгся маленький красный огонёк, свидетельствующий о том, что в доступе отказано.

— Меня начинает раздражать красный цвет, — сказал Серафим.

— Дай-ка я! — отпихнул его в сторону Руди и, оказавшись перед сдвижной дверью капсулы, кулаком саданул прямо в стекло.

Кулак прошёл насквозь, но стекло тоже оказалось триплексом, поэтому на осколки не рассыпалось, а просто пошло мелкими трещинами вокруг дыры. Но тут оно было значительно тоньше чем на входе, где они долбили его креслом, потому что уже не должно было защищать от проникновения, а только удерживать осколки при возможной аварии.

Несколькими ударами Руди расширил дыру, после чего мельком взглянул на свои руки.

— Хороший материал, не наврали кудесники! — удовлетворённо бросил он, — ни царапинки!

После чего просунул руки внутрь, взялся за край двери и рванул на себя. Дверь была слегка утоплена в борт капсулы, и до этого её было ничем не подцепить. Но теперь, дёрнув за край, Руди заставил её с хрустом выдвинуться наружу. А потом не без усилий слегка сдвинул в сторону. Но дверь после такого обращения сильно перекосило и были сомнения, что её удастся закрыть обратно.

— Это без толку, — пробормотал рядом Серафим, — мы её не сможем запустить с нашими карточками.

— Спас, — обернулся Руди к нему через плечо, — не хочешь словить какой-нибудь инсайт? Самое время, потому что группа быстрого реагирования, какой бы медленной ни была, всё равно рано или поздно сюда явится. А у нас пока только неработающая капсула в наличии. Нужны новые идеи!

— Это так не работает, — сказал Спас, — хотел бы чтобы работало, но не могу ничего поделать!

— Чёрт! — Руди повернулся ко всем остальным, — а где толпа наших пассажиров, которых мы на Призраке сюда подбросили? Они почему ничего не делают? Вот сейчас их помощь бы явно нам не помешала!

— Руди, ты я смотрю на нервах? — удивилась Лиана, — где твоя выдержка? Неужели тебя выводит из равновесия сирена и мигающий свет? Я думала, что тебя гораздо сложнее вывести из себя.

— Я в себе, — улыбнулся Руди, — но мы заявили о своём присутствии и сидим на месте, ожидая пока нас накроют. Движение залог выживания. Кто останавливается, тот быстро умирает, особенно, если он находится на враждебной территории.

— Теряешь хватку, — покачала головой Лиана, — как бы ты тут ни оправдывался!

— Может хоть попробуешь запустить эту штуку? — резко повернулся Руди к Серафиму, после чего тот тут же бросился внутрь капсулы.

В это время одна из панелей на стене съехала в сторону и в зал быстро вбежали десять человек в военной форме. Молодые, спортивные, красивые парни в униформе с переливами. Весь их внешний вид портило только одно, то, что собирались они впопыхах и оделись многие криво. У кого-то рубаха была плохо заправлена, у кого-то пуговицы неровно застёгнуты, лёгкие шлемы были набекрень почти у всех. Ну и самое главное, их лица были красными и блестели от пота. Судя по всему они бежали, а навык бега у них если и был, то не очень хороший. Задохнулись все!

— Ребята! — широко расставив руки в стороны, направился в их сторону Руди, — вы вообще не вовремя! Не до вас сейчас!

— Что происходит? — смог выдавить из себя, старающийся справиться с дыханием парень, форма которого отличалась от остальных более тёмным цветом.

Руди повернулся к своим.

— Должен извиниться! Я, кажется, зря переживал! Если тут в охране все такие дебилы, то мы пройдём через всю станцию как горячий нож через масло, — сказал он и, повернувшись обратно, наткнулся лицом на кулак командира, который врезал ему что есть сил.

Голова Руди качнулась назад, и он отошёл на пару шагов, не в силах справиться с удивлением.

— Я же говорила, теряешь хватку! — крикнула ему Лиана.

— Ах ты урод! — потрясённо сказал Руди, — а ведь до этого момента я не собирался вас убивать!

Внезапно у Руди в руках появились ножи, и для прибежавшей «группы быстрого реагирования» всё закончилось за считанные секунды. Тела упали друг на друга, и вокруг этой кучи тут же начала растекаться лужа крови.

— Может, не надо было так? — сказала Ари, когда Руди вернулся к капсуле, — они же просто на работе.

— Я их наказал не за то, что они выбрали эту работу, а за то, что слишком плохо её делают. Ну и за тупость тоже, — сказал Руди, — в общем, нам это на руку. Они знают что мы здесь, пора оставлять за собой кровавые следы, чтобы они начинали бояться. А то мы ведём себя как чистоплюи! Если так бояться испачкаться, то и ввязываться в эту историю не нужно было бы. Будем лить кровь!

— Ты прав, — кивнула Лиана, — снимаю все ограничения… но в разумных пределах. Здравый смысл не забываем использовать.

— Ли, ты же меня знаешь! Я ведь не мясник! — сказал Руди, — но иногда проливать кровь просто необходимо, иначе тебе конец. Я бы их ещё и на куски порубил, для пущего эффекта, да нечем!

— Не надо, пожалуйста! — прижала ладонь ко рту Ари.

— Он шутит, — тронула её за плечо Лиана.

— Ты лучше привыкай к крови, — сказал Руди Арине, — тебе тоже убийства предстоят. Ты же за этим с нами пошла?

— Я уже не уверена, — пробормотала Ари.

— Это неважно, — сказал Руди, — теперь придётся идти до конца!

— Очень декоративная охрана, — сменила тему Лиана, — почему?

— Думаю потому, что силой сюда никто никогда проникнуть не пытался, — сказал Руди.

— Но не стоит впадать в иллюзию, что это самые опасные из тех, с кем нам придётся имеет дело. Да, на местах часто могут оказаться люди не готовые к ситуациям, выходящим далеко за рамки их повседневной службы. Но когда такое происходит, в дело обычно вступают другие, которые такие ситуации как раз и приучены решать. И мы встретимся с ними, рано или поздно! — сказала Лиана.

— Вывод один, нужно отсюда убираться, — сказал Руди, — не заводится? — повернулся он к Серафиму, имея ввиду капсулу.

— Нет, — пожал плечами тот, — она нас не признаёт.

— Хорошо, — сказал Руди и подошёл к пульту управления.

Встав напротив него, он некоторое время смотрел на немногочисленные рычаги и приборы, после чего взмахнул ножами, которые до сих пор были у него в руках, и всадил их в пульт. Как-то сразу стало понятно, что места для ударов были выбраны не случайно.

В разных местах пульта тревожно замигали несколько лампочек.

— Эти капсулы управляются автоматически. И ты, похоже, пробил ей мозги. Теперь она точно никуда не поедет, — сказал Серафим.

— Всё что управляется автоматически, имеет ручной режим управления, — ответил ему Руди.

— Ааааа, ну если в этом смысле! — оживился Серафим и переключил рычаг на верхней панели пульта. После чего тронул слегка другой, находящийся слева, и капсула немного дернулась вперёд.

— Все внутри? — бросил через плечо Руди.

— Да! — донеслось оттуда хором.

— Тогда жми! — хлопнул Руди по плечу Серафима.

— Дверь открыта, — ответил тот, — эти капсулы должны быть герметичны во время движения. Нас может просто вынести наружу… ну или капсула разрушится на высокой скорости.

— Ладно, — после секундной паузы сказал Руди, — всем занять места в креслах и пристегнуться! Тебя это тоже касается, — добавил он Серафиму.

— А ты? — удивился тот.

— Ну, кто-то же должен рулить этой штукой? А кресло пилота они тут не предусмотрели! — сказал Руди.

— Потому что капсулы автоматические… — начало объяснять Серафим.

— Да понял я, не тупой, — прикрикнул на него Руди и указал на кресло.

Все заняли места и пристегнулись.

— Ну, ребятки, держитесь! — азартно сказал Руди, — надеюсь, эта поездка будет для нас не последней!

И он сдвинул рычаг, отвечающий за движение вперёд.

## Глава 31

Капсула почти сразу вкатилась в какую-то зону где, независимо от желаний Руди, остановилась. Раздался продолжительный свистящий звук, похожий на выдох, и капсула двинулась дальше. Проблема была только в том, что у них у всех перехватило дыхание.

— Вакуумная труба! — хотел крикнуть Серафим, но смог только пошевелить губами. Но все и так это поняли. Капсулы быстро перемещались в системе, из которой был откачан воздух, и только что они прошли через шлюз. Автоматика бы не допустила разгерметизированную капсулу внутрь системы, но поскольку Руди повредил компьютеру мозги, тот теперь слушался только ручного управления. Так что, он сам загнал капсулу в безвоздушное пространство, где они долго прожить не смогут. Варианта действий было всего два: либо вернуться назад, либо попытаться добраться до какой-нибудь ближайшей точки.

Руди отступать не привык, поэтому наклонил рычажок до упора вперёд. Капсула рванула с места с бешеной скоростью, но пассажиры этого почти не почувствовали. Зато чувствовал Руди, который своими протезами вцепился в пульт чтобы не упасть, когда сознание начнёт отключаться. А в том что начнёт, он не сомневался. Но его тренированный организм умел долго обходиться без кислорода, гораздо дольше, чем у обычных людей. На это он и рассчитывал. Однако, если дорога окажется слишком долгой, может поплыть и он.

В капсуле было много стекла. Видимо, чтобы даже такая не долгая дорога не казалась пассажирам очень скучной, по мере продвижения по тоннелю, на стенах вспыхивали узоры. Руди некоторое время пытался сосредоточиться на них, чтобы уловить смысл, который казалось во всём этом есть. Он попытался отключить мозг и довериться интуиции, глядя на мелькающие узоры, которые были специально так сделаны, что на большой скорости создавали в тоннеле некий переливчатый танец света.

Любой другой на месте Руди не успел бы среагировать… ну, разве что Эсмеральда смогла бы. Тоннель впереди расходился на два, и, повинуясь интуиции, Руди надавил на рычажок вбок, влево. Это сработало, капсула ушла в левый тоннель, где узоры были зелёными, а в правом они были голубыми. Почему Руди выбрал зелёные, он и сам не смог бы объяснить. И никто никогда не узнает, верным ли был этот выбор. Что было в конце голубого тоннеля так и осталось неизвестным. Но зелёный почти оправдал их ожидания. Почти, потому что все кто находился в капсуле уже потеряли сознание, и только Руди, склонившись над пультом, упрямо цеплялся за реальность. Уже размазанным зрением он, медленно сползая вниз, увидел, что впереди картинка изменилась. Все силы он сосредоточил на том, чтобы не отпустить рычажок, заставляющий капсулу двигаться вперёд.

Что-то в мозгах капсулы всё ещё действовало, заставив её сбросить скорость, но было уже поздно. Они слишком разогнались, и торможение сработало с большим запозданием. Они пролетели шлюз и врезались в его стенку, отгораживающую вакуумную трубу от заполненного воздухом пространства. Стенка брызнула миллионом осколков в разные стороны, оказавшись не в силах выдержать удар капсулы.

Капсула врезалась в неё выступающим металлическим носом, поэтому её лобовое стекло не пострадало, защитив пассажиров от осколков шлюзовой створки.

Осколки шлюза полетели в безвоздушный тоннель, увлекаемые стремительным потоком воздуха. Но продолжалась это не долго, потому что опустилась вторая шторка шлюза, которая должна была закрыться сзади их капсулы. А капсула продолжала свой стремительный путь вперёд. Они вылетели из стены на высоте не меньше сорока метров от поверхности и теперь мчались по узкой стальной ленте, идущей над раскинувшимся внизу пейзажем.

Пейзаж заслуживал внимания, жаль, что его никто не видел, потому что все были без сознания. Все, кроме Руди. Он умудрился удержаться и не отключиться, хотя и находился на грани, и теперь зрение потихоньку начинало фокусироваться, а мозг осознавать реальность, которая от него почти ускользнула.

Под узкой стальной лентой раскинулся большой парк, с ручьями, дорожками, беседками, статуями, фонтанами, озёрами и пляжами, и даже несколькими небольшими замками. В общем, облагороженная природная идиллия.

Грудь у Руди высоко вздымалась, пытаясь загнать в организм максимальное количество кислорода, и насытить им все органы, которые уже начали испытывать проблемы из-за его отсутствия.

С возвращением реальности, вернулись и звуки мира. И один из первых это был тревожный рёв сирены, раздающийся откуда-то сзади. Прорыв в этот рай не прошёл бесследно, автоматика врубила сигнализацию.

Руди смотрел вперёд. Там лента немного уходила вниз, а земля наоборот поднималась. И в месте, где они встречались, прямо по центру этого расточительно огромного для космической станции пространства, находился комплекс белоснежных зданий состоящих из колонн и арок. Стен как таковых не было, весь комплекс построек просматривался практически насквозь.

Да и зачем в раю стены. Наверняка тут не бывает непогоды, а всегда царит приятная и комфортная атмосфера.

К этому комплексу зданий сходилось множество таких же стальных лент. Это был своего рода вокзал на холме, куда прибывали все, кто хотел провести время в этом парке.

Всё это огромное помещение было залито ярким светом. Если энергию на ком и экономили, то только не на тех, кто пользовался этой инфраструктурой.

Руди решил что пора сбрасывать скорость, иначе есть шанс разбиться в лепёшку внутри этого вокзала. Он потянул рычажок на себя, но тот не поддался. Он потянул сильнее, но результата не было. Руди дёрнул что есть сил, и рычажок остался у него в руках.

А здания с колоннами стремительно приближались.

— Берегись! — закричал Руди, и упёрся руками в пульт.

Ответом на его крик послужил только невнятный стон сзади.

Они влетели в это собрание колоннад, и промчались через него насквозь. В самом конце на ленте был небольшой валик, который служил ограничителем для прибывших капсул, дальше него они проехать не могли. Но их капсула набрала такую скорость, что этот валик не смог её остановить. Наоборот, они подпрыгнули на нём как на трамплине и полетели, вращаясь в горизонтальной плоскости.

Благо на пути не попалось ни одной колонны, и они вылетели из здания вокзала, продолжая вращаться.

Все кроме Руди были пристёгнуты, и хоть в этом был небольшой плюс. Сам Руди, когда у него были свои руки, обладал железной хваткой. Но теперь, когда у него были пусть и похожие на руки, но высокотехнологичные протезы, интегрированные с нервной системой, хватка у них была вообще нечеловеческой. Поэтому, выбрав два наиболее надёжных выступа, подвернувшихся под руку, Руди вцепился в них и закричал. По крику было не понять, от страха он кричит, или от азарта.

Пролетев над склоном холма по баллистической траектории, капсула всё-таки ударилась об землю, и вновь высоко подпрыгнула, продолжая свой полёт над длинным пологим склоном. Она как мячик, ударилась и подпрыгнула ещё несколько раз, продолжая вращаться, и в момент последнего удара Руди вырвал-таки те выступы, за которые держался, пролетел через салон и вылетел сквозь отсутствующую дверь наружу, продолжая кричать, пока звук его голоса не стих вдалеке. А капсула продолжила свой быстрый спуск вниз.

Она перестала подпрыгивать, и теперь просто катилась по склону, по-прежнему вращаясь. Если бы внутри кто-то был в сознании, то, скорее всего, это сознание бы он потерял. Но там никто просто не успел прийти в себя.

Оказавшись внизу холма, капсула, которой очень долго везло на столкновения, наконец-то зацепила толстое дерево, сменила направление и, подпрыгнув на ещё одной большой кочке, проделала свой последний полёт и плюхнулась в небольшую речушку, протекающую у самого подножья холма.

Приземлившись на воду, капсула немного притонула и внутрь хлынула вода, но в днище, видимо, было что-то вроде полостей заполненных воздухом, потому что капсулу тут же вытолкнуло наверх, и, продолжая мерно вращаться и покачиваться на волнах, она поплыла по течению речки.


Когда Спас почувствовал что теряет сознание от нехватки кислорода, то почему-то воспринял это совершенно спокойно, и позволил своим мыслям унестись куда-то ввысь, над этим бренным миром. Дальше станции, дальше планеты, куда-то далеко-далеко, меж звёзд.

Такие полёты были ему знакомы, он узнавал происходящее. Это напоминало выход в информационное поле. Да, сейчас всё выглядело несколько иначе, но ощущения были в целом те же.

Он летел так долго, но потом вдруг неожиданно межзвёздное пространство вокруг него пошло волнами, исказилось и в мгновение схлопнулось. А он осознал себя стоящим в какой-то комнате.

Ещё через мгновение он понял, что находится не в комнате, а в пещере, но в пещере обжитой. И прямо перед ним стоит кресло, в котором сидит какой-то человек. Сейчас Спас видел только его затылок, с короткими светлыми волосами.

Ещё в пещере была кровать… но кровать это было слишком громкое название для этого сооружения. Четыре бревенчатых столбика, на которых лежала плоская четырёхугольная поверхность из неструганных досок, а уже на ней находились несколько аккуратно сложенных стопкой шкур в углу.

Возле другой стены стоял такой же простой стол и табурет перед ним. На столе стоял глиняный кувшин и такая же кружка.

Кресло, в котором сидел человек, отличалось от всего остального. Оно было настоящим, глубоким, с округлыми очертаниями и полностью обтянутое чёрной кожей. Только вот кожа была страшно вытерта. Кресло было очень старым.

Сидящий в нём человек о чём-то размышлял. Спасу очень хотелось обойти его и заглянуть в лицо, но он не мог сдвинуться с места.

Сидящий спиной к нему человек вдруг вздрогнул и слегка приподнял подбородок, как бы прислушиваясь. Потом он встал. Но точнее будет сказать, что не встал, а вдруг оказался стоящим сбоку от кресла и лицом к Спасу.

Глаза его пробежались по пещере, не видя никого, но потом всё-таки остановились на том месте, где находился Спас. Однако Спас понимал, что человек его не видит, а скорее чувствует его присутствие.

И ещё он понимал, что этот человек очень важен. Нужно было рассмотреть его хорошенько, запомнить во всех подробностях, чтобы при следующей встрече обязательно узнать.

Человек был средних лет. Выглядел молодо, но было видно, что биологический возраст у него уже за пятьдесят лет, а может быть и значительно больше… Спас вдруг понял, что на много больше. Человеку очень много лет. Но, в то же самое время, он был не из изначальной расы. Родился он вполне обычным, но что-то с ним произошло.

И этот человек во всей этой истории играет очень важную роль. А может быть и основную. Больше Спас ничего понять не успел, потому что человек, глядя сквозь него, сказал:

— Кто ты? Как тебе удалось проникнуть сюда?

Спас промолчал. Он не знал, сможет ли ответить даже если захочет, но он и не хотел. Он предпочёл остаться неопознанным наблюдателем.

— Я тебя не вижу, но я чувствую твоё присутствие, — сказал человек, — ты странный! Тебя как будто несколько! Никогда с таким не сталкивался! Когда мы встретимся в следующий раз, а мы обязательно встретимся, я тебя узнаю! Тебя ни с кем не перепутаешь!

Спас продолжал молчать.

— А может быть не ждать следующей встречи? — сказал вдруг человек, и в следующее мгновенье он уже стоял там же где и находилась сущность Спаса. Спас видел его глаза прямо перед собой, сантиметрах в трёх. Это было так неожиданно, что Спас непроизвольно про себя ойкнул.

— Вот ты где, тварь! — сказал человек и взмахнул рукой.

Несмотря на то, что Спаса физически не было в этом месте, он почувствовал как человек схватил его… трудно было объяснить за что он его схватил, как будто за саму сущность, за душу, за сознание… это чувство невозможно было описать словами. И в этот момент внутри Спаса возник клон, который подселился на континенте Энергона. Возник, и как будто возмущённо дал по рукам этому незнакомцу.

— Что за!… — воскликнул незнакомец.

Это было последнее, что увидел и услышал Спас в этом месте. Почувствовав что хватка ослабла, его сущность рванула прочь от этого опасного человека, который может делать такое, что им и не снилось.

Его опять протащило между звёзд и швырнуло обратно в тело.

Первое что он почувствовал, так это то, что у него мокрые ноги. Потом он различил размеренный плеск воды и попытался открыть глаза. Это получилось не сразу, потому что веки как будто налились свинцом.

Когда он всё же смог оглядеться, то удивлению его не было предела. Они плыли по небольшой реке, между зелёными лугами и рощами. Это так плохо стыковалось со всем тем, что он помнил до этого, что возникало ощущение, будто бы он не до конца пришёл в себя и это галлюцинация.

Единственное, что соединяло прошлое и настоящее, так это была сама капсула, которая мерно покачивалась на волнах, и внутри неё тоже мерно плескалась вода, доходящая им до щиколоток.

Спас повернул голову и увидел сидящую радом Лиану. Она в себя ещё не пришла, и это его очень встревожило. Он протянул руку и коснулся её щеки. От прикосновения она сразу вздрогнула и открыла глаза. Тут же стрельнув взглядом во все стороны, чтобы оценить обстановку, она спросила:

— Что произошло? — голос прозвучало хрипло и неуверенно.

— Я не знаю, — сказал Спас, сам только очухался.

— Сомневаюсь что всё закончилась, нужно срочно отсюда выбираться, — сказала Лиана, отстёгиваясь, — где Руди?

— Не знаю, — покачал головой Спас, тоже отстёгиваясь.

— Когда мы его найдём, я его убью, — сказала Лиана.

— Так или иначе, но он нас вывез, и мы вроде пока живы, — сказал Спас.

— Все ли? — оглянулась на него Лиана и принялась расталкивать Серафима и Ари, — всё-таки тащить с собой Арину было безумием. Зачем мы это сделали?

— Возможно, в какой-то момент нам показалось, что всё будет легко и просто, — сказал Спас, — вот мы и прихватили её с собой. Опять же, Руди поспособствовал.

— Я и сама могу принимать решения, — пробормотала открывая глаза Ари, — не нужно всё сваливать на других. Не могу сказать что я рада тому, что пошла с вами, но и виноватых искать не стоит. Это мой выбор.

— Хорошо, — спокойно кивнула Лиана, — спасибо что не заставляешь чувствовать вину и ответственность за тебя.

— Ох-ё! — пробормотал, приходя в себя Серафим, — что было то? И почему так мокро?

— Ответов нет, но нам нужно выбираться с этого плавсредства, — сказала Лиана, — оно слишком приметное, независимо от того где мы находимся. А где мы, этого никто не знает. Возможно, Руди мог бы об этом рассказать, но его нет здесь.

— А где он? — с тревогой спросила Ари.

— Я же говорю, ответов нет! — сказала Лиана и пошлёпала по воде к выходу из капсулы.

Она встала в дверном проёме, наблюдая за берегом, пока капсулу не развернуло и её взгляду не открылся противоположный берег. Капсула, как назло, плыла посередине реки, и опять же, по закону подлости, они сейчас оказались в очень широком месте, вроде заводи. Течение тут было заметно тише чем до этого, и их капсула, которую вынесло на середину, вращалась медленно там, еле-еле продвигаясь вперёд.

— Мне кажется, что не стоит лезть в воду, когда мы не знаем что там, — сказал Серафим, — вдруг тут обитают хищники?

— Серьёзно? — обернулась на него Лиана, — ты оглянись вокруг! Это же стерильное место, лишённое всяких опасностей! Одного взгляда достаточно, чтобы это понять. Но лезть в воду, я тоже не хочу. Думаю, что минут за десять мы доплывём до узкого места, и там можно будет перебраться на берег. Рискнём, пожалуй.

— Слышите? — поднял вверх палец Спас.

Где-то очень далеко надрывалась сирена.

— Как думаете, что там случилось? — спросила Ари.

— Два варианта, — сказала Лиана, — либо тревога надрывается в том месте, где мы проникли в этот райский уголок, либо там, где сошёл Руди. И то и другое равновероятно.

— Но если сирена сейчас звучит там, значит тут мы пока что в безопасности? — с надеждой спросила Ари, — они в первую очередь будут проверять то место, да?

— Вполне возможно, — ответила Лиана, — но я бы сильно на это не рассчитывала.

И как бы отвечая на её слова, на холме поблизости, где располагались белоснежные постройки с колоннами, тоже завыл сигнал тревоги.

— К чёрту ожидание! — резко сказала Лиана, — надеюсь, все умеют плавать? — и, не дожидаясь ответа, она первая прыгнула в воду.

## Глава 32

Руди удавалось сохранять сознание, когда все остальные были в отключке. Но когда его выбросило из капсулы, пришла и его очередь впасть в забытье. Сколько он в нём находился, было неизвестно. Но, когда он стал потихоньку приходить в себя, то первое что вынужден был сделать, так это попытаться сдержать стон, потому что всё тело ломило от боли.

Руди обнаружил себя висящим на дереве. Его забросило прямо в крону раскидистого исполина, возвышающегося над окрестностями. Крона была густая, и он застрял там среди веток. Застрял надёжно, так, что потребовалось немало усилий, чтобы выбраться оттуда. Но, несмотря ни на что, это было несомненной удачей. Даже невзирая на жёсткое приземление и боль во всём теле, если бы он не попал в это дерево, падение могло быть гораздо более жёстким и даже летальным.

Окончательно придя в себя, Руди прежде всего зафиксировался среди ветвей более удобно. Нужно было собраться с мыслями и оценить окружающую обстановку, к быстрым и решительным действиям он был пока что не готов.

Проведя самодиагностику, он не обнаружил серьёзных травм и переломов. Может где-то что-то и треснуло, но в данный момент это не носило критического характера. Жить было можно. Работать тоже, хотя и с трудом.

Всё время, пока он занимался оценкой своего состояния, Руди заодно мониторил и окружающую обстановку, надеясь выяснить хоть что-то о своих друзьях, которые остались в капсуле. Результат их поездки мог быть очень плохим, все могли погибнуть при неудачном приземлении. Но пока что никаких признаков ни того что они выжили, ни обратного он не замечал.

Райский покой этого места, который выражался в умиротворяющем шелесте листвы и пении птиц, нарушал только далёкий звук сирены. Руди вспомнил, что она включилась когда они протаранили шлюз, ведущий в это место. Только он об этом подумал, как включился ещё один сигнал тревоги, гораздо ближе. Сквозь листву виднелись постройки с колоннами на вершине холма, вот там-то этот ревун и заработал. Так же внутри этих колоннад слабо мерцали отблески красного света, видимо сирена сопровождалась и световым сигналом.

— Не, ну если они устроили такую какофонию, то рано или поздно и гвардия прибудет, — пробормотал Руди, — оставаться незамеченными у нас дальше явно не получится. Надо что-то делать!

И, стиснув зубы чтобы не застонать, он принялся выбираться из сплетения ветвей. Ведь его друзьям прямо сейчас могла быть нужна его помощь.

Спустившись по толстому стволу вниз, он поприседал и размялся на короткой траве, обратив внимание на то, что она как будто подстрижена. Неужели они таким образом обихаживают всё это пространство? Вот уж поистине, где таится расточительность. Эти люди ни в чём себе не отказывают, и даже в периоды кризиса не хотят пожертвовать малым, хотя бы стрижкой газона на сотнях гектаров. Это помогло бы сэкономить ресурсы, но нет!

Разминаясь Руди активно изучал окружающую обстановку, хотя, со стороны этого заметить было и нельзя. Как будто просто какой-то мужчина занимается физкультурой. Закончив разминку и решив, что его организм вполне способен к нагрузкам, Руди побежал вниз по склону холма. Его целью была река, протекающая у подножья. Скорее всего, капсула завершила свой путь где-то поблизости от неё.

Никакого движения на всём пространстве этого парка, которое было возможно охватить взглядом, он пока что не заметил. Даже по блестящим в высоте серебристым лентам не мчались капсулы с вооружённой охраной, чтобы обезвредить проникших сюда диверсантов. Только завывание сирен, одна рядом и вторая далеко, портило всю картину.

Вскоре ему на пути попалась ухоженная дорожка, посыпанная мелким гравием. Она вилась по склону вниз, между цветущим кустарником и деревьями. В общем, тут и без дорог бежать было комфортно, потому что под ногами не было ни ветки, ни случайного камня. Всё было вылизано и вычищено. Но раз уж дорожка есть и идёт в нужном направлении, Руди не побрезговал ей воспользоваться. Так бежать было ещё удобнее, хотя и немного дальше, за счёт того что дорожка извивалась.

Внезапно, за очередной стеной цветущего кустарника, открылась поляна, которую дорожка прорезала насквозь. В самом центре этой самой поляны, окружённая благоухающими цветами и вся заплетённая каким-то вьюном стояла беседка, над входом в которую горела красная лампа.

Руди уже почти пробежал мимо, когда вдруг понял, что в беседке кто-то есть. Он не мог позволить себе оставлять за спиной неизвестность, поэтому резко свернул с дорожки и сходу влетел внутрь, откинув на ходу занавешивавшую вход струящуюся ткань.

На круглом ложе, прямо посреди беседки, шла какая-то возня, и слышался приглушённый смех и шёпот. Среди скомканных тканей Руди даже не сразу разглядел тела. Девушка как будто бы сопротивлялась, мужчина как будто бы настаивали и даже как будто бы применял силу, но всё это было лёгкой игрой, итог которой был сразу понятен.

Девушка заметила Руди и, вскрикнув, начала натягивать на себя простыню, чтобы прикрыться. Её партнёр сначала не понял что происходит, возмутился тем, что она вдруг разрушила всю игру, но потом тоже заметил Руди.

— Ты что, не видел что над входом красный фонарь? Беседка занята! — проорал он, вскакивая на кровати.

Он встал среди смятых простыней, широко расставив ноги и уперев руки в бока. Руди прошёлся по нему взглядом и остановил его в районе пояса.

— Не нужно направлять на меня свой огрызок, не люблю я этого! — сказал он, — прикройся от греха подальше, не беси меня!

— Ах ты сволочь! — воскликнул мужчина и бросился куда-то в сторону стоящей у стены банкетки, где была свалена одежда, — ты подписал себе приговор!

Вряд ли у него там было оружие, скорее всего какое-нибудь средство связи. Но Руди не стал это проверять. Мужчина не добежал до банкетки, рухнув на полпути с торчащим из шеи ножом. Он повалился на пол, захрипел и стал махать руками возле рукоятки ножа, но к нему не прикасался. То ли координация уже нарушилась, то ли боялся сделать себе хуже. Так или иначе, через несколько секунд он затих.

С кровати донеслось истеричное всхлипывание и бормотание, девушка как будто что-то хотела сказать.

— Чего? — слегка наклонился вперёд Руди, в самом деле пытаясь расслышать что она лепечет.

— Не убивайте! — наконец смогла справиться с речью и более-менее членораздельно произнести девушка, — пожалуйста, не убивайте! Я сделаю всё, что вы захотите! — и с этими словами она откинула простыню в сторону.

Руди аж поперхнулся.

— Не нужно, — махнул он рукой и пошёл вытаскивать нож из трупа, — у меня жена беременная, да и вообще, ты мне не интересна.

— Почему? — вдруг совершенно ясным от удивления голосом спросила девушка, и слегка сменила позу, чтобы выглядеть, по её мнению, более соблазнительно. И в этом «почему» кроме удивления промелькнула и нотка обиды.

Руди разогнулся с ножом в руках и, подхватив край свисающей с кровати простыни, принялся оттирать с него кровь.

— Потому что ты пустышка, — сказал он, окинув взглядом девушку, которая, можно было прямо это сказать, была внешне идеальной. Настолько, что тут же появлялись сомнения, одна ли природа тут постаралась, или наука с медициной тоже в деле.

— В смысле? — теперь в голосе девушки обида была уже неприкрытой, и она ещё немного сменила позу, которая из сексуальной, вдруг сразу стала пошлой и вульгарной. Увидев это, Руди усмехнулся.

— В прямом, — сказал он, — я только что убил твоего дружка, но тебя это вообще не взволновало. Тебе плевать на него, но страшно за себя. И я могу понять, что ты готова лечь под меня ради сохранения жизни. Но не могу понять, что ты делаешь сейчас, когда уже становится понятно, что тебе ничего не угрожает. В тебе уже начал просыпаться охотничий азарт, от того, что я на тебя не клюнул. А это уже за гранью! Труп ещё тёплый! — Руди пнул мёртвого мужика, — я смотрю на тебя и вижу звенящую пустоту! В тебе нет личности, ты просто дешёвая подстилка. А я не разменивался на дешёвые вещи, даже когда был свободен.

— И что, твоя жена лучше меня? — слегка ядовито сказала девушка, она всё же пыталась держать себя в руках, понимая, что злить незнакомца не стоит.

— На много порядков, — улыбнулся Руди, — на столько, что вас и сравнивать-то некорректно. Она уникальная личность, а ты пустое место. Моя жена отрубила голову человеку, который держал в страхе половину планеты!

— И это делает её лучше меня? — вытаращила на него глаза девушка.

— Для меня да, — усмехнулся Руди, — но не только. Да что с тобой говорить, ты всё равно никогда не поймёшь! Есть тут какие-нибудь средства связи у вас?

— У него, — она кивнул на банкетку, к которой так стремился мужик.

Руди подошёл, обыскал его одежду и нашёл небольшой передатчик. Хотел сначала его разбить, но потом передумал и сунул в карман.

— Сиди тихо час, никуда не высовывайся и никому не пытайся сообщить о случившемся. Потом, делай что хочешь, — сказал Руди и шагнул уже к выходу, но что-то во взгляде девушки показалось ему странным. Он резко вернулся, подошёл к другой банкетке, где была аккуратно сложена её одежда, быстро всё прощупал и нашёл точно такой же передатчик.

— Я бы не стала сообщать! — попыталась запоздало оправдаться девушка, но Руди погрозил ей кулаком и сурово сказал:

— Убью!

И она поверила, что убьёт, и ни красота, ни обнажённое тело помехой для этого не станут. Поняв, что любое следующее слово может сделать только хуже, она склонила голову и промолчала. Когда она подняла взгляд, в беседке никого уже не было.

Сложившаяся ситуация навела Руди на некоторые размышления. Получается, что этот парк сейчас функционировал, и элита продолжала в нём отдыхать. Из этого можно было сделать два вывода. Во-первых, тут могут находиться их потенциальные цели, но это было плохо, потому что как их тут выискивать и сортировать? Во-вторых, если сюда прибудет вооружённая охрана, то их действия будет сдерживать присутствие тут этих грёбанных элитариев, а вот это уже хорошо!

Пробежав почти до самого подножия холма, Руди остановился и прислушался. К уже ставшему привычным звуковому фону, включая рёв сирен тревоги, добавилось что-то ещё. Какие-то техногенные звуки. Руди сменил направление и побежал на этот шум.

Вскоре он увидел откуда этот звук тут взялся. Небольшая часть склона холма поднялась одним краем вверх, открыв вход в «подхолмовые» помещения. И через этот вход сейчас выезжал отряд вооружённых военных людей. Они были на нескольких лёгких багги с большими колёсами, видимо, чтобы не повреждать ухоженный газон. Все военные были в шортах и лёгких касках, что выглядело несколько странно. Но, видимо у них тут была такая форма одежды. И почему-то песчаного цвета, хотя в утопающем в зелени парке логичнее бы смотрелась зелёная форма.

Но это всё было ерундой, потому что оружие у них было настоящее и вполне себе современное, что было даже несколько непривычно, после всего того, чем приходилось воевать на планете.

Да и двигались военные очень грамотно. Это были не те бестолковые охранники, которые прибежали толпой чтобы умереть. В этих сразу чувствовался класс и выучка. И их дурацкая форма не должна была вводить в заблуждение, это были настоящие профи. Руди сам был профессионалом, поэтому понимал толк в чужих действиях.

Отряд насчитывал двадцать два человека, что было немало. И у них было четыре багги. Руди не сомневался, что появление тут этих военных было вызвано тем шухером, который они тут устроили ворвавшись на сломанной капсуле. И, надо было сказать, что эти военные прибыли сюда очень оперативно, потому что прошло совсем мало времени, с тех пор как они летели в капсуле по холму вниз.

Руди притаился и решил пронаблюдать за военными. Если они найдут его друзей, то двигаясь за этим отрядом, он окажется в выигрышной ситуации и сможет ударить с тыла.

Между делом вспомнив про капсулу, он стал вглядываться в окружающую обстановку, в надежде увидеть какие-нибудь следы. Ведь такая большая штука летела вниз по склону и должна была оставить кучу следов. Да и сама она ведь где-то остановилась?

Впереди поблёскивала поверхность воды, река там заметно расширялась. И вот как раз там, между деревьями, Руди и увидел что-то белое. В природном ландшафте чистый белый цвет смотрелся инородно, поэтому он сделал вывод, что это борт их капсулы. Но разглядеть подробно мешали деревья.

Получалось, что военные вылезли из норы в очень удачном месте, как раз недалеко от капсулы. И вряд ли это было совпадением. Значит, место их «приземления» установили, и туда выдвинулась группа быстрого реагирования.

Подозрения Руди подтвердились, потому что военные выдвинулись прямиком в сторону мелькающего между деревьями белого борта капсулы.

Оставив багги не некотором удалении, солдаты рассыпались цепью и практически растворились в растительности. Даже неподходящий цвет формы этому не был помехой.

Ситуация была критической. Было неизвестно что с его друзьями, может быть они до сих пор сидят в капсуле без сознания. Тогда их либо перестреляют, либо захватят без малейшего сопротивления. В теории Руди мог справиться с этим отрядом, но на это нужно было время. Вступать в лобовое столкновение было нельзя, по причине хорошей вооружённости этой группы. Нужно было действовать тайно, устраняя их по одному или небольшими партиями.

Но время!

Руди быстро переместился к одному из багги военных. Охрану они возле него не оставили, вся группа выдвинулась на захват. Откинув крышку заднего багажного ящика, Руди обнаружил много всего интересного, и большинство из этого интересного вполне могло взрываться. Чтобы всё это добро сдетонировало, он решил использовать гранаты, найденные там же. На всякий случай он и с собой парочку прихватил, рассовав по карманам.

Приведя несколько гранат в боевое положение, он скрепил их верёвкой так, чтобы при рывке они взорвались. Отбежав на десяток метров, он дёрнул за верёвку и бросился в заросли, чтобы укрыться от разлёта осколков за деревьями.

Сначала бабахнуло не очень сильно, вернее, слабее чем он рассчитывал. Но в следующую секунду началась детонация, и множественные взрывы слились в один сплошной треск. Над головой свистели пули и осколки, кроша листву. Руди стоял за толстым стволом дерева, надёжно укрытый от шального осколка, и широко улыбался.

Вряд ли этот взрыв причинил какой-нибудь физический вред солдатам, но то, что переключил на себя внимание, это было вне всяких сомнений.

В кустах кто-то мелькнул. Это было двое солдат, которые среагировали на взрыв и осторожно, но быстро пробирались к этому месту, стараясь оставаться незамеченными. Конечно, им хочется знать что случилось!

Руди пристроился за ними сзади, и шёл некоторое время, практически наступая им на пятки. Он продолжал оценивать их действия, и продолжал убеждаться в том, что выучка у них что надо. А его они не видят не потому что они такие плохие, а потому что он слишком хорош. Выяснив всё что нужно, Руди не стал устраивать драматических сцен, а просто быстро устранил бедолаг, буквально за секунду. После чего, специально оставив их на видном месте, растворился в зарослях, надеясь встретить кого-нибудь ещё, ведь в живых осталось ещё целых двадцать человек. Работы немерено!


Они вымокли полностью, но выбора не было. Маячить а раздолбанной капсуле посреди реки идея не лучшая. Оказавшись на берегу, они проверили обстановку, и всё было вроде спокойно, если не считать ревущей сирены. Но и к ней они уже стали привыкать.

Отойдя немного от берега, они нашли укромное место среди деревьев и там решили привести себя в порядок. Нужно было отжать одежду, а то ходить в прилипающих к телу тряпках, конечно, можно, но не очень уютно и мокрая одежда стесняет движения. Раз уже есть немного времени, нужно было его использовать.

Когда они уже почти закончили, Спас, сидящий на дереве и наблюдающий за округой, сообщил что из холма, не так уж и далеко от них, выехал целый отряд на четырёх багги и двинулся в их сторону.

И вот тут оказалось, что место для приведения себя в порядок они выбрали плохо. Сзади был изгиб берега, и они находились почти на полуострове, а с другой стороны на них двигался отряд военных. Ситуация складывалась не очень удачно.

Самым оптимальным вариантом было уходить вдоль берега, держась как можно дальше от того места, где могут оказаться военные. А двигались те как раз туда, где на волнах покачивалась побитая капсула.

Отпустив всех немного вперёд, Лиана сама пошла разведать обстановку, как наиболее опытная в таких делах.

Вскоре она вернулась и сказала:

— Они нас обкладывают, опытные! Придётся драться. Спас, мы с тобой принимаем основной удар, Серафим, ты пытаешься вывести Ари. Двигайтесь как и планировали, вдоль берега.

И в этот момент вдалеке что-то взорвалось, а вслед за этим началась множественная детонация.

— Что это? — испуганно прошептала Ари.

— Это? Это Руди! — расплылась в улыбке Лиана.

## Глава 33

Немая сцена между Жирдяем и неожиданно нагрянувшими гостями продолжалась некоторое время, потом, наконец, хозяин квартиры перевёл взгляд на Икса и сказал:

— Поясняй!

— Людям нужно попасть в элитную зону. Они хотят наведаться в гости к дирекции, — сразу без обиняков выложил Икс.

— Любопытно, — задумчиво теребя один из своих подбородков проговорил Жирдяй.

— Почему любопытно? — спросил Игорь.

— Потому что есть подозрение, что кто-то уже проник в элитную зону и чудит там, — сказал Жирдяй.

— Расскажи поподробнее! — Ваня шагнул к Жирдяю, чтобы тот понял, что лучше сразу выкладывать всё как есть. Но хозяин квартиры не стушевался, он снизу вверх спокойно взглянул на Ваню и улыбнулся.

— Чего бы вы не замышляли, — сказал Жирдяй, — а я чувствую, что это максимально противозаконно, я окажу вам поддержку. Ведь вы пришли ко мне за помощью, так? Иначе бы вас здесь не было.

— Ну, раз ты собираешься оказать нам поддержку, для начала расскажи, что там с проникновением в элитную зону, — сказал Игорь.

— Ладно, но давайте договоримся, что у нас будет обмен информацией, иначе, если вы будете только брать и ничего не давать взамен, у меня может пропасть энтузиазм. И да, вы можете принудить меня к сотрудничеству, но как понять, насколько оно будет эффективным? Я ведь могу и навредить, вместо того чтобы помочь, а узнаете вы об этом слишком поздно, — сказал Жирдяй.

— А как мы узнаем, что ты действительно нам помогаешь? — спросил Игорь, — подставить нас ты можешь в любой случае!

— Сложный вопрос, но дело в том, что я хочу вам помочь… пока хочу! Постарайтесь выстроить со мной конструктивное общение, и всё у вас будет хорошо, — сказал Жирдяй.

— Но почему ты хочешь нам помочь? — удивился Игорь.

— Да? — не удержался и ляпнул Икс.

Жирдяй удивлённо на него посмотрел.

— Ты действительно не понимаешь? — спросил он.

— Нет, — Икс отрицательно покачало головой, — я думал, что когда приведу к тебе этих людей, ты будешь, мягко говоря, не доволен.

— Ты всегда мелко плавал, — пожал очень большими плечами Жирдяй, — с твоими мозгами мог бы подняться выше в нашей организации, а ты наоборот опустился до оперативной работы.

Икс хотел возразить, но не стал, иначе разговор бы вырулил к его заначке, про которую он никому рассказывать был не намерен.

— Это не ответ, — сказал Икс, проигнорировав укол Жирдяя.

— Ответ очень простой! — сказал Жирдяй, — чем больше на станции хаоса, тем нам лучше. Рано или поздно порядок восстановится, он не может не восстановиться, но кто и с чем окажется в итоге? Сейчас самое время ловить рыбку в мутной воде, слышали такое выражение? — все дружно кивнули, — так вот, после взрыва Энергона и последовавших за этим проблем на станции, произошло много интересного. И, если бы ты не соскакивал постоянно, то был бы больше в курсе происходящего. Мы за последние дни провернули уже несколько больших операций. Некоторые из них готовились годами, а теперь, в сложившихся условиях, оказалось, что их можно быстро запустить, хотя ещё вчера казалось, что всё это нужно откладывать на неопределённый срок, потому что это слишком сложно. А теперь возможно всё! Ну, или почти всё! А если количество хаоса увеличится, увеличатся и наши возможности. Когда кризис пройдёт, мы будем тайно контролировать половину станции, — Жирдяй расплылся в улыбке.

— А конкуренты? — спросил Икс.

— Конкуренты медленно чешутся, они пытаются что-то сделать, но не успевают. Ведь у них нет меня! — и улыбка Жирдяя расплылась ещё шире.

— Умно, — кивнул Игорь.

— Да, кризис это время возможностей, — сказал Жирдяй, — и если можно усугубить кризис, нужно это сделать, ведь вместе с этим вырастут и возможности.

— Сомнительная теория, — сказал Икс, — так можно и перестараться!

— Ну, здравый смысл никто не отменял, — сказал Жирдяй, — станция от этого не исчезнет, она всё равно будет существовать столько, что на наш век хватит. Кто будет ей управлять, это вопрос второй, а то и третий. Пока всё вверх тормашками, нужно многое успеть. Я не спал уже три дня!

— Хорошо, будем считать, что мы договорились, — сказал Игорь, — но я в очередной раз повторяю вопрос, что там в элитной зоне? Что тебе об этом известно?

Жирдяй слегка прищурился, думая, стоит ли первым делиться информацией, но взглянув на Ваню, решил что ничего особо плохого в этом не будет.

— Я не имею прямого доступа к тем системам, — сказал Жирдяй и замолчал, но по тону было понятно, что это ещё не всё и он просто думает как сказать.

— Но, похоже, имеешь кривой? — помог ему Игорь.

— Можно сказать и так, — кивнул Жирдяй, — информация в основном косвенная, но её много. Там началась какая-то суета, охрану самых разных уровней гоняют с места на место, и стягивают со всей станции «безопасников», а это уже серьёзно. Сейчас что-то происходит в «Эдеме», это большая парковая зона с натуральной растительностью. Я сам там не был, естественно, но, судя по рассказам, место просто удивительное! И по масштабу, и по ресурсам затрачиваемым на его содержание.

— Так что там произошло? — спросил Игорь.

— Эй, я же вам не лента новостей! Учитесь достраивать картину по обрывкам информации. Я вам назвал место, и сказал, что там что-то происходит. Это всё… почти всё! Судя по всему, охрана уже потеряла там большую группу. Причём, судя по перехватам, хорошо подготовленную группу. Не тех, кто просто за порядком следит, и двери начальству придерживает, — сказал Жирдяй.

— Похоже на наших, — кивнул Ваня, и поймал строгий взгляд Игоря.

— Ваша очередь, — сказал Жирдяй, — скажите что-нибудь интересное, чтобы я не расхотел вам помогать.

Игорь немного подумал, вздохнул и начало говорить:

— Наша задача убить всех, кого вы тут называете «дирекцией». Всё руководство станцией и планетой. Скажу сразу, никаких списков у нас нет, мы даже не знаем скольких человек нам нужно устранить. Но то, что ты говорил про хаос, это верно и для нас. Нам нужно максимально ослабить хозяев планеты. Такая главная цель этой диверсии, — сказал Игорь.

— Так вы что, получается, снизу? — поднял брови Жирдяй.

— Да, конечно, — сказал Игорь, — мы диверсанты. Уничтожать станцию, даже если это возможно, мы не собираемся.

Жирдяй не удержался и хохотнул от такого заявления.

— Чего ржёшь? — дерзко сказала Резвая, — Энергон грохнули, думаешь, станцию не сможем?

— Да ладно! — улыбка сползла с лица Жирдяя, — не может этого быть!

— Очень даже может, — продолжила Резвая, — я была там, когда он шарахнул! Никогда не забуду! Это лучшее воспоминание в моей жизни!

— Остынь, — сказал Резвой Игорь, но совсем мягко, после чего повернулся к Жирдяю, — это правда. Мы ведём войну, потому что планета, по сути, оккупирована корпорацией. Там всё не так, как преподноситься во внешнем мире. Освобождение от внешнего управления это наша цель.

— Я просил, конечно, делиться информацией, но не слишком ли много вы рассказываете незнакомому человеку? Это же стратегический замысел. А раз вы его вот так мне раскрываете, у меня возникают сомнения в правдивости того, что вы мне тут говорите, — сказал Жирдяй.

— Эта информация не является такой уж тайной, — сказал Игорь, — да, мы это нигде официально не заявляли, но просто потому, что переговоры с нами никто вести и не собирается. Но мы делами даём понять серьёзность наших намерений. Мы уничтожили сибаритов, уничтожили Энергон, уничтожим и вашу дирекцию. Так что, всё это правда, а вот верить в неё или нет, это уже сугубо твоё личное дело. Доказать мы этого не можем.

— Говоришь, что вы уничтожили сибаритов? Любопытно! — задумчиво сказал Жирдяй, — а я-то думаю, что случилось, почему грузопоток с ними упал почти до нуля? Мы просто там хорошо откусывали иногда.

— Я рассказал им про золото, — сказал Икс, чтобы кто другой не ляпнул и нечаянно не выдал то, что он там хорошо поживился.

— Да, как пример, — улыбнулся Жирдяй, — правда, один из самых крупных примеров.

— Ну так что? — спросил Игорь, — поможешь нам?

— Помогу, — задумчиво сказал Жирдяй, перебирая пальцами.

— И тебя не волнует судьба дирекции? — спросил Игорь.

— А почему она должна меня волновать? — удивился Жирдяй.

— Ну как, говорят, что руководство вашей организации тоже может входить в дирекцию станции. Пойдёшь против своего начальства? — сказал Игорь.

Жирдяй бросил быстрый взгляд на Икса, после чего выдохнул и улыбнулся.

— Про это не многие знают достоверно, — сказал он,– но тут ведь какое дело? Всё та же мутная вода, в которой встречается всё более крупная рыба. Если исчезнет верхняя ступенька пирамиды, все остальные сместятся автоматически вверх, логично? Тот кто был вторым станет первым, третий вторым и так далее… мысль понятна? А исчезновение верховного руководства вообще может привести к переделу власти. А если знать об этом заранее, то к такому развитию событий можно подготовиться. И, как вариант, перепрыгнуть несколько ступеней. Я и так нахожусь достаточно высоко, а могу значительно усилить свои позиции! Да-да, что бы ты там себе не думал, — добавил он, заметив скептический взгляд Икса.

— Сомневаюсь, что ты играешь такую уж важную роль в организации, — всё-таки озвучил свои сомнения Икс.

— Я сижу на информационных потоках, — усмехнулся Жирдяй, — а кто владеет информацией, владеет миром.

— Ну-ну, — усмехнулся Икс.

— Вот я, например, никому не сказал, что ты не всё золото доносил до места, — как бы между делом бросил Жирдяй.

Икс невольно дёрнулся и попытался тут же взять себя в руки, но по его реакции даже невооружённым взглядом был видно, что Жирдяй попал в точку.

— Не волнуйся, я об этом никому не говорил, и говорить не собираюсь, — сказал Жирдяй, — каждый сам, по своему разумению, устраивает своё будущее. Ты так, я по-другому. И шантажировать я тебя этим тоже не собираюсь. Но буду не против, если ты проникнешься ко мне доверием и будешь благодарен за то, что я тебя не сдал даже тогда, когда у меня не было никаких оснований тебя покрывать. Просто я воспринял это нормально. Да, мы никогда не были особыми друзьями, но теперь, волей судьбы, оказались втянуты в одну афёру и это как бы подталкивает нас друг к другу. Если всё пройдёт хорошо, возьму на себя смелость предположить, что мы с тобой будем общаться более плотно. Потому что будем доверять друг другу гораздо больше чем раньше. Советую тебе это обдумать. Доверительные отношения с «коллегами», это тоже один из факторов успеха. Одному трудно. Всегда нужен кто-то, на кого можно положиться. Я буду помогать тебе, ты мне.

— Я обдумаю твоё предложение, — сказал Икс.

— Это не предложение, это констатация уже свершившегося факта, — возразил Жирдяй, — приведя сюда этих людей, ты уже сделал выбор. Теперь мы в одной лодке, и должны доверять друг другу. И это хорошо, потому что специально создавать такие ситуации, в которых появляются друзья, практически невозможно! Всё должно произойти естественным путём.

— Погоди, друзья! — усмехнулся Икс, — до дружбы ещё далеко.

— Я всё сказал, — пожал плечами Жирдяй, — будут проблемы, приходи, обсудим. Мы, реально, можем быть друг другу полезны.

— Не хочется влезать в ваш диалог, — сказал Игорь, — но, всё-таки, может быть вернёмся к нашим проблемам? Нам нужно попасть в этот самый сад, где уже начались какие-то проблемы. Есть идеи, как это сделать?

— Я хотел предложить угнать капсулу из депо, — сказал Икс, — на мой взгляд, это единственный реалистичный вариант.

— Уже нет, их друзья вломились на станцию и угнали капсулу во внутреннем контуре. Второй раз идти по одной и той же дорожке не стоит, даже если план и немного другой. Меры безопасности там сейчас очень усилили и среагируют очень быстро. Да и поотключали все неактивные станции и депо с перепугу, — сказал Жирдяй, — и я, пока мы тут беседуем, всё время думал. Задача не выглядит невозможной. Есть определённые уязвимости у элитной зоны. Она слишком большая, чтобы можно было её полностью герметизировать. Но вот как вас доставить в эпицентр событий… я тут одним глазом поглядываю в монитор, и пока что новых данных про ваших друзей не поступало. После уничтожения группы военных тишина. Могли, конечно, дополнительные фильтры поставить на инфопотоки, а я это пропустил пока болтаю… но, думаю, что пока просто ничего важного не случилось.

— Так какие идеи? — не выдержал Ваня.

— Я думаю, — сказал Жирдяй, — если попытаться доставить вас сразу в этот самый сад, задача сильно усложняется, и я пока что вижу два варианта. Либо через инфраструктуру для вооруженной охраны, но риски с этим связанные вы сами понимаете. Это как самому лезть в пекло. Либо, через водную систему. Там, в этом самом «Эдеме», целая система рек и ручьёв. Воды циркулирует очень много… ещё один из примеров расточительности ресурсов, — усмехнулся Жирдяй, — так вот, эта система, как я и сказал, достаточно большая и требует обслуживания. Из-за того, что там присутствует всякая живность, в тех местах где вода проходит через системы очистки и скрытые от глаз технические каналы, периодически возникают засоры и наросты на стенах. И их нужно устранять, потому что если это дело запустить, потом будет только хуже. И есть люди, которые всем этим занимаются. Плавают внутри этих тоннелей и чистят их. Такая вот работа!

— Ты знал про путь в элитную зону и никак его не использовал? — удивился Икс, — даже не верится.

— Ну, во-первых, это не путь в элитную зону, это всё находится уже внутри. Но попасть туда значительно проще, потому что это технические коммуникации. И да, я держал этот вариант про запас… как и многие другие варианты. Я много чего знаю, и это всё ждёт своего часа. Вот, сейчас эта информации понадобилась!

— Я так понимаю, ты склоняешься к мысли послать нас по воде, — кивнул Игорь.

— Да, думаю, что через территорию охраны, когда они там все на ушах стоят, это будет слишком самоубийственно, — сказал Жирдяй.

— Ладно, продолжай, — сказал Игорь.

— Я воспользуюсь своим оборудованием? — Жирдяй кивнул в сторону мониторов.

— Конечно, — улыбнулся Игорь, — между нами ведь полное доверие, не так ли?

— Именно! — улыбнулся в ответ Жирдяй.

Повернувшись к своим мониторам, он как будто исчез из комнаты. Было видно, что он живёт там, в этих потоках информации, доступ к которой у него был не всегда законный. Пальцы быстро бегали и переключали что-то на пульте перед ним, молниеносно набирали что-то на клавиатуре. Картинки на множестве мониторов тоже сменялись очень стремительно.

Наконец, темп действий Жирдяя несколько снизился, потом он полез рукой куда-то под стол и достал что-то плоское и прямоугольное. Положив это на небольшой выступ на столе, подержал там некоторое время, потом снял и протянул Игорю.

— Вот, я загрузил сюда маршрут, которым вам нужно пройти. Устройство простое, кроме как картой больше ничем быть не может. И большая просьба, если вдруг случатся серьёзные проблемы, постарайтесь его разбить так, чтобы восстановить ничего было нельзя. Я следы хорошо заметаю, но мало ли… — сказал Жирдяй.

— Я умею этим пользоваться и знаю правила, — сказал Икс, перехватывая эту электронную карту.

— Ты идёшь с ними? — удивился Жирдяй.

— Естественно! — кивнул Икс, — по той же самой причине, что и ты ввязался в это дело. Только ты ловишь рыбку в мутной воде сидя за пультом, а я руками. Хочу своими глазами на всё взглянуть.

— Удивлён, — покачал головой Жирдяй, — но, дело твоё. Так даже лучше будет. Ты станцию хорошо знаешь и в карте быстро сориентируешься. Ничего дополнительно объяснять им не придётся, а я уже собирался!

— Чтобы между нами была полная ясность, — сказал Игорь, — за свои услуги ты ничего с нас не хочешь?

— Я же объяснил, — сказал Жирдяй, — то, что вы собираетесь сделать, будет лучше платой… ну вот, если только…

— Что? — спросил Игорь.

— Ко мне сюда редко девушки заходят… точнее никогда, — сказал Жирдяй, и перевёл взгляд на Женю, — можно тебя потрогать? Ну, грудь там, попу и вообще… только потрогать!

— Если ты ко мне прикоснёшься, я тебе башку прострелю, — сказала Женя спокойно.

— Ну, нет так нет, — быстро сказал Жирдяй, — попытка не пытка. Выходит, вы мне ничего не должны!

## Глава 34

Они уже почти ушли, когда Резвая вдруг повернулась и спросила у Жирдяя:

— Если есть дирекция, значит должен быть и директор?

Жирдяй как-то сразу оживился, глаза заблестели, и сразу стало понятно, что эта тема его очень живо интересует.

— Ты права! Но про него вообще ничего неизвестно! Я всю свою жизнь пытаюсь что-то выяснить, но безрезультатно. Но в одном я уверен на сто процентов, директор существует! Он очень хорошо скрывается и не оставляет никаких информационных следов. Про его существование, даже в дирекции, многие не знают, насколько мне это известно. Но он есть! Что угодно на это готов поставить!

— Интересно, — проговорил Игорь, — если есть дирекция, должен быть и директор… — повторил он слова Резвой, — слушай, Жирдяй, а нет ли у тебя большой сумки? А то наш друг очень приметен, мы бы его спрятали с глаз долой.

— Да, посмотрите вон там, за дверью, — сказал Жирдяй, — а ваш друг он того… разумный? А то я думал, что зверушка какая-то. Не видел раньше таких существ.

— Разумный! — тявкнул Деревяшка.

— Понял, понял! — вскинул руки Жирдяй, — вопросов больше не имею!

Рядом в углу оказалась целая куча сумок разного размера. Игорь выбрал подходящую для Деревяшки, чтобы ему там было удобно ехать. Тот без всяких просьб и пояснений уже догадался что от него требуется и с готовностью забрался внутрь. Ваня поднял сумку и, улыбнувшись, сказал:

— Да, так-то лучше будет!

— Ещё бы тебя куда-нибудь спрятать, уж больно ты приметный, — пристально на него глядя, проговорила Резвая.

— Спрятать можно, — улыбнулся Ваня, — нести, боюсь, будет некому!

— Я, это… буду за вами по возможности присматривать, и помогу если что… если это будет в моих силах, — сказал Жирдяй, махнув рукой в сторону своих мониторов.

— Было бы здорово, — сказал Игорь, — ну, прощай, Жирдяй! Сомневаюсь, что мы когда-нибудь ещё увидимся. Спасибо что захотел помочь.

— Я же говорил, это и в моих интересах, — сказал Жирдяй.

— Без обид? — спросила Женя, стоя возле двери.

— Да какие обиды, — махнул рукой Жирдяй, — посмотрел на живую девушку и то хорошо.

Женя невольно передёрнула плечами, поняв, что он там себе нафантазировал, и быстро вышла.

Игорь укоризненно покачало головой, и вышел следом. За ним ушли и все остальные.

— Конечно, жаль, что потрогать не удалось, — проговорил Жирдяй, когда дверь за ними закрылась, — ну да ладно! Глядишь, в этом хаосе правила поменяются и можно будет прямо сюда девочек заказывать, — мечтательно проговорил он и откинулся на спинку дивана.

Для Икса ходить по маршруту на планшете было делом привычным. Говоря по правде, он его даже не доставал. Карта понадобится им позже, когда они влезут в коммуникации. Сейчас же он и так прекрасно запомнил куда идти.

Жирдяй обо всём позаботился, проложив маршрут по наиболее пустым в это время коридорам. Несколько раз они самым краем зацепили общественные пространства: то площадь с магазинами, то блок ресторанов и кафе, то небольшой парк с фонтанами, беговыми дорожками и зонами где располагались тренажёры. Этот сектор был вполне приличный и условия для жизни тут отличались от тех, которые они видели до этого. Общественная инфраструктура была развита очень неплохо.

Потом начались, очевидно, технические коридоры. Тут всё было строго функционально, без всяких украшательств. Вскоре они остановились возле одной из больших дверей, Икс вскрыл её своей отмычкой, и они быстро зашли внутрь. Это была уже закрытая от посторонних территория, где имелся непосредственный доступ к коммуникациям, обеспечивающим жизнедеятельность этого сектора. Но им они были без надобности, Икс повёл их к металлической лестнице, ведущей куда-то вниз.

— На, подыши немного, — сказал Ваня, расстёгивая сумку, из которой тут же показалась голова Деревяшки, — но можешь не вылезать пока. Ты не тяжёлый, могу и дальше нести.

— Да! — лаконично ответил Деревяшка, соглашаясь с тем, что вылезать он пока не будет.

Они спускались по грохочущей под ними металлической лестнице очень долго. Этажи тут считать было бессмысленно, потому что их не было. Но лестничных пролётов они прошли десятки. Иногда попадались довольно широкие лестничные площадки, от которых в разные стороны разбегались коридоры. Но им было не туда, они продолжали спуск.

Добравшись до самого «дна», они, наконец, углубились в один из коридоров, по которому через пол часа вышли в достаточно большой ангар, весь изрезанный рельсами узкоколейки. Это была какая-то техническая транспортная станция. На ней стояло несколько составов, с разным количеством вагонов. Вагончики были открытые, с жёсткими сиденьями. В конце каждого состава обязательно был и грузовой вагон для инструментов и оборудования.

Икс прошёлся по станции, внимательно изучая символы над тоннелями. Наконец, он вынес свой вердикт:

— Нам туда! — указал он в один из тоннелей.

— Идти или ехать? — спросил Игорь.

— Ехать, конечно! Нам далеко добираться. Мы для этого сюда и пришли! — сказал Икс, и, оглядевшись, понял, на что намекал Игорь. На путях ведущих в этот тоннель не было состава.

— Может быть можно как-то перегнать? — задумчиво сказал Игорь, пытаясь разобраться в хитросплетении путей.

Пока они стояли и вертели головами по сторонам, пытаясь что-то придумать, Ваня подошёл и попробовал поднять головной вагон одного из составов. Видно, что ему было нелегко, но он оторвал его двумя колёсами от рельс.

— Не будем всё усложнять, — удовлетворённо сказал Ваня, поставив вагон обратно, и полез отцеплять его от состава.

Общими усилиями они перенесли этот вагон на нужную ветку узкоколейки. Проверили ход, всё работало. Двигатель был исправен, а аккумуляторы заряжены.

— Ну что, поехали? — спросил Икс.

— Хорошо умеешь этой штукой пользоваться? — скептически спросил Игорь.

— Нормально, — ответил Икс, — мы частенько на операциях такие используем. Это очень распространенный транспорт для техперсонала. Таких железнодорожных веток по всей станции полно. А что, очень просто и функционально. Элементарная конструкция, которая позволяет перемещать сотрудников и грузы. Да вы вспомните, там, где мы с вами встретились, тоже такие были. Ну, раньше были, теперь только рельсы остались. Помните?

— Конечно, помним, что же мы, совсем что ли уже? — возмутилась Резвая, — вези нас давай, разболтался!

— Как прикажете, барышня! — улыбнулся Икс, и двинул рычаг вперёд.

Вагончик быстро покатился по рельсам в темноту тоннеля.

— Барышня! — хмыкнула Резвая, и улыбнулась.

Вагончик бежал быстро, но путь всё равно занял минут двадцать — двадцать пять. Икс всё время сверялся с картой, и остановил их транспорт неожиданно, просто посреди тоннеля.

— Что случилось? — спросил Игорь.

— Приехали, — ответил Икс, — дальше пешком.

— Почему? — удивился Ваня.

— Потому что нам туда! — и Икс указал на тёмный прямоугольник двери, который они сразу не заметили.

Дверь была открыта, и, войдя в нее, они оказались в каком-то вспомогательном помещении, связанном с электричеством. Но почти всё оборудование в нём бездействовало. Только пара приборов подавала неуверенные признаки жизни.

— Резервная подстанция, — сказал Икс, — если тут всё обесточится, она включится, чтобы поддержать жизненно важные узлы станции в этом секторе, — нам туда! — он указал на очень узкий коридор, по которому и одному человеку пройти было сложно. Все обернулись на Ваню, но он махнул рукой, что мол всё нормально, он протиснется.

Через этот коридор они пришли в точно такую же резервную подстанцию.

— Странно, — сказал Ваня, — это помещение дублирует предыдущее.

— Нет, — отозвался Икс, изучая карту, — та обслуживает внешний контур, а эта внутренний, элитный. Они размещены рядом, чтобы обслуживать их было проще. И этот коридорчик является уязвимостью элитной зоны. И как только Жирдяй его нашёл? На эту территорию, где мы сейчас, рабочие попадают только по специальному допуску. Тут всё то же самое что и во внешнем контуре, только контроль за сотрудниками гораздо строже. Тут на плане, вообще-то, между этими подстанциями есть дверь… но в реальности её нет. В общем, так или иначе, мы теперь внутри элитной зоны… но пока находимся в технической части.

— Ну, это-то понятно. Дальше куда? — спросил Ваня.

— Дальше, пойдём искать гидроузел, где берут начало парковые реки… точнее не искать, а просто туда пойдём. У нас же карта есть! — Икс помахал планшетом в воздухе.

— Что-то как-то тоскливо, — сказал Ваня, топая следом за Иксом, — всё ходим, ходим, а тут даже рабочих нет. Вообще никого! Какая-то унылая у нас диверсия получается.

— Сейчас накаркаешь! — серьёзно сказал Игорь, — цени то, что сейчас у нас выходит продвигаться вперёд без осложнений. И это тоже не само собой получилось, а результат определённых усилий и помощи других людей. Когда станет жарко, ты ещё вспомнишь эту тоскливую прогулку по пустым коридорам и испытаешь чувство ностальгии. Поверь мне.

— Да умом-то я понимаю… только мы вот, то ходим, то едем куда-то… мне кажется что мы всю станцию уже должны были десять раз туда-сюда пройти, — вздохнул Ваня.

— Во-первых нет, станция огромная, это же практически искусственный спутник планеты. Она так и задумывалась. А во-вторых, расстояния тут не всегда линейные. Мы находимся в объёме, тут много разных уровней, и да, конечно, мы не по прямой перемещаемся. Если представить прозрачную три-де модель станции и внутри нарисовать нить нашего маршрута, то он будет конечно смотреться странно и нелогично. То длинная прямая, то запутанный клубок, то прямая, то клубок. По-другому никак.

— Никак! — вякнул делово Деревяшка.

Вскоре они услышали шум воды. Это свидетельствовало о том, что они приближаются к пункту назначения. Так они и было. Они вышли к некоему подобию лодочной станции. Недалеко шумел водопад, вода падала откуда-то сверху и дальше текла по прямоугольному тоннелю. После водопада стояли рассекатели, которые выравнивали поток и делали его более спокойным.

Несколько лодок с плоским дном стояли в небольших нишах, мерно покачиваясь на воде. Внутри лежало оборудование для очистки стен тоннеля. Они всё это повыкидывали, чтобы не мешало.

Лодки были небольшие, поэтому они взяли три штуки. В одной сели Ваня с Деревяшкой, во второй Игорь и Женя, в третью залезли Икс и Резвая.

— Я правильно понимаю, если мы поплывём по течению, то попадём как раз туда, куда нужно? В этот самый сад, где по косвенным данным наши друзья уничтожили группу охраны? — спросил Игорь.

— Ну да, — кивнул Икс.

— А далеко до этого места? Сколько мы будем плыть? — спросил Игорь.

— Ну не знаю, минут может пять… может чуть больше, — пожал плечами Икс, — а что?

— А то, что если там сейчас жарко, или было жарко, то мы можем сразу оказаться в эпицентре событий. Не стоит сразу туда вплывать, как к себе домой. Хорошо бы остановиться где-нибудь рядом, не попадая в поле зрения, и для начала разведать обстановку, — сказал Игорь.

— Задачу понял, — кивнул ему Икс, — я предупрежу, когда мы будем близко. Но, думаю, вы и сами увидите.

И они увидели. Но увидели не только свет в конце тоннеля, но и решетку, отделяющую их от этого света.

— Вот тебе раз! — возмущённо сказал Икс, — про это в карте ничего не сказано! Нет тут никакой решётки!

— Может быть, её недавно поставили? — предположила Резвая, которая была с ним в одной лодке.

— Решётка не выглядит новой, — сказал Игорь, — скорее всего, просто не точная информация.

— Её могли поставить позже, а в базу данных не внесли, — предположил Икс.

Только Ваня продолжал упрямо грести в сторону этой решётки.

При ближайшем рассмотрении, возникло ощущение, что решётка была тут всегда. Она разделяла тоннель на две части, и после неё он сразу сильно расширялся, из-за чего скорость течения падала и вода вытекала в парк спокойным потоком. По бокам искусственного русла шли бортики, шириной в полметра, по которым вполне можно было ходить. Они начинались прямо от решётки и шли до самого конца, до места, где река вытекала на свободу.

Отсюда это место казалось настоящей природой. Как будто из пещеры река вытекает в цветущую долину, залитую ярким солнцем. Это очень странно воспринималось, после долгих путешествий по тёмным и мрачным коридорам и тоннелям станции. Было в этом что-то нереальное. Как будто они попали в место, которого тут быть не может. Хотя… пока что они в него и не попали.

Пока все подплывали к решётке, сетуя на то, что она тут появилась вопреки плану, Ваня достиг её первым и что-то там начал делать. Когда остальные приблизились, то увидели, что встав на лодке, Ваня взял два соседних прута и стал тянуть их в разные стороны. И они поддавались! С трудом, но поддавались!

Ему уже удалось расширить проём настолько, что девочки бы точно смогли пролезть. Только в нём самом была проблема, слишком уж он был здоровый. Так что дальше он расширял дыру именно для себя.

Когда все лодки оказались рядом с Ваней и уткнулись в решётку, он, наконец, прекратил гнуть стальные прутья. Лоб у него блестел от пота, а вся спина была мокрая. Видимо, разгибание прутьев отняло у него много сил.

— Пройдёшь? — спросил у него Игорь.

— Должен! — устало улыбнулся Ваня, — иначе всё зря!

Как автор спасительной дыры, Ваня и полез в неё первым. Ему удалось протиснуться, без особого труда. Он сделал дыру недалеко от бортика, так что, оказавшись внутри, он сразу перебрался на него, только слегка намочив ноги.

Деревяшка не стал пользоваться дырой, а протиснувшись между обычными прутьями, ловко перебрался на бортик к Ване.

Опустевшую лодку оттолкнули и дальше пришла очередь перебираться Икса и Резвой, они справились с этим без проблем. Завершили процедуру Женя и Игорь. Когда все выстроились на бортике друг за другом, Игорь сказал:

— Думаю, что нужно приготовить оружие. Лучше, если первыми пойдём мы с Ваней, а вы держитесь поодаль. Как только разведаем обстановку, мы вас позовём. Сейчас всё очень тихо, но эта тишина не должна вводить нас в заблуждение. Опасность может подстерегать на каждом шагу. Мы на вражеской территории, и наше появление тут не является неожиданностью. Не забываем о том, что наши тут уже отметились. А это значит, что охрана сейчас во всеоружии. Соблюдаем осторожность, действуем аккуратно, на рожон не лезем. Как только поймём что происходит, перейдём к более решительным действиям. Всё ясно?

Все молча покивали. Да и сам Игорь, когда говорил всё это, то делал это вполголоса. Кто знает, как далеко разносятся звуки над водой из тоннеля? Лучше было не рисковать.

Добравшись до конца бортика, они сразу оказались на берегу реки. Тут она воспринималась как настоящая. Земля поросшая травой под ногами, кустарник вокруг… кустарника, кстати, было много. Как и небольших деревьев. И сделано это было специально, чтобы замаскировать тоннель, из которого вытекает река. Хотя он и был оформлен под грот снаружи, но это мало кого могло обмануть. Искусственное происхождение сразу бросалось в глаза. Как они всё это не декорировали, река просто вытекала из большой прямоугольной трубы в стене.

Да, они сейчас находились возле стены. Как-никак, это всё-таки была космическая станция, и каким бы большим не было пространство внутри неё, оно было ограничено со всех сторон. Стена пыталась имитировать небо, но это получалось тоже так себе. Зато, если смотреть в другую сторону, было полное ощущение что они где-то на планете, в большом и очень ухоженном парке.

Вокруг была тишина, нарушаемая только журчанием воды и пением птиц.

— Идиллия! — пробормотал Ваня.

— Очень часто, такая идиллия кончается кровавым месивом, — тихонько сказал Игорь, — это всё просто не может кончиться по-другому!

— Пойду, позову остальных, — сказал Ваня и повернулся к тоннелю.

В это время, где-то далеко раздался взрыв.

— А вот эта музыка мне знакома! — сказал Игорь, и переглянулся с Ваней.

## Глава 35

Руди сделал основную работу. Почти весь отряд истребил он. Наконец-то убийца попал в родную стихию, где мог действовать без оглядки на кого либо, заботясь только об эффективности.

Лиана со Спасом тоже поучаствовали, но совсем чуть-чуть.

Когда всё было кончено, они взяли один из багги военных, чтобы побыстрее убраться с места побоища. Нужно было пропасть из вида и запутать следы, чтобы дать себе хоть немного форы. Они не питали иллюзий, что их не смогут выследить, тем более, если они будут перемещаться на транспортном средстве. Но скорость в данном случае была синонимом жизни… впрочем, как и всегда.

— Видите, как тут всё ухожено? — спросил Руди, когда они мчались по лужайкам, заросшим цветами.

— Любуешься видами? — спросила Лиана, стараясь не отвлекаться от управления багги.

— Нет, — Руди перебрался к ней поближе, — просто те, кто за этим всем следит и ухаживает, неважно, люди это или какие-то роботизированные системы, вряд ли попадают сюда через станцию на холме. Для них есть другие входы. Например, военные вылезли из-под земли.

— Думаешь, такие же норы есть и у рабочих? — заинтересовалась Лиана.

— Возможно, эта нора и была для рабочих, просто военные ей воспользовались. И да, я думаю, тут такого добра полно. Только вот как его найти? — сказал Руди.

— По твоему тону чувствую, что у тебя есть идеи, — сказала Лиана.

— Да, если в середине парка они вылезают из склона холма или ещё откуда-нибудь, то на окраинах в этом нет смысла, проще загонять технику в какой-нибудь проход в стене. Логично? — спросил Руди.

— Вообще-то, да! — сказала Лиана и резко вывернула руль, так что они чуть не повылетали из машины.

— Спокойнее, спокойнее, — сказал Руди, усмехнувшись, — идея у меня хорошая, но не угробь нас из-за неё.

Лиана сделала резкий манёвр, потому что как раз в этот момент нужно было выбрать направление, иначе потом придётся возвращаться. Она выбрала то, которое привело бы их ближе к одной из стен.

Над их головами раздался лёгкий гул. Они посмотрели наверх и увидели пролетающий там стальной шар.

— Оба на, — воскликнул Руди, — глаза за нами послали. Ну, наконец-то они начинают использовать хоть что-то технологичное, а то я уже волноваться начал!

Он вскинул небольшое лазерное ружьё, которыми они все разжились у уничтоженной группы солдат.

Шарик понял что ему грозит и попытался уйти резко вверх, но не успел. Стрелял Руди тоже отлично.

— Глядите по сторонам, — повернулся он к остальным, — если увидите что-то странное, либо говорите мне, либо сами стреляйте. Чем меньше они о нас знают, тем лучше.

Багги сильно трясло, потому что, несмотря на то, что местность была ухоженная, всё-таки она не была предназначена для скоростных гонок. Все держались двумя руками, чтобы их не выбросило из машины.

Спас тоже держался за раму изо всех сил, когда вдруг почувствовал, что его сознание куда-то проваливается. Пытаясь удержать его из последних сил, он протянул руку, и, схватив ремень, натянул его на себя и успел пристегнуться, прежде чем окончательно потерять связь с реальностью.

После полёта через космос, он вдруг осознал себя сидящим в углу, на полу, и плачущим. Хотя плакал он очень условно, слёз не было, и плач был «сухим». Очень хотелось пить, есть, и чтобы прошла боль. Болело всё! И очень странно болело где-то внизу живота. Это было и не удивительно, после всего произошедшего.

И как её угораздило вляпаться во всё это? Как она дала себя уговорить? В какой момент ситуация вышла из-под контроля? Почему она вдруг решила, что это путь в высший свет и к красивой жизни?

Она уже понимала, что ей конец. Они не отпустят её живой. Она же видела их всех, знала что они творили и может всё рассказать. И пусть даже в это никто не поверит, зачем им так подставляться? Нет свидетеля и нет проблемы.

Она понимала, что её не отпустят живой ещё и потому, что они уже и при ней не стеснялись и говорили так, как будто она обречена. Вообще ничего не скрывали и сильно откровенничали. По косвенным фразам она догадывалась, что такое уже случалось. Да, они этого никогда не планировали заранее, но иногда бывало входили в раж и ситуация выходила из под контроля. И тогда девушка переживала такое, что отпускать её после этого живой уже было нельзя. Слишком высок риск репутационных издержек. И не среди обычных людей, а среди своих, таких же членов дирекции как они. Ведь другая группировка может воспользоваться этим как оружием и попытаться отстранить их от власти. Тогда те усилятся, а эти ослабнут.

Именно из-за того что Лика понимала весь этот расклад, она и сделала вывод, что при ней они разговаривают так, потому что она уже не жилец. И сделать ничего было нельзя. Что она может? Ничего! Оставалось только сидеть и ждать своей участи. И было похоже что развязка близка.

Когда за дверью послышались голоса, она почему-то поняла, что это всё! Да, они приходили и раньше, но какое-то внутреннее чувство подсказывало, что этот день последний в её жизни.

Она ещё сильнее сжалась в комок и втянула голову в плечи. Дверь открылась и темноту рассеял свет, попавший в комнату через дверной проём. Лика уже давно, по её ощущениям несколько дней, сидела здесь. Это было какое-то техническое помещение, которое сейчас пустовало. Здесь не было вообще ничего. Ни вентиляции, ни какой либо мебели или вещей. Только пол, потолок и стены. Ну и одна дверь ещё.

Вошло семеро человек, которые до этого оживлённо и даже весело переговаривались, а теперь замолчали, глядя на неё.

В этот раз пришли все, кто в этом участвовал, а такого не было уже давно.

— Ну ё моё, — сказал один из них, — надо как-то с этим завязывать! Каждый раз одно и то же!

— Не каждый! — возразил другой, — было бы каждый, то да, это была бы проблема. А так, иногда, слетаем с рельс, что поделать? Но при нашей работе нужна разрядка, и это как раз она. И работа сложная, и разрядка, соответственно, не рядовая. Я подозреваю, мы подсознательно делаем это специально, чтобы всё закончилось именно так, как закончится.

— И что же это за работа у вас такая сложная? — неожиданно для себя сказала Лика, и сама не узнала свой треснувший и севший голос.

— Тю, кусок мяса заговорил! — сказал один из пришедших.

— Ладно, пусть говорит, нам-то что? Это уже ни на что не повлияет. Вставай! — добавил он, уже обращаясь к Лике.

На неё накатила апатия, и она проигнорировала приказ. Какой смысл, если всё равно всё кончится её смертью? Причинят ей лишнюю боль? Да куда уж больше! Если она сейчас попытается встать, то и так испытает боль, да ещё какую! Она даже не была уверена, что у неё все кости целы.

— Ну что, может быть напоследок, а? — предложил один из пришедших.

— Совсем что ли уже? — удивился другой, — ты посмотри на неё? Полудохлый кусок мяса… грязный, вонючий… тебе действительно хочется?

— Ну, вообще, да! Если подумать, то ты прав, — согласился тот, который предложил.

Лика вздохнула с облегчением, хоть насиловать ещё раз перед смертью не будут. И то радость! Как всё относительно в жизни, и какие странные вещи иногда могут поднять настроение. Лика почти улыбалась от облегчения, потому что ожидала худшего. Теперь же оставалось ждать только смерти. И она, с удивлением для себя, теперь ждала её с нетерпением. Инстинкт самосохранения проиграл эту битву, и теперь она уже просто хотела, чтобы всё закончилось.

— Не будем тянуть резину, — сказал один из дирекции, — давайте закончим всё это побыстрее.

Все согласно загомонили и двинулись к Лике. Было видно, что они всё стараются делать вместе. Видимо, был у них такой уговор, чтобы разделить ответственность. Поэтому, они всё делали толпой, мешая друг другу.

Когда они приблизились к Лике, к ней протянулось сразу много рук. Её схватили кто за волосы, кто за руки, кто за и так разорванную одежду, рывком подняли на ноги и потащили к выходу.

Затуманенным взглядом, сквозь заслоняющих всё насильников, она всё равно узнавала дорогу. Вот ярко освещённый, красивый коридор с лепниной на потолке и обитыми бархатной тканью стенами. Вот зеркальный лифт. Вот кажущаяся обычной комната, где в сторону съезжает одна из стен, открывая замаскированный проход. Вот маленькая платформа, на которой стоит чёрная, блестящая, транспортная капсула.

Лика уже знала, что это часть секретной транспортной системы. У них тут и так был свой транспорт, но руководство станцией имело ещё тайную сеть из нескольких веток, которые соединяли важные для них места. Например, это место, которое было чем-то вроде закрытого мужского клуба, с ограниченным числом членов, с другими. Её возили в небольшой дворец, расположенный в парковой зоне… собственно говоря, там всё и началось. Но там всё ещё было нормально. Потом её увезли в пляжную зону, там тоже было терпимо, хотя нездоровые предчувствия уже появились. Потом её таскали по каким-то барам, тоже закрытым, с очень ограниченным числом посетителей и обязательными вип-комнатами. И только потом, она оказалась в мужском клубе, где всё окончательно вышло из-под контроля. Сначала кроме неё там были и другие девушки, но постепенно все куда-то подевались, и до конечной точки она уже добралась одна. До последнего в ней теплилась надежда, что всё обойдётся, но с каждой минутой становилось всё понятнее, что нет!

Её затащили в капсулу и бросили на заднее сиденье.

— Ну что, в загородную резиденцию? — сказал один, подходя к пульту управления.

— Естественно, — ответил другой, — а какие ещё варианты? Всё как обычно!

Тот что находился возле пульта, нажал одну из десятка подписанных кнопок, и капсула закрыв дверь тут же отправилась в путь. Видимо, для начала движения, ей нужно было только указать один из возможных пунктов назначения.

После не очень продолжительного пути, преимущественно вниз, по её ощущениям, капсула прибыла на такую же маленькую станцию, с которой они и отправлялись. Там её протащили по коридору и через очередную потайную дверь она оказалась в комнате увешанной коврами.

Она узнала эту комнату. Её снова привезли во дворец, где всё начиналось. И в глубине души шевельнулась робкая надежда, что может быть её хотят отпустить? Может быть всё будет нормально, как и должно было быть по её представлениям, когда она сюда только попала? Но эта мимолётная надежда тут же улетучилась. Кроме того, что это место было ей уже знакомо, никаких других свидетельство того, что всё может как-то нормально закончиться, не было.

Её протащили через эту комнату, через пол дворца, который, к слову, был совсем небольшим, и потом по каменной лестнице потащили в подвал, заставленный бочками. Тут она раньше, естественно, не была.

Там её оттащили в один из дальних углов и швырнули на земляной пол.

— Ну что, какая бочка у нас свободна? — хохотнул один из насильников.

— Что, не помнишь что ли? Вот на этой мы остановились, — ответил ему второй.

Лика посмотрела на ряд больших бочек, идущий вдоль стены. Судя по жестам этих уродов, бочка на которой они остановились, была девятой. Они подошли к следующей за ней и, обступив со всех сторон, подняли и оттащили в сторону. Бочка было большой, но очевидно пустой, иначе бы они её поднять не смогли.

— В этом погребе всё меньше вина, и всё больше могил! — сказал один.

Откуда-то появились лопаты, и они начали копать, периодически меняясь.

— Эти моменты, почти единственные в моей жизни, когда я делаю что-то своими руками, — почти мечтательно сказал другой.

— Я бы без этого с лёгкостью обошёлся, — сказал третий, — а почему она не копает? Это ведь ей больше нужно, чем нам?

Несмотря на то, что Лика находилась в полуобморочном состоянии, услышанная фраза вызвала у неё крайнее возмущение, которое она никак не могла выразить. Но вдруг, с неизвестно откуда взявшимися силами, она очень чётко и ясно выкрикнула:

— За меня отомстят! Вы все сдохнете! Вам отрубят руки и ноги, и вы будете лежать, истекая кровью, пока не умрёте, но никому не будет дела до ваших поганых трупов! Вы обречены!

Лика понимала, что такие угрозы звучат совершенно беспочвенно, что в них всё равно никто не поверит, что это наоборот, демонстрирует её бессилие. Но, это единственное что она могла сделать.

Возникла небольшая пауза, а потом вдруг все семеро насильников дружно расхохотались в голос и смеялись очень долго, не в силах остановиться.

— Спасибо! — сказал ей один, — разрядила обстановку, а то она стала какой-то напряжённой.

И отсмеявшись, они продолжили копать. А Лика опять заплакала без слёз, судорожно сотрясаясь плечами.

Когда они выкопали, по их соображениям, достаточно глубокую яму, то поставили лопаты к стене и направились в сторону Лики. Увидев это, она вдруг с отчётливой ясностью поняла, что очень хочет жить. Изо всех сил работая ослабшими руками и ногами, она поползла в сторону от них, но вскоре упёрлась в стену.

— Нет, нет, пожалуйста, не надо! Я никому и ничего не расскажу… — бормотала она, расширенными от ужаса глазами глядя на приближающихся мужчин.

— Ну что, мужики, как всегда, вместе? — сказал один из них.

Но, судя по всему, вопрос этот был риторическим. Приблизившись, они обступили её и все разом потянулись к тонкой шее. Она почувствовала как множество рук сплетаясь обхватывают горло и начинают сдавливать, мешая друг другу.

— Нет… нет… нет… — пыталась ещё хрипеть Лика, но не долго. Вскоре силы её окончательно оставили и она умерла.

Спас очнулся с криком, и понял, что сам себя держит за горло, пытаясь защититься от несуществующих чужих рук. Вокруг было темно и тихо, и только прямо напротив него, в свете фонаря, он различил встревоженные лица своих спутников.

— Всё нормально? — осторожно спросил Лиана.

— Тот же вопрос! — спросил Спас, пытаясь оглядеться.

— Мы нашли технический ангар для техники в стене, — сказал Руди, — только приехали. Пока что тут тихо, но нужно оглядеться получше. Твоя очередь!

— Надо переварить! — тяжело выдавил Спас, и согнулся пополам, тяжело дыша.

— Дадим ему время, — сказала Лиана, — пусть придёт в себя. Руди, разведай что тут и как, пожалуйста.

— С удовольствием, — ответил тот, и, судя по звукам, мгновенно соскочил с багги и исчез.

— Тебе точно не нужна помощь? — спросила Лиана, касаясь его плеча, — выглядишь ты не очень!

— Я только что умер, но в другом человеке… сложно объяснять. Нужно просто это переварить. Я уже это делал, просто нужно немного времени, — ответил Спас не разгибаясь.

— Присмотрите за ним, — сказала Лиана Серафиму и Ари, — я тоже пойду, осмотрюсь.

Спас постепенно успокаивал своё дыхание, глядя на стремительно несущиеся перед ним картинки чужой жизни. Лика теперь тоже была частью него. Теперь её воспоминания и весь жизненный, не такой уж богатый опыт, были с ним навсегда. И да, скоро он возьмёт его и как книгу поставит на полку, к остальным личностям, которые он сумел каким-то образом скопировать в себя. Или это сделал не он…?

Быстро осмысливая жизнь Лики, он пропускал почти всё, заостряясь только на знаниях мест и людей, которые могут быть им нужны. И особенно его заинтересовала секретная транспортная система. Он бы даже мог её найти, если бы увидел подходящий ориентир или знакомое место.

И теперь, поскольку эти воспоминания часть его памяти, он может обратиться к ним в любой момент, как к своим собственным. Главное, знать про что хотеть вспомнить. А он это, похоже, знал.

Руди и Лиана вернулись почти одновременно.

— Как ты? — сразу же спросила Лиана.

Спас поднял взгляд на неё, потом на Руди, и сказал:

— Когда мы их найдём, не убивайте всех сразу сами. Семеро из них мои. Я должен убить их сам, причём определённым образом, — сказал Спас.

— Ух, как здорово звучит! — почему-то обрадовался Руди, — а почему?

— Считайте, что мне поступил заказ на способ умерщвления некоторых из этих ублюдков, — сказал Спас.

## Глава 36

— Мне кажется, или вечереет? — спросил Ваня, когда они прошли километр вдоль берега, укрываясьв небольшом леске.

— В самом деле, — остановился Игорь, — похоже, что у них тут всё как по-настоящему, наступают и вечер, и ночь, и утро, и день. Сейчас очень похоже на вечер, но до ночи ещё далеко. Ещё даже не сумерки. Это даже по природе заметно. Слышите насекомых? Всё по-настоящему! Удивительно!

— Странно, что после двух взрывов больше ничего не слышно, — сказал Ваня, — не к добру это!

— Не каркай, — одёрнул его Игорь, — доберемся, узнаем. Но не думаю, что они смогли справиться с Руди, Лианой и Спасом. На это понадобилось бы больше двух взрывов.

— Медленно двигаемся, — вздохнул Ваня.

— Есть идея, — сказала Резвая, появляясь из-за кустов.

— Тьфу ты! Инфаркт из-за тебя будет, — сказал Ваня.

— А чего вы такие расслабленные, что вас так легко напугать? — удивилась Резвая.

— И то верно! — усмехнулся Игорь, — но ты держишь нас в тонусе, так что всё в порядке! Что там у тебя за идея? Излагай.

— Там чуть дальше лодочная станция. Домики на берегу, беседки. Народу мало, в основном женщины. Как будто у них там какая-то сходка бабская, — сказала Резвая и задумалась.

— Ну? — поторопил её Игорь.

— Ну, это всё, — как будто очнулась Резвая.

— А в чём идея-то? — не понял Игорь.

— Я же говорю, там лодочная станция, а помешать нам взять лодку практически некому, — Резвая удивилась, что её сразу не поняли, и пришлось всё разжёвывать.

— Мы будем слишком заметны, в лодке посреди реки, — скептически сказал Ваня, — под прикрытием деревьев как-то спокойнее.

— Давай посмотрим своими глазами. Что за лодки, что за место. Может быть, найдём что-то, в чём мы сможем нормально перемещаться, не сильно привлекая внимание. Если найдём лодку с мотором, это нас хорошо ускорит. Не на вёслах же они тут плавают, не та публика, — сказал Игорь.

— Ну оно конечно, взглянуть нужно! — согласился Ваня.

Разместившись на небольшом пригорке, заросшем цветущими кустами, Игорь, Ваня и Резвая наблюдали за лодочной станцией. Остальные ждали в лесочке неподалёку.

За пять минут, что они вели наблюдение, картина складывалась следующая:

Они насчитали всего пять человек обслуги, которые обеспечивали отдых знатной публике. Это было двое мужчин, которые, скорее всего, отвечали за лодки и за всю техническую составляющую, и три девушки, которые занимались кухней. Они же были официантками, и всё время бегали из белого домика, скорее всего являвшегося кухней, в большую беседку в самом центре этой территории. А вот там как раз разместились отдыхающие. И это, в самом деле, был какой-то девичник. Больше десятка женщин совершенно разного возраста и комплекции шумно веселились, ни в чём себя не ограничивая. Ни в напитках, ни в кушаньях, ни в поведении. Отдыхали шумно и с официантками были очень грубы, не считая их за людей. А те безропотно всё сносили, видимо такое обращение было для них привычным.

— Что будем делать? — спросил Ваня.

— Убивать их точно не будем. Особенно обслугу, их даже жалко. Но нужно всех нейтрализовать, чтобы они не сообщили о нападении, когда мы отсюда уплывём. Чем позже узнают о нашем визите, тем дальше мы сумеем уплыть без приключений, — сказал Игорь.

— Какую лодку будем брать? — спросил Ваня.

— Я думаю, что лучше вон ту, — Игорь указал пальцем.

— Ты уверен? — скептически спросил Ваня, — может быть, рассмотрим другой вариант?

— Во-первых, эта самая большая и мы уместимся на ней без проблем, — начал перечислять Игорь, — во-вторых, у неё точно есть двигатель, его видно даже отсюда. В-третьих, её вид никак не соотносится с диверсионной группой. Она настолько вычурная и яркая, что никому и в голову не придёт, что её могли выбрать для перемещения незаконно пробравшиеся сюда злоумышленники.

— Злоумышленники? — встрепенулась Резвая, — это мы-то?

— Конечно! — серьёзно кивнул Игорь, — потому что мы будем нести им только зло. Для других это будет добро, но для этих мы, вне всяких сомнений, злоумышленники.

— С чего начнём? — спросила Резвая.

— Думаю, сначала нужно аккуратно вывести из игры обслугу, — сказал Игорь, — зови остальных, пойдём все вместе.

Мужики выводиться из игры не захотели, поэтому Ване пришлось их сначала стукнуть, а потом уже, когда они были без сознания, то связать. С девочками, отвечающими за кухню, договориться получилось проще.

Им объяснили, что лично к ним никаких вопросов нет, но чтобы их не возникло и у их начальства, то придётся всех связать. И если они не будут сопротивляться, то связывать их будут максимально аккуратно, чтобы не причинить лишней боли. Но для убедительности версии, свяжут их всё равно крепко.

— А что будет с теми кто в беседке? Вы их убьёте? — пытаясь выразить озабоченность, спросила одна из официанток, но в голосе её прозвучала скрытая надежда.

— Нет, — ответила за всех Резвая, — но унизим обязательно!

Девочки-официантки не смогли скрыть удовлетворённых улыбок, как ни старались.

Связали их, в самом деле, крепко, чтобы это не было похоже на профанацию.

— А что нам говорить, когда нас будут допрашивать о произошедшем? — спросила одна из девочек.

— Скажите, что напали люди в чёрных масках… — начала было Резвая, но Игорь её перебил:

— Нет, ничего врать не надо, рассказывайте всё как есть. Только этот наш разговор опустите. Будете врать, обязательно запутаетесь. Тем более, что допрашивать вас будут, скорее всего, по отдельности. Попадётесь на расхождениях обязательно. А нам от этого всё равно никакой пользы, потому что искать нас, имея описания внешности, или не имея, будет для них совершенно одинаково, — сказал он.

— Ну, или так! — пожала плечами Резвая.

Пока Игорь говорил, начал надрываться звоночек над столом, где они собирали подносы, которые нужно было отнести в беседку.

— Нас вызывают, — сказала одна из девочек, — нервничают, вон как трезвонят!

— Сейчас мы их успокоим! — сказала ей Резвая и все направились к беседке.

Судя по звукам, внутри было весело, но немного нервозно из-за отсутствия официанток, которые были очень нужны именно сейчас.

Резвая прихватила с кухни белый фартук и нацепила его на себя.

— Можно я первая зайду? — спросила она у Игоря.

— Действуй, — махнул тот равнодушно рукой.

Резвая очень обрадовалась что ей разрешили, сунула Иксу в руки рюкзак и оружие, и легко взбежав по ступенькам, через секунду исчезла внутри.

— Ты кто? — сразу же встретила её вопросом невероятно жирная тётка, сидящая в ажурном красном кресле в самом центре. Вся суета шла вокруг неё и, судя по всему, именно она была виновницей торжества. Одета тётка была в ярко розовое платье с множеством рюш и кружев, что смотрелось на ней несколько странно. Впрочем, остальные были одеты в том же духе. Видимо, это была тематическая вечеринка с определёнными требованиями по внешнему виду. Кроме яркой одежды у всех были косички и бантики, как у девочек. Хотя молодых тут было мало.

— Вызывали? — ничуть не стараясь выглядеть услужливо, спросила Резвая.

— Где другие? Которые были до этого? — через губу сказала жирная тётка.

— Отдыхают, вы их совсем замотали, — сказала Резвая, подходя к ней вплотную, — чего звали-то?

— Совсем обнаглела? — брызнула слюной жирная тётка, — тебя завтра же здесь не будет, а чтобы жизнь не казалась тебе слишком хорошей, мы тебя сейчас сами выпорем!

— Да? — удивилась Резвая, и, что есть силы, двинула кулаком тётке в нос.

Та хрюкнула и из носа у неё тут же хлынула кровь. Она возмущённо завизжала, не в силах подобрать слова, и зажала нос платком, который всё это время был у неё в руках.

Остальные бабы тоже принялись истерично орать и бросились бы на Резвую, если бы в беседку а это время не вошли Игорь с Ваней.

— Стоять всем! Кто шевельнётся, придушу! — проревел Ваня громовым голосом, и все бабы разом заткнулись.

За ними показались Женя, Икс и Деревяшка.

Игорь окинул взглядом это сборище. Все женщины пребывали в шоке от произошедшего, и ещё не поняли как себя вести дальше. Наконец, он остановил свой взгляд на сидящей в центре жирной тётке.

— Вань, — сказал Игорь, слегка пихая его локтем, — а как ты думаешь, на тебя налезет это платье?

— Чего? — чуть не поперхнулся Ваня.

— Думаю, что всем нам надо переодеться, — сказал Игорь, — ну вот что, бабы, раздевайтесь! — громко крикнул он всем присутствующим.

— Чтоооо? — возмутилась одна из стоящих недалеко от кресла, и не успела оглянуться, как тоже получила удар кулаком в нос от Резвой.

Нос у неё тоже закровил.

— Не бей их больше в нос, а то они всю одежду кровью перепачкают. Бей куда-нибудь в другие места, — сказал Игорь, и добавил, обращаясь к своим, — кстати, девочки, выбирайте себе платья которые нравятся и по размеру более-менее подходят. А вы не стойте, раздевайтесь! Будете долго думать, наша малышка врежет каждой, она только и ждет, чтобы вы ей повод дали, — и он подмигнул Резвой.

Резвая широко улыбнулась и кивнула.

— А это точно нам нужно? — спросила Женя у Игоря.

— Да, но ты не переживай, будем натягивать платья прямо на нашу одежду. Это просто для маскировки, чтобы нас издалека можно было принять за отдыхающих на лодке женщин, — ответил тот.

Женя с пониманием кивнула, оглядела притихших баб, а потом подошла к одной из них.

— Снимай платье, — сказала она ей и ткнула пистолетом в грудь.

— Я не буду, — упрямо сказала та.

Женя не спеша размахнулась и со всей силы шлёпнула ей ладонью по уху.

Голова у женщины неестественно качнулась, она сделала несколько шагов вбок и плюхнулась на задницу, не устояв на ногах, при этом держась рукой за ушибленное ухо. Было похоже, что у неё всё поплыло перед глазами.

— Молодец! Зря я в тебе сомневалась! — сказала Резвая и стала придирчиво оглядывать женщин, выбирая платье для себя.

— Ну что, осознала реальность, или ещё раз врезать? — спросила Женя у сидящей на полу, — снимай платье, моё терпение кончается.

— Нам тоже нужно прибарахлиться, — сказал Игорь Иксу, — выбирай платье. Нам нужно искать тех, кто покрупнее.

Виновница торжества с разбитым носом, как ни странно, одной из первых осознала весь драматизм происходящих событий и начала стягивать платье. На Ваню оно налезло, но оказалось очень коротким, потому что рост у Вани тоже был богатырский.

Ваня оглядел себя скептически и разочарованно покачал головой.

— Нормально, — сказал Игорь, который надел на себя светло-салатовое платье, — мне тоже коротковато. Не так как тебе, конечно, но всё же… на бал в таком не пойдёшь, — хохотнул он.

— Мне кажется, что это всё бессмысленно, — сказал Ваня, подняв руки и сделав оборот вокруг себя, — никто на это не купится.

— Издалека купятся, — не согласился Игорь, — одно дело, что на лодке будет группа вооружённых людей практически в военной форме, другое, кто-то в ярком, весёлом, праздничном. Должно помочь. Это перестраховка, на всякий случай.

Девочки вообще хорошо выглядели, потому что даже поверх их одежды, платья сели на них неплохо. Впрочем, как и на Икса.

Деревяшка некоторое время не показывался, но когда пришёл в беседку, решили одеть и его тоже. Отобрали платье у самой миниатюрной из присутствующих, и нацепили на малыша. Оно было всё равно очень длинным, пришлось срезать ножом большую часть подола.

— Нет в жизни счастья, — сказал Ваня, — ему слишком длинное, мне слишком короткое.

— Не комплексуй, — сказала Резвая, — у тебя красивые ноги, — и она прыснула со смеху.

Ваня укоризненно на неё посмотрел, но ничего не ответил.

Женщин раздели всех, даже тех, чьи платья не понадобились. Причём, догола. Бельё тоже заставили снять, не оставив вообще ничего. А потом связали между собой, растянув их в ряд, по окружности беседки. Чтобы получился такой голый хоровод. Сделали это для того, чтобы эти зажравшиеся бабы для разнообразия в своей жизни испытали стыд и унижение. По всей видимости, они стали забывать про эти чувства, и нужно было срочно им про них напомнить. А так же напомнить о том, что они не всесильны, и в любой момент их могут настигнуть события, с которыми они не смогут справиться, вплоть до потери жизни.

Раздетые и связанные представительницы элиты, судя по всему, всю эту гамму чувств испытывали.

— Будете плохо обращаться с другими людьми, — уходя сказала Резвая, — вернусь и всех вас перестреляю!

— Какая ты кровожадная, — уже на улице сказал ей Игорь.

— Да нет, — отмахнулась та, — но очевидно, что этим мымрам нужен был хороший жизненный урок. Они, вообще-то, благодарить нас за него должны!

Лодка, которую приметил Игорь, была, действительно, самой большой. Это был катамаран, с лежащей на двух продолговатых баллонах большой платформой. На этой платформе стояли плетённые кресла и столики, был невысокий буфет, где хранились напитки и закуски. По краю шёл верёвочный бортик. Поверхность под ногами была деревянная, из настоящих досок. Сзади, была небольшая будка для матроса, который этим плотом управлял.

Толкали его вперёд два двигателя, подвешенные к баллонам, на которых лежала платформа.

Все расселись на платформе в довольно удобных креслах, Игорь отвязал швартовую верёвку, прошёл в будку и запустил двигатели. Они тихо заурчали, и платформа поплыла по реке. Плыть приходилось по течению, да и моторы работали хорошо, так что скорость они развили вполне приличную. Гораздо большую, чем ожидали от этой странной прогулочной лодки.

Уходя из беседки, они прихватили с собой и все имеющиеся шляпки. Теперь напялили их на головы, для пущей убедительности. Мужчинам все шляпки оказались малы, потому держались они только на завязках.

Они сидели, слушали мерное урчанин моторов и крутили головами по сторонам. Но, вокруг всё было спокойно. Эдакая идиллия. Пели птицы в зарослях на берегу, стрекотали насекомые, мерно плескалась вода об их лодку.

— Не смотрите наверх, — сказал Игорь высунувшись из своей будки, и все тут же задрали головы, — не смотрите! — уже жёстче прикрикнул на них Игорь, и все виновато прижали подбородки к груди.

Следом за этим слух уловил какой-то гул, который постепенно приближался. Гул был негромким и через некоторое время стал стихать.

— Что это было? — спросил Ваня, когда звук затих окончатильно.

— Небесное око! — усмехнулся Игорь.

— Чего? — не понял Ваня.

— Прибор слежения, — появнил Игорь, — причём, это уже не первый, но остальные летали достаточно далеко, а этот прошёл прямо над нами.

— Как думаешь, они купились на наш маскарад? — спросил Ваня.

— Будем надеяться! — ответил ему Игорь, — и если не купились, то мы узнаем об этом довольно скоро. Но мне, почему-то кажется, что всё в порядке. Ну кому придёт в голову, что опасные диверсанты, которые представляют угрозу для станции, будут наряжаться в разноцветные женские платья и кататься на лодке по реке? Главное, продолжать вести себя как ни в чём не бывало.

— Хорошоооооо! — протянула Женя.

— Согласна! — сказала Резвая.

Девочки сидели рядом, вытянув ноги и развалившись в креслах почти до лежачего положения.

— Я никогда в жизни такого не носила, — сказала Женя, — хоть недолго почувствовать себя просто девочкой, пусть и в платье надетом поверх обычной одежды. Всё равно приятно!

— А я носила, — сказала Резвая, — но в таких ситуациях, что лучше бы не носила! Но не будем об этом.

— Как скажешь, — сказала Женя.

— Если вам интересно, то я такого тоже никогда не носил, — сказал Ваня, — и надеюсь что больше и не придётся. Потому что в отличие от вас, я от этого никакого удовльствия не испытываю и чувствтую себя в этой одежде в высшей степени глупо.

— Глупо! — тявкнул Деревяшка, поддерживая Ваню.

— Я вот что думаю, — подал вдруг голос Икс, — пора мне вас оставить. Маршрут который проложил Жирдяй закончился, вы уже на месте. Полагаю вы сейчас начнёте впутываться в неприятности, а мне это совсем ни к чему. Да и далеко от точки входа удаляться бы не хотелось, потому что я планирую вернуться обратно. К тому же, если внимание охраны будет сосредоточено на вас, я как раз смогу порешать какие-нибудь свои дела. Ведь для этого я сюда и отправился. Так что, если вы не возражаете, я бы сошёл на берег прямо сейчас, пока всё спокойно.

— Не возражаю, — сказал Игорь и направил лодку к берегу, — уговор, есть уговор. И это… благодарю за службу, мадемуазель! — и он весело хохотнул.

— Мазель! — радостно сказал Деревяшка.

## Глава 37

Когда платье Икса переслато мелькать в зарослях, они отчалили от берега и поплыли дальше.

— Жаль, — сказала Резвая, — мне будет его нехватать. Из него мог выйти толк.

— В каком смысле? — удивлённо спросила её Женя.

— В общем, — слегка смутилась Резвая и снова уставилась на берег, туда, где ещё недавно мелькало платье их проводника.

— Не расслабляйтесь, девочки! — сказал им Игорь из будки, — общее умиротворение не должно вводить вас в заблуждение, мы по-прежнему в тылу врага.

— Да! — сказал Деревяшка. Он сидел в одном из кресел в платьице, в шляпке и живо вертел головой по сторонам, — там! — вдруг сказал он и ткнул пальцем вперёд.

Речка как раз достигла холма, на котором находился комплекс белоснежжных построек, от которого в разные стороны разбегались стальные ленты транспортной системы. Преодолев очередной изгиб реки, они попали в широкое место, где река становилась чуть ли не озером.

Возле правого берега, который имел сложную форму и выступал в одном месте вперёд большим полуостровом, на волнах покачивалась белая транспортная капсула. Издалека сложно было рассмотреть подробности, но как-то сразу было понятно, что ей тут не место. Это средство передвижения, совершенно очевидно, было создано не для воды. И тогда возникал вопрос, что оно тут делает и как сюда попало.

Капсулу все заметили сразу, но как выяснилось, указывал Деревяшка вовсе не на неё. И когда все поняли, что именно привлекло его внимание, то дружно попытались вскочить со своих мест, но были остановлены резким, но негромким окриком Игоря.

— Сидеть! — сказал он, — никакой суеты! Не разрушайте нашу легенду и не привлекайте к себе внимания. Сидим, отдыхаем, продолжаем путешествие!

Все замерли в креслах и, пытаясь создавать видимость равнодушной лени, как будто бы смотрели в разные стороны, но при этом всё время косили глаза в сторону берега, возле которого качалась на волнах белая капсула.

Такое напряжение на лодоке вызвало происходящее на берегу. Они не сразу поняли, что за люди там находятся и чем занимаются, но по мере наблюдения картина стала проясняться. Если коротко, то можно было сказать, что там работает похоронная команда.

По виду находящихся там людей сразу было ясно, что это рабочие. Трудно было понять, является ли их специализацией уборка трупов, но, судя по всему, нет. Похоже, что они занимались не своим делом. То, что они не относятся к военным, можно было сразу понять по ярко оранжевым комбинезонам. Военные бы так никогда не оделись. Это лишено всякого смысла.

Игорь достал небольшой бинокль из своего снаряжения и аккуратно из будки наблюдал за происходящим на берегу, пока они проплывали мимо, стараясь держаться как можно ближе к противоположному берегу.

Рабочие прибыли сюда не очень давно. У них было несколько машин, скорее всего обычно служащих несколько иным целям. Например, вывоз мусора из парка, уборка заболевших деревьев и кустарников, и тому подобное. И вот теперь эти машины превратились в труповозки.

Рабочие собирали тела в лесу, упаковывали их в мусорные мешки и грузили в машины. Кое-кто возился возле взорванной штуковины, напоминающей багги, хотя по искорёженным обломкам этого нельзя было утверждать наверняка.

Обломки багги они тоже пытались погрузить в мусовровоз, только отдельный. Они туда никак не влезали и их приходилось резать на части. Так что, деятельность на берегу шла бурная. Не всё было хорошо видно, многое заслоняли деревья, но увиденного было достаточно, чтобы сложить относительно полную картину.

— Ну что там? — наконец не выдержал Ваня, которому всё труднее и труднее было усидеть на месте. А свой бинокль, как и остальные, он не доставал, чтобы не разрушать их легенду. Это Игорю под прикрытием будки рулевого можно было действовать относительно свободно, остальные же были как на ладони, — это наши поработали?

— Думаю что да, — сказал Игорь, — по всем косвенным признакам получается что так, хотя утверждать достоверно ничего тут нельзя. Рабочие собирают трупы и обломки взорванной техники и грузят на машины, это вкратце что происходит на берегу.

— Надеюсь, что это только трупы врагов, — озабоченно сказала Женя, искоса поглядывая на берег.

— Точно мы это узнаем, только когда найдём наших, — сказал Ваня, — при нехватке информации, предлагаю думать только о хорошем.

— Хорошем! — поддержал его Деревяшка.

— Мне кажется, или малыш стал гораздо более разговорчивым? — спросил Игорь.

— Не кажется, сам диву даюсь! — сказал Ваня, — теперь жду когда он осмысленными предложениями говорить начнёт.

— Начнёт! — согласился Деревяшка.

— А что это за белая штука на воде? — спросила Резвая.

— Это транспортная капсула, — сказал Игорь, — и я очень сомневаюсь, что она оказалась тут случайно.

Они уже проплыли место основных событий на берегу, миновали прибитую к берегу капсулу и приближались к сужению русла реки, где она вновь становилась прежнего размера.

— А мы точно плывём в нужном направлении? — спросила Женя.

— Будем надеяться, — сказал Игорь, — если попытаться составить картину произошедшего, то получается следующее: ещё Жирдяй нам говорил про уничтожение группы военных, я думаю, что это как раз то самое место.

— Думаешь, они так задержались с уборкой? — удивился Ваня, — ведь это произошло достаточно давно.

— Относительно давно, но в принципе не очень, просто события развиваются стремительно. И очевидно, что у них тут нет специальной похоронной команды. Пока они осмыслили произошедшее, пока убедились в том что все погибли, пока решили кого именно послать на ликвидацию последсвтий… получается, что всё логично сходится по времени, — сказал Игорь.

— Потом взрывы, которые мы слышали когда сюда попали, — сказал Ваня, — это точно было не здесь, а где-то дальше. Я абсолютно в этом уверен, потому что мы тогда слышали бы их иначе… гораздо ближе.

— Согласен! — сказал Игорь, — хотя мы в замкнутом пространстве и с отражением звука тут могут быть фокусы… но то что взрыв был далеко, я согласен. Вывод простой, нам нужно максимально удалиться от нашей точки входа, тогда мы окажемся ближе к месту взрыва и будет шанс найти новые подсказки, что именно случилось с нашими и где их искать. Сейчас получается, что они от этого места, где произошла заварушка, отправились в дальний от нас угол. Река пока что несёт нас в ту же сторону, так что пока волноваться не о чем. Если русло резко изменит направление, тогда будем думать что делать.

— Спасибо! — кивнула Женя, — теперь мне стало гораздо понятнее.

Они плыли некоторое время в тишине, внимательно разглядывая берега, надеясь увидеть ещё какие-нибудь следы присутствия своих друзей. Но всё было тщетно, кругом была только вылизанная до тошноты природа. Даже кажущиеся дикорастущими кусты, при ближайшем рассмотрении были аккуратно подстрижены.

Очередной изгиб реки принёс новый вид, который заставил всех напрячься. Недалеко от берега, утопающий в зелени, стоял небольшой, но очень красивый замок, стилизованный под что-то очень старинное. Несклько башенок были покрыты красными плитками, идущими внахлёст, и увенчаны сверху золотыми фигурками. Башенок было семь, как и разных фигурок. Фигурки изображали разных животных и медленно вращались под слабыми порывами дующего здесь ветерка, наличие которого все заметили только сейчас, обратив внимание на золотые флюгеры.

— Красиво, — сказала Резвая, нарушив тишину.

— И кажется, что безопасно, — добавила Женя.

— Да, это же не военная база, — согласился Игорь, — очередное место для отдыха. Главное для нас, это проплыть мимо не привлекая к себе внимания.

Движения ни возле замка, ни на берегу заметно не было, и они спокойно проплыли мимо, никем незамеченные. Изредка поблизости пролетали шары наблюдения, но не проявляли к ним никакого интереса, что могло свидетельствовать о том, что их маскарад до сих пор работает.

Начало заметно смеркаться. Внезапно Игорь тихонько крикнул:

— Вверх не смотреть!

Все слегка дёрнули головами, борясь с желанием задрать подбородок и узнать, на что именно им не нужно смотреть. Но вскоре они это поняли и так. Характерный гул дал понять, что над ними завис шар наблюдения. В этот раз он не пролетел мимо, а именно они были его целью. Все напряглись, нащупывая оружие в складках платья. Через секунду сверху раздался бархатный мужской баритон:

— Уважаемые отдыхающие! Просим вас незамедлительно изменить курс и продолжить прогулку в обратном направлении. Это связано с обеспечением вашей безопасности. Продолжение движения по реке в прежнем направлении связано с большими рисками. Специальные службы в этот момент работают над устранением этой угрозы, так что в ближайшее время вы вновь сможете пользоваться всем парком без ограничений. Благодарю вас за содействие!

Последняя фраза была вовсе не формальностью. Как только Игорь понял что именно от них хотят, то тут же принялся разворачивать их лодку. Спорить, обострять ситуацию и привлекать к себе излишнее внимание сейчас было совершенно ни к чему.

Убедившись что они движутся в обратном направлении, шар с лёгким гулом улетел.

— Похоже, мы на месте! — сказал Игорь, когда убедился что за ними больше никто не наблюдает.

Когда они скрылись за ближайшим изгибом реки, стемнело ещё сильнее. Сумерки сгущались быстро, но как-то сразу стало понятно, что полной темноты не будет. Действительно, зачем заставлять местную элиту ломать ноги в темноте. Так что, даже когда темнота стала максимальной, она больше напоминала поздние сумерки, чем ночь. Окружающие предметы достаточно хорошо различались, и можно было передвигаться не зажигая фонари.

Игорь причалил и скинул мостик. Все быстро спустились на берег и там, под прикрытием деревьев, почувствовали себя гораздо спокойнее и увереннее чем посреди реки. Всё таки нахождение на открытом пространстве всё время держало их в напряжении.

— Какой план? — спросила Женя на берегу.

— Вытащить наших из западни, в которой они, судя по всему, оказались, — сказал Игорь, — хотя это не план, а задача. Плана как такового нет, будем действовать по обстоятельствам.

— А где Резвая? — спросил Ваня.

Игорь тяжело вздохнул и ответил ему вопросом на ворос:

— А где Деревяшка?

— Полагаю, они где-то в одном месте, — заметила Женя.

— Действуем без оглядки на них, — сказа Игорь, — готовьте оружие к бою, двигаться вперёд будем быстро, но осторожно! — и он стремительным шагом направился в ту сторону, куда шар рекомендовал им не соваться, предупреждая о смертельной опасности. И ведь не соврал же! Опасность и в самом деле была велика!

Врагов они обнаружили достаточно быстро. Район, в котором те проводили свою операцию, был не таким уж большим. Они были сосредоточены полукругом, охватывая одно место на боковой стене. Видимо, их друзья находились как раз где-то там.

Чтобы узнать подробности, Игорь залез на высокое по местным меркам дерево. Несмотря на ночное время, происходящее было видно достаточно хорошо, потому что военные не особо прятались. По их мнению все диверсанты находились в блокированном ими районе, и скрываться им было не от кого. Ноборот, они обложили противников даже с некоторой демонстративностью. В местах дислокации отрядов горели фонари, и было видно чем заняты солдаты. А заняты они были, вне всяких сомнений, подготовкой к штурму.

— Ну что там? — тихонько спросил Ваня, когда Игорь спустился на землю.

— Дело дрянь, — озабоченно сказал Игорь, — не знаю что делают сейчас наши и насколько они в курсе происходящего, но если их загнали в угол, то дела у них плохи. Сюда пригнали очень серьёзную технику. Я уверен что её никогда не использовали на станции, она предназначена исключительно для операций на планете. Но, видимо, они посчитали угрозу настолько серьёзной, что затащили это вооружение в элитный парк. Одно хорошо…

— Что именно? — оживился Ваня.

— Всё вооружение, хотя и мощное, но достаточно традиционное. Просто чтобы взрывать и разрушать. Нет никаких плазменных пушек, не говоря уже о электромагнитом оружии или мощных лазерах. Ну и всё в этом духе, — сказала Игорь, — уверен, что оно у них тоже есть, но, судя по всему, они опасаются его использовать внутри станции. Последствия от обычного взрыва проще спрогназировать. А какая-нибудь плазменая пушка может разрушить что-то важное в коммуникациях, о чём они не могут даже подумать.

— Но использование и обычного вооружения, связанного с масштабными взрывами и разрушениями, тоже похоже на жест отчаяния, — заметил Ваня.

— Так и есть! — раздался рядом голос Резвой.

— Не буду спрашивать где ты была и почему ушла без предупреждения, просто рассказывай что знаешь! — сказал Игорь.

Резвая восприняла это как должное и даже не подумала извиниться.

— Мы подобрались близко к военным… очень близко! И сумели немного послушать их разговоры, — сказала она, — они сами немного в шоке.

— От чего? — спросил Игорь.

— Я так поняла, что наших загнали в какой-то ангар для техники, не имеющий другого выхода. И военные уверены что они до сих пор там. Так вот, им поступил приказ выжечь этот ангар полностью, и только потом заводить туда живую силу. А в шоке они от того, что боятся переборщить, потому что за это придётся всё равно отвечать. И недостараться плохо, и перестараться опасно. В общем, положение у них незавидное. Но приказ есть приказ, они готовятся и, я так понимаю, до удара осталось меньше часа. Но это очень приблизительно, исходя из их разговоров, — сказала Резвая, — там где мы были, они готовят управляемую ракету, которая должна зайти прямо внутрь этого ангара. А потом они собираются ударить ещё с нескольких точек.

— И тоже чем-то тяжёлым! — закончил за неё Игорь.

— Похоже на то, — кивнула Резвая.

— Да уж, — сказал Ваня, — мы оказались тут очень воворемя. Нужно срочно устроить заварушку, чтобы спутать их планы. Что-нибудь весёлое, с большими взрывами и чтобы огня побольше.

— Там где вы были, много людей? Сколько человек готовят ракету к пуску? — спросил Игорь.

— Я посчитала, — сказала Резвая, — мы видели семерых.

— Мерых, — кивнул Деревяшка.

— Но я не уверена, что это все. Да и со временем ситуация может измениться, — добавила Резвая.

— Ясно, — кивнул Игорь, — не сто, не пятьдесят, уже хорошо. С этим можно работать.

— Предлагаю начать! — сказал Ваня, и азартно улыбнулся.

Ракетную установку обслуживало, в самом деле, всего семь человек. Рерзвая посчитала всё правильно. Два оператора и пять человек охраны. Нападения они не ожидали, да и внимание охраны было направлено в другую сторону.

Сама установка была довольно компактная, но ракета на ней размещалась достаточно внушительная. Мощность по внешнему виду определять, конечно, не стоит. Но по всему было видно, что разрушительная сила там приличная. Не стали бы засовывать хлопушку в такой объём. А корпус ракеты был размером, примерно, с Ваню.

Два оператора сидели в сторонке под деревом и колдовали возле выносного пульта. Сама ракетная установка стояла на пригорке и была направлена в сторону находящейся неподалёку стены.

— Ну всё, — сказал один из операторов, — лучше уже не сделаем, должна зати внутрь. Теперь ждём команду к пуску.

Охрана была рассредоточена вокруг установки по одному человеку. Что они могли наохранять в такой расстановке было непонятно. Ну, если только выполняли роль живой сигнализации.

Охрану пошли снимать парами. Игорь взял с собой Резвую, чтобы иметь возможность её контролировать, а Ваня пошёл с Женей, которой работы в итоге не досталось, поскольку Ваня её оберегал и всё делал сам. Деревяшка остался в свободном плавании, на подхвате.

В этот раз Резвая оказалась на удивление покладистой и чётко выполняла все команды Игоря. В итоге они успели технично устранить троих часовых, а Ваня двоих. Когда с охраной было покончено, они открыто вышли из леса, прямо перед ошарашенными операторами ракетной установки, которые ожидали увидеть кого угодно, но только не людей в ярких разноцветных платьях, учитывая, что часть из них были мужчины.

— Ну что, ребята, — сказал Ваня, — поступил приказ изменить цель. Ракета полетит в другое место.

— Вы кто такие? Где охрана? — резко сказал один из операторов.

— Не люблю тупых! — сказал Ваня, подходя к нему вплотную. Потом вдруг резко нагнулся и схватил оператора за ноги, резко выпрямился опрокинув беднягу и, крутанув вокруг себя орущее тело, со всего размаху приложил его об дерево. Раздался противный влажный хруст и на землю упал уже труп.

— Я всё понял! — вскинул руки вверх второй оператор, а голос его заметно дрожал, — что нужно делать?

— Видишь, вон там, самое большое скопление огоньков? — спросил Игорь, указывая пальцем.

— Да, там находится штаб и основные силы группы зачистки, — торопливо ответил оператор.

— Ракета должна уйти туда, и чем быстрее, тем лучше, — сказал Игорь.

Оператор бросился к пульту, ничуть не рефлексируя по поводу того, что придётся стрелять по своим. У него в ушах до сих пор стоял хруст костей его коллеги.

Ракета ушла к цели меньше чем через минуту. Тут цель была проще, не нужно было заводить её в помещение через ворота, главное попасть в нужный район. Рвануло сильно, и потом ещё долго что-то бабахало, освещая пространство парка новыми всполохами. Но они уже видели это только мельком, потому что стремительным броском приближались к месту где были их друзья, чтобы быть рядом, когда выжившие военные пойдут на штурм. А они не впадали в иллюзию что уничтожили всех, ведь скоплений огоньков было несколько.

Когда они пробегали мимо небольшой кучки кустарников, то вдруг услышали медленные хлопки. Все резко остановились и вскинули оружие. Из-за кустов вышел широко улыбающийся Руди, который им уважительно аплодировал.

— Рад вас видеть живыми… — он окинул их всех взглядом, — девочки! — наконец он задержал взгляд на Ванином розовом пышном платье, достающем тому только до колен, — Вань, а у тебя красивые ноги!

— Я же говорила! — Женя пихнула Ваню локтем в бок и, не удержавшись, прыснула со смеху.

## О книге

Книга подготовлена пользователями библиотеки https://fb2.top. Читайте или скачивайте эту и другие книги на сайте библиотеки бесплатно и без регистрации.

Адрес публикации: https://fb2.top/diversanty-793820